Читать онлайн Забытые ощущения бесплатно

Глава 1. Мир без касаний.

Дождь барабанил по окнам кафе "Серебряная луна" с той настойчивостью, которая обычно заставляет людей поежиться и потянуться к тёплой чашке. Эйден Керрен наблюдал, как капли стекают по стеклу, оставляя извилистые дорожки, и пытался вспомнить, каково это – чувствовать прохладу воды на коже. Три года, два месяца и восемь дней назад он это ощущение потерял навсегда.

Или так ему казалось до сегодняшнего дня.

Он провёл пальцами по краю керамической чашки, наблюдая за движением своей руки со стороны, словно она принадлежала не ему. Рука выглядела совершенно обычной – длинные пальцы археолога, привыкшие к деликатной работе с древними артефактами, небольшой шрам на указательном пальце от неудачного эксперимента в студенческие годы. Но связь между глазами и осязанием давно разорвалась, превратив его собственное тело в красивую, но бесполезную оболочку.

– Размечтался? – голос Миры Вэлден прервал его мысли. Официантка поставила перед ним свежую чашку кофе, её каштановые волосы выбились из небрежного пучка, а в зелёных глазах читалось привычное беспокойство. За два года знакомства она так и не научилась скрывать жалость, хотя изо всех сил пыталась.

– Просто думаю, – Эйден попытался улыбнуться. – О дожде. О том, как он чувствуется.

Мира присела на край столика, нарушая все правила заведения. В полдень четверга кафе почти пустовало, и она могла позволить себе такую вольность.

– А ты помнишь? – спросила она тихо. – Как это было?

Вопрос, которого Эйден одновременно боялся и жаждал. Воспоминания о прикосновениях были для него как старые фотографии – яркие, но плоские, лишённые глубины настоящего переживания.

– Помню, – он кивнул. – Но это как как пытаться описать цвет слепому от рождения. Слова есть, а смысла нет.

Мира протянула руку и осторожно коснулась его ладони. Эйден видел это движение, чувствовал лёгкое давление – его мозг по-прежнему регистрировал физический контакт через зрение и равновесие, но кожа оставалась безмолвной.

– Я бы хотела помочь, – прошептала она.

– Знаю. – Эйден не стал убирать руку. Пусть Мира чувствует тепло его ладони, пусть этого будет достаточно хотя бы для неё. – Но некоторые вещи нельзя исправить.

В тот момент в кафе вошёл курьер в ярко-жёлтой куртке, отряхивая капли дождя. Он огляделся по сторонам, затем направился прямо к их столику.

– Эйден Керрен? – уточнил он, держа в руках небольшую посылку.

– Да, это я.

– Особая доставка. Подпишите здесь, пожалуйста.

Эйден машинально расписался в планшете курьера, не отрывая взгляда от посылки. Она была завёрнута в матово-чёрную бумагу, которая, казалось, поглощала свет, а не отражала его. На ней серебристыми чернилами было выведено его имя – почерк выглядел одновременно древним и элегантным, каждая буква была произведением искусства.

– От кого? – спросила Мира, когда курьер ушёл.

– Обратного адреса нет, – Эйден повернул посылку в руках. – Странно.

Он редко получал почту, тем более от неизвестных отправителей. После того злосчастного дня три года назад он практически перестал заниматься археологией, ушёл из университета и жил на небольшую стипендию по инвалидности. Старые коллеги постепенно потеряли к нему интерес, а новых он не заводил.

– Может, откроешь? – предложила Мира с плохо скрываемым любопытством.

Эйден кивнул и начал осторожно разворачивать упаковку. Бумага оказалась удивительно плотной, почти как кожа, и разворачивалась с тихим шорохом, который почему-то напомнил ему шелест старых пергаментов в университетской библиотеке.

Внутри лежал предмет, завёрнутый в бархатную ткань того же глубокого чёрного цвета. Ткань была настолько мягкой на вид, что Эйден почти физически ощутил разочарование от невозможности прикоснуться к ней по-настоящему.

Он развернул бархат и замер.

На ладони лежал кристалл размером с куриное яйцо, идеально прозрачный, но наполненный внутренним светом. В его глубине медленно перемещались струйки сияния, напоминающие северное сияние в миниатюре. Кристалл был безупречно гладким, без единого изъяна, и излучал тепло – Эйден видел, как воздух над его поверхностью слегка искажался от исходящего жара.

– Господи – выдохнула Мира. – Что это такое?

Эйден не мог ответить. Все его археологические знания подсказывали, что подобного материала в природе не существует. Кристаллы с подобными оптическими свойствами были невозможны, а внутреннее свечение.

Он осторожно взял кристалл пальцами, готовясь к привычному разочарованию от отсутствия ощущений.

И мир взорвался.

Впервые за три года, два месяца и восемь дней Эйден Керрен что-то почувствовал.

Не полноценное осязание – нет, это было похоже на далёкое эхо настоящих ощущений, на воспоминание о прикосновении. Но кристалл был тёплым. Он был гладким. Он пульсировал под пальцами каким-то внутренним ритмом, похожим на сердцебиение.

– Эйден! – голос Миры доносился как из-под воды. – Эйден, что с тобой? Ты весь побледнел!

Он поднял на неё глаза, не в силах поверить происходящему. Кристалл в его руке засиял ярче, реагируя на эмоциональное потрясение.

– Я чувствую его, – прошептал он. – Мира, я чувствую этот камень.

Она схватила его за свободную руку, но там по-прежнему была пустота. Чувствительность распространялась только на кристалл, создавая крошечный островок ощущений в океане бесчувственности.

– Это невозможно, – она покачала головой. – Врачи сказали.

– Врачи многого не знают, – Эйден не мог оторвать взгляда от кристалла. Свет внутри него двигался быстрее, образуя сложные узоры, которые почему-то казались знакомыми. – Особенно когда речь идёт о том, что случилось со мной.

Три года назад он участвовал в археологической экспедиции в горах Каппадокии. Они исследовали недавно обнаруженную пещеру с настенными рисунками, возраст которых предварительно оценивался в десять тысяч лет. Эйден был одним из первых, кто спустился в главную камеру и увидел алтарь в центре.

На алтаре лежал артефакт – каменный диск, покрытый символами, которые не соответствовали ни одной известной письменности. Когда Эйден коснулся диска, пытаясь определить его возраст и происхождение, произошло что-то невозможное. Вспышка света ослепила его, а когда зрение вернулось, диск исчез, а вместе с ним исчезло и осязание.

Врачи не могли найти причину. Все нервы были в порядке, мозг функционировал нормально, но связь между сознанием и тактильными ощущениями была разорвана на каком-то фундаментальном уровне. Они называли это уникальным случаем психосоматического расстройства, но Эйден знал правду – произошло что-то, что выходило за рамки обычной медицины.

– В упаковке что-то ещё есть, – заметила Мира, указывая на чёрную бумагу.

Эйден одной рукой разгладил бумагу, не выпуская кристалл из другой, и обнаружил сложенный листок пергамента. Развернув его, он увидел послание, написанное тем же серебристым чернилами:

Эйден Керрен,*.

*Кристалл Осязания – первый ключ к твоему освобождению. Но он лишь начало пути. Если ты хочешь вернуть то, что потерял, приди в старую библиотеку на Кленовой улице, 47, завтра в полночь. Приходи один и принеси кристалл.*.

