Читать онлайн Броня из Лжи Принц-Изгой бесплатно

Глава 1

Подземелья в Королевстве Акривия были высечены из чёрного базальта, и даже слабый свет магических кристаллов не мог прогнать из них вечный холод. Этот холод не только сковывал стены, он проникал в кости и души. В самой глубокой и защищенной камере, той что предназначалась для величайших врагов Короны,сидел Кристиан. Красивый юноша, в чьих чертах до сих пор угадывалась гордость Дома Акривии, был скован по рукам и ногам. Цепи на его запястьях были выкованы из нержавеющей стали и серебра .Он сидел скорбившись, словно скульптура отчаяния. Его одежда была уже не одеждой, а жалкой имитацией. Когда его схватили, на нем был темно-синий, почти тёмный повседневный камзол, но сшитый из тончайшего бархата Акривии. Теперь этот бархат был жестким от грязи и въевшейся в ткань сырости подземелья. Он был порван на плече,где видимо, его грубо стащили с коня или волокли по камням. Рубашка под камзолом,некогда белоснежная,сейчас приобрела отвратительный желтовато-серый оттенок. Она была испачкана кровью—старой,бурой,вероятно,его собственной, а воротник был полностью изорван. Штаны были грубыми, тюремными,из мешковины,и за время заточения покрылись слоем пыли, смешанной с влагой. А что насчет его вида: Лицо и руки были покрыты толстым слоем копоти и грязи. Волосы пепельно-русого цвета, теперь были спутаны, передние пряди слиплись к лицу. Обуви на нём не было, только обрывки тряпок,намотанные на ноги, чтобы не мерзнуть на ледяном полу. Даже сквозь всю эту грязь и унижение—сквозь чумазые щеки и засохшую корку под глазами—проглядывала холодная красота юноши, лишь подчеркивая,как низко пал принц Королевства Света. На фоне его изысканных , хотя и грязных черт лица тюремный смрад и его жалкий вид выглядели особенно чудовищно. Ему было всего восемнадцать, но его глаза, казалось, видели тысячу лет тьмы. И сейчас он не спал. Он лишь шептал, двигая пересохшими губами:

– ....et umbrae erunt.Vincula solvere.

Этот шепот был почти не слышен, похож на скрежет камня. Принц-изгой повторял чужое, древнее заклинание,вкладывая в него свою отчаянную волю. Внезапно тьма дрогнула, а воздух завибрировал. Откуда-то раздался треск, похожий на раскалывающийся горный хребет. Секунда тишины, и затем стена камеры с грохотом обрушилась, превратившись в облако пыли и обломков. В проеме стояла она. Ее волосы были цвета зимнего инея, а глаза были словно лед, сквозь который проглядывала голубая сталь. В руке она сжимала посох, который светился синеватыми искрами. Холодная красота незнакомки несла в себе угрозу, которой не было в подземельях.

Она окинула взглядом обломки и узника, после чего произнесла голосом, ясным и безжалостным, как первый мороз:

– Кристиан. Наше время пришло.

Кристиан,ошеломленный грохотом и внезапным светом, поднял голову, прищуриваясь сквозь налипшую грязь. Он смотрел на неё—на свою кузину,чья холодная, почти ледяная красота всегда выделялась даже среди знати Акривии.

На мгновение,забыв о своей боли и унижении, он лишь выдохнул:

– Вериса? Его голос был скрипучим и слабым—измученным долгим молчанием и шёпотом. Он попытался пошевелить руками,но серебрянные кандалы резко взвякнули.

– Что…что ты здесь делаешь?– Он перевёл взгляд с её лица на предмет в руке. – И откуда, во имя Света, у тебя этот посох?

Вериса шагнула через дымящиеся руины стены. На вершие ее посоха—витой темный кристалл,поглощающий свет,—мерцало,отбрасывая хищные тени на лицо.

– Это долгая история, Кристиан. Слишком долгая,—она не тратила время на любезности. Взгляд был сосредоточенным и тревожным.

– Нам нужно уходить. Стражи наверняка уже услышали этот шум,– сказав это,она взмахнула посохом, и оковы на руках и ногах разомкнулись.

– Поднимайся.Быстро!—скомандовала она.

Но, заметив, что ему тяжело самостоятельно подняться, она помогла ему встать. Затем она резко взмахнула посохом, описывая им три быстрых, идеальных круга в воздухе перед собой. Посох вспыхнул от этих движений. Тёмный кристалл изверг сноп искажённого красного света. В центре кругов воздух сжался и лопнул, мгновенно развернув зияющую, пульсирующую дыру—нечто среднее между чернильным пятном и вихрем чистого мрака, обрамлённым оранжевыми искрами. Вериса не стала дожидаться, пока Кристиан оправится от шока. Она потянула его на себя и с резким латинским словом Trans, толкнула их в мерцающую, манящую пустоту. Кристиан не успел даже вскрикнуть: они мгновенно провалились. Портал захлопнулся с тихим, но зловещим хлопком, оставив после себя лишь облако базальтовой пыли и тишину в самой глубокой темнице Акривии.

Глава 2

Хлопок. Портал схлопнулся с гулким, хлопающим звуком. Здесь, в ошеломительной тишине роскошного пентхауса, этот хлопок прозвучал как выстрел. Кристиан тяжело рухнул на колени на гладкий, холодный мраморный пол. Его измученное голодом и холодом тело болезненно ныло, а на запястьях остались красные, воспаленные следы от недавно снятых оков. Он задыхался, вдыхая резкий, пахнущий озоном и полировкой воздух. Вериса приземлилась легко и мягко. Она выглядела как хладнокровная беглянка, а не как жертва. Она быстро сложила свой посох, и тот исчез, будто был продолжением её руки. Они стояли у источника их появления: старого, массивного зеркала в потертой бронзовой раме, которое нелепо контрастировало с хайтек-интерьером. На шум из соседней комнаты немедленно вышел Эрнест. Он, как всегда, был как при параде: дорогая рубашка и черные джинсы, идеально уложенные волосы, полная невозмутимость. Он окинул взглядом лужу чёрной магии на полу и остановил взгляд на пришельцах.

