Читать онлайн О дружбе и любви моей печальной бесплатно
«Накопилось в груди столько нежности…»
- Накопилось в груди столько нежности!
- …За снегами, за темными елями
- Так и жил я в дорожной поспешности,
- Может, днями, а может, неделями.
- Мчались версты, свистя, вдоль обочины,
- Шум ветров, необжитые комнаты,
- Мое счастье летело непрочное…
- Как мы жили, с тобой незнакомые?..
- Вдалеке, за речными излуками,
- Ты с тоскою носилась неистовой
- О любви – хоть с какими разлуками
- (Лишь бы только была единственной).
- Вечерами теперь в этом городе
- Все ограды осыпаны росами,
- Ты идешь ко мне – тихая, гордая.
- Что мне делать с твоими вопросами:
- – Отчего наши ночи так коротки?
- – Отчего в небе звезды так светятся?
- – Отчего, отчего в этой комнате
- Снова в самое лучшее верится?
Лунный диск
- А ночью лунный диск, сияя, плыл
- По зеркалу мерцающего пруда.
- Но я не пожалел его, разбил –
- Безжалостность взялась во мне откуда?
- Я бросил камень легкою рукой,
- И разлетелся лунный диск на части.
- И потому, наверное, с тобой
- У нас не вышло ни любви, ни счастья.
- Они рассеялись, как дым в полях,
- На этом свете сроки их недолги.
- Но почему с тех пор в твоих глазах
- Как будто вижу лунный осколки?
- А я в другие укатил края.
- Была луна и девушка другая.
- Беспечный раньше, почему же я
- Теперь вдали все чаще вспоминаю
- Как боль, как неизбывную вину,
- Глаза твои, похожие на чудо,
- И вдребезги разбитую луну
- На зеркале мерцающего пруда!
Стихи Ларисе
- Поезд мчит сквозь глухой переезд.
- Отчего так светло и легко мне?
- Разных видел немало я мест,
- А дороже, чем эти, не вспомню.
- Это здесь между тонких ветвей
- В догорающий розовый вечер
- Нам неистово пел соловей,
- Знавший все о разлуках и встречах.
- Пролетали, гудя, поезда,
- И луна восходила все выше.
- Где бы ни был – нигде, никогда
- Я такой уже песни не слышал.
- Но нежданно в родимом краю
- В час глухой у того переезда
- Снова юность я вспомнил свою.
- – Неужели бесследно исчезла?
- И не пел нам в ночи соловей? –
- Я воскликнул. Никто не ответил,
- Лишь вверху между зыбких ветвей
- Прошумел затихающий ветер…
«Ты прошла. Потом прошелся дождик…»
- Ты прошла. Потом прошелся дождик,
- В темных лужах оставляя след.
- Но до этой встречи я не дожил,
- Чудилось мне много-много лет.
- И когда подумалось об этом,
- По июльским лужам белым днем
- Я рванулся за тобою следом
- Под веселым радужным дождем.
- Это было не вчера – сегодня.
- Или время повернуло вспять,
- И струился дождик прошлогодний?
- Я не в силах был тебя догнать.
- Но, твоей улыбкою отмечен,
- Шел, цветок размокший теребя,
- И казался мальчиком, предтечей
- Самого себя.
Экспромт
- Все недуги, тяготы
- Исцеляют ягоды.
- Умоляю, хоть теперь,
- Мне, любимая, поверь.
- Не украл их, не купил –
- Утром дождь их окропил.
- Эти – мыты росами,
- Эти – биты грозами,
- Эти я собрал в лесу
- И теперь тебе несу!
«Рыхлый мартовский лед…»
Людмиле
- Рыхлый мартовский лед,
- ожиданьем движенья измаян,
- Как тяжелый состав,
- громыхая, пошел по реке.
- Половодье! Каникулы!
- Юн, бесшабашен, отчаян,
- Я по грому и грохоту
- к дому бежал налегке.
- Вот и солнце, дымясь,
- над туманным взошло перелеском
- И дорогу ощупало мягким и теплым лучом.
- Опьяняемый грохотом,
- гулом, сверканием, блеском,
- Я по льдинам бежал
- и не думал тогда ни о чем.
- Потому и заметил в последнее только мгновение:
- Обреченную льдину
- поток на быки уносил.
- Вот излука реки.
- Наклоненная ветка – спасение!
- Ухватиться за ветку,
- вцепиться хватило бы сил!
- …Выполз на берег. Жалкий. Продрогший.
