Читать онлайн По Велорийским законам бесплатно

1. Как я люблю приключения

– Учитель! Учитель! – жалобно проблеяли где-то в конце строя, – Марья Павловна, я умираю!

– Рано тебе ещё, – невозмутимо, с ехидством отвечала преподаватель, – Всего пять верст осталось.

По строю прокатился расстроенный вздох. Удобная дорога закончилась где-то часа два назад, и сейчас наша группа пробиралась по лесу. Ноги часто спотыкались о корни деревьев, лицо царапали ветки и в глаза упорно лезла паутина. Душная жара, уже месяц терзавшая большую часть Велорины, отступать не собиралась, а ведь еще только червень шел, первый месяц лета.

– Почему нужно было идти именно по лесу? До Шаток можно было по тракту дойти! – возмущалась Алька, моя подруга и соседка по комнате. В прочем, этот вопрос задавал себе каждый, у кого уже не было сил идти. Практикум по травологии начался уже неделю назад. Эту неделю мы готовились к походу – закупали продукты, одежду, нужные вещи и надеялись, что жара уймется, но надежды не оправдались, и сегодня на рассвете нас собрали в холле лекарского корпуса – повторить технику безопасности и проверить список нужных вещей. Ещё через час, дождавшись опаздывающих студентов, мы вышли из Школы искусства магии. И вот, спустя четыре с лишним часа мы все еще в дороге.

Наша Школа построена в столице Велорины – в городе Бугор. Школа расположена с левого края города и большая часть её территории находится в лесу. Всего у нас 4 корпуса: лекари с травниками, некроманты, маги-практики и предсказатели. Я учусь на факультете магов-практиков, которые кроме боевой магии изучают, также и предметы с других факультетов. Сейчас мы на седьмом курсе и остался лишь год травоведения и лекарства. Занятия с Марьей Клабской начались месяц назад, а сейчас мы на практике. Как говорили другие студенты, прошедшие эту практику раньше, они собирали травки, цветочки и все в этом роде.

– Зеля, глянь, частокол впереди, – ткнула меня в бок подружка. И впрямь, мы подходили к деревеньке.

Клабская остановилась и развернулась к нам:

– Дети, наша практика начнется с этой деревни, – она махнула рукой в сторону нестройного ряда обветшалых домиков за грядой частокола, – Мы должны прожить тут семь дней. Итак, давайте распределять кто где будет обитать.

Марья Клабская достала помятый листок бумаги из сумки и начала читать вслух:

– В корчме нам выделили три комнаты, в каждой по два человека – в первой Иветта и Гражина, во второй Юния и Диля, в третьей Янита и Алия. Можете идти, назовете мое имя, корчмарь вам выдаст ключи.

Расстроенная тем, что приходится уходить от меня, Алька, обняла и поплелась за девочками.

– Так, шесть комнат выделил нам постоялый двор. Также, по двое. Лавр, Марк, Тимаш, Ефим, Юнус, Саниш, Микол, Аркиша, Никиш, Аксён, Гай и Дар. Тоже можете идти занимать комнаты.

Мальчики, посмеиваясь надо мной и Аликом, ушли. Марья Клабская посмотрела на нас и весело хмыкнула. Мы с Аликом с непониманием посмотрели на неё.

– А нам, ребятки, повезло. Нас позвал к себе староста деревни. У каждого по комнате будет. И никаких клопов и тараканов! Только чистые накрахмаленные простыни.

Клабская развернулась, позвав нас за собой.

Деревня Шатки была небольшой, по сравнению со столицей: три десятка домиков, базарная площадь, большой постоялый двор и корчма по соседству. Несмотря на дневное время, улочки пустовали. Люди прятались от жары по домам. Одинокая собачонка, будто уже протянувшая лапы, лежала посреди улицы. На перешагивающих через нее прохожих, она не обращала никакого внимания.

Спутать дом старосты с чьим-либо другим было невозможно – двухэтажный, белый с красной крышей. Он возвышался над остальными одноэтажными деревянными домами. Преподаватель, как мы дошли до дома старосты, развернулась к нам:

– Вы идите, вещи положите, да подходите к корчме. Я пока соберу всех.

Мы с Аликом переглянулись, он пожал плечами и открыл калитку. Пройдя по тропинке, постучались в двери. Нам никто не открыл, но ждать приглашения как-то не по-маговски, и мы зашли в темные прохладные сени. Кто-то ругался в горнице, за столом сидел понурый староста, над ним как коршун нависала женщина и орала на красного как рак мужика.

– И шо тебе в хате не сидится? Как всегда, уйдет утром, а домой заявляется ползком и ночью! Когда ты уже корыто состругаешь новое? Или хотя бы купи где сходи! Вот уеду к матери, будешь знать! – раздраженная тетка, бросив напоследок в мужа полотенце, выбежала из горницы, даже не обратив внимания на нас.

Мужик, подняв взгляд, наконец заметил нас и неожиданно разозлился:

– Хто вы такие? Небось опять попрошайки! Пшли вон отсюда! – мужик аж подскочил с лавки продолжая орать на нас. Алик поднял руку перед собой, рассматривая, нарисованный магистрами при поступлении, знак на руке. Знак был голубого цвета – клинок и молния. Рисунок источал легкий свет, от чего подделать или нанести магический рисунок обычному человеку было нельзя. Мужик подавился воздухом и невысказанными ругательствами, побелел и без сил упал на лавку. Магов не любили, но в открытую старались их не злить.

– Уважаемый, нам бы комнаты занять и вещи положить, торопимся мы. – слащавым голосом произнес Алик. Мужик наконец перестал изображать статую, и встав с лавки позвал за собой. Нас отвели на второй этаж. Всего тут было четыре комнаты, которые ничем не отличались друг от друга: кровать, шкаф, да стол со стулом. Бросив сумки и наскоро ополоснув лицо из кувшина на столе, я вышла из комнаты. Алик уже ждал меня во дворе.

До корчмы идти было недалеко. Ребята из группы уже собрались во дворе и переговаривались. Алька, увидев меня помахала рукой. Улыбнувшись ей, подошла ближе.

Вскоре к нам вышла Марья Клабская и позвала за собой. Затем мы обедали в корчме. Там мы заняли четыре стола, выгнав при этом компанию гномов-купцов, обмывавших утренние продажи. Те очень возмущались, но побоялись отбиваться от наглых магов и покинули корчму.

Как рассказала Янита – Школа заранее предупредила старосту о нашем прибытии, и уже оплатила проживание и еду. Также, всезнающая Янита поделилась с нами планами Клабской на этот день: после обеда мы всей группой отправимся в лес собирать травы.

Обед закончился почти сразу как начался – голодные студенты ели быстрее чем думали, да и преподаватель поторапливала нас. И вот мы вновь строимся во дворе корчмы, мешая редким посетителям выйти и зайти.

– Дети, у вас десять минут на то, чтобы забрать свои сумки и одеться. Бегом, я засекаю, опоздавшие чистят конюшни на постоялом дворе.

Чистить никто не хотел, и потому все успели в срок.

– Марья Павловна, а что мы делать будем? – спросил темноволосый тощий Тимаш.

Преподаватель, порывшись в карманах сумки, вытащила клочки бумаги, задумчиво просмотрела первый и посмотрела на нас:

– Это названия растений. Вы должны принести мне их. Управитесь до заката? Надеюсь, что да. Начнем с Алика.

Марья Павловна выдавала листочки, ученики вчитываясь медленно уходили к воротам. Кто-то возмущался, кто-то вздыхал облегченно, вспоминая, как выглядит его растение.