– Наконец-то, Вериса. Я уж начал думать, что тебе не хватит сосредоточенности пробить такой нестабильный коридор.

Он подошел ближе, обойдя гладкий, глянцевый стол.

– Вы попали сюда благополучно. Я разве не говорил тебе, что портал отсюда до подземелий Акривии нестабилен?

Эрнест презрительно взглянул на Кристиана, чья фигура в рваном, грязном камзоле, покрытая копотью и прахом темницы, выглядела полным анахронизмом в этой чистой комнате.

– Ты что, притащила мне бомжа? Ты хоть понимаешь, сколько мне стоило слиться с этим миром, чтобы меня больше не преследовали?

– Это Кристиан, – сухо отрезала Вериса. – И я не "притащила". Я спасла его.

Эрнест резко перевел взгляд на лицо Кристиана. Его глаза, словно два рентгена, пронзили чумазые щеки и изможденный вид. Наконец, он увидел за грязью те самые точеные, аристократические черты, унаследованные от Вивианны. По лицу Эрнеста расползлась тонкая, театральная ухмылка.

– О. Ах вот оно что! А вот и наш принц! – Он демонстративно, с подчеркнутым ехидством, поклонился, как подобает дворянину. – Добро пожаловать в 21-й век, Ваше Величество.

Кристиан, медленно поднимаясь, тяжело перенес вес на здоровую ногу, из-за чего его левая нога дрогнула, и он слегка охнул от боли.

– Что с ногой? – спросил Эрнест, и его ухмылка слегка померкла.

– Долгие месяцы в сырой яме. Поэтому хромает, – ответила Вериса, заметив, как Кристиан пытается скрыть боль. – Ты должен помочь нам, Эрнест. И не потому, что ты должен а потому, что ты знаешь, почему он здесь. Ты сам сбежал в этот мир, когда люди Акривии узнали, что ты колдун.

Эрнест вздохнул, его обывательская маска спала, открывая старую, горькую обиду.

– Я помню, что значит быть изгоем. – Он махнул рукой. – Хорошо. Сначала чистота, потом разговоры. Эрнест указал на неприметные двери в дальнем конце пентхауса.

– Иди, Кристиан. Отмой с себя грязь Акривии. И поспеши: нам нужно поговорить до рассвета. У меня есть важные дела.

Кристиан кивнул, не в силах оторвать взгляд от панорамы города за окном, прежде чем медленно двинуться к указанным дверям. Он хромал. Каждый шаг, тяжело переносящий вес на здоровую ногу, отдавался острой болью в левой конечности, которую свело в сырости темницы. Он вошел в ванную комнату. Это было не просто помещение для омовения, а целый мраморный и стеклянный храм чистоты, сияющий холодным, искусственным светом. В центре возвышалась огромная, изогнутая чаша – шикарное джакузи, которое он смутно узнал по описаниям Верисы. Он подошел к нему, поднял руку, чтобы открыть кран, как это делалось в Акривии, но увидел лишь гладкую стену и ряд незнакомых, светящихся символов на панели управления. Он был принцем, но в этом мире – невеждой.

– Эрнест! – позвал он, не оборачиваясь. Голос Кристиана, все еще скрипучий, звучал неуверенно. – Покажите, как нужно набирать воду. Здесь все… не так, как во дворце.

Эрнест, который стоял, скрестив руки на груди, с раздражением покачал головой. Он подошел к чумазому Кристиану и, не прикасаясь к нему, быстро ткнул пальцем в нужный значок на сенсорной панели. Раздался тихий электронный гул, и из невидимого отверстия в джакузи полилась горячая вода.

– Дальше ты справишься сам. Не включай режим пузырьков, пока не убедишься, что не отравишься местными моющими средствами, – сухо посоветовал Эрнест. Он достал из-под стола и протянул Кристиану черный, неприметный мусорный пакет.– Всю свою одежду, включая эти жалкие остатки королевского бархата, сложи в этот пакет. Он саморазлагающийся, как и все ненужное в этом мире. Он кивнул в сторону двери.

– Там, на вешалке, есть халат и полотенце. Используй их. Одежда ждет тебя в гостевой комнате.

– И не затягивай: я не собираюсь ждать вечность, пока ты вымоешь с себя всю грязь своего лицемерного королевства. С этими словами он вышел из ванной комнаты, хлопнув за собой дверь.

Он сбросил с себя рваный, провонявший сыростью и потом темно-синий камзол из бархата Акривии. Затем снял тюремную, грубую рубашку и штаны из мешковины, аккуратно сложив всё в черный, саморазлагающийся пакет. Когда он полностью обнажился, его взгляд невольно остановился на зеркале. Это было огромное, гладкое, безупречное стекло, которое безжалостно отражало его самого – не принца, а измученного, чумазого изгнанника. Несмотря на грязь на лице и спутанные пепельно-русые волосы, в его отражении всё ещё угадывались точёные, почти аристократические черты. Но сейчас эта красота была измождена до предела. Его кожа была бледной, а в некоторых местах, особенно на плече, где его, видимо, грубо стащили, виднелись бурые пятна старой крови, смешанной с въевшейся копотью. Грязь была не просто внешней; она казалась символом всего того, чем он стал в глазах Акривии. Вокруг его запястий горели красные, воспаленные кольца – следы от серебряных оков. Они были его клеймом, напоминанием о том, за что его пленили. Зеркало показывало, как он хромает и непроизвольно переносит вес тела. Его левая нога, сведенная судорогой от ледяного пола темницы, выглядела слабой и подводила его. Но самым пугающим было отражение его глаз – цвета морской волны, но с ледяным, пронзительным взглядом. Это были глаза, видевшие тысячу лет тьмы и наполненные отчаянием. В них отражалась не только ненависть к королевству, но и зарождающаяся, пугающая воля, которая шептала о темной магии. Кристиан наконец-то входит в воду, осторожно погружая в неё своё измождённое тело. Горячая вода обжигает его окоченевшую кожу, заставляя его судорожно вздохнуть. Он ложится и закрывает глаза. Он чувствует, как грязь Акривии – года копоти и праха темницы – медленно отслаивается, окрашивая прозрачную воду в мутно-бурый цвет. Это было освобождение не только физическое, но и символическое. Именно в этот момент, когда физическая боль отступает, воспоминания вихрем проходят перед его глазами – чётко, хронологично и безжалостно: Изгнание матери из дворца, презрение всего королевства и знати, смерть отца – его единственной защиты, приказ старшего брата Кайдена бросить его в темницу, а затем пытки и издевательства, приведшие к медленному угасанию его тела и духа. Кристиан открыл глаза. Чувство мести обожгло его изнутри. Его единственной целью был Кайден – его сводный брат, сын покойной королевы Элары, первой жены короля Акривии Адриана, и нынешней король Акривии.

