Читать онлайн Королева Севера. Южное Королевство бесплатно

Принесёт ли простое человеческое счастье нам жизнь если она будет кем-то навязана? Я была уверена, что да. Он верил в обратное.

Будущее за нас было расписано поминутно задолго до нашего взросления. Но всё изменилось, стоило нам встретиться.

Мы считаемся друг другу врагами, но, чтобы быть вместе, мы создаём свою историю.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Что я чувствую, когда кто-то бесцеремонно прерывает мое пребывание в самом фантастическом месте, в царстве снов?

Конечно же, всё зависит от того, в какие приключения попало моё астральное тело. Определённо, где-то я даже была бы счастлива, что меня разбудили. Особенно когда мучают жуткие монстры, а я, как правило, лишена возможности закричать громко, чтобы позвать кого-нибудь на помощь. А также не могла пошевелить ни верхними, ни нижними конечностями, чтобы дать достойный отпор наступающему врагу, сметающему всё на своем пути. От окружающих тебя мертвых деревьев в куцем лесу и друзей, которых разорвали на части, и осталась напоследок именно я. Трястись как осиновый лист на ветру от страха, даже во сне, было как-то неподобающе почти дипломированному боевому магу.

В каждом из кошмаров я искренне не теряю надежды, что за спиной у меня вырастут крылья, и я наконец-то смогу взмыть в небо подальше от тех, кто пытается причинить мне боль. Но в нашем королевстве даже за мысли о крыльях можно поплатиться жизнью. Хорошо, что маги не каждого проверяют на артефакте истины. За свои сны я бы уже давно поплатилась. Ведь всю жизнь стараюсь искоренить в себе эти небезопасные желания, которые рождает мое подсознание. Да, в такие моменты я бы мечтала, чтобы кто-нибудь ласково коснулся моего плеча и тихо прошептал, что это всего лишь сон и он остался там.

Но именно сегодня никакие монстры мне не снились, хотя я бы от них не отказалась. Нет, сегодня мне снился незнакомец, который пришел ко мне с молчаливо стелющимся за ним туманом. Кто из них заставил меня цепенеть от ужаса, я не сразу смогла определить. Ведь белоснежное марево, клубящееся вокруг незнакомца, было живым и разумным существом. Мужчина просто шел ко мне, абсолютно не издавая никаких звуков и тем самым заставлял мое сердце стучать набатом, все ускоряя свой ритм биения с каждым его шагом. Справедливый вопрос, а кто он, собственно, такой, не сразу созрел в моей голове. Там поселилось настойчивое желание уносить отсюда ноги. Хотя я должна была сначала узнать отсюда, это откуда?

Место, куда я угодила, было абсолютно неизвестным. Чертов туман мешал мне даже разглядеть этого незнакомца. Единственное, что я поняла, он был гораздо выше меня. Да и во столько же раз шире. Высокий, статный, но обладающий такой жуткой энергетикой, что рядом с ним становилось не по себе, хотя мне еще ничего не сделали. Впервые во сне я хотела помолиться духам, пусть даже не своим. Естественно, путь до меня он проделал, к несчастью, очень быстро. Очевидно, что белёсый вязкий туман и в этом ему был верным помощником. Его грубые ботинки практически наступали на мои домашние тапочки в виде плюшевых зайчат. В последний раз я носила их в своем доме, на официальной помолвке со своим женихом. Но их я там и оставила еще месяц назад. Почему сейчас во сне я оказалась именно в них, было для меня загадкой. В спальном учебном костюме я уснула, так что с ним проблем не было. Он здесь был и на мне.

Мужчина был тоже в каком-то костюме, но проклятый туман дал мне рассмотреть отчетливо только его обувь. Забавно, что, стоя практически вплотную и по идее я могла посчитать его морщинки под глазами, если они у него имелись конечно. Но мужчина казался смазанным даже с близкого расстояния. Не то чтобы я хотела изучить его досконально, но он меня пугал, и мне хотелось понять, человек ли вообще стоит передо мной. Я безуспешно пыталась разглядеть хотя бы глаза, но на место страха во мне начала разыгрываться злость. В какой-то момент мне удалось разглядеть частично его черты лица: широкие, темные брови. Но мне нужны были глаза, и я сосредоточилась на них. Но не только мне было любопытно. Мне показалось, что и незнакомец пытливо рассматривает мою внешность. Думаю, ему это удавалось лучше, чем мне.

Мы замерли с ним во времени и пространстве, глядя прямо в глаза, и самое печальное, что я не могла разглядеть сам цвет глаз. Но глубина его взгляда, с которой смотрел он на меня, будто начала затягивать меня к себе на дно, полностью лишая собственной воли. И прежде, чем я поняла, что происходит, незнакомец стремительно приблизился ко мне, схватил своими огромными руками за плечи, сжал их без всякой жалости и трепета к хрупкому женскому телу. Приблизился своим лицом к моему, так, чтобы я ощущала его горячее дыхание на своих губах, и поцеловал.

Я никогда не испытывала таких чувств прежде. Моему жениху традиции не позволяли даже касаться меня до вступления в брак. Да и он сам не желал их нарушать. Поэтому это был мой первый опыт с мужчиной. Почему-то мне показалось, что и поцелуй, и мужчина были так же реальны, как и живое зябкое пространство вокруг. Как будто они оба вытягивали с каждой минутой жизнь из меня, крупица за крупицей с каждым своим прикосновением. Мне было одновременно морозно и горячо. Мою душу леденил ползущий по мне жадный туман, но от поцелуя я вся начинала гореть. Как будто именно этот мужчина был способен меня обжечь. Собственно, его слишком горячие губы действительно оставляли на моих губах ощущение лёгкой боли. Этот жуткий контраст пламени и льда разрывал меня на части. Никакие попытки оттолкнуть этого демона − потому что человеком я бы никогда его не назвала бы − не увенчались успехом, кроме как болью в ноющих руках от бессмысленных ударов по его телу. Этот поцелуй мне казался бесконечным и невероятно опасным для меня. Слишком много ощущений. Когда мой оставшийся воздух в лёгких резко начал заканчиваться и надежды на следующий вдох уже не оставалось, мой мучитель разорвал поцелуй и толкнул меня в грудь своими руками, которые только что так страстно меня сжимали. Я полностью была дезориентирована от ужасающе быстрой перемены его желаний. Моё стремление выбраться из его стальных объятий было так велико, что, падая в туманную пустоту, я ещё продолжала махать руками, отстаивая свою свободу. Почему-то позади меня не было ничего, кроме пугающей пустоты. Всё это время я находилась на краю бездны и не замечала этого. Была полностью поглощена разгадкой призрачного силуэта. Даже сейчас не сразу замечая, что ноги уже не держат меня на твёрдой поверхности и мои прелестные тапочки остались на память моему убийце. Уже в полёте каждая клеточка моего тела начала ощущать этот невероятный момент парения, когда ты подвластен одной из самых сильных стихий, воздуху. Но он благоволит только крыльям.

Моим главным желанием, даже потребностью, было увидеть лицо того, кто так варварски забрал мой первый поцелуй, а потом безжалостно толкнул, зная, что позади меня пропасть. В отличие от меня, ему это было известно. Не даром же он именно меня и толкнул. Падая с высоты, я больше никогда не поднимусь. Но дьявольский туман был абсолютно глух к моим желаниям. И кроме неясного силуэта, появившегося из ниоткуда, давящей мужской энергетики, которая с первых же мгновений свалила меня с ног, бархата его кожи, что касалась обманчиво мягко, усыпив мою бдительность, больше ничего не открылось для меня. Мужчина, который так много отнял, остался для меня абсолютно неизвестен.

Наверное, самое запоминающееся в этом видении было для меня даже не падение в абсолютную неизвестность, а резкий разрыв тишины, когда вдруг прозвучал его голос. Жесткий, рокочущий, словно гром, который одним своим желанием сотрясает всё небо своим пышущим гневом и превосходством над теми, кто не властен над ним. Но до такой степени томный и бархатный, что после испытания страха, сразу же испытываешь истинное наслаждение. Его чувства, которые он вложил в свой крик, взорвали пространство между нами, и его возглас до сих пор стоит у меня в душе.

«Почему именно ты?»

Этот единственный вопрос был всем, чему я удостоилась во время нашего странного и болезненного для меня знакомства. Но как я уже говорила, от таких снов я была рада проснуться даже от дружеского пинка, каким меня наградила моя лучшая подруга и соседка по комнате Аннабель. Она даже не представляла в эту минуту, когда, не особо церемонясь, будила моё уже не слишком юное, но всё ещё бренное тело своими семейными методами пробуждения, − ногой куда придется. Никогда бы не подумала, что именно она не дала мне раствориться в пугающей вечности, падая в пропасть…

− Великий дух севера, Ева, ты действительно сегодня решила проиграть своей нерушимой дисциплине?

Она была королевой иронии.

− Пометь сегодняшнее число как дань моего проигрыша. Всё, с меня на сегодня достаточно применения физического насилия в мою сторону. − Потирая ушибленное место, ещё не отходя от кошмарного сна, я громко возмутилась.

− А почему ты вообще меня будишь? Будильник ещё даже не прогремел мне на ухо, и у меня были драгоценные минуты побыть в гармонии с моей подушкой.

− Потому что из-за твоей гармонии мы уже не успеваем ни на построение, ни на завтрак тоже. − Как всегда хмуро после моих замечаний высказывает Аби. − В следующий раз я вообще пройду мимо твоей постели со счастливой улыбкой, предвкушая, какие проблемы посыплются на тебя после моего благородного порыва дать тебе поспать. − Говоря все это, Анна завязывала высокие ботинки на шнуровке, которые плотно прилегали к ногам и были незаменимой вещью, когда тебя окружает снег и лёд.

А наши бесконечные тренировки на последнем курсе были именно на уличных полигонах, где снег был полноправным хозяином этих земель и никогда не покидал своих угодий.

− Хорошо, извини меня, я сегодня сама не своя. − Мне не стоило срывать на подруге свое раздражение.

То, что я не люблю, когда мой самоконтроль и построенная годами дисциплина дала сбой, в конце концов, не ее вина, а чертового незнакомца, который принес хаос в такое обыкновенное, серое, студенческое утро. Духи! Хорошо, что это и вправду был только сон…

− Ладно, не парься, даю тебе десять минут на сборку и выходим. – Аби уже была накрашена, как всегда, и нервно топталась у порога комнаты, мечтая ее покинуть.

Подрываясь как по команде, все еще потирая ушибленное место, я начала экстренно метаться по помещению. По правде сказать, мне хватило и пяти минут, чтобы быстро собрать кровать. Оглядеть вокруг скудную обстановку комнаты в поисках своих вещей, которую мы с подругой делим уже пятый год. Две кровати, находящиеся по двум противоположным стенкам. Два одинаковых дубовых стола, которые, по моему мнению, были приобретены еще со дня основания нашей академии. Одно большое окно с решеткой, разумеется, чтобы девицы не надумывали прыгать на свидание в темный лес к тем, кто поет серенады о пылкой любви в надежде на плотские утехи. Но вообще в северной академии учатся все местные, а нас называют не просто так ледышками. Здесь не принято пылко выражать собственные чувства. Это касается как мужчин, так и женщин. Сдержанность − основная черта характера моего народа.

Куцая занавеска, которая своим видом показывала, что здесь, для боевых магов, женский уют чужд, так же, как и милосердие на поле боя, которое мы не должны проявлять по отношению к нашим врагам. У нас даже вошла привычка спорить, какого цвета была ткань изначально. Пока выигрываю я, с моей богатой фантазией. Хотя Аннабель каждый раз с пеной у рта доказывает очередное моё заблуждение. Грязновато-серая, явно уставшая тряпка, которая некогда была благородной, опять же, предположительно, бордового цвета частью балдахина, украшавшего королевскую опочивальню. Веками она была немой свидетельницей интимной жизни королевских особ нескольких поколений. После чего от неё бессердечно избавились, выкинув на свалку за ненадобностью.

Но прошлые заслуги верной службы на благо покоя их величеств не были полностью забыты, поэтому её достали, вытряхнули и торжественно повесили в комнату девушек. И бывший балдахин числится вот уже тоже несколько десятков лет полноправным имуществом академии Северного Королевства. Теперь она гордо именуется занавеской и служит охранницей редких в здешних местах солнечных лучей. У нас климат снежный и пасмурный, так что зачем нужна здесь эта тряпка остаётся загадкой. Наша комната находится на последнем этаже башни, так как все остальные учащиеся здесь мужчины, и их комнаты находятся на нижних этажах. Кругом лес. Но нам с Аби этот жуткий атрибут совсем не мешал. Напротив, мы уже не представляли нашу любимую академию без этой прелестной шторки.

Тёмно-синий ковёр в полосочку, едва различимую, который покрывал весь пол и стелился под ногами словно промёрзшая каменистая почва, вполне мог рассчитывать на победу в состязании с нашей гардиной в номинации «Укради уют». Но я так привыкла к этим вещам, что полюбила их за некричащий скромный дух, который есть у всех предметов в нашем мире. У нас в Северном королевстве верят, что всё имеет свой дух, и гневить тот или иной предмет – это первый признак скудоумия и святотатства. Главный дух, который бережёт наш народ, – это Великий Дух Севера, который живёт на границе с нашими врагами. Место его обитания – самая высокая гора Рох, которая находится в составе горного хребта.

