Читать онлайн Смертельный договор. Пункт 1 бесплатно

Глава 1.

– Дыши же, мерзавка!

Вот первое,  что я отчётливо услышала в новом мире. До этого окрика тоже были какие-то звуки, а ещё меня, кажется, трясли и били по щекам. Но вычленить в общей какофонии отдельные фразы не получалось. Каждый нервный узел прошибали тысячи разрядов молний, сращивая мою суть с новым телом. А тут, нате вам, стоило немного оклематься, и такое радушие.

– Да вставай же ты! Не смей умирать у меня на руках! – надрывалась девушка, и я получила очередную оплеуху.

Вот кто так со жрицами Неотвратимой обращается, особенно боевыми?

– Да меня же на Изнанку отправят, если ты преставишься! – отчаянно заорала девица.

И снова удар. У девушки совсем чувство самосохранения отказало?

Кожей ощутила колыхание воздуха возле лица, и без труда перехватила руку, занесённую для нового удара. Хватит, будем считать, что незнакомка привела меня в чувство.

Девушка взвизгнула и попробовала вырвать руку, на что я хмыкнула и сжала пальцы сильнее. Выждав несколько мгновений, с силой оттолкнула нападающую девицу от себя. Рядом раздался звук упавшего тела и порция возмущений.

Удовлетворённо послушав несколько мгновений возню неподалёку, осторожно приоткрыла один глаз, но никакого дискомфорта не почувствовала. И уже увереннее распахнула глаза.

Кафель – гладкий, чистенький, с изящной каёмкой на каждой плитке. Свет – ослепительно яркий, ровный, без малейшего намёка на колыхание пламени. И блондинка, недовольно сопящая рядом со мной.

Девушка сидела на коленях, потирала запястье и пыхтела, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень негодования. И смотрела она на меня со смесью жалости, злости и изумления. Неожиданно. Никто так не смотрел на меня лет… двести?

На нас вообще стараются лишний раз не смотреть, не то чтобы орать или поднять руку, а тут такое безрассудство, просто на грани безумия. Может, я в богадельню какую попала?

– Ну наконец-то, – надувшись, процедила блондинка и вскочила на ноги.

Так это я ещё и на полу лежу? Просто прекрасно, удачное начало дня.

Тем временем незнакомка продолжала сверлить меня взглядом, но мне было несколько плевать на её потуги. Цыкнув на девушку, я продолжала заниматься делом – разглядывала новые руки. Гладенькие, тонкие ручки с аккуратными розовыми ноготками. Ни мозолей, ни шрамов, ничего, только ровная светлая кожа человека, редко бывающего под солнцем и не державшего ни разу меч.

Дальше взгляд переместился на нижнюю часть туловища, и тут я не смогла удержать восхищённого свиста. Внизу туловища были ноги. Нет, не так, Ноги. Длинные, ровные, с идеальной кожей всё того же бледного цвета. И эти ноги, едва прикрывала короткая коричневая юбочка в складку. Таким ногам можно было только позавидовать. А хотя, это ведь теперь моё? Вот пусть мне и завидуют. Должен же и на моей улице наступить праздник?

– Катя, да что с тобой? – неуверенно протянула девушка, но я по-прежнему не обращала на неё внимание.

Чего вот разоряется? Мертва её Катя, не без её помощи, между прочим. А меня разрывало от любопытства, чем ещё это тело способно порадовать.

Глупо тратить драгоценные минуты на осмотр тела, но очень уж хотелось. Аскеза и непрерывные сражения до добра не доводят, и после смерти, хотелось по полной вкусить степень благодарности Богини.

На одной из стен нашлось большое зеркало, и вот к нему-то я и направилась, неловко поднявшись на свои новые и красивые ноги. Самое идиотское, что эти ноги были обуты в туфли на высоком каблуке. Прежняя хозяйка вполне могла уверенно на них передвигаться, я же таким навыком не обладала, поэтому по дороге до заветного зеркала я один раз оступилась и ещё раз подвернула голеностоп. Пыточные колодки какие-то, а не обувь.

– Катюша, – раздался сзади сдавленный голос, но я уже добралась до цели, даже не переломав своё новое приобретение.

Из зеркала на меня смотрела красотка. Я даже для верности ущипнула себя за щеку, и зеркальная копия повторила моё движение.

– Ты головой совсем ударилась? – возникла незнакомка в отражении рядом с привлекательной брюнеткой из зеркала.

Вот и зачем вид портить? А посмотреть определённо было на что. Блестящая копня темно-русых волос длиной до талии, отдельно заметим, что очень узкой талии, такую талию можно двумя ладонями обхватить. Огромные карие глаза, в обрамлении густых ресниц, пухлые губки, высокие скулы. Вдобавок всё та же бледность и гладкость кожи. Прелесть, что ещё сказать.

Подмигнув отражению, опустила взгляд ниже и, не веря своим глазам, распахнула блузку. Ну да, я тут вроде как не одна, но надо же проверить, что размер, который показывает зеркало не оптическая иллюзия. И нет, грудь оказалась настоящей. Упругая, высокая, очень даже приличного размера, особенно для такого субтильного тела, кокетливо затянутая в кружевной бюстгальтер.

– Катя? – испуганно взвизгнула девушка рядом, когда я аккуратно погладила аппетитные полушария сквозь ажурную ткань.

Да Катя, Катя, я уже запомнила, чего талдычит, как заведённая механическая шкатулка?

– Как моё полное имя? – бросила блондинке, поворачиваясь боком к зеркалу и задирая юбку.

Содержимое крошечной юбочки тоже порадовало: плотные шортики, туго обтягивающие округлые ягодицы. Под шортиками нашлись миниатюрные трусики. Что порадовало отдельно, с такой длиной юбки лишний раз лучше вообще не двигаться, а так ничего, и срам прикрыт, и ветер не задувает.

Со смачным звуком хлопнула себя по нижней красоте, и с удовольствием отметила, как на лице незнакомки проступает не просто недоумение, там уже легко читалась натуральная паника.

– Екатерина Чернышёва, – выдавила из себя девушка.

– Хорошо, мне нравится, – кивнув отражению и мыслям, произнесла я. – Рина, Рин, неплохо, и в бою слышно, и слух не режет. А ты?

– Полина Савицкая, – моргнула она. – В каком бою?

– В любом, – отмахнулась я.

Ладно, с телом познакомились, пора бы уже и о магии побеспокоиться. В старом теле, я одной физической силой и навыками могла сквозь стан врагов выход прогрызть, а вот Екатерина, явно физической подготовкой не занималась, максимум какие-нибудь танцы, попа-то вполне в тонусе.

– Кать, – заскулила опять Полина рядом, но я её игнорировала.

Во-первых, пусть привыкает к другим сокращениям, а во-вторых, я была сосредоточена на поиске внутри себя магии. И что печально, пока не находила. Вообще, никакого отклика.

Отчаиваться рано, условия были чётко обозначены: магия должна быть. С моей стороны условий прозвучало мало, но именно без магии все остальные пункты нашего договора с Неотвратимой не имеют никакого смысла. Хочет получить желаемое – пусть раскошелится не только на здоровое, молодое тело, но и магии от себя отсыплет.

– Поля, а скажи мне, у меня магия вообще есть? – задумчиво перевела взгляд на бледную соседку по зеркалу.

– Ты чего? – охнула она и картинно зажала рот руками.

Интересная реакция. А главное, ответа она не дала.

– Так что с магией?

– Катя… Рина, – шёпотом отозвалась девушка. – Нет у тебя никакой магии, как ты могла забыть?

Да легко, чего уж там, стоило только приложиться головой о кафель и привет зияющая чёрная дыра в мозгах, ну и новая сущность внутри.

– Считай, смогла, давай уже рассказывай, – хмыкнула я.

– Да нечего рассказывать, – пожала она плечами. – Ты пустышка. Выпускные экзамены без магии не сдать, так что отчислят без диплома. И это ещё отец не узнал.

Ну ничего себе, хотя и плевать, диплом только формальность.

– И что будет, когда отец узнает? Замуж продаст или в рабство?

– В какое рабство?

– А мне почём знать? Сексуальное, трудовое, мало ли вариантов, – предположила я.

– Изгнание тебя ждёт.

– Любящий батюшка, однако, – весело заметила я, а вот девушка удивила.

Она и так-то не особо здорово выглядела, но тут совсем с лица схлынула и растеряла остатки самообладания.

– Ты сирота, Рина. Мой отец – твой опекун, твой дядя.

– О, так мы с тобой родственники, что ли? И за что ты родную кровиночку головой об пол приласкала?

– Да что с тобой? На себя совсем непохожа. С чего ты решила, что это я тебя? – отступала она, пока не упёрлась лопатками в стену. – Что же теперь будет?

– Ну на изгнание ты уже заработала в любом случае. Вместе поедем, – поймав испуганный взгляд через зеркало, мило улыбнулась я.

Ну почти мило, девчонку она, в конце концов, нехило так головой об плитку приложила. Пусть и на эмоциях, но по факту-то убила.

– О чём ты? – пискнула она.

– О твоих завываниях, дай вспомнить… не смей умирать, не у меня на руках. Ну вот, – развела я руками: – Хозяйка тела посмела, и умереть, и тебя под изгнание подвести.

– В каком это смысле? А ты? А кто? – лепетала она и вдруг заорала во всю глотку: – демон!

Ой, дура. Но ход мыслей поразительно верен.

Глава 2.

– Херемон, – шикнула на истеричку и зажала ей рот ладонью. – Окончательно рехнулась? Ладно, я не местная, но ты то, чего орёшь? Жить надоело?

Девушка продолжала орать мне в руку, совсем не слушая, только пуча глаза, которыми перестала даже моргать.

Переоценила её выдержку, каюсь. Кто ж знал, что на такой ерунде сломается.

– Жить хочешь? – кивок.

– А на Изнанку не попасть? – опять кивок и ворчание.

– Один громкий звук и ты труп, поняла? – голова дёрнулась, но как-то неуверенно, сойдёмся на том, что договорённости достигнуты.

Руку отнимала очень медленно, ну и для верности вторую переместила поближе к шее. Убивать девицу, конечно, не желательно, но вот отрубить мне её никто не мешал.

– Ты кто? – сипло спросила она.

– Дед Пихто, – фыркнула я, но встретив совсем уж растерянный взгляд, расщедрилась на пояснения: – Душа другого мира.

Рисковала ли я, сдаваясь с потрохами этой девице? Вообще нет. Она со мной связана отныне неразрывно. Неотвратимая соединила, когда мою душу в свеженький труп подсаживала.

Да и про переселения душ здесь в курсе. Не сказать, что на каждом ходу встречаются пришельцы из других миров, но случается. А чего ожидать от мира, в котором сама грань мироздания истончилась до состояния проржавевшего решета?

– Это значит, что Катя умерла? – вдруг проявила не дюжую смекалку Полина, а в награду я её отпустила.

– Подсказать, кто помог?

– Я случайно, – съехав по стенке, прошептала она.

– Я видела, – хмыкнула я, присаживаясь рядом. – Сути это не меняет.

Девушка была со мной явно несогласна и активно о чём-то думала. Я же мыслительной деятельности не мешала, разглядывая необычные светильники. Как вот они так светят ровно? Магия? Просто немыслимая расточительность по меркам моего старого мира.

– Что ты будешь делать? – наконец приняла она какое-то решение.

Даже интересно стало, какое именно уж больно резко она кулочки сжала.

– Предложения? – лукаво улыбнулась я и приготовилась слушать.

В общем, Полина, решила скрыть произошедший инцидент. Мне по сути ничего не грозило, ну, потаскали бы пару месяцев по лабораториям и спецслужбам, задали бы тысячу вопросов и отпустили, даже подъёмными снабдив. А вот ей маячило изгнание в таинственную Изнанку, что её так пугает.

Нельзя тут на ровном месте людей убивать. А убивать так, чтобы ещё и душу новую притянуло и подавно.

– И зачем мне тебе помогать? – продолжая улыбаться, спросила у девушки.

– Но я же случайно, – обиделась она и надула губки.

О, такое шоу даже королевские наложницы не устраивали, а они те ещё затейницы.

– Поторгуемся или я пошла?

Блондинка предпочла торговаться, вот только ничего ценного предложить она не смогла. На кой чёрт мне её гроши или громоздкие украшения? Что мне с ними делать?

– Нет у меня ничего больше, – грустно констатировала девушка.

А хочу ли я сидеть в лаборатории? Что я вообще знаю об этом мире?

– Предлагаю другой вариант: побрякушки твои мне без надобности, а вот информация не помешает.

– И ты сохранишь всё в тайне? – с надеждой заглянула она мне в глаза, вот только обрадовать мне её было нечем.

– И я подумаю, – жёстко ответила я.

Девушка помялась, но скорее для вида и пустилась в объяснения, только настолько путанные и местами не связанные друг с другом, что пришлось прерывать этот поток сознания.

– Не суетись, давай по порядку, чётко и по делу.

Ну, она попыталась. Но, то ли в принципе не была способна связно формулировать мысли, то ли стресс её доконал, но единственное, что удалось выяснить, касалось как раз магии и причины расправы одной девицы над другой.

До моего эпичного появления в теле бедной сиротинушки, девушки, вместе с остальным потоком, проверяли уровень магии. Пафосно, зрелищно и с позором для Екатерины, ведь она действительно пустышка.

Полина с трудом, но смогла вытянуть уровень дара на подмастерье, чем неимоверно гордилась. Зарегистрировалась на квалификационные экзамены, без которых ты хоть зазубрись, но диплом не получить. И даже красивые глазки не помогут. Регистрация происходит через артефакт, в который надо шандарахнуть сырой силой. А Катерина не смогла.

И ждала её одна участь – изгнание. Бывшая хозяйка моего тела очень боялась отправиться в Изнанку, но её страхи хотя бы понять можно было, что делать пустышке в месте, где грань между мирами истончается, и наружу прут твари?

Шикарное место, да? Не имея детального представления, я уже хотела туда. Где грань, там и твари, а там и ценная добыча, слава, почёт, деньги, в общем, всё то, что я могла получать в старом мире по праву, но была лишена, из-за принадлежности к культу. Не к лицу, видите ли, жрицам низменные потребности.

Но это мне не страшно, а вот неприспособленная к самостоятельной жизни девушка, впала в натуральную истерику и начала трясти с Поли выполнения детской клятвы.

– Ну ты… – утирая слёзы, скатилась от смеха на чистенький кафель я. – Это же клятва на крови, дурында.

– Нам было по десять, – насупилась блондиночка.

– Зато понятно, почему ты, почему это тело и почему мы связаны, – хмыкнула я, но объяснения приберегла на более подходящий случай.

– Она же знала, что пустышка. Всегда знала, но начала требовать, чтобы я провела запрещённый ритуал, передав ей магию из накопителя, – начала заводиться Поля. – А нас вычислили бы и обе поехали бы в Изнанку. Или на плаху, – тише добавила она.

– А тебя это не устроило и проблему ты решила кардинально? – заинтересованно посмотрела на девушку.

Ну а чего, надо же знать, когда к ней спиной лучше не поворачиваться. У меня, знаете ли, аллергия на удары по голове.

– Я случайно, – всхлипнула она.

Ага, слышали, знаем. Но, что мне с этой дурочкой делать?

