Читать онлайн Высокие чувства бесплатно

Глава 1

Пластиковый стакан сильно жжет ладонь, я едва успеваю запрыгнуть в вагон, но, увы, положение лучше не станет, мест нет, и не предвидится. Единственное, что прогнозировать можно точно – давка. Прижимаю сумку к себе, стараясь не расплескать кофе, в попытках отпить, чтобы хоть как-то проснуться. Рубашка, итак заправленная лишь спереди, выбивается, явно становясь помятой. Жалею, что все же решила надеть белые кеды. Выдыхаю, успешно проглатывая горячий напиток, облизнув губы. Впереди меня стоит молодая девушка, брюнетка, а на ее руках – ребенок. Мальчик, настолько милый, что я не в силах не улыбаться ему.

– Мам, смотри, какие волосы! – с таким восхищением говорит он брюнетке. – Смотри, смотри! – она поворачивается на меня, улыбаясь. – А можно их потрогать? – девушка удивленно смотрит на сына, и я делаю к ним буквально шаг, сквозь толпу.

– Можно, – отвечаю я, и замирая, увидев в другом конце вагона трех парней, от лиц и ухмылок которых все мои нежные флюиды внутри растворяются.

«Рыжая овечка Долли» – привязанное ими прозвище, из-за рыжей копны, с которой мне было суждено уродиться. Нет, вы не подумайте, я люблю свои волосы. Мне с детства нравилось, что ко мне подходили и рассматривали их, я любила видеть довольные, удивленные улыбки детей, как в детстве, так и сейчас.

Дети всегда намного честнее, чем взрослые. Они намного откровеннее, добрее, ведь когда ты ребенок, то еще не понимаешь таких вещей как зависть, месть, лесть и прочее.

Юра, Кир и Артём… три ведущих в команде по баскетболу нашего Университета. Я бы рассказала пару слов о каждом, но в сущности, главарь этой тройки, как раз-таки, третий.

Артём Фриза – мальчик, по которому сохнет половина моей группы. Миловидный, слащавый, худенький брюнет со светлыми глазками и наипоганейшим характером. Именно он придумал моё прозвище, именно он каждый раз попрекает меня им. Из-за него Клёнова даже предлагала мне наносить больше тональника, чтобы прятать россыпь веснушек на лице, но увы и ах, мне невероятно без разницы на его мнение. Тем не менее, дурацкая дрожь от присутствия этих недоумков всегда напоминает о себе, когда мой взгляд встречается с кем-то из них. Особенно с Артёмом. Он переспал, кажется, с каждой на нашем потоке, но не со мной.

– Плевать, уверен, овечка – бревно в постели, занудная, как и в учебе! – фраза Артёма, сказанная после пощёчины.

И как раз насчет «занудства» он не был прав никогда. Я не занудная в учебе, а просто… просто хочу получить эту чертову профессию и уйти работать, чтобы помогать своей семье. Чтобы отсылать деньги матери и отцу, вот и все. Для меня семья – одно из главных в жизни, а нежность и трепетность – напрямую связанные с этим качества, признаки доверия к людям. Но этому… спортсмену меня не понять, ведь Фриза – богатый мальчик, которого мамочка и папочка обеспечили донельзя. Слишком много о нем, хватит.

Вообще, люди – самая странная в мире живая субстанция. Они заставляют страдать, сводят с ума, но вместе с этим, порой, делают тебя счастливым. Я никогда употребляла фразы «ненавижу людей!», но и сказать, что я обожаю социум тоже не смогу.

Допиваю кофе, выходя на своей станции, быстро идя к выходу из метрополитена, дабы не столкнуться с моей «наилюбимейшей» компанией. Благодаря этим королям жизни, гуру мира сего, я просто не переношу баскетболистов, и моё отвращение к ним, кажется, не стереть уже никак.

Затыкаю уши наушниками, прибавляя музыку громче, выдохнув, ускоряя шаг. Первой парой философия и, о, боги, как же я счастлива, что со мной на факультете учится только один из этих красавцев, но… так было до вчерашнего дня.

«Артём и Владислав будут учиться в вашей группе» – плюс к Кириллу, еще и эти двое. Ах, да! Владислав-Владислав! Капитан команды! У-у-у-у-ух! Вот по нему сохнет не половина, а весь поток! Абсолютно весь! Мужественный и сильный, красивый, темненький. Всегда лаконично и хорошо одет, не кичится своим положением, как кажется мне. Общаюсь ли я с ним? Конечно, нет. Еще чего мне не хватало.

– Привет, – выдыхаю я, садясь рядом с Васей. – Снова покрасилась? – она кивает, поправляя волосы, смотря вперед.

Вася с первых дней сохнет по нашему преподавателю, Сэму. Только он заходит в аудиторию – все, моей подруги будто не было.

– Клёнова, очнись! – смеюсь я, толкнув ее в ребро, наконец заставляя повернуться. – Ровно? – она смотрит на колечко посередине моего носа, и немного поправляет его. – Спасибо, – слышу тему занятия, начав записывать.

Вообще, я пошла на филологический факультет, потому что решила, что с образованием филолога я смогу добиться намного большего, чем с образованием обычного журналиста. Наш факультет делится на две группы – филология и иностранные филологи, проще, мы зовем их полулингвисты. Вот те трое – лингвисты, я точно помню, что они невероятно хорошо говорят на двух языках, не считая родного.

Я же учусь на филологическом, но… некоторые пары у нас, к сожалению, совместные.

– Ев, ты видела? – она кивает в сторону. – Дёмин и Фриза теперь у нас в… – прочищаю горло, кивнув. – Да ладно тебе, красивые же парни! – смотрю на блондинку, прикрыв глаза.

– Вась, мы вроде уже говорили на эту тему, и не один раз, – девушка, понимая мой настрой, просто переводит тему, продолжая писать.

– Евангелина, – слишком смешно начинает Клёнова. – Не желаете ли вы сходить со мной на вечеринку, м? – я усмехаюсь, игнорируя вопрос. – Ну, Ева! Я серьезно! Ксюша всех собирает у себя, сегодня, в шесть. И тебя она, кстати, тоже приглашала! Пойдем? – тянет Вася, и я сдаюсь.

– Ну, хорошо-хорошо, – блондинка взрывается радостным визгом. – Погоди, а что… Сэм идёт? – Вася краснеет, а смеюсь, теперь, я.

– После учебы домой, переоденемся, а? – я киваю, улыбнувшись, кстати, мы с этой фурией вместе снимаем квартиру.

Вообще, я не люблю высоченные шпильки, платья, которые еле-еле прикрывают зад, и слишком сильно открывают грудь. Мне не нравится макияж а-ля «мега-соска», я не люблю выглядеть привлекательной с приставкой «адски вызывающе».

Мне нравится быть собой, не сливаться со всеми «безупречными».

– Ну, Ева! – хмыкает Вася. – Померь, ну померь! – и я поддаюсь, забирая вещи.

И вот, на мне розовое платье, обтягивающее, почти атласное, открывающее плечи, оно держится на бретелях, тонких, как полоска стринг. Вообще, я больше люблю что-то спокойное и лаконичное, но… это не значит, что я не ношу яркие, сочные вещи.

Босоножки в цвет, серьги, которые подарила мама… очень давно. Вася заставляет меня густо накрасить ресницы, сделать стрелки, но помаду… не хочу. Почему?

– Ев, ну… – девушка обнимает меня. – они не полезут, там будет много народу.

– Вась, ты же понимаешь, что это самый крутой повод для этих идиотов. – мы выходим, идя к такси. – Овцой… они называют меня овцой, я всё еще не могу поверить, что такие придурки запомнили именно меня.

– Овечкой Долли, рыжей овечкой. – Вася садится в машину, и я сажусь за ней. – И вообще, ты единственная, кто отшил Артёма! – я ухмыляюсь.