Бегло умылась в нашей персональной ванной комнате. Она метр на метр, но это было для меня настоящим счастьем. Так как на первом курсе мы с девочками делили общую душевую, находящуюся в конце коридора после вереницы жилых комнат. Но выпускницы имеют преимущества и такие блага цивилизации, как возможность сходить под душ совершенно без очереди. А всё потому, что выпускники занимают другую башню в последний год обучения.

Это справедливая перемена в студенческой жизни обусловлена отнюдь не уважением к нам, как к будущим специалистам и борцам со злом, нет. Лишь из экономии нашего времени, поскольку тренировок у последнего курса стало больше, чем теоретических занятий, а по мнению нашего многоуважаемого ректора Рудольфа Ренатовича, ничто не должно задерживать наших «гусениц». Плюс, он считает, что мы будем негативно влиять на вновь поступивших. Хотя из нашего потока я ни разу не замечала, чтобы кто-то обижал младшие курсы. Но видимо, лично у ректора такой опыт был. Он называет так лакского всех учащихся женского пола в своей «несравненной академии». Никто не может его назвать женоненавистником и уличить в неправильном отношении к прекрасному женскому полу, но за всё время лично моего пребывания в этих стенах сформировалось мнение, что своё предпочтение он давным-давно отдал мужчинам.

С нашей же стороны, в отместку, он получил гордое прозвище «Рудик старый развратник». Его мы с девочками произносили чуть слышным шепотом и сдавленным смехом, чтобы, естественно, не попасться, так как дисциплинарное наказание не заставит себя ждать, и охранять ледяные чертоги всю ночь без пропитания от вторжения детей бездны, которые охотятся за снежными кристаллами, − никому из нас не хочется. Но никто еще ни разу курсантов туда не отправлял. Хотя все девочки осознали свою ошибку в выборе будущей профессии и успешно перевелись в другие академии. Мы с Аби остались на выпуске только вдвоём.

Последняя минута была дана напоследок, чтобы посмотреть на себя в зеркало. На меня смотрела девушка с внешностью, которую называют миловидной, но с суровым выражением лица и стальным взглядом. Мои глаза цвета буйной сочной травы, которая у нас появляется уже поздней весной, совершенно не вписываются в наше королевство вечного льда. Не все любят смотреть в мои глаза. Слишком суеверные или люди, у кого близкие погибли на границе, смотрят на меня со злобой, как будто я имею прямое отношение к их бедам. Я уже привыкла. С возрастом можно на многое не обращать внимания. В моей родословной ни у кого не было таких глаз, да и, как и в нашем королевстве. А если и встречались, то детей старались прятать и не выводить в свет. Моя семья, к счастью, не страдала такой глупостью. Такими оттенками глаз, только значительно ярче, чем у меня, обладали преимущественно крылатые демоны, с которыми мы уже несколько веков сражаемся за наши земли и магические кристаллы. Они обитают в ледяных чертогах, которые граничат с моей родиной. Однако эта беда не только моей страны, но и всех остальных государств, поскольку кристаллами пользуемся не только мы, но и весь остальной мир. Веками борются с крылатыми демонами исключительно боевые маги, поэтому для отца отправить меня именно на этот факультет было сродни одержимости, даже несмотря на мой недостаток. Но так было не всегда.

С каждым годом моего взросления, глядя в мои глаза, в сердце отца зрело ничем не обоснованное подозрение к супруге, ведь в нашем королевстве к изменам относились крайне жестко, и наказанием этому ужасному поступку была казнь. А моя матушка очень любила свою жизнь и не стала бы так рисковать. Но существовали домыслы ровно до тех пор, пока я не стала совершеннолетней и мой дар не раскрылся целиком, и отец не узрел воздушный поток, какой был у него и его предков. Дар имел похожую сердцевину, но окончательно все сомнения по поводу отсутствия между нами родства развеял отцовский родовой медальон, который подтвердил своим ровным зеленым сиянием, что я являюсь его дочерью. Мне подвластна воздушная стихия, не так, конечно, как мне бы сейчас хотелось, но уже вот несколько лет мой наставник в академии трудится над повышением моего уровня выше среднего. Хотя у крылатых демонов тоже много воздушных магов. И если бы не медальон, нам с мамой пришлось бы туго.

У большинства женщин моего народа преимущественно серые глаза, моя подруга так же вошла в прекрасную группу сероглазых представительниц.

Мой нос был прямой, как бак корабля−ледокола, что своим напором прорезал толщу льда на встречу своей судьбе. Губы пухлые, как по мне, даже слегка кукольные. Четко очерченные скулы. Слегка впалые щеки с нежным румянцем, который кажется мне совсем неуместным в это хмурое, наполненное внутренней тревогой утро. Пепельные волнистые волосы быстро завязываю в тугую косу, чтобы не мешала на практических заданиях сегодня второй парой «По борьбе и выживанию в холодных экстремальных условиях с разной степенью ранений».

Смотря на себя со стороны, я могла с полной уверенностью сказать, что я совершенно обычная девушка, ничем не примечательная, даже несмотря на необычный цвет глаз.

Я росла в строгой консервативной семье, где отец с матерью мечтали о сыне. Поэтому, когда я осчастливила их своим появлением на свет, они не изменили своего мнения и не добавили мне больше тепла и заботы, как и положено с нежной девичьей натурой. Поэтому с самолюбованием у меня довольно прохладные отношения. Зато гордости хоть отбавляй. Я не крашусь косметикой так, как Аби каждый день перед выходом, охая и ахая, как она все прекраснее становится со временем. Я типичный солдат со своей миссией, которую заложили мои родители еще когда я была в утробе матери.

Почему моя обожаемая Аннабель поступила со мной на такую специальность, как боевой маг, и разделяет со мной суровость студенческих будней? Ответ гораздо проще, чем кажется. Она, в отличие от меня, стремится выйти замуж. Находясь в стенах нашей академии, ей нужен диплом именно для того, чтобы каждый раз тыкать своему будущему мужу своей образованностью. Пока ее планам не суждено сбыться, и как бы она не была родовита, женихов, стоящих в очереди, не наблюдалось. А если и были, то они не дотягивали до высокой установленной планки идеального мужчины, которую установила моя подруга. Она рано лишилась матери, и отец никогда не давил на нее договорным браком. Он в ней души не чаял и потакал каждому капризу. Хоть Аннабель и воспитывалась в таких условиях, она выросла прекрасным человеком − для меня лучшим. Конечно, иногда она бывает с кавалерами весьма непосредственна и крайне навязчива, дабы пробить ледяную броню наших суровых северных мужчин. Не смотря на то, что мы с ней кардинально разные − она верящая в любовь и романтична до одури, да вообще авантюристка, − я, являющаяся ее постоянным якорем в этой бренной скучной жизни, люблю ее с детства и безумно счастлива, что она здесь со мной, даже не смотря на то, что отношение к учебе у нас с ней абсолютно разное.

По скорости нашего с Аби забега до аудитории можно было бы устанавливать новые рекорды. А всё, потому что лекцию по «Причинам магического выгорания» ведёт до такой степени противный старый фанатик, что даже минутное опоздание влечёт за собой исключение из академии. Достопочтенный магистр Ной считает, что даже собственная смерть не является объективной причиной опоздания или не дай Святой Руфус, неявки. Въедливый старик будет ночевать под дверью ректора каждую ночь, лишь бы лишить нерадивого ученика незаслуженного шанса получить диплом. И плевать, что это может быть выпускник. Под аккомпанемент заунывного приветствия всех драгоценных студентов, мы наконец-то заняли свои законные места, подальше от пристального внимания нашего магистра – на галерке.

Магистр Ной вообще на каждой лекции тратил треть академического времени на восхваление своего кумира Руфуса, который когда-то обнаружил необычайные свойства ледяных кристаллов. Забываясь, по старой памяти он мог дважды заливаться соловьём об одном и том же вместо лекционного материала. Он был бы не таким уж и плохим человеком, если бы не странное отношение к дисциплине. Магистр был крайне малого роста, и для него был специально оборудован преподавательский стол с креслом. Забираться на него было для преподавателя всегда тем еще испытанием, но когда кто-то всё-таки решал испытать свою судьбу и постучался в двери, после начала занятий, старик буквально слетал со своего пьедестала и с невиданной для его особенностей прытью бежал отчитывать нерадивого ещё у входа в святая святых. Сегодня таких счастливчиков не было, поэтому старик самозабвенно в тысячный раз рассказывал, в чём была главная заслуга гения, которого, по его мнению, недостаточно чтят и его вклад в науку был и остаётся воистину бесценным.

В это же самое время Аби стреляла глазками во всех, кто находился в поле её зрения. Она считала своих однокурсников бесплатным учебным материалом по освоению тонкой науки женского флирта. Так как я на начальных этапах показала себя полной неумехой, подруга решила, что сначала она научится сама, потом научит меня. Я была благодарна ей как никогда, за то, что с обольщением и флиртом она меня больше не трогает. У меня не было понятия, как надо правильно себя вести с противоположным полом, поэтому я выбрала единственную безопасную позицию: вежливо и прохладно. И, как ни странно, этот вариант развития отношений по сей день меня полностью устраивал. Все эти любовные дела не для меня. Они для романтичных особ. Я к ним никогда не относилась. Но вспоминая свой сон и первый поцелуй, было понятно, что я не так холодна, как сама себе казалась. Этот мужчина смог перевернуть мою душу наизнанку.

Под монотонный бубнёж старика я наконец-то начала задавать себе вопросы. А что, собственно, сегодня было со мной? Кто этот парень и что ему вообще от меня нужно?

Делая каждый новый вдох, я всё ещё ощущала ноющую боль в груди, как будто тот его удар был реальнее, чем я могла бы себе представить. Кем вообще надо быть, чтобы сначала поцеловать, а потом скинуть в пропасть? Наверное, последним психопатом. В моей жизни вообще не было мужчин, которые относились бы ко мне неподобающим образом. Не то чтобы у нас было святое королевство, нет. Просто нужно со всеми держать необходимую дистанцию. А ещё не заводить опасных знакомств. Ещё с детства я не стремилась заиметь как можно больше друзей. Мне всегда было комфортно с самой собой. Только Аннабель ворвалась в мой уединенный мир ярким лучиком солнца и так и осталась в нём.

Я ни с кем не знакомилась, чтобы вот так отхватывать от мужчин, ни за что не про что. Да и как бы я вообще могла бы с кем-то встретиться, если мой будущий спутник по жизни уже давно был заботливо найден моим папочкой.

«Как ни лучший ли вариант для тебя, дорогая, будет сын моего партнёра по бизнесу?»

До сих пор в голове стоит тот разговор пять лет назад с изрядно набравшимся отцом на свой юбилей тет-а-тет со мной у себя в кабинете. До этого момента я ещё тешила себя надеждой, что эта жизнь принадлежит лишь мне. Но сразу же после предоставления моего жениха, без права голоса, настоятельно рекомендовали выбрать исключительно специальность боевого мага, так как это самая престижная должность в нашем королевстве.

Ох, когда-то я была борцом за свои права, а потом поняла, что родители любят меня по-своему, значит хотят добра… И я подчинилась во всём, так как верила, что им благоволят духи. Если бы я знала, как пожалею в будущем о своём смирении…

Мои глубокие размышления были грубо прерваны жестокой подругой, тычком своей руки в мое плечо.

– Черт, что с тобой сегодня? – Она прищурилась, как будто я пропускаю мимо ушей ее лекцию.

– Ничего.

Сейчас ее оскорбленный вид наводил мысли, а не состоит ли эта особа в родстве с магистром Ноем? Я хотела уж было поинтересоваться, так ли это, но вовремя себя одернула. Старый сморчок снова опустился на землю обетованную и решил сегодня не щадить никого. Особенно это касалось тех, кто, по его мнению, не проявляет достаточно заинтересованности, внимая воистину бесценному материалу, с которым он снизошел до нас, «целый магистр». Когда буря преподавательского кретинизма миновала, я повернулась полубоком к своей драгоценной Аннабель и начала предъявлять претензии за полученные увечья.

– Эй, ты сегодня решила на мне ставить исключительно свои метки. Спасибо, я в форме. – Несмотря на свои мрачные мысли, улыбка сама растягивается на моих губах, когда я вижу лукавые искорки в глазах своего личного тренера по дисциплине.

– Как ты можешь витать в облаках, когда вокруг нас сидят такие парни, да ты только посмотри на них! Я уже сколько лет тебе присматриваю достойную кандидатуру, а ты все отмахиваешься, а я, между прочим, даю дельный совет! Вот что ты будешь делать после выпуска?

– Тебе и так прекрасно известно.

– Нести дозор у этих вонючих чертогов? Ах, да ты же собралась замуж за этого невозможного зануду Мориса, который одним своим видом предлагает мне пойти и застрелить бедолагу, чтобы не мучился. – Как всегда при упоминании моего жениха, лицо подруги приобретает кислое выражение.

– Не нравится он мне, Ева. Он какой-то мутный. – Тихо посмеиваясь, Аби продолжает набирать обороты.

– Вот Алекс, сидящий на третьем ряду, чем тебе не по душе? А? Высокий, подтянутый, с молочной кожей, серыми омутами глаз, белоснежными волосами. Да я за такого убить готова, жаль, что он на меня никогда не смотрел. Но у тебя – шансы! Пока не поздно! Нам уже давно не восемнадцать, а мы все топчемся на замерзшей земле в этих ботинках старыми девами.

Как будто что-то почувствовав, Алекс поднял на нас голову, хотя мы абсолютно уверены, что он не мог услышать даже слова от нас, пронзил нас таким холодным взглядом, что моя моралистка тут же вздрогнула, заткнулась, потом все же опомнилась и тут же обворожительно улыбнулась угрюмому парню, не забывая при этом стрельнуть глазками изображая невинное создание.

