Читать онлайн Что же меня убило? бесплатно
День, когда все закончилось
Это был необычный день на Арбате… Крики, вой сирен, в толпе кто-то плачет. На фоне всех этих событий блестящие и яркие вывески уже не казались такими спокойными и вдохновляющими. В воздухе витало напряжение. Многие прохожие не понимали, в чём дело, но чувствовали: произошла беда. Беда, которая повлияет на жизни многих…
Кто виноват, а кто прав, становилось неважно – ведь это уже случилось. Но человек так устроен: нам всегда нужно найти виновника, на которого можно выплеснуть весь негатив. Но всегда ли этот «виновник» действительно виноват?
Неожиданно на месте происшествия появились репортёры. Оператор тщательно подбирал ракурс, чтобы уместить в кадр самые интригующие и впечатляющие моменты. Журналист явно нервничал, но не показывал этого: профессия обязывала держаться уверенно. Однако особо внимательные могли заметить, как он с усердием крутил обручальное кольцо большим пальцем.
Мысли в его голове сменялись так стремительно, что единственное, чего он хотел, – сбежать. Но вдруг в наушник поступила информация о происшествии: через минуту начинался прямой эфир. Всё, что оставалось мужчине, – сделать дыхательные упражнения и вещать всей стране об ужасных событиях. Он стал делать глубокие вдохи и выдохи, шёпотом подбадривая себя аффирмациями: «Я самый крутой», «Я лучший журналист Москвы», «Люди смотрят новости только из-за меня».
И вдруг в его хрупкое поле самоуверенности вмешался оператор, сообщивший, что они вот-вот выйдут в прямой эфир. Журналист вошёл в кадр, взял микрофон и… стал другим человеком. Его стеснительность и неуверенность улетучились. На экране появился статный парень с энергетикой бешеной уверенности.
Неужели это сработали аффирмации? Или дыхательные практики?
– Добрый день, уважаемые зрители канала «Россия Новости». Сегодня примерно в 12:45 на Старом Арбате были слышны выстрелы. Нам удалось выяснить, что стреляла 18-летняя девушка, которая, по предварительным данным, находилась в состоянии наркотического опьянения. Известно о четырёх пострадавших, которых успешно госпитализированы, и о двух погибших, среди которых сотрудник правоохранительных органов… – с ноткой сожаления вещал журналист.
Но тут вмешались сотрудники полиции и потребовали прекратить съёмку.
В это время, в старом районе где-то за МКАДом в пятиэтажной хрущевке, эфир смотрела 68-летняя пенсионерка. В её жизни были лишь телевизор и редкие встречи с соседками, которых она тайно ненавидела. Но потребность в общении заставляла скрывать неприязнь и продолжать разговаривать с ними, словно ничего не происходило.
Сидя на краю старого дивана, она всё время хмурила брови и морщила нос. В этих местах давно залегли глубокие морщины – следы привычного недовольства. От увиденного по телевизору в ней разгорался внутренний конфликт, и с каждой секундой он требовал выхода.
Она решила выплеснуть его звонком соседке. Набрала номер – занято. Набрала снова – снова занято. Даже на десятую попытку услышала одно и то же: «Абонент разговаривает по другому номеру». Голос автоответчика выводил её из себя ещё сильнее.
Тем временем соседка, не ведая ничего о её попытках, разговаривала с мошенниками, которые настойчиво убеждали: её SIM-карта вот-вот будет заблокирована, и нужно срочно назвать паспортные данные.
Старушка же судорожно сжимала трубку так, что побелели костяшки пальцев. Она нетерпеливо переступала с ноги на ногу, словно готовилась броситься в бой. Гнев кипел внутри и, казалось, вот-вот прорвётся наружу.
– Ох, эта Людка! Заебала уже с кем-то болтать по телефону, когда тут такое произошло! – голос её дрожал от злости. – Пойду разберусь, как она могла не взять от меня трубку!