Не то, чтобы я стесняюсь своей внешности, абсолютно нет. Веснушки, рыжие пышные волосы, светлая кожа, худое тельце, с толикой спорта – привычное мне отражение в зеркале, и я не боюсь показаться на улице без макияжа, дело… не во мне, а в людях. Если я лечу в свой родной город, то там макияж – табу. Потому, как я знаю, там меня всегда примут и поймут.

– Ты уверена, что нам сюда? – сглотнув, я смотрю на огромный дом, с балконом, панорамные окна, через которые видно, что внутри блестящие стены, светящиеся потолки и диваны. Вася кивает.

Я выхожу, выдыхая, ощутив, как Василиса берет меня за руку, ведя вперед. Мы проходим к дому, я замечаю, как минимум три целующиеся пары, прямо у стен, не стесняясь. Вдыхаю сладковатый аромат кальяна, когда поднимаюсь по лестнице. Запах кальяна вместе с алкоголем… бррр. Вася, поправив короткую юбку, ведет меня в центр танцзала, ближе к девочкам.

– Хэй, Ева! – Ксюша целует меня в щеку, смеясь.

Мягко говоря, атмосфера… пьяной вечеринки а-ля «день студента», то есть: пей не хочу, кури, целуйся, трахайся на людях. Люблю ли я такое? Абсолютно нет. Я не пью, а если и пью, то… крайне редко, и по ошибке… если заложен нос.

И вдруг, танцуя, я поворачиваюсь, заметив… троих пьющий парней, громко смеющихся. Юра, обнимая свою девушку, чуть ли не запихивает руки ей под юбку. Кирилл курит кальян, а рядом с ним… в слюни пьяный Артём. Фриза сидит в рубашке, расстегнутой на три пуговицы, и почти показывает всем свое шикарное тело, наверное, только на кубики его пресса можно взглянуть, и то, если на голову надеть пакет и заклеить рот. Да, я настолько не переношу его. Он… щурится на меня, а я отвожу взгляд, замерев, натыкаясь на человека, которого очень редко можно встретить на таких тусовках где-то не в темноте, в супер трезвом состоянии или без девушек вокруг. У стены, смотря в свой телефон, стоит Влад. Его волосы, темные, уложены и слегка спадают на лицо. Ореховые глаза полностью опущены, он немного загорел… очевидно, снова куда-то катались со своей командой. Он одет в черную рубашку, джинсы и кроссовки. Дёмин вдруг поднимает на меня глаза, а я закусываю уголок губы, вздохнув.

Мы танцуем, я стараюсь вообще не смотреть в сторону нашей «невероятной» тройки. Почему у меня сложились такие отношения с баскетбольной командой?

Я могу сказать быстро и резко. Артём Фриза, наш мальчик, солнце, и гроза «малышек», решил, что… Меня можно обливать грязью, если я не хочу ластится под него и его дружков.

Мне нужно было лишь вспомнить о нем, как тут…

– Оп-па, овечка наша! – Артём подходит к нам, смеясь. – Ого-го… а у нас есть точеные плечики? – передергиваюсь, отойдя. – Ну куда же ты, Долли? Не подходишь, не общаешься… девочка хочет отличаться от всех? – его смех раздражает меня. – Так, ну-ка, дай посмотреть на твоё засыпанное личико! – разворачиваюсь, чувствуя хватку Васи на своей руке.

– Отойди от меня, – рычу я, и… девочки застывают. Я слишком редко так делаю. – и вообще не дыши в мою сторону. – Фриза ржёт в голос. – Вась, я хочу уйти. – прямо говорю девушке, танцуя. – Хотя бы на улицу. – пытаюсь пройти между людьми, но не могу, слишком сильная давка.

– Ева, пожалуйста! – Вася пытается схватить меня за руку, чертыхается на своих туфлях. – Ну куда ты пойдешь? Снова будешь тухнуть дома? – выдыхаю, сумев дойти до лестницы, наступая. – Майская, я обижусь! – сталкиваюсь с Сэмом, ударившись головой о его плечо. – Ой, – неловко говорит Вася, увидев преподавателя. Впервые я так рада, что Клёнова отключается от мира, когда видит Сэма.

– Евангелина, – улыбается брюнет. – приятно удивлен. Красивое платье, – я хмыкаю, повернувшись на подругу. – О, Василиса! – радостно улыбается парень. – Выглядишь прекрасно. – подруга завороженно улыбается ему. – Не откажешь мне в танце? – медленная музыка дает о себе знать, как и одержимость Васи Сэмом.

– Я… конечно! Я только за! – брюнет подходит к ней, уводя, а я спускаюсь вниз, но…

– Куда же ты? – воздух выбивается из груди рывком, меня ставят спиной к стене. – Овечка, может… поблеешь? – Фриза. Как он догнал на меня? Еле на ногах стоит.

– Убери от меня свои руки, – парень пьяно хохочет. – Если тебя вырвет на мое платье, я заставляю тебя напялить его. Тебе ясно? – его рука оказывает на моей шее.

– Останешься голой? – молчу, ощущая, как подташнивает от запаха, которым пропитан Артём. – Буду рад. – толкаю его в плечи, отшатнувшись, он чертыхается, почти падает, а я бегу вниз по лестнице, на улицу. – Долли, эй! – нагоняет меня, пытаясь прижать к себе. – Ну не ломайся, малышка! – пытаюсь уйти, отбегая, попутно вызывая такси. – Хватит, я всё понял, ты особенная, я с тобой тоже буду не таким, как с каждой второй! Тебе понравится! – он, на удивление, идёт хоть и зигзагами, но быстро.

– Отвали от меня, придурок! – кричу, замечая, что у балкона стоит человек семь, среди них есть друзья Артёма.

– Ты раздражаешь меня, – рычит он, хватаясь за мою руку, прижимая меня к воротам, я начинаю брыкаться, толкать его. Внутри зарождается страх, в доме снова гремит музыка, все уходят внутрь. – Хватит пинаться! – ком в горле не дает дышать, но я борюсь, стараясь не срываться на мольбы о помощи. Я всё могу, сама.

– Артём, – громкий рык, и пытаюсь понять, кто зовет парня. – ты пьяный, идем. – Фриза брыкается.

– Отвали, я занят. – рывок, Артём развернут к… – Дёмин, блять! – Фриза толкает брюнета, и тут…

– Не надо! – не успеваю крикнуть прежде, чем кулак Влада врезается в челюсть Артёма. – Да вы что, спятили оба? – стараюсь разнять этих двоих, из дома выходят парни, и помогают мне.

– Ебаный ушлёпок! – кричит Артём. – Да клал я на твою команду, тебе ясно? – Влад потирает руки.

– Вот именно, что на мою. – отвечает брюнет. – Пошел ты. – прикусываю губу, желая просто уйти. Сюр, а не ситуация. – Погоди! – я иду быстрее, к выходу с территории дома.

Какого черта он сделал? Нет, конечно, я благодарна ему за помощь. Но драка. Блядская драка с сокомандником? Зачем этот долбанный… спортсмен полез на своего друга? Они перепили, оба? Идиоты. При всем потоке… боже, да меня же половина универа возненавидит! Сейчас вот только проблем со слухами не хватало, для комплекта.

– Как тебя там… Ева! – иду еще быстрее, но… – Куда ты несешься? – он дергает меня к себе, я врезаюсь в его грудную клетку, смотря снизу-вверх.

– Отойди от меня! – зарычала я, отпихиваясь от Влада.

– Почему? – в его ореховых глазах возникло… непонимание.

– У меня аллергия! – прошипела я.

– На людей? – усмехается брюнет.

– На баскетболистов! – отвечаю я, видя свое такси, и мигом сажусь в машину, выдохнув, видя в окне Дёмина, оставшегося стоять около дороги, смотря мне в след.

Глава 2

– Добрый день, Евангелина. – я киваю, входя в аудиторию, ища глазами Клёнову, но, не находя ее, поднимаюсь на самый верх, за пустые столы.

