Читать онлайн Будущее, которое мы должны создать бесплатно

1.1. Какое будущее видится сейчас в Западном мире

Устойчивое развитие человечества – это одна из основополагающих западных теорий, одобренная в 1987 г. генеральной Ассамблей ООН и принятая в РИО в 1992 году. В основе западной идеи лежит утверждение, что Земля – это замкнутая система и жизнь возможна только на ее территории, как следствие – предел развития и неизбежные идеи геноцида населения. Западная концепция «золотого миллиарда» базируется на этих пределах и истощении ресурсной базы. Борьба за источники ресурсов – в основе всех войн. Проводниками этих идей были Б. Рассел и Г. Уэллс. В 1955 г. по инициативе Б. Рассела в Лондоне проходила конференция «Парламентарии мира за организацию мирового правительства». Идеи конференции: ограничение рождаемости, снижение уровня образования, разрушение агроиндустриальных основ развития общества. За эти годы темпы роста ВВП и народонаселения резко сократились. В противовес этому – движение антиглобалистов.

В 2018 году была конференция в Санта-Фе о будущем человечества. Первый прогноз был оптимистическим, что человечество сможет преодолеть ту ситуацию, в которую оно попало; второй прогноз – что оно может совершить революционный прорыв в будущее. Все участники конференции отвергли первые два сценария из-за крайне низкого интеллектуального уровня современных Западных руководителей, и не только. Третий сценарий – катастрофа (55%). Четвертый сценарий – антропологический переход (25%). По этому четвертому сценарию, получается – самому реальному, если не считать катастрофы, существуют две касты: в первой живут больше 100 лет в экологически чистой атмосфере, питаясь экологически чистой едой. Трамп поломал антропологический переход.

1.2. Будущее в проекте ЭРА

Общепринятое понимание среди российских геологов, которое пропагандирует Сергей Голомолзин, – что ресурсы не ограничены, и в общем-то не только для России, но и для всего мира. Проект ЭРА базируется на трех составляющих – ресурсов Земли неограниченное количество – есть только неразведанные, недобытые, которые можно добывать, но не со сверхприбылями, как хотят капиталисты, те, которые можно добывать с более совершенными технологиями – из Земли, океана, дна океана, космосa. Тут можно смотреть лекции на «Авроре» C. Голомолзина и Б. Марцинкевича. Воздействие на природу минимально (я как биолог не могу сказать, что это уж так минимально), так что точнее сказать – что может быть сведено к минимуму благодаря развитию человека – не засорять, развитию индустрии – не выбрасывать отходы в воздух, воду и развитию экологических учений о природосбережении; а общее действие на климат, например, скорее имеет обе компоненты – деятельность человека и влияние геологической эпохи, причем второе более значительно. Третий компонент – планета не заселена, точнее она заселена в определенных районах Юго-Восточной Азии, в Европе, где-то еще в отдельных районах, но в целом, конечно, нет. Есть Сибирь, есть Север Канады, да даже в густонаселенном Китае и то две трети территорий практически не заселены. С учетом, что прогноз снижения населения Земли, кажется, уже хорошо воплощается в развитых странах, люди хотят жить для себя, погрязли в потребительстве и хорошей жизни. С населением сейчас проблема везде в развитых странах, да даже Китай включая, поскольку там много лет была политика: одного ребенка в семье, и желательно мальчика. Можно прогнозировать войны за людей – правда, это несколько неоправданная опция при современном виде оружия – много людей погибают. Это наводит на размышления по поводу миграции, в целом это прогрессивное явление, которое правда нуждается в жестком контроле, чтобы в числе мигрантов не оказались террористы, преступники. Однако войны за территорию, за ресурсы должны уйти в прошлое, потому что нехватки ресурсов нет. Вместо восстановления разрушенных войной районов, за счет чего происходил подъем экономики на Западе, можно строить города, развивать районы, до сих пор необжитые на Земле, – это и Сибирь, и Дальний Восток, и Север – если мы говорим о России, и жители других стран могут в этом поучаствовать. Я хочу подчеркнуть, что и развитие в деревне – это одно из направлений, поскольку население перемещается в города и деревни опустевают. Любое строительство, развитие производства – это прогресс для страны.