*Твоя потеря была не случайной. То, что ты принял за проклятие, на самом деле – пробуждение. Но чтобы понять это, ты должен узнать правду о том, что произошло три года назад.*.

*Время пришло, Эйден. Время вспомнить, кто ты на самом деле.*.

*Первый Хранитель.

Мира прочитала записку через его плечо и отшатнулась.

– Эйден, это какая-то чушь. Кто-то играет с тобой в игры, используя твоё состояние.

Но он покачал головой. Кристалл в его руке пульсировал в такт сердцебиению, и каждый пульс приносил новые ощущения. Не только тактильные – он начинал чувствовать что-то ещё. Энергию. Тепло, исходящее не только от камня, но и от окружающих предметов. От Миры.

– Нет, – он встал, осторожно пряча кристалл в карман куртки. Ощущения не исчезли – тепло продолжало струиться через ткань. – Это не игра. Кем бы ни был этот Первый Хранитель, он знает что-то о том, что со мной случилось.

– И ты собираешься пойти? – Мира схватила его за рукав. – Эйден, подумай! Это может быть ловушка!

– Может быть, – он согласился. – Но это также может быть единственным шансом получить ответы. И вернуть то, что я потерял.

Он посмотрел в окно на дождь, который больше не казался просто визуальным феноменом. Что-то в нём изменилось с того момента, как он коснулся кристалла. Мир стал более реальным. Более живым.

– Кленовая улица, 47, – пробормотал он. – Знаешь, где это?

– В старом районе, – нехотя ответила Мира. – Там есть антикварная библиотека, но она закрылась лет пять назад. Здание пустует.

Эйден кивнул. Идеальное место для встречи, которая должна остаться тайной.

– Я пойду с тобой, – решительно сказала Мира.

– Нет. – Его голос прозвучал более твёрдо, чем обычно. – В записке сказано – приходить одному.

– Эйден.

– Мира, пожалуйста. – Он взял её руки в свои, жалея о том, что не может почувствовать их тепло. – Если что-то пойдёт не так, если я не вернусь завтра к утру – обращайся в полицию. Покажи им эту записку.

Она смотрела на него долго и внимательно, борясь с желанием продолжить спор. Наконец вздохнула:

– Обещай мне, что будешь осторожен.

– Обещаю.

Эйден заплатил за кофе и направился к выходу. У двери он обернулся и увидел, что Мира всё ещё сидит за их столиком, глядя на чёрную упаковочную бумагу, которая лежала рядом с недопитым кофе.

На улице дождь усилился, но Эйден почти не замечал его. Кристалл в кармане излучал тепло, которое распространялось по всему телу, пробуждая что-то, что спало глубоко внутри. Впервые за три года он чувствовал себя живым.

Завтра в полночь он узнает правду. Правду о том, что случилось в той пещере. Правду о том, кем он был до потери осязания. И, возможно, правду о том, кем ему предстоит стать.

Глава 2. Библиотека тайн.

Одиннадцать тридцать вечера. Эйден стоял перед зданием на Кленовой улице, 47, сжимая в кармане кристалл, который за прошедшие сутки стал его единственной связью с миром ощущений. Здание выглядело именно так, как он и представлял – три этажа викторианской архитектуры, потемневшие от времени кирпичи, заколоченные окна и табличка "Продаётся" на входной двери.

Но что-то было не так.

Несмотря на заброшенный вид, из окон второго этажа струился мягкий золотистый свет, а воздух вокруг здания казался живым. Эйден не мог объяснить это ощущение словами – оно приходило не через обычные органы чувств, а через что-то более глубокое, что пробудилось в нём с появлением кристалла.

Он подошёл к входной двери и осторожно потянул за ручку. К его удивлению, дверь открылась без скрипа, словно её смазывали каждый день. За порогом его встретила не заброшенная пыльная комната, а просторный холл с мраморным полом, по которому танцевали блики света от множества свечей.

– Добро пожаловать, Эйден Керрен.

Голос был низким, мелодичным, с едва уловимым акцентом, который невозможно было определить. Эйден поднял взгляд и замер.

На мраморной лестнице, ведущей на второй этаж, стояла женщина. Ей было на вид около тридцати, но что-то в её глазах говорило о гораздо большем возрасте. Длинные волосы цвета воронова крыла спадали до пояса, а кожа была настолько бледной, что казалась почти прозрачной. Она была одета в простое чёрное платье, которое, несмотря на скромность покроя, выглядело невероятно элегантно.

Но больше всего поражали её глаза. Они были фиолетовыми – не просто тёмно-синими или серыми с фиолетовым оттенком, а именно фиолетовыми, цвета аметиста на солнце.

– Вы Первый Хранитель? – спросил Эйден, чувствуя, как кристалл в кармане начинает пульсировать быстрее.

Женщина улыбнулась, и эта улыбка была одновременно тёплой и печальной.

– Нет. Меня зовут Селена Лунвейвер. Я хранитель этой библиотеки. А Первый Хранитель он ждёт тебя наверху.

Она спустилась по лестнице с грацией танцовщицы, каждое её движение было настолько плавным, что казалось, будто она не идёт, а плывёт по воздуху.

– Селена, – повторил Эйден, пробуя имя на вкус. – Как луна.

– Очень проницательно, – она остановилась в нескольких шагах от него. – Ты нервничаешь. Я это чувствую.

– А вы не должны бы? – Эйден попытался сохранить спокойствие, но её близость действовала на него странно. Кристалл в кармане пульсировал всё быстрее, и он начинал ощущать что-то новое – не только тепло камня, но и энергию. Исходящую от Селены. – После всего, что произошло, я имею право на осторожность.

– Конечно, – она кивнула. – Ты потерял так много. И всё же пришёл.

– Кристалл – он вынул камень из кармана. В присутствии Селены тот засиял ярче, отбрасывая причудливые тени на стены. – Он действительно вернул мне часть осязания. Как такое возможно?

Селена внимательно посмотрела на кристалл, и в её фиолетовых глазах промелькнуло что-то похожее на удивление.

– Кристалл Осязания, – прошептала она. – Я думала, они все были уничтожены во время Великого Разрыва.

– Великого чего?

– Всему своё время, Эйден. Сначала нам нужно подняться наверх. Первый Хранитель расскажет тебе то, что ты должен узнать.

Она повернулась к лестнице, но Эйден остался на месте.

– Подождите. Я хочу понять что это за место? Снаружи оно выглядит заброшенным, а здесь.

– Здесь всё именно так, как должно быть, – Селена обернулась к нему. – Эйден, скажи мне – когда ты потерял осязание, изменилось ли что-то ещё?

Вопрос застал его врасплох. Он никогда не говорил об этом врачам, даже Мире не рассказывал, но.

– Да, – признался он тихо. – Я начал видеть вещи. Чувствовать их по-другому. Не кожей, а не знаю, как это объяснить.

– Аурами, – подсказала Селена. – Энергетическими полями. Ты начал воспринимать мир так, как его видят те, кого в нашем мире называют Одарёнными.

– Одарёнными?