Пока я шла по помещению, на своем затылке ощутила такое количество взглядов, сколько не было на мне за всю мою жизнь. Я даже пожалела, что сегодня убрала волосы в хвост, открывая лицо. Было ощущение, как будто в курсе вообще все, от и до.

– Эй, Майская? – я поворачиваю голову вправо, видя Юру. – Можно назвать тебя отдельной командой? – я закатываю глаза. – Ну, ты ведь разгромила нашу! – парень начинает смеяться, Кирилл подхватывает его смех, я не вижу ни Артёма, ни Влада. И слава богу.

– Тишина в аудитории! – выкрикивает Сэм, пуская взглядом молнии в парней. – Юдин, может ты мне на вопрос ответишь? – Кирилл толкает локтем Юру.

Сэм продолжает лекцию, а я прикусываю губу, понимая, что… видимо, теперь я – причина слухов и расспросов. Великолепно.

Нона, Марта и Саша сидят вместе, бурно что-то обсуждая, иногда оборачиваются на меня, хихикают. Нона девочка на побегушках у этой шайки, где только не была эта барышня, куда только не залазила, но не осуждаю. Кого … кто как одет? Вот и меня не волнует.

Около них – Федя и Женя о чем-то переговариваются, занимаются тем, что слушают девочек. Сэм снова пытается угомонить их, я опускаю голову ниже, а потом… возле меня опускается сумка, буквально через метр.

Дёмин.

Я сразу же ставлю свой небольшой рюкзак около себя, не позволяя продвинуться. Не станет же он собственноручно убирать мои вещи. Лекция продолжается, я не могу слушать Сэма полноценно, доходит только через слово, только переговоры около себя, только усмешки доходят целиком.

Внутри разгорается злость, я вспоминаю, что однажды в школе я, защищая свою подругу, влетела в ужасные события, называемые – «меня обливают дерьмом». Как я с этим справилась? Просто прекратила обращать внимание, и плакала в подушку, если было слишком тяжело, но делать так снова… я не могу. Даже не так – я не хочу и не стану. И кричать, ругаться с кем-то тоже не в моих интересах. Во мне была такая… психологическая черта – если на меня кричат, и я кричу в ответ, то начинаю плакать, и не могу контролировать это; дело даже не в страхе, но сейчас, даже если потекут слёзы, сквозь них – я отстаю себя, если это будет стоит моих нервов, что вряд ли. Проще сходить в спортзал или что-то почитать, чем тратить своё время. Главное – это не доводить меня до точки кипения.

– Смотри, смотри, – сглотнув, я пытаюсь не обращать внимание на девушек, сидящих недалеко от Юры и Кира. – я тебе говорила, они дрались из-за этой овцы! – стискиваю в руке ручку. – Так бы и повыдергивала ее патлы рыжие! – и тут…

– Лена, – краем глаза смотрю на саму ситуацию. – тебе если повыдергать хочется что-нибудь, так ты язык себе вырви. Он явно лишний. – Влад буквально затыкает девушку, а я начинаю недоумевающе хмурить брови. Какого черта он снова лезет? Спасатель хренов. И поблагодарить хочется, и врезать одновременно.

Наконец лекция кончается, я спускаюсь по ступеням, и не успеваю ступить вниз, как запинаюсь о чью-то ногу, лечу вперед, приземляясь в руки преподавателя, как нельзя кстати стоящего рядом.

– Смирнова, ты что, совсем? – ругает брюнетку Сэм, поймав меня. – А если бы я здесь не стоял? Да она бы нос себе сломала! – поспешно компания выбегает из аудитории, я неловко ловлю взгляд Влада, а в дверях замечаю Василису, и осознаю картину, представшую перед ней: Я, в руках Сэма, с упавшим с плеч кардиганом, растрепанная и покрасневшая. – Клёнова, почему пары прогуливаем? – рыкнул брюнет, а блондинка опешила. – Ева? – я поворачиваюсь к нему. – Ты в порядке? Не ушиблась?

– Все в порядке, – киваю я. – спасибо вам.

– Не обращай внимания на Юдина с Лебедевым, сила есть – ума не надо. – брюнет ухмыляется. – Тем более, такая красивая девушка как ты, просто обязана пропускать этот бред мимо ушей. Договорились? – хлопок двери. Василиса ушла, а со следующим хлопком вышел Дёмин.

– Конечно, – тихо отвечаю я. – Я пойду. – выбегаю, оглядываясь, ища подругу глазами. Черт, только этого мне не хватало.

Василиса поразила меня в первый день учебы своим видом и голосом, смехом. Я замечала ее в толпе, среди кучи студентов.

Многие говорят, что она наивная и легкомысленная, одержимая, но… меня с первой минуты общения покорила ее простота, нежность и теплота. Она по-детски добрая, обыкновенная и прекрасная. Вася кто-то, кто однажды перегорел во мне, возможно поэтому, я так люблю её и буду стоять горой перед кем угодно, если её обидят.

Мы познакомились благодаря самой блондинке, которая подбежала ко мне в кафетерии, между парами, в начале дня, с невероятной фразой:

– Можно потрогать твои волосы? – я улыбнулась, заправив локон за ухо, и поняла: Эта девочка, похоже, вторая часть моей души. То, чего так не хватает во мне.

После этого мы буквально каждый день вместе сидели на парах, общались в перерывах, ходили в кафетерий, а спустя семестр – Вася предложила снять квартиру, которую мы нашли в тот же день. И вот, собственно, уже второй год, и живу вместе с этим прекрасным человеком – Василисой.

Она всегда старается поддержать меня, находится рядом. Такого друга как Вася у меня не было, пожалуй, никогда. Именно за то, какая она настоящая, душевная, пускай и наивная иногда, я ее люблю. Всем своим сердцем, как бы я себя не вела, и чтобы между нами не было, ведь порой я бываю… грубоватой, слишком прямолинейной.

– Вась, ты тут? – заглядываю в наше обычное место, где находится фортепиано, мольберт и прочие вещи для творчества. Старый театральный зал. – Вась, – девушка сидит на подоконнике, и как только я вхожу – утирает слезы рукавом блузки. – ну ты чего? – хочу приобнять подругу.

– Ева бывает доброй? – горько усмехается блондинка. – Не надо! – хмурюсь. – Ну какого черта, Ева? Почему вот так? – смотрю на рыдающую блондинку, не осознавая того, как сильно она психует. – Я с первого курса бегаю за ним, учу эту чертову «историю иностранной филологии», а он вечно клеится к тебе? Чем я хуже тебя? – у меня сердце валится в пятки. – За тебя дерутся два самых крутых парня на потоке, заступается Сэм, а тебе плевать! Чтобы за тобой бегали, надо ненавидеть всех, а? Надо быть сукой? – Вася буквально орет на меня, звонок на пары вгоняет в реальность. Сегодня две пары, и это сейчас дико радует меня. Почему? Последняя пара – не на моем потоке, а Вася туда точно сейчас не пойдет.

Разворачиваюсь, быстро выходя, ощущая дикий ком в горле, и то, как я задыхаюсь от подступающих слёз. Немного прикрываю лицо вязаной тканью, и поднимаюсь наверх, садясь подальше от всех, с краю, в глубине аудитории. Юлия Сергеевна рассказывает о истоках литературы, и просит открыть ноутбуки. Дается задание: напишите эмоции, самые яркие по вашему мнению, объем – три страницы.

Начинаю печатать, расписывая во всех красках ощущение страданий, боли, обиды и переваривания грязи, наваливающейся со всех сторон. Меня ничего не может задеть, кроме самых дорогих сердцу людей. Да, Вася пробилась в мою душонку. Порой, я даже сама боюсь признать, насколько дорожу ей.

– Можно? – я поднимаю взгляд и вижу Влада, кивающего на место около меня. Какого… он опять тут?! Хочу встать. – Стой! – его рука ложится на мое плечо, мне хочется зарыдать от того, как мне успела надоесть эта ситуация. – Я просто сяду рядом, угомонись. – киваю, чтобы просто не привлекать внимания, и медленно отсаживаюсь максимально далеко.