- С крутого обрыва
- Глянул вниз –
- и в испуге
- от бездны отпрянул я прочь.
- Горько дерево обнял.
- Спасибо, плакучая ива!
- И склонился над веткой:
- – Ну как ты сумела помочь?!
- Было в жизни и так:
- охватило вдруг душу смятенье.
- Как в мучительном сне
- уплывала земля из-под ног.
- И в том миг я увидел:
- две женских руки –
- как спасенье
- Простирались ко мне,
- словно зная, что был одинок.
- Я схватился за них,
- как за ветви у давней излуки.
- Обернулся назад –
- и от прошлого кинулся прочь!
- …Я сижу у огня.
- Я держу твои хрупкие руки
- И склоняюсь над ними:
- – Ну как ты сумела помочь?!
Несчастный
- Сколько раз ты меня предавала!
- Неужель тебе этого мало?
- Не устала еще предавать?
- Не сужу я тебя очень строго,
- Но помедли, молю, ради Бога,
- Волю полную злобе давать.
- Без того меня гложет кручина,
- Словно завтра наступит кончина,
- И не чья-нибудь там, а – моя.
- Словно завтра снесут на кладбище…
- Зря ли вьюга и воет и свищет –
- Так и ломится в двери жилья!
- Ах, пусть в землю глубоко зароют!
- Ах, пускай жалкий холмик покроет –
- Без следа занесет
- белый снег.
- Все готов я принять без испуга,
- За окном, за ночным то ли вьюга,
- То ли плач, то ли стон, то ли смех.
«Как дерзка твоя смелая поступь…»
Миле
- Как дерзка твоя смелая поступь!
- Помню: глаз я с тебя не сводил.
- Полюбить тебя было так просто,
- Разлюбить тебя не было сил.
- Перед самой последней разлукой,
- Словно лист на ветру, я дрожал.
- Твою смуглую тонкую руку
- Я мучительно долго держал.
- Не в глаза мне взглянула, а выше…
- Ко всему уже был я готов.
- Ты ушла…
- Но доныне я слышу
- Шум твоих отдаленных шагов.
«Уж десять лет тебя не забываю…»
Миле
- Уж десять лет тебя не забываю,
- Уж десять лет тебя не забывал.
- Уж десять лет с тоски я запиваю,
- Уж десять лет с тоски я запивал,
- Спуская все
- под жалкой, бедной сенью –
- До нитки до последнего гроша,
- Как будто в этом некое спасенье
- Отыскивала бедная душа.
- Меня душили страхи и кошмары,
- Когда кидался на кровать в ночи.
- Ужасней не бывает в жизни кары –
- Хоть волком вой,
- Хоть криком закричи!
- И населяли жуткие химеры
- Тогда больную голову мою
- И ни во что не оставалось веры…
- О чем теперь я Господа молю
- Один, когда за окнами моими
- То плещет дождь,
- То вьется снег, кружа,
- Когда опять в хмельном чаду
- и дыме,
- Измучась, забывается душа?
- …Я ничего уже не понимаю:
- Живу на белом свете – не живу!
- Я, как в былом, иду опять по краю,
- Не зная, в смутном сне иль наяву…
«Гаснет месяц, во тьме догорая…»
- Гаснет месяц, во тьме догорая,
- Веет вешним цветением сад.
- Что скажу я тебе, дорогая?
- Я устал от потерь и утрат.
- Ни души уже рядом родимой,
- Одиночество сердце сосет.
- Но и все же, по миру гонимый,
- Я смотрю не назад, а вперед.
- Только что еще с грустью увижу,
- Разгляжу в бедной жизни земной?
- Что спускается ниже и ниже
- Черный ворон, кружа надо мной?
- Не печалься, моя дорогая,
- Пусть устал я от многих утрат!
- Но как месяц плывет, догорая,
- Как цветет освежающе сад!
«Ночью веет в форточку сиренью…»
- Ночью веет в форточку сиренью,
- Лунный луч играет на окне.
- Ах, какие светлые мгновенья
- В наши ночи ты дарила мне!
- Мы сходились ближе и короче…
- Миновали годы.
- Я – один.
- …Как сегодня в горестные ночи
- Мне твой голос, взгляд не обходим!
- Разве знаешь ты, что погибаю
- Я с самим собой наедине,
- Потому что женщина любая
- Тех мгновений не подарит мне?!
Валентине
1
- По вечерней дороге бреду,
- Под ногою томительны скрипы.
- Слышу ветра унылые всхлипы,
- Туча скрыла на небе звезду.