Вся эта пантомима наигранных страстей вызвала у меня лишь смех… И как в лучших традициях на каждодневную лекцию о нашем замужестве я с неизменным выражением каменного лица, со спокойной душой и совестью заявляю:

− Дорогая, сколько тебе повторять, я не верю в любовь. Ее не существует. Да и зачем она мне нужна? Нас с женихом все устраивает. Голова чистая и без всей этой розовой ерунды.

Естественно, после своих слов, я тут же вижу искривленный рот, который хочет оспорить мое смелое заявление, однако Аби не успевает сделать ничего, потому что на всю аудиторию звонкий голос секретаря ректора по громкоговорителю объявляет: «Всем выпускникам собраться в актовом зале на построение».

Под сразу же возникший гул недоуменных однокурсников, лектор с досадой свернул в трубочку свои лекционные материалы и первым же выбежал из помещения. Дабы не нарваться на любопытную толпу, которая уже стремительно атаковала узкий проход, ему не помешал не почтенный возраст ни низкий рост. Находясь в странном смятении и в разбитых чувствах, которые никак не пройдут после странного сна, тоже стараюсь быстро упаковать свои скромные пожитки и покидаю лекционную вместе с подругой. Пройдя несколько коридоров, мы оказываемся на месте сбора и скромно становимся на свои места в ожидании новостей. Известия любого характера − достаточная редкость в этой академии. Обычно, это новость о том, что кто-то умер и слава новому члену педагогического состава нашей академии. Не отличающая со временем информация исходила из торжественной речи ректора, очередного почившего невероятного профессора, который больше всех, при жизни, вложил сил в науку и сердобольно решил поделиться ею с нами. А также возлагаемые надежды на будущий научный труд следующего по живой очереди.

Мы учились в столичной академии, но наш ректор не любил делиться новой информацией, особенно если её, нужно ему лично выдавать ее студентам. Он вообще терпеть не мог выступать публично и каждый раз это был для него невероятный стресс. Так и сейчас, прежде чем приступать, он долго мялся у трибуны, поглядывая с последней надеждой на стоящий рядом педсостав, который уже был в курсе, но не обладал должной властью и ответственностью за торжественную речь.

Ожидание привычной долгой нервной паузы уже воспринималось нами с полным пониманием, что мы все люди. И после того, как ректор собрался с духом и все же начал с обязательной вступительной речи о том, как он горд за всех нас и каждого, я услышала то, что переворачивает мою жизнь наизнанку.

– Мои дорогие выпускники, я с честью и со всей торжественностью заявляю, что главное состязание, которое мы все ждали с начала поступления, будет перенесено в Южное Королевство, в Академию Семи Ветров. Эта реформа была проведена высшим советом магов как возможность расширять наши амбиции путем улучшения отношений с южным народом. Это уникальная возможность показать себя с лучшей стороны. Те, кто успешно пройдет испытание, получат особую выписку в дипломе и гарантированный карьерный рост, о котором вы ранее и мечтать не смели. Также будет одобрено разрешение на постоянное проживание и рабочее место, в перерывах между вахтами, в южном королевстве для иностранных граждан. Мы очень давно ждали эти перемены, и я порву на части каждого, кто посрамит меня, нашу академию и тем более страну! Помните, вы – лицо нашей великой родины! Все расходы на проживание до состязания принимающая сторона берет на себя. Вам нужно с собой взять самое необходимое. Академия находится на побережье, поэтому много вещей вам не понадобится. – Нервно откашлявшись, ректор вытер белоснежным платком свой мокрый лоб и продолжил.

– Любой отказ или гневные письма от ваших уважаемых родителей о временном переезде будут приравниваться к измене и будут иметь катастрофические последствия для вас и всего рода, поэтому хорошенько подумайте сейчас, прежде чем потратите минуту моего драгоценного времени на разбирательство. Переезд будет осуществлен через три дня. Сбор на заре. Будьте налегке, вам все выдадут на месте. Перенос будет через портальную арку, поэтому староста будет идти первым и ждать на той стороне каждого, пока не пройдет последний. Я надеюсь, все достаточно ясно уяснили для себя всю степень ответственности…

Он говорил что-то еще, но его слова собирались для меня одним сплошным комком, который становился все больше и больше и норовил просто раздавить меня своей мощью. От волнения сразу же заломило виски и потемнело в глазах, хотя я и никогда не ощущала себя кисейной барышней.

Как это Южное Королевство? Духи! Какого черта? Пусть кто угодно отправляется к этим неотесанным варварам, но только не я! Они же не могут контролировать себя! Совершенно. Хуже только пустынники из Восточного Королевства. Там вообще ужас… Но и южане далеко от них не ушли. Что такое сдержанность, они и не слышали. Не то что бы я страдала манией чистой крови и любила только свой народ, но мне не нравятся шумные люди. А выходцы с юга всегда громкие, вспыльчивые, резкие. Мой отец нарастил свой капитал благодаря процветанию своего бизнеса по продаже магических кристаллов южным аристократам, которые платят все возможные пошлины даже с избытком, лишь бы урвать этот бесценный дар святого Руфуса, который первый нашел и открыл в ледяных пещерах магические породы, из которых можно добывать кристаллы. Почему-то при упоминании этого ученого на ум вот уже несколько лет приходит старый карлик Ной.

Сам по себе кристалл, выглядит довольно невзрачно. Но в периоды, когда я нахожусь в нестабильном душевном состоянии, что мне вообще обычно не свойственно, я оттягиваю невесомую цепочку рукой и рассматриваю грани камня, что висит на моей шее, как подарок отца на открытие дара. Мне даже порой кажется, что глубина цвета внутри кристалла реагирует на мое настроение, но конечно этот факт никем не доказан, и то, в чем я уверена – научный бред. Этот кристалл, за счет своих необычных свойств дал нам хороший доход, и это несмотря на то, что отец берет деньги у тех, кого неистово ненавидит. С детства даже я поражалась его резко меняющимися чертами благородного лица, стоит хоть раз упомянуть кого-то из Южного королевства. Причина лютой ненависти, наверняка, уйдет с ним в могилу. И пусть. Это вообще не мои проблемы, но вот как раз новость, о том, что к его личным врагам отправляется его единственная дочь, вызовет скорее извержение вулкана. Как бы мне избежать подобного выплеска и остаться хотя бы со своим комком боли, застрявшим в горле. Я не хочу никуда ехать. Не нужна мне никакая реформа! Почему именно я должна что-то налаживать?!

Пребывая в глубоком шоке, я повернулась к своей подруге по невезению и чуть не ослепла от счастья, которое прямо выплескивалось из её глаз. Набрав побольше воздуха в лёгкие, я с вызовом поинтересовалась, а что это она так радуется.

– Тебе не говорили, что показывать свои эмоции в приличном обществе – моветон?

– Пфф… Где я и где это общество! – Фыркая, передразнила меня подруга.

– Радоваться надо! Это такая возможность побывать там, увидеть что-то иное, чем чёртов снег и вечный лёд. Не знаю, как тебе, а меня достало всё, что связано с температурой ниже нуля. Хочу купальник. О, как я представляю: солнце, которое нежно обнимает меня своими золотыми лучами, тёплые воды, в которых можно плавать до рассвета. Хотя я слышала, у них там нельзя купаться. Наши океаны полностью завоеваны льдом. Но плевать. Я рискну. Эти знойные, горячие парни, которые знают, что такое страсть и могут показать её тебе во всех проявлениях. Не то что эти замороженные рыбы. – Махнув головой, Аби показала, что имеет в виду наших ребят, которые даже эту новость обсуждают спокойно, как будто предстоящий ужин. Ни один не повысил свой голос.

Закатывая в очередной раз глаза, я сухо поинтересовалась о грандиозных планах северной девушки.

– Это когда же ты, дорогая, собралась предаваться любви, если мы едем туда сначала на подготовку, а потом и на само состязание, на котором с нас три шкуры спустят? К охранникам и бойцам северной границы и ледяных чертогов предъявляются только самые жёсткие требования. Нужны только лучшие… Уверенные, сильные, хладнокровные, не такие изнеженные мечтательницы, как ты. Но если ты успеешь выйти замуж и туда не попадёшь, я буду только рада за тебя. Меня даже мой будущий брак не остановит. Это только моя миссия. Я хочу, чтобы отец гордился мной. Всё остальное не имеет для меня значения. Только мой план, который идёт ко всем чертям из-за этой проклятой реформы. Какого чёрта за счёт нас они тут свои отношения решили наладить?! Я на такое не подписывалась…

Три дня, которые были даны на сборы, пролетели для меня как одно мгновение. Незнакомец, который ворвался в мой сон и посмел украсть мой первый поцелуй, больше не появлялся, и я посчитала это хорошим знаком. Я даже не успела осознать всю трагичность ситуации, как очнулась у портальной арки в своей тёплой шубе, в тяжёлых ботинках, в тёплом флисовом комбинезоне и неизменной балаклаве, благодаря которой можно идентифицировать адептов только по глазам. Просто прекрасно. Из всех нас самая счастливая была только Аннабель.

Резко нахмурившись, я вдруг поняла, что от своего навязанного жениха Мориса я не получила ни весточки. Не то чтобы я ждала слезливых прощаний или серенад под окном, но он мог бы хотя бы пожелать удачи. Ну что ж… Наверное, позже напишет, так же сухо, как и отец, который сегодня удостоил своим вниманием письмо, пришедшее по маго-почте. Все свои чувства он умудрился вложить в одну строчку:

«Не разочаруй меня»

Северный народ не отличается особой сентиментальностью, как и вообще избыточностью чувств. Поэтому его письмо нисколько не расстроило меня, а наоборот, было стимулом к самосовершенствованию. Скорее всего, вечный холод и в наших сердцах оставил свой след, что позволило местным обитателям спокойно выдерживать все тяготы судьбы поколение за поколением. Северный дух, который покровительствует нашему народу, считается самым сильным и могущественным существом. Самым главным его отличием от других духов было его хладнокровие. Хоть он всех и оберегал, но делал это своеобразно, через только ему понятную призму справедливости. Поэтому его народ со временем принял его же черты. Лишь одна Аннабель выбивается из общей массы бесстрастного народа, – только она с самого детства называет меня «Королевой севера» и считает, что мое сердце сделано из чистого льда. В ответ я зову ее муреной, уж больно она верткая и подвижная. Усидеть на месте – это точно не про нее. Мы полные противоположности, однако всю жизнь вместе. Наши матери когда-то дружили, но дух рано забрал молодую женщину к себе, и все последующие годы, убитая горем девочка много времени проводила у нас. Так она легче пережила потерю близкого человека.

Пространственная межгосударственная арка находится на специально отведенной огромной площади в центре нашей столицы Литории, на улице Одуванчиков. Наше королевство славится причудливыми названиями улиц – весенними цветами, как надеждой, что когда-нибудь мы их увидим на наших клумбах. Конечно, в королевском дворце есть свои парки, где под магическим куполом растут тропические деревья и даже цветы, особенно розы, но такая блажь присутствует только у короля. Столько денег и магии даже не все аристократы могут себе позволить. Наш максимум – это картины с цветами или маленькие самые неприхотливые растения, вечнозеленые. Наше королевство тоже богато своей культурой, но всегда хочется чего-нибудь экзотического, поэтому каждый день образуется очередь из людей, кто приехал из крайних уголков севера полюбоваться на королевский парк. Даже Морис водил меня по этому цветущему великолепию, рассказывая, откуда тот или иной кустарник был привезен. Наша академия находится на окраине столицы, и путь до арки мы проделали короткими пространственными перебросами. Конечно, наш монарх не поскупился на оформление площади и, в частности, арки, как на саморекламу. Белая колона, обвитая вечнозеленым магическим плющом, который стабилизирует ее работу и создает мистический антураж. Этот же плющ обвивает всю площадь как своеобразный страж, который неустанно следит за каждым, кто вступает в ледяные земли.

Не теряя времени на перерыв, я нырнула в ее требовательные объятия и сразу же почувствовала, что с этой секунды мой мир рухнет и разлетится на части. Что ничего не будет так, как прежде…

И как бы ужасно это ни звучало, хоть я и старалась все это время выбросить незнакомца из головы, он не смог избавить меня от своего незримого присутствия совсем без остатка. Все прошедшие дни я пыталась вспомнить хоть что-нибудь, кроме неясного, но такого громоздкого силуэта. И проходя через портал, я поразилась быстро промелькнувшей мысли в моей голове, что, вспоминая его образ, я впервые не чувствовала себя одиноко и что мое сердце, состоявшее из вечной мерзлоты, на миг треснуло и дернулось мощным ударом о мою грудную клетку. Мгновенно вспыхнуло чувство обреченности, что тот, кто так безжалостно толкнул меня в пропасть, сможет сделать это уже совсем скоро только в реальном мире. Почему-то мне показалось, что он уже ждет меня здесь, в королевстве тепла и солнца…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Дав себе мысленную оплеуху, я направила все свои силы на осознание того, что впервые вступаю на новые земли, которые неизвестно как примут мою скромную персону. Однако, ранние мои сомнения были развеяны дружелюбными улыбками на лицах людей, встречавших нас на своей территории.

Первое и самое искреннее чувство, которое обрушилось на нас с Аби, – это было невыносимое чувство тяжести от нашего зимнего обмундирования в этом царстве немыслимой жары и влажности. К счастью, наши встречающие быстро осознали ситуацию и быстро среагировали, организовав доставку нас в нашу новую академию, отложив экскурсию на потом, после того как мы снимем с себя неподходящий наряд.

