Читать онлайн Глава рода бесплатно

Пролог

Последние числа мая выдались на редкость жаркими.

– Градусов под тридцать, – снимая фуражку и вытирая со лба пот заранее припасенным платком, заявил Годимир, а затем посмотрел на меня и расплылся в довольной улыбке: – Морозов, я тебя просто обожаю, передвижной ты наш кондиционер! Нужно было тебя с собой в расположение взять, а не оставлять здесь.

– Что, не мог сам заклинанием воздуха освежиться, пока туфли чистил? – поддел Огнеяра Алексей Песков. – Или только боевка хорошо получается?

Годимир посмотрел на него ироничным взглядом и произнес:

– Как я вижу, несмотря на громкие заявления, ты и сам почему-то тут трешься, вместо того чтобы использовать заклинание воздуха. Не можешь охладиться?! Или у кадета Пескова только боевка хорошо получается?

– Тут прохладно, свежо и очень даже шикарно, – ничуть не смутился пятнадцатилетний парень, который за последний год серьезно вытянулся и набрал достаточное количество мяса на свой тощий скелет.

Годимир выглядел не хуже. Он тоже серьезно изменился, стал выше Алексея, однако остался несколько уже его в плечах.

«Вот что делают животворящие физические нагрузки и свежий воздух!» – подумал я.

В принципе ничего удивительного в произошедших с мальчишками переменах не было. За два года серьезного обучения с усиленными нагрузками все кадеты хорошенько подтянулись в физическом развитии, да к тому же для подобных перемен было самое время. Мы все старше пятнадцати лет, а значит, уже не сопливые мальчишки. Нет, мы  как минимум юноши, а некоторые, судя по их хвастливым рассказам, настоящие мужчины. Во что я, кстати, верил, так как Феофан с какой-то непреклонностью подкладывал мне в постель все новых и новых красивых молодых женщин.

По его словам, такой опыт в интимных отношениях позволит мне избежать так называемой «медовой ловушки», которая представляет собой игру сексуально раскрепощенных обольстительниц с молодым, гормонально неустойчивым юношей для использования последнего в своих целях.

– Вот и нечего, стало быть, умничать! – наставительно поднял палец вверх Годимир, отвлекая меня от приятных воспоминаний о прошедших каникулах.

Ребята продолжали говорить на отвлеченные темы, пока к нам не присоединился Витовт, который ходил встречать отца.

– Ох и хорошо же, – заметил он довольным тоном, оказавшись рядом со мной. – Фух, надеюсь, здравый смысл возобладает и нам разрешат снять кителя и остаться в белых рубашках, иначе я от этой жары просто сдохну.

– Тебе стоит только намекнуть кому надо, – подмигнул ему Огнеяр. – И начальник училища тут же об этом задумается. Потому что ну действительно жарко. Хорошо, у нас во взводе Иван есть. Рядом с ним комфортно, а если бы не было?

– Нужно, чтобы Грозовой небольшой дождик призвал, – заметил кто-то лениво. – Он же это умеет. Тогда сразу всем стало бы прохладней.

– А потом мы стояли бы на плацу, словно в бане, – как на идиота, посмотрел на говорившего Огнеяр. – Пять минут на такой жаре, и дождевой воды уже не будет.

– Ну, тогда нужно Льда просить, чтобы он устроил здесь небольшой филиал зимы, – ничуть не смутившись, мечтательно протянул парень. – Только без снега, он же так умеет.

«Лед» – это мое новое прозвище, употребляющееся наравне с именем и фамилией. Не помню, правда, в какой момент меня стали так называть. Это произошло само собой где-то в конце первого курса, однако никаких негативных эмоций прозвище у меня не вызывало, поэтому я не сопротивлялся.

Вместо ответа сформировал где-то в метре над головой умника не так давно освоенное заклинание, и на парня посыпались крупные снежинки. Через пару секунд сидящий на лавочке кадет оказался завален большим слоем снега.

– Эй! Я не это имел в виду! – возмущенно подскочил парень, и окружающие дружно рассмеялись.

– Хотя на самом деле… – Он повел плечами, стряхивая остатки снега, и улыбнулся. – Так вообще шикарно. Освежает.

– Вот чего вы все время ржете-то? – услышал я голос Воденцова, которому буквально на днях присвоили очередное воинское звание. – Как оставишь вас одних, вы все ржете и ржете! У кого в родовых способностях есть применение веселящего газа?! Ну-ка признавайтесь!

Погоны на парадной форме Воденцов уже поменял на майорские, значит, успел не только парадку в порядок привести, но и «проставиться» за звание, отдав «должок» воинскому коллективу: тут с этим жестко. Традиция. Вспомнил, сколько водки жрет Дубовой, и мне командира даже как-то жалко стало. Столько денег потратил!

– Ну как же нам без смеха? У нас вообще-то выпуск, господин майор! А это значит – полная свобода, сон дома, возможность посещения балов и других интересных мероприятий! – произнес Витовт.

– Ну, уж у кого у кого, а у вас точно не будет свободного посещения балов, – с хохотом заметил Воденцов, и мы снова засмеялись.

– Тяжела доля наследника империи, – глубоко вздохнув, произнес Витовт и улыбнулся. – Не на все балы могу попасть, хорошо хоть на ритуале выпуска своего курса странным образом оказался.

Через мгновение его лицо как-то разом погрустнело.

– В этом мне действительно повезло. Не все до этого дня дожили.

Смех и шутки тут же затихли. Парни резко посерьезнели и насупились.

Тот день оставил в душах ребят слишком серьезный отпечаток. Не удивительно. Тогда они впервые увидели, что такое настоящий бой – смерть, грязь, кровь и разрушения. Они много убивали, отбивали штурмы, боролись за свою жизнь, теряли друзей и мысленно готовились к смерти… как признавались мне потом многие. После гибели Каменецкого и Страха они ждали смерти и не думали, что смогут продержаться хотя бы до прихода подмоги. И все же ребята решили бороться до конца.

Возведенный мной вокруг расположения «ледяной купол» был для них совершеннейшей неожиданностью. Ребята ждали, что вскоре оставшиеся в живых демоны начнут прорубаться к ним. Поэтому они серьезно удивились, услышав шум боевых вертолетов и выстрелы из пулеметов.

«Неужели долгожданная подмога?» – напряженно думали кадеты.

Годимир сказал мне, что, несмотря на то, что ребята ожидали увидеть группу спасения, смертельно опасные заклинания все равно были готовы сорваться с их рук и жезлов. Даже то, что пробивающиеся сквозь лед переговаривались на носирианском и уверяли, что они сотрудники Мариградского спецназа, ничего не решило. После сатира с человеческим лицом мальчишки резонно ожидали чего угодно…

Меня обнаружили лежащим в обнимку со здоровенным сатиром, шею которого я сжимал так сильно, что бедняга просто-напросто задохнулся.

Этому рассказу я не поверил даже после показа мне кадров оперативной съемки со шлемофона одного из бойцов спасательной группы. Сомневаюсь, что подобного физического воздействия достаточно для убийства столь сильного и опасного противника. Очень сомневаюсь. Это существо совсем другого порядка.

– В колонну по три – становись! – наконец скомандовал Воденцов, отвлекая меня от воспоминаний, и, наблюдая за тем, как мы строимся, тихо произнес. – Время.

Из старой гвардии взводных офицеров с нами остался только он. Каменецкого убил сатир во время нападения, а командира второго взвода разжаловали до лейтенанта и отправили на границу воевать с Республикой Кога.

Трибунал в таких случаях проявлял беспощадность. Суду удалось выяснить, что взводному было известно о неправильных действиях  подчиненного сержанта, который, нарушая инструкции и план охраны и обороны, систематически покидал расположение взвода ночью и отправлялся решать свои амурные дела. Из-за чего подразделение осталось без руководства, не смогло полноценно самоорганизоваться и понесло потери еще до начала основных боев.

Прибывшие на замену командиры взводов были «пожиже» предыдущих и имели звание старших лейтенантов, именно поэтому всем руководил Воденцов.

– Шаго-о-м марш! – громко и четко скомандовал майор, и колонна из трех подразделений уверенно двинулась вперед.

– Ух, сколько народа, – сказал кто-то позади меня, когда наш строй шел через стоящую за ограждением толпу.

Через какое-то время мы, наконец, вышли на огромный плац, который был раз в восемь больше, чем в предыдущем пункте дислокации училища.

Сиротливо заняв место напротив огромных флагштоков и небольшой трибуны, мы оказались в центре праздника жизни. Точнее – мы являлись основными участниками предстоящего действа, остальные были лишь добровольными зрителями, удобно расположившимися на разборных трибунах, установленных по периметру плаца.

После произошедших во время прорыва демонов трагических событий, а также разразившейся из-за этого череды скандалов, поднятых не только родными погибших бояричей, но и теми, чьи отпрыски чудом сумели выжить, руководство страны экстренно перевело кадетов в самое безопасное место – на территорию Военной академии Носириансой империи.

К сожалению, теперь у нас не было ВИП-обеспечения с отдельной комнатой для каждого, вместо этого нам предложили казарму, на одном этаже которой довольно компактно расположились сразу три взвода. Благо, хотя бы кровати стояли в один ярус, и тумбочка была у каждого своя.

Подобные изменения не могли не сказаться на взаимоотношениях внутри нашего коллектива. Если раньше некоторые кадеты вообще не общались друг с другом из-за нахождения в разных взводах, то теперь проживание в казарме нас  подружило и сплотило…

Мои мысли прервало появление на плацу начальника училища архимага Грозового, ради особого случая одетого в парадный мундир генерал-майора.

– Готовность номер один, – сказал он тихо, занимая место перед строем, и через пару минут скомандовал: – Равняйся! Смирно! Равнение направо!

После доклада о готовности к проведению ритуала торжественного выпуска учащихся Императорского кадетского училища  Изяслав поздоровался с нами.

– Здравия желаем, ваше императорское величество! – громко и четко ответили кадеты, и после команды «вольно» высокие чины направились к трибуне.

На моем лице появилась довольная улыбка.

«Ну, наконец-то! Скоро выпуск! Долгожданная свобода!»

Глава 1

– Прежде чем приступить к ритуалу торжественного выпуска из стен училища, я хотел бы попросить вас почтить минутой молчания память погибших во время вероломного нападения демонов кадетов и офицеров, – тихим голосом произнес император, подойдя к микрофону, и территория академии тут же погрузилась в тишину.

– Спасибо, – тихо произнес император, и слово перешло к начальнику училища, который пригласил на трибуну каких-то высокопоставленных гостей.

Мероприятие проходило согласно заранее утвержденному плану. Мы с Витовтом под звуки гимна подняли государственный и ведомственный флаги, после этого слово предоставили императору, который говорил много идеологически правильных вещей: о том, как он гордится подрастающим поколением защитников отечества, о том, что наша молодежь пример всему миру, о том, как он рад, что и его сын тоже стоит в строю выпускников.

В конце своей речи Изяслав не забыл упомянуть о коварстве вероломных соседей, ударивших в спину нашему государству, которое, как форпост, стоит  на защите мира от полчищ демонов, проживающих в  пустошах.

«Выпуск сына – хорошо, а политика по расписанию?» – мысленно хмыкнул я.

После императора слово взяли министр обороны, начальник генерального штаба и еще несколько высокопоставленных чиновников, которые произносили стандартные для такого мероприятия речи.

Потом, когда мы должны были двинуться торжественным маршем, слово неожиданно для многих снова взял министр обороны – статный крепкий мужчина в дорогом костюме.

Когда я узнал, что в Носирианской империи эту должность занимает гражданский человек, мне это показалось очень странным, все же мой предыдущий  опыт службы в вооруженных силах подсказывал, что на таком ответственном месте должен стоять кадровый военнослужащий. Однако брошенная Витовтом фраза: «Война слишком дорогое дело, чтобы доверять его военным», – заставила меня серьезно задуматься.

– Уважаемые друзья, – начал министр. – Из-за эскалации приграничного  конфликта на восточном направлении с Танзинийским королевством и Республикой Кога, а также в связи с длительным расследованием произошедшего недалеко от предместья Антоновка прорыва демонов, мы не сумели своевременно отметить подвиги наших кадетов, которые, столкнувшись с серьезно превосходящими силами противника, не только не дрогнули, но и сумели отбить несколько массированных штурмов, а потом продержаться до подхода подмоги.

«А вот это интересно!» – заинтригованно подумал я.

До сегодняшнего дня все сведения о произошедшем были строго засекречены. Понятное дело, родственники кадетов обладали определенной информацией, что-то знали и некоторые бойцы спецподразделений, и гражданский персонал различных служб, оперативно прибывший на место. Ведь неслучайно в СМИ просочились некоторые интервью очевидцев, в общих чертах, без особых подробностей описывающие произошедшие события и, кстати, двухметровый «ледяной купол», окруживший расположение со всех сторон. Его было сложно не заметить.

«Видимо, император решил, что ритуал выпуска – это отличная возможность озвучить официальную версию случившегося. Основной накал страстей уже спал, родственники погибших немного отошли от горя, да и на повестке дня в стране совсем другие новости, однако о нападении нужно сказать, так почему бы не сейчас?»

