Читать онлайн Заяц в тапках бесплатно
Привет. Я Никита. Мне 34. Суббота, и я проснулся один, в своей хрущевской «двушке» на окраине Новой Москвы (представляете, что это за место, да?), у меня хорошее настроение и большие планы на день. Недавно познакомился в сети с одной богиней. Думаю, ей чуть за сорок. Или не чуть. Но она хороша собой и, кажется, умна. А меня жутко возбуждают умные женщины. Сегодня вечером я встречусь с ней.
Постойте.
Звонит телефон…
Так, похвастаюсь чуть позже, это с работы.
– Да?
– Слушай, Ник, тут у шефа кукушка вылетела и, кажется, совсем сломалась. Он требует, чтобы ты немедленно дал статью в следующий номер, – это Ириша, секретарь шефа, Пал Соломоныча. – Грозится оштрафовать тебя.
– У меня же выходной сегодня, и завтра тоже. У меня планы. Я просто не успею.
– Он говорит, у тебя была для этого целая неделя.
– Вот с-с-сука.
– Ха-ха! Соломоныч то же самое сказал о тебе, – Ириша рассмеялась, но быстро посерьёзнела. – Ладно, без шуток, Ник, он хочет статью, иначе штраф или даже увольнение.
– Если меня уволить, статей не будет вообще. Что-то я не видел очереди на работу к нему в газету.
Ириша – прелестная девушка. Ей 29. Помните актрису из «Такси»? Эмма Виклунд. Она и Ириша как две капли воды похожи. Ириша выше меня на полголовы. Обожаю высоких женщин. Цвет волос у нее всегда разный. На прошлой неделе ходила ярко-рыжая, как средневековая ведьма, а вчера уже была блондинкой. Ей идет любой цвет. Мы хорошие друзья, и она мне очень нравится. И видимся мы не только в редакции. Если звезды удачно располагаются в своих зодиаках, или как это там называется, Ириша приходит ко мне в гости на пару часов. И знаете, что? Когда она рядом, мне кажется, будто я ее люблю, люблю по-настоящему, у меня внутри ангелочки на лирах играют, ромашки распускаются, соловьи поют, ну и прочие романтические прелести происходят. В такие часы я думаю, а не сделать ли ей предложение? Но, к счастью, любовный морок рассеивается вместе с табачным дымом ее последней сигареты, как только за Иришей закрывается дверь. И я снова в порядке. Мы снова просто друзья.
– Ты завтра вечером свободна?
– Нет. Завтра с мамой и папой иду на дэ-эр к бабушке.
– Ясно… Ну, ладно, пока.
– А со статьёй-то что?
Со статьёй я решил не тянуть. Конечно, придется немного поднапрячься, но Соломоныч хорошо платит и не сильно спрашивает. Еще одну такую работу в нашем городке найти будет сложно. Моя бравада ничем не обоснована, а искать новое место?.. Сейчас – не самое лучшее время. Профессия журналиста теряет спрос. Нас слишком много стало. Так что, если нужна статья – будет статья. К понедельнику настрочу десять тысяч знаков. На всю полосу. И как раз чуть-чуть останется места для фривольного фотоколлажа. У меня уже есть кое-какие черновики, перетряхну их, добавлю «воды» и, будьте-нате, получите поток помоев на голову предпринимателя Наумова, который днюет и ночует в кабинете мэра города, облизал всю его семейку с ног до головы и имеет за это кучу муниципальных заказов. Соломоныч его терпеть не может.
Ладно.
А! Я же не рассказал вам о своей новой знакомой. Она, кажется, красива. Ну, на фото – точно красива. Надеюсь, и в жизни она такая же. Да, да, я знаю, что вы скажете. Я и сам уже сто раз попадался на эту удочку: знакомишься в инете с забавной милашкой, а при встрече не знаешь, куда глаза девать – крокодил с маникюром. Но, надеюсь, с Полиной все будет иначе. Её зовут Полина.
Я взял телефон, полистал «телегу», открыл переписку с Полиной. Ещё не заходила. А время? 10:30. Неужели спит? Вот так соня эта Полина. Интересно, какая она утром?