– Людьми, которые могут чувствовать магию. Взаимодействовать с ней. – Она сделала шаг к нему, и воздух между ними словно сгустился от энергии. – Эйден, потеря твоего осязания не была случайностью или болезнью. Это было пробуждением.

Мир вокруг него качнулся. Эйден ухватился за мраморную колонну, благодаря богу за то, что кристалл позволял ему почувствовать её прохладную поверхность.

– Магия не существует, – прошептал он.

– Не существует? – Селена подняла руку, и в её ладони появился шарик мягкого серебристого света. – Тогда что это?

Свет танцевал в её пальцах, отбрасывая перламутровые блики на её лицо. Эйден смотрел завороженно – не только на магию, но и на женщину, которая её создавала. Селена была прекрасна с той неземной красотой, которая одновременно притягивала и пугала.

– Это невозможно, – он покачал головой, но слова звучали неубедительно даже для него самого.

– А кристалл в твоей руке возможен? – она погасила свет и снова опустила руку. – Эйден, тот артефакт, к которому ты прикоснулся три года назад он не был простым археологическим находкой. Он был одним из Ключей Пробуждения.

– Ключей чего?

– Древних артефактов, созданных первыми магами для того, чтобы пробуждать скрытые способности в тех, кто имеет к ним предрасположенность. – Селена начала медленно подниматься по лестнице, и Эйден машинально последовал за ней. – Когда ты коснулся Ключа, он активировал твои дремлющие способности. Но процесс пошёл не так, как должен был.

– Что значит – не так?

– Обычно пробуждение происходит постепенно, под руководством опытного наставника. Твоё же было взрывным. Резким. Твоё сознание не успело адаптироваться, и произошёл конфликт между старым и новым способом восприятия мира. – Она остановилась на площадке второго этажа и повернулась к нему. – Твой мозг заблокировал обычное осязание, чтобы защитить тебя от перегрузки новыми ощущениями.

Эйден прислонился к перилам, пытаясь осмыслить услышанное. Через окно второго этажа в коридор проникал лунный свет, и в его серебристых лучах Селена выглядела почти неземной.

– Значит, я что? Маг?

– Ты – потенциальный Хранитель Чувств, – её голос стал торжественным. – Один из тех, кто рождается раз в несколько поколений с даром чувствовать и контролировать самую основу человеческого восприятия.

– И сколько таких, как я?

– В данный момент? – Селена грустно улыбнулась. – Ты один, Эйден. Последний.

Тишина повисла между ними, тяжёлая и значимая. Эйден чувствовал, как кристалл в его руке пульсирует в такт сердцебиению, а воздух вокруг Селены буквально вибрирует от магической энергии.

– Что случилось с остальными? – спросил он наконец.

– Они погибли во время Войны Чувств, пятьсот лет назад. Тёмные маги, которые называли себя Похитителями Ощущений, охотились на Хранителей, чтобы украсть их способности. – В голосе Селены звучала древняя боль. – Мой народ сражался вместе с вашими предками, но мы проиграли. Остались только я и несколько других хранителей знаний.

– Ваш народ?

Селена колебалась мгновение, затем сделала что-то невероятное. Её облик начал меняться – не кардинально, но достаточно, чтобы открыть её истинную природу. Уши стали чуть более заострёнными, глаза – больше и ярче, а в воздухе вокруг неё появилось едва заметное свечение.

– Я – дочь фей, – сказала она просто. – Полукровка. Моя мать была человеком, отец – лордом Летнего Двора. Я живу уже двести лет, Эйден. И всё это время я ждала того, кто сможет восстановить баланс между мирами.

Эйден смотрел на неё во все глаза. Селена была ещё прекраснее в своём истинном обличье – неземная красота приобрела глубину и магическое очарование, от которого захватывало дух.

– Вы ждали меня?

– Ждала кого-то, кто сможет стать новым Первым Хранителем. – Она протянула к нему руку ладонью вверх. – Эйден, дай мне кристалл на мгновение.

Он колебался. Кристалл был его единственной связью с миром ощущений, и мысль о том, чтобы расстаться с ним даже на секунду, вызывала панику.

– Я не заберу его у тебя, – мягко сказала Селена. – Просто хочу показать тебе кое-что.

Неохотно Эйден положил кристалл на её ладонь. Как только камень коснулся её кожи, он вспыхнул ослепительным светом. Но свет был не белым – он переливался всеми цветами радуги, создавая вокруг них ауру чистой магии.

– Видишь? – Селена подняла кристалл выше. – Он реагирует на нашу совместную энергию. Твою – пробуждающегося Хранителя, и мою – фейской крови. Это знак.

– Знак чего?

– Того, что мы можем работать вместе. Что вместе мы сможем найти остальные Кристаллы Чувств и восстановить твои способности полностью.

Эйден принял кристалл обратно, и тёплые ощущения немедленно вернулись. Но теперь они были сильнее – он чувствовал не только сам камень, но и лёгкую энергетическую связь с Селеной.

– Остальные кристаллы?

– Всего их пять, – она повернулась к длинному коридору, уставленному книжными полками. – Кристалл Осязания, который у тебя. Кристалл Зрения, который позволяет видеть сквозь иллюзии. Кристалл Слуха, дающий способность слышать мысли. Кристалл Обоняния, открывающий доступ к эмоциональным следам. И Кристалл Вкуса, который позволяет чувствовать ложь.

– И где они все?

– Разбросаны по миру и спрятаны в местах силы. Их поиск займёт время, и путь будет опасным. – Селена остановилась перед массивной дубовой дверью. – Но сначала тебе нужно встретиться с Первым Хранителем. Он расскажет тебе о твоём наследии.

– Наследии?

– Эйден, – она повернулась к нему, и в её фиолетовых глазах он увидел что-то, что заставило его сердце биться быстрее. – Ты не просто случайно коснулся того артефакта. Ты – прямой потомок последнего Первого Хранителя. В твоих жилах течёт кровь самого могущественного мага в истории человечества.

Дверь медленно открылась сама собой, открывая вид на круглую комнату, стены которой были покрыты книгами от пола до потолка. В центре комнаты стоял письменный стол, а за ним.

Эйден моргнул несколько раз, не веря своим глазам. За столом никого не было. Только слабое свечение, едва заметное в воздухе.

– Добро пожаловать, потомок мой, – голос не имел источника, он словно исходил из самого воздуха. – Я ждал тебя очень долго.

– Где вы? – спросил Эйден, оглядываясь по сторонам.

– Меня убили триста лет назад, – ответил голос с нотками печали. – Но моя душа была привязана к этому месту, чтобы дождаться того, кто продолжит моё дело. Я – дух Мастера Артемиуса Керрена, твоего прапрапра ну, очень далёкого предка.

– Керрен? – Эйден почувствовал, как мир снова качается под ногами. – Но это.

– Твоя фамилия. Да. Она не случайна. Твоя семейная линия хранит магическую кровь Хранителей Чувств уже пятнадцать поколений. – Свечение над столом стало ярче. – И теперь пришло время тебе принять своё наследие.

Селена подошла к нему ближе, и он почувствовал исходящее от неё тепло – не только физическое, но и эмоциональное. Её присутствие успокаивало его в этом невероятном хаосе откровений.

– Что мне делать? – спросил он.

– Сначала – обучаться, – ответил дух Артемиуса. – Селена станет твоим наставником в магических искусствах. Затем – искать остальные кристаллы. И наконец – голос стал серьёзнее, – готовиться к войне.