Да ладно, Полина. Но что мне делать с этими экзаменами и изгнанием? Надо будет хоть узнать, как появится возможность, откуда такая бескомпромиссность: или маг или на Изнанку. Где промежуточные варианты-то? И чем отсутствие диплома чревато. Что-то мне подсказывало, что раз так цепляются за бумажку, то и мне она нужна. Я, конечно, не пропаду, но лишний документ всегда пригодится может.

Но как быстро получить доступ к магии? Сколько Неотвратимая будет расчехляться?

– А что с клятвой? Теперь она перешла к тебе? – напомнила о себе девица.

Слова ошарашили не хуже удара по голове. Кровь. Кровная клятва, мать её! Она же магическая, иначе это был бы просто обмен жидкостями.

– Сиди тихо и не мешай, потом объясню, – шикнула на Полю и прислонилась к стене, погружаясь в себя.

Магия крови во многих мирах считается запрещённой, да и не все боги готовы признавать её силу. Но Неотвратимая никогда не была такой скудоумной, и на нас запрет на этот вид магии не распространялся. Применять её разрешалось в крайних случаях, и азы входили в программу подготовки. Клятвы же вообще были делом обыденным. Удобно же брать полезное, и отрицать остальное, в этом лицемерии преуспели многие боги.

Но, это ладно. Основная мысль сводилась к тому, что кровь неодарённого – это просто красная жижа. И раз, Катя с Полиной свою наивную клятву скрепили, то в этой тушке магия была всегда. Капелька, может самая искорка, но даже одной искры достаточно, чтобы запалить целый город. Знаем, проходили, лично промасленный факел к костру подносила.

Вот на крови я и сосредоточилась. Мне нужен один импульс, крошечный выброс.

Войти в транс удалось на удивление легко, то ли собственные умения помогли, то ли тело досталось настолько нетронутое, что сейчас можно было вылепить из него, что угодно.

У магов источников обычно несколько: мозг, сердце и половые органы. От вида магии,  к которой склонен одарённый, зависит размер, но никак не само наличие. И у Катюшки они тоже были. Абсолютно пустые, кристально чистые и крошечные. Но… Источники были.

И магия нашлась. Везде. Ничтожные на первый взгляд искры, но они заполняли каждую клетку тела. И носителем этих магических брызг была именно кровь.

Не уверена, как выглядят источники у мага крови, ни одного вживую не видела, но какая-то логика в этой рассредоточенности присутствовала. Благодаря ей они и могли управлять частицами себя на расстоянии на совершенно другом уровне. А уж, что они могли творить с чужой кровью, отдельная песня.

Беда была одна – я-то магом крови не являлась, и управлять на таком уровне кровью не умела. Одно дело знать, как экстренно накачать себя силой для последнего удара, а другое – манипулировать такими тонкими и многочисленными потоками.

Мой единственный шанс на быстрый запуск магической системы организма – разбудить один из источников. И вот в источник, находящийся в сердце, я и закачивала по капле кровь, а вместе с ней и магию, чтобы стоя перед артефактом эффектно бумкнуть ослабленной версией «чёрной звезды» – удара, что мог стереть всё живое на несколько километров вокруг.

Тут следует пояснить, к чему спешка. Просто если не зарегистрироваться сегодня, то следующий шанс представится только через год. И совсем не факт, что мне захочется через год ввязываться в авантюру с обучением, вдруг помимо практики, затребуют пересдачу истории, или не дай Неотвратимая, музыки какой-нибудь.

– Через полчаса доступ к артефакту опечатают, – растормошила меня Поля, сунув под нос свою руку с небольшим артефактом и чуть не огребла подзатыльник.

– Спасибо, что ли, – проворчала я, разминая затёкшую шею.

– Ты два часа сидела и в одну точку смотрела, – насупилась девушка и ловко увернулась от нового замаха.

Рефлексы у нее занимательные все же, надо взять на заметку, отчего у приличной девочки такие вообще могли появиться.

– Бежим, а то не успеем, – смело протянула ко мне руки Полина, помогая подняться.

Очень оптимистично, ничего не скажешь.

Глава 3.

Тратить время на ругательства смысла не было, хотя и очень хотелось, но найдя компромисс с собой, я подтолкнула Полину к выходу с наказом показывать дорогу, а сама ковыляла следом и материлась.

Что за обувь такая неудобная, ещё и центр тяжести смещается. Нет, томно покачивать бёдрами – это шикарный навык, но вот быстро передвигаться – куда более полезный.

– Да быстрее, нам ещё в главный корпус бежать, – подгоняла меня девушка, а я, скрипя зубами, переставляла ноги.

– Не успеем, – начала причитать она, и моё терпение лопнуло.

Туфли слетели на пол, Поля удивлённо ойкнула, но припустила по коридорам с удвоенной скоростью.

Успев подхватить орудия пыток, бросилась догонять шокированную проводницу. Проблемы в пробежке босиком я не видела, да и не босиком я осталась, а в тонких, прозрачных носочках. Скользко, правда, в них было, зато каменные плиты покрытия приятно холодили ступни.

Спустя несколько минут забега, я с сожалением отметила, что тело мне досталось хлипкое. И дрожь в конечностях появилась, да и одышка. Хрустальная ваза какая-то, а не боевой маг. Это тело отлично бы смотрелось в гареме расслаблено, восседая на плюшевых подушках и неспешно вкушая диковинные фрукты. Но, что досталось, в том теперь мне и жить, смысл роптать на выбор Неотвратимой, если ничего не переиграть? Вот и я думаю, что бессмысленно.

Следя за мелькающей впереди такой же короткой юбкой, что прикрывала и мой зад, я краем глаза отмечала величественность помещений. Просто кричащая роскошь: панели из тёмного дерева на стенах, огромные окна и светильники. Повсюду были чудесные магические светильники, источающие ровный свет.

– Давай через улицу, – задорно выкрикнула Полина, когда мы слетели с широкой лестницы и очутились в огромном холле.

Я молча кивнула, принимая выбор, кажется, моя невольная подельница пала жертвой азарта. Девушка лихо подлетела к массивным дверям и ударила в полотно, украшенное искусной резьбой. Двери на удивление, легко поддались и распахнулись, выпуская нас на улицу.

И вот тут я споткнулась первый раз, едва не впав в ступор. И причина была отнюдь не в мраморном крыльце. Зелень, вокруг была сочная зелень: клумбы, пестревшие всевозможными цветами; невысокие кусты, словно заборчики, отделяющие одни дорожки от других, и деревья, высокие, раскидистые, сквозь листву которых виднелись далёкие крыши зданий.

Это же… как? Откуда столько зелени? Что за чудный мир стал моим новым домом?

– Ты чего? – подлетела Полина, которая успела скрыться за ближайшими кустами, прежде чем заметила мою заминку.

– И так везде? – ошарашенно обвела я рукой сад, продолжая стоять изваянием на ступеньках.

– Серьёзно? Сейчас? Цветочками решила полюбоваться? – изогнула бровь девушка, сложив руки на груди.

Да, регистрация, магия, помню-помню, с шоком бы справиться.

– Да потом, не успеем же, – потянула меня за руку сопровождающая, и я сдалась.

Успею ещё подивиться на богатство местной растительности.

И мы побежали снова, петляя между пышными кустами, стремясь к зданию, возникшему впереди.

Оценив расстояние, разделяющее нас с главным корпусом, я сжала зубы от досады. До здания было не меньше километра.

– Сколько осталось? – запыхавшись и морщась от рези в боку, крикнула в спину, стремительно разрывающей дистанцию, Савицкой.

– Пятнадцать минут, – отозвалась девушка и немного притормозила, оценив отрыв.

Откуда в ней столько выносливости? Умеет накачивать тело силой? Или тайком занималась, пока Чернышёва полировала ногти? Как можно было так безрассудно относиться к собственному телу?

Правда, все эти мысли неслись в голове параллельно, включившему таймеру обратного отсчёта.

К зданию мы, конечно, приближались, но медленно, преступно медленно. И я, глубоко дыша и зажимая бок, устремилась за девушкой. Потом отдохну, потом составлю план тренировок, всё это будет потом.

Настолько сосредоточилась на конечной цели, что молодого человека, бросившегося нам наперерез, заметила в последний момент и еле успела затормозить, пропахав грунтовую дорожку ногами.

– Кэйт, какого демона? – воскликнул молодой человек, в которого я чуть не врезалась.

– Извините, – буркнула я препятствию и постаралась обогнуть незнакомца.

– Куда же ты так спешишь? Сама знаешь, бежать тебе некуда, а я щедр. Ты же знаешь, – прихватив меня за локоть, нахально произнёс молодой человек, для наглядности поиграв бровями.

От такой наглости я даже в лицо ему посмотрела. Он ведь сейчас о чём-то другом? Он ведь не меня на разок купить хочет? Совсем надо из ума выжить, чтобы такие предложения среди белого дня делать и не бояться потерять целостность организма.

– Я спешу, – с нажимом ответила и обогнула-таки хамскую морду.

Хотя стоит признать молодой человек выглядел сногсшибательно: и шкурка целая, и зубы все на месте, да и телом явно крепок и рельефен. Может, конечно, и на морду лица ничего, да только я в таких оценках не сильна. У нас ведь как было? Зубы, глаза, уши есть – уже красавчик. А если ещё и руки, ноги все имеются, то отбоя от девиц не будет. А тут куда ни плюнь, всюду красивые и целые люди.

– Ох, Алекс опять со своими непристойными предложениями? – слишком восторженно спросила Полина, когда я смогла всё же обогнуть нахальное препятствие и догнать девушку.

Я даже отвечать не стала, ни к чему дыхание сбивать. Думать, правда, молчание не мешало, а спутница явно приняла моё равнодушие за что-то иное. В таких тонких материях я не разбиралась, ни к чему мне было раньше, так что я проигнорировала двусмысленные взгляды и вздохи, и понеслась к зданию.

А на бегу меня осенило откровение: раз у меня другое тело и никакого культа Неотвратимой в этом мире нет, то и мои обеты здесь не действуют. Это я теперь вольна жить, как захочу? Не прикидываться кем-то другим, а действительно стать новым человеком. Человеком, имеющим за плечами века служения Богине, века совершенствования боевых навыков и магического дара, и тело юной, никому не нужной нимфетки.

Сделки с Неотвратимой, конечно же, никто не отменял и выполнить все условия придётся, но сроки-то мы не обговаривали, да и не факт, что при всём рвении, я смогу управиться в сжатые сроки. Да и куда ей спешить, она же богиня, что ей скоротечность человеческой жизни?

И вот на этой оптимистичной мысли я влетела на крыльцо.

Стоящий у парадного входа молодняк в форменных костюмчиках, меня не интересовал от слова совсем. Ну смотрят, ну, хихикают? Мне то что? Полина, правда, от такого пристального внимания стушевалась и поникла, с каждым смешком, опуская голову ниже, так что пришлось подбадривать её дружественным тычком в спину. И не одним.

Под ржание и гогот, мы и миновали толпу оболтусов, нашедших развлечение в наших персонах. Но это мелочи, важнее было, что мы наконец-то ворвались в главный корпус и в запасе было ещё несколько минут.

Моей провожатой после унизительного по её мнению забега, потребовалась пара секунд, чтобы перевести дух, которые я ей предоставила. Она себя на этой дистанции показала гораздо лучше меня, и краткая передышка особой роли уже не играла. Да и осмотреться не мешало.

Взгляд заскользил по вестибюлю, отмечая и странное искажение в отражении окон, и слишком массивные двери, расположенные напротив входа, да и привратники, цепко смотревшие в нашу сторону, выглядели больно уж знакомо. Хоть доступ к чтению ауры мне был временно закрыт, и оценить настоящие уровни этих бравых молодцев я не могла, но готова биться об заклад, не для красоты они тут отираются. Боевые маги во всех мирах выглядят  схоже, во что их ни ряди.

– Барышни, помедленнее, – сбоку возник пожилой мужчина.

Пожилой-то он пожилой, и седина в волосах, и морщинки на волевом лице, только выправка у него уж слишком примечательная.

– Василий, миленький, – бросилась к нему Полина, буквально повиснув на нём и отрезая путь ко мне.

Мужчина недоумённо посмотрел на девушку, но смог удержать на лице подобострастное выражение. Полине, может, и было достаточно внешних проявлений, но я слишком долго жила, чтобы без труда опознать раздражение, которым разило за версту.

– Госпожа Савицкая, вам следует покинуть помещение, процедура регистрации уже окончена, – стараясь аккуратно отцепить блондинку от себя, вежливо произнёс привратник.

– Да, да, мы на секундочку, – затараторила Поля, одновременно жестикулируя свободной рукой за спиной. – Моя кузина обронила у артефакта фамильную брошку – талисман на удачу. Так переволновалась, что пропажу только сейчас и заметили. Мы быстренько, нам очень надо.

И пока девушка заговаривала зубы военному, я аккуратно пятилась в сторону, на которую так активно указывала девушка. Если она ничего не перепутала, то целью нашего забега была железная дверь. Эту дверь я оценила, ещё до явления Василия, поэтому сейчас плавно перетекала в сторону прохода, виновато улыбаясь и хлопая ресничками.

– Она же сирота, это единственная вещь, напоминающая ей о родителях, – доверительно понизив голос и даже хлюпнув носом, продолжала тем временем Поля, пока я отступала к металлической двери.

Взгляд Василия немного смягчился, и он коротко кивнул остальным магам, напряжённо следящим за нашим представлением.

К моменту, когда стражники расслабились, я достигла двери и не дожидаясь подельницы, юркнула внутрь. К моему счастью, замок был не активен и никаких осложнений с дверью не возникло.

Собственно, на этом лёгкие победы и закончились.

Глава 4.

Небольшая тёмная комната, без мебели и окон, целиком покрытая каким-то серым пористым материалом, не настолько занимала моё внимание, как тот самый артефакт в центре и глухой щелчок, раздавшийся от двери. Неужели заперли?

Толчок в дверь и ситуация прояснилась – точно заперли, ещё и красный огонёк загорелся под потолком. Красота, и совсем не напрягало, однако.

В дверь барабанили с другой стороны, что-то орали, по всей видимости, призывая меня прекратить произвол и очистить помещение, но при всём желании, сделать я ничего не могла бы, да и не стала бы. Я сюда зачем вломилась? Позорно бежать, испугавшись каких-то штрафов, размеров которых даже осознать не могла? Нет, конечно.

Артефакт признаков жизни не подавал, чем несказанно радовал. Хотя заговори он человеческим голосом, я бы точно со всей дури по нему долбанула. Не факт, что магией, но мало бы каменюке не показалось.

Впрочем, времени на праздные размышления у меня тоже не было, предстояло выяснить, как ритуал запустить. Не просто же вмазать по нему и ждать, какого цвета он станет. Глупость же.

Раз обошла вокруг камня. Второй. И ничего не поменялась. Как стоял себе монолитный гранитный кусок на постаменте, так и продолжил стоять. Даже не моргнул для приличия.

А ведь он артефакт, значит, должен как-то запускаться. Движение, аура, магия? Как он определяет претендента?

Возложение рук на холодную, шершавую поверхность не помогло.

Крошечный заряд силы, что я скрепя сердце, но по необходимости, запустила в камень, тоже не принёс результатов.

Нужна частица человека? Жалко, что просто плюнуть в него, будет недостаточно.

Выбора не было, дверь уже сотрясалась и ходила ходуном, под мощными ударами.