Схватив со старого комода, который до сих пор держался лишь на «честном слове», платок в цветочном принте, бабуля выбежала в подъезд и с особым усилием застучала в дверь квартиры напротив.
Вдруг за дверью послышались шаги и тихое бормотание:
– Иду, иду, подождите…
Дверь открыла та самая Людочка. С первого взгляда становилось ясно: возраст не всегда диктует, когда нужно переставать следить за собой. Идеально выкрашенные в чёрный цвет волосы, губы, очерченные матовым модным карандашом, аккуратно прокрашенные ресницы и красное изящное шёлковое платье – всё это только подчёркивало роскошь её образа. От Люды веяло теплом и женственностью.
Увидев разгневанную соседку, она удивлённо спросила:
– Галя, что случилось?
– Что ж ты трубку не берёшь? Беда произошла с внучкой Тамары… – почти наигранно выпалила Галина.
– Да мне звонили какие-то доброжелательные ребята. Вежливо объяснили, что моя SIM-карта скоро будет недоступна…
– ЛЮДА! ТАК ЭТО ЖЕ МОШЕННИКИ! – перебила подругу Галина, с ещё большим гневом повышая голос. – ТЫ ЖЕ ИМ НЕ СКАЗАЛА СВОИ ДАННЫЕ?!
– Нет, ты что! Приятные ребята, мы отлично поболтали. Да, мне показалось подозрительным, что им нужны циферки с моего паспорта… Но я верю Вселенной и этому миру, – с лёгкой гордостью произнесла Людмила.
Каждый раз, когда Людочка упоминала Вселенную, энергетические потоки и доверие к миру, это неизменно вызывало сопротивление у Гали. Почувствовав это, Люда поспешила перевести разговор, чтобы не усугублять напряжение:
– Так а что же произошло с внучкой Тамары? Каролина, кажется, её зовут?
– Ой, ужаснейшее произошло… По новостям её показывали! У меня аж давление поднялось… Она, оказывается, наркоманкой была! И не просто наркоманкой – теракт в центре Москвы устроила! Вот что бывает, когда родители бросают ребёнка на бабушку! – с осуждением, почти криком, выпалила Галя.
– Боже мой, какой кошмар! Это действительно правда? Такая девочка хорошая… Всегда здоровалась со мной, хорошего дня желала… Кто же её надоумил на такие ужасы? – почти со слезами в голосе спросила Людочка.
– Нечего её жалеть! Из-за таких, как она, люди погибают! Да и вообще, этих наркоманов нужно изолировать от общества – от них сплошные беды! Говорила я Тамарке: сдай её в детдом! Нет, жалела – и вот что выросло… – с максимальным осуждением подытожила Галя.
И этот разговор, после множества противоречивых фраз и выяснений, как же такое могло произойти, плавно перетёк к обсуждению здоровья, быта и соседей.
К сожалению, мы не всегда видим или не хотим замечать то, что скрыто от нас. У нас нет возможности взглянуть на то, что происходит за нашей спиной. Но, если есть желание, мы можем повернуться и исследовать ситуацию со всех сторон.
Пришло время показать, с чего всё началось…
Начало конца
Внешний вид школы № 59 совсем не внушал доверия: без именной таблички её легко можно было принять за заброшенное здание, которое вот-вот рухнет от времени. Трещины на стенах, ржавые батареи и протекающая крыша будто кричали о необходимости ремонта, но этот крик упорно игнорировался. Деньги, возможно, и выделялись, но куда они исчезали – одному Богу известно… ну или ещё директору.
Тем не менее это не мешало ученикам небольшого подмосковного городка получать здесь знания. Одиннадцать лет учёбы, по мнению учителей школы № 59, должны были стать фундаментом формирования личности каждого ребёнка. Но всегда ли в положительном ключе?