– К войне?

– Похитители Ощущений не исчезли, Эйден. Они только ждали. Ждали появления нового Хранителя, чтобы украсть его силы и обрести окончательную власть над человеческим восприятием. – В воздухе появилось изображение – тёмные фигуры в масках, окружённые зловещей аурой. – Их лидер, Архимаг Ворон, всё ещё жив. И он уже знает о твоём пробуждении.

Эйден ощутил холодок страха, пробежавший по спине. Кристалл в его руке потускнел, реагируя на его эмоции.

– Сколько у нас времени?

– Не знаю, – честно ответил дух. – Но знаю точно – ты не можешь пройти этот путь в одиночку. – Свечение повернулось в сторону Селены. – Доверяешь ли ты ей, потомок мой?

Эйден посмотрел на Селену. Её фиолетовые глаза встретились с его взглядом, и в них он увидел не только древнюю мудрость, но и что-то более личное. Заботу. Возможно, даже зарождающуюся привязанность.

– Да, – сказал он, удивляясь твёрдости собственного голоса. – Я ей доверяю.

Селена улыбнулась, и эта улыбка была как восход солнца после долгой ночи.

– Тогда мы начнём завтра, – решил дух Артемиуса. – Селена покажет тебе основы контроля над энергией. А пока что иди домой, Эйден. Отдохни. Впереди у нас долгий путь.

– Подождите, – Эйден не двинулся с места. – У меня ещё тысяча вопросов. О кристаллах, о моих способностях, о.

– О нас? – тихо спросила Селена.

Он повернулся к ней и кивнул. Да, о них тоже. О том странном притяжении, которое он почувствовал с первого взгляда. О том, как её присутствие заставляло кристалл светиться ярче. О том, что впервые за три года он чувствовал себя не сломленным, а живым.

– Всему своё время, – повторила она его мысли. – Но знай – ты больше не одинок в этом мире, Эйден Керрен.

Дух Артемиуса засмеялся – звук был тёплым и добрым.

– Похоже, мой потомок уже нашёл себе спутницу для предстоящих приключений. Это хорошо. Хранители всегда работали лучше в паре с теми, кто дополняет их способности.

Селена слегка покраснела – очаровательно и по-человечески, несмотря на её фейскую природу.

– Иди, – сказала она Эйдену. – И завтра вечером приходи снова. Мы начнём твоё обучение.

Эйден кивнул и направился к выходу, но у двери остановился.

– Селена? Спасибо. За то, что поверили в меня.

– Спасибо тебе, – ответила она. – За то, что дал мне надежду впервые за два столетия.

Когда Эйден вышел из библиотеки, здание снова выглядело заброшенным. Но кристалл в его кармане всё ещё пульсировал теплом, напоминая о том, что произошедшее было не сном.

Он шёл по ночным улицам, размышляя о невероятных откровениях этого вечера. Магия. Феи. Древняя война. И Селена – загадочная, прекрасная женщина, которая стала мостом между его старой жизнью и новой судьбой.

Три года назад он потерял способность чувствовать мир вокруг себя. Но сегодня он нашёл нечто большее – цель, силу и, возможно, любовь.

Глава 3. Осколки прошлого.

Эйден не мог заснуть. Он лежал в своей маленькой квартире, держа кристалл в руках и наблюдая, как внутренний свет камня танцует в темноте. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним всплывали образы из библиотеки – фиолетовые глаза Селены, её улыбка, способ, которым она двигалась, словно танцуя с самим воздухом.

Но больше всего его мучили слова духа Артемиуса: Ты не просто случайно коснулся того артефакта.

Эйден сел на кровати и посмотрел на часы. Три утра. Он знал, что не заснёт, пока не разберётся с воспоминаниями о той ночи. Три года он старался не думать о Каппадокии, о том, что произошло в пещере. Но теперь, когда он узнал правду о своём наследии, пришло время посмотреть на те события под новым углом.

Кристалл потеплел в его руках, и внезапно комната наполнилась мягким свечением. В воздухе появились образы – не галлюцинации, а настоящие воспоминания, материализованные силой камня.

*Каппадокия, Турция. Сентябрь 2022 года.*.

Двадцатитрёхлетний Эйден Керрен был полон энтузиазма. Это была его первая серьёзная экспедиция в качестве ведущего археолога, возможность доказать себе и научному сообществу, что он достоин продолжить семейную традицию. Да, семейную – теперь он понимал, что его тяга к древним артефактам была не случайной.

Пещерный комплекс обнаружили местные пастухи месяцем ранее. Предварительные исследования показали, что возраст настенных рисунков может достигать десяти тысяч лет, что делало находку одной из самых значимых в регионе.

Эйден помнил, как они спускались в главную камеру по верёвочным лестницам. Профессор Хартвелл, руководитель экспедиции, шёл первым, за ним – Эйден и трое других студентов. Воздух в пещере был удивительно свежим, словно где-то работала система вентиляции, хотя это было невозможно.

– Боже мой, – прошептал профессор, когда луч его фонаря выхватил из темноты стены главной камеры.

Рисунки были невероятными. Не примитивные наскальные изображения, которых ожидал Эйден, а сложные, многослойные композиции, выполненные с мастерством, которое могло соперничать с работами мастеров Ренессанса. Фигуры людей переплетались с изображениями существ, которых невозможно было отнести к известным видам животных. У некоторых были крылья, у других – заострённые уши и светящиеся глаза.

– Феи, – сейчас Эйден понимал, что изображали древние художники.

Но центром композиции был алтарь в середине камеры. Каменная плита, покрытая символами, которые не соответствовали ни одной известной письменности. А на алтаре.

– Что это такое? – спросила Сара, одна из студенток, направив луч фонаря на центр алтаря.

Там лежал диск размером с обеденную тарелку, вырезанный из чёрного камня. Поверхность диска была покрыта теми же символами, что и алтарь, но они словно светились изнутри слабым серебристым светом.

– Я никогда не видел ничего подобного, – пробормотал профессор Хартвелл, приближаясь к алтарю. – Эйден, ты же специализируешься на неизвестных артефактах. Что думаешь?

Эйден подошёл ближе, и произошло нечто странное. Чем ближе он оказывался к диску, тем ярче становилось свечение символов. Остальные этого не замечали – казалось, только он видел, как артефакт реагирует на его присутствие.

– Материал неизвестен, – сказал он, внимательно изучая диск, но не касаясь его. – Символы они напоминают руническое письмо, но это определённо что-то другое. Более древнее.

– Можешь определить назначение?

Эйден колебался. В глубине души он знал ответ, хотя это было невозможно. Диск не был просто украшением или религиозным символом. Он был ключом. К чему – Эйден не понимал, но ощущение было настолько сильным, что его руки буквально тянулись к артефакту.

– Не знаю, – соврал он. – Нужны дополнительные исследования.

Но даже произнося эти слова, он протягивал руку к диску. Внутренний голос кричал ему остановиться, что прикосновение изменит всё, но другая часть его сознания – более глубокая, более древняя – жаждала контакта.

Его пальцы коснулись холодной поверхности камня.

Мир взорвался.