Министр начал рассказывать о том, как неожиданно для всех демоны стали появляться на территории училища и на территории прилегающих к нему государственных учреждений. О том, как многочисленный гарнизон, в том числе охранявший кадетов, вступил в неравную схватку с превосходящими силами противника и оттянул на себя значительную часть нападавших, давая возможность воспитанникам училища подняться по тревоге, экипироваться и приготовиться к бою.

«Немного не так все было, ну и ладно, я не гордый».

– Однако прикрывали ребят не только действующие военнослужащие, но и четверо кадетов второго взвода, стоявшие насмерть под слаженным ударом демонов, – продолжил министр и зачитал имена и фамилии павших мальчишек, после чего пригласил представителей и родов и вручил медали «За храбрость в бою».

– Эти награды не вернут нам наших детей, – сухо произнес император после награждения. – Однако мы обязаны отметить их подвиг и мужество. Они настоящие маленькие герои, и я скорблю, что им не удалось выжить…

После первого награждения министр довольно подробно рассказал о прорыве третьего взвода к расположению первого. О том, как мы со Страхом отправились за ребятами из второго взвода. Как не сломленные гибелью друзей кадеты дали отпор довольно большим отрядам демонов.

Добавил, что в бою с высокоранговыми демонами погиб заместитель начальника училища – богатырь Кром, который уничтожил большую часть смертельно опасных противников и многих ранил, однако это не помогло капитану Каменецкому и многократно раненому сержанту Страху, которые погибли, выгадывая для кадетов лишние минуты на укрепление обороны расположения и отражение массированного штурма. Как находящиеся на огневых точках временные командиры, назначенные капитаном, в том числе и Витовт,  руководили действиями кадетов и отражали штурмы демонов на своих участках.

– Атаки были отбиты, однако не все кадеты смогли пережить эти затяжные бои, – продолжил министр и добавил. – Для награждения к трибуне приглашаются…

Помимо родственников павших кадетов к министру обороны вышли родные Крома, Каменецкого и Страха.

Заметив, что награды за капитана и сержанта получали заплаканные женщины в черных платьях и с детьми на руках, я сделал себе пометку разузнать об их жизни и при необходимости помочь.

«Зря я раньше не поинтересовался, были ли у них семьи, – подумал с досадой. – Возможно, они остались без средств к существованию».

Когда получившие награды родственники ушли, министр продолжил повествование.

«Будет рассказывать или нет? – заинтригованно подумал я. – Если да, то во что хочет втянуть меня Изяслав? И что я ему буду должен? Те дивиденды, которые я получил от публикаций в СМИ, уже стоят немало, что же будет после официального награждения?»

– После смерти командиров кадет Морозов пошел на самоубийственный поступок: использовав зелье на основе пыльцы нурксултана, он накрыл расположение максимально возможно толстым слоем льда, чем спас обессилевших и магически истощенных кадетов от верной гибели, а затем, вступив в бой с выжившими демонами, чуть не умер сам…

Каждый из нас получил медаль «За храбрость в бою», а еще Орден святой Екатерины – одну из высших наград страны.

– Становись! Равняйсь! Смирно! К торжественному маршу – готовься! – наконец прозвучали команды Грозового. – Повзводно! Направо! Шагом марш!

Когда мы подходили к трибуне, на которой сидели император Изяслав и другие высшие чины империи, Годимир громко скомандовал:

– Счет!

– И-и-и раз! – дружно крикнули мы и, опустив руки по швам, одновременно повернули головы в сторону начальства.

– Счет!!! – повторно скомандовал Годимир, после того как мы прошли трибуну.

– И-И-И ВСЕ! – еще громче рявкнули мы, и в небо взмыли сотни монет, до этого момента крепко зажатых в руках.

– На месте! – скомандовал Воденцов, когда взвод подошел к выходу с плаца. – Стой! – и, выдержав паузу, торжественно закончил. – Вольно! Разойдись!

Пока мы с ребятами обнимались и поздравляли друг друга, к нам стремительно  двинулись многочисленные родственники и близкие.

– Все расходимся! Еще встретимся сегодня на балу и наговоримся! – сказал я окружавшим меня ребятам и двинулся к многочисленному семейству Темниковых, члены которого тут же принялись дружно меня поздравлять.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – говорил я, улыбаясь, пожимая протянутые руки и принимая похлопывания по плечам от братьев и поцелуи в щеки от сестер.

«О, да у нас некоторые изменения в составе поздравляющих!» – заинтригованно подумал я, вспомнив количество Темниковых на моей присяге.

Во-первых, с отцом теперь по понятным причинам не было Галины. Во-вторых, довольно свободно чувствовал себя наставник – как мое доверенное лицо и начальник службы безопасности. И в-третьих, среди Темниковых находилась новая личность – маркиза Марина Лисовская, представительница «серебряного» рода и невеста Федота.

Словно подчеркивая свою фамилию, девушка имела необычные огненно-рыжие волосы и милые веснушки. Красивые черты лица, звонкий смех и миниатюрная фигурка шли в комплекте.

С Федотом она обручилась месяца три назад, что стало совершеннейшей неожиданностью для всех, кроме отца.

Даже Руслан, который жил вместе с Федотом в столичном доме Темниковых, не знал об этом ничего. Возможно, кое-что мог заподозрить Игнат, но после начала приграничного конфликта его призвали в вооруженные силы, чем он, кстати, был очень сильно недоволен, но и отказаться от службы без потерь для репутации также не мог.

Почему от Темниковых призвали только Игната? Тут все очень просто. Отец – глава рода. Он, конечно, мог пойти добровольцем, но не стал этого делать. Федот – наследник рода, ситуация та же, да и не настолько ужасное положение на фронте, чтобы призывать высокопоставленных представителей «золотых» семей. Игнат уже завершил учебу и маялся от безделья, а Руслан еще был несовершеннолетним. Вот, в принципе, и все. Понятное дело, что выбор вполне себе обдуманный и взвешенный.

Холодно пожав руку молчаливого отца, я вместе со всеми двинулся в сторону стоянки, попутно отбиваясь от приглашений посетить столичный дом Темниковых.

– Какая кошка между вами пробежала? – тихо спросил Федот, отведя меня чуть в сторону. – Я, конечно, понимаю, что у тебя есть все основания обижаться на отца, но уже столько времени прошло! К тому же, он ведь был отравлен. Гораздо лучше, если вы оба забудете прошлое и начнете смотреть в будущее. У нас в большой столовой накрыт шикарный стол, девочки ждут, что ты придешь! – Брат посмотрел на свою невесту. – И Марина тоже.

– Я не обижаюсь на него, – глянув на брата, произнес я. – Поверь. Мне казалось, что мы оба прошли тот этап, но он своими действиями пытается снова все испортить. Я не могу пойти с вами, пока не буду чувствовать себя в полной безопасности.

«Ну вот что ты за идиот? – подумал я, встретившись взглядом с главой рода Темниковых. – У нас же все было отлично: общие интересы, обоюдовыгодное сотрудничество! Зачем ты решил все испортить и влез между мной и Феофаном?»

Успешно отбившись от посещения столичного дома, я услышал слова отца:

– В таком случае в семь встречаемся в главном зале дворца. Не забудь приколоть к парадной одежде врученные награды.

Досадливо цокнув, я кивнул, а после, пообещав родным встретиться на балу в назначенное время, сел в автомобиль.

– Ну что, еще раз поздравляю с выпуском, – произнес наставник, довольно вытягиваясь на заднем сиденье автомобиля, а затем перевел взгляд на мою форму и добавил. – И с наградами тоже. У твоего деда, кстати, такой же орден был. Хорошо, что ты пошел по его стопам, но я бы предпочел, чтобы тебе вручали награды за заслуги другого рода.

– Ты же знаешь, что у меня просто не было выхода! – тяжело вздохнув, произнес я, когда понял, о чем он говорит. – Я мог только использовать пыльцу и умереть в бою или остаться без сил и погибнуть. Возможно и на алтаре.

– Первый вариант как-то веселее выглядит, – заметил наставник, так же  тяжело вздохнув.

И я вспомнил, как, очнувшись после двухнедельной комы, увидел его сидящим возле моей койки в больнице.

Старик, упершись локтями в колени, обхватив руками низко опущенную голову, беззвучно плакал, крупные капли стекали по лицу и аккуратной бороде.

Я был так поражен происходящим, что не заметил, как почувствовавший что-то Феофан поднял голову и посмотрел мне в глаза.

– Мне плевать, кто ты… – каким-то глухим голосом сказал он. – Настоящий Иван или тот, кто пришел вместо него. Просто живи. Живи и все.

– О чем ты?! – искренне спросил я, ощущая дикую слабость во всем теле и совершенно не понимая, что происходит.

Из горла вырвался какой-то неразборчивый хрип, поэтому наставник поспешил подать мне стакан воды.

Жадно выпив его, я удовлетворенно откинулся на небольшую подушку и прикрыл глаза.

«Хорошо, – подумал я, а затем до меня дошел истинный смысл фразы наставника. – Что значит «настоящий Иван или тот, кто пришел вместо него?» Он что-то узнал, но что? И как мне у него все выведать?»

– Обманул, скотина! – тем временем злобно ухмыльнулся Феофан, с силой сжимая кулаки. – Обманул в который раз, и я поверил! Подумать только!

– Может все же расскажешь, о чем ты? – ощущая слабость, но не позволяя себе расслабляться, спросил я. – Кто тебя обманул?

– Давай я лучше позову целителей, – встрепенулся наставник, потянувшись к пульту вызова медицинского персонала, но я поспешил его остановить. – Нужно сказать, что ты очнулся!

«Ага, конечно, – недовольно подумал я. – Меня отправят спать, а ты в таком состоянии пойдешь вершить правосудие и непонятно, что еще узнаешь».

– Не надо никого вызывать, – остановил я Феофана. – Лучше объясни, что за непонятные вопросы? А то буду считать, что единственного преданного мне человека настроили против меня. И от этого мне станет еще хуже.

– Прости, Ванечка, прости, – неожиданно упал на колени наставник и, уткнувшись мне в руку, заплакал. – Прости старого предателя. Прости.

«Это так его задела фраза «единственный преданный человек» и настроила против меня?» – с недоумением подумал я. – Или выбило из колеи то, что я почти умер? Кстати, действительно! А почему я не погиб? Я же думал, что после пыльцы нурксултана мне конец! Я же не справлялся с объемом восполняющегося резерва! Ладно. Потом об этом подумаю, сейчас есть кое-что поважнее!»

– Феофан! Ты чего?! – ошарашенно произнес я, пытаясь выдернуть свою руку. – Ты что творишь, родной? Мне сейчас точно хуже станет. Ну-ка вставай и рассказывай, что произошло. Давай, а то я не могу на это смотреть.

При слове «родной» наставник как-то встрепенулся и дернулся, затем поднял на меня мокрые от слез глаза, вытер их рукой и, сев на стул, медленно принялся рассказывать.

О том, как он поехал по моему поручению в поместье Темниковых, как отец выдал ему для изучения выписку из какого-то сборника запретных ритуалов, который хранился у погибшего Морозова. В предоставленных записях говорилось о возможности воскрешения человека при самопожертвовании проводящего ритуал мага, который вселяет в тело новую душу. Феофан не поверил в это, но для себя решил, что даже окажись подобное правдой, все равно бы ни за что меня не бросил.

После того как он принял это решение, выяснилось, что в районе училища произошел прорыв демонов, и я в тяжелом состоянии нахожусь в реанимации, где, как оказалось, пролежал целых две недели.

В этот день, как и несколько дней до этого, Феофан сидел у койки в частной больнице и молился Спасителю о моем выздоровлении. Произнося те идущие из души слова, он мониторил меня всеми возможными при его ранге способами и видел лишь искреннее недоумение. А это значило, что Егорка цинично его обманул. Темников почему-то пытался нас рассорить, и у него это почти получилось.

Покрывшись холодным потом, я возблагодарил Спасителя за то, что в первые секунды после своего пробуждения вообще ничего не понимал, иначе все могло обернуться достаточно скверно, а мне пока нельзя терять Феофана! Никак нельзя! Я еще слишком слаб!

«А может я не сразу догадался о подоплеке слов наставника только потому, что уже не разделял две сущности, живущие в этом теле? Кажется, я давно решил для себя: «Я – Иван Морозов, и точка!»

– Твое поведение крайне непривычно, – заметил я, исподлобья бросая на наставника настороженный серьезный взгляд, который заставил его встрепенуться. – Знакомый мне Феофан не раскис бы от подобных новостей. Скорее, он забрал бы у отца не только выписку с ритуалом, но и весь сборник. И выведал бы, зачем Темникову нужно нас ссорить.

– Прости, Иван, – снова чуть не расплакался наставник. – Прости! Стар я стал! Совсем стар!

Я еще больше насторожился, догадавшись, что с Феофаном действительно что-то сильно не так, и, посмотрев ему в глаза, продолжил.

– Это явно не старость, – с сомнением покачал головой, вспоминая, какие эффектные женщины еще недавно задерживались в комнате наставника.

Несколько минут размышлений, и я вспомнил последний день Галины Беловой и то, как отец потрошил ее память. Она призналась, что отравила его каким-то невероятно редким ядом.

«Мог ли отец выведать у Галины рецепт зелья и воспользоваться им?» – задумавшись, я спросил у наставника:

– А ты случайно ничего не ел и не пил в поместье Темниковых?