Экономическая программа ЭРА – это также кибернетическое развитие экономики, развитие на базе 6-го технологического уклада, cвоя финансово-экономическая система. Планирование, к которому приходят и страны развитого капитализма, когда отрасль становится монопольной. Но, как говорит Елена Николаевна Ведута, мы впереди планеты всей, поскольку у нас все это кибернетическое планирование началось еще в 70-е годы. Куда более печальным для Запада является идея Валентина Катасонова, Владимира Боглаева и др., поддержанная проектом ЭРА, что эмиссия денег должна происходить в России, поскольку эмиссионный центр в Америке пользуется своим положением и может печатать эти деньги в неограниченном масштабе, тем более сейчас они уже ничем не поддерживаются. Переход на советскую систему, когда трудодни – это и была база для денег, позволяет делать денежную эмиссию под проекты – строительство, развитие чего-то. С учетом того, что сейчас трудности взять кредит – они не доступны или плохо доступны все эти годы, то своя эмиссия денег перeвернет эту систему. Кроме того, принцип самоличного обогащения не будет приветствоваться государственными кредитами, и нужна будет отчетность, а эти внутренние деньги нельзя будет вывести за границу. Должны действовать и внутренние, и внешние деньги.

Онтосфера, развиваемая на «Авроре», – это практическое воплощение экономических идей и создания виртуального пространства, где возможна будет экономическая деятельность без тех ограничений, которые наблюдаются сейчас. Это развитие на базе новой операционной системы.

Созидательное развитие должно продолжаться, должны быть цели – вот, например, развитие Сибири. Восточные регионы и Север являются приоритетными сейчас. Когда есть цель – созидание, то она противоречит цели – чистое потребление, когда люди не хотят работать, не хотят заводить детей. Когда нет целей, то нет и развития. При социализме работали все, кроме пенсионеров, и то обычно уже после 70-ти, особенно при творческой работе. Это было благо, и действительно была корреляция между творческой работой и нежеланием выходить на пенсию. Сделать труд людей интересным, а проекты внушительными, как в советское время всей страной строили ДнепроГЭС или осваивали целину или строили БАМ – это были проекты для всего поколения, и люди в этом участвовали.

Kроме другой экономики, целей развития, должен быть и еще особый человек, человек-творец, как его называют в проекте ЭРА. Надо воспитать людей творческих (творцов), а еще добрых, заботливых, трудолюбивых, увлеченных своим делом, патриотов. Как пример такого подхода – программа «Киноуроки в школах России и мира» – 99 фильмов для детей от 1-го до 11-го класса, каждый из фильмов (все еще не созданы) об одном душевном качестве, а вот в классах фильм разбирают и пишут сочинение о практическом воплощении этого качества – 1 фильм в месяц. Часть российских школ уже подключилась к этому проекту, так же как и белорусские школы. Вот тут тоже международный аспект просматривается, хотелось бы такие фильмы показывать везде, во многих странах, возможно, мы бы и стали хорошо понимать друг друга после таких фильмов в детстве.

1.3. А насколько оправдана тематика про будущее?

Поскольку я задавала вопросы о будущем России через 10–20–30 лет, то часть ответов была о правомерности такого вопроса. А другие говорили, если мы выживем и не будет мировой войны, то давайте тогда поговорим, какое может быть будущее. Это, кстати, сильно отличается от американских настроений – народ не в курсе, что мир балансирует на грани мировой войны. Зачем, конечно, выступления американского народа против войны? Элите это не нужно. У Дональда Трампа, правда, другой подход – он пришел как спаситель мира от Третьей мировой, как он говорит. Не знаю, время покажет – пока еще не понятно, что будет, когда я пишу эти строки.

Федор Бирюков, политический обозреватель информационного агентства «Аврора», считает, что касается будущего России через 20–30 лет, что никто не знает. Он считает, что если вам кто-то на полном серьезе рассказывает, что будет в России через 20–30 лет, этот человек либо сам введен в заблуждение, либо транслирует свои фантазии. Никто в каком-нибудь 1950 году не мог сказать, что через 40 лет Советский Союз распадется. Никто не мог сказать это в 70-м. Хотя, конечно, сейчас очень модно говорить о том, что будет. Мнение Федора, что ни один человек на Земле, за исключением, может быть, неизвестных настоящих пророков, которые способны заглянуть через время, не может сказать, что будет даже через два года. Другое дело, что будущее не предопределено и то, какое оно будет, зависит от того, что мы делаем сегодня. Что делает каждый из нас, что делает нация в целом, что делают другие государства, то есть все это взаимосвязанo.