Тем временем, в гостинной, Вериса с большим интересом осматривала архитектурные журналы, что лежали на журнальном столике.

– Я схожу в кухню. Что тебе принести, Вериса? Кофе, или ты препочитаешь чай?– спросил Эрнест.

Вериса немного задумалась.

– Э-э, принеси-ка мне чай. И что-нибудь поесть— я ничего не ела с самого утра.

Эрнест, прежде чем развернуться, окинул Верису долгим взглядом. На ней был темно-зеленый плащ, покрытый дорожной пылью и пахнущий озоном портала. Под ним Вериса носила простую кожаную броню и штаны, идеально подходящие для бегства, но не для роскошного пентхауса.

– Хорошо, – коротко бросил он, не комментируя её внешний вид, и направился к кухне.

Она уже закончила листать глянцевый журнал, который, должно быть, оставила здесь какая-то из бесчисленных знакомых Эрнеста, и, положив его на стеклянный столик, поднялась. Ее внимание полностью захватили панорамные окна пентхауса. С двадцатого этажа, где они находились, мир внизу казался игрушечным и неестественно суетливым. Вериса прильнула к стеклу, ее ледяные глаза, словно голубая сталь, изучали движение.

– Игрушки, – прошептала она, почти с презрением. – Он называл это прогрессом.

Она наблюдала, как маленькие, яркие машины едут туда-сюда по светящимся лентам дорог. В Акривии конь был благородным животным и признаком статуса; здесь же, казалось, все были одинаково богаты, раз могли позволить себе эти "повозки без коней". В этом неестественном движении она видела не свободу, а бессмысленную спешку. Она чувствовала, что в этом городе, где всё сверкает, кипит и гудит, нет места ни для магии, ни для древней чести. Она вспомнила, как Тибериус описывал этот мир: мир, который отрекся от силы стихий и выбрал удобство и лож. Вериса отошла от стекла. Её взгляд остановился на самой себе: на кожаной броне, которую она ощущала на теле, хотя та и была скрыта под одеждой. В Акривии она была наследницей запретной силы, здесь – просто чудачкой. Светлое королевство Акривия изгнало их, но этот "свободный" мир тоже не был домом. Им нужно было найти способ получить силу, чтобы вернуться, посадить Кристиана на трон, как подобает, и отомстить Кайдену.

За ее спиной раздался звук. Эрнест вернулся, неся на подносе две чашки и тарелку.

– Ты слишком долго смотришь вниз, Вериса. В этом мире важно смотреть наверх, – сказал он, ставя поднос на стол, и добавил, глядя на ее доспехи: – И если ты собираешься оставаться здесь, тебе придется избавиться от этого музейного экспоната. Ты не на средневековой реконструкции.

– И что ты мне прикажешь носить? – спросила Вериса, окидывая взглядом свою кожаную броню и штаны. – У тебя есть одежда, которую носят здешние люди?

Эрнест поставил поднос, но не сел.

– Сейчас в вы оба с Кристианом какое-то время должны побыть в моей квартире. Особенно это касается Кристиана: ему надо подлечить ногу. Вам пока нельзя выходить на улицу – соседи ничего не должны о вас узнать. Через месяц у меня заканчивается срок аренды на этот пентхаус. Тогда нам придется поселиться в Лондоне, у меня там есть небольшой дом, – объяснил он не терпящим возражений тоном.

Он сделал глоток чая.

– Что касается одежды, то нужно будет заказать вам ее из интернет-магазина.

Вериса нахмурилась, ее глаза сузились от непонимания.

– А что такое интернет-магазин?

Эрнест закатил глаза, словно объяснял основы дыхания младенцу.

– Это местная магия, Вериса, только гораздо более эффективная и менее затратная по энергии. Это склад без стен. Ты выбираешь изображение нужного предмета на светящейся пластине, произносишь заклинание "Оплата" – и через день-два твой предмет появляется на пороге. В твоем случае я просто оплачу его сам. Главное, чтобы вы выбрали что-нибудь невзрачное и серое. Вы должны стать невидимками.

Он указал на панораму города.

– В этом мире ваша сила – в вашей невидимости, Вериса. В Акривии вы были принц и его двоюродная сестра. Здесь вы должны стать никем. Иначе этот мир сожрет вас быстрее, прежде чем Кайден доберется до вас.

Дверь в ванную комнату тихо скользнула в сторону. На пороге стоял Кристиан. Он был неузнаваем. Грязь, копоть и прах темницы были смыты, открывая миру точеные, аристократические черты, унаследованные от его матери, Вивианны. Его пепельно-русые волосы, влажные и аккуратно зачесанны, а глаза цвета морской волны казались еще более пронзительными на фоне бледной, недавно вымытой кожи. На нем была простая одежда Эрнеста— темно-синие джинсы и свободная черная футболка, которая, несмотря на простоту, сидела идеально. Однако отсуствие королевского камзола лишило его всякой защиты. Он выглядел уязвимым, но гораздо более опасным, чем когда был чумазым принцем. Он опирался о дверной косяк, отчетливо хромая и явно избегая переносить вес на больную ногу.