В работе с кровью есть один неоспоримый плюс – резать себя необязательно. Каплю крови можно вытащить на поверхность кожи. Боли и ран я как раз не боялась, но вот отсутствие какого-либо заострённого предмета могло дело затянуть. А не стоило бы, дверь еле держалась.

Сосредоточившись на текущей по венам крови, постаралась призвать на ладонь каплю. Одну, малюсенькую, но маг крови из меня получился так себе, и из руки хлынул целый фонтан, грозя высушить меня раньше, чем ритуал завершится.

Ой, знаю, тут в ходу слово «процедура», но мне привычнее все же ритуалы, главное, что и суть та же, как его ни назови. И этот самый процесс запустился, пока я тщетно старалась остановить кровоизлияние.

Трудно было не догадаться, потому что каменюка вспыхнула, а по граням артефакта начали переливаться магические всполохи. Красиво так, нарядненько. То на одной стороне вспыхнет зелёным, то на другой голубым, а то из-под самого основания ярко прорежется красный свет.

– Госпожа Чернышёва! – раздался громоподобный окрик из-за двери. – Госпожа Чернышёва, последнее предупреждение!

И кого от кого защищают? Камень от пустышки, или пустышку от камня?

Не мешкая больше, собрала все накопленные в источнике крошечки магии и долбанула от души по артефакту.

Долбанула – это, конечно, сильно сказано. Но что-то в артефакт попало. Во всяком случае, хватило на то, чтобы он загорелся слабым зелёным светом.

– Молодец, – раздался сзади довольный женский голос, а я подпрыгнула от неожиданности.

Интересно, у тела сердце крепкое? Наследственных заболеваний нет?

– Неотвратимая, – почтительно склоня голову, начала поворачиваться к покровительнице.

Ну да, она. Во всей своей нечеловеческой красе. Собственно, она и человеком-то никогда не была, поэтому и выглядела пугающе для большинства людей. Но я привычная, за первые пару сотен раз лицезрения облика Богини привыкла. Подумаешь, сквозь кожу просачиваются руны, заливая всё вокруг потусторонним светом, зато волосы у неё красивые, хоть и седые, у меня когда-то тоже такие были. А что поделать, издержки служения смерти.

В это время дверь жалобно заскрипела, и Богиня нахмурилась.

– Так, похвалы потом, сейчас инициация, – подлетя ко мне обрадовала Неотвратимая.

Чего мне стоило не застонать в голос – отдельная сказка. Пришлось призвать все самообладание. Инициация – это же конец мечтам о вольной жизни.

– Брось, обеты твои мне не нужны, – отмахнулась женщина, заметив моё страдальческое выражение лица. – Живи как хочешь, пока соблюдаешь договор.

Что я там говорила, что самообладание? Вот сейчас я использовала все резервы, потому что поверить в такое щедрое предложение было ещё труднее, чем попрощаться с мечтами, которые и обдумать толком не успела.

– Начали, – положив руку мне на лоб, буднично произнесла Богиня, и меня пронзило острой болью.

Посвящение – дело, вообще, болезненное, да и трудное, подготовки требует. Пост там соблюсти, в молитвах пару дней спину поломать. Да и сам ритуал пафосный: на закате, в день полной луны, собирается верхушка служителей культа, полночи поют псалмы, и только потом до смертных снисходит Она – Неотвратимая, чтобы осенить благодатью своей новую жертву, то есть адепта, конечно.

Но, на самом деле – это всё мишура, не требуются Богине песнопения, да и время суток ей неважны, но вот боль остаётся, без этого не обойтись.

Дверь сотрясалась всё сильнее, сознание грозилось покинуть меня в любой момент, но я терпела. Быть магом смерти куда лучше, чем пустышкой, с зачатками магии крови.

– Госпожа… – не выдержала-таки дверь натиска и Василий ввалился в помещение, пробежав пару шагов по инерции.

– Поздравляю, сердра, – шёпот Неотвратимой раздался в голове и я смогла поднять глаза на привратника.

– У меня тут… закатилось, – еле сдерживая дрожь в руках, протянула я брошь, что успела сорвать с лацкана блузки.

Что ж так все не вовремя-то? Мне бы полежать, с силами собраться, кровушку в теле восстановить. Ещё и со статусом сердры освоиться бы. Это ведь не просто титул, это доверие, которое мне Богиня оказала, и даже тот факт, что я единственный последователь, всё равно этого факта не умаляет. Отныне я первая после неё в этом мире. Проводник её воли.

– Что произошло? – настороженно оглядывая залитый кровью пол, спросил Василий, сведя брови в единую линию.

– Замок заклинило? – неуверенно предположила я, мысленно поставив себе зарубку научиться виртуозно, импровизировать, играя словами, как это делала Поля.

– Заклинило, м-да, – и указав на пятна на полу, поинтересовался: – А это?

– Поцарапалась, – нервно хихикнула я.

Оставалось только вздыхать, не поверил он мне. Но и прицепиться по факту не к чему. Артефакт цел и безжизненен, не иначе как Неотвратимая побеспокоилась. Что можно мне предъявить? Валяние на полу?

– Пройдёмте, госпожа Чернышёва, – ловко вздёрнув меня на ноги, процедил Василий, продолжая цепко оглядывать помещение.

Естественно, я послушно засеменила следом, что ещё оставалось делать. А вот на выходе нас уже поджидали, и не только Савицкая, нервно заламывающая руки, но и толпа молодняка с крыльца.

– Что, пустышка, артефакт не купился на твои мольбы? – раздался смешок из толпы.

– А может, она его слезами заливала? – поддержали с другой стороны.

– Не, денег, наверное, предлагала, которых у самой нет, – парировал первый голос.

Полина закусила нижнюю губу и еле сдерживала рыдания. Мелкая она ещё, на всякую ерунду внимание обращает. Вон сестру укокошила, чужую душу в неё подселила и то молодцом держалась, а тут всего лишь злобные насмешки таких же малолеток.

– Ещё варианты? – дружелюбно спросила я у толпы, переступив с ноги на ногу босыми ступнями.

Взгляды молодых людей непроизвольно прикипели к моим офигенным ногам, пускай и грязных, после забега по парку, и новых предположений не прозвучало. А теории об исчезновении обуви я решила не замечать. Пусть себе гадают, мне-то какое дело?

Однако стоит признать, такое внимание к моей персоне, несколько сбивало с толку. Не так чтобы начать краснеть или делать глупости, но напрягало. Не привыкла я, чтобы меня, как товар оценивали. А парни прямо нарывались.

И вот тут возникала проблема. Я банально не знала, в рамках каких правил я имею право реагировать. Вдруг, набью морду, а мне за это не просто пальчиком погрозят? Кто их знает, мало ли казни в ходу. С виду вполне цивильный мир, и только Изнанкой пугают, но нюансов-то я не знала. В моём мире можно было вызвать обидчика на смертельный бой, а есть ли тут дуэли?

Ох, сколько же всего предстоит изучить и как можно скорее. Всё бы ничего, но толпа сопляков довела мой источник информации. Поля того и глядишь, в голос от обиды зарыдает.

– Не проводите нас на свежий воздух? – умильно похлопала я ресничками, смотря на Василия снизу вверх и даже ручки перед собой сложила, строя из себя оскорблённою невинность.

И  судя по тому, с каким неприкрытым презрением привратник следил за развернувшейся сценой, моя пантомима нашла благодарного зрителя.

Мужчина подхватил нас под руки и тараном двинулся к дверям, одним своим грозным выражением лица и решимостью, раздвигая толпу перед собой. Ну а мы шустро перебирали ногами и не отставали.

Стая гиен смыкала ряды, стоило нам их миновать, и злобно гавкала в спины. Мир новый, а повадки у людей все те же, падальщики они везде падальщики.

Глава 5.

– Надо собрать вещи, вечером возвращаемся домой, – выпала из оцепенения Полина, когда за нами захлопнулись двери, отсекая озлобленных малолеток.

– Надо, значит, надо, – беспрекословно отдала ей бразды правления.

Временно, конечно же, но вникать в такие бытовые мелочи не хотелось абсолютно. Во всяком случае, не сейчас.

Ведут куда-то и ладно, возможно даже переодеваться, сколько можно жопой сверкать?

Савицкая мотнула головой, подхватила меня под локоть и потащила в парк, где сквозь зелень угадывались очертания других строений. Но в отличие от здания, из которого мы вышли, черепичные крыши были ниже и значительно длиннее. Казармы, что ли?

– Женское общежитие, – пояснила мне девушка, не дожидаясь вопросов.

А молодец девка, осваивается.

Не казармы и ладно, не люблю казармы. Теснота, вонь немытых тел, насекомые. Фу, в общем.

Камни, которые то и дело встречались на утрамбованных дорожках, больнюче впивались в ступни, заставляя морщиться на каждом шагу, туфли я где-то потеряла, о чём сейчас жалела.

Нет, ну что за изнеженное тело мне досталось? Что прежняя хозяйка собиралась делать после провала на экзаменах, если знала, что ожидает её только изгнание?

Вот, кстати, а почему вариант только один? С такой внешностью и явным спросом, почему не замуж или накрайняк не в содержанки? Ну или работать, почему бы не пойти?

Какой мир меня ждёт за пределами академии?

Очень жаль, что Неотвратимая не успела меня ввести в курс дел, мозг Екатерины погибал слишком быстро и любые лишние сведения могли привести к полной потере функционирования тела. Нет, безусловно, со временем я бы исцелилась, но кто бы дал это время?

Весь мой предыдущий жизненный опыт прямо орал, что девочка цеплялась не за те идеалы. Миллионы людей жили без магии во всех обитаемых мирах, ремесленничали, семьи заводили,  жили простой жизнью.

Ну да, жизнь без магии короткая и тяжёлая, но и с магией ведь не леденец на палочке. Тварей убивай, жизнью рискуй, а если ещё и монаршие особы заприметят, то и их снобские задницы охраняй. Да ладно бы просто воинскую повинность нести, проблема ведь не в обязанностях, а в том, что в морду королю не дашь, да и огрызаться на придворных дамочек нельзя. А так хотелось иногда, аж скулы сводило.

Ой, ладно, это было давно, на заре бытности мной ещё послушницей. Жрице-то ни один венценосный козёл не посмеет сделать непристойное предложение или внаглую задрать юбку, как постельным девкам. Но память она такая, в дальний уголочек отложит всё неприятное, а потом не упустит момент и подсунет череду красочных воспоминаний, чтобы не расслаблялась, чтобы помнила, что за этими выдрессированными улыбками кроется.

А судя по стайке молодняка, что успела повидать, тут нравы похлеще будут. В моём мире таких шакалов сдерживал страх сдохнуть, не успев договорив. Очевидно, что здесь либо не принято нести ответственность за слова, либо же чувства самосохранения нет.

– Рина, ау, приём, – раздался щелчок пальцев у самого носа. – Палец приложи.

А? Это как я так расслабилась, что дорогу до общежития не заметила? Ох, беда-беда, так и меч в живот можно пропустить.

Замок удалось открыть с первого раза. Хотя, по правде сказать, одна я бы застряла у двери надолго. Ну кому бы пришло в голову, что маленькая серая пластинка около ручки – замок? Да ещё и такой специфический. Не на ауре, не на магии, даже не на крови, а завязанный на рисунок на коже.

Как светильники, так магические и сил не жалеют, а как жилище охранять, так просто замок, даже без ключа. Заходи кто хочешь, бери что хочешь. Проблема разве пальцем в железку ткнуть?

– Рин, да нет же, – ухохатывалась рядом Поля. – Отпечаток пальца индивидуален, его подделать так же трудно, как и слепок силы.

Хмыкнула я на всякий случай, ну мало ли она права. И залипла, рассматривая собственные подушечки пальцев. А вот налюбовавшись, хмыкнула уже менее скептически, рисунки-то действительно не повторялись.

Чудеса.

– Так, ты пока осматривайся, я бегом к себе и приду помогать, – метнулась на выход кузина, и уже в дверях замерла. – Постарайся не убиться об артефакты, я быстро.

Мило, обнадёживающее напутствие.

Девушка скрылась, оставив меня наконец-то одну. Убиваться обо что бы то ни было я не собиралась, но оглядеться, действительно, не мешало.

Комната, что ранее занимала Екатерина, оказалась небольшой, светлой и можно сказать, уютной. Не на мой вкус, но молодой девчонке наверняка нравилось. Светлые бежевые стены, пушистый коврик на полу и белая мебель. Не вычурная, без позолоты и вензелей, но нереально белого цвета.

Вроде мебель и мебель, что в ней необычного, но я долго бродила между письменным столом, вместительным шкафом и кроватью и гладила поверхности. Ровненькие, без малейшего заусенца или трещинки.

Какой уровень мастерства должен был быть у плотника, что изготовил эту мебель? Это же настоящая роскошь, хотя на вид и не скажешь. Чернышёва настолько богата, что может позволить себе такие изделия? Или добро казённое и академия купается в золоте?

Так и не найдя ответов, рухнула поверх лоскутного одеяла и продолжила осмотр комнаты из горизонтального положения. А что, удобно. И кровь по организму погонять можно, и на полу случайно не окажешься, да и неведомые артефакты, которыми угрожала Поля, вреда не причинят.

 Взгляд то и дело натыкался на милые безделушки, разбросанные по комнате, но чаще всего останавливался на толстой пластинке, что лежала на столе. Вытерпев пару полных кругов крови по телу, всё же вскочила на ноги и взяла в руки предмет, который так и манил.

Коробочка оказалась неоднородной, с одной стороны шероховатая перламутровая поверхность, а вот с другой – мутное зеркало. И вот это зеркало взяло и вспыхнуло, стоило случайно задеть его пальцем. Очередной артефакт?

Хорошо, что успела вернуться на кровать, а то выронила бы добычу и от неожиданности, да и от возмущения.

На зеркале появилось изображение Екатерины в весьма провокационной позе, а поверх голой девушки, прикрытой только парой бутонов цветов, проступили надписи, быстро сменяя друг друга.

Радовало, что память тела не подвела, и вместе с пониманием устной речи, мне досталось и умение читать, и надеюсь, что писать. В старом мире, грамотность – роскошь. Но, здесь или мир более богатый, или что вероятнее, другой уровень развития.

На поверхности зеркала мельтешили короткие, оборванные на полуслове фразы, сообщающие, что Алекс Воронцов выложил новый пост, или что Наталья Шаховская отправила личное сообщение.

Так много слов, так мало смысла.

Наобум ткнула в одну из надписей, и изображение сменилось на фотографию зарвавшегося белобрысого юноши, что попался мне на пути к главному корпусу.

Ну, красавчик, чего уж принижать чужие достоинства. И поза выбрана, выгодно подчёркивающее крепкое, но гибкое тело, да и улыбка во всё лицо, этому самому лицу очень шла. А вот одет он был в ту же рубашку, что и пару часов назад. Настолько стеснён в средствах, что вынужден ходить в одной и той же одежде? Рубашка на нём, точно не являлась деталью формы.

Не производил этот малолетний хлыщ впечатления нищего, да и чем-то же он собирался расплачиваться с Катей. Любит однотипные рубашки?

Вгляделась в тонкие черты лица молодого человека и знатно охренела от того насколько искусный портрет, а ведь это даже не картина, так, небольшое изображение сантиметров в пятнадцать. Искусство или местные технологии?

Случайно сдвинула картинку, и под ней показались буквы. И ладно бы просто текст абстрактный. Нет, этот холеный молодчик сообщал, что он успешно подтвердил ранг мастера и что он весь такой молодец.