Чудом сдерживаю ком в горле и злобу, благо этот… вечный преследователь утыкается в свой компьютер и усердно пишет. Смотрю на то, что количество страниц моей работы – четыре, и прекращаю писать, открывая соцсети, замечая уведомление:

«Артём Фриза отметил вас в своем фото»

Тут же открываю приложение и вижу то, как я разнимаю этого ублюдка и их капитана. Комментарии, написанные под фото и подпись самого «автора» просто… сражают наповал, в самой истеричной форме этого выражения.

«Волки и овца»

Кир Юдин: Бля, Тём, это шедевр!

Дарья Смирнова: Жаль, ей не влетело…

Юрий Лебедев: Дарья, еще влетит)

Беру в руки ноутбук, быстро спускаясь вниз, к преподавателю. Руки дрожат от истерики, желания заорать на всю аудиторию, разломать что-то на мелкие куски.

– Уже готова? – киваю, ставя перед ней ноутбук, открывая файл с текстом. Женщина внимательно его изучает. – Ого, Евангелина, – прикусывает губу она. – очень хорошо. Ты молодец. – киваю.

– Можно мне уйти? – он смотрит на меня изучающе. – Юлия Сергеевна, я просто… не выспалась, голова очень болит.

– Ну, хорошо, – кивает женщина. – материал на твою тематику я вышлю почтой, список литературы тоже. Зачётка на тебя работает, сама когда-то рассказала. – я впервые за день улыбаюсь ей и ухожу.

Черт возьми, мы же буквально через два дня оканчиваем учебные дни, это значит, что две недели с небольшим я буду отдыхать. И на почту мне придут документы для работы, которую нужно будет сдать. Хочется ли мне что-то делать? Нет.

Выхожу из аудитории, держа в руках рюкзак, пытаясь быстро идти. Спускаюсь по лестнице, ненавидя наш вечно неработающий лифт.

Люди. Люди. Люди. Чему они научили меня? Жестокости, вечным распрям и желчи. Это такое… безразличие, такая пакость и грязь, что сравнить не с чем.

Запахиваю кофту, утирая навернувшиеся слезы, ища ключи в рюкзаке слыша, что за мной идут, при чем в таком же ритме, в каком я. То ускоряя, то замедляя. Я разворачиваюсь и вижу… Дёмина? Мне только его сейчас не хватало. Замираю, успокаивая желание сорваться.

– Ты плачешь, – он подходит ко мне, держа руки в карманах. Не здороваясь. Мы даже не знакомы лично. Что за?.. – тебя задевают слухи?

– Ты вообще в себе? – выдыхаю я, стирая слезы, усмехаясь – Ты даже меня не знаешь! – он закидывает голову, ухмыляясь. Челка отлетает назад.

– Тебя задевают слухи, – утверждает он.

– Что тебе от меня нужно? – Дёмин делает шаги. – Что? – парень сверлит меня взглядом. – Что ты хочешь? – буквально рычу, он делает еще шаг. Становясь на две головы выше меня, смотря сверху вниз.

– Пошли прогуляемся? – он говорит абсолютно спокойно, а я остаюсь в шоке.

– Тебе сильно по голове влетело вчера? – парень вдыхает. – Что тебе от меня нужно? Мы с тобой не зна-ко-мы!

– Влад, – говорит Дёмин, а я просто… готова закричать. Он серьезно? – Пошли.

– Ты даже не спросил, как меня зовут. – на выдохе говорю я.

– Евангелина, – вздыхает он. – Пойдем, чего встала-то? – он дергает меня за лямку рюкзака, и я подлетаю к нему.

Мы просто идем прямо, я стараюсь успокоиться и не говорю с ним. Этот умник просто подошел ко мне и повел по улице, вместе с собой. Сказал, что меня задевают слухи. Грубо дернул, и молчит, идя рядом. Напрягает ли меня это? Я не знаю, просто ощущаю внутри пустоту, а когда думаю о Василисе и сегодняшнем дне – слезы наворачиваются снова. Врезаюсь в плечо брюнета и поднимаю голову – мы стоим на набережной. Влад смотрит вперед.

– Питер – самый красивый город. – вдруг говорит он. – Тебе не кажется?

– Хочешь обсудить это? – все кажется абсурдно смешным. – Ты сейчас серьезно? – он продолжает молчать, я смотрю вперед, на садящееся солнце. – Кажется, – вдруг срывается с моих губ, вместе с тем, как с губы Влада срывается усмешка. – Зачем ты потащил меня с собой?

– Тебе плохо, – говорит он, повернувшись ко мне. Позади него садится солнце, парня освещают розовато-алые лучи, челка спадает на глаза, он поправляет ее. – тебя задевают слова людей, но я думаю, что плачешь ты не поэтому. – я кусаю губу внутри. – Где твоя подруга? Поссорились из-за филолога? – я выдыхаю, подходя к нему, но становясь поодаль. – Значит, я прав. – смотрю на то, как красные лучи отражаются в воде. На плечах ощущается тяжесть, а в нос ударяет запах духов. Невозможно приятный. Почему я раньше не обращала внимания на его парфюм? Ах, да, мы же никогда не общались, точно. – Дрожишь. – не стараюсь смахивать с себя куртку, просто… просто смотрю в воду. – Почему ты ненавидишь баскетбол? – прикусываю губу снизу, ерзая в его огромной куртке. – Евангелина? – я внезапно вспыхиваю, развернувшись к нему, желая выкрикнуть что-то едкое, но… встретившись с его глазами своими, просто… на секунду замираю. Они такие… интригующие. Орехово-карие, с оттенками желтого и темно-зеленого. Невероятно.

– Ева, – глухо выдаю я. – просто Ева. – он кивает, смотря на меня, ухмыляясь.

– Ты на вопрос не ответила, Ева. – выделив мое имя, упрекает парень. – Темнеет, по дороге расскажешь. – он хватает меня за руку, снова начиная тянуть, как куклу, что злит меня. Я что, похожа на ребенка, которого ведут домой с детского сада? Отталкиваю его, ударяя по левому плечу, слыша, как парень… шипит? Поймав свою куртку, упавшую с меня. – Иди, чего встала? – грубовато говорит он, стараясь вправить плечо.

– У тебя что-то с плечом, – хмурюсь я, Влад выпрямляется и идет вперед. – Артём его выбил? – больше утверждаю я. – Ты не ответишь мне? – он снова усмехается, в который раз.

– Так же, как и ты. – неосознанно нагоняю его, медленно идя рядом.

– Я не ненавижу ваш дурацкий баскетбол, – бурчу я, идя по бордюру, держа равновесие. Влад идет немного поодаль. – просто… люди в него такие играют, что впечатление не особо приятное. – Дёмин смотрит на меня, выжидая, идя спиной вперед. – Слишком напыщенные, неотесанные, грубые. Очень пошлые, аморальные альфа-самцы. Я не люблю баскетбол, потому что… Не комната красит человека, а человек комнату. – Влад вскидывает брови, удивляясь, видимо, таким терминам в моем лексиконе.

– Я врезался в ворота рукой, слишком резко дернулся и выбил плечо, но Фриза тоже свое получил. – я спускаюсь с бордюра, выдохнув. Впереди – мой дом. – Придешь на игру завтра, – не просит, а утверждает он. – После пар, вечером. В нашем зале, центральные места. – он протягивает мне две карточки, что-то вроде «VIP» мест на специальной площадке, находящейся в университете.

– Спасибо, – беру карточки в руки, понимая, что не хочу туда идти, но почему-то… отказывать желания тоже нет.

– Ерунда, – теперь хмыкаю я.

– Я не о карточках, – смотрю ему в глаза, немного ухмыляясь.

– Я тоже, Ева. – он смотрит на мой дом, будто запоминая, а я только понимаю, что… черт, он знал то, где я живу. – Не плачь больше. – я подхожу немного ближе, слегка нелепо улыбнувшись, смотря куда-то вдаль.