– Ты закончил, Ваше Величество?– без всякого уважения спросил Эрнест, поглощая чай.

Кристиан кивнул, его взгляд медленно обвел пентхаус, остановившись на гиганстком окне, за которым простирался мерцающий, неведомый мир.

– Здесь…лучше,– ответил Кристиан, его голос стал чище, но звучал отстраненно.

Вериса, сидевшая за столом, поднялась и быстро подошла к нему. Она провела пальцем, по его чистому запястью, на котором еще виднелись красные следы от оков.

– Нога,– сказала она Эрнесту, не спрашивая, а требуя.– Ты должен ее вылечить. Нам нужен целый, а не хромой принц.

Эрнест тяжело вздохнул, словно это было самым скучным делом в его вечном существовании. Он подошел к Кристиану и без лишних слов, властным жестом, заставил его сесть на диван. Эрнест склонился над его лодыжкой. Он положил обе руки на припухшую ногу Кристиана и тихо пробормотал на латыни короткую, резкую фразу. Под его ладонями кожа Кристиана засветилась теплым, золотистым светом. Кристиан вздрогнул, но острая боль мгновенно утихла. Эрнест отнял руки, небрежно вытирая их о брюки.

– На пару дней хватит,– заключил Эрнест.– Но потом, Кристиан, мне придется выписать для тебя рецепт на лекарство от врача, чтобы снять отеки и припухлости. Моя магия бессильна против хронических травм, зато местная медицина справляется отлично.

Он сел напротив них обоих, и его тон стал серьезным.

– Твой брат Кайден и вся Акривия, наверное, уже узнали о твоем побеге, – Эрнест сделал глоток чая, не отрывая взгляда от Кристиана.– Но сколько бы они не ни искали, им до тебя не добраться. Для того чтобы открыть портал в этот мир, нужен очень сильный колдун. А в Акривии колдунов совсем не осталось. Об этом позаботилось такое недоразумение как— Кайден.

– Он не дурак. Он знал, как обставить дело. Сразу после «загадочной» смерти короля Адриана он немедленно объявил тебя убийцей, используя в качестве главного доказательства твою… неофициальную родословную.

Он повернулся к Кристиану.

– Он убедил знать, что ты, сын той, чьи предки были Черными Колдунами, поддался своей «порче» и решил узурпировать трон. Народ, который никогда не любил твою мать, Вивианну, охотно верит. Кайден сейчас консолидирует власть, используя твою измену как повод для зачистки. Все, кто был тебе верен, или кто помнил твоего отца с теплотой, уже либо в темнице, либо в изгнании.

Он оставил чашу, его глаза-рентген сфокусировались на Верисе.

– И, кстати, Вериса, ты мне не рассказала,—голос Эрнеста стал сухим и жестким.—Расскажи мне, откуда у тебя посох? Это артефакт Тибериуса, его главный рабочий инструмент. Ходят слухи, что после его… исчезновения его искали везде.

Кристиан тоже заинтересовался.

– Да, расcкажи нам, откуда у тебя этот посох?– спросил он.

– Посох?– переспросила она,слегка наклонив голову, будто эта была самая невинная вещь на свете. —Тибериус…он просто дал его мне. Перед тем как уйти. Он сказал, что я—его лучшая ученица и что только я смогу им пользоваться.

Эрнест презрительно фыркнул, абсолютно не поверив в эту сказку.

– Ты думаешь, я поверю в то, что Тибериус,величайший архимаг последних двух веков, просто подарил артефакт, способный пробивать границы миров, своей ученице-подростку, прежде чем исчезнуть? Ты же его не…

– Я не убивала Тибериуса,– резко оборвала его Вериса, и ее голос впервые выдал настоящую, не наигранную злость.– Он пропал! Загадочным образом.

– Вериса, перестань врать. Я знал Тибериуса. Он не подарил бы тебе эту силу.

Вериса бросила на него вызывающий взгляд, ее губы искривились.

– Хорошо. Тибериус до того как пропал, сказал, что ему надо уйти на несколько недель, и исчез. А когда я пришла через несколько недель к нему домой, весь его дом был разгромлен в хлам. Ничего ценного там не осталось. Прошел слух, что он был замешан в каких-то темных делах.

Она перевела взгляд на Кристиана, в ее глазах горело холодное пламя.

– А посох я действительно украла из дворца, воспользовавшись тем, что тогда во дворце отсутствовал Кайден. Сонным порошком усыпила стражей. Меня чуть не схватили. И я думаю, что исчезновение Тибериуса—это дело рук Кайдена.

Наступила тяжелая тишина, нарушаемая лишь далеким гулом города за стеклом. Кристиан вздрогнул. То, что Кайден мог быть причастен к исчезновению могущественного архимага, делало его еще более опасным.

Эрнест, наконец, заговорил, его тон был непривычно мрачным.

– Вериса права в одном. Исчезновение Тибериуса не было случайностью. Он был последним, кто открыто противостоял растущему лицемерию Акривии. И Кайден…он не просто отцеубийца, он чистильщик. Он устраняет все, что имеет хоть малейшую связь с темной или даже независимой магией. Он хочет чтобы Акривия была чиста.

Он посмотрел на Кристиана.

– И принц, ты был самой большой нечистотой при его дворе. Твоя мать, Вивианна, была первой.Тибериус—вторым. Теперь твоя очередь.

Кристиан выпрямился на диване, впервые полностью перенеся вес на исцеленную ногу.

– Час расплаты Кайдена наступит очень скоро.– сказал он угрожающим тоном.

– Итак, мы будем действовать по моему плану,—подвел итог Эрнест, поднимаясь с дивана.—Никаких необдуманных действий. Главная ваша задача сейчас—жить. А не умирать.