Это что же, получается портрет мог быть сделан сегодня? Магия иллюзий, что ли, какая-нибудь? Как вообще они эти картинки передают?

Но, впечатлило в любом случае. Это не неделями жопу отсиживать, позируя художнику. Да и то, что в тексте не некролог, означает, что эта магия доступна многим, даже если её применение и дорого обходится. Будь это иначе, даже такие мажорчики не тратили бы силы и средства на ерунду.

Насколько же этот мир опередил мой, и сколько же предстоит узнать?

На этой оптимистичной ноте хлопнула входная дверь и раздался донельзя удивлённый голос Полины:

– О, так ты уже и с телефоном успела освоиться. Я-то боялась, что в душе утонешь.

Душ? У меня есть свой душ?

Глава 6.

К жилому помещению прилагалась своя ванная комната. Небольшая, отделанная кафелем, чистая и уютная. По словам Поли очень скромная, не чета домашним удобствам. Но мне и увиденного хватило, чтобы знатно обалдеть. Особенно после того, как девушка показала, как пользоваться незнакомыми устройствами.

Душевая кабина, в которой упругими струями била вода, причём любой температуры и без магии, абсолютно! И даже костром не пахло. Просто дёргаешь за кран, и вода бежит по шлангу. Разве не чудо?

А ещё и раковина ведь есть, и тоже с краном, и даже без ведра на полу.

Унитаз, в тепле, в сухости, а не дырка в полу. И что примечательно выгребной ямой не воняло. Вот совсем, ни капельки.

Шикарно, в общем, живут студенты академии.

– Я дома тебе джакузи покажу, – веселилась Полина над моей реакцией.

И даже одёргивать девушку не стала, я действительно сейчас смахивала на деревенскую свинопаску, что привели во дворец. С единственной разницей, что моя невежественность носит временный характер. Уж что-что, а обучаться я умею быстро и эффективно, иначе у нас не выжить.

– А давай ты меня введёшь в курс дела, о доме, об опекуне, о ваших с Катей взаимоотношениях, – с сожалением покинула царство кафеля, прихватив Полю с собой.

Успею ещё насладиться и душем, и целым батальоном баночек, что стоял на полках. Несколько я уже понюхала, и даже мысленно позлорадствовала над королевскими наложницами, что всегда старались укусить побольнее и не забывали упомянуть, сколько им масел и притирочек от монарших щедрот перепало. Ценность имело всё, кроме жизней. Вот в таком благополучном мире я жила.

– Да легко, – хмыкнула она и припустила по комнате, потроша ящики и вытряхивая многочисленные шмотки на пол.

На удивление, историю жизни Кати она рассказывала связно и обстоятельно.

И чем больше я слушала, тем сильнее во мне нарастало желание, призвать душу отца Екатерины и отвесить ему потусторонних люлей. Ведь именно его стараниями, вернее, полным манкированием обязанностями родителя, Катя выросла завистливой и озлобленной сучкой.

Допускаю, что Полина сгустила краски, но прямо она не врала.

Начать с того, что батюшка Катерины принадлежал к древнему, но давно разорившемуся роду. Вместе с фамилией в комплекте шли родовая магия, хранитель и баронский титул. Вот, только чтобы с помощью магии получить какие-нибудь преференции, носителю оной необходимо было послужить на благо общества. Тварей убивать, короче. А этого последний представитель рода Чернышёвых делать не желал, там ведь и убить могли.

Кроме гордыни, и привычки жить на широкую ногу, у Алексея Чернышёва ни черта не было, поэтому немудрено, что с размером его долгов могло поспорить разве что раздутое эго. И вот это эго очень долго сопротивлялось женитьбе, но в итоге уступило перед натиском кредиторов. Так, тётя Поли, Ангелина Савицкая неожиданно для неё же, но с щедрой руки главы рода, стала баронессой Чернышёвой. Продали девушку за титул, короче.

Девушка офигела и впала в продолжительную хандру, когда её несовершеннолетнюю спихнули замуж за великосветского кутилу. Муженёк-то привычки менять не стал, а глава Савицких исправно рассчитывался по счетам Чернышёва. Мнения самой новоиспечённой жены, конечно, никого даже не интересовало.

А потом  Ангелина взяла да и померла родами, на второй год замужества. Роды вышли нехорошие, Катя оказалась недоношенной на несколько месяцев, вследствие чего с магией и начались проблемы. Во всяком случае, именно такая причина значилась в свидетельстве о рождении у Екатерины.

Алексею на ребёнка было насрать, деда судьба пустышки тоже особо не заботила, ведь титул передаётся только одарённым. Девочку, как ненужный чемодан без ручки, подкидывали дальним родственникам. Вся забота о ней свелась к тому, чтобы она по пути не сгинула.

Кузина же родилась в один год, и девочки вынужденно проводили вместе немало времени. Так что мелкие даже подружились, вот только чем больше они взрослели, тем сильнее разрасталась пропасть между ними. У одной были крепкий, пусть и купеческий род, любящие родители, деньги и магический потенциал, а у второй только родовой перстень, который даже подержать не давали, и красивая бумажка с золотым гербом.

И вот за эту бумажку Катюша и вцепилась, как за спасательный круг. Она всё выше задирала нос в общении с роднёй, а те дружно над ней посмеивались. Девушка помешалась на чистоте крови и своей принадлежности к элите. Вот только кроме бумажки-то ничего и не было.

Савицкие платили за всё. За жильё, за обучение, за тряпки и даже за вечеринки, которыми она упорно пыталась закрепиться в среде мажоров. Екатерина тоже платила Савицким, но только хамством.

Так и существовали, пока полгода назад папик Катерины не умер. Официально на дуэли, по факту хрен его знает. Тело нашли в подворотне с разорванной грудиной, полностью обескровленное, до кучи, ещё и подвешенное на столбе. Очень наглядно и ни разу не подозрительно.

Пусть Катя и была совершеннолетней, но тут её любимая гербовая бумажка подвела. Не может отпрыск древнего магического рода получить самостоятельность, пока не подтвердит уровень владения магией.

Нет магии – нет диплома. Нет диплома – нет возможности существовать вне опеки,  сколько бы лет тебе ни было. А опекуна она довела до белого каления, и ждать с той стороны хоть каплю сочувствия бессмысленно. Так что привет билет в один конец до Изнанки.

Получив ответ в одном месте, Катя пошла по своим высокородным дружкам и подружкам. И вот сюрприз – не упёрлась она никому.

Единственная, кто с ней хоть как-то контактировал – это Поля, но и она не собиралась вступаться перед отцом за пропащую кузину. Так что, общение девушек сводилось к моральной поддержке, не более.

Ну а дальше наступали уже известные мне события: провал на проверке, требования провести запрещённый ритуал и удар об кафель.

– Так что, ты извини, конечно, – помялась девушка в заключении своего монолога и резко сбросила содержимое ящика в сумку. – Но, о Кате никто не будет сожалеть.

Грустно, но справедливо, чего уж тут.

Мне, по сути, плевать с высокой колокольни на предрассудки и испорченные отношения с ровесниками, но вот заветную бумажку получить захотелось уже, без всяких сомнений. Да и вопросов осталось ещё немало, особенного в отношении смерти Чернышёва-старшего и родовой магии. Возникло у меня подозрение, что неспроста у Катерины кровь волшебная.

– Значит, точно изгнание, – постучала я пальцами по пустой столешнице. – А что с родом стало? И что станет, когда меня сошлют?

– Пока ты глава рода, но как только провалишь экзамен, Чернышёвых вычеркнут из Книги Родов.

– Ну, значит, мне в любом случае предстоит сдать экзамен, – усмехнулась я.

На Изнанку я хотела, но как свободный и самостоятельный человек, а не прокажённый изгнанник. Если уж уходить, то на своих условиях.

– Да как, – обречённо вздохнула Савицкая и продолжила собирать вещи Кати.

И правда, как?

В общем, я сидела и ждала пока девушку озарит осознанием.

Вжух. Сумка отлетела к горе своих товарок. Вжух. Небольшой металлический кейс с глухим ударом, отправился в общую кучу. Вжух. Ещё одна сумка начала было полёт, но в итоге рухнула Поле под ноги, когда она отпустила ручку, так и не замахнувшись.

– Ты зарегистрировалась?

– А то ж, – развеселилась я.

Правда, после расспросов Полины, выяснилось, что раскатала я губу рано. Зелёный цвет – уровень новичка. Это, конечно, не пустышка, но для нормальной жизни аристо маловато. Вот для простолюдина отличный вариант, тут и профессию выбирай по склонностям, и замуж с руками и ногами девку с магией оторвут, такие же простолюдины , конечно. Ну или можно податься в слуги в чей-нибудь род, что тоже неплохо. И деньгами не обижают, и поддержка пожизненная. Минус только один – клятва верности на крови.

Но тут и думать нечего, в слуги я не хотела, спасибо, наслужилась на много жизней вперёд. Замуж точно не мой вариант. Так что оставался только один путь – взять минимум подмастерье на экзамене, утереть нос злопыхателям и не оказаться в качестве лабораторной крысы.

А род и титул, будут мне компенсацией, за договор с Неотвратимой. Упускать выгоду только из-за каких-то трудностей? Нет уж, обойдутся. Что однажды в руки попало, то там и осело.

– А скажи мне, часто изначальный уровень указан ошибочно?

Поля меня даже не поняла.

Печально. И хрен пойми, чем это аукнется.

Глава 7.

– В каком плане ошибочно? – недоумённо похлопала ресничками Полина.

Красивыми, кстати, ресничками, подкрашенными.

– Утром ноль, днём новичок, а на экзамене придётся взять минимум подмастерье, – терпеливо пояснила.

Не с руки мне на пальцах объяснять очевидные вещи, но ответы нужны позарез.

– Придётся, ой не могу, – заливисто рассмеялась собеседница, но нервно икнула, когда я вздёрнула бровь и снисходительно посмотрела на неё.

У меня есть неделя в запасе. Немного, конечно, а в свете того, что мир оказался намного более продвинут, чем мой старый, дел у меня немерено. Но никто и не обещал лёгкой прогулки.

– Но так не бывает, – убеждённо ответила Савицкая. – Учитывается не только сила удара, но и степень владения даром. Нельзя за полдня научиться управлять потоками на другом уровне. Это как… Человека, что вчера не знал ноты, сегодня поставить петь оперную арию. Будь он хоть трижды одарён от природы, но без практики и обучения, песня выйдет фальшью.

Резон в её словах, конечно, был. Вот только моего интереса это не отменяло. Как минимум один скачок по рангам я уже совершила, и останавливаться на достигнутом не собиралась.

– Допустим, ну чисто гипотетически, что кто-то смог, – напирала я на Полю. – Что будет?

– Комиссию, наверное, соберут, – задумалась девушка, уставившись в потолок. – Переаттестацию назначат. Возможно, секретные службы подключат.

Весёлые перспективы.

– А прецеденты были?

– Только с душами других миров, – Полина тяжко вздохнуло, наградив меня виноватым взглядом.

Ну, здрасте. Только вроде решили, что афишировать своё происхождение я не стану, и опять началось.

– А местные варианты возможны?

– Честно не знаю, я теорию магии еле сдала, – пожала она плечами. – Можно попробовать посмотреть в сети или конспектах у Кати, она последнее время налегала на учёбу.

Даже не удивлюсь, если она способы активации дара искала. Жалко, что памяти в теле не осталось, кроме небольших проблесков вроде знания языка, сильно сэкономила бы время на адаптацию.

– Значит, поищем, – уверенно ответила я и Поля засияла, как магический шар освещения.

– Ой забыла! – вдруг подскочила девушка. – Нас уже час ждут.

Кто ждёт, куда ждёт? Что за кипиш?

Ответ оказалось, стоял за дверью в виде амбала в строгом костюме.

– Это кто? – втянув Полю обратно в комнату, поинтересовалась я.

– Охрана, – обескураживающе удивлённо ответила она.

– А я, откуда должна это знать? – устало спросила у девушки.

– А как без охраны? – ещё сильнее удивилась девушка.

Как-как в рифму, как.

– Начинаем сначала, что за охрана, почему она нас охраняет и от кого, – медленно выдыхая и тщательно контролируя громкость, произнесла я.

Оказалось, пяток качков за спиной – это признак достатка и родовитости. Полину охраняли по совести, она-то не бракованная, а вполне себе состоявшаяся продолжательница рода Савицких. Пусть и не древнего и даже не титулованного, но крепких середнячков. А вот Катерину охраняли номинально, приставив к ней парочку отставных военных, причём даже не одарённых. Костюмы сидят отлично? Фигуры внушительные, и плевать, что мышцы у них скорее украшение, а служили они, просидев в конторе положенный срок.

– Слушай, а мне есть чего опасаться за стенами академии? Или тебе? Как часто мужики гонорар отрабатывают?

– Да нет, – не слишком уверенно протянула Поля. – Последнее время случались всякие неприятности, конечно, но в основном с Катей.

О как.

– Так да или нет? Мне тебя пытать начать? – еле сдерживая раздражение, честно спросила у кузины. – Ты смотри, я умею, никакая магия не спасёт.

– Да случайности это всё, глупости, зря сказала, – попыталась отмахнуться от меня девушка и сбежать, но я ей этого, естественно, не позволила.

Спустя пару попыток самым наглым способом ретироваться за дверь, я получила-таки перечень того, что Полина обозначила, как неприятности. По отдельности, действительно, череда несчастных случаев, но только в том случае, если не рассматривать их в комплексе.

Как Алексей Чернышёв отправился кормить могильных червей, так у Катерины началась полоса тотального невезения. То машина, в которой она ехала, пробивает колесо на скорости, и от смертельной аварии спасает мастерство водителя и отсутствие других автомобилей на трассе. То, происходит короткое замыкание в ванной комнате и избежать смерти помогают новомодные тапки, в которых она в тот момент щеголяла. То, в фойе библиотеки рядом падает люстра, веками мирно висевшая под сводчатым потолком.

Были ситуации, прямо не грозящие здоровью, но тоже попадающие в раздел неприятностей. Например, внезапно заблокированная карта и неоплаченный ужин в ресторане, что принадлежал конкурентам Савицких. Или ещё хуже, сработавшая защита от краж в торговом центре. Обвинений не последовало, но настроение попортили и самой Кате, и опекуну, который был вынужден разруливать инциденты и возмещать причинённый ущерб.

Хоть половину слов я и не поняла, но выяснила, что кто-то планомерно портил жизнь моей предшественнице, и совсем не исключено, что постарается и мне. Да и путь от упавшей люстры до перерезанного горла или яда в стакане, на самом деле недлинный и ограничивается только терпением заказчика, и необходимой реакцией на смерть выбранной жертвы.

– Расследование было?

– Да какое расследование? – вытаращилась на меня девушка. – С какой стати-то?

Да, действительно, подумаешь какая мелочь, всего лишь, главу рода, пусть и временную, изводят. Мелочь же, совсем неподозрительно.

– За охрану кто отвечает? – уточнила я, по сути, зная ответ.

И не ошиблась. Всё доклады ложились ровными стопочками на стол Аркадию Савицкому, а он, в свою очередь, великодушно их игнорировал. Идиллия прямо. Жалко, что с отрицательным для меня результатом.

– Скажи мне, мы же сейчас встретимся с твоим батюшкой? – не удержавшись от оскала, мило проворковала я.