Эйден в своей квартире вздрогнул, переживая тот момент заново. Кристалл в его руках пульсировал в такт его сердцебиению, а воспоминания продолжали разворачиваться перед ним с новой ясностью.

Когда он коснулся диска, произошло несколько вещей одновременно. Сначала – вспышка света, настолько яркая, что она ослепила всех присутствующих. Затем – звук, похожий на звон тысячи колоколов. И наконец – голос.

Пробуждение началось, сын Керренов. Готов ли ты принять своё наследие?

Голос звучал прямо в его голове, и только сейчас Эйден понимал, что это был тот же голос, который он слышал в библиотеке – голос духа Артемиуса.

– Что что происходит? – прошептал он тогда, но остальные его не слышали. Они лежали без сознания, поражённые вспышкой света.

Ты коснулся Ключа Пробуждения, как и предсказывали древние. Но ты не готов. Твоё сознание не обучено магическим искусствам. Пробуждение будет болезненным.

– Не понимаю.

Твоё тело обретёт новые способности, но ценой старых. Ты потеряешь осязание, но взамен получишь возможность чувствовать энергетические поля всех живых существ. Когда придёт время, когда ты будешь готов к обучению, я пошлю тебе знак.

– Какой знак?

Но голос уже исчезал, а диск в его руках начал рассыпаться, превращаясь в серебристую пыль, которая растворилась в воздухе.

Эйден очнулся в больнице три дня спустя. Врачи сказали, что в пещере произошёл обвал – небольшой, никто серьёзно не пострадался, но Эйден получил удар по голове падающим камнем. Остальные члены экспедиции помнили только вспышку света, после которой часть потолка обрушилась.

Диск исчез. Официальная версия гласила, что он был уничтожен при обвале, но Эйден знал правду. Артефакт выполнил своё предназначение и саморазрушился.

А осязание осязание исчезло на следующий день после пробуждения в больнице.

Воспоминания растворились, оставив Эйдена один на один с кристаллом в тёмной квартире. Он понимал теперь, что произошло. Ключ Пробуждения активировал его скрытые способности, но без должной подготовки процесс пошёл неправильно. Его мозг заблокировал обычное осязание, чтобы освободить место для новых, магических ощущений.

А знаком, о котором говорил дух Артемиуса, оказался кристалл.

Эйден посмотрел на часы. Половина шестого утра. До встречи с Селеной оставалось больше двенадцати часов, но он уже не мог думать ни о чём другом. Он вспоминал её лицо, её голос, способ, которым она двигалась. Было что-то гипнотическое в её грации, что-то, что заставляло его сердце биться быстрее.

*Она дочь фей*, – напомнил он себе. *Ей двести лет. А я – обычный человек, который только вчера узнал о существовании магии.*.

Но разве это имело значение? В мире, где существовали кристаллы, восстанавливающие потерянные чувства, где духи предков давали советы из загробного мира, где прикосновение к древнему артефакту могло изменить всю жизнь – разве в таком мире не могли быть возможными и другие чудеса?

Например, любовь между человеком и полуфеей.

Эйден покраснел, осознав направление своих мыслей. Он знал Селену всего несколько часов, но уже чувствовал к ней влечение, которое выходило за рамки простого физического притяжения. Было что-то в её глазах, в её голосе, что резонировало с чем-то глубоким внутри него.

Кристалл в его руках засиял ярче, реагируя на эмоции. И внезапно Эйден почувствовал нечто удивительное – слабую, но определённую энергетическую связь с кем-то на расстоянии. Тёплую, успокаивающую присутствие, которое могло принадлежать только одному человеку.

Селене.

Он закрыл глаза и сосредоточился на этом ощущении. Связь была тонкой, как паутинка, но реальной. Он мог почувствовать её эмоции – удивление, затем радость, а потом что-то более сложное и интимное.

Эйден? – её голос прозвучал в его сознании, мягкий и удивлённый.

Селена? Это это ты?

Да. Ты научился устанавливать телепатическую связь за одну ночь? Это невероятно.

Я не знаю, как это происходит. Просто думал о тебе, и.

Пауза. Эйден почувствовал, как волна тепла прошла по их связи.

Ты думал обо мне?

Не мог не думать. После всего, что произошло ты изменила мою жизнь, Селена.

А ты – мою. Впервые за двести лет я чувствую надежду. И что-то ещё.

Что?

Ещё одна пауза, длиннее предыдущей.

Влечение. К человеку, который может стать самым могущественным магом нашего времени. К мужчине, который смотрит на меня не как на древнюю покровительницу или мистическое существо, а как на женщину.

Сердце Эйдена забилось быстрее. Он чувствовал её эмоции через связь – смущение, надежду, зарождающуюся привязанность.

Селена, я я тоже чувствую влечение к тебе. Знаю, это безумие – мы только познакомились, ты дочь фей, я даже не умею пользоваться магией.

Эйден. – её голос в его сознании стал мягче. В нашем мире многие вещи, которые кажутся невозможными обычным людям, совершенно естественны. Связь между душами, например. Она не зависит от расы или возраста. Она зависит только от того, насколько два существа подходят друг другу.

И мы подходим?

Кристалл светится ярче всего, когда мы находимся рядом. Наши энергетические поля резонируют друг с другом. А сейчас мы установили телепатическую связь, хотя ты ещё даже не начал обучение. – в её голосе прозвучал смех. Я бы сказала, что мы не просто подходим друг другу. Мы созданы друг для друга.

Эйден лёг на спину, держа кристалл на груди и наслаждаясь этим невероятным ощущением близости с кем-то, кто находился на другом конце города.

Селена, расскажи мне о себе. О настоящей тебе, не о хранительнице библиотеки или наставнице в магии. О женщине.

Он почувствовал её удивление, затем тепло.

Никто не спрашивал меня об этом уже очень давно. – призналась она. Что ты хочешь знать?

Всё. Как ты жила эти двести лет? О чём мечтаешь? Что любишь, чего боишься?

И Селена рассказала. Через телепатическую связь, которая становилась всё сильнее, она поведала ему историю своей жизни. О детстве в Летнем Дворе фей, где она была принцессой, но никогда не чувствовала себя дома из-за человеческой крови. О решении уйти в мир людей, чтобы найти своё место. О долгих годах одиночества, когда она хранила древние знания, ожидая того, кто сможет их использовать.

О том, как она мечтала найти кого-то, кто полюбит её не за магическую силу или красоту, а за неё саму. Кто-то, с кем она сможет разделить и радости, и печали.

А ты, Эйден? Расскажи мне о своей жизни до того дня в пещере.

И он рассказал. О своём детстве в семье учёных, где археология была не просто профессией, а призванием. О годах в университете, когда он чувствовал, что его тянет к чему-то большему, чем обычная наука. О той странной интуиции, которая помогала ему находить самые интересные артефакты.

Теперь я понимаю, что это была магическая кровь, – признался он. Она проявлялась даже тогда, когда я не знал о её существовании.

А что ты чувствовал все эти три года? После потери осязания?

Эйден задумался. Как описать те годы пустоты, когда мир превратился в красивую, но недоступную картинку?

Одиночество. Будто я был заперт в стеклянной клетке – мог видеть жизнь вокруг, но не участвовать в ней полноценно. Люди начали относиться ко мне по-другому. Не жестоко, но осторожно. Как к чему-то хрупкому.