Он посмотрел на Верису.

– Вериса, завтра у меня важная встреча, которую я не могу отменить. Поэтому завтра до полудня меня здесь не будет.

Он достал из кармана блестящую черную пластину (телефон) и, быстро пролистав что-то , приложил ее к уху. Спустя минуту он кивнул.

– Я заказал нам еду. Доставят через тридцать минут. Я ухожу завтра утром, а вы остаетесь здесь и никуда не выходите. Соседи не должны ничего о вас узнать. Никакой магии, Вериса, —добавил он , строго глядя на нее.—Если из этого пентхауса полыхнет хоть маленькая искра красного цвета, нас всех найдут быстрее, чем ты успеешь скрыться.

Он направился в угол кухни, где стоял ящик, похожий на маленькую печь, но с окошком.

– А теперь, Кристиан, Вериса, учитесь.– Я покажу, как разогревать еду в микроволновке.

Он быстро и без лишних слов продемонстрировал им принцип работы этого «чудо» 21-го века: как нажимать на кнопки, как устанавливать время.

– Всё просто. При необходимости, еду разогреете сами.

Ровно через тридцать минут в дверь позвонили. Эрнест принял пакеты с ароматной едой, заплатив человеку с помощью той же блестящей пластины, и расставил тарелки на столе.

Вериса, Кристиан и Эрнест поужинали в гнетущей тишине, нарушаемой лишь несмолкающим шумом города за окном. Это была странная трапеза: два мага из другого мира и изгнанный принц, едящие подогретую современную еду в роскошном пентхаусе, в то время как трон занял отцеубийца.

Наконец Эрнест проводил их в две отдельные гостевые комнаты.

– Отдыхайте. Завтра начинается новая жизнь, в которой вы— не принц и не чародей, а просто туристы, застрявшие в чужой стране.

Кристиан, чувствуя, как чары Эрнеста, временно унявшие боль в ноге, начинает ослабевать, молча кивнул. Он вошел в свою комнату и рухнул на мягкую, непривычно высокую кровать. Впервые за месяцы он был в тепле, чист и, главное, свободен. Он долго смотрел в потолок, чувствуя, как его темная кровь, унаследованная от Вивианны, шепчет о мести.

Глава 3

Дворец Акривии был возведен из ослепительного белого камня, который должен был олицетворять чистоту и Свет. Вот уже три года Король Кайден правил Акривией железной рукой, и его трон был абсолютно стабилен. Главное пятно на его славе —младший брат, обвиненный в отцеубийстве,– был надежно заперт. Но сегодня ночью его трехлетнее спокойствие было разрушено. Король Кайден, одетый в темный, расшитый серебром камзол, расхаживал по тронному залу, его сапоги гулко стучали по мраморному полу. Его лицо невозмутимое, было искажено яростью. Перед ним, дрожа, стоял Смотритель Подземелий.

– Три года! Три года!– Голос Кайдена был низким и устрашающим.—Все три года вы клялись, что из темницы, высеченного из базальта, никому не выбраться! И что теперь?! Ты смеешь говорить мне, что камера пуста?

– Ваше Величество, это… это была магия, – прохрипел Смотритель Подземелья, низко склоняя голову. – Это не мог сделать простой человек. Только могущественный колдун. Сын Вивианны не сбежал сам, ему помогли, – он сглотнул, – вероятно, это был кто-то из родственников его матери.

Кайден резко остановился. Эта новость обрушила его тщательно выстроенную реальность.

– Колдун? В Акривии? – Кайден презрительно скривился. – Значит, он нашел себе помощника из числа тех, кого я не успел уничтожить! И я уже догадываюсь кто это. Найдите его!

Главный Смотритель приготовился бежать, но Кайден поднял руку, останавливая его. Он почувствовал холодную, внезапную мысль, которая пронзила его.

– Вы проверили, не пропало ли что-нибудь из оружейной?

Главный Стражник, дрожа, кивнул:

– Придворный, отвечающий за оружейную, доложил… посох. Посох… архимага Тибериуса. Тот, который хранился в самой защищенной оружейной палате, Ваше Величество. Он… исчез. Похищение посоха и побег Кристиана произошли практически одновременно.

Это было последней каплей. Посох Тибериуса! Могущественный артефакт, который Кайден тщетно искал год назад. Теперь этот посох был в руках Верисы. Кайден пришел в бешенство. Он схватил с ближайшего стола тяжелую бронзовую чернильницу и с такой силой швырнул ее в стену, что раздался громкий удар.

– ВЫ НИКЧЕМНЫЕ ИДИОТЫ! – взревел он, его горделивое лицо исказилось. – Вы дали выпустить моего брата, убийцу, и позволили ему заполучить самую могущественную реликвию! Это не просто побег, это предательство, направленное на уничтожение всего, что я построил!

Он повернулся к Главному Стражнику, его глаза сверкнули.

– Найти его! Я не успокоюсь, пока его голова не будет насажена на пику перед воротами! Используйте всех шпионов, всех следопытов, охотников, всех! Пусть вся Акривия знает: тот, кто найдет Кристиана, получит титул и земли. Тот, кто его прячет, разделить его участь вместе с ним!

Главный Стражник, не дожидаясь дальнейших приказов, поспешно выбежал из зала, оставив Короля Кайдена одного в пустом, разрушенном помещении, вдыхающего запах ярости и власти.