– Я попробую, – обещаю, подумывая о том, что его голос смягчился. – Пока.

– До завтра. – парень перекидывает куртку на плечо, и уходит вперед по тротуару, а я шагаю к подъезду.

Внутри что-то слишком странное, желание еще немного пообщаться или же… просто умиротворение слегка растворяется после его ухода. Мне пусто, но по спокойному. Приятное опустошение.

Влад. Он весьма… странный, но интересный человек. У него красивые глаза, и… слишком заразительная улыбка. Это непривычно, думать о нем в таком ключе. Мы общались всего пару раз, когда приходилось работать в командах на первом курсе или, когда ставили какие-то творческие номера театра, где нужна была помощь спортсменов в построении каких-то причудливых скульптур из людей. Я особо никогда не контактировала с ним, но всегда отмечала, что из всех их шайки – Влад опрятнее всех, что-то в нем было, помимо похабщины и глупых шуток, а я никогда не понимала – что именно, но он отличался от них. Или, может, мне так казалось из-за того, что Дёмин был более скрытен. Но вот чего было не отнять у этого парня – наглости и самоуверенности, это и отталкивало, это и не сходилось в моей голове с тем, как он вёл себя сегодня.

Поднимаюсь домой, вставляя ключи в замочную скважину, но дверь оказывается открыта.

– Вася? – зову я, проходя вперед, закрывая за собой дверь. – Ты дома? – снимаю обувь, кинув сумку по пути в спальне. – Вась? – снова зову я, подходя к ванной и… – Господи, – я ощущаю, как колотится мое сердце. – Вася? Нет, нет, нет! – бью девушку по щекам, вытягивая из воды. – Вась, пожалуйста! – прошу я, ухватив полотенце, стаскивая девушку на пол. – Васенька, слышишь меня? Вася? – я беру ее за руку, прощупывая пульс, открывая нижний шкафчик. Никогда не думала, что мне правда нужно будет туда лезть. Вытаскиваю нашатырь, поднося к носу блондинки, одновременно включая холодную воду в кране. – Ну, пожалуйста, – шепчу я, и вижу, как она слегка хмурится, сделав резкий вдох, начинает кашлять. У меня трясутся руки, я брызгаю на нее ледяную воду, и прижимаю к себе. – Дура – шиплю я. – какая ты дура. – она дрожит, жмется ко мне.

Я стягиваю с себя кофту, укутываю Васю в нее, приподнимаю, с трудом вынося из ванной, говоря девушке спасибо за то, какая же она хрупкая и маленькая. Я хотя бы в силах поднять её, даже ненадолго и невысоко. Иду к спальне, укладывая на кровать блондинку. Она вцепляется слабыми руками в мою майку.

– Я сейчас приду, – мягко касаюсь губами ее лба. – сейчас вернусь.

Иду на кухню, замечая бутылку красного вина, пачку моих успокоительных, абсолютно пустую. Стирая слезы, успокаивая истерику, воспоминаю слова, сказанные пару минут назад: «Я попробую.» Беру кувшин с водой, по пути захватываю в кладовке таз, идя вперед в спальню.

Ставлю тазик у кровати, вспоминая, что… не просто так она отрубилась в ванне. Одного факта, что я привела её в чувства – мало. Я даже не помню, сколько таблеток оставалось. Приподнимаю Васю, поднося стакан к ее губам.

– Открывай рот, – прошу я. – глотай. – она пытается пить, но… ее тошнит, и я еле успеваю придержать ее. – Дура, – снова выдыхаю я. – какая же ты дура. – нелепо улыбаюсь, держа волосы Васи в своих руках. – Отпускает, – утверждаю я, отодвигая тазик, смачивая салфетки водой, протирая губы девушки, укладывая ее на кровать, уходя из комнаты, забирая таз, уничтожая все это. Если Вася была бы в себе, она бы визжала от стыда.

Я никогда не была брезгливой в плане помощи. Да и вообще, помощь кому-то для меня с детства важное дело. Даже если человеку, который будет презирать меня, нужна будет моя помощь, больше протянуть руку будет некому – я помогу. Человеку нужен человек, любому.

Вхожу в наш маленький зал, укутываясь в плед, достав ноутбук, включая музыку на фоне. Открываю почту, сохраняя все документы, которые нужны для работы. Во вкладке с музыкой приходит оповещение, и я открываю его.

«Владиславу Дёмину нравится ваша фотография.» – прикусываю губу, заходя на его страницу, тоже ставя отметку. И на этом все.

Загораюсь идеей узнать о нем хоть что-то, и захожу на сайт университета. Найдя вкладку с командой нашего заведения, провожу по списку глазами, открывая нужное:

Дёмин Владислав Дмитриевич.

Капитан команды «EC – Eternal confidence»

Ученик факультета Иностранной филологии.

18.08.1998 год.

Облизываю губы, прочитав информацию, снова слыша оповещения.

«Владиславу Дёмину нравится ваша фотография.» – и снова делаю то же в ответ. Молча. Потому что сейчас, кажется, мне не нужны никакие слова. Совсем.

Иду к сумке, вытаскивая карточки, смотря на них, выдыхая. Неужели, завтра будет тот день, когда я попрусь на этот чертов баскетбол?

Похоже, что да…

…Но я даже предположить не могла, что когда-то, буду глупо улыбаться от этой мысли. И смеяться, сидя абсолютно одна.

Глава 3

«Утро добрым не бывает.» – подумала я, потирая ударенный локоть. Я вчера так и уснула на этом крохотном диване, даже не удивлена, что слетела на пол.

В мыслях мелькнули вчерашние события, я потёрла лицо руками, вздохнув.

Тихо входя в спальню я краем глаза удостоверилась, что Вася спит.

Поменяв одежду на домашнюю, попутно разминая затёкшее тело, я пошла на кухню, в надежде, что сделаю неплохой завтрак, хоть и утро началось не самым приятным образом.

Это, наверное, слишком странно для меня. Я редко, когда делаю людям завтраки, готовлю, показываю то, что я умею орудовать ножом и кастрюлей. Вася – одна из немногих, кого я удосужилась порадовать своими кулинарными навыками.

Беру с верхней полки крупу, молоко из холодильника, и признаю, что бог есть, когда, доставая кастрюлю, просто чудом не роняю на пол все содержимое шкафа.

За готовкой проходит минут пятнадцать, пока мой сотовый не напоминает о своем существовании.

«@V_EC отправил (а) вам запрос на подписку»

Очень интересно, кто же это! Выдохнув, убираю телефон в карман, усмехнувшись. Хоть бы назвался как-то оригинально. Капитан команды… Надо было вместо «V» поставить «K»… думаете, от слова капитан? Нет-нет, от слова король!

Усмехаюсь своим мыслям, выключая кашу на плите.

Завязываю волосы в пучок, прибрав повыше, и поправлю пирсинг в носу, надвигаясь в ванную.

Тихонько вхожу в комнату, стирая воду с лица, все ещё чувствую вкус зубной пасты, и умоляю вселенную, чтобы Вася проснулась по требованию организма, а не из-за того, что я запнулась об порог.

Сажусь около неё на корточки, видя нетронутый стакан с водой, блондинка безмятежно сопит. Сейчас, Васька кажется мне таким ребёнком, ей богу! Но… это так идёт ей, как никому другому. Миловидность, нежность и простота – синонимы к моей подруге. Вася такая наивная и ранимая, а я порой забываю это, в суете будней. Она абсолютно одержима Сэмом, не в плохом смысле, если он существует. Девушка слишком сильно влюблена, вот и все. Для неё Сэм – «лучший парень, который может быть!», кстати, дословно. И я не корю ее за это, совсем нет, просто боюсь.

Боюсь, что любовь принесёт ей страданиям, или хуже того, что любовь окажется фальшью, а Сэм – моральным уродом, который воспользуется моей подругой, ведь такой опыт у Васи уже был, и в тот раз, если бы не её папа, я бы точно просидела в полиции не меньше пятнадцати суток.