А теперь?

Теперь я чувствую, что проснулся после долгого сна. И не только из-за кристалла. – он сделал паузу. Из-за тебя, Селена. Ты заставляешь меня чувствовать себя живым.

Волна эмоций прошла по их связи – радость, нежность, и что-то более глубокое, что ни один из них пока не был готов назвать вслух.

Эйден, на улице рассветает. Тебе нужно отдохнуть перед сегодняшним занятием.

Не хочу разрывать связь. Впервые за три года я не чувствую себя одиноким.

Связь не разорвётся. Она станет слабее, но останется. Теперь мы всегда сможем чувствовать друг друга. – её голос стал мягче. Спи, мой дорогой археолог. Мне тоже нужно подготовиться к урокам. Вечером я покажу тебе чудеса, о существовании которых ты даже не подозревал.

Селена?

Да?

Спасибо. За то, что дала мне надежду. За то, что за то, что появилась в моей жизни.

Спасибо тебе, Эйден Керрен. За то, что пробудил меня к жизни после двух веков ожидания.

Связь ослабла, но не исчезла полностью. Эйден всё ещё мог чувствовать тёплое присутствие Селены где-то на краю сознания. Он положил кристалл на прикроватную тумбочку и впервые за три года заснул с улыбкой на лице.

Ему снились сны о фиолетовых глазах, серебристом смехе и прикосновениях, которые он мог не только увидеть, но и почувствовать.

Глава 4. Пророчество Прикосновений.

Эйден проснулся от солнечных лучей, проникающих через неплотно задернутые шторы. Впервые за три года он чувствовал себя по-настоящему отдохнувшим. Кристалл на прикроватной тумбочке мягко светился в утреннем свете, а в глубине сознания он ощущал тёплое присутствие Селены.

Телефон показывал половину десятого утра. Эйден потянулся, удивляясь тому, насколько легко и естественно он воспринимал новую реальность. Ещё вчера магия казалась ему выдумкой, а сегодня он уже общался телепатически с дочерью фей и планировал искать древние артефакты.

Доброе утро, соня, – голос Селены прозвучал в его сознании, наполненный тёплым смехом.

Доброе утро. Ты следишь за мной? – ответил он, взяв кристалл в руки и наслаждаясь возвращением тактильных ощущений.

Не слежу. Просто чувствую, когда ты просыпаешься. Наша связь становится сильнее.

Это было правдой. Эйден мог не только слышать её голос, но и смутно ощущать её эмоции – лёгкое волнение, радость от их общения и что-то похожее на нетерпение.

Что-то случилось?

Не случилось – произошло. Ночью я изучала древние тексты о Хранителях Чувств, пытаясь найти больше информации о твоих способностях. И нашла кое-что важное.

Что именно?

Пророчество. Очень старое и очень точное. Лучше я расскажу тебе лично. Можешь прийти пораньше?

Эйден посмотрел на часы. До их назначенной встречи оставалось ещё девять часов.

Сколько пораньше?

Сейчас? – в её голосе звучала такая надежда, что он не мог отказать.

Давай через час. Мне нужно привести себя в порядок.

Конечно. Эйден?

Да?

Я я скучала по тебе. Даже за эти несколько часов.

Сердце Эйдена забилось быстрее. Я тоже скучал. Это нормально – так быстро привязываться?

Для обычных людей – может быть, и нет. Но мы не обычные, помнишь?

Час спустя Эйден стоял перед знакомым зданием на Кленовой улице. На этот раз дверь открылась ещё до того, как он до неё дотронулся, и его встретила Селена в простом белом платье, которое подчёркивало её неземную красоту.

– Ты пришёл, – сказала она, и в её голосе слышалась такая радость, словно они не виделись месяцы, а не часы.

– Обещал же, – Эйден шагнул внутрь и закрыл дверь. – Селена, я хотел сказать.

Она оказалась рядом с ним быстрее, чем он успел моргнуть, и её руки легли на его грудь. Эйден видел прикосновение, но не чувствовал его через ткань рубашки. Зато кристалл в кармане пульсировал в ответ на её близость.

– Что ты хотел сказать? – прошептала она, поднимая на него фиолетовые глаза.

– То, что происходит между нами я никогда не чувствовал ничего подобного. Даже до потери осязания.

– А я не чувствовала ничего подобного за все двести лет своей жизни, – ответила она. – Эйден, я изучила пророчество. И теперь понимаю, почему наша связь такая сильная.

Он взял её руки в свои, сожалея о том, что не может почувствовать тепло её кожи.

– Расскажи мне.

Селена кивнула и повела его вверх по лестнице. Но на этот раз они прошли мимо кабинета с духом Артемиуса и направились в другую комнату – библиотеку, стены которой от пола до потолка были уставлены древними книгами и свитками.

В центре комнаты стоял большой стол, а на нём лежала раскрытая книга. Страницы были сделаны из какого-то материала, который выглядел как пергамент, но сиял собственным светом.

– Это Книга Первоначал, – объяснила Селена. – Одна из трёх сохранившихся копий. В ней записаны все пророчества, касающиеся Хранителей Чувств.

Эйден подошёл к столу и посмотрел на открытую страницу. Текст был написан на языке, которого он не знал, но символы казались удивительно знакомыми.

– Я могу это прочитать, – сказал он с удивлением.

– Конечно можешь. Это древний язык магии. Все потомки Хранителей понимают его на интуитивном уровне. – Селена встала рядом с ним, и её близость заставила воздух между ними буквально вибрировать от энергии. – Читай.

Эйден сосредоточился на тексте, и слова начали складываться в понятные предложения:

Когда мир забудет прикосновение к магии, когда Хранители падут, а их кристаллы рассеются по земле, придёт Последний из рода Керренов. Он потеряет то, что ценят все люди, но обретёт то, что превыше всех сокровищ.*.

*Дочь двух миров станет его спутницей, та, что хранит мудрость веков в сердце, юном как утренняя роса. Их связь пробудит силы, спящие в глубине земли.*.

*Пятеро испытаний ждут Последнего: Лабиринт Пустоты, где он должен найти путь без касаний. Зеркала Иллюзий, где правда скрыта за обманом. Колодец Воспоминаний, где прошлое станет оружием против настоящего. Мост Эмоций, где чужие чувства станут его собственными. И наконец, Врата Выбора, где он должен решить судьбу двух миров.*.

*Если он пройдёт все испытания, Кристаллы Чувств воссоединятся, и новый Орден восстанет из пепла старого. Если же он падёт, мир погрузится во тьму, где Похитители Ощущений будут царствовать вечно.

Эйден отступил от стола, ошеломлённый.

– Это это обо мне?

– О тебе, – подтвердила Селена. – Последний из рода Керренов. Тот, кто потерял осязание, но обрёл способность чувствовать магию.

– А ты дочь двух миров?

Селена кивнула. – Человеческого и фейского. В пророчестве говорится, что мы должны пройти этот путь вместе.

Эйден посмотрел на неё внимательнее. – "Хранит мудрость веков в сердце, юном как утренняя роса." Это о твоём возрасте?

– Для фей двести лет – это действительно юность. Я только недавно достигла совершеннолетия по меркам моего народа. – Она слегка покраснела. – Поэтому, несмотря на долгую жизнь, я никогда не у меня не было близких отношений.