Утро в пентхаусе началось с пронзительного, монотонного звука, который Кристиан сперва принял за боевой рог Акривии. Это был будильник Эрнеста. Кристиан проснулся в непривычной тишине. Солнечный свет лился через стеклянные стены, освещая просторную комнату, и впервые за долгое время он не чувствовал, что его тело промерзло до костей. Его нога, благодаря вчерашней магии Эрнеста, казалась почти здоровой, но напоминала о себе легкой, нарастающей пульсацией. Встав, он обнаружил, что Эрнест уже ушел. На кухонном столе лежала записка:

Еда в холодильнике. Завтрак – местный порошок, смешанный с жидкостью (кофе). Готовьте сами. При необходимости – микроволновка. Не трогать зеркало. Не выходить. Вернусь после 15:00. Кристиан подошел к панорамному окну. Внизу, далеко-далеко, маленькие цветные машины сновали по дорогам, как жуки. Он чувствовал себя на вершине мира, но при этом был полностью изолирован. Вериса вышла из своей комнаты уже полностью готовой. Она сменила свою дорожную куртку на свободную серую толстовку и спортивные штаны, которые дал ей Эрнест.

– Он ушел, – констатировала Вериса. Она резко захлопнула глянцевый журнал, который листала. – А пока я не собираюсь просто сидеть и смотреть "телевизор", как велел этот зануда. Я должна изучить посох.

Кристиан напрягся.

– Вериса, Эрнест запретил магию.

– Эрнест боится, – ответила она. – А мы не можем себе этого позволить.

Она встала, и посох появился в ее руке, материализовавшись из воздуха. Это был простой на вид кусок темного, старого дерева, но при этом от него веяло мощью.

– Мы оба знаем, что твоя мать, Вивианна, не была просто красавицей, Кристиан. И что твоя кровь, на четверть темная, – это не проклятие, а сила. Ты уже почувствовал ее в темнице. Но она заглушена страхом и ложью.

Она указала посохом на Кристиана.

– Я должна понять, как вернуть тебе эту силу. И я начну прямо сейчас.

Вериса закрыла глаза, и зашептала на древней латыни. Она не просила о пламени или молнии. Она искала внутреннее эхо, пытаясь найти отклик в темной крови Кристиана. Из древка посоха вырвался не красный, а тусклый, густой синий свет, который наполнил пентхаус. Свет начал мигать, телевизор включился сам и издал резкие помехи, земля под ногами загудела, воздух в квартире стал горячим от перегрева техники, лампочки в потолке взорвались с тихим, сухим треском, а стекла окон начали вибрировать. Синий свет, исходящий от посоха, усилился, и Кристиан почувствовал, как в его груди поднимается что-то холодное и мощное, почти прилив.

– Хватит! – крикнул Кристиан, резко схватив Верису за руку.

Вериса, испуганная силой реакции, мгновенно прервала заклинание. Синий свет погас, оставив за собой лишь запах озона и горелого пластика.

– Этот мир слишком хрупкий для нашей силы. Эрнест нас предупреждал, – сказал Кристиан.

– Да, ты прав. Наша сила может уничтожить здесь всё. Поэтому будем поаккуратнее, – согласилась Вериса.

– Нас ждет «порошок, смешанный с жидкостью», – ответил Кристиан, кивнув на холодильник. – И "микроволновка".

Вериса скривилась.

– Я лучше поем холодным.

Пока Вериса готовила себе кофе и холодный завтрак, Кристиан подошел к зеркалу, которое служило порталом.

– Ты уверена, что Кайден не может нас здесь найти? – спросил он тихо.

– Не волнуйся, Кристиан. Он даже не подозревает о существовании этого мира. И даже если узнает, ему сюда не попасть, – добавила она. – Кайден будет искать нас в Акривии или в других землях. Он не знает, куда мы ушли. Он думает, что мы где-то прячемся.

Вериса отошла, снова взяв свой кофе.

Кристиан достал оставленный ему с Верисой завтрак из холодильника. В контейнере лежала яичница с сосисками. Он подошел к микроволновке и начал вспоминать инструкцию Эрнеста по разогреву еды. Наконец-то, поразмыслив, он открыл дверцу микроволновки и установил таймер.

– Знаешь, Вериса, когда мне было семь лет, моя матушка Вивианна пела мне перед сном песни, если я долго не мог уснуть. От этих песен я быстро засыпал. Только потом я понял, что у нее были некие способности успокаивать людей. Даже когда отец был злым и в полном бешенстве, ей удавалось без слов заставить его успокоиться и заснуть. Тогда я еще не понимал, что это было колдовство, – сказал Кристиан.

– Наши с тобой далекие предки были черными колдунами, но после того как их казнили, они перестали пользоваться магией. Из поколения в поколение наши потомки забыли о своем даре, – ответила Вериса.

Откровение Верисы о его родословной заставило его замереть.

– Черные колдуны? – переспросил он, его голос был едва слышен. Он вспомнил, как Кайден использовал эту "неофициальную родословную" для обвинения в убийстве. – Это… то, о чем кричал Кайден, используя это как доказательство моего "падения"? Но ведь Черные Колдуны – это зло.

Вериса хмыкнула, скрестив руки на груди.

– Всегда ли? Магия – это инструмент. Наших предков казнили потому, что они были сильны и не подчинялись короне. А Кайден использует эту старую историю, чтобы оправдать свою ненависть к твоей матери и тебе. Он не хочет делиться властью ни с кем, кто имеет хоть малейший независимый дар.

Он посмотрел на Верису.

– Если у меня есть этот дар… Если он был подавлен годами страха… Как мне его вернуть? В отличие от меня, тебе, Вериса, удалось научиться колдовать. Ты же была ученицей самого могущественного колдуна Тибериуса! – спросил Кристиан.

– Твой отец Адриан был фанатиком идеи очернения магии, воспринимая силу как зло. И пытался внушить тебе это после того, как изгнал Вивианну под давлением короны и народа.

– Пока что ты боишься Кайдена. Ты должен захотеть его уничтожить больше, чем захотеть жить.

Кристиан задумчиво замолчал. Из микроволновки начал выходить запах гари. Она также начала подавать короткие, звонкие сигналы. Кристиан немедленно открыл дверцу микроволновки: яичница с сосисками подгорела.

Кристиан, глядя на свою яичницу, искривил лицо.

—Ну и запах! Да уж, Вериса, нам нужно будет здесь всему научиться, – сказал он.