– Привет, – тихо говорю я, мягко улыбаясь.

– Привет, – отвевает Вася, легонько кусая губу.

– Ты как? Пить хочешь? – блондинка кивает, я приподнимаюсь, подав ей воду.

– Ничего не помню, – медленно произносит она, хмурясь. – когда ты вернулась, что я… – она замирает, будто вспоминая. – Ева, – дрожащим голосом шепчет Вася. – прости. – голос совсем утихает. – Я вчера столько наговорила тебе, и… и не только.

– Перестань, – обнимаю ее за плечи. – слышишь, перестань, Вась. – слабо ухватившись за меня пальцами, она полной грудью вдыхает, выдохнув мне в волосы. – Тебе надо в душ и покушать. Я положу, а ты поднимайся. Ладно? – блондинка кивает. – Хорошо, – улыбаюсь, встав с постели, идя к выходу из комнаты.

Вхожу на кухню, видя свой сотовый с этой дурацкой заявкой, черт бы ее побрал. Есть такая фраза, которую я очень люблю: И хочется – и колется.

Убираю телефон с глаз, и ставлю завтрак на стол, наливаю чай.

В ванной начинает шуметь вода, и я выдыхаю.

– Ты сварила кашу? – прикусываю губу снизу, смотря на бледную девушку. Даже Вася удивилась.

– Садись, – прошу я. – тебе надо поесть, хоть немного. – она кивает, садясь за стол. – Приятного аппетита. – она берет в руки ложку, ее пальцы дрожат.

– Тебе тоже, – отвечает она, я кладу кашу, запивая чаем, и смотрю на Васю. Мне больно за неё, я даже не знаю, как успокоить чувство вины, которое она испытывает.

Даже подумать страшно, что было бы с ней, приди я на час позже. И что так повлияло на неё? Обычный разговор Сэма со мной. Просто поддержка, и ничего более. А может, где-то внутри этой блондинки есть проблемы, которые она не готова обсудить со мной.

– Мне стыдно, – я робею от вида Васи. – Прости меня. – она обнимает меня, прижавшись.

– Эй, – я погладила ее по голове. – главное, что ты в порядке. – она вздыхает, не расцепляя рук. – Ты очень… интересно выглядишь. – девушка отходит, улыбаясь.

– Нравится? – прикусываю губу внизу.

– Более чем, – беру телефон и ключи. – Пойдём? – Вася выключает свет, и мы выходим из дома.

Она вправду выглядит прекрасно. Она выглядит волшебно в простой рубашке, без макияжа. Как же редко я вижу ее такой… беззащитной. На самом деле, я давно поняла, что все Васины тонны косметики, стильные шмотки – попытки надевать маску, быть более защищённой. Она нежная и ранимая, ей трудно пропускать через себя все, что происходит вокруг. Она приехала из маленького города, как и я. В её семье двое младших братьев и сестра. Она сильная девочка, которая не хочет замечать минусы мира. Её так воспитали, и я благодарна за это её семье, но есть и шероховатости, природу появления которых я до сих пор не знаю.

Мы идем на остановку вместе и выглядим, обе так… комфортно и просто, что даже странно. Ничуть не жалею, что собрала волосы, потому что ветер сейчас бы разнес их в пух и прах. Серая футболка тоже как нельзя кстати, мягкая и дает комфортно ходить, прямые джинсы на завышенной талии, кроссовки. Ощущение спокойствия витает даже в воздухе и это немного странно, как затишье перед бурей. Или после неё?

– Ева, – Вася легонько проводит по моей руки, потянув. – смотри. – я поворачиваю голову и сталкиваюсь взглядом с Артёма, идущего к нам.

– Какая встреча, Овечка, – ухмыляется он, а я разглядываю ссадины на его лице. – пугает, да? – выгибает брови он. – Ну, ты не волнуйся! – он подходит максимально близко. – Скоро каждый получит свое, – автобус качает, я хватаюсь за поручень и перелетаю в бок, ударившись об стекло головой, потирая ушибленное место. Вот тебе и буря.

– Что он имел ввиду? – спрашивает Вася, когда мы идем в аудиторию.

– Я бы знала, – потираю висок, выдохнув, мы направляемся на привычное место. Но вот непривычно то, что теперь перед нами сидит этот… капитан. И вся его честная команда. То развернуться, смотря на нас. То тетрадку стащат на пол, то шнурки развяжут. Как дети. Ну, на детей, как и на недалёких – не обижаются.

Вася ставит сумку, и я замечаю бегающий взгляд Сэма, вскинутые брови. Еще бы, Вася, в рубашке белого цвета, в кедах, без косметики… будь я на его месте – челюсть бы отвисла.

– Василиса, подойди ко мне. – пока мы писали работы, Сэм окликнул мою подругу. Я осталась за столом одна.

Телефон жужжит, я беру его в руки, немного урываясь от взора Сэма, склонившись к ноутбуку. Невнятно бурчу, отбросив гаджет, прочитав:

«Владиславу Дёмину нравится ваша фотография.» – настойчивый, гордый, ей богу, ждет, что я тоже описаюсь кипятком от его лайков?

Смотрю на Васю издалека, она краснеет, когда поднимается наверх. Я неловко улыбаюсь Сэму, заметив его изучающий взгляд.

– Ну, и что? – у нее сейчас щеки треснут от улыбки.

– Попросил остаться после занятий, чтобы… задание дать. – я выгибаю брови. – Что?

– Задание, задание… ну да! – вздыхаю, усмехаясь, и получаю в бок от подруги. Слишком улыбающейся подруги.

– Где ты была вчера? – прикусывает губу Вася, а я… мысленно мечусь.

– Я… гуляла. – брови блондинки поползли вверх. – Что?

– С кем? – усмехаюсь, кивая вперед. – Да ладно? – шокировано начала подруга. – Ева, ты шутишь? – я отрицательно мотаю головой. – Как так вышло? Он… заставил, или…

– Я расплакалась, – брови Васи не то, что поползли, просто взлетели. – и он решил… погулять со мной.

– Это так мило, Ева, вы такие… – я шикаю, и блондинка все понимает без слов. – Молчу-молчу. – теперь мы обе глупо улыбаемся.

Мы просидели в аудитории половину дня, потому что лекция – заключительная, перед отдыхом.

После истории, вроде бы, в расписании еще вчера стояла филология, но сейчас…

– Наша баскетбольная команда приглашает всех на матч! Билетов очень мало, кто взял заранее – за мной! – Кир ухмыльнулся, смотря на меня.

– Чего он пялится? – я не глядя достаю две карточки, глаза подруги вылетают из орбит. – Ты там точно просто гуляла? – я смеюсь.

Мы спускаемся к Киру, вниз, к толпе, и тут… я чувствую, как меня легонько гладят по руке, а вокруг начинает витать слишком знакомый аромат. Аромат человека, вызывающего слишком противоречивые эмоции. Человека, из-за которого я, по непонятной причине, иду на этот чертов матч. Я оборачиваюсь, пытаясь найти его в толпе, но он как фонтом – исчезает, стоить начать его искать.

– Ого, – хмурится Кир. – места впереди, центральные, белого цвета видите? – я киваю. – Вам туда. Плед принесут, воду тоже.

– Что? Зачем? – Вася пытается нагнать уходящего Кира, а парень едва не смеется.

– У нас, вообще-то, VIP, детка. – выкрикиваю я, а Вася смотрит на поле, толкнув меня локтем, и я оборачиваюсь туда же.

Дёмин, довольно следя за происходящим, надевает на себя футболку, после, поворачиваясь спиной, будто специально, чтобы мы разглядели, стоит пару минут, а потом – бежит разминаться к команде.

18

Demin

Восемнадцать, восемнадцать… а, точно. День рождения восемнадцатого августа. Стоп, я почему вообще это запомнила?

Мы садимся, веет холодом, все же, на улице не так тепло, как хотелось бы. Вася пару раз мешкается, задаваясь вопросом:

– А мяч? Мяч сюда сможет долететь? – я только смеюсь, укрывая ее и себя пледом, все так же замечая взгляды Дёмина.