Я, получив свой листочек, и прочитав названия растений, тихо выругалась. Мне попался рдест блестящий (6 штук), лютик водный (20 штук), листья вахты (30 штук). Все эти растения росли только возле воды, а то и в воде. Расспросив у корчмы одного селянина, я узнала, что за деревней протекает широкий ручей, а если идти вверх по нему, то можно выйти к озеру Мор. Если я хочу попасть на ужин, то придется поторопиться. В Шатках было два выезда, к тракту и воротам, ведущим в лес. Так как я была у первых, пришлось разворачиваться и идти через всю деревню. Алька увязалась за мной.

– Что тебе выпало? – спросила я подругу, когда мы уже вышли в лес за воротами.

– Красноцвет и полынь. Они везде растут, могу не торопиться. А тебе?

Я вздохнула, повела плечами:

– Листья вахты, рдест и лютик. Придется идти к озеру.

– Вот тебе не повезло, – хмыкнула вечно веселая подруга.

– Со мной пойдешь? Или может отдохнешь в корчме?

– Ерунда, я не так уж устала, лучше тебе помогу. Вот Дару выпал альбенис синий.

– У него спрашивала? Никогда не поверю, что он чем-то поделился. Тем более информацией.

– Это точно! Нет, мне Гай рассказал, он слышал, что Дару сказала Клабская, что-то вроде «Я проверю, чтобы ты ничего лишнего, кроме альбениса синего, не набрал».

– Она права, он конечно хороший алхимик, но любит собирать запрещенные травки.

– Ха-х да, сколько раз у него уже висе´лицу отбирали.

Даррен был загадочным юношей – высокий, худой, но жилистый и сильный. У него всегда было хмурое лицо, он ни с кем не дружил и не общался. Также Даррен был красив – длинные белые волосы, ярко синие глаза, аккуратный нос и тонкие губы. Настоящий эльф, но без острых ушей – Даррен был полукровкой. Его вышвырнули из дома собственные родители – в Эламире таких не любят. Дара спас учитель Алистер, вырастил его с самого младенчества и когда у него обнаружились магические способности – отдал в нашу Школу. Так получилось, что растил учитель Алистер не только Дара, но и меня. Я к нему попала в свои 12 лет. Уже тогда у меня открылся сильный магический дар, однако в Школу брали с 14 лет. Эти два года Дар и я грызлись как кошка с собакой. Один раз я даже чуть не испепелила его пульсаром, выпущенном от злости. Учитель тогда успел реактивировать заряд и после очень ругался. Он наложил на меня запрет на использование магии, снять который мог только архимаг, то есть сам Учитель. Дар, испугавшийся тогда за свою шкуру, в дальнейшем еще сильнее меня возненавидел. Сняли с меня запрет перед самым поступлением в Школу. Попали мы с ним в одну группу по решению Учителя Алистера, который, как оказалось, был директором Школы. Первые годы мы так же грызлись, а став старше, соревновались в магической стезе. На шестом и седьмом курсе мы стали друг другу равнодушны. Сейчас Дар все так же живет с Учителем, а я занимаю комнату в общежитии. Два года назад после переезда в общежитие, я подружилась со своей соседкой по комнате – Алькой. Алия была сиротой, её бабушка отправила внучку в церковную школу, там девочку обучали до 14 лет. Храмовник, обнаружив у той дар – отправил её в столичную школу магии. Иногда Алия ездила навещать свою бабушку в деревню Малые Топи.

Алия была очень красивой девушкой – стройная, невысокая, с золотистыми волосами, белоснежной кожей и милым кукольным личиком. Поклонников у Алии было хоть отбавляй, но Алия была влюблена в Дара. Дар же на нее не обращал никакого внимания. Альку даже не останавливало то, что Дар был самым что ни на есть любодей. Отношения у него длились максимум две недели, после чего он быстро находил новую пассию. А с его внешностью это было не сложно.

– Зель, ручей – позвала Алька.

– Идем вдоль него? – поворачивая к воде, предложила я.

– Как думаешь, кто-то из наших уже выполнил задание? Думаю, Иветта и Янита уже да. А Аксён, даже если ему подорожник выпадет – будет искать его часа четыре, не меньше, – щебетала моя подруга, осторожно переступая корни деревьев.

– Алька, смотри там красноцвет, – показала я на красный бутон, выглядывающий из-за куста малины. Алия сразу же пошла в том направлении и скрылась за густым малинником. Вскоре послышался её веселый голос:

– Зелька, тут их целая дюжина, как раз на задание хватит, и в запасы. Тебе нужен красноцвет?

Я задумалась, красноцвет – лечебная трава, если бутон размять в руках и приложить к свежей ране – кровь свернется, и сама рана быстрее затянется. Отказываться от такого полезного лекарства было бы глупо.

– Да, Алька, возьми и мне пару бутонов, – Подруга вышла из-за малинника и помахала мне букетом красноцвета. Убрав цветы в сумки, мы двинулись дальше.

Вскоре показалось озеро Мор. Хоть название у него было странным, опасности в озере никакой не было. Громко переговаривались утки, в кустах шуршали мелкие зверьки, напротив нас, у другого берега большого озера пил воду лось.

– Зель, предлагаю искупаться, время еще есть, успеем твои травы собрать.

Предложение Альки я приняла и раздевшись донага, с удовольствием вошла в прохладную воду. Вдоволь поплавав, заметила у берега, чуть левее от места где мы остановились, кусты вахты, а за ним как раз рос лютик водный. Ну а сложнее всего было найти рдест – тот рос на глубине озера, почти в середине. Намагичев себе воздушный пузырь у рта, нырнула, осмотрелась, увидела рдест – его было как раз шесть штук, сколько и требуется для задания.

Когда мы уже собрались и пошли к деревне, я заметила Дара, подходившего к озеру с другой стороны берега. Тот был как всегда хмурый. Искупаться что-ли пришел? Альбенис синий, который ему надо было собрать уж точно у воды не растет.

Выкинув мысли о Даре из головы, догнала Альку. Уже приближаясь к деревне, нашли полынь, я тоже взяла себе пару листочков. В паре с красноцветом, полынь прекрасно справляется с любыми травмами и ранами, главное успеть нанести до критической кровопотери.

В деревню мы пришли в числе последних, не было только Даррена, Аркишы, Аксёна и Никишы. Зашли к старосте, где отдыхала Марья, показали травы преподавателю и получив одобрительный кивок, мы отправились в корчму. Иветта и Гражина сидели вместе, о чем-то шептались и переглядывались с Лавром и Марком. Иветта была давно влюблена в Лавра, так же, как и Гражина в Марка. В прочем это было взаимно, но ни те ни другие признаваться не спешили. Ефим, Гай, Юнис и Янита – компания заумных ребят, сидели за одним столом и читали какую-то толстенную книгу. И где только взяли её? Юния и Диля перебирали на столе кучу каких-то трав, они были больше травники, чем маги – практики.

Мы с Алей заняли столик у дальней стены, заказали у девочки-подавальщицы холодного кваса и молча наблюдали за ребятами. Сил на разговоры у нас не было. Вскоре в корчму зашли тройняшки – Аркиш, Аксён и Никиш. Они как-раз больше всего подходили на роль наёмников или боевиков – сила есть – ума не надо. Последними зашли Алик и Дар. Алик эльф, и, наверное, поэтому он был единственным с кем Даррен общался. Не именно дружил, а лишь изредка общался. Алик был эльфом, из рода советников Шаарс Эрион. Все знали, что после обучения он займет место своего отца. Алик выглядел как настоящий чистокровный эльф – острые кончики ушей, величественная походка, белоснежные прямые волосы до лопаток. Волосы эльфа всегда выглядели так, будто тот их каждое утро укладывал. У Алика было так же много поклонниц, как и у Даррена, однако Алику они были не интересны – с самого детства он был обвенчан с Эовин диэ Аккхарасс, дочерью правителя Эламира. Я видела картины с ней, красота Эовин несравнима ни с чем, она словно богиня, более того – сильна в магии, прекрасно владеет мечом и луком. Сразу вспомнились уроки истории: её бабушка – Элариа была правительницей Эламира, почти двадцать лет назад, и когда горные тролли напали на человеческие селения, помогла нашему королю, выделив своих воинов в нашу армию. Тролли были загнаны обратно в горы, а Эламир и Велорина стали союзниками.