Именно планомерность такого вопроса рассматривал Михаил Геннадьевич Делягин, доктор экономических наук, депутат Госдумы. Михаил Геннадьевич считает, что нет у нашего современного человечества возможности прогнозировать даже на 10 лет – просто потому, что мы сейчас находимся не в точке бифуркации, а в затянувшейся полосе бифуркации – в периоде. Мы перешли в 2020 году из информационного мира в постинформационный мир социальных платформ, где просто другая структура общества, другие правила функционирования. А все наши методы прогнозирования и анализа относятся к позапрошлой эпохе, к индустриальной эпохе, так что мы просто не умеем сейчас анализировать то, что происходит. Сама структура знания, сама структура общественных наук имеет отношение к позапрошлой эпохе, а не к нынешней. Когда мы пытаемся анализировать современное общество, выясняется, что экономист не может ничего, потому что он должен быть и культурологом, и историком, и психологом, и специалистом в политике и т. д. Это же касается всего остального. У нас просто в силу изменения структуры общества, которая еще продолжается, отсутствует адекватная структура знания: не знание фактов, а набор гипотез. Мы находимся в ситуации, когда мы прошли большую технологическую волну, связанную с информационными технологиями, и мы сейчас осваиваем третью природу, первая природа – обычная, вторая – техносфера, а третья природа – это социальные сети. Используемые для управления социальные сети являются социальными платформами, и мы обживаем этот новый дом. Это драматически совпало с переходом на нисходящую спираль исторического развития, потому что после большого поворота 67–74 годов мы от социального прогресса перешли к социальному регрессу. Это объективный процесс. Когда мы выйдем снова на восходящий виток спирали, это вопрос открытый. Мы пока этого не знаем.

Михаил Геннадьевич очень верит и в биологическую революцию как следующую после технологической. Обе эти волны (технологическая и биологическая) начались в одно и то же время – конец 80-х – начало 90-х, но черты технологического успеха обозначались для человечества раньше в силу его более простой структуры – и мы сейчас пользуемся компьютерами, мобильными телефонами. Да, я как участник биологической революции могу подтвердить, что биологический прогресс тоже есть за это время, и значительный – мы расшифровали структуру генома!!! B начале 2000-х годов 2.7 миллиарда долларов стоило расшифровать первый геном человека, сейчас индивидуальный геном расшифровывают за 600 долларов. Это большой успех на самом деле, и ученые смогли создать лечение на основе успехов в молекулярной биологии. Однако это не принесло пока ожидаемого прорыва в продолжительности жизни, а с учетом коронавируса – и наоборот, произошло ее снижение. С учетом всех проблем цивилизации – малоподвижный образ жизни, много соли и сахара – прогресс будет не скоро, и точно не в ближайшие 10 лет. Но в чем точно прав Михаил Геннадьевич (и это основной момент) – что прогресс в биологии есть, и он продолжается, чтобы в конечном счете принести человечеству большой успех в лечении болезней и продолжительности жизни. Биология – это очень сложная вещь, и полностью насладиться успехами биологии нам еще предстоит.

И третья технологическая волна, которая вполне очевидна, – это дешевая энергия.

Михаил Геннадьевич перешел дальше к геополитическим причинам. У нас сейчас происходит распад мира на макрорегионы; соответствующие утраты технологий, для которых нет пользователей; ликвидация долларовой системы. На более высоком уровне у нас уже произошла отмена рыночных отношений, потому что рынок – это в среднем эквивалентный обмен; когда у нас действуют глобальные монополии, обмен становится в среднем неэквивалентным. У нас происходит отмена частной собственности, потому что уже на глобальном уровне вся значимая собственность носит взаимный характер, коллективный характер. Просто это специфические коллективы, которые мало наблюдаемы традиционными социологическими инструментами. В этих условиях можно строить гипотезы, но всерьез прогнозировать некорректно, считает Михаил Геннадьевич.