На самом деле, мне абсолютно без разницы, что происходит на поле. И зачем я вообще согласилась сюда идти… Хотя, он и не спрашивал, но то, как Влад бегает, иногда поправляя влажные волосы, как неотесанно, первобытно пьёт воду из спортивной бутылки… заставляет что-то внутри меня дрожать и искриться. Непривычно.

Все ещё не понимаю, зачем он пошёл за мной? Возможно, из… чувства вины? Или жалости? Было непохоже, хотя, может, он хороший актер. По сути, из-за него полезли все эти слухи, но… если бы не Дёмин, черт знает, как бы сложилась ситуация. Боже, о чем я вообще? Как бы она сложилась? Я бы не хило приложила Артёму, или постаралась бы это сделать. Но все-таки… Влад помог мне. Наверное, поэтому я и согласилась пойти сюда, а может, просто сама себе боюсь признаться, что вчерашний вечер с Владом действительно помог мне успокоиться.

– Давай, давай, давай! – неожиданно выкрикиваю я, поняв, что… вообще-то, слежу за игрой. Вася усмехнулась. – Что? – девушка кивает головой, а через секунду…

– Ева! – она легонько толкает меня, я смотрю на поле именно в тот момент, когда Влад закидывает мяч в кольцо.

Довольно улыбаясь, я ловлю его взгляд своим, тайм-аут. Он не сводит глаз, и я тоже. Терплю, ощущая, что внутри все пульсирует, кричит, но не отвожу взгляд. Вася куда-то отходит, и меня трогают за руку. Я, как кантуженная, перевожу медленно взгляд на худого парня, вроде, это первокурсник.

– Девушка? – я поднимаю глаза оконательно, наконец оторвавшись от Дёмина. – Ева? – киваю. – Это для вас, – он протягивает мне стаканчик с крышкой, через секунду понимаю, что это – имбирный чай. – За счёт команды, – он улыбается, а я… снова смотрю на Влада, и его довольную ухмылку.

Заботливые-то мы какие, мама дорогая! Так и хочется взять, стащить со стана крышку, демонстративно вылить чай на поле и уйти. Как будто я не видела, как обычно подобные жесты делают каждую игру именно тем барышням, которые после этого одеваютя где-то на хатах, после секса с кем-то из ребят. А может и не с одним. Что за дурость? Играет со мной? Очень и очень зря! Я уже не из тех, кто радуется, когда красивый мальчишка хочет поиграть. Тайм-аут окончен, я отворачиваюсь, смотря в сторону, вздохнув. Вася садится рядом, но я только собираюсь отдать ей чай, как вижу в руках улыбающейся девушки похожий стакан, а после замечаю проходящего мимо Сэма.

– Ты с ним была? – спрашиваю я, наклонившись к подруге.

– Может быть, – улыбается та, а я только подхватываю эту улыбку. – а тебя кто угостил? – кусаю губу.

– Да так, – хмыкаю. – неважно.

Игра продолжается, и… черт, да, да, да, меня это увлекает. Я слежу за тактикой, пасами, тем, как парни умело переговариваются молча, через все поле, и похоже, что слишком быстро и хорошо понимают друг друга, потому как… счет в пользу команды нашего университета, с большим отрывом. Буквально за пару минут до финала, даже не так, буквально за минуту Влад успевает закинуть три мяча, и обняться со всей командой. Они победили, кто бы сомневался. Но удивительно для меня то, что внутри как-то слишком радостно. Дёмин снимает футболку через голову и я кусааю губу, внезапно для себя. Его спина влажная, волосы почти мокрые от пота. Ребята дают друг другу пять, вокруг болельщики декларируют название команды. Вроде, это полуфинал перед большой игрой. Странно, но я даже нелепо улыбаюсь сама себе, какими бв ублюдками не были некоторые из ребят, всё же, они молодцы.

– Ев, стой! – Вася тормозит меня, когда я, всё еще погруженная в мысли, иду к выходу со стадиона. – Мне нужно к Сэму зайти, – я вскидываю брови, а она вкладывает в мою руку ключи. – задание взять. – вздыхаю.

– Ну да, – усмешка. – задание.

– Ев! – хмурится она.

– Да ладно, ладно! – обнимаю ее. – До вечера. – блондинка радостно ускользает через толку. – Прям люблю, куплю и полетели!

Быстро убираю ключи в сумку, надев ее на плечо и иду вперед, вспоминая наиболее короткий маршрут. Почему-то, сейчас мне хочется включить хороший сериал, взять вкусный горячий чай и укутаться в одеяло, удобно усевшись на диван. Внутри такое спокойствие, наверное, так сыграл последний день перед отдыхом. Теперь-то можно подумать о своём, выдохнуть, забраться куда-то в свою душонку и разгрести всё, что скопилось.

Сворачиваю во двор, идя по влажному тротуару, похоже, здесь исправно ухаживают за садом. Возможно, я хожу здесь потому, что полюбила этот сад. Красивые георгины, сирень, черемуха, иногда, бабушка, которая живёт здесь, даже высаживает тюльпаны. Когда я только приехала в Питер, мне не хватало чего-то уютного и этот дворик, по пути домой, в теплое время скрашивал мою жизнь цветами, а зимой – красочными гирляндами.

Подхожу к дому, сворачиваю к нашей улице, осматривая, как вокруг бегают дети. Здорово, что мы с Васей нашли такой спокойный район, хотя, порой, здесь тоже бывает негативно-интересно посмотреть в окно.

– Думала, сбежишь? – я вздрагиваю, коротко вскрикнув, поднимая глаза. Он зачёсывает волосы рукой, спиной опираясь на свою машину, ухмыляется.

Как. Он. Успел? Как! Я ушла практически раньше всех, сворачивала дворами, шла быстро, а он успел приехать сюда раньше меня? Да ещё и переодеться! Уму не постижимо, долбанный волшебник! Может, это у него не тачка, а нарния? Телепорт?

– Как тебе игра? – мы все ещё стоим на расстоянии метров пяти.

– Ничего примечательного, – вру я, немного пожимая плечами.

– Странно, – улыбается он. – а мне показалось, что ты была увлечена. – кусаю губу снизу.

– Тебе показалось, – погодите, он что, следил за мной? Серьезно?

– Жаль, – он открывает дверь в машину, что-то достав. – то есть, я могу выкинуть это? – он вытягивает руку, я стою на месте, аналогично ему.

Влад, хмыкнув, делает ко мне шаги. За два шага он встаёт прямо передо мной. Я вижу в его руках билеты на…

– Финал, – брюнет говорит неспешна. – завтра, прямо в первый день окончания семестра. – понимаю, что билеты не в обычный сектор, снова центральное. – Но раз тебе не понравилось, то… – парень демонстративно хочет выкинуть билеты, заманчиво улыбаясь. Зсранец обаятельный.

– Ладно, – вздыхаю я. – не пропадать же им. – мы смотрим друг на друга, молча, где-то минуту.

– Садись в машину, – щурясь от солнца, спокойно говорит Влад, я вскидываю брови.

Он подходит ближе к авто и открывает мне дверь на переднее сидение. Почему-то, прикусив губу, подумавая секунд тридцать, я сажусь к нему в машину, пристегиваюсь и жду.

Сейчас… я как-то… не хочу противиться, ведомая непонятными ощущениями; наверное, просто игра как-то разбавила моё состояние после той вечеринки и скрыла осадок.