Наконец в таверну зашла Клабская и корчмарь начал раздавать еду.

Оставшиеся дни недели прошли одинаково и скучно – мы собирали травы, делали лечебные настойки, изредка купались в озере.

Алик больше стал общаться со мной, но не забывая про Дара, который эти дни ходил более хмурым, чем до этого. Он постоянно огрызался, стоило кому-то что-то ему сказать. Даже один раз послал к черту преподавателя, за что та отправила его чистить конюшни, при этом наложила на него заклятия подчинения и молчания. После этого Дар ходил ещё более злой, но уже молчаливый. Его поведение сильно меня настораживало, не придумал ли братец очередную безумную идею?

После одной такой его шалости, Учителю Алистеру, нашему приемному отцу, пришлось отстраивать свой дом заново, так как юный еще Дар, решил поэкспериментировать со взрывчатыми порошками.

Наступил очередной новый день, было раннее утро, еще прохладное, солнце выйдет где-то через час. Мы стояли рядком и внимательно слушали наши назначения:

– Группа первая: Иветта, Гражина, Лавр и Марк, – названные ребята переглянулись и заулыбались, – Вы отправитесь в деревню Древки, ваша задача – поймать кикимору, которая завелась где-то рядом с озером Рог, и собрать златоцветы в количестве ста штук, срок сдачи – две недели. Можете ехать.

Вчера, на закате, нам выдали собственных лошадей, которых пригнали со Школы по тракту. Однако их было на трое меньше чем самих нас.

– Группа вторая: Ефим, Гай, Юнус и Янита, вы отправитесь в Менки. Ваша задача – поймать крысолака и собрать плоды волчьей ягоды в количестве ста штук, срок сдачи – три недели. Напомню, ягоды не есть! Приступить к выполнению. Группа третья: Юния, Диля, Саниш и Микол, ваша задача поймать вакшу и собрать мухоморы, их тоже не есть, – Клабская хмыкнула, посмотрела на третью команду и продолжила зачитывать со свитка, – В количестве двухсот штук. Срок сдачи неделя, деревня Мушки, вперед.

Проводив взглядом расстроенных ребят, посчитав, сколько нас осталось сделала вывод, что будет ещё две команды. Очень надеюсь, что Даррен отправится с братьями близнецами. Сам Дар смотрел немигающим взглядом то на Клабскую, то на меня.

– Четвертая команда – братья Зоран, вы отправитесь в Ледки, пешком по тракту до Мушек, там возьмите коней, староста в курсе, деньги ему отдали уже. Нужно будет собрать клыки медведя и устранить василиска, думаю вы управитесь за две недели. Одного медведя будет достаточно! И тело василиска по возможности тоже привезите в Школу. Дерзайте, – учитель махнула рукой в сторону ворот и посмотрела на нашу четверку, – А вы ребята – пятая группа. У вас задачка посложнее, вы должны избавится от живоглота в деревне Падь. Тушу можете не предъявлять, главное, убить тварь. Постарайтесь доехать до туда как можно скорей. Срока сдачи у вас нет, но медлить не советую. Удачи вам. – Клабская, завершив свою речь, развернулась к дому старосты и ушла.

– Чего стоите, велено же поторопиться, – буркнул нам Алик, запрыгивая на выданного ему вороного жеребчика редкой эльфийской масти. Алия подошла к белоснежной лошадке. Под стать себе выбрал и Даррен черно-бурый конь берейской породы, с черной пушистой гривой. У меня же был вредный конь Исидор, рыжий, как и я, – доставшийся мне при поступлении на 5 курс Школы. Вскоре мы выехали на Велорийский Тракт.

Дорога до деревни Падь пролегала через крепость Расски и села Менки, куда отправили вторую группу. К вечеру первого дня мы доехали до крепости. Рыцари магов недолюбливали, поэтому комнату никто нам сдавать не захотел. Приняв решение ночевать в лесу, мы немного отъехали от Расски, заняв очень удобную полянку с протекающим рядом ручьем. Алик и Алия расседлывали лошадей, я пошла за водой, Даррен должен был принести веток на костер. Когда я вернулась с набранной водой, Алик и подруга доставали из седельных сумок еду и спорили между собой. Алик предлагал сварить суп, Алия предлагала кашу с кусками мяса.

– Я за кашу, – решила влезть в их спор я, – Где Даррен? Он как-то долго.

– Зельда, проверь, не случилось ли чего, – предложил мне эльф, – он в ту сторону ушел, – и развернувшись к сумкам, продолжил доставать снедь.

В лесу было свежо и тихо, звука ломающихся веток тоже не было. Углубившись в лес, привыкая к темноте, наконец заметила какое-то шевеление у куста шиповника. Это оказался Дар, однако, вместо собирания веток, он занялся собиранием цветов.

– Дар, – тихо позвала я, при этом зажигая в руке белый пульсар света. Даррен вздрогнул всем телом и не оборачиваясь спросил:

– Чего тебе? – немного обойдя его, я наконец увидела, что за цветы он собирает, вернее:

– Даррен, зачем тебе семена среброцвета? Они же запрещены! – Я насторожилась, хоть я и привыкла к тому, что он собирает запрещенные травы, но то бы увеселительные, а это – опасное растение, само по себе оно безопасно, но вот его семена – чистый яд. Дар резко вскочил на ноги, и усмехнулся мне в лицо, от неожиданности я отскочила назад, на фоне белого света, его черты лица выглядели ужасной маской.

– Зельда, хоть я тебя и ненавижу, но травить тебя и твою компанию не собираюсь.

– Тогда кого? Преподавателей?

– Дура, это для живоглота. Хотя для него этот яд не смертелен, но нам любая помощь пригодиться, так ведь? – он заискивающе посмотрел на меня и рассмеялся. Псих. – Ты поможешь мне собрать ветки для костра?

– Идем уже, Даррен, – голос мой дрожал, не знаю почему, но брата я всегда остерегалась.

– Зельда Мэлор, ты боишься меня? – Дар подошел совсем близко ко мне, я отшатнулась и уперлась в ствол дерева, Даррен, которого Учитель называл моим братом, подошел вплотную, мерзко улыбаясь, – Зельда, не стоит бояться своего любимого брата, так ведь?

– Ты мне не брат, – перебила я его, вспоминая между тем, что у нас так-то равные силы, как магические, так и физические. Оттолкнув «брата», от души врезала ему по скуле кулаком, чтобы не думал меня больше пугать. Тот отшатнулся, я, воспользовавшись моментом, обошла его, и направилась к поляне.

– Ты ответишь за все, отродье! – услышала я хриплый голос Даррена.

Набрав немного веток, вернулась на поляну. Алька, сразу поняв, что к чему, не стала подходить, зная, что лучше оставить меня одну, чем достать еще больше.

– Знаешь, Зельда, я уже собирался сам за ветками идти, вас не дождешься.

– Иди к черту, Алик, – устало огрызнулась я.

Вскоре к поляне пришел Даррен, без веток, между прочим. Алик, разводивший костер, посмотрел на него, хмыкнул:

– Хреново выглядишь, Даррен.

«Братик» одарил эльфа таким взглядом, что тот должен был удавиться на месте. Но говорить ничего не стал. Алия, увидев любимого в помятом состоянии, подскочила, взяла из сумки заживляющую мазь, подошла к Дару, предлагая помощь. Хотя, по моему мнению, та царапина на его скуле способна затянуться уже через два часа, все-таки он полуэльф, а у них регенерация на высшем уровне. Даррен не стал отгонять Альку, но и никак не отреагировал на её действия. Алька бережно замазала рану и улыбнулась Дару, тот лишь поморщился и отвернулся.