Красивые женщины за сорок делятся на две категории: те, что утром выглядят как «синяк» после запоя, и те, которые больше похожи на каких-то няшных плюшевых существ из фантастического фильма – их сразу, как только они проснулись, хочется обнимать и целовать. А первые должны сперва часа полтора провести в ванной и у зеркала. Впрочем, когда они выходят из дому, отличить кто из них кто – невозможно. И те, и те свежи, полны сил, глаза излучают секс, и это излучение дотла выжигает мозги встречных мужчин, которые посмеют поднять на них свой взгляд. Но для меня они опасности не представляют. Наоборот. Я наслаждаюсь такими глазами, будто бы даже заряжаюсь их энергией.
И я решительно намерен узнать, к какой категории относится Полина.
Странная мысль пришла вдруг: каждые семь минут в мире сходит с ума один человек. Откуда я это знаю? Пожалуй, пора завязывать с интернетом на ночь.
Звоню Ирише.
– Да, Никит?
– А ты знаешь, что каждые семь минут в мире сходит с ума один человек?
– Ты пьян?
– Нет.
– Ник, мне некогда, Соломоныч просил подготовить документы на конкурс, а у меня вообще-то тоже выходной.
– Какой еще конкурс? – я закусил губу, Соломоныч мне ни о чем не говорил.
– На заключение контракта с городом.
– А-а-а, – у меня отлегло от сердца, я уж подумал, главред хочет послать мою статью на какой-нибудь журналистский фестиваль. Я вообще не люблю все эти соревнования пишущей братии, а то, чем я сейчас занимаюсь, журналистикой назвать никак нельзя, один позор. – А мы разве дружим с городом?
– Деньги не пахнут.
– Известное дело… Ну, так ты знала?
– Что?
– Не что, а о чем.
– О чем?
– О том, что каждые семь минут в мире сходит с ума один человек.
– Всё, Ник, пока.
Бросила трубку. Нервничает.
Сейчас 10:53. Что если ровно в 11:00 придет моя очередь? Часы пиликнут, и у меня изо рта потечет слюна, мозг начнет генерировать случайные мысли, никак не связанные друг с другом образы, я потеряюсь в них, заблужусь… что, интересно, чувствуют сумасшедшие? Они ведь что-то чувствуют? Вдруг, они прекрасно отдают себе отчет в том, что тело и разум больше не принадлежат им? Они осознают себя эдаким джинном в закупоренной бутылке, брошенной в море, подчиненной воле ветров и волн, и от этого осознания, мучения их умножаются кратно, а?
10:59…
11:00…
Ну?
Нет. В этот раз не я. Повезло, наверное.
Ладно. Пора вставать. Умываться. Завтракать.
Легкий холостятский завтрак: авокадо – 1 шт (200 г), помидор – 1 штука (200 г), лук ялтинский мелконарезанный – 30 г, творожная масса с изюмом – 90 г, сливки 30-50 мл, бальзамический соус – 10 мл.
Согласен, не у каждого найдется в холодильнике творожная масса с изюмом. Да еще с утра. Про авокадо вообще умолчу. Кстати, на языке ацтеков авокадо звучит как агуакатль. Знаете, как переводится? А вы загуглите. К такому завтраку надо подготовиться. Я подготовился. Прошелся по магазинам. Авокадо оказалось найти проще, чем ялтинский лук. Было лень, но интерес перевесил: рецепт создан будто бы путем гадания пальцем по кулинарной книге. Его мне дала Ириша. Она долго смеялась, глядя на мое удивленное лицо (Ириша говорит, я похож на ёжика, когда удивляюсь), и еще дольше убеждала меня, что не шутит. Что ж, она оказалась права, действительно очень вкусная вещь получилась. Рекомендую.
До самого вечера я неотрывно трудился над статьей, совершив настоящее чудо, – закончил её и остался доволен собой. Повторю: собой. Не статьей. Таких статей я накропал сотни. И это непозволительно гнусно для хорошего человека. Но я, должно быть, человек не совсем хороший. А может и вовсе не хороший. Ну и плевать. Делать я больше ничего не умею, а жить мне как-то надо. И я доволен собой. Потому что опять справился. И наградой мне будет вечер субботы в обществе Полины, и если повезет, то вечер этот продлится до утра – программа максимум. Я, конечно, не очень-то на это рассчитываю, но чем черт не шутит. В жизни бывает всякое. Дамы «сорок плюс» непредсказуемы. Статистика бессильна.