Я ожидала, что наши королевства будут хотя бы отдаленно похожи друг на друга, но даже после беглого осмотра помещения, куда привел нас телепорт, стало понятно, что это не другая страна, а совершенно неизведанный мир со своими загадками и тайнами. Но первое впечатление бывает обманчиво. Так и оказалось.

Мое внимание сразу же привлекло изобилие разнообразных летающих повсюду бабочек. Они кружили во всем пространстве помещения, без стен, как вьюга из мерцающих белоснежных снежинок, так близких моему сердцу… Наше присутствие совершенно не отвлекало их от их невероятно важных дел, как скользящий плавный полет с цветка на цветок, даже через весь зал. От этого великолепного, завораживающего зрелища меня отвлекли клокочущий шёпот моих однокурсников, желающих как можно быстрее попасть в привычную обстановку, состоящую из удобств, в виде кровати и холодильника.

– Ууухх… Даже насладиться этим волшебством не дали, засранцы. – Грозно высказалась Аби, не забывая активно работать локтями, распихивая толпу, чтобы быстрее добраться до нашего провожатого.

– Ну ты только посмотри на них! Устали они, бедняжки! Пешком же шли, недоделанные! «Вдруг война, а я уставший!». – Как всегда недовольное бормотание подруги поднимает мое настроение и помогает развиться чувству азарта и помочь в расталкивании всех, кто был повинен в разрушении такого запоминающегося момента.

– И не говори, сама в ужасе от понимания, что мужикам лишь бы полежать, да подольше.

– Хлебом не корми, дай отдохнуть.

Не сговариваясь, оторвавшись от толпы, мы синхронно припустились следом за провожатым по извилистым коридорам, успевая при этом перебрасываться едкими комментариями о суровой несправедливой женской доле.

Явное различие от нас, северян, – было использование южанами системы перемещения на короткие расстояния. Если у нас мы прибегали к перебросам (как большой прыжок, примерно в пару кварталов), то здесь в быту был пространственный туннель, кстати, по которому мы сейчас и двигались. Такой подход был обусловлен тем, что у нас разные магические поля, и здесь, на юге, с портальными перемещениями пришлось приспособиться людям, чтобы слезть с лошадей. Я даже вспотеть не успела, как мы очутились на свежем воздухе аккурат перед входом в академию Семи Ветров.

Слаженный вздох наполнил пространство, из тех, кто впервые увидел столь удивительное строение, которое поражало своим великолепием. Огромные башни, построенные сотни лет назад, сохранились и по сей день в первозданном виде. Это было похоже на огромный замок полуоткрытого типа, на возвышающихся стенах которого были размещены всевозможные виды местных растений и целые стаи крупных попугаев, каждый из которых имел неповторимый окрас. Птицы были везде. И что удивительно, за пределами академии ни одного подобного пернатого создания не наблюдалось. Буйство красок поражало мое воображение, и захотелось крепко зажмуриться, так как с непривычки все цвета приобретали обжигающие оттенки.

Я привыкла к монохромному облику и стилю во всем на своей родине, и сейчас пребывала под сильным впечатлением. Проходя по узким дорожкам, отвоеванным у местной флоры и фауны, нам удалось быстро пройти в главное здание, где нас уже ждал распределитель и, скорее всего, наш непосредственный куратор вместе с ректором академии. Кто из них ректор, мне стало понятно сразу. Мягкий толчок в бок был молчаливым согласием, что истина открылась не только мне. И, подходя ближе, стоило больших усилий скрыть очевидную усмешку на своем лице, которая прорывалась через мое благопристойное воспитание. Сказать, что наш новый ректор поражает с первого взгляда, – ничего не сказать. Южанин, одним словом.

Это был мужчина средних лет, небольшого роста, но ничуть не смущающийся этим фактором. Он был одет в шелковое безобразие разных цветов и оттенков, которое укрывало его с головы до ног. Словно все ткани, которые ткут в этом прекрасном королевстве, были собраны лишь на нем одном. Это же касалось и украшений. Кисти обоих рук вплоть до локтей были увенчаны разнообразными золотыми браслетами, на каждом пальце красовалось минимум по три здоровых перстня. Его короткая шея также была обласкана драгоценным металлом. Все это безобразие мерцало и сверкало, так что все, кто увидел его впервые, не могли избавиться от культурного шока.

Прочистив горло, громким писклявым режущим голосом, от которого у меня слегка заложило уши, ректор начал свою приветственную речь: – Дорогие гости нашего королевства и моей академии! Я рад приветствовать вас в самом лучшем месте в этом священном мире. Будьте благодарны нашему гостеприимству и ведите себя разумно, как и подобает гостям в чужом доме. Духи с вами!

От этой пламенной речи мои кулаки сжались до боли сами собой. Подумаешь! Как будто мы напрашивались к нему в гости! Никто наше мнение вообще не спрашивал. Да, с таким гостеприимством, чувствую, нам будет очень весело… С таким ректором, наверное, и наши напарники по состязанию не будут отставать от него в дружелюбии.

К слову, куратор произвел более позитивное впечатление, хотя бы из-за отсутствия на нем ювелирной лавки, нежели его коллега. Человек с военной выправкой сразу же показал, кто здесь главный, успев только представиться: – Ровнясь! Смирно! Буду краток! Называть меня капитан Кач, и ни как иначе. Инструкции каждый получит в письме в своей комнате. По всем глупым вопросам, которые будет генерировать ваша единственная извилина, можете обращаться к матушке природе, которая вас породила! Здесь вам не место! Добро пожаловать! Разойтись! Шагом марш в комнаты для отдыха! – отдав команду, наш иностранный командир, чеканя шаг, спешно удалился, окутав нас флером привычной домашней студенческой атмосферы… Милота. Наши наставники были такими же милыми.

Спустя некоторое время нам все же удалось обнаружить наше временное жилище. Не обращая внимания на обстановку, я рывком стянула с себя все обмундирование и позволила полной грудью вдохнуть непривычно горячий влажный воздух. Быстро приняв холодный душ, почувствовала себя заново родившейся. Следом за мной поплелась плескаться всегда счастливая Аннабель.

Вскрыв в предвкушении запечатанное персональное письмо, я углубилась в витиеватые строки дальнейшего плана моей жизни на ближайшее будущее.

«Курсанту Еве Бинги будет присвоен порядковый номер 7 в общей команде для прохождения состязания, в соответствии с новым постановлением от магического департамента ст. 1, п. 2. К вам в пару поставлен курсант академии СВ, Таир Томас Уффорд. Все учебные тренировки и дополнительные занятия проводятся на учебных полигонах и только под контролем вашего временного наставника – командира разведывательной группы капитана Кача. Любое некорректное поведение, нарушение правил академии или приказов наставника автоматически аннулирует ваше участие в состязании.» С уважением деканат»

– Очевидно, на юге краткость – сестра таланта, – хмыкнула я.

– А ты понимаешь, что мы здесь связаны по рукам и ногам? – прищурилась я, переводя взгляд то на письмо, то на подругу.

Подруга, переворачивающая нашу скромную комнату вверх дном в поисках возможной еды и необходимых вещей, оптимистично заметила:

– Ой, да где наша не пропадала, плевать. Мне какой-то Мир достался в напарники, и всё будет зависеть от того, окажется ли он красавчиком или нет!

– Ты неисправима! Почему я в последнюю очередь думаю о внешних данных этих туземцев? М? Знаешь, что сейчас важно? Будут ли нас кормить в этой замечательной богадельне! – звук моего булькающего живота был как сигнал к действию. Быстро одев лёгкий хлопковый студенческий комбинезон цвета морской волны и надев на ноги одинаковые пары закрытых сандалий, мы отправились на поиски пропитания.

Таир… Что за имя такое? Никакое. Пытаюсь представить его, и не получается. Наверное, здешняя атмосфера мешает мне сосредоточиться и заглянуть в глубь своего разума, который, как назло, отказывается со мной говорить. Да и черт с ним. Скорее всего, завтра нас представят. Разве мне раньше было какое-то дело до внешности? Он поставлен в напарники лишь на время. Я и не замечу, как упорхну отсюда с дипломом. Единственное, надеюсь, что этот парень будет не таким буйным, как все остальные представители южного королевства.

Со всеми переездами и размещением на новом месте мы не заметили, как пролетел день, и сейчас нас ждёт уже ужин и пара свободных часов до отбоя.

Оказавшись в столовой, мы всей своей группой сели за отведённый столик, который был накрыт местной обыкновенной сытной пищей. Брошюра, которая была заметна невооружённым глазом с изображением великого горного хребта, расположенного только на наших землях, сразу предотвратила поток вопросов о том, куда голодным курсантам можно садиться. Чужое место в первый же день не хотелось занимать, всё-таки это принимающая сторона, и лишних конфликтов никто из нас не желал. К счастью, руководство академии позаботилось об этом, выделив нам приличную территорию, где мы могли сесть своей группой. Местная крупа, морепродукты и фрукты. Может, из-за сильного голода или потому что здесь было действительно вкусно, я съела свою порцию, не заметив этого. Запить все это великолепие нам было предложено не сладким свежевыжатым соком или лимонадом. Мучное здесь не приветствовалось. Все-таки это не институт благородных девиц. Но и этому я была счастлива, хотя уже чувствовала легкую тоску по сдобным булочкам с корицей. Мы с Аби лопали их каждые выходные, когда выбирались в город. В нашей столовой их тоже готовили, но совершенно не так, будто бездушно. Живые, самые восхитительные пышки пекли только в местных лавочках. И успеть на свежую партию было большой удачей. Но как подруга, так и я жертвовали утренними часами драгоценного сна, чтобы стоять на морозе в очереди хотя бы в одну кондитерскую.

Взглянув на своих соратников, поняла, что не я одна была такой голодной. Накрытый стол стремительно опустел, и уже повеселевший народ начал осматриваться по сторонам и замечать что-то другое, помимо содержимого своих тарелок. Все столики были полностью забиты, и многие студенты косились на нас. Кто-то с осторожностью, а кто и не стеснялся, брезгливо отворачивался. Некоторые даже дружелюбно махали рукой и весело подмигивали. Все вели себя абсолютно по-разному. В общем, как и в любом обществе. Но мы люди привычные, нас вряд ли можно задеть кривыми лицами и недовольными взглядами.

Я надеялась интуитивно почувствовать своего напарника, но, к сожалению, мне этого не удалось. Я старалась не сильно пялиться на каждого, кто попадал в мое поле зрения. Но, глядя на ребят и не ощущая вообще ничего, я оставила эту нелепую затею. Когда мы с подругой уже решили покинуть столовую, обернувшись назад, я заметила одну компанию, состоящую из очень высоких и крепких ребят, которые только вошли в помещение. Все трое настолько остро выбивались из общей массы, что не обратить на них внимание было невозможно. Они даже имели некоторое сходство друг с другом. Высокий рост, очень крепкое телосложение. Их энергетика мгновенно заполнила всё пространство. Давящая. Тяжёлая. Но больше всего меня зацепило их поведение. Слишком царское, чересчур дерзкое. Они были как малая стая, но до боли кровожадная, не терпящая поражений. И впереди них шёл её вожак, или сам король, а позади него – свита. С большого расстояния было сложно отметить внешность этих персонажей, наш столик был самый последний. Но меня окатило волной мрачности, которая выплескивалась из него с каждым его шагом. Жуткий тип. Надеюсь, мы с ним будем меньше пересекаться, а лучше вообще никогда. Я хоть и не из робкого десятка, но стараюсь держаться подальше от отбитых на голову сволочей. Почему-то мне показалось, что хороший человек так не выглядит. Ничего хорошего, как правило, от них ждать не стоит…

С полными животами мы отправились на вечернюю разминку, а именно, походить и поглазеть, что тут интересного у наших «недругов».

Долго обследуя территорию академии и её достопримечательности до темноты, нам всё же удалось найти более-менее достойное укромное место для короткой передышки перед обратным путём.

Это был мини-скверик, состоящий из пары открытых беседок и лавочек, которые освещались лишь заботливым светом луны. Он отличался от наших зон отдыха, которые так же располагались на территории академии. Другой климат существенно меняет, казалось бы, простые вещи на первый взгляд. Даже трогая лавочку, можно ощутить тепло, исходящее из деревянных досок. Здесь солнце одаривает всё вокруг своей любовью. На наших скамейках нужно ещё побороться с постоянно падающим снегом, особенно в зимние месяцы. Наш ректор – тот ещё скряга и не заморачивается о комфорте учащихся. Магический купол любого размера стоит несколько тысяч туни, но и наше обучение обходится родителям в копеечку. Поэтому зимой мы с Аби либо в городе, либо в стенах академии. Здесь же мы чувствовали себя комфортно. Всё пространство окутано магическими заклинаниями, подобными куполу от крупных птиц и насекомых. Только безобидные пичуги да мошки могли беспрепятственно жить на этой территории. В основном южную академию полюбили и присвоили её себе попугаи. Если портальная арка славилась бабочками, то здесь местные обитатели были более заметными. Целыми семьями разноцветные птицы живут тут уже сотни лет. По правде сказать, эти удивительные создания считают себя здесь полноправными хозяевами, и это все двуногие у них в гостях. Возможно, так и есть. Куда ни посмотри – везде заботливо сколоченные скворечники и кормушки. Ни одно дерево здесь не обходится без этих пернатых созданий. Надо сказать, что птицы определенно вписываются в это место, и даже за первый день нахождения здесь я уже не представляю себе южную академию без щелкающих звуков переговаривающихся между собой пернатых. Они даже умудряются залетать в закрытые помещения. Ректор – большой любитель птиц, раз попустительствует пернатым наглецам. Так как мы находились в сквере уже в позднее время, милые пташки уже спали все на своих законных местах. От физической нагрузки приятно ломило мышцы, открылось второе дыхание, кровь наполнилась кислородом, сознание прояснилось… Лежа на мягкой траве, слушая приятную тишину и глядя на чужое звездное небо, я почувствовала умиротворение и входящий в меня поток живой энергии перед началом наших трудовых будней. Даже разговаривать ни с кем не хотелось. Сейчас короткая передышка. Как минута до старта…

Мой личный покой был прерван громкими мужскими голосами, которые доносились, как мне показалось, все ближе и ближе к нам. Стоило незнакомцам – а их было трое – нас увидеть, как разговоры резко прекратились. Один из них повелительным жестом остановил остальных и плавно подошел прямо ко мне. Властно встал у моих лежащих ног настолько близко, что мое личное пространство было в миг нарушено. Достав из пачки сигарету и крутя ее одной рукой, тихо, но очень грозно обратился ко мне:

– Свали отсюда на хрен! И подружайку свою захвати!