Солнце давно зашло за горизонт, стало чуть прохладнее. Над нашей поляной стали появляться сверчки, в кустах стрекотали кузнечики, была слышна возня какого-то мелкого зверька. Безмолвно светила луна, сияли звезды. Изредка ухала сова, где-то пищал сыч. Издали раздался хруст валежника: то волк пришел посмотреть на незваных гостей леса. Ещё минута тишины и разочаровавшись в отсутствии легкой наживы, волк убежал искать более сговорчивую пищу. Ещё спустя пол часа услышала, как голодная куница осторожно, чуть слышно пробирается к дереву, где по глупости прикорнул глухарь. Еще секунда и над лесом раздался короткий жалобный крик птицы, хлопанье крыльев и рычание куницы. Сразу же наступила тишина: хищница поймала добычу и сейчас пьет её горячую кровь из перекушенного горла.

Все спали, уставшие за тяжелый день. Я дежурила первой и сейчас прислушивалась к окружающему лесу и думала о том, какое задание нам дали. Убить живоглота очень трудно. Даже для закончивших обучение магов, вступивших в Ковен. Живоглот – то есть, тварь, созданная некромантом, и убившая его. Практически бессмертная зверюшка. У живоглота непробиваемая шкура, настолько толстая, что боевой пульсар для живоглота – так камушек, брошенный ребенком. Убить его можно двумя способами: умудриться сжечь изнутри или воткнуть серебряный меч в пасть или глаза. Не то чтобы серебряный, я в общем то никаких мечей с собой не носила, полагаясь на свою магию. У меня правда был короткий серебряный стилет, но для живоглота он будет как зубочистка. Алька была ближе к лекарству, но меч носила всегда, однако, он был самым простым. На счет своих спутников я была не уверена. Справа заворочался и сел Алик. Потирая глаза, огляделся, встретился со мной глазами, улыбнулся, я махнула ему рукой.

– Зельда, кажется, у вас с Даром отношения не вышли? Вы вроде так похожи характерами… – начал разговор Алик, сев рядом со мной, у костра. – Чего вы так грызетесь все время?

– Тебе не понять, эльф. – Спокойно сказала я, злиться из-за его любопытства не хотелось.

– Я не настаиваю, можешь не говорить. – Поднял руки эльф, показывая, что сдается.

– Нас вырастил один и тот же человек, Дара считали моим братом. А я его ненавидела. Он всегда унижал меня. Думаю… Не важно… Мы просто не сошлись характерами.

– А твоя семья? Где они? – Сам того не зная, эльф задел больную для меня тему. Пока я думала, рассказывать или нет, он отвернулся, подкинул дров в костер, и когда сел обратно:

– Они умерли, все они. Это была зима. Наша деревня была на западе Велорины, Ласковые Рощицы, вокруг одни леса и поля, до ближайшей деревни три дня пути на лошади, пешком и вовсе неделю. У нас всего хватало, урожай хороший, запасов много делали. В нашу деревню заезжали редко, лишь раз в полгода приезжал гонец из столицы – собирал денежный побор, или продуктовый, у кого денег не было. Та зима была особенно холодной, часть припасов перемерзла. К тому времени, как приехал сборщик, люди совсем обезумели от голода. Мужики и бабы, до смерти затоптав гонца, передрались за те два мешка серебра, которые он собрал с других деревень. Мне, как дочери старосты и моему другу Пельке, выдали денег и лошадь, и отправили в деревню Падки за помощью, или хотя бы за продуктами. На вторую ночь лошадь Ивушку съели волки, чудом не тронув нас. Идти оставалось три дня. Дошла я одна, за пять, Пелька замерз насмерть. В деревне Падки я задержалась еще на две недели, ребенку никто не хотел помогать, да и деньги отобрали. Одна старая женщина приютила меня в своем домике. Когда я наконец покинула Падки – возвращаться уже было не куда. Половина тех, кто жил в Ласковых Рощицах, полегли от кори. Половина выжили, переборов страшную болезнь. Однако, узнав о заразе, разбушевавшейся в деревне, Король приказал очистить скверну огнем, не согласовав это с Ковеном. Маги прибыли, когда от деревни остались лишь обугленные остовы домов и прогоревший погребальный костер для выживших жителей Рощиц. Заледеневшую девочку, два дня просидевшую у чьего-то полу сгоревшего трупа, забрал к себе Киран Алистер. Спустя несколько лет, учитель рассказал мне, что корь в деревню привез гонец, который сам заразился в Кровелге, в котором с корью боролись маги. Там болезнь унесла жизни человек семидесяти может, как и в нашей деревне. Но в Кровелге жило около пятидесяти тысяч человек, даже больше. – Я горько усмехнулась. – Король Лучезар Разумник и глава Ковена магов Бастиан Эммет еще долгое время презирали друг друга.

Я замолчала, смотря на костер и поняла, что спустя столько времени, я впервые кому-то рассказала об этом. На душе было пусто. Алик, как и я смотрел на костер, а потом, повернулся ко мне и положил свои руки на мои. Так, ничего не говоря, мы просидели достаточно много времени, мне было уютно и спокойно.

– Зельда, ложись спать, засыпаешь ведь. – еле слышно проговорил эльф.

К моему удивлению, я уже не сидела как до этого, прямо, а положила свою голову эльфу на плечо и дремала, а он все так же держал мои ладони в своих руках. Я смутилась и отодвинулась от него. Улыбнулась и пошла к своему спальному месту. В след мне донеслось такое же тихое «Спокойных снов, Зельда». Уснула я сразу, как только легла.

2. Ловля на живца

К полудню четвертого дня, мы наконец добрались до деревеньки Падь. Уставшие и пыльные с дороги мы сразу попросили в корчме затопить нам баню. Комната в «Веселом корчмаре» осталась одна, и мы решили первую ночь спать всем вместе, а уже после разобраться. Комната оказалась просторной – широкая кровать на двоих, пара лавок, стол, стул и шкаф. Дружно решили, что кровать займут дамы, а лавки и пол будут в расположении мужчин.

– Давайте пообедаем что ли? – предложил Алик, – Баню пока истопят – успеем о живоглоте побольше узнать. Может это и не живоглот вовсе, а упырь какой. Селяне часто преувеличивать любят.

– Я очень надеюсь, что это так. – пробормотала я, выходя из комнаты, Дар при этом хмыкнул и вышел за мной.

– Зельда, – позвал Даррен, – О чем вы с отцом говорили перед выходом на практику?

– Это тебя не касается, Дар, – тебе очень не понравится то, что он попросил меня следить за тобой. Унизить брата хотелось, но я сдержалась и промолчала, сказав иное, – Но он просил нас быть осторожнее, мало ли, что произойти может.

– И все? – Дар фыркнул и вышел из корчмы. Мои подозрения на счет брата росли как на дрожжах. Учитель не только предупредил меня, но и выдал амулет связи и амулет – щит.

– Зельда, не стой посреди зала, садись, – отвлекла меня от размышлений подруга.

Народу в корчме было мало, пара пьяных местных мужиков и мы. Хозяин корчмы сам принес нам заказ и сел рядом. Алик, не дожидаясь пока тот начнет говорить первым задал вопрос, интересующий нас всех:

– Сколько человек сожрала тварь и есть кто выжил после нападения?

– Дык семеро ужо, Кринька первой, сын мельника, хороший был парень, работящий, – корчмарь вытер платком слезу и шумно высморкался, – второй Данька был, брат Криньки, дурак молодой, пошел мстить и… его утром по ботинку с обглоданной ступней опознали. Третья и четвертая – две сестры, Глаша и Видана, они ехали с Менок, с рынка. Пятым был мельник Тифий, спился от горя и тоже мстить полез, да не вышло. Шестой был рыцарь Ратибор, присланный с Расски. Седьмым был маг из ваших, Ренмис что ли звали, он совсем молоденький был, но вас постарше.