Полина дурой всё-таки не была. Да, наивная местами. Впечатлительная и импульсивная, как и положено молоденькой барышне. Но не дура, совсем нет.

– Ты же не считаешь, что неприятности спланированы, а отец в этом замешан? – нахмурилась она, уперев дверь плечом и уже мне отсекая путь наружу.

– Попробуй взглянуть со стороны, абстрагируясь от личного отношения к Чернышёвой, – посоветовала я, отодвинув её с дороги. – Иногда бездействие приносит результат сродни прямой угрозе.

Сзади раздалось громкое сопение. Ясно, озадачила я Полю. Сейчас покуксится, мозгами пораскинет и сделает правильные выводы. А может, ещё и на подозреваемых наведёт. Она как минимум в местных реалиях разбирается лучше.

– Веди, – встретив абсолютно равнодушный взгляд громилы за дверью, отдала приказ.

Мужик с места не сдвинулся, даже не моргнул, козлина такая.

Курсы у них специальные, что ли, есть? Вроде «Как взбесить мага смерти и постараться выжить?» или «Как дышать через задницу в отсутствии других органов».

– Не позволено, госпожа, – издевательски протянул он.

Точно курсы с отличием закончил.

– Дозволяю позволить, – величественно кивнула я и проплыла мимо охреневаюшего качка.

По ходу дела, Катю никто за хозяйку не считал и не удивлюсь ни разу, если с молчаливого одобрения Савицкого, а может, и вообще по его приказу. Не терпелось уже пообщаться с глазу на глаз с этим товарищем.

– Госпожа, вы забыли вещи, – нагнал меня охранник.

Ну не обнаглел ли? Да даже если я ему не хозяйка, то я маленькая хрупкая девушка, хотя бы внешне. Трудно пару сумок захватить? Один чёрт с прямыми обязанностями не справляется.

Но и в бессмысленные перепалки вступать не хотелось. Смысл-то в этих разборках? Ну, унижу я мужика, ну, отыграюсь на нём за издёвки над настоящей Катериной, что поменяется? Только раззадорю и на пакость спровоцирую. С такими надо вопрос решать раз и навсегда, не опускаясь до простых издевательств.

Окинув громилу взглядом с ног до головы, выдержала паузу и дождавшись, когда он нервно сглотнул, молча развернулась и пошла в свою комнату.

– Максим мой охранник, – в открытых дверях стояла Поля и наблюдала за не состоявшимся противостоянием.

Я даже не стала уточнять, где носит моего. Очевидно же, что ответ не принесёт ничего, кроме раздражения. Да и то не факт, что мои так называемые охранники не приложили руки к неудавшимся покушениям на Екатерину.

– Всё равно хамло некультурное, – буркнула я, вытягивая наружу несколько сумок за раз.

Нет. Вещи, безусловно, были красивые, возможно, дорогие, но абсолютно не практичные и что раздражало больше всего – крайне тяжёлые. Ну зачем столько одёжек, если половину времени Катя проводила в форме и ещё четверть спала?

– Ты собралась нести их в руках? – изумилась Савицкая. – Но есть же грузовая платформа.

Честно? Я просто промолчала, даже зубами не заскрипела, ну почти.

Глава 8.

У всего есть пределы. Пролитая последняя капля воды из бурдюка посреди пустыни. Погасшая последняя спичка в промозглой пещере. Последняя искра магии в источнике, потраченная на светляк, что показал орду недругов. Я держалась на отметке: «ещё чуть-чуть и рванёт».

Пока помогали жизненный опыт и зависимость от Савицкой, хотя вслух я этого никогда не признаю. Но черта, после которой мне станет насрать на любые последствия, была очень близка. Очень. Ещё одно слово или смешок, и голова вынужденной напарницы, отделится от остального тела.

– Отлично, – выдавила из себя и мысленно заставила себя повторять, что Поля – испуганный ребёнок.

Просто ребёнок. Накосячивший ребёнок. Детей бить нельзя. Нельзя, даже если очень хочется.

Для верности глубоко вдохнула пару раз, и чуть не подавилась, когда поймала взгляд охранника, задержавшегося на моей груди, туго обтянутой белоснежной футболкой. Ну не было у Катерины в гардеробе вещей по размеру. Всё в обтяжку и подчёркивающее то, что приличнее скрыть.

Но Максим в любом случае капец как неправ. Инстинкта самосохранения у него нет, так же как и воспитания, и соблюдения субординации.

Полина тоже заметила неуместный интерес мужчины к моим выпуклостям и решительно шагнула, вставая между нами, закрывая ему обзор на девичьи прелести.

– Платформа, – тихо произнесла она, показав медный кругляш сантиметров пятнадцати в диаметре. – Эта на сто килограмм. От диаметра зависит переносимый вес. Активируется нажатием кнопки в центре.

Пригляделась, и правда, по центру отчётливо выделялся небольшой выступ.

– А к этому она привязана, – достала из-за кармана крошечный прямоугольник из металла, болтающийся на связке ключей. – Маячок, за которым следует платформа.

Интересная игрушка. Но ничего подобного среди вещей Кати я не видела. Не сказать, чтобы я досконально изучила каждую побрякушку, что досталась мне в наследство, но память у меня тренированная. Если что увидела, то при необходимости точно вспомню, где и при каких обстоятельствах я с этим сталкивалась. Так что нет, у Чернышёвой определённо грузового артефакта не было.

И что странно, в кругляше, что до сих пор так и не активировала Полина, магия ощущалась, а в телефоне, что лежал в небольшом рюкзачке, вместе с документами, ничего не чувствовалось. И почему-то я была уверена, что дело не в экранированных потоках. Почти уверена, что в переговорном устройстве банально нечему было фонить и артефактом оно не являлось.

Удивительная смесь магии и технологии.

– Смотри, – шепнула кузина, так чтобы бугай в костюме не услышал, и медленно нажала на кнопку.

Девушка отпустила палец и продемонстрировала утопленную внутри круга кнопку, равномерно подсвеченную изнутри тусклым красным светом. Затем медленно вытянула руку и обвела кругом сложенные сумки и бросила кругляш в центр.

Артефактами, как и многочисленными проявлениями заклинаний, меня не удивить, поэтому я даже бровью не повела, когда сумки взмыли в воздух и зависли в полуметре от пола.

Надо признать, что решение было крайне необычным. На создание артефакта с пространственным карманом, или хотя бы на искажение пространства нужна прорва энергии и умений, а тут: нажал и вещи полетели. Ну да, ни о какой секретности или гарантированной сохранности речи нет, но ведь и усилий никаких!

Полина, гордо вскинув подбородок и приняв надменный вид, повернулась к дорожке и поплыла мимо охранника, что старательно не смотрел в мою сторону.

Даже думать не хотела, как на моём месте реагировала бы настоящая Екатерина, да и с чего вообще, какой-то охранник позволяет себе явно выходящее за рамки должностных инструкций поведение, но я в точности повторила манёвр Савицкой и пристроилась ей в кильватер. Дорогу на выход-то я не знала, да ладно дорогу, я не знала, куда и как нам предстояло ехать. Так что, задираем нос выше, плечи расправляем шире и плывём навстречу приключениям.

Сумки, мерно покачиваясь, летели за девушкой, и я вдоволь смогла налюбоваться на работу платформы. Сам кругляш успел протиснуться сквозь багаж и опустился на самое дно кучи, и теперь из-под неё виднелось равномерное свечение, того же тусклого красного цвета, которым светились кнопка на артефакте.

Хотела бы я заглянуть внутрь устройства, в чисто исследовательских целях, конечно. Интересно же узнать, какой вид магии используется, как распределены потоки, да даже материалы и обработка. Больно уж, хитрые сплавы и решения здесь встречаются.

Никогда не гнушалась лишними знаниями и умениями, и чует моё сердце, что в новом мире этих самых знаний смогу получить с излишком.

Дорожка закончилась резко. В один момент пышные заросли декоративных кустарников расступились, и мы вышли на площадь, покрытую серым зернистым камнем. На площадке ровными рядами стояли металлические повозки без кучеров и лошадей, и у каждой выстроились несколько громил в чёрных деловых костюмах. Что примечательно, мужики походили друг на друга, словно вылеплены рукой одного мастера, отличались только цвет волос и вышитые гербы на лацканах.

Механически переставляя ноги и следуя по пятам за сестрой, не могла понять одну вещь. Если эти мужики, охрана, то почему на них костюмы, которые явственно сковывают движения? Даже доспехи, со всеми своими системами застёжек и сочленений давали больше манёвра в бою.

Ну допустим, драка здесь не просто размахивание железками и швыряние сгустками сил. Глаз у меня, намётанный, и даже мало-мальского кинжала, я ни у кого не заметила, так что примем за факт, что мечи тут не в ходу. Но и для магии требуется простор, а о какой свободе передвижения может идти речь, если плотные пиджаки буквально грозятся лопнуть по швам на внушительных бицепсах охранников?

– Госпожа, автомобиль подан, – низко поклонился перед Полиной короткостриженый брюнет и распахнул дверь в машину.

На меня же мужчина даже не взглянул, не то чтобы поклониться. Вообще, не обидно, вот совсем.

 Устраивать истерику я не собиралась, но лицо охранника запомнила в подробностях. Обижать слабых обычно не в моих привычках, но они явно нарываются на показательную порку, а уж это я умею. Повезёт им, если штанишки пачкать ночами не начнут.

Пока мысленно охаживала амбалов палками в воспитательных целях, от стоящей рядом машины отделился один из мужиков и поклонился уже мне. Вот только совсем неглубоко, а в голосе не чувствовалась ни малейшей крупицы уважения.

– Артём это, твой начальник охраны, – шепнула Поля, пройдя мимо меня к задней части моего автомобиля.

Сохраняя на лице маску полного равнодушия и высокомерия, заглянула через плечо девушке. Интересно же, куда она мои вещи собралась отправить.

В задней части машины оказался встроенный короб, в который сумки вплыли и плавно опустились на дно. А сверху ещё и крышка опустилась, полностью закрывая моё наследство.

Мне определённо нравился этот мир. Люди – не очень, но удобства в нём выше всяких похвал.

– Встретимся дома, – сжала мой локоть Полина и проскользнула мимо охранника, всё так же стоящего у открытой дверцы автомобиля, и элегантно устроилась на сидение.

А вот мне никто дверь открывать не спешил. Оставалось только стоять и надменно смотреть поверх голов ухмыляющихся мужиков. Проблема была даже не в пренебрежении, за которое они ещё с лихвой ответят, а в том, что я не знала, как эту чёртову дверь открыть.

Машина с Савицкой зарычала, фыркнула и тронулась, а я продолжала стоять и рассматривать небо, затянутое свинцовыми тучами. Вот и погода поддерживала моё настроение, что портилось всё сильнее с каждой секундой промедления охраны.

В игре «кто кого перестоит» я определённо лидировала. Уж что, а лицо держать я умела, даже если внутри клокотала от еле сдерживаемой ярости и жажды крови. А вот качки, явно начали чувствовать себя не в своей тарелке. Сдаётся мне, что прежняя Катерина уже вопила бы на всю площадку, топала ножками и требовала уважительного отношения.

Извините, пацаны, сегодня цирка не будет.

– Госпожа, – сквозь зубы процедил тот самый Артём и распахнул-таки передо мной дверь.

Ну не умеет мальчик проигрывать, даже жаль его немного. Такой взрослый, такой большой и такой тупой.

Забраться внутрь было проще, чем в карету, не ладилось у меня никогда с этими повозками, куда удобнее верхом. Не знаю, насколько грациозно выглядели мои движения со стороны, но ничего нового на лицах охраны не появилось, так что как минимум не опозорилась, а то они не упустили бы шанс погоготать над неуклюжей хозяйкой.

Мысленно фыркнула в сторону охранников. Тоже мне альфа-самцы, ребёнка изводить толпой – верх мужественности, ничего не скажешь.

Так и не дождавшись от меня никакой реакции, Артём нехотя потянулся закрыть дверь, но отвлёкся на напарника, что тихо, но вполне отчётливо пробурчал:

– Успокоительного ей вкачали, что ли?

Я даже глаза закатить не успела, когда мне в руку ткнулась свёрнутая шариком бумажка, миновавшая не очень-то и бдительных охранников. Рефлекторно сжала послание, бросив взгляд на площадь.

Что странно, никого нового на площадке не было.

Но и опасности от послания я не чувствовала, во всяком случае не от самой бумаги, ну а с содержанием успею ещё ознакомиться. Уж точно не на глазах у бойцов, что мне не служили.

Глава 9.

Путь до усадьбы Савицких занял три часа. Три часа, которые я наконец-то смогла посвятить изучению мира. Поля, конечно, отличный источник информации, только уж слишком бессистемный и эмоциональный, а задавать наводящие вопросы тот ещё гемор. Трудно поворачивать разговор туда, не знаю куда.

На заднем сидении автомобиля меня оставили одну, Артём вместе со вторым непредставленным охранником заняли места впереди. Так что, спрятавшись за массивным креслом, я первым делом развернула записку:

«У тебя осталась неделя, тварь!

P.S. Увижу рядом с Алексом – убью»

Какая милая любовная записка, однако.

Но это ладно, Алекса своего могут целиком и без остатка забирать, мне такое счастье без надобности.

Секс – отличный способ восстановления резерва и прокачки магических каналов. Но для этого без разницы, как партнёр выглядит, главное, чтобы функционировал в полном объёме. Так что проще выбрать кого пострашнее и не ввязываться в сомнительные авантюры на территории учебного заведения. Не гадь, где ешь и всё такое.

Да и вообще, у меня с сексом странные отношения. Не принято в культе давать свободу собственным желаниям, да и некогда было, если честно, а в самом культе мужчин не было. Совсем. Ни одного. Ну и в моём мире основная масса мужиков выглядела так, что никакого желания, кроме восстановления резерва, глядя на них, возникнуть и не могло. А те редкие индивиды, что выглядели чуть лучше потусторонних тварей, были настолько избалованы вниманием, что связываться с ними просто не хотелось. Вот я ещё за чужие гениталии не конкурировала.

Поэтому всё моё знакомство с этой стороной жизни заканчивалось на абсолютно прагматичном восстановлении резерва в экстренных случаях, и с тем, кто под руку подвернётся. А это удовольствие, мягко сказать, так себе.

Так что нет, никаких мимолётных интрижек, только взаимовыгодное сотрудничество в любой позе.

А вот первая часть послания заинтриговала. И даже таинственный отправитель уже не так интересен, как содержание. Вот что она имела в виду, что мне жить осталась неделя? Или может, неделя до изгнания? Или может, последняя неделя существования рода? Почему нельзя было чуть развернуть угрозу, это ведь нетрудно, чернила пожалела? Какие несознательные пошли недруги.

Собрав все крохи внутри источника, запалила огонёк на кончике пальца и с удовольствием наблюдала за тлеющей запиской. Усилить ещё и кожу, пока не могла себе позволить, поэтому пришлось отбросить догорающее послание в последний момент. Ожоги мне не идут.

Стоило пеплу сорваться с рук, как внутри машины заголосила сирена, и машина, резко вильнув в сторону, остановилась.

– Что случилось? – появилась голова в проёме между креслами.

– Горим? – пожала я плечами, стряхнув остатки записки на пол.

Даже удивительно, что охрана хоть как-то среагировала. Ладно, сирена, скорее всего, артефакт или очередное чудо техники, но сами-то мужики? Неужели не настолько им насрать на жизнь объекта, как хотели показать?