Он сворачивает, мы молча едем, быстро. Влад ведет машину уверенно, удерживая руль одной рукой. Играет какая-то спокойная, нейтральная музыка. Дёмин красивый парень, со слегка устрашающей толикой мужества в глаза. Скулы, которые подчеркнуты светом солнца из окна, я смотрю на него через зеркало, изучая более внимательно. Но вдруг, он слегка резко поворачивает, остановившись буквально через минут пять нашей поездки, у небольшого дома. Влад паркуется и глушит мотор. Выходит из машины и открывает мне дверь, ох уж этот джентльмен. Всё это нагоняет какие-то странные сомнения, может, я стала слишком скептична к людям. Я поправляю сумку на плече, Дёмин разворачивается в ту сторону, откуда приехал, а я молча иду за ним. Полагаю, он поставил машину у дома, а теперь… куда-то нецеленаправленно идёт, я даже не совсем понимаю, стоит ли идти, но иду. Ощущения опасности нету, как и тревоги, всего-то чувство того, что вся ситуация какая-то нереальная, как будто я уснула и во сне, внезапно, начала общаться с капитаном баскетбольной команды. Вечереет, тепло становится не таким явным, ветер ощутимо обдаёт плечи прохладой, я замечаю бордюр, и привычно наступаю на него. Аллея длинная, идти нужно будет вперёд, спокойно, удержать равновесие.

– Всегда по ним ходишь? – Влад держит руки в карманах и смотрит вниз.

– По настроению, – он поворачивается на меня.

Все так же молча идём, он проходит именно по тем местам, где обычно гуляю я, это пугает. Особенно учитывая то, что он знал еще в первый день, где я живу. Влад идет не быстро, но и не медленно, размеренно, комфортным шагом. Впервые за все наши… взаимоотношения, я рассматриваю его не мельком, а открыто. Темные волосы развиваются на ветру, серая футболка, с небольшим горлом, укороченные брюки, ботинки… приятно выглядит, как всегда лаконично. Лучи уже уходящего солнца дают блики на его прическу, пряди отливают металлом.

– Боишься меня? – я хмурюсь, удивленная такому вопросу, разве, если бы боялась, то смотрела бы?

– Ты бредишь? – усмехаюсь, на секунду теряя равновесие, но потом обретая его снова. Концентрация, дыхание, спокойствие.

– Ушла от вопроса? – хмурюсь, ощущая, что слегка злюсь.

– Я ничего не боюсь, – выдыхаю. – тем более, тебя.

– Подойди ближе, – просит он, а я упорно шагаю вперед, но потом… схожу на тротуар, подходя к нему, встав на расстоянии чуть больше вытянутой руки. – неплохо. – мы снова идем молча, я потираю плечи руками. – Ничего не боишься? – я вылетаю из своих размышлений, кивнув. – Серьезно?

– Я не могу назвать ни единого страха, кроме смерти. – Влад усмехается. – Что смешного? – смотрю на него, впервые… настолько пристально, будто немного теряясь в глазах этого парня. Раньше, я совсем не замечала, как он смотрит… может, он и вовсе не смотрел на меня.

– А пауков? – усмехаюсь теперь я, немного качая головой.

– Пауков, ты серьезно? Они меньше меня в тысячу раз, им самим страшно. Чего их бояться? – Дёмин, смотрит вверх, я вижу, как он улыбается.

– Странная ты, – чуть смеясь говорит Влад, какое-то время мы оба молчим. – Куда ты идешь, когда тебе хочется побыть одной? – я усердно вспоминаю.

– Летний сад, – наконец отвечаю я. – а что?

– Пойдем, – он хватает меня за руку и перебегает дорогу, я чертыхаюсь, но бегу за ним, машины сигналят, а меня… пробивает на смех.

Когда мы встаем на тротуар, я хохочу, а Влад смеется надо мной. Не могу успокоится, от чего-то… черт, мне слишком трудно остановится! Бывает момент, когда почему-то ты хохочешь, настолько разрывает эмоциями изнутри, внезапно и ярко, что прерваться никак не выходит.

– Я тебя вроде за руку дернул, а не за голову… – смеюсь еще больше, но потом выдыхаю, спокойно улыбаясь. – Ты не называешь меня по имени. – вдруг где-то рядом со моей макушкой говорит Дёмин.

– Влад, – выдаю я, с дрожью в голосе, почему-то, чуть теряя воздух в легких.

– Прогресс на лицо, – снова улыбаюсь. – красивая улыбка. – смущение касается моего спокойствия. Почему всегда так внезапно он говорит что-то откровенное, так прямо!

– Почему ты второй раз тащишь меня куда-то? – смотрю вперед, видя… Летний сад, серьезно? – Ну?

– Я не хочу отвечать, – вдыхаю запах блаженства и умиротворения. – ты сама знаешь. – прикусываю губу. – Могу спросить тебя кое-о чем? – он входит в беседку, а я иду за ним, привычно садясь на заборчик.

– Попробуй, – усмехаюсь, смотря на то, как закат отражается в воде. Мы второй раз находимся вдвоем в это время.

– К тебе сегодня подходил Артем? – замираю, нахмурившись.

– Допустим, – Влад садится рядом.

– Что он сказал? – мне начинает раздражать разговоры об этом придурке, настроение сразу начинает растворяться.

– Каждый получит свое, – выдыхаю. – зачем тебе знать? – чуть нервно говорю я.

– Чтобы тебя отвлечь! – он толкает меня в воду, я кричу, но… слышу смех, поняв, что другой рукой Влад держит меня за плечи. – Какая же ты наивная, боже! – он хохочет, а я… наивная? Нет, не наивная, а… – Ева! – коварная. Влад почти слетает в воду, но успевает схватится за колонну, подтянувшись назад.

Думал, что переиграет меня? Ха, мальчик, не на ту напал! Я переиграю любого.

– Беги, – я вскидываю брови. – Считаю до трех… раз, два… – осознаю, что он серьезно. – три! – несусь со всех ног на аллею, перепрыгнув скамейку, явно ошарашив Влада, хотя… почти сразу после меня, он делает так же. – Попалась! – капитан ухватывает меня за плечи, дернув на себя, почти пряча в своей хватке. – Шустрая ты, Евангелина. – выдыхаю, успокоив смех.

Его пальцы касаются оголенной кожи, возле задравшейся кофты. Он держит крепко, но мягко. Его касания не делают больно, но от них по телу бегут мурашки. Я вдыхаю глубоко, пропитывая лёгкие запахом его парфюма. Чертовы духи, какие же они невероятные. На секунду, я даже замираю, чуть откидывая голову назад, на крепкую мужскую грудь. Влад сильно выше меня, крепче, больше..

– Ева, – отдышавшись говорю я.

– Ева, – повторяет он, выдыхая, отпуская меня. – Ева. – и мы снова смеемся, без иронии, искренне, стоя посередине парка, вдвоем.

На улице темнеет, мы идем вдоль парка, я вздыхаю. Слишком красиво и спокойно, как же я люблю Питер, и не только за это. Когда-то, переезд сюда доказал мне то, что превозмочь можно абсолютно всё, но думать об этом я стараюсь как можно меньше.

Мне так… невыносимо странно, из-за самой ситуации, расклада дел и того, с кем я рядом, но… боже, странно… по-хорошему. Давно не ощущала себя настолько свободной. Похоже, что мне… просто комфортно с этим дурацким баскетболистом. Нет, я не хочу дружить с ним, или что-то такое… просто прогулялись два раза, и хватит. Слишком подозрительно. Слишком просто.

Шпилька выпадает из прически, я поднимаю ее и… вся моя копна рыжих волос ссыпается на мои плечи. Я стараюсь прибрать из обратно и слышу чуть хриплый голос Влада, от чего-то, по спине пробегает холод.

– Мне очень нравятся твои волосы, – говорит он, касаясь рыжих прядей. – не слушай этих дебилов. Тем более, Артёма. – мы будем у моего дома примерно через три минуты, а я… похоже, не хочу уходить.

– Спасибо, – мы, все же, подходим к подъезду. – Влад. – называю его по имени, чем вызываю улыбку у парня. Он казался мне более грубым и пафосным. – Пока, – выдыхаю я.

– Ева, – он подходит ближе. – как тебе игра? – я смотрю на него снизу вверх.

– Понравилась, – он усмехается. – и это раздражает. Очень. – парень улыбается во все тридцать два.