Лягушки

,,У Ковригина кончилось пиво. Надо было идти в палатку."
Скажите, люди добрые, можно ль после такого начала отложить эту книгу в сторону? Можно ли не вспомнить прочитанные тогда его ,,Альтиста Данилова" и ,,Аптекаря"? Можно ли не достать из холодильника бутылочку пенного и, устроившись с книгой на диване, открыв пошире окно вечерней летней прохладе, окунуться в удивительно емкий и зрительный мир, открывающийся постепенно с каждой страницей?
Предпоследний его роман полон понимания душевного мира человека, огранен легкой иронией, чуткой лирикой и безраздельной любовью к нам, приходящим в этот мир, задающим простые вопросы и ищущим всю жизнь на них ответы. Вряд ли книга даст вам готовые ответы, но она столь замечательна в форме поиска, что невольно начинаешь следовать по той же извилистой тропинке, протоптанной средь бурелома и крутых оврагов, удивительно чутким к каждодневным обертонам существования проводником в мир мысли и слова Владимиром Орловым. Закрыв же роман на последней странице лишь жалеешь о том, что его уж с нами нет. Увы.

,,У Ковригина кончилось пиво. Надо было идти в палатку."Скажите,люди добрые,можно ль после такого начала отложить эту книгу в сторону? Можно ли не вспомнить прочитанные тогда его ,,Альтиста Данилова" и ,,Аптекаря"? Можно ли не достать из холодильника бутылочку пенного и, устроившись с книгой на диване, открыв пошире окно вечерней летней прохладе,окунуться в удивительно емкий и зрительный мир,открывающийся постепенно с каждой страницей?Предпоследний его роман полон понимания душевного мира человека,огранен легкой иронией,чуткой лирикой и безраздельной любовью к нам,приходящим в этот мир,задающим простые вопросы и ищущим всю жизнь на них ответы.Вряд ли книга даст вам готовые ответы,но она столь замечательна в форме поиска,что невольно начинаешь следовать по той же извилистой тропинке,протоптанной средь бурелома и крутых оврагов удивительно чутким к каждодневным обертонам существования,за проводником мысли и слова Владимиром Орловым.Закрыв же роман на последней странице лишь жалеешь о том,что его уж с нами нет. Увы.