– Что вы сделали? – развеял мои сомнения безымянный качок и получил презрительное фырканье в ответ.

С причинно-следственной связью у товарища беда. В чём можно подозревать пустышку?

– Что там, Кир? – не показываясь бросил Артём, и голова скрылась из вида.

– Ложная тревога, – отозвался Кир и благополучно забыл про меня, погрузившись в обсуждение ночных похождений.

Странные они всё-таки. Ладно, что врал, как дышал, это как раз норма, мужики во всех мирах покрасоваться любят. Но, я-то не просто подружка из клуба, чем бы это ни было. Я ж хозяйка, а ещё и молодая девица, мне может не по возрасту ещё знать, что и куда можно приспособить. А тут целая лекция, причём со сказочным уклоном.

Надо бы выяснить, как-то аккуратно, что там с целомудрием у тела. А то есть один интересный побочный эффект от лишения девственности, о котором не принято упоминать. Не зря, в старом мире дефлораторы были вполне уважаемой профессией, никто из одарённых не хотел рисковать и даже временно лишаться сил. А ведь девушку можно подготовить, и тогда эффект становился необратимым. Никакая нимфа не стоит обмена десяти минут сомнительного удовольствия на полную магическую кастрацию. Так бывает только в восторженных балладах полупьяных бардов.

– Видел бы ты вторую, брат. Такое вымя, из рук вываливается, – похабно загоготал Кир.

Ну фу ведь.

Нет, с охранной мы однозначно попрощаемся. Они же клинические идиоты.

Как могла, отрешилась от бахвальства и достала телефон. Есть вещи гораздо более увлекательные и полезные.

Вот, например, как мир-то называется? В какой стране или городе я нахожусь? Какая дата, в конце концов?

 Где искать информацию я успела уточнить у Полины, так что с предвкушением ткнула пальцем на картинку, на которой была схематично изображена планета и погрузилась в мир запросов и ссылок.

Мир звался Землёй, и на дворе шёл две тысячи двадцать четвёртый год. Вдаваться, как так получилось и куда подевались ещё по меньшей мере пара тысячелетий, я не стала. Историю точно можно безболезненно отложить до лучших времён.

Ни о какой монократии в мировом масштабе речи не шло. Стран было много. От крошечных, размером с небольшой город, до занимающих половину континента. Вот в таком государстве-великане и проживала Чернышёва.

Российская империя. Неплохо звучит, гордо. Да и судя по беглому изучению новостей, вполне годное место для жизни. С религией полная свобода, власть не лютует. Не без перегибов, конечно, но так где их не бывает?

Основная внутренняя проблема на первый взгляд была в напряжённости между аристократами и одарёнными магами из низкого сословия. Одним, доставалось всё с рождения, а вот вторым приходилось пробиваться самим. И всё бы ничего, трудности закаляют характер, вот только законы были на стороне аристо.

Свой суд, свои законы, у аристократов было всё своё, чем они беззастенчиво пользовались, усиливая свои роды и уничтожая конкурентов. А одарённые простолюдины становились разменными монетами в этих войнушках. Не удивительно, что набирающее силу движение безродных начало угрожать вековым порядкам.

Аристократы вырождались, и это был факт, который старались умалчивать, но который отчётливо читался между строк. А вот простолюдины, рассчитывающие только на себя, становились реальной силой. Обученной, одарённой, сплочённой и целеустремлённой.

Что там было с внешней политикой, я не уловила. Нет, с виду всё шоколадно. Граница на замке, передовое вооружение, огромная армия. Но, и поверить в то, что врагов у такой огромной и явно богатой страны нет, тоже не получалось. Так, просто не бывает.

А ещё на территории империи находились несколько стационарных переходов на Изнанку, что поднимало значимость страны в планетарных масштабах до самых небес. А ведь были ещё спонтанные, которых в империи тоже открывалось немало.

Один из стационарных переходов, кстати, находился под Екатеринбургом, в котором мы и проживали, во всяком случае пока.

Про Изнанку информации было много. Собственно, было бы странно, если событие, что перевернуло жизнь всей Земли с ног на голову пару столетий назад, не обсасывалось со всех сторон.

Как классифицировать Изнанку по меркам старого мира,  я не знала. Не приходилось мне сталкиваться с таким явлением раньше, и от этого желание посмотреть своими глазами становилось ещё сильнее. Но рано, пока ещё слишком рано.

Без магии, без снаряжения я рисковала сгинуть там с концами. Бессмысленно, бесславно и абсолютно нелепо. Так что нет, сначала сбор информации, тренировки и разведка, возможно, и боем, как уж пойдёт. А вот потом, я там пропишусь по доброй воле.

Причина же проста – прокачка и усиление. Боевой славы тоже не мешало бы получить, но тут всё взаимосвязано.

В общем, Изнанка – это нечто вроде второго слоя реальности, в точности повторяющего конторы поверхности, вот только там холодно, пакостно и опасно. Нет гвардии, нет порядка и нет законов, кроме закона силы. А ещё там на каждом шагу Разломы. Много. Разных.

А Разломы – это что? Это не только трофеи, но и личное усиление, даже если ты просто поприсутствуешь внутри или пройдёшь до конца за чужой спиной, свою толику энергии ты получишь. Доказанный факт, между прочим. А если один, а если целиком зачистишь разлом? Считается, что такие подвиги нереальны, но это они зря. Просто магов смерти туда и не пускали толком, иначе королевские охотники и искатели, выглядели бы бледно на нашем фоне.

Потрудиться придётся неслабо, чтобы восстановить хотя бы часть способностей, и на первых парах быть крайне аккуратной и сдержанной, возможно, даже найти группу. Но, чёрт побери, я хотела туда.

Настоящая свобода, она там. В стихийно созданных городах, в сражениях, даже в торговле на чёрном рынке. Без титулов, без спеси рождённых с золотой ложкой во рту. Только твоя личная сила.

Разве это не прекрасно?

– Госпожа, прибыли, – сухо отрапортовал Артём и заглушил двигатель.

И гад такой даже не дёрнулся, чтобы дверь открыть.

Глава 10.

Как открыть дверь, я уже знала, но продолжила сидеть в машине, с пользой тратя время, а именно гоняя кровь по источникам и продолжая изучать вопрос о регистрации в качестве Охотника или Добытчика.

И те и другие имели официальный статус, защищённый в корпусе Искателей – обособленной структуре, подчиняющейся напрямую Его Величеству Александру VII, действующему императору Российской империи.

В Искатели могли податься и аристократы, и безродные, и идейные, и преступники. Всех их закон о неприкосновенности защищал с одинаковым усердием. Правил было не так много: готовность отражать нападения со стороны тварей в случае необходимости, выполнение минимальной разнарядки и запрет на торговлю стратегическими ресурсами. Список, как и обязательная повинность не оглашались, но думаю при вступлении, мне выдадут исчерпывающую информацию.

И тогда же предстоит определиться Охотник или Добытчик. По сути, выбор прост, добыча трофеев с трупов или из самих Разломов. Как правило, слаженные команды состоят и из тех и из других, да и статус Добытчика не запрещает убить любую тварь. Просто, так не принято.

Их можно понять, под специализацию затачивается всё: и снаряжение, и отработка умений. Вот только, когда верну хотя бы часть сил, стану универсалом, не нуждающимся в костылях в виде артефактов и группы поддержки. Осталось дожить до этого светлого момента.

Был ещё один вариант, Вольные Охотники – гильдия Искателей, живущая сама по себе. Их даже не особо притесняли официальные власти. Вот только состояли они в основном из совсем отбитых на голову отморозков, да и с законом были часто не в ладах. Если на Изнанке отношение к ним было ровное, даже уважительное, ведь они хватались за самые сложные Разломы, да и во времена Прорывов в сторонке не отсиживались, то наверху светить принадлежностью к Вольным Охотникам было диким моветоном. Пираты, контрабандисты, так примерно о них думали законопослушные граждане.

– И долго будешь сидеть? – дверь в салон распахнулась, и внутрь втиснулась Полина. – Твоя охрана уже красные как раки, не знают, как выкрутиться.

Девушка так задорно хихикала, что я не удержалась и тоже поддалась веселью, представив раздосадованные рожи громил.

Ну ничего, им полезно спесь сбить, а то берега совсем попутали. Настоящая Екатерина, может и спускала им это с рук, скорее всего, не представляя, как поставить на место зарвавшихся мужиков, но я-то не она. И они скоро это уяснят и, вероятнее всего, весьма болезненно.

– Пришлось взять воспитание в свои руки, – ухмыльнулась я, смутив кузину.

И ей полезно помнить.

– А ты никогда не хотела пойти на Изнанку? – прервала неловкое веселье.

– Нет, – пожала она плечами не задумываясь. – Что мне там делать? Сгинуть в первом же рейде?

– А с подготовкой? С группой? Неужто не хотелось бы проверить свои силы?

– Да какие у меня силы, – натужно рассмеялась она, пряча взгляд.

– А какие у тебя силы? – мысленно хлопнула себя по лбу, весь день с ней общаюсь и даже не узнала.

– Я маг холода, – замешкалась Поля, а потом совсем голову повесила. – Должна быть магом холода.

– А по какому поводу такая трагедия? – недоумённо уточнила я.

Не самое универсальное направление, но только на начальных этапах. Зато сколько всего смертоносного может сделать обученный маг, жуть же. Да и кто сказал, что маг холода должен только замораживать врагов? Усиление тела, лечение, поисковые сети. Все известные техники, доступны магу любого направления. Не без ограничений и усилий, конечно, но а кто сказал, что будет легко? Хочешь стать архимагом, будь добр – совершенствуйся.

– Я кроме понижения температуры, ничего не умею, – поникла она окончательно.

– А почему?

Ответ оказался гениальным в своей тупости: не обучают магов, имеющих ярко выраженную направленность, ничему другому. Маг огня умеет только жечь, маг воды – топить, ну и так далее. Во всяком случае, не в гражданских академиях.

Слов у меня не нашлось, по крайней мере, приличных. Каких же магических калек в итоге выпускают в большой мир?

– Что будешь делать после выпуска?

– Да ничего. Сетью гостиниц буду управлять, большего мне отец всё равно не доверит. А потом замуж спихнёт, – услышала совсем нерадостный ответ.

– Ты же глава рода, зачем замуж?! – натурально охренела я.

– У меня есть старший брат, Юрий. Он у нас наследник, – неприязненно скривилась Поля. – А я так, безделушка, которую можно выгодно пристроить. Хоть за мерзкого старикашку не отдают замуж и то хорошо. Может даже позволят поиграть в самостоятельность и самой выбрать мужа.

– В возрасте тоже есть свои плюсы, – протянула я. – Чем старше муж, тем быстрее овдовеешь.

Савицкую передёрнуло от отвращения на мои слова. Нет, всё-таки вопросов к Аркадию становилось всё больше.

– Чего ты сама хочешь?

А она взяла и зависла над таким незатейливым вопросом.

– У тебя есть неделя, чтобы определиться, если захочешь, помогу с даром, – похлопала её по острой коленке и полезла на выход.

Нет, всё-таки придётся осваивать и каблуки, и этикет, и прочие премудрости, положенные высокородной девице. Быть неуклюжим позорищем мне не улыбалось.

Снаружи меня уже ждали.

Действительно покрытые нервными красными пятнами охранники, злобно играющие желваками. Расслабленно стоящие чуть поодаль стражи Полины и средних лет пузан по центру.

Судя по сведённым бровям и гневному взгляду, мне выпала честь лицезреть главу рода Савицких собственной невысокой персоной. И почему я думала, что Аркадий будет выглядеть несколько более внушительно? Хотя бы не так комично. Вылитый же гном.

– Полька! Живо в дом, – рявкнул пузатик и резко развернулся, не удостоив меня ни единым звуком.

Теперь понятно, откуда такое пренебрежение появилось у охранников.

– И вам добрый вечер, господин хороший, – тихо произнесла в спину толстячку и неторопливо отправилась за семенившей Полей.

Несмотря на несолидный вид хозяина дома, сама усадьба производила достойное впечатление. Вековые дубы, ухоженный парк, со скамейками вдоль дорожек. Сам трёхэтажный особняк из серого камня, монументальный такой, на века возведённый.

Уютно. Даже жаль немного, что я здесь на правах гостьи, причём нежелательной. Или приживалки, что тоже не самый радужный вариант.

Интересно, а у Чернышёвых родовая усадьба имеется? Или батюшка Катерины пропил и его? В Сети информации не обнаружила. Адресов других родов я, кстати, тоже не нашла. Возможно, эти данные считались секретными и охранялись очередным законом, подыгрывающим аристократам. Однако не стоит исключать того, что мне не хватило навыков поисков.

А вот фотографий в Сети было много. Картинки, что так меня поразили, оказались именно ими и делались с помощью специальных аппаратов, или же на телефон. Просто поразительно, что одним нажатием на экран можно получить детальный портрет, ну и, как оказалось, пейзаж. Так вот, в Сети были целые галереи с особняками, с предметами интерьера, нарядами, украшениями. В общем, с чем угодно, включая тварей Изнанки.

Красивые зверюшки. Милые.

И вот среди всего этого разнообразия, родового поместья Чернышёвых я не нашла. Про них, ну то есть про нас, информации было с гулькин хвост. Были, жили, ещё не вымерли. Даже портретов предков не было. А ведь род древний, пусть и потрепало его временем.

А узнать бы хотелось. Предки сами по себе, меня интересовали скорее факультативно, в отличие от родовой магии. Не приходилось мне сталкиваться с таким явлением, как и с Изнанкой. Но было стойкое ощущение, что вся эта таинственность и исключительность завязана на банальной технике.

Например, я могу проклясть кого-нибудь. Насмерть не получится, пока силёнок не хватит, а вот на недержание – легко, даже с теми крохами сил, что уже собрала. Но, проклятийников я в Сети не видела, основные виды силы я уже успела пролистать, и лидировали в забеге – стихийники.

Всякие маги огня, земли и всё в этом духе. Они даже делились по специализации. Кто чистый воин, кто защитник, а кто и прикладной специалист. Отдельной строкой шли целители, менталисты, артефакторы и, как ни странно, медиумы,  хотя сдаётся мне, что это слабые и необученные некроманты, а может, и нет. Это, конечно, далеко не весь список, но среди всего этого разнообразия проклятийников, ведьм, портальщиков, да даже некромантов не было. Либо же, про них широкой общественности не сообщали. Как-то же местные маги брали архимагов, да и магических родов не так мало. Должны же они уметь что-то кроме торнадо и землетрясения.

Ну а если нет, то им банально не повезло, потому на Землю пришла я. А память у меня отменная.

– И как это понимать? – раздался рык у самого уха.

Нормальный вообще? Пояснил бы в чём суть претензии.

– А разве не очевидно? – лучезарно улыбаясь, повернулась я к взбешённому Аркадию.

Глава 11

.

Аркадий ни черта не понимал, я ничего не понимала, но мы как два упёртых барана стояли и прожигали друг друга взглядами.

Первым не выдержал Савицкий и отвёл глаза. Записывать эту мелкую победу в актив я не спешила, наверняка мужик просто не привык, что Катя молчала.

Девочка была ещё той истеричкой, это уже выяснилось, но винить её не получалось. Я же орать впустую не любила никогда и привычек менять не собиралась. Поэтому стояла и улыбалась пузанчику, попеременно меняющему цвет с опасного красного на тревожный синюшный. Ох, ему бы к целителю, нельзя на здоровье экономить.