Феофан посмотрел на меня прозревающим взглядом и как-то растерянно произнес:

– Но я не почувствовал для себя никакой опасности! Легкая тревога у меня, конечно, была, но она постоянно присутствовала после твоего воскрешения.

– Срочно едешь в лигу магов и заказываешь самый сильный очищающий ритуал. Если нужно, то несколько. После чего приезжаешь назад, хочу поговорить с тобой, когда ты станешь нормальным. И это… – Я сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. – Вызови ко мне какого-нибудь целителя, кажется, мне снова стало хуже…

Прежде чем я потерял сознание, меня посетила внезапная мысль.

«Зачем отец сначала вернул мне наставника, позволив ему быть моим доверенным лицом, а сейчас пытается убрать? Это же нелогично! Для чего он все это задумал?»

Глава 2

– Как там дела на Мозырском заводе? – спросил я у Феофана после того как мы приехали домой, привели себя в порядок и засели в моем кабинете. – Закончили модернизацию?

– Чтобы ответить на этот вопрос, мне необходимо сходить за ежедневником, – произнес он, пытаясь встать.

– Давай своими словами, обойдемся сегодня без конкретики, – махнул я рукой. – Меня интересует, готов завод к выпуску продукции или нет.

– Насколько мне известно, вчера закончили устанавливать последнюю линию, – задумчиво произнес наставник. – Хотя там у них возникли какие-то небольшие проблемы. Москаленко ничего мне еще не говорил, но до этого клялся, что все успеют в срок. Думаю, завтра будет звонить тебе и докладывать об успехах. Сам знаешь, как он любит рапортовать о достижениях и не терпит намека на неудачу.

Называя фамилию одного из моих генеральных директоров, Феофан выглядел крайне довольным. И все потому, что именно он перетянул его и других ценных специалистов с небольшого завода Темниковых на мое новое предприятие. Да и вообще то, что мои сказанные вскользь слова превратились в весьма прибыльный бизнес, его заслуга.

Пройдя несколько ритуалов очистки и заплатив огромные деньги лиге магов, Феофан вывел из своей крови отраву, которой его потчевал отец, и вернулся ко мне в палату таким же, как и прежде: сильным, бодрым, энергичным и весьма злым.

– Я порву его, – с порога заявил он мне. – Просто порву.

Его крупные пальцы сжались в огромные кулаки, и завершивший свой визит целитель несколько побледнел.

– Я надеюсь, это ты не про Петра Иосифовича, – улыбнувшись, спросил я, кивнув на мужчину в халате. – Он не просто так принял решение запретить посещать меня несколько дней. Все это время целители вытягивали из моей крови всякую дрянь и пытались стабилизировать состояние.

– Прошу прощения, – произнес наставник, обращаясь к целителю. – Конечно же, это я не вам. Вы позволите пообщаться с Иваном наедине?

– После ваших первых слов я не думаю, что имею возможность запретить это, – хмыкнул мужчина в свои пышные усы.

– Еще раз извините, – произнес Феофан и, дождавшись, когда пришедший в себя мужчина выйдет, сел на стоящий рядом с моей кроватью стул.

– Я его все равно порву! – уверенно заявил он мне.

– Да успокойся ты, – улыбнулся я, радуясь возвращению прежнего Феофана. – Рвун. Так не понравилось быть сентиментальным? Лучше расскажи, как себя чувствуешь?

– Хреново! – честно ответил наставник.

– Это почему же? – удивился я – Выглядишь просто отлично.

– Сейчас, конечно, все хорошо, – произнес Феофан и поморщился. – Но меня злит то, кем я был три долгие недели! Кем?! Никогда не думал, что буду вести себя как тряпка и размазня. Мало того, что я тебе душу изливал, как идиот. Так я еще много дел наворотил…

Заметив мой взгляд, он добавил.

– Не переживай, на твоем бизнесе это никак не отразилось. Я вообще на все забил…

Рассказав о некоторых не лучших моментах уходящего месяца и о том, сколько дряни из него вытянули на ритуалах и какую цену взяли, наставник встрепенулся.

– Ну а ты как?

– Сам видишь, – показав относительно чистые руки и лицо, произнес я. – Синих полос уже почти нет, кровь от токсинов и прочей дряни очистили. Ликвидировали отравление инфернальной энергией, которая мешала нормальному восстановлению. Срастили кости, подлечили отбитые внутренние органы и справились с сотрясением мозга. В общем и целом чувствую я себя очень даже хорошо. Духовную и магическую энергии ощущаю нормально, но пользоваться ими пока нельзя, сказали поберечься. Хотя, если честно, я уже понемногу медитирую.

Говорить наставнику о существенных изменениях в своем внутреннем мире я не стал. Решил сначала самостоятельно разобраться в том, что произошло.

Подробно обсудив мое состояние и перспективы выздоровления, мы вновь вернулись к причине ярких эмоций наставника.

– Не надо никого рвать, – произнес я, еще раз тяжело вздохнув. – Несмотря на то, какой отец мерзавец, мне все равно придется иметь с ним дело. Нравится нам это или нет. На него слишком многое завязано. Вместо того чтобы обострять конфликт взаимными оскорблениями, провокациями и скатываться к прямому противостоянию, мы должны ответить так же тонко, как и он. Например, перетянуть на свою сторону очень ценного специалиста, а лучше нескольких, или обеспечить ему какие-то финансовые потери. Это будет куда более показательно. Мне кажется, он все сделал намеренно, чтобы отследить мою реакцию и понять границы дозволенного.

– Хм… – Наставник задумался и через некоторое время признался. – Я даже не представляю, как к этому подступить. Для того чтобы определить действительно ценного специалиста, необходим профессионал в экономической сфере. А это, как ты понимаешь, не совсем моя специализация.

– Ну так найди какого-нибудь хорошего специалиста и обеспечь его работой, – предложил я. – У нас же в империи есть какой-то департамент финансовой полиции? Или нечто подобное. Найди там какого-нибудь ценного и умного сотрудника, который давно мечтает снять мундир и уйти на гражданку, в приличное место. Думаю, ты сообразишь, что ему предложить.

– Сделаем, – произнес наставник, покачав головой. – А ведь у меня есть на примете несколько человек, просто за всеми этими обстоятельствами совсем забыл про плановую работу…

Через пару дней невероятно довольный наставник ввалился в мою палату. От него исходило ощущение злого предвкушения.

«Ну что же, с интересом послушаю, о чем он мне поведает», – подумал я.

– Ты не поверишь! – произнес Феофан, занимая привычное место и глядя мне в глаза. – Оказывается, у Темниковых есть небольшой, но довольно успешный завод по производству мороженого.

– Ну почему не поверю? – задумался я. – Очень даже может быть. Я о чем-то подобном когда-то давно слышал, Анна и Мария хвастались, но какое это может иметь отношение к нам?

– Завод мороженого, – произнес наставник каким-то необычным тоном.

Глянув на мою приподнятую в недоумении бровь, он еще более выразительно произнес.

– Мо-ро-же-но-го!

Видя, что я до сих пор не понимаю, о чем он, добавил.

– Мороженое – тире – Морозов.

– Суть я сразу уловил, ты давай ближе к делу.

«Если наставник имеет в виду наш разговор о переманивании специалистов, то зачем мне такие умельцы? Завода мороженого у меня нет».

– Да что тут непонятного?! – взорвался наставник из-за моего непонимания. – Морозов должен заниматься производством мороженого! Об этом сама фамилия ненавязчиво говорит. Сам же как-то рассказывал!

Задумавшись, я вспомнил, что действительно когда-то в беседе с наставником и Бышковцом упомянул, что нам необходимо заняться делом, которое граждане страны будут на подсознательном уровне ассоциировать с родом Морозовых. В эту концепцию прекрасно вписывалось производство холодильников, кондиционеров, вентиляторов или, на худой конец, мороженого.

– Ну было что-то такое, – согласился я, поморщившись. – Но какое отношение завод мороженого Темниковых имеет ко мне? У них, кстати, производство комплектующих для холодильников есть.

– Их предприятие имеет к нам прямое отношение – это объект мести.

– Ну, в таком случае поделись-ка со мной своими мыслями, – предложил я. – И как твои планы связаны с мороженым.

– Все очень просто, – заявил наставник. – У Темниковых есть завод, производящий мороженое самого высокого сорта. Еще недавно он давал стабильный, пусть и небольшой доход, но с приходом нового директора, которого поддерживает служба безопасности рода, все изменилось. Занявшись восстановлением трудовой и производственной дисциплины, новый руководитель явно перестарался. Это заставило уйти многих специалистов. Да и показатели производительности упали. В общем, я предложил главному технологу и нескольким другим ценным специалистам перейти на наш завод. Они согласны, даже не сопротивлялись.

– Отлично все придумал, – не преминул заметить я, поощряя наставника. – Пусть это и не такой серьезный урон, как мы планировали, но чувствительный. Однако есть один маленький вопрос. Где нам взять завод для этих специалистов? Небольшая такая проблемка. Не так ли?

– А вот тут ты неправ! – довольно рассмеялся Феофан и протянул мне документы с готовым бизнес-планом по торговле мороженым.

Там была собрана информация о возможности приобретения конфискованного государством крупного завода, расположенного в пятидесяти километрах от Мариграда, с утрясением всех бюрократических формальностей. Сумма, необходимая на модернизацию производства, с перечислением конкретных станков и линий, которые необходимо заменить. А в конце шла вкладка с готовыми рецептами мороженого, аналогов которого в стране еще не производилось.

– Откуда все это?! – удивленно посмотрел я на наставника.

– Совместный труд четырех увлеченных людей, – произнес Феофан довольно. – Мой, будущего директора завода, будущего главы научной лаборатории и моего предполагаемого заместителя по аудиту. Ты был прав, когда говорил про департамент финансовой полиции. Все сложилось крайне удачно.

– Вот это меня и беспокоит, – заметил я, нахмурившись. – Нужно их всех хорошенько несколько раз перепроверить. Особенно твоего финансиста. Я ведь прав – на конфискованный государством завод указал именно он?

– Обязательно перепроверим, – заверил меня наставник. – Да, подсказка его.

– Постарайся. Мне бы не хотелось отдать кучу денег, чтобы потом оказалось, что все происходящее – интрига отца, решившего вынудить нас хорошенько потратиться, – произнес я. – И, кстати, почему ты считаешь, что завод достанется именно нам? Разве аукцион кто-то отменял?

– Да ты, Иван, я смотрю, совсем от жизни отстал, – довольным тоном протянул наставник. – Прессу не читаешь, новости не смотришь, а ведь там сообщают очень много важного.

– И что же? – заинтересовался я.

– К примеру, интервью некоторых выступивших инкогнито лиц, участвовавших в устранении последствий прорыва демонов на территории предместья Антоновка. Очевидцев оказалось достаточно много, поэтому различные интервью они давали нескольким СМИ и говорили довольно складно и в унисон.

Все эти лица, невзирая на мелкие расхождения в некоторых моментах, уверены, что в отражении нападения не последнюю роль сыграл некий Иван Морозов. Это стало понятно по «ледяному куполу» вокруг казармы с кадетами, демонам, замурованным в «ледяных глыбах», и большому количеству разнообразных, очень острых «сосулек».

– К тому же на одной из фотографий были запечатлены самодельные носилки с твоим бренным телом и Витовтом, который с мрачным видом их тянул. Он был не один, но, понятное дело, на кого все окружающие сразу обращают внимание.

– Это значит, что мое имя сейчас на слуху и ситуация обсуждается, – завершил я задумчиво.

– Друг наследника империи и его спаситель, а также представитель «золотого» рода, – произнес Феофан, довольно прищурившись. – Меня уверили, что при продаже завода на аукционе нам пойдут навстречу.

Прикинув, какие в наличии имеются средства, я понял, что мы потянем этот проект, почти не напрягаясь.

– В таком случае начинай работать, – произнес я. И постарайся, чтобы информация о моем участии в спасении Витовта продолжала муссироваться в обществе до самого открытия завода. Попробуем воспользоваться плодами народной любви. К тому же, ближе к лету мы сможем выйти на нормальные мощности, и производство начнет окупаться…

Наша попытка отомстить или, точнее, ответить ударом на удар, имела вполне себе прогнозируемые последствия. Где-то через неделю, когда меня уже выписали домой, ко мне заявился Егор Дмитриевич собственной персоной. Несмотря на знакомство с системой безопасности, на этот раз пройти дальше ворот ему не удалось. Наставник психанул и со словами: «Мы должны быть готовы к встрече противников такого уровня», – вложил в защиту просто астрономическую сумму.

– Значит, настолько ты меня уважаешь, что отправил какого-то слугу встречать собственного отца? – с ходу спросил Егор Дмитриевич, после того как лакей завел его в специально подготовленную для переговоров комнату.

– Вполне нормальная практика в боярских родах, когда гостя к хозяину провожает лакей, – пожал я плечами. – А если учесть, что ты хотел войти в мой дом инкогнито, не через парадный вход, какие ко мне вообще могут быть претензии? К тому же, не ты ли совсем недавно пытался убедить Феофана, что я самозванец, чужая душа, приютившаяся в теле Ивана? Должен сказать, удивлен, трюк с отравой сработал.

Я сам поднял эту тему, желая показать, что ко мне все эти фантазии не имеют никакого отношения. Да и почему бы не взять инициативу в свои руки?

Желавший что-то сказать отец замолк, а затем, склонив голову набок, произнес:

– Хочешь уверить меня, что ты мой сын?