Я вспомнила его, маг боевик, год назад закончил Школу, владел искусством очень посредственно, был отвратительно невезуч на передряги. Даже не удивительно, что он так скоро умер. Но все равно жаль бедолагу.

– А выжившие есть? Или все, на кого он напал умерли?

– Ох, совсем запамятовал. С магом ентим вашим одна девчонка приехала, пошла с ним на монстра, но утром только мага нашли, а девчонка с конем фьють и пропали, никто ужо их боле не видел.

– Как девушка хоть выглядела? Как представилась? Маг?

Корчмарь аж покраснел от напряжения памяти, стукнул себя кулаком по лбу. По его прояснившемуся лицу стало видно, что он что-то вспомнил:

– Точно, вспомнил, вроде маг, её звали Маэл, она очень красивая, как эльфка. Словно божество к нам в деревню спустилось с небес, – глаза мужика загорелись мечтательно, окончательно вспомнил видимо.

– Спасибо, господин, можете идти, – ласково улыбнулся Алик корчмарю, и тот мигом исчез, Алик продолжил уже нам, – Вам не кажется это странным? Единственная выжившая, но сбежавшая эльфийка.

– Ты так уверен, что она именно эльфийка?

– Нет, но это возможно. Маэл… Что-то знакомое. Это определенно эльфийское имя.

– Твоя родственница? – поддела Алика подруга. Алик, видимо таких шуток не понимал и ответил совершенно серьезно:

– В моем роду не было ни одной Маэл. Среди придворных тоже. Это довольно редкое имя.

– Ладно – ладно, давайте поговорим про нашего клиента? – перебила эльфа я, за что тот воззрел на меня с недовольством. – Семь жертв, одна сбежавшая эльфийка. Что – то не вяжется. Ренмис, хоть и был невезучим, но живоглота вполне мог порешать, если только ему никто не помешал.

– Меня эльфийка смущает, – вновь напомнил о ней эльф, – Что она могла забыть в этой деревне? Да ещё и в компании человеческого мага.

Это действительно было странным. Эльфы считают себя превыше всех других рас. Они считаются лучшими магами, и с человеческими не работают. Большая часть магов – эльфов, после завершения обучения, возвращались на родину и занимались её проблемами, были в политике или командовали войсками. Оставшаяся часть эльфов остается в Велорине – работать в Ковене Магов или преподавать в Школе искусства магии. И такие, как Алик, (это мы его так зовем, и преподаватели, которым лень запоминать его полное имя – Алиэн Шаарс Орофер Эрион. (Где: Алиэн – имя, Шаарс – титул, Орофер – имя отца, Эрион – название рода) На простенькое «Алик», наш эльф не обижается.) приближенные к власти, знают всех своих магов, в том числе и на лицо. То, что Алик не помнит некую Маэл, наводило на невеселые мысли.

– Ещё меня смутило то, что Маэл смогла уйти от живоглота, а Ренмис нет. Почему они оба не умерли? Да после битвы с живоглотом, даже хорошие маги ползком домой возвращались. А она… – Алия сделала страшные глаза, хлопнула по столу, от чего сидящий рядом с ней Алик подскочил на месте и продолжила шепотом:

– А если тварь сама её не тронула? Правда такое бывает редко.

Я же подумала о том, а зачем, собственно недоучек, то есть нас, отправили на такое сложное задание. Почему одних, без преподавателей? А если с нами что-то случится?

– Такого не бывает, – перебил тем временем подругу Алик, – Забыла, что живоглоты терпеть магов не могут и по возможности стараются от них избавится, сожрав?

– Только если девушка, о которой вы говорите, не архимаг, – Раздался мягкий голос за моей спиной и рядом сел незнакомый юноша, – Меня зовут Гвалин Ленвиэль, маг из Ковена, меня тоже на живоглота охотиться направили. К тому же некая эльфийка, на границе с Эламиром, в Хабках порешала с десяток стражников, когда те попросили её показать документы. Эта девчонка так изуродовала бедолаг, что даже самые устойчивые маги зеленели при виде их трупов. – Некромант, решила я, только они способны с таким спокойствием и безметежностью рассуждать о трупах и всякой мерзости.

Гвалин подозвал корчмаря и разговор продолжился сразу, как маг доел холодный свекольник. Гвалин вытер руки о штаны, достал из поясной сумки свиток и передал его Алику. Тот сломал печать и зачитал вслух:

– Студенты Аурра, Эрион, Аллистер и Мэлор переходят под командование Гвалина Ленвиэля, для поимки валдака в деревне Падь. По завершению задания, студенты, в сопровождении Ленвиэля возвращаются в Школу искусств и магии.

Наша группа с непониманием посмотрела на некроманта.

– К чему такие сантименты? Мы бы и сами справились, – начал было эльф, но некромант поднял руку, и Алик заткнулся.

– Согласен, с живоглотом вы вполне бы и справились, однако сбежавший архимаг, судя по всему сошедший с ума, либо вставший на сторону троллей, вам не по зубам.

– А ты? – начал снова эльф, но его снова перебили:

– А я сын Бастиана, если вы понимаете о ком я, – подмигнул нам некромант. Бастиан Эммет – глава Ковена, и в его роду, название которого все скрывают, появлялись на свет только сильнейшие маги. Что же это за эльфийка такая, раз на нее сильнейшего некроманта Велорины натравили? И опять вопрос, причем тут мы, студиозусы?

Некромант осмотрел нас, повертел головой, осматривая корчму.

– Где ваш четвертый товарищ?

– Ушел куда-то, – ответила ему Алия, – пойду поищу его.

– Хорошо, а вы поможете мне, идем в мою комнату.

Гвалин встал, подошел к стойке корчмаря и очень вежливо попросил комнату. Корчмарь позеленел и промямлил, что мол свободных комнат нет, господин маг. Гвалин, особо не церемонясь, сцапал корчмаря за воротник и поднял двухсоткилограммового мужика над полом, и сделал он это с таким изяществом, будто тот весил как перышко. Мужик прохрипел «сию минуту господин маг», был выпущен из лап некроманта и рванул на второй этаж с такой прытью, словно за ним сотня мракобесов гналась. Наверху послышались звуки драки и ругань, через минуту вниз кубарем скатился рыжий парнишка, вслед за ним спустился баул с вещами, припечатав рыжего к полу, а затем показался и корчмарь.

– Господин маг, вот ключ от вашей комнаты, – с поклоном передал оный в руки к Гвалину.

– Сразу бы так, – усмехнулся Гвалин и пригласил нас в освободившуюся комнату, прихватив с лавки свою сумку. В это время в корчму зашли Даррен и Алия. Рыжий бедолага, с фингалом под глазом, шатаясь вышел из заведения, что-то грозно бурча себе под нос.

Комната была обставлена не лучше нашей, кровать, шкаф, стол и два стула. Бросив сумку на кровать, порывшись в ней и достав стилет, пару баночек и порошок, некромант выставил это на стол и начал объяснять, что к чему:

– Даррен – алхимик, он будет кидать вот это, – некромант показал на три стеклянных шарика с красной жидкостью внутри, – это взрывающийся порох, кидать желательно подальше от себя и поближе к врагу. Можешь поиграться и вплести туда что-то алхимическое, – усмехнулся Гвалин, – но постарайся не зацепить своих. Затем, это, – некромант взял в руки порошок синего цвета, отдал в руки Алье и продолжил объяснять, – эта штука с запахом крови, – Алия понюхала, скривилась, – для человека оно пахнет гнилым луком, согласен, но живоглота этот запах приманит. Ты перемешаешь его с красноцветом и добавишь листья мооры, тут недалеко растут. Эту смесь ты сделаешь к вечеру. А ночью, когда мы выйдем на охоту, ты займешь какое-нибудь высокое дерево рядом с дорогой и будешь координировать нас. Алик и Зельда – боевики. Ваша задача насадить на этот стилет живоглота, – стилет перекочевал в руки Алика. Ловить живоглота будем на живца. Этим живцом будет Зельда. Перед выступлением натри одежду порошком, который Алия приготовит. И постарайся не тупить, когда живоглот начнет гоняться за тобой.