Рост сыграл с ним злую шутку, и приходилось смотреть мне прямо в глаза. Вот будь он повыше, то можно было бы и нависнуть над тщедушной племянницей, авторитетом надавить, а так максимум, что он мог сделать – животом боднуть.

– Это что за выходки? – выплюнул он, причём буквально, так что еле сдержалась, чтобы демонстративно не вытереть капли с лица.

– Контекста бы, – улыбнувшись ещё шире, мило попросила я.

Мало ли что моя предшественница натворить могла. Выходки – это явно по её части.

И ведь угадала.

– Ах, контекста бы тебе, дрянь неблагодарная, дурочкой решила прикинуться. А ну, за мной, – напыжился Аркадий, окончательно приняв багровый цвет, и рванул вглубь дома.

Последовала я за мужчиной из чистого любопытства. Что странно несмотря на всю эту словесную пикировку и слюнявую браваду, угрозы от него не чувствовала. Вот совсем. Гнев был, разочарование тоже неподдельное, а вот желания прикончить меня не было.

Аркадий шустро перебирал ножками, но развить приличную скорость не мог, так что мне удалось осмотреться и не потерять его из виду. Интересно же, как живут люди, привыкшие удовлетворять свои амбиции посредством принудительного замужества родственниц.

Не то чтобы, такое потребительское отношение к дочерям было чем-то из ряда вон выходящим, но даже в моём мире, у предполагаемой невесты всегда был выбор. Да не всегда приятный, но он был, и право на свободу можно было заполучить не только отречением от рода. Можно пойти в служение богам или присоединиться к защитникам, и мечом, и магией, заработать себе на выкуп. Или просто заработать и зажить новой жизнью, что тоже бывало.

Но удивлял-то не сам факт. Удивляло, что в мире, где летали самолёты, где изобрели Сеть и телевидение, где существовали сотни стран и законов, могли взять и продать человека. Ой ладно, отдать замуж, но по факту-то продать. Явно же, что покупатель не благородный рыцарь.

И если желания мужиков ещё понятны, каждый хочет получить свой куш, то сами девушки почему соглашаются? Что надо вбить в голову человеку, чтобы он пошёл и безропотно исполнил чужую волю? В мире, где все умеют писать, читать, имеют доступ к информации, видят тысячи людей вокруг, пойти и сдаться на милость какому-нибудь аморальному прощелыге, чтобы самой тихо загнуться в одиночестве и страданиях. Как? Зачем? Ради чего?

Хоть душу Ангелины вызывай и спрашивай, на черта она согласилась на такой брак. Да ладно, – согласилась, может Алексей хорош собой был, или язык там подвешен отлично, но почему не взбрыкнула-то, когда поняла, что муж из него получился так себе?

И ведь Полине уготована участь, схожая с судьбой тётки. Спасибо, хоть на руку и сердце моего нового тела претендентов не было. Да даже если и были, то это сугубо их проблемы. Мне такое счастье и даром не надо, да и Полине стоило бы мозги прочистить. Хочешь замуж? Да, пожалуйста, но если сама так решила, а не батюшка за тебя подумал.

Торговля людьми – низко, как ни обзови и какими благородными мотивами ни прикройся. А уж собственными детьми торговать – самое днище.

Аркадий тем временем натужно сопел, двигал ногами, периодически бросая на меня подозрительные взгляды, и продолжал бежать вперёд. Я же шла, беззаботно улыбалась и крутила головой, не демонстрируя презрение к толстячку, которое неожиданно меня охватило, стоило вспомнить о судьбах несчастных девиц.

Быть воином всё-таки гораздо проще. Пришёл, убил, победил. И времени нет, чтобы всякую ерунду думать. Лживые улыбки, обманчивый тон, двойной смысл слов – это всё не про меня.

В общем, я крутила головой и старалась переключиться с не самых радужных рассуждений и воспоминаний, на окружающую реальность.

Что сказать, красиво. Без излишней роскоши, без всяких рюшечек и лепнин. Начищенный до блеска паркет под ногами, с причудливым узором реечек. Массивная мебель, тяжёлые занавески и запах. М-м-м, что за запах витал в доме: древесины, кофе, свежей выпечки. Запах уюта и домашнего очага.

Непроизвольно втянула воздух носом сильнее и чуть не захлебнулась слюной, что моментально хлынула в рот.

Да, определённо где-то в недрах дома что-то выпекали. Сладкое, манящее.

Чёрт, я ж не ела ничего! Последнее, что я видела из съедобного – это обугленную тушку крысы, попавшую под мой массовый удар. Грызуну просто не повезло, но он точно не выжил. Собственно, как и я.

Пока отчаянно старалась не капать слюной на пол и не броситься на источник соблазнительного аромата, мы умудрились пересечь с пяток комнат, добраться до широкой лестницы, застеленной бордовым густым ковром, и подняться на второй этаж. И вот там уже упереться в двери, что отсекали, по всей видимости, часть крыла.

– Не понимает она, – бухтел Савицкий, толкая двери.

– Все границы уже перешла, – продолжал ворчать он, роясь в груде бумаг на письменном столе.

Отстранённо слушая бубнёж опекуна, медленно продвигалась вдоль стены кабинета и надеялась слиться с обстановкой.

Ну не любила я призраков. Нудные, доставучие и совершенно не считающиеся с личным пространством. И труднее было с теми, кто был старше. Не в плане возраста на момент смерти, а продолжительности жизни после смерти.

Мальчишка, что корчил рожи хозяину кабинета и передразнивал его на все лады, был явно не первой свежести. Нет, выглядел он замечательно, лет десяти – двенадцати, в бархатной курточке и бриджах, расшитых золотыми нитями, белоснежной рубашке и в лакированных туфельках с квадратными пряжками. Отлично просто выглядел, будто херувимчик с древней картины. Только вот, аура, что пульсировала вокруг него, непрозрачно так намекала, что вился подле Савицкого матёрый призрак, способный влиять на реальные предметы.

А это сильно, прямо скажем, очень. Духу нужно не один десяток лет, чтобы научиться воздух вокруг себя сгущать, а чтобы так заматереть нужна сотня лет, а может, и несколько, от мотивации зависит. Больше злобы – больше силы. Всё как всегда.

Это ж как надо было ребёнка достать при жизни, чтобы он призраком стал?

– Опачки, Катюха, – радостно заорал призрак, поймав мой взгляд. – А с чего ты вдруг меня видишь?

Радость мгновенно сменилась подозрительностью, и аура мальчика беспокойно затрепетала, окрашиваясь в чёрный.

Вот нам только спонтанного некровыброса сейчас не хватало для полного счастья.

Аркадий продолжал выискивать что-то одному ему ведомое в бумагах, и перешёл уже на ящики стола, низко склонив голову. Этим я и воспользовалась.

– Расскажу, но потом, – одними губами произнесла я, надеясь, что любопытство в мальчишке ещё не угасло и оно же позволит оттянуть момент выброса, чтобы я смогла его вобрать.

Особой жалости к дяде Катерины я не испытывала, но и преждевременной смерти ему не желала, тем более такой. Нехорошая это смерть, беспокойная.

– Э, нет, подруга, – сложив ручки перед собой, расплылся в злорадной улыбке призрак и переместился ко мне ближе.

А я так надеялась, что удастся мирно решить вопрос.

– Да куда же Захар положил этот конверт?! – хлопнул Савицкий ладонью по столу, и я схватила мальчика за руку.

Первые годы после смерти, призраки ещё помнят, что такое быть живым: дышать, голодать, ощущать ветер на коже. Но с годами воспоминания стираются. То ли сами призраки стараются забыть то, что никогда не смогут почувствовать, то ли информация сама стирается за ненадобностью, но факт есть факт. Призраки напрочь забывают о том, что такое боль и страх. Они верят, что их нельзя повторно убить или причинить им вред.

Вот только они неправы.

Маг смерти – это не толпа зомби, как думают многие некомпетентные одарённые. Магия смерти многогранна, и общение с душами усопших – одна из граней.

Стоит ли удивляться, что не все призраки белые и пушистые? Поэтому мы можем не только видеть, слышать и призывать, но ещё и отпускать их. А ещё привязывать к себе. А это неприятно, и, вероятнее всего, болезненно. Во всяком случае, орут они в этот момент так, словно их раскалёнными углями заживо фаршируют.

Вот и мальчик заорал. Пронзительно, до хрипоты. Ну а что делать? Привязка – самый быстрый способ взять под контроль призрака. Не думаю, что Савицкий спокойно бы стоял и ждал, пока я рунный круг на полу изобразила бы.

– Нашёл! – воодушевлённо воскликнул Аркадий, мальчишка как раз перешёл на жалобные и обиженные стоны.

Медленно заводя руку за спину, продолжала крепко сжимать детское запястье и следила за Аркадием.

– Думала провернуть за моей спиной? – вперился в меня взглядом мужчина, вспомнив, что он тут играет роль рассерженного тирана.

– Больно же, отпусти, коза колченогая! – в ухо взвизгнул призрак.

Ох, сказала бы я, если бы смогла придумать универсальный ответ обоим. Обидно же, у меня шикарнейшие ноги!

Глава 12.

– До сих пор не понимаю, о чём идёт речь, – продолжая удерживать вопящего призрака, ответила Савицкому.

Уж если выбирать собеседника, то точно по жизненному признаку.

Вместо ответа мужчина швырнул на край стола пухлый конверт, со сломанной сургучной печатью.

Даже с этого расстояния видела, что на штемпеле значилось имя Екатерины.

– То есть вы ещё и корреспонденцию мою читаете? Что ещё? Может охрана по вашему приказу меня изводит? – задрала подбородок, став едва ли не выше хозяина кабинета.

Лучшая защита – нападение. Особенно когда в ответ ждут только оправданий и нечленораздельный лепет.

И ведь снова угадала, у Аркадия натурально отвалилась челюсть.

– Что? Какая охрана? – сбился с настроя он. – Это мой дом, конечно, я читаю всё, что считаю нужным, – быстро взяв себя в руки и запыхтев ещё сильнее, возмутился мужчина.

– Ну тогда вы в курсе, что я-то с содержимым конверта не ознакомлена, – небрежно кивнула на бумаги и неспешно отправилась к ближайшему креслу.

Можно было и постоять, да и этикет наверняка предписывал, как минимум дождаться разрешения, но привязка грозилась перейти в финальную стадию. А это, знаете ли, иногда имеет сногсшибательный эффект, буквально.

Савицкий мою наглость проигнорировал, и схватив злосчастный конверт, навис надо мною. Вот могла бы, с удовольствием отвернулась. Зрелище снизу было, мягко говоря, не для слабонервных.

Почему он такой толстый? И судя по цвету лица и общей отёчности ещё и нездоровый.

– Отпусти-и-и, – продолжал тем временем выть мальчишка, сбивая меня с мысли.

Ладно, хоть чернота начала уходить из его ауры, и можно было сосредоточиться на живых.

– Скажи ещё, что не понимаешь, откуда пришёл ответ? – сощурился Аркадий, но уже не так уверенно, как несколько мгновений ранее.

– Абсолютно, – вцепившись в брыкающегося мальчугана, подтвердила с чистым сердцем.

Катерина-то может и знала, но я не соврала ни единым словом.

Дядя опять прищурился, и вот тут я почувствовала лёгкое ментальное воздействие. Охренеть, и никто ведь не предупредил, что в опекунах у меня числится мозгоколупатель!

Ну а чего? Они – не самые приятные маги, между прочим. Ладно, сами тайны всякие узнают, так ведь и с удовольствием ими делятся, не забесплатно, конечно, но всё равно неприятно, когда именно в твоих мыслях ковыряются.

Савицкий не наглел и глубоко не влазил, только считал по самым верхам, скорее всего, ограничившись эмоциональным откликом на свои слова. С одной стороны, это он удачно вопрос задал, а вот с другой теперь необходимо постоянно быть начеку. На полноценный щит мне пока сил не хватит, максимум закрыться на пару минут.

Мужчина удивлённо крякнул и втиснул мне в руку документы. Из-за чего бы иначе сыр-бор разводить, не сплетни же там и не прогноз погоды.

Призрак вопить перестал, да и привязка завершилась, поэтому под злобное сопение мальчишки, взяла наконец-то в руки стопку бумаг.

Читать-то я умела, но вот смысл пока улавливала не всегда. Так что часть скорее угадывала, чем понимала.

Определённо у меня в руках был официальный ответ из государственного архива. И без сомнений, Катерину послали далеко и надолго, апеллируя к каким-то нормативным документам и установленным порядкам. Отписка хоть и была составлена высокопарно и излишне витиевато, но имела подпись графа Орлова, руководителя всей этой бюрократической шарашки, так что не придерёшься.

Обидно, зато из ответа легко удалось вычленить, что именно она хотела получить.

А хотела она доступ к материалам по расследованию смерти батюшки. Нормальное желание же, и чего Савицкий изволил так вопить?

– Жаль, – деланно равнодушно собрала бумаги в стопочку и отложила в сторону.

– Жаль? – моментально вспылил Аркадий. – Да как ты посмела за моей спиной такие запросы подавать?

– Вас удивляет желание знать правду? Или, может, вам невыгодно, чтобы я её узнала? – откинувшись на спинку кресла, посмотрела на мужчину в упор.

Я прямой выгоды не видела, у Чернышёвой ничего не было, вот совсем. Титул временный, род тоже, имущество в багажнике, да и то не её собственное. Да она даже в качестве потенциальной невесты не особо котировалась.

Но ведь отчего-то Савицкий устраивал все эти танцы с саблями. Неужто на племянницу не настолько плевать? Так и тут не сходится. Одна угроза вышвырнуть её на верную смерть чего стоит.

– Мы говорили уже об этом, и не раз, – мужчина тяжело плюхнулся в обитое тёмной кожей кресло, и вытер пот со лба. – Нельзя тебе туда лезть. Нельзя. Хочешь по стопам отца пойти?

По стопам не хотела, не любила я бесцельное существование, а быть мёртвой ещё больше, но правду узнать захотелось с утроенной силой. И за Катю отомстить, и виновных наказать, да и устроиться в жизни не мешало бы. Ну и любопытно стало, не без этого.

– Вы же понимаете, что я не отступлюсь, – с нажимом подалась вперёд. – Мне терять нечего.

Призрак с интересом уставился на меня, пристроившись на подлокотник хозяйского кресла, и даже голову о сложенные руки, подпёр.

– Ты ведь не Катя?

Какой проницательный мальчуган мне достался. Не даром сотни лет вокруг живых крутился. Надо бы хоть выяснить, к чему или кому он привязан был, а то вдруг к главе рода. При таком раскладе он мог стать источником информации более полезным, чем Поля, обладающая только общими знаниями.

Кивнула, в надежде, что опекун расценит этот жест за проявление упрямства, и отвела глаза от греха подальше от призрака. Есть у меня слабость, всё время забываю, что другие люди их не видят, вот и попадаю в неловкие ситуации.

– Да не собирался я тебя изгонять, – по-своему понял меня Аркадий. – Но и в дела Чернышёвых тебе лучше не лезть. Не всё можно решить деньгами. Да и куда тебе… – с досадой махнул он рукой.

Интересно девки пляшут. А кто тогда должен лезть в дела Чернышёвых, если не единственная обладательница фамилии?