– Нет, – внутренне напрягшись, словно ступая по минному полю, произнес я и, взглянув в расширившиеся от удивления глаза Темникова, добавил. – Им я был до смерти, несколько лет назад. Теперь я Морозов. Магия рода приняла меня. Осталось пройти обряд эмансипации и стать главой, но это, конечно же, не сейчас, чуть попозже.

– Хочешь сказать, что ты не наглый попаданец, занявший тело моего сына?! – произнес Темников, и за его спиной появилось облако тьмы.

– Убери ауру или я тебя успокою, – произнес вошедший в комнату одетый в удобную одежду Феофан, держащий в руке саблю.

– Да ты весьма зол, – произнес отец, посмотрев на наставника. – Обпился какими-то зельями? Собрался убить меня?

– Только если ты будешь неправильно себя вести. Теперь это мое поле боя. Попробуешь качать права с помощью магии – и очень сильно пожалеешь.

– Ты знаешь, зачем я здесь, – серьезно посмотрел на наставника отец. – Я должен вывести его на чистую воду и разобраться в ситуации, а ты, став на его сторону, подводишь род Морозовых.

– Закройся! – рявкнул Феофан, и я впервые заметил, как вокруг него формируется какая-то красная аура. – Я проверил его всеми видами чувств. Он – Иван! Настоящий! И он не пытался меня отравить!

– Успокой своего пса, – посмотрел на меня задумавшийся отец. – Помимо этого вопроса нам еще многое следует обсудить.

Несколько успокоившийся наставник отошел, а отец, нахмурившись, произнес.

– К сожалению, я не имею возможности провести подобную проверку, поэтому рад, если все обстоит именно так. Вы должны понять, что я обязан был что-то делать, ведь имеющаяся у меня в руках информация требовала проверки.

– Поэтому понадобилось отравить Феофана? – спросил я и искренне рассмеялся.

То, что отец столь быстро признал свою ошибку и даже попытался оправдываться, успокоило меня и придало немало сил.

– Пусть я ребенок, – резко прекратив смеяться, посмотрел отцу в глаза. – Но не стоит считать меня идиотом. Если у тебя были подозрения, ты мог просто рассказать все Феофану и проверить. Твоя цель заключалась в другом! Думаю, что ты хотел убрать от меня единственного верного человека, который может тебе противостоять. Зачем тебе это? Хочешь влиять на мои решения?

– Мне нужно было проверить тебя. А Феофан никогда не согласился бы мне помочь.

– Отличная логика! – показал я большой палец. – Если кто-то, по моему мнению, не выполнит важную просьбу, то я его отравлю, и это обязательно поможет. Это точно твои мысли. Вероятно, перед приходом сюда ты снова яда Беловой хряпнул?! Что это за чушь?!

– Ты выглядишь довольно убедительным в своем недовольстве, – произнес отец. – Возможно, книга ритуалов врала или старик не использовал знания оттуда?

– Издеваешься над нами?! – Я начал кипятиться. – Какая, пилки, книга ритуалов?! Не делай вид, что дело в этом и у тебя были какие-либо основания так поступать! Просто скажи, зачем ты отравил Феофана!

– Книга ритуалов Морозова у меня действительно есть, – фыркнул отец и сам начал кипятиться. – И не смей так со мной разговаривать! С чего ты решил, что я буду отчитываться перед тобой?! С чего ты только это взял?! Думаешь, я боюсь этого старика с зубочисткой? Понадобится, и я скручу в бараний рог и его, и тебя!

– Ты сам сюда пришел, – добавив в голос холода, напомнил я ему. – Не хочешь конструктивного разговора? Тогда иди вон! Но знай: в таком случае можешь больше ни о чем меня не просить. – Заметив, что отец открыл рот, чтобы что-то сказать, я перебил его. – Ни о посещении нужных тебе балов, ни о встречах с какими-то людьми, ни о чем-то другом.

– Я твой официальный опекун до совершеннолетия, – произнес отец настойчиво. – Так что будешь делать то, что я скажу!

– Ты кое в чем прав, – произнес я таким же тоном. – Ты мой официальный опекун. Но юридически, не значит фактически! Тебе не удастся заставить меня делать то, что я не хочу. А при необходимости через год или два я пройду обряд эмансипации. Стану совершеннолетним и буду сам определять свою судьбу.

Глаза отца налились тьмой.

– Ты в этом уверен?

– Более чем! – в ответ произнес я, и мои глаза налились синим светом. – К тому же, если попробуешь давить на человека, который спас наследника императора и других представителей боярских родов от смерти, то очень сильно пожалеешь. Будь уверен, я сумею воспользоваться этим обстоятельством и хорошенько тебе насолить.

– Как начал делать это сейчас? – спросил он. – Переманивая моих людей на свой завод?

– Ты уже знаешь и про это? – довольно улыбнулся я, так как Феофан оказался прав, и мы выкупили предприятие по первоначальной цене еще несколько дней назад. – Это отнюдь не месть. Это всего лишь легкое напоминание, что в ответ на твои неправильные действия я тоже могу укусить. И мелкий завод мороженого – всего лишь мелочь. Пример.

– Тебе придется вернуть всех специалистов назад, – произнес отец.

– С какой это стати?! – спросил я. – Мы, вообще-то, живем в свободной стране. У родов больше нет холопов и крепостных. Рабство отменено! Так что эти люди совершенно свободны. Можешь попробовать вернуть их, но не думаю, что у тебя получится. Я предложил им намного лучшие условия.

– Это ты думаешь, что рабства нет, но ты слишком молод и тебе простительно такое заблуждение. Мы живем в то время, когда простолюдинам лучше не портить отношения с главой «золотого рода». Это чревато серьезными последствиями. Возможно, и летального характера.

– Ты сам виноват, – нахмурился я. – Нечего было пытаться настроить Феофана против меня. Я считаю, что наши ответные действия – детские шалости. По сравнению с личностью наставника весь твой завод – всего лишь какой-то пшик. Слишком разные весовые категории. Так что воспринимай это как безболезненный урок.

– Еще никогда яйцо курицу не учило, – фыркнул отец. – Этим твоим уроком.

– Я не яйцо, а ты не курица, – покачал я головой.

Темников молчал, думая о чем-то своем. Я тоже.

«Да, куда-то не туда разговор заходит. Нужно как-то его успокоить, иначе мы только рассоримся и ни к чему не придем. А он мне еще нужен в некоторых моих планах».

– Знаешь, – протянул я задумчиво. – А ведь мне известен выход из сложившейся неприятной ситуации.

– И какой же? – спросил Темников.

– Ты просто продашь свой разваливающийся и по большому счету ненужный тебе завод мне. И нам не придется конфликтовать. Отдашь мне ненужный актив, но конфликт будет исчерпан.

– Согласен, – совершенно неожиданно произнес отец. – Но на это ты потратишь одну из своих просьб.

«У меня осталось четыре из пяти, – вспомнил я цену, которую отец назначил за победу в споре с императором. – Первую просьбу я потратил на спасение Феофана и гарантии его неприкосновенности. А вторую, значит, на какой-то мелкий завод? Что же, возможно, так даже лучше. Это поможет мне хоть как-то их использовать. Удивлен, что отец пока следует своему слову».

– Хорошо, – согласился я. – Просьба – значит просьба, но цена должна быть реальной, учитывающей стоимость производства и отсутствие ключевых специалистов, без которых все линии – всего лишь груда металлолома.

Где-то минуту отец молчал, выдерживая паузу, а затем сказал.

– Ладно, но тогда Феофан сейчас выйдет, и мы кое-что обсудим тет-а-тет.

Сообразив, что ситуация не выглядит настолько напряженной, как предполагалось изначально, я кивнул наставнику, и тот направился к двери. Однако, не взявшись за ручку, остановился и произнес.

– Если ты, Егорка, попробуешь чудить, то не выйдешь отсюда. Я тебе обещаю.

После того как Феофан ушел, отец посмотрел на меня.

– Я надеюсь, легкое заклинание, защищающее от прослушки, не заставит Феофана ворваться к нам с саблей наперерез? – спросил отец. – Я должен был убедиться, что на месте моего сына не чужак, – твердо произнес он и тут же добавил. – Но была и другая причина, по которой я поступил именно так и отравил Феофана, пытаясь оттолкнуть его от тебя.

Отец выдержал театральную паузу, вынуждая меня попросить продолжить рассказ, и я не стал его разочаровывать – пусть думает, что легко ведет разговор.

– И какая причина? – спросил я.

– Она заключается в следующем. – Он достал из кармана сложенные листы и протянул их мне.

– Еще один запретный ритуал? – изучая руны и пентаграммы, хмыкнул я. – Тоже выписка из книги Морозова о запретных ритуалах? Изучая это, я должен констатировать, что после смерти мое место занял посторонний человек? Который лучше Морозова управляет родовой стихией?!

– Это совершенно другой ритуал, и он касается Феофана, – даже не повел бровью Темников. – Ты просто не там смотришь.

«Создание вернейшего слуги», – прочитал я. – Это он на наставника намекает? Все-таки как-то, но хочет нас рассорить? Хотя, если взять во внимание, что запретный ритуал вселяет чужую душу в нужное тело, то, возможно, и мой биологический предок когда-то сделал Феофана своим слугой. Не зря ведь он, обладая такой большой силой, служит роду столь преданно. Однако я не должен показать отцу своих сомнений, иначе он заподозрит, что и я не его родной сын».

– И что? – откладывая листы в сторону, произнес я. – Все же пытаешься избавить меня от моего «козыря»?

– Совсем нет, – покачал Темников головой. – Просто когда-нибудь к Феофану вернется не только утраченная в ходе ритуала память, к нему придет осознание, что его жизнь украли для служения какому-то роду. Тогда-то ты пожалеешь, что не убрал его. Как-никак, он всё-таки воин ранга «богатырь».

«Нужно как-то перевести тему, – подумал я мимолетно и произнес.

– Кстати, а откуда у тебя все эти ритуалы? Точно из книги Морозова?

– Да, – кивнул Темников. – Твой высокоморальный предок, оказывается, не чурался подобной грязи и отнюдь не был святошей и героем, каким его рисуют сейчас.

– Как интересно, – произнес я крайне довольным тоном. – В таком случае я хотел бы вернуть себе утерянную семейную реликвию. Нехорошо, когда такие вещи находятся в чужих руках.

– Получишь копию, и этого достаточно, – едва заметно поморщился отец.

– Мне нужен оригинал, – не согласился я. – А копии, так и быть, можешь оставить себе.

Не давая ему ответить, я высказал пришедшую мне в голову мысль.

– Кстати, а почему у тебя все вертится вокруг этих запретных ритуалов? – спросил я. – Моя личность? Верность Феофана? Почему ты так уверен в работоспособности этих ритуалов? Не с их ли помощью тебе удалось нейтрализовать действие яда в крови, избавиться от выпивки, наркоты и разгульного образа жизни, а также вернуть себе рассудок и магические силы, уменьшившиеся после убийства родного сына?!

Глава 3

«Уважаемый Иван Егорович! – читал я одно из пришедших писем. – Мариградская академия экономики и права приглашает вас подать документы для поступления в наше образовательное учреждение. Список факультетов прилагаем».

– Как бы хотелось поступить в подобное заведение, – произнес я себе под нос, тяжело вздохнув, и с сожалением отложил это письмо в сторону. – Однако судьба приготовила мне другой путь. Возможно, позже… Много позже…

Все же Феофан оказался прав…

Несколько лет назад, когда я только появился в этом мире, он заметил, что стать настоящим главой и восстановить род Морозовых я могу, только обладая большой личной силой. Тогда я мысленно посмеялся над ним, считая, что старый воин, привыкший решать проблемы с помощью силы, безнадежно отстал от жизни, что миром правят те, кто владеет информацией и другими не менее значимыми ресурсами. Нет, сила определенно важна, но она стоит отнюдь не на первом месте.

Каким же наивным я тогда был!

Этот мир наглядно продемонстрировал, что выжить может только сильный. Каким бы хитроумным и влиятельным ты ни был, никто не застрахует тебя от встречи с киллером, недовольным тобой главой «золотого» рода или, на крайний случай, прорыва демонов. На успех в этом мире возможно рассчитывать, только обладая большой личной силой. Я определенно допускаю, что кто-то довольно успешно существует, опираясь на свой многочисленный род. Окружил себя богатырями и архимагами и отдыхает. Ан, нет. У меня так не получается. В распоряжении имеется только один безусловно верный человек, он же – самый авторитетный и опасный и, к сожалению, не вечный. Остальным так доверять я, наверное, никогда не смогу. Хотя жизнь штука интересная. Ладно, там посмотрим…

Еще раз с сожалением посмотрев на приглашение, я подумал о том, что учиться в высшей школе боевой магии тоже достаточно интересно.

После того как я завершил изучение поступившей за неделю корреспонденции, мой секретарь – невысокая и весьма привлекательная девушка-брюнетка по имени Аделина – принесла на подносе крепкий свежезаваренный кофе с тройкой эклеров.

«Все, что нужно для начала полноценного дня! – подумал я, наблюдая, как покачивающая бедрами брюнетка в короткой юбке покидает кабинет. – Выглядит совершенно безобидно, и не скажешь, что она довольно неплохой маг ранга «магистр второй ступени» и последняя линия обороны на случай внезапной атаки врагов».