– Никогда?

– Никогда. – Она подняла на него глаза. – Я ждала. Не зная чего именно, но чувствуя, что должна ждать. А теперь понимаю – я ждала тебя.

Эйден почувствовал, как между ними натягивается невидимая нить притяжения. Он сделал шаг к ней, и она не отступила.

– Селена, я.

– Эйден, – её голос был мягким, почти шёпотом. – Я знаю, что мы едва знакомы. Знаю, что всё происходит слишком быстро. Но то, что я чувствую к тебе.

– Что ты чувствуешь?

Вместо ответа она протянула руку и коснулась его щеки. Эйден видел прикосновение, но не чувствовал его кожей. Однако что-то другое, более глубокое, откликнулось на её касание. Кристалл в его кармане засиял, и внезапно он ощутил тепло её пальцев – не физически, но энергетически.

– Я чувствую, что нашла свою вторую половину, – прошептала она. – Того, кто дополняет меня, делает цельной.

– А я чувствую, что впервые за три года по-настоящему живу, – ответил он, накрыв её руку своей. – Селена, это пророчество пять испытаний. Они будут опасными?

– Очень опасными. Многие из тех, кто пытался пройти подобные испытания в прошлом, погибли. – Её глаза потемнели от беспокойства. – Но у них не было того, что есть у нас.

– Чего именно?

– Связи. Любви. – Она произнесла последнее слово так тихо, что он едва расслышал. – Да, Эйден. Я люблю тебя. Знаю, это безумие – влюбиться за один день. Но сердце не спрашивает разрешения у разума.

Эйден чувствовал, как его собственное сердце готово выпрыгнуть из груди. – Я тоже люблю тебя, – сказал он, и слова прозвучали так естественно, словно он говорил их всю жизнь. – Не знаю как, не знаю почему, но это правда.

Селена улыбнулась, и её лицо засияло от счастья. – Тогда у нас есть всё необходимое для победы.

В этот момент воздух в комнате изменился, став более плотным, наполненным магической энергией. На пороге библиотеки появился знакомый свет – дух Артемиуса.

– Прошу прощения за вторжение, – его голос звучал с оттенком смущения. – Но мне нужно сказать вам нечто важное.

– Что случилось? – спросил Эйден, не отпуская руку Селены.

– Вчера вечером, после твоего ухода, я почувствовал присутствие. Кто-то пытался проникнуть в магические барьеры библиотеки. Кто-то очень могущественный.

Селена напряглась. – Архимаг Ворон?

– Боюсь, что да. Он знает о пробуждении Эйдена. И судя по интенсивности попыток взлома, он уже собирает силы.

– Сколько у нас времени? – спросил Эйден.

– Не много. Возможно, несколько дней, в лучшем случае – неделя. – Дух обратился к Селене. – Дочь моя, ты должна начать его обучение немедленно. И первое испытание нужно пройти как можно скорее.

– Первое испытание? – Эйден почувствовал холодок тревоги. – Лабиринт Пустоты?

– Да. Он находится под этим зданием. Создан специально для обучения Хранителей контролю над своими способностями. – Артемиус помолчал. – Но прежде чем ты спустишься туда, тебе нужно узнать больше о природе твоих способностей.

Селена сжала руку Эйдена. – Я готова начать обучение прямо сейчас.

– Хорошо, – дух одобрительно засиял. – Но сначала позвольте мне рассказать вам об Ордене Чувств.

Воздух в комнате сгустился ещё больше, и перед ними появились образы – не просто картинки, а трёхмерные проекции, показывающие события далёкого прошлого.

– Орден был основан три тысячи лет назад, – начал Артемиус. – В те времена связь между человеческим и магическим мирами была гораздо сильнее. Люди открыто общались с феями, эльфами, драконами и другими магическими существами.

Перед ними развернулась картина древнего города, где люди и магические существа жили бок о бок. Эйден видел рынки, где торговцы-люди продавали товары покупателям с крыльями и заострёнными ушами, академии, где человеческие дети учились рядом с юными драконами.

– Хранители Чувств были мостом между мирами, – продолжал дух. – Они обладали способностью не только воспринимать магические энергии, но и переводить их в формы, понятные обычным людям. Они помогали людям понимать магических существ, а магическим существам – понимать людей.

– Что изменилось? – спросила Селена.

– Страх. – Картины изменились, показывая более мрачные сцены. – Некоторые люди начали бояться магии, считать её угрозой. Появились Похитители Ощущений – маги, которые поняли, что могут красть чувства и способности других существ, делая себя сильнее.

Эйден увидел фигуры в тёмных мантиях, окружённые зловещей аурой. Они нападали на мирных магических существ, каким-то образом высасывая из них жизненную энергию.

– Началась война. Хранители Чувств встали на защиту баланса, но Похитители были жестоки и безжалостны. Они убивали не только ради власти, но и ради удовольствия от причинения боли.

– И они победили?

– Не победили – но нанесли такой урон, что магический мир был вынужден отступить. – Дух показал им картину Великого Разрыва – момент, когда два мира разделились невидимым барьером. – Связь между мирами была разорвана. Магические существа ушли в скрытые реальности, люди забыли о существовании магии, а Хранители остались одни против Похитителей.

– Но несколько Хранителей выжили, – продолжил Артемиус. – Они спрятали Кристаллы Чувств в разных местах силы по всему миру и основали тайные убежища, где их потомки могли сохранить знания до лучших времён.

– До появления Последнего, – закончила Селена.

– Именно. – Дух обратился к Эйдену. – Ты не просто последний из рода. Ты – ключ к воссоединению миров. Но для этого тебе нужно овладеть способностями, которые были у первых Хранителей.

Эйден чувствовал тяжесть ответственности, ложащейся на его плечи. – Что именно я должен уметь?

– Чувствовать эмоциональные поля всех живых существ. Читать воспоминания, заключённые в предметах. Видеть сквозь иллюзии. Управлять собственными ощущениями и ощущениями других. И наконец – дух помолчал, – объединять сознания разных существ, создавая временную эмпатическую связь между ними.

– Это возможно?

– С правильной подготовкой – да. Но обучение будет трудным. Ты должен научиться использовать потерю осязания как преимущество, а не недостаток.

Селена повернулась к Эйдену. – Ты готов начать?

Он посмотрел на неё, на её прекрасное лицо, полное решимости и любви. Затем взглянул на кристалл в своей руке, который пульсировал в такт их объединённым сердцебиениям.

– Я готов. – Он сжал её руку сильнее. – Мы готовы.

– Тогда начнём с основ, – сказала Селена. – Первый урок – научиться чувствовать магические поля без помощи кристалла.

– Это возможно?

– Кристалл – лишь катализатор. Истинная сила находится внутри тебя. – Она протянула руку. – Дай мне камень.

Эйден колебался. Кристалл был его единственной связью с миром ощущений.

– Поверь мне, – мягко сказала Селена. – Я не дам тебе пропасть в пустоте.

Неохотно Эйден положил кристалл в её ладонь. Тактильные ощущения немедленно исчезли, оставив его в знакомой бесчувственности. Но.

– Дыши глубоко, – инструктировала Селена. – Закрой глаза. Сосредоточься не на том, что ты не можешь почувствовать, а на том, что можешь.