- Не вчера ли
- брели мы с тобой
- Вот по этой пустынной дороге?
- На душе – ни тоски, ни тревоги
- Под мерцающей круглой луной.
- …Как сегодня угрюмо в полях!
- Веет темной тоскою дорога.
- Ты сегодня далеко-далеко –
- С тихой грустью
- иль счастьем в глазах?
- В темной речке застыла вода,
- Ветр шумит по белеющим ивам.
- Пять ночей я был горько-счастливым, -
- Как никто.
- и нигде,
- никогда.
2
- Как детски непорочна снежность!
- Как в поле чист ее покров!
- Я вспоминаю твою нежность,
- Я ко всему теперь готов:
- Любви,
- грозящей мне бедою,
- Уже неволен избежать –
- Холодный на небе звездою
- Горя,
- она с такой тоскою
- Сиянье в душу
- льет опять.
«Собака – злая…»
- Собака – злая!
- Гадина цепная!
- И, как назло, она в твоем саду!
- А я пиджак свой лучший нацепляю
- И все равно опять к тебе иду.
- Я закурил, я в небо дым пускаю,
- И наплевать мне на собачий лай.
- Я глажу пса, его с цепи спускаю –
- Ведь ты незлой и попусту не лай!
- Напрасно, что ли, я сюда нагрянул,
- Готовый заплатить любой ценой
- За то, чтобы с твоей хозяйкой рядом
- Иль даже здесь сидеть, как пес цепной.
- Ты видишь, я открылся без утайки
- И неспроста завел об этом речь.
- Ты не волнуйся, пес, твою хозяйку
- От злых людей
- смогу я уберечь!
«Позади экзамены и школа…»
- Позади экзамены и школа.
- Выпускник отчаянный, веселый,
- Я садился на велосипед.
- Обернусь – а девочка-соседка,
- Руль украсив серебристой веткой,
- Переулком мчит за мною вслед.
- В это время года над райцентром
- Разносило теплым-теплым ветром
- Клочья ваты – тополиный пух.
- Заметало этим пухом дали.
- Я летел. Я жал на все педали.
- У меня захватывало дух.
- Боже! За моим велосипедом
- Ты стремительно летела следом.
- Не было счастливей в жизни дня.
- Вот уже мы в поле за поселком.
- Вот летим накатанным проселком.
- Вот и нагоняешь ты меня.
- Травы ослепляли нас сверканьем.
- Ощущал я, как своим дыханьем
- Ты касалась моего плеча.
- Я хотел бы все начать сначала.
- Все запомнить, что ты мне кричала,
- Под июньским солнцем хохоча.
- Неужели не вернется это?
- Тополя, тебя, сиянье лета
- Вижу, как сквозь тусклое стекло.
- Неужели все минули сроки,
- И обратно все пути-дороги
- Тополиным пухом замело?!
Шиповник
- Где над желтым обрывом до неба возносится ельник,
- Где пунцовый шиповник горит, отражаясь в реке,
- Допоздна в эти ясные дни, словно некий отшельник,
- Одиноко брожу, оставляя следы на песке.
- Вот знакомый обрыв. Прошумели здесь детские игры.
- Прозвенели – до боли в душе – сумасшедшие дни.
- Здесь мы ягоды рвали – кололи нас жгучие иглы.
- Эти раны – как быстро тогда забывались они!
- А сегодня живу я, как будто за прошлым в погоне.
- Но в любом окруженье, в наплыве любой суеты
- Вдруг представится мне: до крови обдирая ладони,
- Я ломаю для девочки здесь, у обрыва, цветы.
- Те смешные и милые страсти давно поутихли,
- Выхожу на обрыв, где шиповник горяч и красив.
- И звенят на осеннем ветру его жгучие иглы,
- И река пламенеет, закатный огонь отразив.
Малина заглохшего сада
- В последнем блеске напрягая силы
- И обреченность чувствуя свою,
- Она еще звала к себе, манила
- У жизни отшумевшей на краю.
- Она, склонясь на ветхую ограду,
- Прощальным светом озаряя сад,
- Была уже самой себе не рада,
- Хотя еще и радовала взгляд.
- Струило небо зыбкое сиянье,
- Когда мы очутились тут с тобой,
- От моего неловкого касанья
- В лицо нам с веток брызнуло росой.
- А ягоды, кивая, льнули к стеблям.
- В закатных умирающих лучах
- Малиновый огонь, едва колеблем,
- Изнемогал, переливался, чах.
- Игра оттенков, красок перекличка,