Пока я с явным удовольствием расправлялся с десертом, в приемную вошел посетитель.

Об этом мне подсказала скрытая камера видеонаблюдения, которая передавала данные прямиком на экран компьютера. Там же отражалась информация с других видеокамер. Их было несколько – на этаже, в лифтах, на лестничных площадках, в главном холле и по периметру здания.

Не зря на моем рабочем столе находилось сразу три монитора. Во-первых, это весьма функционально. Позволяет открыть несколько документов и с удобством работать. А во-вторых, используя их, можно очень качественно пускать пыль в глаза нужным людям. Особенно хорошо это работает при общении с денежными клиентами почтенного возраста. Для них владение тремя мониторами – это что-то из ряда фантастики. Тут же начинают заваливать комплиментами и говорить, что репутация создателя весьма популярных информационных проектов ничуть не преувеличена. Наверное, думают, что я лично пишу программы для разрабатываемых компанией сайтов.

– Иван Егорович, к вам Герман Артемович, – раздался в динамике селектора голос Аделины.

– Пусть немного подождет. Через пару минут освобожусь и приглашу его к себе, – ответил я.

Проследив за тем, как посетитель занимает весьма удобное кресло для ожидания, я с удовольствием вгрызся в недоеденное лакомство.

«Перед умственной работой необходимо хорошенько подкрепиться глюкозой и кофеином», – в том, что придется серьезно и вдумчиво общаться, я почти не сомневался. С Синичкиным всегда так.

Пока я наслаждался едой, пришла мысль, что идея переноса рабочего места из столичного особняка в бизнес-центр – просто отличная. Она пришла давно и, по-моему, была крайне удачной. Дело в том, что, некоторое время поработав дома, я понял, что никак не могу полноценно сосредоточиться на работе. Постоянно отвлекаюсь на всякую ерунду, очень долго жду прибытия нужных людей и не могу оперативно принимать решения. Да, к тому же, теперь стало намного сложнее определить мои контакты. Раньше ведь можно было просто следить за домом и знать, с кем я чаще общаюсь. Здесь это сделать более затруднительно.

– Пригласи Германа Артемовича, – произнес я, убрав поднос и нажав на кнопку селектора, после чего Синичкин вошел в кабинет.

Бывший начальник одного из областных отделений департамента жандармерии, который потерял свой немаленький пост из-за какого-то коррупционного скандала, был неплохим магом ранга «магистр» и отличным специалистом в своей области. В момент знакомства с Феофаном он, получив «волчий билет», отчаялся вернуться к прежней жизни и занимался не совсем законными делами. По заверениям наставника, Синичкин отнюдь не преступник, просто в рамках своего расследования он вышел на очень высокопоставленную особу и не пожелал отойти в сторону. За что и был довольно технично снят с должности.

Я уже несколько лет жил в другом мире, а кажется, что остался в прежнем. Ну как такое вообще может быть? Вот ты отличный специалист, высококлассный профессионал с блестящими перспективами, а стоит перейти дорогу не тому человеку, и ты резко становишься никому не нужен. Еще и уволят с позором, чтобы не устроился на престижную работу. Как говорится: «Был бы человек, а статья найдется». Удивительно еще, что его не посадили или не свернули шею в темном переулке. Видимо, какие-то покровители, санкционировавшие его действия, все же имелись…

Синичкин был искренне обрадован предложением Феофана работать в службе безопасности рода. Он буквально зубами ухватился за открывшиеся перед ним перспективы и день за днем доказывал свою верность и полезность, что довольно быстро привело его на должность одного из заместителей Феофана, вместо пользующегося его трудами Шевцова, который не оправдал возложенных на него ожиданий и был мной уволен.

– Иван Егорович, – почтительно обратился ко мне пятидесятилетний мужчина с совершенно гармонично смотрящейся прической «а-ля Ленин» и протянул документы – отчет о проделанной за месяц работе.

– Присаживайтесь, – произнес я, указывая на гостевой стул, и, взяв документ, принялся за его изучение.

«По большому счету в настоящее время этот отчет в таком виде мне не нужен, – подумал я между делом. – Он создавался для того, чтобы я мог вникнуть в спектр решаемых службой безопасности задач и научил заместителей Феофана мне подчиняться».

Все началось во время моих первых летних каникул в кадетском училище. Прибыв в столичный особняк, я в ультимативной форме потребовал от наставника представить мне всех его заместителей и передать функции по управлению службой безопасности.

Дело было не в словах отца, что верность Феофана обеспечена ритуалом и он в любой момент может прозреть и кинуть меня. Хотя это сыграло не последнюю роль. Просто я осознал, что если в какой-то момент с наставником что-то случится или он куда-то пропадет, я даже не буду знать, к кому обратиться. Хотя моя служба безопасности уже серьезно расширилась и постоянно росла.

К тому же, в то время вопросы экономической безопасности стояли передо мной менее остро. Нужно было в спокойном темпе разобраться с тем, что у меня уже было. Бышковец более спокойно продолжал по плану развивать все, что попадало под определение «информационные технологии». Москаленко ударными темпами завоевывал рынок недорогим, но качественным и достаточно вкусным мороженым, которое после успешной рекламной компании стало пользоваться заслуженной популярностью у людей, уверенно занимая рынки сбыта и охватывая все большую территорию. Про постоянно растущий заработок от продажи ингредиентов, который, несмотря на непростое положение на границе, все равно расширялся, вообще говорить не хочется. Чтобы не сглазить…

Именно поэтому я после длительных раздумий решил наконец разобраться с работой службы безопасности. Мне очень хотелось, чтобы в случае каких-либо неприятностей имеющиеся в моем распоряжении значительные силы не оказались бесполезными и неконтролируемыми.

Несмотря на довольно приличную медийную известность, я в очередной раз столкнулся с недоверием к моей скромной персоне.

Скепсис – вот что я прочитал в глазах приглашенных Феофаном мужчин. У кого-то он был тщательно скрыт или почти незаметен, а в одном конкретном случае даже выставлялся напоказ.

Своим высокомерием мужчина мне сразу не понравился, особенно его сказанная кому-то в коридоре фраза: «Чем бы дитя не тешилось».

Я допускаю, что в аналогичной обстановке, возможно, думал бы точно так же. Если бы какой-нибудь мой начальник на одном из предыдущих мест работы передал функции руководителя четырнадцатилетнему сопляку.

Однако у нас тут совершенно иная ситуация. Мир другой! Здесь балом правят представители боярских родов, и в данный момент я один из них. Мужчины же, стоящие передо мной, в трезвом уме и твердой памяти подписывали договор с моим родом. Они понимали, что гипотетически подросток будет оказывать влияние на некоторые решения.

«И что же, понимая ситуацию, они не особо пытаются скрыть свой скепсис? А один даже открыто его показывает! Такой хороший профессионал? Или надеется на защиту Феофана? Что же, посмотрим!»

За время нахождения в этом мире я как-то привык к тому, что люди со мной считаются. Не знаю, это результат ритуала покойного Морозова или воспитание Феофана, но я стал очень щепетильно относиться к своему достоинству не только как личности, но и как наследника «золотого» рода.

Злость за какие-то мгновения вскипятила кровь. Несдерживаемый холод прокатился по комнате, мгновенно понижая температуру и напоминая собравшимся, куда и к кому они пришли.

«Спокойно, Иван, – мысленно сказал я себе. – Это все гормоны в крови шалят. Не зря ведь мышцы стали более рельефными и лоб прыщами покрылся? Успокойся».

Взгляд снова остановился на уже менее высокомерном мужчине.

«Что ты думаешь? Я не смогу поставить тебя на место?! Я зря когда-то в Вооруженных силах Российской Федерации служил? Не знаю, как таких на место ставить?!»

Выдержав небольшую паузу и немного успокоившись, я снова посмотрел в глаза сидящему в центре безопаснику и, добавив в голос значительное количество холода, неожиданно для всех произнес.

– Доложите о своих обязанностях.

«Какой спокойный, – похвалил сам себя. – Даже голос не дрожит!»

– Обязанности? – переспросил самый недовольный мужчина, некоторое время игравший со мной в гляделки. – Вы обращаетесь ко мне?

«На вы уже? Вежливый какой!» – мысленно сплюнул я, хоть и заметил, что он, как, впрочем, и все остальные, кроме спокойно наблюдающего за происходящим Феофана, напряглись и от моей магической демонстрации, и от холодного, спокойного тона.

– Ну вы же как-то поняли, к кому конкретно я обращаюсь? – холодно поинтересовался я и, не давая ему вступить в словесную баталию, веско закончил. – Обязанности. Я жду. Мне необходимо знать, чем занимается каждый из вас.

– Я отвечаю за… – начал было безопасник, но я прервал его повелительно поднятой рукой.

– Мне лестно, что вы не сомневаетесь в моей молодой и натренированной памяти. Я отлично помню, как нас представили друг другу, но мне все же хотелось бы, чтобы перед началом доклада вы не забывали называть имена и делали так каждый раз в течение двух недель. Думаю, этого времени будет достаточно, чтобы запомнить ваши имена и направления работы, – уничижающе произнес я, а затем, выдержав небольшую паузу, повелительным тоном закончил. – Продолжайте…

– Заместитель начальника службы безопасности по организации оперативной работы Шевцов Глеб Давидович, – попытавшись успокоиться, произнес мужчина. – Я отвечаю за…

Внимательно глядя в глаза Шевцова, я ждал, когда фантазия наконец его подведет и он прекратит выдумывать что-то на ходу.

«С этим клоуном я, вероятнее всего, дальше работать не буду, – подумал, покосившись на Феофана. – Что это за оперативник, который не в состоянии сдерживать и скрывать свои эмоции? И почему Феофан поставил его на столь высокую должность? Может, Шевцов действительно хорош в своем деле? Узнаем».

– Это все? – спросил я, нахмурившись. – Или еще что-нибудь выдумывать будете? Как-то не густо, маловато работы.

– Я ничего не выдумываю, – все еще пытаясь сдерживать злость, ответил Глеб Давидович. – Мои обязанности записаны в контракте.

– Я обязательно сверю контракт с тем, что вы только что тут продекламировали, – пообещал я и снова заметил мелькнувшую в глазах злость.

«Конечно, неприятно, когда школьник отчитывает тебя перед боевыми товарищами, но что поделать? Сам виноват! Даже не навел справки, с кем общаться будет. Оперативник хренов…»

Пока Шевцов говорил, я успел сделать несколько пометок и, исходя из сказанного, начал задавать вопросы. Меня интересовала численность его сотрудников, структура, иерархия, порядок подчиненности, организация передачи и хранения добытых сведений. Не забыл я спросить о длительности рабочего дня, текущих делах и многом другом, о чем сам мужчина говорил в предыдущих ответах.

На некоторые вопросы Шевцов отвечал подробно и обстоятельно. На другие – более спокойно и с паузами в предложениях, чтобы таким образом подумать над тем, что и как говорить. Услышав третьи, он как-то задумчиво и несколько смущенно молчал, хотя изначально и попытался нести непонятную ахинею.

К концу нашего сорокаминутного разговора злость на его лице исчезла и сменилась раздражением. Оно каждый раз возрастало после очередного сложного вопроса, ответ на который не так-то просто дать. Возможно, не будь здесь Феофана, Шевцов попытался бы избежать морального избиения и в какой-то момент с чувством оскорбленной невинности ушел. Однако, заранее пригласив наставника, я не дал ему это сделать.

После завершения экзекуции над оперативником я не стал переходить к следующему заму, отвечающему за организацию охраны всей собственности рода.

«С этим, наверное, вообще целый день общаться можно, – слушая по-военному четкие ответы, подумал я. – Пока по-быстрому разберусь со структурой его большого направления, а уже потом мы обязательно пройдемся с ним по каждому объекту».

Потратив еще около полутора часов на вопросы, я констатировал, что это тяжелое дело сдвинулось с мертвой точки, а структура службы безопасности, наконец, приобрела некоторые более понятные очертания.

К этому времени ситуация в кабинете кардинально изменилась. Теперь мужчины бросали на меня крайне настороженные, задумчивые и заинтересованные взгляды. Видимо, я задавал им правильные вопросы. Наверняка гадают, где мальчишка мог набраться знаний, за которыми явно стоит какой-то опыт. Это всегда понятно, когда разговор ведут люди, которые в теме.

«Им, конечно, явно не понравилось, как и кто только что задавал вопросы, – подумалось мне. – Но зато теперь они уже на подсознательном уровне принимают мое право отдавать им приказы, которые необходимо выполнить. С этого все и начинается. Дальше – больше. К концу лета я должен так их вышколить, чтобы они не забывали об этом даже во время моего нахождения в училище. К выпуску я как раз стану немного старше, подрасту, наберу массу, и им морально будет легче принимать такого руководителя».

– Через два дня я хотел бы увидеть на своем столе обновленный список обязанностей. То, что есть сейчас, и то, как вы их видите. Все же, думаю, даже за небольшое время работы возможно разобраться в том, что актуально, а что нет. После мы с Феофаном Гавриловичем все перепроверим и решим, нужно ли кому-то что-то добавлять или убирать.

Когда я, наконец, их отпустил, и дверь в кабинет закрылась, наставник посмотрел на меня и захлопал в ладоши.