Эйден закрыл глаза и попытался расслабиться. Сначала была только пустота – отсутствие всех тактильных ощущений. Но постепенно он начал замечать другие вещи. Тепло, исходящее от Селены. Не физическое тепло, а что-то более глубокое. Энергию её жизненной силы.

– Хорошо, – её голос звучал откуда-то далеко. – А теперь попробуй почувствовать дух Артемиуса.

Эйден сосредоточился сильнее. Там, где должен был находиться дух, он ощутил другую энергию – более холодную, но невероятно мудрую. Древнюю и спокойную.

– Я чувствую вас обоих, – прошептал он, не открывая глаз.

– Открой глаза, но не переставай чувствовать, – сказала Селена.

Когда Эйден открыл глаза, мир изменился. Он по-прежнему видел библиотеку, книги, мебель. Но теперь он также видел ауры – мягкое золотистое свечение вокруг Селены, серебристое мерцание в месте, где находился дух Артемиуса. Даже книги имели слабые энергетические поля, особенно древние магические тома.

– Поразительно, – пробормотал дух. – Обычно на это требуются недели тренировок.

– У него есть мотивация, – улыбнулась Селена, протягивая кристалл обратно. – И правильная наставница.

Когда Эйден взял кристалл, новые способности не исчезли. Наоборот, они усилились, позволив ему видеть ещё больше тонкостей в энергетических полях вокруг.

– Это только начало, – сказал Артемиус. – Завтра мы начнём подготовку к первому испытанию. Лабиринт Пустоты ждёт.

– А сегодня, – добавила Селена, глядя на Эйдена с тёплой улыбкой, – мы изучим, как наша связь влияет на твои способности.

Дух Артемиуса засмеялся. – Молодость, ах, молодость Хорошо, дети мои. Изучайте. Но помните – время работает против нас. Архимаг Ворон не будет ждать, пока вы разберётесь в своих чувствах.

С этими словами свечение исчезло, оставив их наедине.

Селена подошла к Эйдену ближе, и он почувствовал, как их энергетические поля начинают резонировать друг с другом.

– Селена, – сказал он, – что будет, если я не справлюсь с испытаниями?

– Справишься, – ответила она с уверенностью. – Потому что ты не будешь проходить их один. Мы справимся. Вместе.

И когда она произнесла эти слова, Эйден почувствовал прилив уверенности. Да, путь будет трудным. Да, им противостоит древнее зло. Но у них есть нечто, чего не было у предыдущих Хранителей.

Глава 5. Первое испытание.

Эйден стоял перед каменной аркой, ведущей в подвалы библиотеки, и пытался успокоить нервы. Три часа интенсивных тренировок с Селеной научили его основам чтения энергетических полей, но теория кардинально отличалась от практики в реальной опасности.

– Помни, – Селена стояла рядом, её рука лежала на его плече, – в лабиринте ты не сможешь полагаться на зрение. Магия этого места создаёт иллюзии, которые обманывают глаза. Только энергетическое восприятие покажет тебе истинный путь.

– А если я заблужусь?

– Ты не заблудишься. – Её голос был полон уверенности, но Эйден чувствовал её беспокойство через их связь. – У тебя есть кристалл, у тебя есть новые способности. И у тебя есть я.

– Ты идёшь со мной?

Селена покачала головой. – Первое испытание нужно пройти одному. Но я буду следить за тобой магически. Если возникнет смертельная опасность, я вмешаюсь.

Дух Артемиуса материализовался рядом с ними. – Эйден, лабиринт был создан не для того, чтобы убить тебя, а чтобы обучить. Он подстроится под твой уровень способностей. Но будь осторожен – Стражи Пустоты реальны и опасны.

– Стражи Пустоты?

– Теневые существа, которые охраняют лабиринт от недостойных. – Артемиус стал серьёзнее. – Они атакуют не физически, а энергетически. Пытаются лишить жертву всех чувств, оставив её в полной сенсорной изоляции.

Эйден почувствовал холодок страха. Потерять остальные чувства после потери осязания.

– Этого не случится, – твёрдо сказала Селена, словно прочитав его мысли. – Ты сильнее, чем думаешь. И помни – если станет совсем плохо, позови меня мысленно. Наша связь работает на любом расстоянии.

Эйден кивнул и сжал кристалл в руке. Камень пульсировал тёплым светом, реагируя на его решимость.

– Я готов.

Селена поднялась на цыпочки и поцеловала его в щёку. Эйден не почувствовал прикосновения её губ, но волна тепла прошла по их энергетической связи, наполнив его уверенностью.

– Увидимся на другой стороне, – прошептала она.

Эйден шагнул через каменную арку.

Мир изменился мгновенно.

За аркой простирался не подвал библиотеки, а бесконечный коридор из чёрного камня. Стены, пол и потолок поглощали свет, создавая ощущение движения через пустоту. Воздух был неподвижным и тяжёлым, наполненным странными запахами – озоном, старыми книгами и чем-то металлическим.

Эйден обернулся, но арка исчезла. Позади него была такая же чёрная стена.

*Пути назад нет*, – подумал он. *Только вперёд.*.

Он попробовал включить фонарик на телефоне, но свет просто растворялся в темноте, не освещая ничего дальше метра. Зато энергетическое зрение работало прекрасно – он видел слабые линии силы, пронизывающие стены лабиринта, чувствовал пульсацию древней магии.

Первая развилка появилась через несколько минут ходьбы. Три коридора расходились в разные стороны, одинаково тёмные и угрожающие. Эйден закрыл глаза и сосредоточился на энергетических потоках.

Левый коридор излучал холод и что-то похожее на голод. Правый – тепло, но фальшивое, обманчивое. Средний коридор казался нейтральным, но в его глубине пульсировала слабая, но чистая энергия.

*Средний*, – решил Эйден и двинулся вперёд.

Коридор начал изгибаться, поворачивать, подниматься и опускаться. Время здесь текло странно – Эйдену казалось, что он идёт уже часы, хотя часы на телефоне показывали всего пятнадцать минут с момента входа.

Следующее испытание ждало его в круглой камере с семью выходами. Но как только Эйден вошёл в центр, выходы исчезли. Стены стали гладкими, без единой трещины.

– Интересно, – пробормотал он, ощупывая стену руками. Кристалл позволял ему чувствовать холодность камня, но ничего больше.

Внезапно воздух в камере загустел, и из стен начали просачиваться тени. Не обычные тени, отбрасываемые предметами, а живые, пульсирующие массы тьмы. Они двигались как жидкость, но Эйден чувствовал их разум – примитивный, но злобный.

Стражи Пустоты.

Первая тень двинулась к нему, и Эйден почувствовал, как что-то пытается проникнуть в его сознание. Холодные щупальца тьмы тянулись к его разуму, пытаясь заглушить зрение, слух, обоняние.

– Нет! – крикнул Эйден, инстинктивно поднимая кристалл.

Камень вспыхнул ярким светом, и тень отшатнулась с шипением, похожим на звук тухнущего костра. Но остальные тени продолжали приближаться, окружая его со всех сторон.

*Селена, помоги!* – мысленно позвал он.

*Эйден! Что происходит?* – её голос прозвучал в его сознании, наполненный тревогой.