Как от оплеухи, я резко вскочила на ноги, оказавшись в паре сантиметров от него и глядя снизу вверх прямо в глаза. От такого необходимого умиротворения и царящей здесь тишины не осталось и следа. Гад.

Собрав в голос весь свой холод, выдохнула ему в лицо: – Кто ты такой, чтобы указывать, что мне делать? Местный королек? Это территория академии, куда нас пригласили. Я не в твоей личной резиденции. Я тебя не трогала, твое место не занимала, будь добр, извинись! Даже не заметила, как обратилась к нему на ты. Духи… Но, по правде сказать, он заслуживает куда хуже.

Дернув глазом и мрачно прищурившись, этот здоровяк окинул меня презрительным взглядом с головы до пят, начал лениво растягивать свои слова, словно делал мне великое одолжение.

– Я даже время тратить на северных шавок не буду. Особенно на тебя. Проваливайте обратно, тут вам никто не рад. Просто исчезни…

– И правда. Тай, северные подстилки уже в первый день лежат на все готовые у наших ног, противно хихикая, произнес один из его шестерок.

Под естественным освещением было трудно с высокой точностью описать внешность этих ненормальных. Но мне показалось, что именно их я имела честь лицезреть пару часов назад в столовой. Энергетика совпадала… Хотя тут и другие могли бы быть такими же отмороженными. Мало ли, кто еще после нас пришел на ужин.

Тихо подкравшаяся Аннабель начала тянуть меня назад, слегка дергая мой комбинезон и чуть слышным шепотом проговаривая мне на ухо.

– Их трое, нас двое, счет ничуть не равный, они на своей территории. Наши далеко! Ева, не глупи. Магию нельзя использовать, ты же видишь, везде охрана. – Мне не надо было перепроверять ее слова. Здесь были и следящие заклинания. По сути, чего тут только не было.

Ее уговаривающий шепот был недостаточно тихим для чужих ушей, и услышав мое имя незнакомец, так неласково со мной общавшийся, дернулся как от удара. Медленно затянувшись подкуренной сигаретой, он выдохнул дым прямо мне в лицо…

Звук пощечины, который так оглушительно пронесся по этому скверу, был настолько громким, что заставил всех присутствующих на миг замереть. Даже спящие попугаи нервно начали перебирать лапами, возмущенно клокоча на посторонний шум во время положенного отдыха. Только пришедшая резкая боль смогла вовремя меня отрезвить, ведь именно моя рука оставила след на свежевыбритом молодом лице. Падение сигареты на траву в вечернем сумраке я наблюдала в каком-то замедленном действии. Пока не подняла взгляд обратно на своего обидчика и поняла, что только что еще больше его разозлила. Громкий крик «Бежим» оторвал меня от почвы, и дальше мы с Аби воспользовались перебросом, чтобы оставить этих парней с носом. Конечно, мы обе очень рисковали, используя именно переброс, ведь в этом королевстве этот процесс крайне нестабилен. Но все вышло удачно, и мы не растеряли части тела по дороге. Как строить туннели никто не соизволил научить. Плевать. Сами научимся.

Ворочаясь с боку на бок, пытаясь принять удобное положение, я всеми силами уговаривала себя забыть эту неприятную встречу и наконец отправиться в царство снов. Но мне никак не давала покоя ускользающая мысль на краю сознания… Что-то царапнуло меня при встрече с этим хамом. Как будто мы уже знакомы. Но, конечно же, это невозможно. Естественно, уснуть мне удалось уже перед самым рассветом, и мой короткий сон состоял из стремительно мелькающих, как мне казалось, бессвязных картинок: поцелуя… Падения в пропасть… Дыма в лицо… Я резко подорвалась с кровати. Я вспомнила. Это был тот же голос! Он принадлежит одному человеку, тому, кто обидел меня уже дважды! Вот что за истину пытался донести вчера мой уставший от потрясений разум.

Мне срочно понадобилось привести себя в порядок, растолкать на этот раз безмятежно спящую Аби и бегом собираться на завтрак. К нашему счастью, здесь комнаты были оборудованы минимальными удобствами, такими как гигиеническая комната и мини-кухня. Сегодня же намечена встреча с моим напарником. Я жду этого в предвкушении. Надеюсь, мне достанется достойный человек, с которым можно будет работать около двух месяцев до состязания.

Заметив, как подруга трамбует свою овсянку не жуя, я любя сделала ей замечание.

– Аби, ты сейчас находишься в компании возможного будущего мужа, и, глядя на твой аппетит, он поймет, что ты будешь ему слишком дорога!

– Ха-ха-ха, – поджав губы, отреагировала она на мою заботу. – Да зачем он мне такой нужен, если будет считать каждую копейку? Мне нужен щедрый, чтобы не поскупился на мои скромные девичьи запросы. Хотя после вчерашнего я смотрю здесь на всех как на козлов! Зато, глядя на тебя, Ева, у всех будет одно желание – это тебя накормить. Лучше бы ела, чем тут заботу свою раздаешь зря. – Аннабель посмотрела на меня глазами заботливой бабушки, которая искренне считает, что дитя совсем ничего не ест и скоро умрет с голоду.

– Да, ничего в горло не лезет. Я хочу чай с лимоном и медом и булочку с корицей. А тут такого и в помине нет, как видишь, – улыбнувшись, ответила я жующей подруге.

– Ты хоть кого-то вчера запомнила? – Я надеялась, что подруга более осведомленная и уже знает тут всех и каждого, с ее-то талантами.

– Нет, но поверь, если еще раз я их встречу, сделаю какую-нибудь гадость. В нашем стиле, традиционном, – с мстительной улыбкой подруга оставила столовые приборы и собралась на выход.

– Я с тобой, завтрак закончен. Побежали на построение и новую встречу…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Стоя по стойке смирно в шеренге со своими однокурсниками, я имела возможность разглядывать такую же картину напротив. Нас с будущими напарниками поставили лицом к лицу, в ожидании объявления по очереди порядковых номеров. Мы находились на плацу на открытой территории и, что удивительно, никто из пернатых не мешал сегодняшнему мероприятию. Все понимающие пичуги делали круги над нами, но никто не смел нарушить жесткую дисциплину. Глядя на разноцветных попугаев, я вдруг вспомнила прелестных бабочек и на минуту пожалела, что их совсем здесь нет. Наверняка они боятся здешних летающих хозяев.

Я настолько замечталась о крылатых созданиях, что едва не пропустила свой номер и не стала всеобщим посмешищем. Дернувшись, начала свое движение синхронно с человеком, с другой стороны, с таким же номером, как и у меня. Сама от себя не ожидала такой трусости, что смогла поднять голову только когда увидела, что подошла к парню почти вплотную. Ярость, которая пульсировала в каждой вздувшейся вене моего напарника, вызвала во мне недоумение, до тех пор, пока я не увидела его лицо. Глаза в глаза. Все застыло. Свет померк. Мы здесь совершенно одни. Время остановилось. Даже звук моего сердца замедлился до минимального биения. Тогда во сне зеркало души этого человека было для меня недоступно. Но сейчас я могла разглядеть мельчайшие узоры радужной оболочки, которой он не мог просто по определению обладать. Глаза, которые не могли быть у южанина. Только не у него… Смотря в них можно замерзнуть насмерть. Ведь даже у чистокровных северян не бывает такого оттенка. Чистый лёд под водой. Россыпь темно-синих крапинок вокруг радужки только добавляет этим глазам способность поглощать душу в свои ледяные объятия. Глаза моего теперь уже знакомого смотрели на меня с такой ненавистью, что я не могла не придумать ничего лучше, чем ответить ему с еще большим вызовом… Эти же глаза я хотела выцарапать вчера за личное оскорбление. Я готова была метать молнии, сбить его воздушным потоком, чтобы ветер унес его за горизонт, чтобы никогда больше не видеть. Наш зрительный контакт прервался так же внезапно, как и начался.

– Ну, здравствуй, Ева… Скажи, чем ты заплатила, чтобы быть со мной в паре? Я не верю в случайность. Я подавал прошение только на напарника! Ты слышишь меня? Не напарницу, мать твою. – Сплюнув на пол, он раздраженно продолжил. – Не жди от меня добросовестного поведения. Даже устав надо мной не властен. Будешь умирать, я мимо пройду. Учти это. Не знаю, что ты задумала, но я не позволю держать меня на поводке и помыкать мною! – Мне пришлось дать себе секунду времени, чтобы переварить весь этот бред, который вылил на меня сейчас этот ненормальный.

– Я никому ничего не платила! Я тебя даже не знаю! Мне плевать на тебя, на твое прошение. Я здесь, чтобы пройти испытание и отправиться домой. Потерпишь немного, мы оба заложники ситуации. – Задохнувшись от возмущения, я продолжила свою гневную тираду.

– Твоя задача – прикрывать мне спину, как и моя. И как боевой маг, я требую от тебя соблюдения правил. Встав на носочки, дотянулась до его уха и нежно прошептала: Заглуши свои эмоции. Они тут лишние. А то я подумаю, что ты не мужик, а трепетная лань!

Повернув ко мне свою голову так, чтобы его щека коснулась моей, прошептал приглушенным бархатным голосом: – Пошла к черту. – И оттолкнувшись от меня, занял положенную между адептами дистанцию.

Отвернувшись от него в сторону своей подруги, я обнаружила, что невезение коснулось не только меня. Ей в напарники достался один из стаи или свиты этих ненормальных, который стоял непозволительно близко к Аби и крепко стискивал ее локоть. Посмотрев на меня, второй придурок растянул рот в дьявольской улыбке. Передернув плечами, вернув к себе ледяное спокойствие, отправилась вместе со всеми на первое групповое занятие. Мой напарник показательно отдалился от меня и всю дорогу держался на максимальном расстоянии вместе со своими дружками. Подумаешь! Какие мы нервные! Разбалованные все-таки эти южане. Изнеженные, не закаленные суровыми условиями люди. Бесят!

До прихода на место проведения тренировок я даже не успела перекинуться парой фраз с подругой, так как у нашего наставника очень плотный график и никто с нами церемониться не собирался. Наша группа не рискнула перебрасываться и всей дружной толпой шли мы своим ходом, но в быстром режиме.

Капитан Кач ждал нас уже на полигоне, который ничем от нашего учебного не отличался. Огромное поле с загонами и высоким ограждением. Даже структура магического купола, удерживающего магические поединки, схожа. Ну прямо как дома! Это единственное место, где ректор не мог сэкономить и ему пришлось установить защиту от заклинаний и непогоды, так как любая проверка тут же напишет кучу бумаг и заслуженный отдых начальника академии наступит со следующего дня. Это на местах отдыха студентов всем начхать.

Пешком добираться было трудновато с непривычки, так как еще нет и обеда, а солнце не щадит мое не привыкшее к жаре и сильной влажности тело. Но, к счастью, тренировочный костюм, который был выдан нам гостеприимными хозяевами, был соткан из дорогой термической ткани. Она способна нагреваться при низких температурах, не давая замерзнуть ее обладателю, а в жаре – охлаждает похлеще мятного лимонада. Естественно, наши напарники уже были на месте и с недовольными лицами глядели на нас, почти опоздавших! Тоже мне. Могли бы и приспособить прибывших студентов к местным правилам, но видимо у каждого из присутствующих была слишком большая корона на голове. Особенно у одного, самого наглого. Снова построив нас по парам, капитан Кач сухо начал отдавать приказы по исполнению сегодняшней тренировки.

– На приветствие нет времени! Ваша задача на сегодня: почувствовать магическое взаимодействие ваших стихий! Каждая пара будет находиться в своем защитном квадрате! Работать на пределе своих возможностей! Напарник должен знать ваши сильные и слабые стороны! Каждый день до обеда вы будете выполнять это упражнение до сигнала моей отмены! После обеда начинается занятие, направленное на вашу физическую подготовку на стадионе! Расписание висит на стенде в главном зале! Вопросы есть? Вопросов нет! Начинаем!

Заходя в назначенный нам квадрат, мы оба встали в боевую стойку, ожидая, кто начнет бой первым. Сначала задача – бить атакующими заклинаниями обеих стихий по очереди, позже – такая же манипуляция с защитными.