– Браво, – сказал он. – Это было восхитительно. Вначале несколько грубовато и топорно, как-то немного по-армейски, но все же. Хорошо ты с них стружку снял. Не думал, что так умеешь. Даже я немного взбодрился. Значит, все-таки решил взять управление в свои руки и отстранить старика от дел?

– Не дождешься, – хмыкнул я. – Придется тебе еще попахать, как коню.

Феофан оказался несколько недоволен результатом проверки. Все же он самостоятельно занимался созданием и развитием службы безопасности, поэтому довольно близко к сердцу принял не совсем грамотные ответы своих подчиненных. За что в последующем неплохо накрутил им хвосты.

С тех пор минул целый год.

За это время я не только детально вник в то, чем же занимается СБ рода и на что он способен, но и познакомился, пожалуй, почти со всеми силовиками рода, сумев доказать, что имею право отдавать указания и ждать их быстрого и профессионального выполнения.

Такое высокое положение было заслужено не только в пустошах, куда на постоянной основе – два раза в полугодие – по очереди ездили все без исключения бойцы и маги рода, но и в более деликатных делах, которых с возрастанием моего бизнес-аппетита становилось все больше. В этом нет ничего удивительного. Если мне удается развиваться в определенной сфере, значит, я кого-то тесню и попираю его интересы. И это при том, что я пока не занимаюсь ничем новым, только совершенствую то, что есть.

При всем при том я понимал, что скоро мне будет необходимо заменить начальника СБ на кого-то более подходящего по складу характера. Чтобы этот человек был обязан мне своим назначением и я мог его легко «повоспитывать» в случае каких-либо неудач. С наставником же сейчас это не пройдет. Чтобы он ни сделал, я все равно не смогу ему предъявить претензии – язык не повернется, все же он слишком много для меня сделал. Очень много. Именно поэтому я отправлю его на заслуженную пенсию, назначив на должность советника рода. А что? Звучит почетно, и это явно лучше начальника службы безопасности, которому приходится постоянно пахать день и ночь. Должность советника освободит его от рутинной работы, оставив возможность заниматься тем, к чему стремится душа.

Все эти мысли пролетели у меня в голове во время изучения предоставленного отчета, видимо, потому, что именно Синичкину я симпатизировал больше, чем другим замам. Что-то в нем было такое – располагающее.

– Снова вычислили потенциального шпиона? – дойдя до определенной графы, произнес я заинтересованно. – И опять в этом здании? В штаб-квартире?

– И, как всегда, в информационной компании, – подтвердил мужчина. – Очередной новый программист, интересующийся не тем, чем ему надо.

– Есть предположения, от кого он может быть заслан? – спросил я, вглядываясь в фотографию незнакомого человека.

– Доказательств нет, но мне кажется, что от рода Булатовых, – произнес Синичкин. – Прошла информация, что их глава в последнее время очень возмущается тем, как ловко вам удалось наладить производство мороженого и отжать у них значительную часть рынка. Все же недавно построенный Мозырский завод расположен в каких-то ста километрах от их производства. Мне кажется, им очень интересны наши дальнейшие планы. Не будем ли мы еще что-нибудь открывать?

– Нет, – засмеялся я. – Мне уже имеющихся проектов достаточно. Теперь мы будем заниматься только рекламой и всесторонним развитием. В связи с этим сразу вопрос. Как идет проверка фермерских хозяйств, поставляющих нам молоко? Все с ними нормально? Или есть какие-нибудь неожиданности?

– Пока никаких весомых проблем не выявлено, – пожал плечами Синичкин. – Люди только на прошлой неделе полноценно развернулись и приступили к работе, поэтому имеющиеся на руках материалы я в отчет не добавлял.

– Дай Спаситель, чтобы все так и было, – произнес я и, выдержав небольшую паузу, спросил. – Герман Артемович, как вы смотрите на то, чтобы возглавить службу безопасности рода?

Мужчина, словно вопрос никак его не касался, спокойно произнес:

– Я бы принял подобное предложение как оказанную честь, – на мгновение склонив голову, произнес он.

– В таком случае начинайте готовить себе замену, думаю, что мы вернемся к этому разговору в течение года.

Глава 4

Бал в императорском дворце был, как всегда, хорош. Великолепная еда, шикарные напитки и чудесное общество. Это я, конечно же, имею в виду милых дам, что только и вились вокруг нашей честной компании.

Последнее время выпускники кадетского училища стали довольно популярны на подобных светских мероприятиях. И это, конечно же, произошло не только из-за близкого знакомства с наследником страны. Ведь так?

– Вон та, беленькая, видел, как смотрела? – тихо шепнул мне на ухо Годимир довольным тоном. – По твою душу шла. Глазами так и стреляла. Нужно было подходить и знакомиться.

– Подходить? Знакомиться? – недоуменно посмотрел я на него. – Забыл, с какими девушками меня пытаются свести сестры? Те получше будут. Да, к тому же, – в этот момент я усмехнулся. – Может это она на тебя смотрела? Ты же все-таки рядом стоял.

– Да нет, – покачал Годимир головой. – Ты же знаешь, я в таких делах спец. Точно тебе говорю. На тебя смотрела.

Послышался тяжелый вздох находящегося в нашей компании Пескова.

– А почему никто не предположил, что эта великолепная женщина смотрела на меня? Я, между прочим, тоже рядом стою. И вообще… – Он покосился на Годимира. – С каких это пор ты стал спецом в амурных делах? Если бы это было действительно так, ты бы следил не за ее прелестными глазами, а обратил внимание на зону декольте. Оно просто шикарно.

– Поверь мне, – с превосходством посмотрел на него Огнеяр. – Это я оценил в первую очередь! И позволю заметить, задолго до того, как она приблизилась к нам. – Выдержав небольшую паузу и посмотрев вслед уже знакомой эффектной даме, что еще маячила перед нашими взорами, он бросил: – Ух, я бы ее, конечно, да!

«Мальчишки выросли, – в очередной раз подумал я, наблюдая за ребятами. – Гормоны так и плещут, скоро через уши польются. Теперь они вместо хвастливых заявлений о количестве и качестве выученных заклинаний только о женщинах и говорят».

Подобные перемены начали появляться еще в прошлом году, когда весь наш курс стал очень быстро расти вверх и вширь, вместе с мышечной массой набирая взрывоопасные эмоции.

– Ну конечно, ты бы ее и ух, и ах, – тихо рассмеялся Песков. – Да только не по Сеньке шапка. Ты у нас всего лишь второй сын коменданта. Это неплохо, но и не настолько хорошо, как последний представитель и будущий глава «золотого» рода, а также весьма перспективный маг, владелец успешных компаний и герой Носирианской империи!

– Согласен! – тяжело вздохнул Годимир, признавая поражение, и хитро посмотрел на меня. – Нам, простым смертным, только и остается, что завидовать такому счастливчику, пользующемуся редкой популярностью у женщин. Захочет – сегодня белую выберет, а может и темную. Завтра – с рыженькой с бала уйдет.

– Ага, а после горячей ночки под венец пойду, – иронично заметил я. – Это вам иногда можно позволить себе некоторые вольности с не очень щепетильными дамами. Девица потом сходит к целителю и легко восстановит свою невинность. Мне, к сожалению, по озвученным тобой причинам никто скидок делать не будет. Быстро придут возмущенные родственники и станут требовать взять в жены порченую даму. Поэтому я, пожалуй, буду более разборчив.

– Да успокойся, – отмахнулся Песков, со скепсисом посмотрев на меня. – Можно подумать, что мы в прошлом веке живем. Сейчас совсем другое время. А если действительно боишься описанного сценария, то обратись к раскрепощенным женщинам постарше. Выглядят они не хуже, а порой и лучше молодых. И мороки с ними намного меньше.

– А ты, значит, знаток подобных дам? – поддел я его, и мы с Годимиром дружно рассмеялись.

– Такое ощущение, что вам обоим нравятся прыщавые малолетки без груди, – поморщился парень, тщательно маскируя легкую обиду. – Хотя ту красотку сразу оценили.

– Ты злишься на малолеток потому, что Саша Григорьева дала отпор твоим притязаниям? – спросил тихо подошедший из-за спины Никола Таранов. – Слышал, она влепила тебе пощечину за попытку ее поцеловать.

– А ты все сплетни собираешь, Никола? – приподняв бровь, холодно уточнил Песков. – Григорьева без сомнения хороша. Это безусловно. Но поверь, если говорить о ней и вот той эффектной даме, я бы выбрал вторую. Определенно.

После того как между мной и Витовтом наступило полное взаимопонимание, деятельность Николы по дискредитации некого Ивана Морозова стала попросту никому не нужна, а иной раз и вредна для здоровья. Все хорошо запомнили мой акт самопожертвования и толстую стену льда, что защитила кадетов от штурма демонов. Никола, по правде говоря, и сам был под некоторым впечатлением от произошедшего, поэтому не только оставил попытки опорочить мое имя, но и начал активно набиваться в друзья-приятели. Ему повезло, что я незлопамятный и каких-либо серьезных претензий у меня к нему не осталось. Все же какой-то внутренний стержень в нем присутствует, да и саблю мою он очень вовремя приметил, и при отражении штурмов показал себя отлично, однако держать такого ненадежного человека рядом с собой мне почему-то не хотелось. Вдруг кто-то снова поманит его сладкой морковкой, и он начнет стучать. Вероятность того, что этим кем-то может стать венценосная особа, очень даже велика.

Однако, дабы не нажить врага, который в будущем благодаря интригам явно попытается стать видной фигурой в стране, я честно разъяснил ему свою позицию. Заверил его, что мести с моей стороны за его прошлые проступки не будет, однако и приближать его к себе близко я не собираюсь.

Такой ход позволил мне не только решить вопрос с активностью Таранова, но и напомнил окружающим, что я ничего не забываю. Сделал мне неприятность, значит, когда-нибудь придется ответить.

Через некоторое время я услышал довольный голос Годимира:

– Опа! Еще две красотки приближаются. И снова все внимание на нашего ледяного принца.

Проследив за его взглядом, я заметил, как мимо прошла пара красивых и очень эффектных двадцатипятилетних женщин, которые прикрывались веерами и смущенно посматривали в нашу сторону.

«Хороши, чертовки, – подумал я, наблюдая за бросаемыми из-под ресниц взглядами. – Только переигрывают. Ни в жизнь не поверю, что в их возрасте они могут так смущаться! Чай не юные гимназистки!»

– Мы, значит, его по всему дворцу разыскиваем, а он на каких-то женщин пялится, – услышал я ехидный голос Марии за спиной.

– Это потому что на собственных сестер засматриваться нельзя, – обернувшись, произнес я и добавил. – Вот и приходится уделять внимание другим дамам. Кстати, девушки, вы, как всегда, великолепны!

– Такими комплиментами ты от нас не откупишься, – фыркнула Анна.

– Даже и не думал, – улыбнулся я.

– В таком случае поднимай своих красавцев, и пойдем с нами, – произнесла Мария, подмигнув парням и сделав вид, что не замечает, как они приосанились. – Мы знаем место, в котором томятся одинокие молодые девушки, заждавшиеся столь доблестных воинов.

«В публичном доме? – хотел невинно заметить я, но, проследив за серьезным взглядом сестер, сдержал свой глупый порыв. – Еще обидятся…»

– Все слышали? – бодро спросил я у ребят. – Разве могут выпускники Императорского кадетского училища бросить бедных дам в подобной ситуации?

Парни тут же заверили меня, что не могут запятнать честь мундира, и мы двинулись за сестрами Темниковыми.

– Ну и кого вы подготовили для меня на этот раз? – тихо спросил я у Марии, безмятежно идущей рядом. – Очередную подружку с разбитым сердцем? Или просто хорошую девушку из приличной семьи, которая для меня – в самый раз?!

– Ты же знаешь, что мы хотим тебе счастья и выбираем только проверенных девочек, а то окрутит тебя какая-нибудь вертихвостка, сам потом переживать будешь, так что цени.

«Ну конечно! – хмыкнул я. – Прям проверенных выбираете?! Сейчас так называют тех, на кого указал отец? Вот никогда не поверю, что та двадцатилетняя кобыла из рода Левиных – добрая подруга сестер. Она и по возрасту не подходит, и по характеру. От ее развязной манеры общения отчетливо коробило обеих сестер. Благо в свое время я успел с ними тесно пообщаться и научился немного их понимать».

– Действительно, – с явной иронией в голосе добавил я. – Куда же я без вас? Пропаду!

На самом деле я не был против подобных знакомств. Как минимум это позволяло мне определить, какие именно дворянские роды во мне заинтересованы.

Я уже успел убедиться, что в этом мире возможно все. И я даже вполне мог допустить, что подобным образом когда-нибудь сумею познакомиться со своей будущей супругой. Я тщательно изучал предлагаемые сестрами варианты, однако пока подходящих под мои критерии девушек как-то не нашел. Кто-то скажет, что достичь идеала в принципе невозможно, но я все же попробую к нему приблизиться. Я еще слишком молод и у меня полно времени на поиски.

Наблюдая за проходящими мимо красивыми девушками, я думал о том, что, возможно, мои требования все же слишком высоки. Вокруг много хороших девушек, выбирай любую, и вперед. Однако что-то внутри меня противилось такому подходу.

– Ты должен найти самую лучшую, – твердил внутренний голос. – Тебе еще княжеский род восстанавливать.