Изумительный план. Надежный как… В прочем, он был неплох. Для всей команды, пожалуй, но не для меня. Быть наживкой не хотелось. Я не была так уверена в способностях своих товарищей, особенно в Даре. Тот может с радостью пристукнуть не только живоглота, но и меня на пару. Алика в бою я еще не видела, Алия не боец вовсе. А некроманта я сама побаивалась. Возможно, даже сильнее, чем живоглота.

А теперь марш по комнатам, двухчасовой сон и выдвигаемся. Алия, иди делай порошок, потом тоже спать. – скомандовал Гвалин. – Ночка будет веселой. А вот в баньку вместо вас схожу я.

3. Раз, два, три, от рук моих умри

Вечер выдался приятным донельзя. Воздух пропитался запахами трав и цветов, дневная жара спала, уступив место вечерней прохладе. Далеко на западе вот-вот зайдет за горизонт солнце. А с другой стороны деревни, из-за холмов показалось стадо коров, возвращающихся домой в хлева. Вот, прошли несколько минут, и поднимая клубы дорожной пыли и наполняя округу мычанием, коровы подошли к деревне. Войдя на единственную улочку деревни, стадо разбредается во всю её ширь, вынуждая случайных прохожих либо прижиматься к заборам, либо залазить на оные. Слышится ругань верзилы – пастуха и раздаются на всю деревню звуки от удара хлыста оземь.

Стадо проходит через всю деревню, постоянно редея. Уставший пастух, раздавший хозяевам последних коров, скрывается в таверне. И вот еще некоторое время в воздухе стоит запах пыли, коровьего пота и молока. Во многих домах уже потушили свет. Деревенские жители рано ложатся спать, чтоб утром встать с рассветом.

В таверне было шумно, мужская половина деревни праздновала день рождение некоего Миколы, которого, как я считаю никогда и не существовало. Но придумать причину, отпрашиваясь у жен надо, поэтому они и придумывают таких вот именинников. На месте жен, я бы давно засомневалась в поводе для встречи, но кажется, их жены просто уже смирились с ежедневными попойками.

Группа по убиению падьского живоглота сидела за столиком в той самой таверне, и ждала, когда эта кучка пьяниц разбредется по домам. Трупы любопытных деревенских, решивших поглядеть «що тама маги ваши творяты, ежели хуже сделають?» нам были за ненадобностью.

Наконец, когда солнце ушло за горизонт, в вечерний туман вышла наш группа. Некромант еще раз повторил наш план, заставил на пятый раз проверить снаряжение, и наконец отправил нас к лесу. Мы вышли на небольшую полянку, где-то неподалеку выли волки. На нежить я еще не охотилась, от того мне было страшно и неуютно. Алия волновалась так же как я, трясясь, словно листочек на ветру. Эльф и полуэльф были подозрительно спокойны.

Алик подошел ко мне, одновременно доставая из ножен черный кинжал.

– Зельда, держи, надеюсь, что он тебе не пригодится, но мало ли. Он из гномьей стали.

– Но Алин, если я его сломаю или потеряю – никогда не расплачусь с тобой, – Гномьи клинки, сделанные из черного метала обладали невероятной силой – они были даже лучше серебряных. С нежитью они справлялись на раз, превращая её в горстку пепла. От того и стоили они как целый дворец.

– Зельда, ты главное жива останься, а там видно будет, – Усмехнулся эльф, отворачиваясь от меня и уходя в темноту леса.

Даррен, поморщившись, буркнув что-то, ушел вслед за ним. Мы с Алией остались вдвоем, Гвалин, покинул нас сразу, как привел на поляну.

– Давай действовать, подруга, – весело похлопала по плечу Алию, убирая кинжал Алика за пояс.

– Да, сейчас, – трясущимися руками, подруга достала из кармана берестяную коробочку с вонючим порошком, достала тряпку и бутыль с водой. Смешав порошок и воду, нанесла эту смесь на мою куртку и штаны. Пахло от меня теперь, похлеще, чем от топляка.

– Все, лезь на дерево, – поторопила я подругу, когда волки резко перестали петь свою песню, кажись, что-то их спугнуло. Не хотелось бы конечно с этим чем-то встретиться, но придется.

Подруга залезла на березу, помахала мне рукой и принялась ворошить свою сумку, ища что-то. Я внимательно следила за кустами, ожидая тварь. Та не заставила себя долго ждать. Сначала воцарилась мертвая тишина, затем кусты зашуршали под чьими-то тяжелыми лапами, и наконец, на поляну выскочил живоглот. Ужас сковал мое тело. Тварь тоже замерла, смотря на меня красными глазами. Из пасти прорывалось хриплое рычание, пена стекала по морде, темная, почти черная с проплешинами шерсть встала дыбом. Нежить, ростом с теленка, мордой походила на псину, а строением тела на медведя. Тварь пригнулась для прыжка, и в этот момент в него полетели баночки с взрывающимся порошком, от неожиданно появившегося на поляне, позади живоглота Даррена. Прогремел взрыв, отбросивший, меня, находящуюся ближе всех к эпицентру на добрые три сажени. Я больно ударилась затылком и спиной о ствол дерева, в глазах запрыгали мушки. Пыль постепенно улеглась, и я рассмотрела то, от чего сердце у меня ушло в пятки. Живоглот даже не шелохнулся, стоя все в той же позе, он продолжал смотреть на меня голодным взглядом. Я чертыхнулась, проклиная некроманта, и попыталась принять вертикальное положение, и с третьей попытки, держась за ствол дерева, на шатающихся ногах, наконец встала.

А затем живоглот неожиданно сорвался с места и рванул на меня, ну а я, недолго думая, от него. Не самое умное решение убегать от нежити, которая явно быстрее меня. Более умного решения в голове не было.

Я подвывала от страха, живоглот рычал от голода. Спустя долгих пять минут бега с препятствиями, я наконец вспомнила, что я магичка, и не сбавляя темпа начала чертить пассы руками и зачитывать заклинание Фистролиса. Наконец последнее слово было сказано, формула заклинания начерчена, и в сторону живоглота рванула огненная дуга. В воздухе пахнуло горелой шерстью. Быстро оглянувшись назад, обнаружила, что живоглот немного замедлил бег, пытаясь сбить огонь с шерсти, но идею преследовать меня не оставил. Очень жаль. Я уже задыхалась от быстрого бега, в боку нещадно кололо. Решив, что умирать молодой как-то несолидно, я выкрикнула заклинание, совершив пасс рукой, с ладони, откинутой в сторону живоглота сорвался голубой пульсар. Тварь взрыкнула, но бег не замедлила. Решив попытать удачу, повторила заклинание, еще три пульсара понеслись в сторону нежити. Умная тварь, отклонившись от всех трех, рванула за мной с еще большим энтузиазмом.