Разминая шею, мой личный враг сухо поинтересовался: – Судя по твоим глазам, тебе подвластна воздушная стихия? Я прав? Ты мне так кого-то напоминаешь… Интересно, а остальные тоже заметили некоторое сходство с крылатыми? Как тебя еще в младенчестве не убили? – Его снежные глаза в этот момент опасно блеснули.

Не подавая виду, что его слова меня снова оскорбили и задели за живое, таким же тоном ответила: – Разве стояла бы я сейчас здесь, если бы была в родстве с демонами? То, что ты видишь перед собой, – всего лишь совпадение. Я пять лет тружусь изо всех сил, чтобы встать в ряды тех, кто защищает мирных людей от этих варваров! Не смей оскорблять меня! Для меня честь застегнуть на руки красные браслеты как клятву защищать мир до последней капли крови! Хватит трепаться! Атакуй! Посмотрим, на что ты годишься!

Он атаковал меня столбом пламени такой мощи, что на миг я восхитилась. Духи! Неужели остались еще первородные носители огня… Никогда бы не подумала, что у него именно эта стихия. С его глазами, вечного льда, неистовое пламя смотрелось слишком инородно. Более чем нереально. Но некогда сейчас предаваться анализу. Я быстро выставила руки в защитном жесте и разорвала рвущееся на меня пламя плотным потоком ледяного воздуха. Неплохо! Агрессивное яркое пламя понравилось мне гораздо больше, чем его обладатель, но долгой передышки он мне не дал. Около двух часов, как мне показалось, на меня обрушивалась вся его сила, накопленная за многое время. И огненный меч пытался разрубить меня пополам. Пылающая волна, которая чуть не утопила меня в своем жаре. В общем, глядя на его сосредоточенное лицо, я поняла, что для него это не тренировка. Он действительно пытается меня поджарить. Черта с два. Его время вышло. Естественно, небольшой ущерб был. Несмотря на все мои щиты, он всё же зацепил меня, и появившиеся ожоги по всему телу уже давали о себе знать… Зря я понадеялась на этот комбинезон. Всё же он больше терморегулирующий, чем защитный.

Отключив в себе болевой режим и настроившись на поставленную задачу, я решила ударить его воздушным молотом. Не получилось. Силён гад. Ничего, в моём запасе ещё много сюрпризов. Отбивал он мои удары мастерски, как будто играючи. Несмотря на отвращение, которое я к нему испытываю, мой напарник был прекрасно сложен. Гад имел шикарную физическую подготовку и защищался так лениво, что к окончанию нашей битвы всё же сумел вывести меня из себя. Конечно, я никогда не покажу ему, что рядом с ним почувствовала себя полным ничтожеством. Ни одно моё заклинание не задело этого парня. Неужели в этой академии так профессионально учат своих учеников? Глядя на другие пары, я могла сказать, что ошиблась. Далеко не всех. Это только мне достался лучший.

Финальный гонг стал сигналом к окончанию нашего поединка. И без лишних комментариев нашего наставника, который всё это время за всеми наблюдал, мы поплелись покинуть учебный полигон. Взяв под руку такую же выжатую, как лимон, Аннабель, мы пошли за едой.

Уходя, мой напарник, как и ожидалось, нарушив принятый военный этикет, не поблагодарил за проведённый бой, а с каменным выражением лица развернулся и пошёл от меня прочь к своим друзьям. Я заметила, что все девушки, которые учились вместе с ним, смотрели на него как на бога. Очевидно, он избалован женским вниманием, ведь внешность у него выдающаяся. И почему таким красавчикам при рождении забыли вложить душу?

Подошедшая Аби после первой тренировки по виду не отставала от меня. Жалкое зрелище. Ее напарник так же, как и мой, абсолютно не щадил ее в заклинаниях и, хоть он был магом земли, нанес ей ссадины и ушибы.

– Аннабель, почему нам так не везет? – Услышав мой вопрос, девушка мгновенно нахмурилась.

– Да потому, что мы со своего курса только одни девочки, и южные организаторы этой чертовой реформы решили, что неплохо бы нам дать самых отъявленных сволочей. Этот придурок успевал глумиться надо мной всю тренировку. Его забавляла моя пресная мордашка. Он меня мартышкой обозвал. Вел себя как ребенок, видно, здесь мальчики взрослеют после тридцати. – Вложив в свой взгляд кучу проклятий, подруга смотрела в след своему обидчику.

– Просто не замечай всего этого. Я тоже стараюсь меньше реагировать на этого придурка. Он пытается меня взбесить. Хрен у него что получится. – Решив убраться отсюда поскорее, мы направились обратным ходом в столовую.

Гордо сидя за своим столиком в столовой среди студенческого шума и смеха, пробуя новое блюдо – рис с запечённой морской рыбой, – я подумала, что было бы неплохо в свободное время выйти в город. Все-таки сейчас мы находимся в столице Южного королевства, и когда, если не сейчас, представится такая возможность. Своими мыслями я решила поделиться с необычно хмуро жующей подругой. Видимо, она все еще не отошла от знакомства со своим напарником.

– Слушай, Аби, может, трое выпускниц, которые не стали при встрече с нами кривить свои мордашки и показывать свой скверный характер в отличие от их одногруппников, поведают нам, какие места стоит посетить, что интересного можно посмотреть. Надеюсь, хотя бы к ним можно обратиться. Давай после ужина все же сходим в комнату общего отдыха? Познакомимся? – Сделав задумчивый вид, Аби молча кивнула. Пожевав губами, я поняла, что что-то не так. Оставлять как есть я не собиралась!

– Что у тебя случилось? Где вечная улыбка? – Доверительным, располагающим тоном спросила я. – Еще больше нахмурившись, Аби решила мне раскрыть свою душу.

– Да, просто я расстроена. Не думала, что тут нам достанутся настолько отбитые придурки. Не знаю, как выдержу положенное время. – Это она еще не знает про мои сны!

– Выше нос! Мы с тобой северные женщины. Нас обычным хамами не запугать. Детки богатых родителей, сами из себя ничего не стоят. Я уверена, что здесь не все такие, и мы быстро найдем себе веселую компанию. Вон и с нашими парнями, на крайний случай, можем общаться. Тот же вечный балагур Глебушка чего стоит. Уж развеселить он нас сможет в любую минуту. Хотя за столько лет все наши мне порядком надоели, – смеясь, закончила я.

Воспряв духом, подруга встала со мной из-за стола, распрямила плечи, окинула всех презрительным взглядом. Похихикала. Скопировала мое ледяное лицо и с гордо поднятой головой мы покинули трапезную. И только жжение между лопаток говорило мне о том, что все это время кое-кто буравил взглядом мою спину…

Стадион был выполнен, конечно, с размахом. Навскидку около тысячи метров. Даже наш академический стадион не может похвастаться такими грандиозными размерами. Столько разных локаций со всевозможными препятствиями я давно не встречала. Было видно, что средства, выделяющиеся на нужды академии, действительно идут куда нужно. Наш ректор лишний раз не пошевелится, чтобы сделать место учебы лучше. Но я люблю свою родную академию и такой, какая она есть. Пусть и без должной роскоши.

Примерно похожего уровня был наш королевский стадион, где выступали лучшие спортсмены, участвующие в ежегодных олимпиадах. Наш король славился особой любовью к спорту, и даже в небольших поселениях были стадионы. Естественно, у нас для поддержания комфортной температуры во время олимпиад уходило очень много средств. Но, как я уже говорила, спорт для нашей страны – значит все. За исключением своеобразного ректора одной из главных столичных академий.

Южный стадион был богат разнообразной живописью везде, где только можно. Каждая стена, которая ограждает само поле, показывала свою историю. Мне понравилась одна: знаменитая роща кипарисовых хвойников, которые растут прямо в ледяном озере Нохао. Это одна из главных достопримечательностей севера. Практически одинаковой высоты – более пятнадцати метров – они воткнуты в озере по всей его площади. С высоты они создают символ равновесия в виде спирали. Как я поняла, весь стадион показывал удивительные места из каждого королевства. Даже глядя на трибуны, можно было разглядеть стилизованных птиц и животных. Необыкновенно…

Воспрянув духом, подруга встала со мной из-за стола, распрямила плечи, окинула всех презрительным взглядом. Похихикала. Скопировала мое ледяное лицо и с гордо поднятой головой мы покинули трапезную. И только жжение между лопаток говорило мне о том, что все это время кое-кто буравил взглядом мою спину…

Нас точно так же определили по двое, и под одиночный звук сигнала мы с моим недругом начали свой старт. Наша задача – пройти все ловушки чисто, без падений, за считанное время добраться до финиша. Магией пользоваться нельзя. Здесь ставка на способности тела. Как же я люблю быстрое движение! Ощущение свободы… В эти моменты, с самого детства, я пытаюсь заглушить в себе мысли о том, что, если бы у меня были крылья… Но крылья у нас означают смерть. И эти мысли осуждающие. Кстати, пернатые лори уже собрались галдящими кучками по периметру стадиона, словно верные болельщики. Крепко задумавшись в середине пути, я пропустила внезапно появившуюся преграду из-под земли высотой больше метра. Она сбила меня с темпа, и мой прыжок оказался не столь аккуратен: край моего сандаля цеплялся за ее выступ. Духи! Какой позор! Я бы упала прямо сейчас, если бы крепкая рука быстро не взяла меня за талию и не прижала к себе. Окончили мы прыжок вместе. Крайне осуждающий взгляд моего напарника открыто показал, что он обо мне думает. Я бы поблагодарила его за поддержку, если бы она исходила от чистого сердца, а не была продиктована правилом устава. Резко убрав руку, он дернул ею, как будто обжегся обо мне. Даже не постеснялся показать, что его прикосновения ко мне неприятны. Придурок. Как бы мне тоже хотелось хоть раз прийти к нему на помощь во время забега, но, к моему сожалению, такой возможности сегодня не представилось. Все необходимые задания он выполнял безукоризненно. В нашей паре именно я ощущала себя слабым звеном, но мне не хотелось показывать ему, о чем я думаю. Хотя уверена, что он считает так же. В этот раз мы в основном прыгали через расставленные по всему пути ловушки. Наш забег длился больше трех часов. Вполне нормальная практика для боевых магов. Временами украдкой пыталась рассмотреть Таира получше. Правда, я ощущала себя воришкой, которую вот-вот поймают на горячем. Пока он отдыхал после забега, плечом опираясь о стену около прохода, я ненароком залюбовалась им. Было сложно признаться самой себе, что это самый красивый мужчина в жизни, которого когда-либо я видела. Воистину, он обладал королевской статью. Он был соткан из противоречий… Как может содержать в себе один человек аристократические черты прекрасного лица со звериной грубостью сложенного тела… Этот человек был зависим от эмоций, жил ими. Такая подвижная мимика. К сожалению, она только добавляла ему шарма. Четко очерченные скулы. Упрямый подбородок с небольшой ямочкой по середине. Красивые губы, на которых часто проскальзывает усмешка. Горделивый прямой нос. Широкие темные брови вразлет. Смуглая, словно поцелованная солнцем кожа с выпуклыми венами. Колючий ёжик из угольных волос добавлял ему командирский вид. Глаза рассматривать не хотелось. Я была ему по плечи, хотя низкой себя никогда не считала. Мы как пара смотрелись, конечно, не слишком гармонично на мой взгляд. Со своей лунной кожей я чувствовала себя рядом с ним бледной поганкой. Если бы не зелень глаз, могла казаться совсем прозрачной.

Пытаясь взять себя в руки и заняться другими полезными вещами вместо того, чтобы попросту глазеть на этого сноба, я поймала себя на мысли, что желание смотреть на него крепнет с каждым часом, проведенным вместе. Тут же хмыкнула про себя. Ева, это просто любопытство. Новое всегда интересно. Так устроена человеческая природа. Но уговаривала я себя, по-видимому, слишком долго, так как кто-то заметил мой взгляд и не придумал ничего лучше, чем сразу же оторваться от своей стены и лениво подойти ко мне.

– Ты так смотрела? Что, понравился тебе? – Похабная улыбка сразу же сменилась оскалом.

– Я похож на товар в магазинной лавке, чтобы меня разглядывать? Мне хватает того, что я с тобой целый день провожу. – От парня исходил жар, и без того высокая температура на раскаленном стадионе поднялась до небес.

– А что, если и так. Может, я себе ручную обезьянку хотела как сувенир домой купить. Ты очень на нее похож. Ее тоже невозможно приучить к манерам.

Об Таира можно было обжечься, но я никогда не считала себя трусихой, поэтому подошла к нему почти вплотную. Это не мешало мне в очередной раз закатить глаза. Король снобов, не иначе.

Видя, как мои слова на него подействовали плодотворно – парень слегка задымился, – я решила его добить.

– Серьёзно, не знаю, по какому поводу ты решил, что мог бы мне понравиться. Ты вообще не в моем вкусе. Прежде всего, свой первый взор я пущу на достойного человека, а ты к таковым явно не относишься. Во-вторых, я сюда приехала исключительно по новой реформе. Не нужно считать себя центром вселенной. – Фыркнув, словно он потерял всяческий интерес к нашей беседе, он первый отвернулся от меня и стремительно покинул зону отдыха. Я, недолго думая, нашла Аби и уже вместе с ней решила сделать все необходимые дела перед нашим новым возможным знакомством.