Тогда мои мысли развернулись в обратном направлении, и я начал в очередной раз перечислять многократно обдуманные требования.

«Во-первых, она должна быть магически одаренной представительницей боярского рода в ранге «доктор» или выше. Все же я заинтересован в появлении магически сильных наследников, которые сумеют укрепить позиции рода. Да и вообще! Кому бы не хотелось иметь талантливых детей? Вероятно, таких попросту нет.

Во-вторых, ее магический родовой дар должен как-либо пересекаться с моим. Пусть это будет владение водой, холодом, льдом или еще чем-нибудь подобным, что можно совместить талантом Морозовых.

В-третьих, она должна быть физически и психологически здорова, чтобы суметь выносить сильного и крепкого ребенка. В-четвертых…»

Тут я действительно задумался.

«В принципе, на этом можно было бы и прекратить. Все главные требования я перечислил, остальное – это уже мои желания, которыми в случае чего можно и пренебречь. Но я бы все равно хотел, чтобы она была стройна, красива, обаятельна и весела. От богатого тестя тоже не отказался бы. А если бы он еще оказался довольно авторитетным человеком, то это позволило бы сделать его противовесом отцу, который везде сует свой любопытный нос…»

Двигаясь за сестрами по огромным залам императорского дворца, я продолжал с интересом рассматривать приглашенных на мероприятие гостей.

Отличие от бала, прошедшего два года назад, было большим. И начиналось с того, что присутствовавшие здесь мужчины в основной своей массе были одеты в военные мундиры.

«Писк последней моды среди бояр, – мысленно хмыкнул я. – Нужно обязательно показать свою принадлежность к воинской касте, пусть совсем давнюю и мимолетную».

За полтора года ни Танзинийское королевство, ни Республика Кога так и не продвинулись за пределы первоначально захваченных приграничных районов, которые они смогли занять только благодаря очень большим потерям личного состава.

– А вот и мы, – услышал я голос Анны и, отбросив подальше мысли о войне, перевел взгляд на довольно большую компанию девушек, которые тут же смущенно заулыбались.

«На этот раз русая», – мимоходом подумал я, осматривая невысокую худощавую девушку лет двадцати с симпатичным лицом, на котором отражались следы тщательно скрываемого недовольства.

«Видимо, она уже долго нас ждет, – подумал я. – Какая, однако, нетерпеливая!»

– Ирина, – произнесла Мария, обращаясь к неизвестной. – Позволь представить тебе моего брата – Ивана Морозова.

– Очень приятно, – произнесла девушка в тот момент, когда я приложился я к ее очаровательной ручке.

– Видимо, не очень, – ломая официоз, произнес я и с легкой улыбкой добавил. – Вы не выглядите довольной.

– Иван! – шикнули на меня сестры.

– Ничего, – вдруг улыбнулась девушка и легкомысленно махнула рукой. – Иван именно такой, каким я его себе и представляла. Он не так давно закончил обучение в воинском училище. А там знаете какие люди учатся, так что ему подобная бестактность позволительна.

«Какие люди там учатся? Бестактность? – удивленно подумал я. – Так значит, девушка была недовольна не долгим ожиданием, а самим фактом знакомства со мной?! Как интересно. Зачем ей тогда это общение?»

– Не воинское училище, а кадетское, – машинально поправил я Ирину

– А что? Я разве не так сказала? – переспросила девушка, удивленно захлопав глазами, а затем добавила. – Кадетского, воинского? Какая разница? Вы ходите в форме, бегаете, стреляете, изучаете воинское искусство. Так что, вроде все правильно. Разницы никакой.

«Для обычных бояр сравнение с каким-то воином было бы крайне оскорбительным, – подумалось мне. – Она что, специально хочет со мной поругаться?»

– Думаю, что разница существенная, – произнес я. – Кадетское училище подразумевает обучение воспитанников школьного возраста, а воинское предназначено конкретно для подготовки кадровых военнослужащих.

– Какая горячность! – улыбнулась девушка и закатила глаза. – И не скажешь, что вы принадлежите к роду Морозовых. Или, возможно, это играет кровь Темниковых?

Выдержав небольшую паузу, она сделала вид, что о чем-то догадалась, и воскликнула:

– А может все дело в подростковом возрасте? Мальчики, которые взрослеют, такие эмоциональные!

– Если мой ответ показался вам горячим, то я даже боюсь представить, что будет в случае проявления мной каких-либо действительно ярких эмоций, – произнес я, а затем, хитро улыбнувшись, добавил. – Вы, кстати, уже перечислили все, что вам во мне не нравится? Или, может быть, еще что-нибудь скажете?

– О-о-о! – улыбнулась она. – Об этом можно говорить бесконечно! Начиная со слишком молодого возраста, который тянет за собой целый букет недостатков: и низкий уровень умственного развития, и мальчишеское ребячество, и гормональную несдержанность, вызванную переходным возрастом, и прыщи…

Наблюдая за моим невозмутимым лицом, она довольно продолжила:

– Сюда же можно добавить обучение в ВОИНСКОМ, – это слово Ирина выделила специально. – Училище, что означает узколобость, баранью упертость в любых ситуациях, даже там, где это совершенно не нужно, прямолинейность и общую недалекость.

Я спокойно слушал ее пассаж и наблюдал, как моя невозмутимость ее все больше распаляет.

– Кроме того, я заметила то, что не всегда видят другие – высокомерие! Видимо, дружба с наследником престола еще больше раздула непомерное эго!

«Хм. Интересно, в какой момент ушла Мария?» – только сейчас я заметил, что сестра стоит в некотором отдалении от нас и общается с каким-то незнакомым черноволосым парнем.

– Все? – удивленно спросил я после продолжительной паузы. – Ну, знаете, это несерьезно. Ничего обидного, даже нелепицы никакой не приписала. Где кровь младенцев, которую я пью по утрам? Где леденящие душу истории бабушек, которых я отказался переводить через дорогу?

– В следующий раз, когда необходимо будет кому-нибудь рассказать о ваших недостатках, – медленно процедила она. – Я непременно добавлю эти интересные подробности.

– Знаете, – с любопытством произнес я. – Мне очень интересно услышать, почему нас представили друг другу, если я совсем не в вашем вкусе. Мои родственники знакомят меня лишь с теми, кому я интересен.

Девушка некоторое время помолчала, а затем, видимо, решившись, произнесла.

– Потому что маменька и папенька считают, что мы будем просто отличной парой. Хотя я с ними в корне не согласна! – затем девушка как-то непринужденно перешла на ты. – Думаешь, я не вижу, что на каждом балу к тебе подводят то одну, то другую девушку, а ты все носом воротишь? Я следующей быть не собираюсь!

– Во-первых, ради справедливости замечу, что я не занимаюсь организацией этих знакомств, – произнес я. – Это сестры стараются устроить мою личную жизнь. А я не отказываюсь, не желая прослыть неблагодарным. Во-вторых, ты уже в числе девушек, с которыми я тесно общался на балу. В-третьих, мы могли бы с тобой просто мирно поговорить и разойтись, без оскорблений и нервов.

– Еще ты считаешь себя самым умным, – произнесла Ирина.

– Тогда тебе просто нужно сказать мне, что не желаешь со мной общаться, – произнес я. – И мне придется уйти.

Девушка посмотрела на меня, как на идиота, а затем, покачав головой, произнесла:

– Я же говорила, что это все воинское училище. Суть одна.

Заметив завистливые взгляды Огнеяра и Пескова, я улыбнулся им и подмигнул.

«Знали бы вы, какой у нас на самом деле идет разговор!» – подумал, не понимая, на что намекает Ирина.

– И чему ты там улыбаешься? – подозрительно спросила она.

– Тому, что, в-четвертых, раз ты следила, как я общался с барышнями на каждом мероприятии, значит, я тебе был интересен и до этого дня. Ты моя тайная поклонница?

Девушка посмотрела на меня возмущенно, а я рассмеялся.

– Ты, оказывается, еще более высокомерен, чем я предполагала! А самомнение-то!

– На самом деле, – произнес я, – приятно знать, что не все девушки стремятся со мной познакомиться. А некоторые еще и недостатки видят. Это прям как глоток свежего воздуха.

Ирина посмотрела на меня несколько удивленно, а затем добавила.

– Если хочешь, могу еще что-нибудь вспомнить.

Я поднял руки и рассмеялся.

– Нет, спасибо. Того, что я наслушался, мне надолго хватит. Зато для поддержания интереснейшей беседы ты можешь назвать свой род. Чтобы я хотя бы понимал, с кем общаюсь.

– Я из рода Багрянкиных, – произнесла девушка.

«Маркизы. «Серебряный» род, – вспомнил я «Бархатную книгу». – В их семье сильные боевые маги и первоклассные целители».

– Так, значит, вы медициной занимаетесь?

Ирина удивленно на меня посмотрела.

– В каком смысле?

– Имею в виду, на чем специализируется твой род. На чем деньги зарабатываете, – пояснил я и в ответ на еще более удивленный взгляд добавил. – Мне же необходимо иметь хоть какой-то профит от твоего поливания грязью? А я в этом плане очень любопытен, – решив показать пример, произнес. – Ты же наверняка знаешь, что под моим управлением большая команда хороших программистов и заводы по производству мороженого.

– Так уж и под твоим? – фыркнула девушка. – Нашел хороших управляющих, и они все сделали.

В этом месте фыркнул уже я.

– Ты действительно считаешь, что дело только в этом? Нашел управляющих, и они превосходно сделали свою работу? Так?

– Тебе пятнадцать, – закатила глаза Ирина. – Как ты мог это провернуть?

– Тогда ответь на вопрос, почему до меня никто из бояр не зарабатывал так хорошо в сфере информационных технологий? Или почему мороженое не приносило другим столько прибыли?

– Все равно не верю, что это твоя заслуга, – произнесла она через некоторое время, а затем неожиданно для меня добавила. – И вообще! Почему ты заставляешь даму скучать за этими нудными разговорами? Мы на балу или как? Когда уже пойдем танцевать?

– Ты же не собиралась со мной сближаться, – с явным сарказмом заметил ей. – Да и вообще, я отвратительный узколобый мальчишка.

– Считай, что танец – это компенсация за причиненные мне неудобства, – произнесла девушка и после небольшой паузы добавила. – Давай, кадет, не мнись, дама желает развлечений! А уже в танце, так и быть, я утолю твое любопытство.

– Это просто восхитительно! – вгрызаясь в кусок невероятно вкусной пиццы, произнес я довольным голосом. – Как давно я ее не ел! Просто супер!

– Нужно было подольше оставаться, когда в гости приезжал, – заметил Годимир мимоходом. – А то ты вечно в каких-то делах. Никуда тебя не вытянуть, все в пустошах пропадаешь.

После того как я вплотную занялся службой безопасности рода, мы с Феофаном стали постоянными гостями не только Моршанска, но и других городов-форпостов на границе различных пустошей.

Во время этих вылазок я достиг сразу нескольких важных для меня целей.

Во-первых, я совершенствовал свои духовные и магические навыки, отрабатывая на практике те приемы, которым меня обучили в кадетском училище. Во-вторых, таким образом мы в режиме реальной смертельной битвы тренировали своих бойцов и магов, которые с каждой поездкой становились все сильнее и сильнее. Не удивительно, ведь подобная практика позволяла не только совершенствоваться в способах убийства, но и учила действовать в команде под руководством одного командира, что тоже было несомненно важно. В-третьих, мои подчиненные могли лично наблюдать силу и опыт наследника рода Морозовых, что учило их относиться ко мне совсем уважением и преданностью. А это, если я хочу быть главой процветающего «золотого» рода, одно из самых главных условий. Ведь я, в отличие от многих других, не могу похвастаться чередой потомственных слуг, что не видят своей жизни без рода и являются его вернейшими последователями. В-четвертых, я приучал своих людей подчиняться мне в любых ситуациях, что, по имеющейся информации, с наступлением совершеннолетия обязательно мне понадобится. В-пятых, я со своей службой безопасности ездил по всей стране и вдумчиво знакомился с городами. Чем пилки не шутит, вдруг когда-нибудь моим людям придется здесь действовать!

Мое желание обезопасить себя и свое будущее постоянно требовало отдачи всех сил, поэтому в те редкие моменты, когда я появлялся в Моршанске, особого времени для длительного отдыха у меня не было. Просто иногда встречались с ребятами у Огнеяра или могли пересечься на каком-нибудь балу. Однако в этот последний месяц лета, прямо перед поступлением, я дал себе зарок отдохнуть немного больше и, наконец, сходить с ребятами в облюбованную когда-то кафешку.

Нас было пятеро: я, Годимир, Константин Махин, Сергей Кользов и Илья Вьюхин.

– Ты же знаешь, что я постоянно в делах, – отвечая на вопрос Огнеяра, пожав плечами, произнес я.

– Ну, про недавнее открытие Мозырского завода мороженого все слышали, – хмыкнул Махин и добавил. – Мы, кстати, когда куда-нибудь идем по жаре, всегда твое мороженое берем. Так что ты, можно сказать, шикуешь на наши деньги.

– А я-то думаю, почему так выручка подскочила! – пораженно посмотрел я на него и засмеялся.

– Это потому что нам большая часть города помогает, – поддержал разговор Годимир. – Неплохо, знаешь ли, тебя император прорекламировал.

– Реально, это он очень кстати, – согласился я. – Как раз начался сезон, и производство стало потихоньку окупаться.