Они позавтракали в тишине. После завтрака они прошлись по комнатам, осматривая их. У Эрнеста была полка с книгами, и Кристиан занялся книгами и спортивными журналами. Время близилось к полудню. Вериса, устав от журналов, разлеглась на диване и заснула. Несмотря на то, что был август, небо оставалось облачным. Здесь, в Ливерпуле ,третьем по числу жителей городе Англии, всегда дул холодный ветер. Эрнест работал риэлтером, и зарабатывал судя по всему немалые деньги, раз мог позволить себе жить в пентхаусе. Но срок аренды его пентхауса, как и рабочий контракт, подходил к концу.

Глава 4

Возвращение Эрнеста произошло почти бесшумно. Солнце клонилось к закату, и пентхаус был залит длинными оранжевыми тенями. В помещении всё еще стоял запах горелого пластика. Кристиан, одетый в простую черную футболку, сидел в глубоком кресле у окна, полностью поглощенный книгой. Это был толстый, потрепанный том по Истории Древнего Мира. Он был настолько занят чтением, что не заметил, как вошел Эрнест. Вериса стояла у кухонного стола. Она только что проснулась после короткого, но глубокого сна и невозмутимо пила воду из высокого стеклянного стакана, наблюдая за Кристианом.

Эрнест окинул взглядом разгром, затем Кристиана, а потом остановился на Верисе. В его взгляде читалось холодное, уставшее осуждение.

– Чем это так воняет? Такое ощущение, будто вы подогревали пластик микроволновке, и он растаял, – сказал он, нарушая тишину. Его голос был ровным, но в нем звенел лед. – Ты, конечно, не теряла времени, Вериса. Электроника сгорела к чертям. Я же просил: никакой магии. Нам нужно сливаться с окружением, а не устраивать здесь локальный апокалипсис.

Эрнест покачал головой, но его внимание уже переключилось на книгу в руках Кристиана.

– «История Древнего Мира»? Занят делом, это хорошо. – Он вздохнул. – Ладно. Я пришел не для того, чтобы читать вам нотации. Я пришел, чтобы закончить то, что мы не успели вчера.

– У меня в руках лекарство от отеков, Кристиан. Я сходил к знакомому врачу, соврал о хронической травме старого друга.

Эрнест вытащил из чёрного кожаного портфеля небольшой флакон с жидкостью и тюбик с бальзамом. В другой руке он держал широкую коробку, похожую на коробку от пиццы.

– Принимай эту микстуру три раза в день после еды. Также тебе надо делать компрессы на ночь перед тем как лечь спать. Вот тебе специальный бальзам: врач сказал, что он хорошо помогает снять отёки. Скоро закончится действие противоболевых чар, и ты снова почувствуешь боль в ногах. Тебе нельзя долго ходить, по крайней мере, недели две.

– А еще я принёс пиццу.

– Ты сказал птица? Что мы будем делать с птицей? – в недоумении спросил Кристиан.

Эрнест, закатив глаза, ответил:

– Не птица, а пицца, балда. Это такой вид тонкого пирога с разной начинкой, а сверху сырная корочка. Чёрт возьми, мне придётся долго с вами повозиться!

Кристиан хотел что-то ответить на его замечание , но остановился и глубоко вздохнул.

– Умираю с голоду! Мы сейчас поедим пиццу, а после приступим к заказу одежды, – резко объявил Эрнест.

Вериса тут же проявила интерес, отставив стакан с водой. Она подошла к столу, взяла кусок, принюхалась, пожала плечами и откусила.

– Ммм, вкусно, – сказала она.

Кристиан молча взял кусочек пиццы, удивленно осматривая сырную корочку.

– Это… весьма практичная еда, – пробормотал он, делая первый укус.

Эрнест взял из холодильника колу и поморщился.

– Ну разумеется! Электричество вырубилось, а вместе с ним и холодильник, – пробормотал он.

– Вериса, из-за тебя теперь мы будем пить теплую колу. Я просил тебя не пользоваться магией! – Его голос стал жестким. – Из-за посоха вырубилось электричество, и теперь весь день мы будем сидеть без освещения, пока не придут электрики и всё не починят.

Затем Эрнест поднял правую руку, будто призывая ветер, и тут же из кармана Верисы отлетел посох и попал прямо в руки Эрнесту. Посох стал меняться и приобрёл свою первоначальную форму длинной трости, увенчанной большим прозрачным камнем.

Вериса была так сильно впечатлена, что открыла рот от изумления. Кристиан же был удивлен не меньше.

– Теперь этот посох будет у меня, – сказал Эрнест. – Пока ты, Вериса, не сожгла этот дом и не привлекла много посторонних взглядов. Этот посох – не игрушка. Да, Вериса, ты открыла портал с его помощью, но взять полный контроль над посохом, может только тот, кому принадлежал этот посох. То есть могущественному колдуну Тибериусу.

– Я совсем не понимаю, Эрнест, что ты этим хочешь сказать? Что этот посох неуправляем? – спросила Вериса, едва сдерживая негодование.

Эрнест прижал посох к груди, как ценный свиток.

– Знаешь, в чем кроется секрет? Этот посох сделал сам Тибериус. Он заколдовал его так, чтобы другие не смогли использовать его в ущерб его замыслу. Почему у тебя получилось открыть портал? А всё потому, что этого хотел сам Тибериус. В чужих руках он работает не так, как нужно.

Кристиан, до этого молча евший пиццу, поднял голову.

– Значит, Тибериус планировал наш побег?

– Да, возможно. Я не исключаю этой мысли, – ответил Эрнест.

Он повернул посох в руках, и тот снова принял вид простой, неприметной трости.

– А теперь мы молча доедим пиццу, а после сосредоточимся на главном – маскировке. Вам обоим нужно полностью слиться с этим миром.