Если говорить о будущем, то, видимо, важны точки бифуркации, которые определяют основные пути России и в целом человечества. Этих развилок может быть много, но мы рассмотрим основные, по которым я и сгруппировала интервью.

2.1. Империализм и войны

Первой точкой бифуркации для меня будут вопросы войны и мира. Понятно, что после полномасштабной ядерной войны человечество, если выживет, будет начинать свой путь опять где-нибудь из Африки, и проходя, возможно, быстрее все ступени развития, начиная от каменного века.

Для войны и мира выходят на первое место вопросы о природе империализма и о ресурсах, поскольку борьба за ресурсы часто лежит в основе войн, особенно тех, в которые вовлечены многие страны, – это уже не просто конфликт из-за территории, а желание поделить имеющиеся ресурсы.

Хотя левая оппозиция считает Россию махровым капитализмом (что, конечно, так и есть), а точнее государственным капитализмом, однако все-таки основное международное признание за рубежом Россия получает как преемница Советского Союза, и Россию считают продолжателем его идей, может быть, в какой-то редуцированной форме. В конце концов, есть пример Китая, где социалистическая риторика мирно уживается с государственным капитализмом. Не зря появилась левая риторика, похоже, нас туда ведет даже не оппозиция, а окружающий внешний мир. Вот это доверие, опять-таки подарок от Советского Союза, нужно не растерять и выстроить левый фронт в условиях международной напряженности. Так что левое направление – это надолго, может быть, навсегда.

Про нашу правящую элиту всегда говорили, что она качается между двумя башнями Кремля. Те извне, кто поддерживал правую башню Кремля, они сейчас с нами воюют. А вот кто солидарен с левой – это наши друзья. Так что Запад войной приблизил левую башню. Я говорю, что Запад воюет, поскольку у России это была операция, которая должна была завершить уже 8-летнюю войну и быстро кончиться. Через шесть дней после начала операции Россия начала вести мирные переговоры с Украиной сначала в Белоруссии, потом в Турции, были уже согласованы все пункты. Тут, по многочисленным свидетельствам, приехал в Киев Борис Джонсон и сказал: «Воюйте, договор подписывать не надо».

Люди всегда воевали за ресурсы – минеральные, людские. Поэтому принцип неисчерпаемости ресурсов, который развивается на Авроре, в первую очередь об этом – о необходимости остановить войны и эту прежде всего. А еще нужно плановое хозяйство и деньги, которые печатаются не где-то на Западе и в основе их нет ничего, а деньги, обеспеченные трудом людей. А вот сейчас одна из основных составляющих экономики – это военная, если не нужно воевать, то и не нужно таких расходов. Нужно убрать погоню за прибылями как основу экономики и, кроме того, убрать войны – вот тогда будет социализм! – это уже мой тезис. А еще нужно экономику с целеполаганием и воспитание человека-творца, о чем тоже говорится в проекте ЭPA. Это, конечно, звучит сейчас как утопия, но и сам проект ЭPA рассчитан на многие годы, и сейчас он не может быть реализуем на 100%; возможно, он вообще реализуем только с этой составляющей – «нет войнe».

Где же тут виден какой-то конец всем этим гонкам вооружений и войнам? Однако основное – это смена социальных отношений.

Но идея, что война не связана с индивидуальностью (или не в такой степени), а с социальными отношениями между странами, зародилась на Западе. Таким более ранним сторонником теории случайности, воли в военном конфликте являлся фон Клаузевиц, русский полковник в войне с Наполеоном, его образ есть в «Войне и мире» Л. Н. Толстого, а потом генерал-майор прусской армии.

Однако позднее он говорил о том, что война является продолжением политики другими средствами. Эта идея была поддержана классиками марксизма-ленинизма К. Марксом, Ф. Энгельсом и В. И. Лениным.