Пока директор занимался финансовыми вопросами, фактически школой руководила черноволосая полная женщина лет сорока с небольшим, с заметной горбинкой на носу. Будем честны: Оксана Владимировна любила выпускать накопленный гнев именно на работе. Дома её ждал безработный, ничем не интересующийся муж, которому нужны были только алкоголь и футбол. На её претензии он никак не реагировал. А, как известно, злость копится постепенно и потом взрывается в самый неподходящий момент. Так уж вышло, что эти взрывы чаще всего настигали Оксану Владимировну именно в школе:
– Каролина, засранка ты такая! Чтобы завтра твоя бабушка была в кабинете директора! А пока ты отстраняешься от занятий! – завопила завуч, размахивая руками от гнева.
Класс замер. Кто-то шепнул соседу что-то на ухо, кто-то спрятал улыбку за тетрадкой. А Каролина, чувствуя, как обида сдавливает горло, поднялась со своего места.
– Да и пожалуйста! – её голос дрогнул, но в нём звучала смелость. – Мне ваши уроки и так не нужны! Чему учит ваша школа? Унижать меня? Да пошли вы все!..
Сдерживая слёзы, она резко развернулась и вышла из класса, слыша за спиной громкие возгласы Оксаны Владимировны, которые звучали как эхо.
Эти слова были нетипичными для Каролины. Она относилась к тем девушкам, которых сейчас называют «удобными», и редко показывала то, что действительно чувствует или думает. Возможно, именно поэтому одноклассники активно издевались над ней и не давали спокойно жить. Они быстро нашли в ней удобную мишень. Там, где она молчала, они смеялись. Там, где опускала глаза, – давили ещё сильнее. Но ситуация, которая вывела девушку на эмоции, была по-настоящему ужасной.
Выбежав из школы, она стремилась как можно скорее оказаться там, где никто не потревожит. В месте, где можно остаться наедине с собой и своими мыслями… В месте, которое не раз возвращало её к самой себе.
Это была обычная набережная у небольшой реки. Девушка любила её за то, что здесь редко можно было встретить людей. Она бросила рюкзак на песок, села на него, поджав ноги к себе, и обхватила их руками. Мысли уже давно унеслись прочь от сегодняшнего дня – в далёкое прошлое, в моменты, которые по-настоящему ранили. Надежды на то, что когда-нибудь станет легче, больше не оставалось. И рука потянулась к той самой сигарете, о которой Каролина мечтала весь день.
Не отрывая взгляда от спокойной глади реки, Каролина вдруг почувствовала рядом чьё-то присутствие. Она вздрогнула от неожиданности и выронила сигарету – та покатилась по песку и исчезла в воде.
Повернув голову, девушка заметила симпатичного кареглазого парня примерно её возраста. Он не дал ей времени среагировать – просто протянул руку:
– Ну раз ты заняла моё место, значит, судьба решила нас познакомить. Я Женя. А ты кто?
Каролина хмыкнула:
– С чего ты взял, что это твоё место? Ну… Каролина.
– Какая-то ты недружелюбная.
Каролина почувствовала, как внутри что-то сжалось – знакомо, до боли. Так говорили всегда. И каждый раз это звучало как упрёк, даже если им не было. Слова задели сильнее, чем она ожидала.
Но сегодня она не стала молчать.
– А ты навязчивый. И я вообще-то злюсь. Из-за тебя моя единственная сигарета улетела в реку. Я пришла сюда побыть одна, а не знакомиться.
Женя усмехнулся:
– У меня есть кое-что получше твоей сигареты.
Он достал скрутку с запрещённым содержимым.
Каролину будто ударило током. Гнев, начавшийся ещё в школе, вспыхнул с новой силой.
– Да пошёл ты нахуй со своими приколами, – резко сказала она, схватила рюкзак и встала.
– Как знаешь, – спокойно ответил он. – Но теперь ты знаешь, где меня искать. Если вдруг передумаешь.
– Надеюсь, этого «вдруг» не случится.
Она развернулась и ушла, чувствуя, как злость смешивается с чем-то ещё – неприятно знакомым.
Тогда Каролина ещё не знала, что некоторые встречи не заканчиваются, даже если ты уходишь.