После того как они поели, Эрнест напомнил Кристиану, что ему нужно выпить микстуру, которую ему прописал врач. Он дал ему свой старый смартфон и установил напоминание, чтобы Кристиан не забыл выпить её вовремя. От микстуры шёл резкий запах спирта, сельдерея и ещё каких-то трав.

Кристиан принюхался к микстуре, поморщился, сделал маленький глоток и закашлял.

– Боже! Из чего сделана эта микстура? – воскликнул он. – Такое ощущение, будто я выпил крепкий сидр, смешанный с сосновой хвоей!

Эрнест, который уже привык к странностям этого мира, равнодушно покачал головой.

– Это называется "натуральные ингредиенты", Кристиан. В отличие от вашей магии, они работают медленно, но не вырубают электричество.

Он принёс свой ноутбук из комнаты и начал клацать по клавиатуре, пока Кристиан с Верисой с любопытством разглядывали экран монитора.

После недолгой паузы Эрнест наконец заговорил:

– Вот, нашёл раздел одежды на сайте "Кэжуал Фэшн". Здесь есть раздел женской и мужской одежды. С кого бы начать?

– Итак, Кристиан, пожалуй, лучше я начну с тебя. Мужчины менее капризны, чем дамы, и не выбирают долго, – сказал он, выгнув бровь.

Вериса закатила глаза.

– Итак, Кристиан, смотри: тебе нужны брюки, рубашки, футболки, майки, носки, а также нижнее бельё. Нужно выбрать тебе что-то ультрасовременное и удобное. И чуть не забыл!

Он встал, порылся в ящиках и, размахивая сантиметровой лентой, сказал:

– Нашёл! Мне нужно снять замеры, – начал он. – Кристиан, встань ровно. Кристиан, сохраняя королевскую осанку, молча подчинился требованию. Эрнест быстро провёл замеры. После того как он закончил, Кристиан облегчённо вздохнул и снова сел на стул, уставившись в ноутбук.

– Отлично, – сказал Эрнест, снова садясь за ноутбук. – Теперь, когда у нас есть размер "средний, и высокий", начнём с выбора. Главное правило маскировки: никакого барокко, никаких гербов, никаких ярких цветов.

Вериса, посмотрев на моделей на сайте одежды, воскликнула:

– Эти мужчинына твоей пластине выглядят как будто игрушечные куклы, которым накрасили лица!

– И вправду, – согласился Кристиан.

Эрнест тяжело вздохнул, понимая, что его работа будет сложнее, чем он предполагал.

– Это называется "мода", – пояснил он, раздражённо листая страницу. – И да, здесь люди красят лица даже без повода к битве. Мы не будем выбирать вам яркие вещи, но нам нужна нейтральная одежда.

– Пожалуй, пока что возьмём удобные и спортивные вещи на первое время. А потом, как только мы переедем в Лондон, купим всё остальное.

Эрнест быстро выбрал и нажал "оплатить".

– Вериса, ты следующая.

Эрнест быстро снял мерки с Верисы, пролистал раздел женской одежды и затем спросил:

– Выбирай: брюки, джинсы, лонгсливы если предпочитаешь классику, или штаны-джоггеры и худи для спортивного стиля.

– Я даже не знаю, что выбрать. Лучше выбери сам, – ответила Вериса, сдавшись перед обилием опций.

– Вериса, я выберу тебе вещи на своё усмотрение, но только потом не говори мне, что хотела другое, – сказал Эрнест.

– Господи! Как трудно выбирать! Я возьму вот это и вот это, – сказала она, тыкая пальцами в экран монитора.

Эрнест недоверчиво посмотрел на экран, куда она ткнула пальцами.

– Выбираешь классику? Отличный выбор, – пробормотал он саркастически.

– Ну что же, заказ оформлен, – сказал Эрнест. – И последний штрих: надо выбрать вам обоим по паре обуви. Лучше взять кроссовки на первое время. Вериса, ты же не будешь прогуливаться по городу в старомодных сапогах? Нам ещё потом нужно будет поехать в магазин, чтобы докупить всё остальное.

Вериса сразу изменилась в лице.

– Наконец-то мы выйдем наружу! Хоть эта новость радует, – сказала она.

– Да, выйдем, не сомневайся, – ответил Эрнест.

– Итак, мы сделали заказ. Курьерская доставка будет завтра, – заключил он.

Эрнест захлопнул крышку ноутбука с тихим, сухим щелчком. Наступила тишина, нарушаемая лишь гулом города за стеклом. Его план был приведен в действие. Кристиан, чувствуя, как действие чар ослабевает, похромал обратно в свою комнату, захватив лекарство, старый смартфон Эрнеста и книгу по Истории Древнего Мира. Он закрыл глаза и, приложив бальзам к лодыжке, попытался представить себе, как его кровь, которую Кайден назвал проклятием, становится его невидимой броней. Вериса осталась в гостиной, которая теперь была освещена только огнями мегаполиса за окном из-за отсутствия электричества. Она ненавидела эту зависимость от его правил и его мира. Но одно она знала точно: пока Кайден в Акривии объявлял на нее и Кристиана охоту, здесь, в сердце этого чужого города, она должна была учиться быть незаметной.

Глава 5

Утро в пентхаусе было тихим и комфортным, наполненным гулом города и запахом свежесваренного кофе. Эрнест проснулся позже обычного, наслаждаясь свободным днём. К его облегчению, техника работала. Электрики, вызванные им вчера вечером, успели наладить подачу электричества, устранив сбой, устроенный Верисой. И, напевая себе под нос, сварил крепкий кофе в блестящей кофемашине. Затем он приготовил завтрак: поджаренный хлеб с маслом и джемом, которые он разложил по тарелкам. Вериса вышла из своей комнаты первой. На ней была та же самая серая толстовка, и она выглядела мрачной и нетерпеливой. Она сразу же направилась к панорамному окну. Вскоре появился и Кристиан. Он был одет в чёрную футболку и джинсы. Его нога всё ещё болела, и он осторожно переносил вес, хотя вчерашняя микстура немного сняла отёчность.