На международной арене, кроме западной платформы, свою платформу продвигает Китай. Суть китайской инициативы заключается в поиске, формировании и продвижении новой модели международного сотрудничества и развития с помощью укрепления действующих региональных двусторонних и многосторонних механизмов и структур взаимодействий с участием Китая. На основе продолжения и развития духа древнего Шелкового пути «Один пояс и один путь» эта инициатива призывает к выработке новых механизмов регионального экономического партнерства, стимулированию экономического процветания вовлеченных стран, укреплению культурных обменов и связей во всех областях между разными цивилизациями, а также содействию миру и устойчивому развитию.

В чем преимущество идей «Точки Сборки» – это то, что тезис о неисчерпаемости природных ресурсов, подкрепленный многочисленными доказательствами, создает основу для мирного сосуществования.

2.2. Что говорят на «Авроре»

Леонид Развозжаев представляется как член левопатриотической российской оппозиции, представитель левого фронта, человек левых социалистических взглядов, более 26 лет в политике, какое-то время провел в тюрьме, даже Госдепартамент США делал заявление, что eгo похитили на Украине, пишет книги, статьи, занимается общественной политической деятельностью.

Касательно будущего России он не имеет однозначного представления, какое оно будет, опять же, в свете того, что сегодня происходит конфликт между Западом и Россиeй, не считает конфликт на Украине конфликтом России и Украины, это навязанный западным империализмом конфликт. Имея в том числе украинские корни (мама с Западной Украины родом), он считает, что украинское общество трансформировалось в негативную сторону, в том числе в сторону нацизма.

Bроде бы здесь есть какие-то разногласия, поскольку oн часто не согласен с решениями российской власти, но в то же время oн поддерживает специальную военную операцию. Однако он подходит к вопросу диалектически, с точки зрения марксизма как такового. Анализируя ситуацию всю детально и изучая теоретические работы Маркса, Ленина, Энгельса и других классиков, он пришел к однозначному выводу – что эта война со стороны России носит оборонительный характер, значит, она антиимпериалистическая, антиколониальная, национально-освободительная, что дает ему право как марксисту поддерживать ее концептуально. При этом он предъявляет власти, условно говоря, претензии к руководству оборонной промышленности.

Александр Адрианов, предприниматель, координатор программы ЭРА, говорит по поводу гибридной войны, которая идет. Наша задача, конечно, – это победить войну как принцип формирования и развития общества, как принцип геополитики. Мы дошли до такого этапа, когда уничтожение человечества может произойти достаточно быстро, в перспективе 5–10 лет, и мы, к сожалению, сейчас наблюдаем противостояние между разными геополитическими проектами. И нужно дать гармонизирующий выход для движения самого человечества, потому что мы либо пойдем вверх в развитие человека, в развитие его способностей, либо будем проваливаться в мир, где человеку не будет места. Либо мы мирно переходим, относительно мирно, к тому будущему, где для каждого будет место, либо мы проваливаемся через какой-то большой сценарий катастрофы.

Разговор с молодым представителем партии «Другая Россия Эдуарда Лимонова», с Марией Тиллерт, юристом и правозащитником, очень милой девушкой, в основном касается той военной ситуации, которая наблюдается сейчас и влияет в общем-то на все другие аспекты жизни в России. Мария рассматривает два возможных сценария. Один из сценариев будущего – это то, что произойдет, если сохранится та ситуация, которая имеется на данный момент. Это ситуация, в которой мы не наблюдаем перестановок каких-то массовых, кадровых, в частности командования. Касаясь внешних отношений, это не только российско-украинские разногласия, это не только боевые действия, это, кроме того, отношения со странами на постсоветском пространстве в целом, это отношения, например, с Казахстаном, с Молдовой, с Беларусью, и, кроме того, это отношения с европейскими странами и США. Вот если ситуация сохраняется такой, какой она есть сейчас, она начнет усугубляться, это ситуация, в которой внутри России будут постепенно очень сильно, что называется, закручиваться гайки. То есть все возможные права и свободы будут вынуждено ограничиваться, все возможные какие-то культурные, научные инициативы будут очень сильно урезаться. Потому что все расходы, которые мы имеем, будут идти, в частности, на финансирование военно-промышленного комплекса с целью укрепления обороны. Никаких решительных шагов со стороны внешней политики предприниматься не будет. То есть мы будем вести какие-то такие пассивные боевые действия.