После ужина, похожего на обед, мы быстро привели себя в порядок и отправились на поиски большой комнаты отдыха для выпускников. По разговорам наших ребят, они посетили ее еще вчера, пока мы искали приключения на своей прогулке. Как я поняла, ребята остались ею довольны, судя по отзывам. Комнатой она называлась формально, по сути это целый зал, вмещающий в себя около ста человек. Наряды выбрали те же. Есть надежда, что более лучшую одежду мы сможем купить в городе на ближайших выходных. Когда наши поиски обвенчались успехом и мы вошли в помещение, я с уверенностью могу сказать, что наши были абсолютно правы. Зал был сделан в морском стиле, вдоль стен были огромные стеклянные аквариумы со всевозможными мирно плавающими морскими обитателями. Мягкое, магическое освещение множественных торшеров только акцентировало внимание на подводное царство. Книжные полки расставлены так, что зонируют все пространство на некие зоны. Мягкие диваны, столики с креслами для приватной беседы. Бар с напитками и закусками радовали глаз и окунали с головой в дружескую студенческую атмосферу, которую каждый из нас будет вспоминать по жизни с таким же теплом и уютом, как сделана эта комната отдыха.

Естественно, все надежды на отсутствие тут моего напарника канули в небытие. Он заметил меня еще у входа, но сразу же отвернулся. Его дружки, вальяжно сидящие рядом с ним, в правом углу зала на массивном диване, так же синхронно, будто по команде, начали смотреть в разные стороны.

Переглянувшись, мы с Аби обе прыснули, и я решила задать риторический вопрос.

– Тю, ну неужели они подумали, что мы тут исключительно из-за них?

Давясь смехом, мы пошли на поиски тех самых девушек, что будут нашими путеводителями. Они стояли возле стола с напитками и, попивая коктейли, мирно переговаривались между собой. Ответственность за знакомство взяла, естественно, моя вечно говорливая спутница. Подходя ближе к ним и дождавшись, когда девушки обратят на нас внимание, я бегло рассмотрела, что за напитки разрешены студентам, и поняла, что здесь представлен исключительно безалкогольный бар.

Все трое встретили нас девушки очень даже приветливо. Это были типичные южанки темной масти – волосы, глаза и кожа. Красивые и статные. Даже примерно все обладали одним ростом. Первую звали Мадлен, вторую – Элина. Третья девушка представилась Луной. Мне понравились все трое. В отличие от парней, в глазах девушек сквозило лишь любопытство и ничего более. После приветствия и гостеприимно сделанных своими руками коктейлей от девочек, мы начали свое знакомство. Оказывается, и мы были им любопытны и крайне интересны. Луна не выдержала первой.

– Ой, девочки, а у вас наряды в высшем обществе какие предпочитаются сейчас? А у вас тоже браки преимущественно по расчету? А брачные церемонии сколько у вас длятся? – Мадлен, пихнув ее по-дружески и заставив поумерить свой пыл, тоже успела засыпать нас вопросами.

– А у вас сложно было учиться все эти годы? Судя по количеству выпускников, у вас тоже человек сто пятьдесят не выдержало еще на начальных курсах? А у вас есть женихи? А вы пойдете с нами на «вечер памяти»? Он, кстати, будет через месяц. Конечно, не такой шикарный, как планируется через три недели в королевском дворце, но мы, студенты, пока на него не приглашены. Но у нас будет свой. Он тоже не менее грандиозный. Будут выступать бравые военные, рассказывать истории из жизни и случаи из их военной практики во время службы на границе с ледяными чертогами. – Пока Мадлен заливалась соловьем, я заметила, что другие девушки отошли с Аби в сторонку и уже выпытывали подробности северной жизни у нее, так как увидели в ней товарища более сговорчивого. Я, конечно, тоже себя не считаю победительницей в игре «Молчанка», но до подруги мне далеко. Но поддерживать беседу с южанкой мне крайне импонировало, и я с удовольствием ответила ей на ее вопросы.

– Да, у нас тоже многие отсеялись по разным причинам. Как парни, так и девушки вовремя поняли, что это не их жизненный путь, и никто из нас не смеет их осуждать. У нас нет таких вечеров. К боевым магам относятся как и к обычной службе правопорядка. С уважением, но без излишней почести. Мы крайне скупы на эмоции страна, и побывать в вашей для меня как окунуться в другой совершенно неизведанный мир. Я с удовольствием пойду с вами на ваш вечер и так же буду крайне благодарна, если за время нашего пребывания вы будете рады показать нам ваш удивительный город со всех сторон. Я мечтаю скорее увидеть море… Увидев мои мечтательные глаза, Мадлен улыбнулась понимающей улыбкой и клятвенно заверила, что с удовольствием выполнит мою просьбу. В ответ она попросила у меня официальное приглашение на короткий визит в мою страну. К сожалению, без приглашений все двери закрыты. Как и у южан, в частности. Это только западное и восточное королевства более открыты для посещения. Договорившись на выходные о первой плановой вылазке в город, я тепло поблагодарила девушек за знакомство и, держа в руке свой авторский морской коктейль, пошла в сторону одного из аквариумов, оставив свою не унимающуюся подругу в обществе южанок.

Мои родители не любили морских гадов, и в детстве я видела аквариумы только в справочниках ознакомительного характера, ну или в журналах. Значительно позже мне довелось побывать в одном уютном ресторанчике вместе с Морисом, расположенном на окраине нашей столицы. Там тоже стояли украшенные магическим снегом резервуары с хищными местными рыбками. Они любили исключительно ледяную воду и не прятались в своих домиках, если кто-то из персонала недобросовестно поддерживал заклинания охлаждения.

Здесь обладатели переливающихся хвостов и плавников предпочитали тёплую морскую воду. Красивые, маленькие домики с арками, через которые спокойно сновали золотые рыбки, вызывали у меня умиление. Плавники – это, наверное, здорово. Но вот крылья… Зажмурившись, я в очередной раз пыталась прекратить предаваться запрещённым мечтам. Это даже опасно. Никто не любит крылья.

Внезапно кто-то подошёл ко мне сзади и бесцеремонно положил свою руку на талию.

– Что делаешь сегодня вечером? – Совершенно беспардонно спросил чей-то напарник со слабо южным акцентом.

Благо во всём мире принят один язык для удобства общения. Резко отскочив и чуть было не разлив жидкость на свой комбинезон, я гневно уставилась на настойчивого поклонника. Это был чуть выше моего роста ярко выраженный южанин, той же внешности, что и мои новые подруги, с явным отличием по половому признаку. Красавцем я бы не назвала даже в полной темноте. Возможно, он был бы нормальным парнем, если бы не масленый взгляд, которым он беззастенчиво окидывал с головы до ног. Неприятный тип. Естественно, мне надо сразу дать понять, что я не знакомлюсь.

– Извините, но в следующий раз держите свои руки при себе. Я не ваша невеста, что бы вы могли себе позволить на законных основаниях прикасаться ко мне. – К концу моего монолога, за спиной моего ухажёра возникла массивная фигура и, крепко схватив его сзади, держа в таком положении, произнесла всего одну фразу, но её услышали все присутствующие.

– Никто не смеет её трогать.

Отшвырнув его подальше от меня, он, стрельнув на меня гневом, как будто вина лежит исключительно на мне, прошёл обратно на диван, как ни в чём не бывало. В зале было слышно шелест плавников, от такой тишины, которая обрушилась с защитой Таира. По крайней мере, мне так казалось. Ко мне сразу же подлетели мои одногруппники.

– Ева, ты говори нам сразу, если кто-то тебя обижает. Так-то мы не ваши с Аби няньки, но тем не менее, если что, шкуры за вас любому спустим! – Произнес Глебушка, который стоял ближе всех ко мне. Остальные согласно кивнули. Ну надо же… Я даже не смогла скрыть теплую улыбку.

– Все в порядке, ребят, но спасибо. Буду иметь в виду. – С благодарностью заверила я, что как только так сразу.

После инцидента Аби решила, что вечер на сегодня окончен. Всем помахав на прощание, подмигнула мне глазами в сторону выхода. Для меня тоже было достаточно, поэтому мы быстренько покинули морской зал.

Всю дорогу до нашей комнаты любопытная варвара выпрашивала меня о подробностях случившегося.

– Слушай, дорогая! Что это только что было? Я и моргнуть не успела, как твой напарник подлетел к тому парню, что зажал тебя, и швырнул его как мешок с клубнями.

– Если честно, я сама не ожидала от него такой быстрой реакции. Таир ведет себя со мной настолько грубо, что у меня и в мыслях не было, что он способен на благородные поступки. – Пребывая все еще в замешательстве, ответила я.

– Аби, а твой напарник как на стадионе себя вел?

– Не напоминай, честно. Я бы с удовольствием поменялась бы на кого угодно, но, к сожалению, это невозможно. Меня греет мысль, что за все это время пребывания в Южном королевстве я смогу посетить новые места, получу диплом и начну новую жизнь.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Я опять не могу проснуться. То же место. Тот же туман. Снова Таир… Я также стою в полном оцепенении и не могу сделать ни единого шага. Замечая, что сегодня его ярость стала еще больше, я начинаю злиться в ответ. В этот раз он пришел ко мне не размытым силуэтом, а во всей своей красе. Мое желание высказать ему все, что я о нем думаю, даже во сне росло с каждым мгновением. Удивительно, но если в нашей первой встрече от него веяло холодом, как будто нас действительно разделяло огромное расстояние, то сейчас, стоя так близко к нему, я ощущаю тепло. Жар я почувствовала уже после. С его первым прикосновением. Мужчина, словно борется с вездесущим туманом за право на меня. Мои замерзшие руки слегка дрогнули в мимолетном порыве прикоснуться к Таиру. Прижаться всем телом несмотря на то, что разум отвергает саму возможность прикосновений. Я не из тех, кто может вот так простить ему его грубость. Но, смотря сейчас в его глаза, понимаю, они особенно волшебны, словно подсвечены изнутри.

Я даже не могу толком разобрать, где мы находимся. День сейчас или ночь. Вокруг белёсый вязкий туман и твердая почва под ногами. Но я знаю точно, что за моей спиной снова пропасть. Я еще не забыла тот сон и уже жду, когда его руки схватят меня снова, чтобы следом толкнуть… Но нет, сегодня сцена пошла по другому сценарию. Таир подошел ко мне вплотную и пытался вдохнуть мой запах. Боясь сделать шаг назад, я вся сжалась от его горячего дыхания на своей коже. Даже мой жених пока не смел ничего подобного в мой адрес.

Мысли о нем, как удар отрезвляющего тока, пронзили все мое тело. Забыв обо всех опасностях, я нашла в себе силы и оттолкнула его сама. И только оторвавшись от него, поняла, что я сделала глупость. Мои ноги оступились и, не удержав равновесие, я снова начала падать в пугающую бездну. На этот раз он протянул руку, чтобы схватить мое стремительно летящее тело, но, конечно же, не смог этого сделать. Он схватил лишь пустоту. Разница между снами была не столь велика. В этот раз ненамеренно я сделала все сама…

Проснувшись от ужаса, стала себя щупать в защитной реакции на предмет повреждений. Естественно, их не было… Только щека слегка покалывала, будто действительно ее касались мужские губы. В этот раз меня будить было некому. Аби самозабвенно похрапывала в подушку. Оглянувшись в единственное окно, я поняла, что утренний подъём ещё не начинался. Ночное небо только-только пригласило к себе на смену рассветные лучи. Не придумав ничего лучше, я сбегала быстро в душ и привела себя в порядок. Заглянула, особо не надеясь, в наш персональный магический почтовый ящик, который находится в каждой комнате студентов возле входной двери. Если я нахожусь за её пределами, письмо будет маячить передо мной, пока я его не открою. Какого же было моё удивление, что Морис вспомнил о своей невесте. Не думаю, что мой отец не сообщил ему о моём отъезде. Взяв письмо со знакомым почерком, начала медленно вчитываться.

«Приветствую тебя, моя дорогая Ева. Я узнал, что сейчас нахожусь от тебя за тысячи лиг. Мы не часто виделись в последнее время из-за общей загруженности. Но надеюсь, время до твоего окончания учебы пролетит для обоих незаметно. По правде сказать, у меня будет шанс увидеться с тобой гораздо раньше. Меня с отцом приглашают в Миторию на показ новой портальной арки, способной переносить за раз большой объём груза из одного государства в другое. Это невероятное открытие до сих пор будоражит мой разум. Скорее бы увидеть своими глазами столь гениальное изобретение. Расстояние теперь не будет проблемой. Наш бизнес только взлетит вверх. Я нахожусь в таком неописуемом восторге, что жду не дождусь, когда окажусь в Южном королевстве. Надеюсь, что лазурное море и пение местных птиц не затмят в твоём сердце память о севере.»

С любовью, Морис.

Отложив письмо, в очередной раз вздохнув от понимания, что для этого человека – женщины – она всегда будет на последнем месте, я постаралась спросить себя: а на каком месте для меня он? Точно не на первом. У каждого человека есть в этой жизни выбор. Мой выбор – следовать долгу. А долг – это диплом боевого мага и договорной брак с сыном папиного партнера. И это правильно. Все так и должно быть… Но закрывая глаза и пытаясь представить знакомое узковатое лицо, слегка посаженные друг к другу голубые глаза, которые всегда добавляли ему небольшой чудаковатости, я вспоминала, как он всегда прятал свой недостаток за большими очками, так как эти глаза были слабо зрячими. Нос с горбинкой, тонкие губы. Мой жених старше меня на четыре года, но так и не набрал мышечную массу. Он был высок и худощав. Я всегда поражалась, чем он согревается холодными зимними вечерами. Но я спокойно могла мириться с его внешностью, когда видела, с какой теплой улыбкой он смотрит на этот мир. Страсть в нем кипит только к науке и бизнесу. Но ведь я не была с ним наедине. Возможно, в будущей семейной жизни он сможет удивить меня и согреть мое сердце. Но привычный образ перед мысленным взором расплывался мутным туманом, и передо мной возникало совершенно другое лицо – то, что никогда не дарит улыбок, то, что умеет показывать только ненависть… То, от которого не знаешь, чего хочется больше: отвернуться или бесконечно рассматривать невероятно красивые черты.