Что-то сверх озвученного Савицкий сообщать не спешил, погрузившись в очередной раз в изучение содержимого ящиков. В то время как мальчишка активизировался и начал размашисто семафорить руками, недвусмысленно предлагая выдвигаться на выход.

Может и стоило покинуть обитель папок и бумаг, призрак явно горел желанием пообщаться  в отличие от опекуна.

– Спасибо, что соблаговолили ознакомить с ответом, – холодно бросила я вставая.

Аркадий оторвался от поисков и уставился на меня поросячьими глазками, чтобы спустя пару мгновений опомниться и кинуть на стол несколько цветных прямоугольников:

– Забери, счета разблокированы, только прошу… – помялся он, покусывая мясистые губы. – Не делай глупостей.

Да без проблем. Никаких глупостей. И насрать, что наши определения не совпадают.

– Благодарю, – чинно склонила голову, подхватила подношение и развернулась, чтобы покинуть Савицкого.

Призрак летел рядом, старательно имитируя походку и гордо задирая нос. При условии, что выглядел он как мифический ангелочек, то выглядело это очень забавно и даже плотная чёрная аура вокруг него не сильно портила впечатление. Подумаешь злой ангел, с кем не бывает.

Уже в дверях опомнилась и вернулась к Савицкому:

– Насчёт охраны я не шутила. Если я вам хоть немного не безразлична, то предлагаю их уволить, – и усмехнувшись, добавила: – А ещё лучше допросить с пристрастием.

– Это бойцы рода Савицких. Я не могу их уволить, – отзеркалил он усмешку и веско добавил: – У меня нет повода не доверять бойцам своего рода.

Значит, бойцы. Солдаты на службе главы рода, и связанные с ним же клятвой. Боец не боец, всё одно – слуга.

Что ж, не я это начала.

– Хорошо, тогда у вас станет на двоих бойцов меньше, – без тени улыбки ответила я и хлопнула-таки дверью под довольное хихиканье призрака.

Возможно, Савицкий не принял мои слова за угрозу, но, откровенно говоря, мне было плевать. Я предупредила? Честно предупредила, а дальше уже не мои заботы. Набрал в бойцы дебилов, поручил им непонятно что, вот пусть сам и разгребает последствия. В конце концов, люди смертны, и хрен докажешь, что это не так. Уж кому знать, как не мне.

Нет, сразу убивать их я не собиралась. Рано мне ещё тащить за собой кровавый шлейф, но и щадить не стану, если нарвутся на очередной залёт. Да и побеседовать не мешало бы. Не люблю намёки.

– Так ты кто? – подлетел к самому лицу мальчик, перегородив дорогу.

– Маг в пальто, – шёпотом отозвалась я, не сбавляя шага.

Зря я рассчитывала на продуктивный разговор, мальчугана переполняло банальное любопытство. А я так надеялась, так ждала.

Ой, да кого я обманываю. Ни на что я не рассчитывала, просто момент, удобный для завершения неудобного разговора, подвернулся.

Призрак испуганно отпрянул, стоило слегка задеть его ногой и обиженно засопел, демонстративно утерев абсолютно сухие глаза.

– Зря стараешься, – бросила я и направилась к лестнице.

Всё равно другого направления не знала, а аппетитные ароматы именно у лестницы разносились сильнее всего. А где запах, там и пища, а жрать хотелось так, что даже живот Савицкого казался вполне пригодным в употребление запасом сала.

– Твоя комната в другой стороне, – буркнул в спину призрак, но я пошла на запах.

Глава 13.

Кухню я отыскала без проблем, ориентируясь не только на усиливающийся аромат, но и на звуки. Трудно не распознать стук ножа по разделочной доске, звон поварёшки в кастрюле, или скворчащее мясо на сковородке.

Готовить я не умела, вернее, не любила, а вот наблюдать за чудом превращения горстки разрозненных продуктов во что-то восхитительно вкусное, всегда была не прочь. Успокаивало меня это занятие, особенно когда никто к помощи припахать не пытался. А как заставишь чистить картошку того, на кого и смотреть-то боишься?

Вот и сейчас, я застыла на пороге просторного помещения и с улыбкой наблюдала за двумя тётками, что сноровисто шинковали, помешивали и месили.

Легко догадаться, что перед тобой профессионал, по каждому отточенному  движению можно определить не только натренированного воина, но и мастера более мирных профессий. И эти женщины точно были умелыми кулинарами, а ещё обе были одарёнными.

Я сперва не поверила глазам, но вернувшаяся вместе с магией способность к чтению ауры, не врала – обе поварихи обладали магией, причём на уровне Максима, не меньше. Неплохо так живут местные аристократы, если им настоящие маги жрать готовят.

Поля, кстати, пока была самой сильной из всех кого я видела. Единственное что, в академии я народ особо не разглядывала, но вот сам Савицкий и его остальные бойцы, Полине уступали. Умений у неё, может, и нет, но вот потенциала – полные источники.

– Так всё же? Где Катя? – не отступал мальчишка, отвлекая от созерцания кулинарного мастерства.

И не ответишь же, тогда точно заметят. Если решат, что я с головой перестала дружить, может быть хуже.

С привязанными сущностями, включая призраков, можно обходиться и мыслеречью, одно плохо – энергия нужна, или у одарённого или у сущности. И пусть у мальчишки энергии было с избытком, но он явно понятия не имел, как связаться со мной менее традиционным способом, вот и орал в ухо.

Научить совсем нетрудно, но для этого придётся говорить, и желательно через рот, энергии в источниках такие крохи, что их даже резервом ещё зазорно называть. Но сперва, надо тело накормить. Еда неплохо помогает с восстановлением сил, да и в физическую норму тело необходимо будет привести. В общем, еда – это не только вкусно, но и полезно.

Скинув с себя флёр ностальгии, сделала шаг вперёд, чтобы тут же приковать к себе внимание. Вот чёрт, видимо, сама Катерина на кухне не бывала. А, ну да, она же элита, она же аристократка, сидела поди голодная и ждала, пока её соизволят обслужить. Фу такой быть. Людей надо уважать, если они этого достойны, чтобы там в метрике ни значилось.

– Добрый вечер, – застенчиво улыбнулась я женщинам.

Хрен его знает, в каких отношениях они с Катей были, лесть – штука такая, лишней не бывает:

– Так вкусно пахнет, что не удержалась и пришла к источнику, – и опять улыбка, но уже заискивающая.

Догадаются или просто офигеют от такого поворота?

– Ой, батюшки, Екатерина Алексеевна, вы ж только приехали, – всплеснула руками повариха, что вымешивала целый чан теста. – Кушать, наверное, хотите? – и, не давая мне опомниться от радости, ловко освободила небольшой столик у входа.

Стол тут стоял неспроста, и явно пользовались им по предназначению, ну то бишь за ним ели. Судя по скромному набору специй, ютившемуся у самой стеночки – это место трапезы местных работников. Мне бы возмутиться, нос задрать, визжать начать, Катерина наверняка именно так и поступила бы, но я-то не она. Да и глупо так себя вести с теми, кто мог принести пользу. Как минимум это не дальновидно.

Женщина проворно метала на стол разнообразные закуски и кудахтала, не замолкая ни на секунду. Диет бывшая хозяйка моего тела, явно не признавала, ну или в женщинах проснулся материнский инстинкт вперемежку с профессиональными амбициями.

Передо мной красовались блюда с различной выпечкой от сладких маленьких булочек до огромных пластов пирогов, исходящих жаром. Тут же появился кувшин с чем-то ягодно-фруктовым и мгновенно запотел в натопленном помещении.

Я чуть не зарычала от предвкушения, когда перед самым носом бухнулась тарелка с похлёбкой, странного фиолетово оттенка.

– Аглая, пироги – это десерт, сначала суп, – вручила мне ложку вторая женщина, молчавшая до этого момента. – Кушайте, госпожа, кушайте. Такого борща в ваших академиях не подают, – с теплотой в голосе напутствовала она.

Это мне было не ведомо, но борщ, как назвала похлёбку повариха, пах так, что живот отчаянно вопил на всю кухню.

– Нате вот ещё, – рядом появилась миска с белым густым соусом и пирамидка из обжаренного хлеба, щедро покрытого маслом.

Ну, приступим.

– Да побольше сметанки кладите, что ж вы так скромничаете, – запричитала Аглая, когда я подцепила немного соуса. – Свежая же сметанка, утром только привезли.

Ну утром так утром, и уже увереннее зачерпнула полную ложку.

Это было восхитительно. Я даже глаза прикрыла, чтобы не видеть глумливое выражение на лице у призрака. Правда, долго его настроение на уровне издёвок не продержится. Он ещё не знает, что при желании и должной мотивации маг смерти может с призраком поделиться собственными ощущениями. Вот его сюрприз ожидает, когда восстановлю чуток сил и доем миску это шедевра.

Да, шедевра. Ни капли не лукавила. Женщины определённо знали толк в кулинарии.

– Ох, аппетит то, какой нагуляли, – умильно причитала сердобольная Аглая, не забывая двигать мне под руку гренки.

И гренки тоже были шедевральными.

– Да куда в тебя столько лезет? – с досадой заканючил мальчик, когда я залпом выпила стакан, доверху заполненный морсом.

Что ж, наваристый борщ, кисло-сладкий морс сделали своё дело, и я отчётливо ощущала в себе крохи магии, которые можно было сберечь на ментальный щит, а можно было обрести верного союзника.

Чтобы отпустить такого матёрого призрака энергии нужна такая прорва, что одной миской не отделаешься, да и котлом тоже. Так что, раз он ко мне привязан на неопределённый срок, то хоть пусть почувствует выгоду от сотрудничества.

Собрав энергию в кучку, подчистую опустошив резерв, я откусила мясной пирог. Сочный до такой степени, что золотистый бульон тонкой струйкой потёк по подбородку. Но кого волнуют такие мелочи?

Мальчик застонал в голос одновременно со следующим куском, в который вонзились мои зубы. На передачу дальнейшей трапезы, к сожалению, энергии мне уже не хватало, но натурально округлившиеся глаза мальчугана подтверждали моё предположение: теперь он мой, вместе со всеми потусторонними потрохами.

– Аглая, ты настоящая кудесница, – не вытерпев, похвалила с набитым ртом, зардевшуюся повариху и поспешно повернулась ко второй женщине: – И вы, конечно, борщ потрясающий. Спасибо вам обеим огромное.

Могла бы, растеклась восторженной лужицей окончательно, но приходилось сдерживаться. Не думаю, что настоящая Екатерина впала бы в натуральный экстаз, отведав местной пищи, как минимум она была уже привычной. Хотя, скорее всего, она со своей спесью, банально не снизошла бы до благодарностей слугам, принимая работу как должное.

Получив в дорожку тарелку с пирогами и бутылку с морсом, покинула царство ножей и кастрюль, под заботливое щебетание женщин. Даже Варвара, и то оттаяла, стоило умять в одно лицо всю предложенную снедь.

– Веди, – шепнула притихшему призраку, как вышла в коридор.

Мальчуган молча рванул в сторону, забывая периодически, что я-то вполне себе материальная и срезать дорогу через стенки не могу. Так что приходилось искать обходные пути.

Хотелось бы верить, что никаких средств слежения в стенах не натыкано, а то я определённо стану звездой вечера у охраны.

Вроде и нестрашно, но быть посмешищем за просто так, мне совсем не хотелось. Ладно бы ещё для дела, или с выгодой какой, но то и дело натыкаться на глухие стены только потому, что мой призрак провожатый впал в шоковое состояние, испробовав пирога Аглаи – это уже перебор.

Вообще, немного удивляли те расстояния, которые я преодолела. Ну не настолько особняк огромный, чтобы блуждать по нему десятки минут. Допускаю, что как в любом старом здании, тем более родовом, тут целый лабиринт, но кругами-то мы тоже не ходили. Вот что-что, а ориентироваться на местности я умела, и в голове рисовался детальный план всех переходов и поворотов.

– Пришли, – завис у самой обычной двери  мальчик, когда я почти дозрела, чтобы схватить его за грудки.

А далеко, однако, родственницу отселили. Сами Савицкие занимали весь третий этаж, а мы же все также находились на первом. Некрасиво. Я это ещё припомню, при случае. Может, и без злого умысла, но пристыдить оппонента иногда очень уместно.

Не скрою, дверь толкала со смесью опасения и предвкушения, подспудно ожидая увидеть материальное подтверждение опального положения Катерины в доме Савицких.

Но нет, обычная комната, гораздо более комфортная, чем номер в общежитии. Кровать, стол, телевизор на полстены, куча девчачьих побрякушек, вроде игрушек. Миленько.

Призрак, в своём бархатном костюмчике вполне вписывался в местный интерьер. Даже озадаченная мордашка не портила впечатление.

Понадеявшись, что до прослушки Аркадий не опустился, я хлопнулась на кровать и повернулась к мальчику, зависшему в центре комнаты:

– А теперь давай познакомимся. Айрин Манрет, сердра Неотвратимой, маг смерти, душа другая мира.

– Павел Несторович Воронцов, – вяло отозвался призрак, проигнорировав мои титулы.

– В смысле Воронцов?

Глава 14.

Удивил меня мальчик, ничего не скажешь. Я-то рассчитывала услышать другую фамилию, накрайняк хотя бы Чернышёва, а тут совсем мимо. Что вообще может делать дальний родственник мажорчика в доме у чужого главы рода?

Собственно, не тушуясь, я и задала этот вопрос Павлику. На Павла Несторовича он точно возрастом не вышел.

– Слежу, – пожал он плечами, словно этого достаточно.

– И за кем?

– За всеми, – очень исчерпывающе ответил мальчик.

Этак мы до утра выяснять будем, за окном-то уже вполне себе ночь наступила. Но на радикальные способы добычи информации из потусторонней сущности, энергии не было, а жаль. Сколько времени бы сэкономили, получи я доступ к памяти призрака. И сама бы многое узнала о жизни в усадьбе, и на заказчиков такой специфической разведки посмотрела.

Но задать наводящие вопросы мне не дал стук в дверь. Ну как стук, в неё для приличия стукнули разок и тут же толкнули.

– Не спишь? – утвердительно спросила Поля, и не спрашивая, прошла внутрь.

Бесцеремонность точно не была её фишкой, поэтому я с интересом разглядывала потерянную девушку и ждала продолжения шоу.

Как-то резко количество растерянных людей и нелюдей вокруг меня стало увеличиваться, не выдать бы себя так раньше времени.

– Ко мне отец заходил, – выбрав себе место и присев в кресло, начала рассказ Полина, старательно не смотря мне в глаза.

Нет, отчего она его так боится? Не самый приятный, конечно, человек, но видала я и похуже. Да чего уж говорить, мой собственный отец продал меня в храм за мешок зерна. Аркадий по сравнению с ним – отец года, не меньше.

– Я никогда не говорила тебе, – осеклась она. – Кате не говорила. В общем, отец – незарегистрированный менталист. Не знаю, знаешь ли ты, кто это такие, – тяжело вздохнула она.

Вот ещё бы я не знала. Судя по всему, мои знания простираются гораздо глубже и дальше, чем у местных. По части магии, конечно. Но уточнять этого я не стала, уж больно интересно стало, к чему она вообще ведёт. Не воздействует же он на неё? Такое не прощают.

– Он всегда знает, кто и что замышляет, и это неимоверно… бесит! – вдруг ударила рукой по подлокотнику кресла, повысив голос. – Он хоть и слабый менталист, но врать ему не получается. Так что, прости, он знает, что ты прошла регистрацию.