Неожиданно, где-то справа от меня загорелся пульсар, пущенный в небо. У меня открылось второе дыхание, и я рванула в ту сторону. Пульсар лопнул как раз в тот момент, когда я выскочила на поляну, и не замедляя шага, проскочила мимо опешивших Алика и Даррена. Сзади послышался вой и в выскочившего на поляну живоглота понеслись сразу три предмета – мой голубой пульсар, и от собравшихся ребят серебряный стилет и баночка со взрывчатым порошком. Я застонала. Грянул взрыв и хоть я и убежала на достаточное расстояние, волна от него снесла и меня. Я вновь познакомилась головой со стволом дерева, на этот раз лбом, а не затылком. Решив, более не испытывать судьбу, кое-как вскарабкалась на нижнюю ветку дерева. Вот, опустилась пыль и мы увидели распластанную тушку живоглота. Тот был на удивление живуч, и даже стилет, угодивший ему прямо в глаз, не убил его сразу. Тварь глухо рычала, срываясь на скулеж, и пыталась собрать лапы в кучку и подняться, но ей не позволили. Не понятно где шлявшийся все это время Гвалин, прогулочным шагом вышел на поляну, подошел к твари, задумчиво оглядел, и с его рук, в сторону живоглота полетел черный пульсар. Таким владеют только очень сильные некроманты, потому как, прикоснувшись к такому пульсару, тварь сразу же превратилась в пепел. Мгновенно.

– Браво, дети, вы неплохо справились с заданием, – Похвалил нас Гвалин, доставая из кучки пепла серебряный короткий стилет.

– Ты что, издеваешься, да? – прохрипела я, сползая со ставшего родным мне, дерева, – Вы не могли сразу так сделать!? Когда он только появился на поляне? Зачем нужен был этот бег по открытой местности с риском быть съеденной?

– Ну почему сразу так? Вы действительно хорошо поработали, – Не понял наезда некромант, уже направляясь в сторону деревни и, соответственно поворачиваясь спиной ко мне.

– Скажи-ка пожалуйста, а где все это время был ты? – разозлилась я не на шутку. Так как я, наверное, никто не осмеливался обращаться к сильнейшему некроманту Велории. Но чувство самосохранения я растеряла еще при гонке с живоглотом. Некромант там временем обернулся и удивленно посмотрел на меня. Я тем временем продолжала наступать, – Зачем тебя направили к нам на помощь, если все что ты смог сделать, это выдать нам вонючий порошок и взрывчатку, которые ни черта не помогли?

Некромант озадаченно таращился на меня. А потом неожиданно рассмеялся.

– Красавица моя, я тут не за тем чтобы гоняться по лесу за безобидным живоглотом, а за тем чтобы поймать эльфийку. Как вижу – с живоглотом вы и без моей помощи справились.

– Но… – начала я, но меня перебил Алик.

– Зельда, успокойся, ты хорошо справилась, думаю, если бы нам грозила опасность, он бы вмешался, – Алик подошел ближе, положил мне руки на плечи и, наконец заметил, мое удручающее состояние, – Зельда, хреново выглядишь, пойдем в деревню, тебе надо отдохнуть.

– Идем, – Устало сказала я, убираясь с поляны. Остальные поспешили за нами.

Придя в деревню, я сразу завалилась спать, сил не было даже на то что бы умыться. Только скинула с себя одежду (выкинув её куда-то из комнаты, что бы не воняла) и сразу вырубилась.

На утро стало понятно, что вещи уже не отстирать. Тут даже магия бессильна. От них несло так, что хозяин таверны все утро искал того, кто же сдох. И поняв, что пахнет из комнат магов, оставил попытки избавиться от запаха.

– Зельда, почему ты не избавилась от вещей вчера? Нам теперь придется оплачивать убытки трактирщику. Всех посетителей ему разогнала этим запахом, – Ворчал на меня Гвалин, с которым я со вчерашнего дня старалась не пересекаться. Не получилось. Было немного стыдно за вчерашнюю сцену, которую я устроила, но извиняться я не собиралась. И платить за убытки тоже. И в общем я разочаровалась в некроманте.

– Идея с вонючим порошком была твоя, ты и плати, – отрезала я, поднимаясь из-за обеденного стола. Я собиралась привести свое лицо в порядок (после встречи с деревом у меня вылезла здоровенная шишка на лбу и ссадина на скуле) и отправиться обратно в школу, потраченный более чем на половину магический резерв успел восстановиться только до половины, но ждать больше желания не было. Приключений мне уже хватило на год вперед. Надеюсь, больше нам не придется влезать в неприятности.

Но способность накаркать у меня была получше, чем у всех Велорийских ворон вместе взятых.

4. По всем законам подлости

Я уже собрала походную сумку, оделась и начала навешивать на себя немногочисленное оружие – метательные короткие клинки, стилет. Накинула легкую кожаную куртку (не подходящая под жару на улице, но спасающая от неожиданных травм и веток, ударявших тело, при скачке на галопирующей лошади где-то по лесу. В конце убрала за широкий кожаный пояс походных, льняных штанов кинжал из черной гномьей стали.

Забыла вчера Алику его вернуть, нужно будет поблагодарить его, хоть он мне и не пригодился – пока играла в догонялки с живоглотом, напрочь забыла про этот кинжал. Да и не особо я умела пользоваться холодным оружием, больше полагаясь на свой дар.

Я уже вышла из комнаты, направляясь в обеденный зал на первом этаже корчме, как услышала озорной смех Алии, со стороны второго коридора. Любопытство всегда было моей слабой стороной. Я осторожно выглянула из-за угла и челюсть у меня отпала сама по себе. Моя подружка Алька откровенно заигрывала с Дарреном. Который мало того, что, не игнорировал её, как обычно, а наоборот, проявлял интерес и отвечал на действия светловолосой девушки.

Под потрясением я спустилась с лестницы, не потревожив сладкую парочку. В обеденной зоне так же отсутствовали посетители, хотя Алик с Гвалином постарались, и убрали весь смрадный дух. Те самые, как раз сидели сейчас за столом и что-то увлеченно обсуждали, при этом жестикулируя и указывая на что-то что лежало перед ними на столе. Подойдя ближе, я рассмотрела немного помятое письмо со знаком Ковена и карту Велорины, на которой письмо и лежало.

Не обращая никакого внимания на продолжавших спор парней, я подняла письмо и зачитала про себя: «Я, Бастиан Эммет, глава Ковена Мага, заслуженный… (часть с перечислением титулов я благоразумно пропустила) повелеваю Гвалину Ленвиэлю взять группу из четырех адептов (далее были перечислены наши фамилии) на летнюю практику, срок практики – до последнего дня колосня, конца лета. В дальнейшем взять в ученики сильнейшего из группы, исключая Алиэна Шаарс Орофер Эриона, естественно. Отчитаться перед Кираном Алистером, ректором Школы искусства магии, по окончанию практики.

Бастиан Эммет»

Обломились мои планы избавиться от компании вечно оптимистичного, но пугающего некроманта. Чудненько.

Алик наконец заметил меня, подвинулся на лавке, освобождая место и продолжил спор с Гвалином. Как я поняла из обрывков фраз – они спорили о том, где лучше нам будет провести практику:

– Идеальнее нет практики, чем на болоте, подумаешь до туда две недели конным скоком. Зато проедем через Бугор, Древки, Зельенисс чего стоит, затем уже и до Малых топей доберемся, если не подохнем по пути. – жизнерадостно предложил некромант.

– Я считаю, что нам нужно в Эламир, там идеальная природа, погода и в целом хорошо. – рекламировал свою родину Алик.

– Так, мальчики, предлагаю альтернативу, – подала я свой голос, устав слушать явно не самые лучшие идеи товарищей, – Мы можем добраться до деревни Заморье, там растет куча полезных трав и цветов, и редких много, как раз запасы пополним, можно будет даже продать кому, а затем переберемся через речку Крынку, а там можно будет на недельку – две остановиться в Межморье, там и река Венка рядом, одна благодать. Да и задание с эльфийкой не завершено, или мы в нем больше не участвуем?

Некромант призадумался, сделав вечно веселое лицо непривычно серьезным. А Алик внес дополнение к моему предложение:

– От Межморья можно на паруснике доплыть до Устицы, а оттуда уже в Эламир. Про беглянку можем у отца узнать.