Проснувшаяся Анабель, как нельзя кстати, вернула меня с небес на землю, чему я была несказанно рада.

– Ты сегодня решила встать вместе с солнцем и попугаями? Судя по тебе, ты уже собрана. Блин, как же тяжело тут засыпать из-за этой жары, – выдала мне человек, который спал сегодня как убитый, ни разу не шевельнувшись.

Пронзительно зевнув, Аби пошла приводить себя в порядок, попросив, как обычно, дождаться ее.

– Не знаю, кому здесь было тяжело, но теплый климат однозначно только на пользу твоему сну, моя мурена. Даже в Литории ты каждую ночь ворочалась в своем пуховом одеяле, – посмотрев с улыбкой на иногда бестолковые движения подруги, когда она лихорадочно собиралась.

– Да мне здесь такие странные сны снятся. Даже жутко. Я ещё не видела море, но оно как будто зовёт меня. Я слышу его навязчивый неразборчивый шёпот уже не в первый раз. Это всё от слишком большой влажности. – Рассказывая свои кошмары, Аннабель ловко запихивала своё тельце в учебный комбинезон.

– Да, не у тебя одной здесь снятся непонятные сны. – Знала бы она, что у меня всё началось ещё дома.

Сегодня мой аппетит был намного лучше, и я с удовольствием позавтракала лёгким яблочным омлетом, запив всё это великолепие вишнёвым компотом. А что, мне здесь начинает нравиться. Завтра выходные, которые я планирую заполнить исключительно приятными впечатлениями. На завтраке мой напарник почему-то решил не появляться. Наверное, он один из курсантов, кто имеет привилегию не ночевать в стенах академии. В столовой мы с подругой наполнили заранее приготовленные мешочки с остатками полезной для птиц еды и выдвинулись на занятие. По счастью, лори были везде, и, кормя с рук этих невероятных созданий, я испытывала невероятное наслаждение. К сожалению, времени было не много, и весь процесс составил пару минут, но они того стоили.

Собравшись на полигоне, капитан Кач объявил о повторном прохождении вчерашнего задания. Радуясь утреннему ещё мягкому солнцу, я посмотрела в сторону пернатых болельщиков и им улыбнулась. Те, кого я лично сегодня покормила, решили отправиться вместе со мной. И сейчас кажется, я видела их на трибуне. Очевидно, за такой короткий срок я полюбила всем сердцем этих любопытных созданий. Да и в душу моей северной подруге эти пташки уже залетели с разгона.

Зайдя в наш квадрат, я старалась сделать максимально отстранённый вид в сторону своего напарника. Мол, я тебя слабо знаю. Хотя была рада, что он на занятие всё-таки решил почтить нас своим присутствием. Хмуро кивнув в знак приветствия, парень решил первым начать нападение.

Всё шло, как и вчера. Уже под конец занятия Таир пустил в меня огненные стрелы. Я поставила руки в защитном жесте, призывая воздушный щит перед собой. Всё должно было быть идеально. Но неожиданно, впервые на моей практике, кристалл, который всегда висит на моей шее, вдруг сильно обжёг мою кожу. Сердцевина нашего дара как раз находится в районе грудной клетки. И сейчас кристалл как будто вошёл с моим даром в резонанс. Этой секундной заминки хватило, чтобы моя защита ослабла, а очередная выпущенная стрела вошла в мою грудь раскалённым огнём. От контакта с чужеродной стихией вокруг меня заискрился воздух. На краю уходящего сознания я заметила вспыхнувшие символы на моих ладонях, собирающиеся красными искрами, которые мгновенно преобразовались в странную пентаграмму. Она горела лишь секунду и так же бесследно погасла. От удара моего тела о твёрдую почву из меня, словно, вышибло дух. Мигом подбежавший собранный Таир своими руками профессионально осмотрел моё тело на наличие переломов и, успокоившись, что страшное позади, посмотрел в мои глаза и не придумал в эту минуту ничего лучше, чем начать меня отчитывать.

– Если бы я знал, что передо мной стоит такая неумеха, я бы кидал тебе огненные детские шарики вместо стрел. Только они не представляют никакой опасности. Или это такой своеобразный повод вызвать во мне жалость? Сострадание? Не думал, что ты так глупа. – Эмоции Таира как постоянно перемещающиеся фигурки в причудливых узорах в волшебном калейдоскопе, меняющиеся ежесекундно. Вот он переживает, а теперь смотрит на меня с ненавистью.

– Всё, что сейчас произошло, – чистая воды случайность. Мой кристалл меня обжёг. – Пытаясь сделать вдох, я сипло ответила с раздражением.

– Ты врёшь. Он никогда не проявляет магию. Это невозможно по его природе. – Прищурившись, Таир пытался уличить меня во лжи.

– На, смотри! – Немного спустив язычок молнии на своём комбинезоне, так, чтобы был виден только кристалл и его ожог на моей коже.

– Я не вру. Мне просто это незачем делать. Я не испытываю наслаждения от боли, знаешь ли.

Округлившиеся зимние глаза были лучшим подтверждением моей правоты. Однако, что произошло дальше, заставило меня напрячься. Он резко застегнул мой комбинезон, приблизился к моему лицу и, собрав весь холод в свой голос, прошептал мне.

– Никому об этом ни слова. Сейчас тебя отправят в лазарет, говори, отвлеклась, не дай осматривать своё тело. Естественно, меня попросят пойти с тобой как твоего напарника. Делай уставший, но целый вид. Не переигрывай. Я не знаю, что это, но это точно не то, о чём кто-то должен узнать. – К моему счастью, Таир закрыл меня своим телом от смотровой площадки, где за нами наблюдал капитан. Благодаря этому, единственный свидетель сегодняшних странностей сидит на коленях передо мной.

Резкий звук свистка уведомил нас с Таиром, что нашу заминку всё же заметили. Капитан Кач визуально осмотрел меня, когда я, не без помощи Таира, встала на ноги, махнул рукой и сухо отдал нам приказы.

– Лазарет. Веди. На сегодня всё.

Пока меня вёл мой напарник на выход, я взглядом решила успокоить отрабатывающую удары подругу, мол, со мной всё в порядке. К счастью, мы знакомы с детства, и она быстро всё поняла.

Таир построил туннель и, придерживая меня за талию, прошёл прямо к дверям лазарета.

– Не нарывайся на лишние вопросы. – Напоследок предупредил меня парень, чтобы я вела себя естественно и не вызвала лишних подозрений.

Пройдя в первый кабинет после небольшого холла, нас встретила пожилая помощница главного врачевателя. Около входа был стенд с именами и магическими портретами, так что ошибиться, кто есть кто, не представлялось возможным. Меня усадили на кушетку в небольшой палате, которая предполагалась как место для осмотра.

– Здравствуй, дитя. Что тебя беспокоит? – Приятный голос женщины участливо поинтересовался, с чем таким интересным я к ним пожаловала.

Бросив быстрый взгляд на подпирающего плечом стенку Таира, в своей излюбленной, как я поняла, манере, я максимально сдержанно пересказала всю ситуацию.

– Отрабатывали удары под руководством капитана Качи. Сбилась в защитном заклинании. Неправильно рассчитала силы. Кроме лёгкой боли от падения, я в полном порядке. Прошу выдать мне только восстанавливающий отвар, если это возможно.

– Хорошо, милая. Начальник сегодня в отъезде, поэтому я тут за главную. – Гордо выпятив грудь от собственной важности, помощница деловито начала закатывать рукава медицинского халата.

Женщина хоть и повелась на моё спокойное лицо, всё же просканировала меня заклинанием и, хмыкнув самой себе, пошла в лабораторию за отваром. Мысленно выдохнув, я вновь встретилась с зимними глазами и увидела там немое одобрение. Мы оба понимали, что, рассказав всё как есть, меня тут же вызвали бы к ректору. Начались бы вопросы. Так как о таких случаях ранее никто не слышал вокруг меня, начался бы настоящий ажиотаж, и неизвестно, чем мне всё это будет грозить. Подопытным кроликом у тех, кто на мне будет пытаться открыть какое-нибудь научное открытие, мне совсем не хотелось бы. Представляю горящие глаза Мориса. Он ведь даже не догадывается, на каком прорыве науки он помолвлен. Полученный в руки едва тёплый отвар, от той же помощницы, я выпила залпом, не боясь поперхнуться. Мне хотелось как можно скорее покинуть эти стены.

Выйдя, Таир предложил мне прогуляться в знакомый скверик. Я кивнула в знак согласия, так как, может быть, хотя бы у него будут предположения, что всё это может значить. Понятное дело, что он мне совершенно чужой человек. И доверять было бы глупо с моей стороны. Но пока он единственный, кто знает о странном поведении кристалла, и он же указал мне молчать. Так что единственным верным решением будет пойти с ним, куда он скажет, и попробовать вместе во всём разобраться. Да и именно в сквере больше всего крылатых друзей.

Переместившись на наше место, я осторожно присела на кованную скамейку, всё ещё испытывая ноющую боль в спине. Надеюсь, отвар мне поможет. Наши отвары домашние имеют отвратительный вкус, но действуют мгновенно. Здесь же я выпила слабосоленую какую-то водичку. Но рано делать выводы. Рядом со мной тут же приземлились бесчисленное количество любопытных лори. Удивительно, но парня они облетали стороной. Им он сегодня чем-то не понравился. Мой напарник, буравящий меня взглядом, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Как будто торопился куда-то. Куда он мог спешить? Наше занятие ещё не закончилось, а младшие курсы впитывают новые материалы в главном корпусе.

Насколько я поняла, Таир не отличался особым терпением и после нескольких минут ожидания резко всплеснул обеими руками и рыкнул на меня, чтобы я не играла в молчанку.

Не реагируя на его выпады, я спокойно начала выражать свои мысли вслух. – Честно, я не знаю, что это было. Мой отец всю жизнь занимается перевозками магических кристаллов по всему миру. Он знает о них всё. С самого детства я слышала о них одно и то же. Они представляют собой самое твёрдое природное вещество. Большинство из них встречаются слабо голубого или мутно белого цвета. Добываются в магических породах, находящихся на границе с ледяными чертогами в горном перевале. Они не нуждаются даже в огранке. Всё, что делают с ними ювелиры, – это проделывают отверстие и нанизывают на цепочку.

Свойства этих кристаллов воистину необыкновенные. Они защищают своего владельца от магического выгорания, что само по себе считается самым страшным, что может произойти с магом. Ведь это смертельно. Больше они не обладают никакими качествами. Они не способны влиять на дар. Тем более они не могли оставить просто так на моей шее ожог. Да, у тебя, по-видимому, первородный огонь, и, возможно, кристалл среагировал именно на него. Прервав мои рассуждения, Таир резонно заметил.

– Но тогда мы бы имели такую ситуацию вчера! На первом занятии. Следовательно, мой огонь тут не причём. – Кивком головы он разрешил мне высказаться дальше.

– И у нас есть огненные маги. Да те же одногруппники, которые со мной приехали, сколько раз мы отрабатывали удары во время занятий – и не счесть. И ничего подобного. Никогда. Я вообще нигде не слышала, чтобы кристалл как-то оживал. Выразительно взглянув на Таира, я ожидала выслушать от него хоть какую-нибудь теорию.

– Я тоже ношу эту штуку на своей шее довольно давно и никогда не замечал от неё ничего! Абсолютно.

Резко вспомнив о своих ранних наблюдениях, я решила поделиться с моим напарником.

– Я забыла тебе сказать, есть ещё одна странность, которую я заметила ещё с детства. Мой кристалл реагирует на моё настроение. В смысле, он меняет цвет в зависимости от эмоций, которые бушуют у меня внутри. Совсем незначительно, никто кроме меня не замечал разницы, но так как я его изучила вдоль и поперёк, изменения я могла увидеть сразу. Я никому не говорила об этом, даже отцу.

– Но почему? Как раз он-то и мог ответить тебе на все твои вопросы. – Резонно заметил Таир.

– Потому что у нас с ним не те отношения. У северян не принято делиться своими переживаниями в кругу семьи. Каждый считает себя вполне самодостаточным человеком. Отсюда и нет привычки изливать душу при первом же возможном случае. Я и сейчас испытываю чувство стыда, обсуждая с тобой свои проблемы. Но считаю это крайне важной необходимостью, ведь тренироваться нам нужно каждый день, и что будет после выходных на следующем занятии, не знает никто. У нас такой менталитет. Я думаю, ты не в первый раз в жизни сталкиваешься с северянами, поэтому я не думаю, что открыла тебе что-то новое. – По очевидной ухмылке Таира я поняла, что знаком он с нами не понаслышке. И знает нас как облупленных. Что ж, так даже лучше.

– Послушай меня, если в следующий раз ты почувствуешь, что он опять начал себя проявлять, то на время тренировки сними его.

От его предложения всё моё естество взбунтовалось, и внутри меня всё начало умолять не делать этого. Слыша в ушах отчетливое «Нет, не снимай, это опасно для тебя», от страха и непонимания я начала трясти головой, чтобы это немедленно прекратилось. Когда меня отпустило, я, не давая никаких обещаний, лишь произнесла коротко.

– Посмотрим. – Выражение лица Таира, наблюдавшего за мной в эти мгновения, было незабываемым.