– Поделись мудростью, – посмотрел на меня Илья. – Как тебе все это удается? Ты и сайты крутые придумываешь, и каким-то непостижимым образом влезаешь на рынок торговли ингредиентами, и запускаешь производство вкусного мороженого.

«И что мне ему сказать? Не говорить же, что я имею опыт чужого мира и могу использовать его достижения в своих интересах? М-да. Придется уводить разговор в сторону».

– Знаешь, Илья, на самом деле все завязано на идею, – произнес я и, выдержав паузу, добавил. – И, конечно же, на первоначальный капитал. Чем внушительнее, тем лучше. Думаю, вы хорошо помните мой выигрыш после имперского турнира?

Ребята, превратившись в слух, подтверждающе закивали.

– Поэтому, когда у меня появились большие деньги, я захотел их грамотно вложить. И если бы у меня не появилась идея, как это сделать наилучшим образом, я бы до сих пор оставался с той же суммой на руках, – сделав большой глоток яблочного сока, я продолжил. – Однако, как бы там ни было, я все равно желал заниматься делом, а не сидеть, сложа руки. Кроме того, впоследствии мне очень повезло с людьми, которые взяли на себя ответственность за те или иные процессы в моих компаниях. Скажем так, в деятельность информационной компании, которая зарабатывает огромные деньги, я вообще не лезу, для этого есть подготовленный генеральный директор. Я лишь обговариваю с ними стратегию дальнейшего развития, предлагаю свои проекты и иногда общаюсь с клиентами.

– Значит, твой главный совет состоит в том, чтобы найти толкового управляющего, доверить все ему и больше ничего не делать? – рассмеялся Константин.

– Почти так, – посмеялся я вместе с ребятами. – Действительно, важно найти толкового управляющего, хорошенько какое-то время повкалывать, организовывая работу, а затем, когда все наладится, просто контролировать обстановку, и все.

Сделав еще один глоток сока, я сказал:

– А что это мы все про меня да про меня, лучше расскажите, как у вас дела? Что нового? Кто куда будет поступать?

– О-у-у, – протянул Константин сокрушенно. – Тяжелые вопросы поднимаешь.

– А что такое? – удивился я.

– Да просто приходится идти учиться туда, куда выберут родители, а не туда, куда хотелось бы, – произнес Сергей. – Хотелось попасть в столицу, в какую-нибудь хорошую школу магии, а родители обещают отправить в областной Новоград, чтобы я был поближе к ним.

– Это вам еще хорошо, – произнес Илья, обращаясь к Сергею и Константину. – Нормальной магии будете учиться. Меня же родители хотят отправить в школу целительства.

– Куда?! – удивленно воскликнули все мы.

– Вот так вот, – пожал плечами мальчишка. – И то, что у меня к этому нет особого таланта, роли не играет.

– Но зачем? У вас в роду есть хорошие целители? – удивленно спросил Годимир.

– Была парочка неплохих. Но они уже в преклонном возрасте, поэтому глава рода ищет им замену. Говорят, что семье необходимы свои хорошие целители. Да и профессия это денежная, а значит, в случае чего я всегда буду востребованным специалистом.

– Этому же вроде как лет семь учиться! – в ужасе заметил Сергей.

– Седьмой – интернатура, – поправил его мальчишка и, увидев непонимание в глазах друзей, добавил. – Это первичная специализация выпускников школы целительства по одному из направлений.

– После твоего объяснения учеба в этой школе не кажется такой уж плохой, – произнес Константин и спросил. – А это точно? Может они поменяют решение и позволят тебе выбирать? Махнешь с нами в область?

– Ты же сам понимаешь, что не разрешат. Да и я уже как-то свыкся с этим.

Мы некоторое время молча жевали пищу.

– А ты как? – спросил у меня Огнеяр. – Не поменял еще своего решения? В Мариграде останешься?

– Не поменял, – произнес я. – Пойду в столичную школу магии, все же дом в городе есть и никуда ездить не нужно.

– Повезло, – вздохнул Сергей. – Вам с Годимиром.

– Ты же говорил, что отец собирался тебя в область отправить? – вспомнил я, удивленно посмотрев на Огнеяра.

– Хотел, – согласился он и довольно рассмеялся. – Но к нему в гости приехал какой-то друг и сумел убедить, что в столице уровень обучения намного выше.

– Ну что же, – подвел я итог. – Значит, мне будет не так скучно…

Глава 5

За окном шел густой, липкий снег. Дул холодный пронизывающий ветер. Январь в этом году был достаточно суровым, бывало, температура опускалась до минус тридцати…

Иван находился в теплом и уютном салоне немаленького бронированного автомобиля, спереди и сзади которого ехала команда сопровождения с магами и бойцами, готовая оперативно решить любые вопросы.

Премиальный седан класса «Панцирь» был приобретен наставником еще в начале лета и являлся более комфортабельным автомобилем, чем предыдущий. В первую очередь за счет большей длины, которая позволила отгородить водителя звуконепроницаемой стеной. Помимо этого расшилась зона пассажира, дающая возможность даже высокому Феофану при необходимости полностью вытянуть ноги.

«А ведь скоро день рождения, – подумал я, наблюдая за яркими рекламными вывесками мегаполиса. – Шестнадцать лет. Даже не верится, что уже прошло почти полгода подготовки к этому важному событию».

Время действительно летело стремительно. Кажется, только недавно мы с Годимиром ступили на порог высшей школы и были зачислены на факультет боевой магии, а уже январь.

– Шестнадцать лет, – произнес я вслух.

«Благо, что отец, несмотря на наш конфликт, все же выполняет свои обязательства по моей боевой подготовке, присылая книги по родовой магии, – подумал я. – А то бы и не узнал о возможности настолько увеличить свою силу!»

Ритуал назначения наследника рода обычно проводится в пятнадцать лет и обязательно в день рождения. Считается, что это благоприятное время, позволяющее наладить наиболее тесные связи человека с магией рода.

Обычно такие магические действа проходят в ритуальных залах родовых поместий, перед алтарем, однако в моем случае так сделать нельзя. После прорыва демонов вблизи поместья Морозовых алтарь исчез. По мнению Феофана, мой дед куда-то его спрятал, чтобы в случае его гибели реликвия не досталась никому. Надеюсь, став главой рода, я смогу его найти.

Во времена первого пришествия демонов руководство империи специально велело всем боярским родам переместить созданные сложными ритуалами дубликаты алтарей в защитную цитадель, которая позже сделалась знаменитым имперским банком. Подобное нововведение, к слову, позволило сохранить немало боярских родов.

Помимо изучения родовой магии я не забывал посещать свой факультет, тренироваться с наставником и развивать бизнес, а также иногда присутствовать на светских мероприятиях.

Последнего было откровенно мало, поэтому после предложения Руслана съездить в клуб и хорошенько отдохнуть я долго не думал.

К тому же, мне было действительно интересно посмотреть на местную ночную жизнь, а то кроме приевшихся балов с их размеренными танцами я больше нигде и не был.

Заведение располагалось в одном из центральных районов города. Я узнал его довольно легко, по большому количеству людей у входа. Там меня уже ожидал старший брат.

– Ты не мог приехать на чем-то менее приметном? – с усмешкой спросил он у меня, провожая взглядом уезжающую на стоянку недалеко от клуба колонну автомобилей. – И такую охрану, кстати, тоже брать было не обязательно.

– Из твоих слов я понял, что здесь тусуются в основном бояре, – пожав плечами, произнес я. – Неужели их можно удивить подобным?

– Вообще нет, но тут много простых людей, желающих оторваться в крутом месте, а ты привлек к нам чрезмерное внимание, – ответил он и окинул меня критическим взглядом.

– Что-то не так? – спросил я, приподняв бровь.

– Да нет, – покачал Руслан головой. – Напротив, все даже очень хорошо.

– Еще бы, – засмеялся я. – Феофан выбрать помогал, он у меня тот еще любитель моды.

Я был одет в гармонично подобранные светло-синие джинсы, молодежный пиджак, белые кеды и такую же майку с каким-то принтом.

– Просто я боялся, что ты приедешь сюда в костюме-тройке, как привык, – пояснил свои опасения Руслан, направляясь в сторону входа.

Спокойно пройдя мимо посторонившихся верзил, мы оказались в здании.

– А может и неплохо, что ты приехал именно таким образом, – изменил свое мнение брат. – Нас даже не стали проверять.

– А что, такое бывает? – удивленно спросил я у него. – Тут же вроде в основном бояре. А значит маги. Чего их проверять? Захотят побузить, и будет намного разрушительней, чем с использованием оружия.

– Таковы правила, – усмехнулся брат. – Да и проверка по большому счету сводится к проходу по специальному коридору. А если не нравятся подобные меры обеспечения безопасности, то можешь не приходить. Тебя никто не заставляет.

Через некоторое время мы вошли в довольно большой холл со значительным количеством переговаривающихся людей. После изучения местного контингента, состоящего преимущественно из молодых стройных и милых девушек, мое настроение стремительно поползло вверх, а после того как я перехватил несколько заинтересованных взглядов, оно стало еще лучше. Сдав верхнюю одежду в гардеробную, мы с Русланом отправились по лестнице на второй этаж и оказались в еще одном коридоре. Звуки грохочущей музыки стали приближаться.

В нос ударил коктейль запахов из дорогого парфюма, легкого алкоголя и каких-то курительных смесей. Вокруг сновали группки девушек, некоторые приветливо улыбались Руслану, махали ему рукой и заинтересованно поглядывали на меня.

– Да ты популярная личность, – с усмешкой заметил я. – Постоянно здесь отдыхаешь?

– Довольно часто, – признался брат и добавил. – Подожди пока с разговорами, сейчас сядем за столик, и там можно будет пообщаться.

«Скорее всего это у нас не получится, – подумал я, заходя в танцевальный зал и ощущая, как громкие звуки электронной музыки давят на уши, а затем, осмотревшись, констатировал. – Тут неплохо».

Ночной клуб «Улей», а именно так он назывался, представлял собой довольно большой трехэтажный амфитеатр с идеально круглым вместительным танцполом на самом нижнем уровне и расширяющимися по периметру через каждый метр широкими площадками, на них размещались небольшие беседки, на крышах которых, кстати, тоже танцевали какие-то люди. Кроме того, на этих платформах располагались столики различной величины.

«Такого клуба я еще не видел».

Руслан подвел меня к одной из беседок, и, после того как мы удобно расположились на мягких диванчиках, взял лежащий на столе пульт неизвестного предназначения, нажал пару кнопок, и звуки музыки стали намного тише.

– Вот что значит правильно использовать магию, – произнес Руслан самодовольно, словно это он сам придумал данную технологию.

– Круто, – оценил я возможность изменения громкости звука. – Можно даже нормально поговорить.

Через какое-то время к нам подошла официантка, и пока Руслан не успел сделать заказ, я произнес:

– Не обижайся, но я много пить не буду.

– Поверь мне, я тоже не любитель излишеств, – заверил меня брат. – Возьмем пару слабых коктейлей, чисто для поднятия настроения. Покурим кальян, да и все. Ничего более. Правда, скоро должны подойти знакомые девушки, поэтому буду делать заказ, рассчитывая на них. Так что не пугайся.

Первый десяток коктейлей принесли уже через пару минут. Они были действительно очень легкие и вкусные, поэтому я даже не заметил, как за разговором расправился со своими.

Расслабившийся Руслан рассказывал о том, как проходит его обучение, о своем времяпрепровождении, о девушках, которые сегодня придут к нам, советовал, с кем лучше познакомиться поближе.

Несмотря на отличный метаболизм, вскоре я тоже почувствовал, что расслабился. Принесли еще одну партию коктейлей, а затем пришли девушки, о которых говорил брат. Сразу стало намного веселее.

Через некоторое время принесли кальян и целый поднос коктейлей, а затем, когда мне стало очень хорошо, девчонки вытянули нас потанцевать.

Признаюсь, я просто кайфовал.

Ночь, клуб, отдых, громкая музыка, плавные движения соблазнительных женских тел, немного алкоголя, бродящего в крови. Это было супер. Давно я так классно не отдыхал!

Смена музыки с быстрой на медленную застала меня врасплох.

«Медляк, – понял я, наблюдая за тем, как Руслан приглашает одну из девочек на танец. – Я их, кажется, лет сто не танцевал».

Пока я предавался воспоминаниям, двух оставшихся девушек из нашей компании пригласили танцевавшие неподалеку парни.

«Значит, нужно выбрать какую-нибудь другую», – подумал я, твердо решив с кем-нибудь потанцевать.

Машинально осмотревшись, я обратил внимание на стоящую неподалеку компанию привлекательных девушек. Одна из них показалась мне смутно знакомой. Она была одета в черное облегающее платье с глубоким вырезом, демонстрирующим высокую красивую грудь. Ее ножки украшали сексуальные колготки с рисунком.

Переведя внимательный взгляд на лицо, я понял, где ее видел. Это была Светлана, дочь Марии Феофановны, моего классного руководителя в имперской школе Моршанска.

«Помнится, она хорошенько гоняла меня по рингу», – подумал я, делая уверенный шаг вперед.

Светлана, как и несколько лет назад, выглядела просто превосходно. Поэтому не удивительно, что какой-то парень опередил меня. Однако девушка ему отказала – несколько раз настойчиво сказала «нет».