– Поддерживаю предложение, – сказал немного повеселевший некромант, однако глаза его, остались серьезными. – собираем вещи, выезд через десять минут. Может по пути и эльфийку догоним. Странно, что отец не слова о ней не написал.

В задумчивости некромант ушел наверх, видимо, собирать вещи. Алик также пошел за ним, перед этим спросив, не видела ли я Дара и Алию. Я коротко описала ему увиденное, и предлагая ему поторопить их. Алик посмеялся, но согласился оторвать парочку друг от друга. Я тем временем, решив, что успею еще холодной похлебки заказать, подозвала служанку, велев принести сытный обед.

Когда я уже доела – в зал спустились одетые Алик и Дар, чуть позже спустился спокойный как удав некромант. Понять, что на самом деле думает последний, было просто нереально. Все трое, не задерживаясь вышли во двор, видно седлать лошадей. Моего бы кто оседлал. Вредный конь Исидор, за эти годы так и не полюбил свою хозяйку, все время норовя сбросить в придорожные кусты при любой возможности.

Наконец, осушив кружку с холодным кваском, я, довольная жизнью поднялась с лавки и подхватила заранее собранные сумки. И увидела подругу. Та спускалась, постоянно теребя длинную, до пояса косу. Встретившись со мной взглядом, Алия покраснела. Мое же хорошее настроение как ветром сдуло. Когда подруга подошла ко мне, я тряхнула её за плечи, заглядывая прямо в глаза:

– Алия, не верь ему. Я его пол жизни знаю, тварь еще та. Не стоит он тебя, подруга. Опасаться бы тебе его, и не подходить ближе чем на три шага.

– Дура ты, Зеля, люблю я его, не понимаешь ты. – Запела влюбленная по самое не балуй Алия. – Али ты завидуешь мне? У самой за всю жизнь и ухажеров то не было! – разозлилась на меня подруга. Тяжело вздохнув, я развернулась к выходу. Бесполезно. Надеюсь сама додумается.

Конь встретил меня ехидным ржанием, и с очевидным желанием поиздеваться над нелюбимой хозяйкой. Но к моему огромному облегчению и разочарованию наглой рыжей конской морды – Алик предложил свою помощь в осёдлывании Исидора. По большей части я просто стояла рядом, пока эльф проделал всю работу за меня.

– У тебя на редкость вредный конь, – со смешком произнес эльф, отпихивая от себя морду Исидора. Тот, в свою очередь пытался цапнуть эльфа за руку.

– И не говори, – тихо пробормотала я, задумчиво смотря куда-то в область груди Алика. Ненавязчивая мысль, которая не сформировалась целиком, но казалась такой важной бесследно пропала. Я подняла глаза на эльфа и слабо улыбнулась. – Спасибо Алик.

– Обращайся, Зельда. – произнес тот, и запрыгнул на своего коня.

Статный эльфийский конь Эвиль [это Верный (с эльф.)] был спокойным и послушным. Он не взбрыкивал и не стремился скинуть своего хозяина, как Исидор. Хороший конь. И красивый. Я вздохнула и повернулась к наглой рыжей морде. Тот показал мне зубы и повернулся ко мне задом. Прекрасно. Я попыталась его обойти, но вредный конь все время отворачивался. Я психанула и зажгла синее пламя в руке. Конь мгновенно замер и кажется, даже дышать перестал. Довольная произведенным эффектом, я погасила пульсар и залезла на коня. Устроилась поудобнее, поправила кинжал из гномьей стали, который чуть не впился мне в ногу при залезании на коня. Нужно уже отдать кинжал, или хотя бы ножны попросить, а то не удобно как-то. Ладно, на первом привале отдам. Я огляделась на спутников: ближайший ко мне Алик записывал что-то на листок пергамента, Гвалин перевязывал свой двуручный меч и проверял, что бы тот удобно доставался из наспинных ножен. Алия привязывала свою сумку на лошадь Белку – очень послушную кобылку. Как я и ожидала, Даррен на свою возлюбленную даже не смотрел, занимаясь осёдлыванием Искры – невысокого бурого коня, с длинной шерсткой и широким копытом – такие кони чаще всего использовались в холодную погоду – на них удобно было пробраться по сугробам – кони не проваливались под снег, даже под тяжелым наездником. Сейчас же Искру было жаль, беренейскому коню было крайне жарко, от того он быстрее устанет и будет еле плестись. Беренейских коней выращивали гномы. Торндел был расположен далеко в горах, где почти всегда лежал снег. Хотела бы я там когда-нибудь побывать, говорят в шахтах гномы выстроили удивительные города.

– Спасибо за гостеприимство, уважаемый, – вывел меня из задумчивого состояния голос Гвалина. Оказывается, нас вышел провожать сам хозяин корчмы. Тот поклонился в пояс, по Велорской традиции касаясь пальцами руки земли, при этом говоря:

– И вам благодать ведуны за жизни нашинские, спасенные, и за тварь убитую.

Гвалин только хмыкнул, направляя коня к выезду из деревни и первым пронесся в ворота. Следом за ним поспешили и мы.

Вот и началось новое путешествие, которое с одной стороны мне начинало нравится, но и было то, что заставляло волноваться, не позволяя ни на минуту расслабиться.

5. По Велорийским законам

От крепости Расски и до Межморья вел Марьин тракт, по которому туда-сюда сновали обозы торговцев, путешественники, крестьяне и все, кому не лень. На карте, которую сейчас в руках держала, собственно, я, было всё нарисовано так, словно от деревни до тракта – рукой подать. Но по факту, от Менки до Пади и вправду рукой подать, но вот от Пади до тракта мы уже тащимся целый день.

И вот подумать бы – "Я что-то не понял, там разве не одна дорога – от Пади к Менке, от неё к тракту?". Так вот, нет – дорога и правда не одна. Гвалин решил, что ехать по малознакомой, заросшей бурьяном дороге будет гораздо быстрей.

И вот, теперь мы все злобно таращились на прямую спину некроманта. Ему же, от наших взглядов было ни тепло, ни холодно. Возвращаться обратно к развилке никто не хотел, так же, как и открыто угрожать виновнику наших страданий – прикопает вот в этом глухом и непролазном лесочке, и никто нас уже не найдет.

В момент обдумывания этой мысли Лин повернулся ко мне и окинул оценивающим взглядом – словно примерялся – какой длинны ему копать яму. Я уже было начала думать, что он и мысли читать умеет, но он начал разговор о другом:

– Предлагаю остановиться тут на ночлег, все равно скоро совсем стемнеет, а ставить лагерь в темноте плохая затея.

Не согласиться с ним было трудно. Все ужасно устали, и лично я готова была уже лечь на холодную землю, лишь бы эта тряска прекратилась. К тому же густой лес закончился и выглянула крайне удобная полянка с низкой травой и парой поваленных деревьев. Деревья частично пошли в костер, другую часть раскололи на пни, чтобы не сидеть на земле. Сам костер, тем временем разводил некромант, Алька взяла на себя готовку и уже крутилась возле разгорающегося костра. Даррен в это время расседлывал и кормил лошадей, мы с Аликом таскали хворост для спальных мест.

Когда вся подготовка закончилась, и мы сели вокруг костра – было уже совсем темно.

– Дорогие студенты, – неожиданно, тоном школьного преподавателя начал Гвалин, – Что в первую очередь должен сделать странствующий маг, останавливаясь в лесу, кишащем нежитью?

– Установить магический контур, – догадалась я.

– Верно, а какой именно контур подойдет для Марьина леса?

– Силовой? – предположила Алька.

– Ох, ну что за специалисты нынче пошли?! – вдохнул Гвалин, – Элементарного не знают. Что-ж, устроим лекцию. Для чего, и какие виды контуров бывают? Начнем с тебя, – показал пальцем на Дара некромант, сам о