Читать онлайн Космические Отморозки. Том 1 бесплатно

Глава 1. Собеседование

Сидящий напротив человек доверия не внушал. Во-первых, своей молодостью – ну не верилось, что он может быть капитаном космического корабля! Во-вторых, своим поведением – он себя как-то слишком уж просто и обыденно, хотя ситуация была, мягко говоря, странной. В общем, человек был очень мутный.

Впрочем, не Филу было рассуждать о мутности. Таких мутных как он сам, было ещё поискать!

К тому же у него не было никакого выбора! Либо он идёт с этим парнем и надеется, что тот не врёт, либо, максимум через час оказывается в кутузке, а там следствие, суд и тюрьма. Причём с очень большой вероятностью надолго! Лет двадцать как минимум.

Так что, за этот последний шанс покинуть планету стоило ухватиться! Здесь рисков было меньше, по крайней мере, Фил даже придумать не мог, зачем он мог понадобиться на корабле, кроме как, для выполнения обозначенной в договоре работы.

Грабить его бессмысленно, у него кроме ношеной одежды ничего нет. Убить просто так? Но какой в этом смысл?

Единственный негативный вариант, который приходил ему в голову, так это что его могут продать в рабство, для того и заманивают на корабль. Но чем это хуже тюрьмы? Арестантов тоже чаще всего посылают на какие-нибудь рудники на астероидах,где он не то что двадцать, а и двух лет не протянет.

А с рабством это только предположение. Так что, из двух зол Фил выбрал меньшее. Может быть, им в самом деле на корабль нужен специалист по двигателям?

Проблема была в том, что Фил в этом понимал чуть меньше, чем ничего. И громкое название должности: «специалист по многофазным двигательным установкам, выполняющий функции настройщика, наладчика и ремонтника», он слышал впервые. Да ладно слышал в первый раз, он прямо сейчас не мог это даже просто повторить, так как уже забыл половину слов!

И именно то, что его нанимают на эту должность без всяких подтверждений квалификации, как раз и вызвало предположения о какой-то подставе. Казалось, что его куда-то заманивают, чтобы как-то использовать.

В любой другой день своей жизни, Фил бы ни за что не повёлся на этот мутняк… но только не сегодня! Сегодня у него не было другого выбора.

Винить в этом было, конечно, некого. Сам вляпался, сам наделал ошибок, и в итоге сам же загнал себя в угол целой цепочкой дурацких и непоследовательных решений.

А всё из-за того, что не умел контролировать зуд в паху. Фил был очень увлекающимся молодым человеком, и если ему нравилась девушка, то совершенно терял голову и во что бы то ни стало старался её добиться.

И, надо сказать, в большинстве случаев у него получалось. Приятная внешность, природное обаяние играли большую роль, но главным было не это, главным был энтузиазм!

Пытаясь добиться своей избранницы, он проявлял такое бешеное рвение, что ни одна крепость не могла устоять перед этим напором.

Впрочем, сильно напрягаться приходилось далеко не всегда. Женщины тоже очень любили Фила, и сколько он себя помнил, проявляли к нему интерес. Особенно те, кто был старше его. И чем старше, тем больше он их привлекал и тем сильнее его обаяние на них действовало. С молодыми было не так и зачастую приходилось потрудиться.

Только вот, добившись своего, Фил к девушке резко остывал и начинал бегать глазами по сторонам, ища себе новую жертву.

Понятное дело, что такое поведение рано или поздно должно было привести его к проблемам. Это в итоге и произошло!

Фил ещё долго продержался. По идее такое должно было случиться уже давно, но ему везло. Везло очень долго, невероятно долго, но потом лимит удачи был исчерпан.

Фил соблазнил подряд дочку губернатора колонии, дочку начальника службы безопасности колонии и дочку местного мафиози.

Вообще-то, это был, конечно, не его уровень. В элиту он не был вхож. Это была игра случая, что он попал в этот круг, но когда оказался там, дольше пошла в ход уже отработанная схема со стремительным натиском.

В какой-то момент был шанс выскочить оттуда без потерь… но все эти девушки были знакомы между собой, и когда они вдруг узнали, что Фил прошёлся по их компании широким гребнем, то разругались в пух и прах. Скандал получился такой большой, что выплеснулся за пределы девичьего круга и постепенно докатился до их родителей.

Девки уже и сами были не рады, что всё выплыло наружу, но остановить процесс уже не могли. Ситуация совершенно вышла из-под контроля.

В общем, на Фила объявили настоящую охоту. А чтобы подвести под неё некую юридическую базу, на него повесили кучу нераскрытых преступлений. Естественно, Фил не делал ничего из того, что ему приписывали. Но он ни на секунду не сомневался, что если его поймают, то признают виновным по всем пунктам.

И вот как раз сейчас его обложили так, что ему уже никуда не выбраться. Они считали, что он в ловушке, что деться ему некуда и он уже у них в руках.

Фактически это было так! Он находился в комплексе зданий космопорта, где контроль за людьми был очень серьёзным. Все входы и выходы контролировались и проскользнуть незамеченным было практически нереально. Про посадочную зону и говорить нечего – даже если бы у него были деньги на билет, через зону паспортного и таможенного контроля он пройти не сможет, там наверняка уже есть ориентировка на "беглого преступника" и его тут же примут с распростёртыми объятиями.

Да, какое-то время он может шарахаться по космопорту, пытаясь затеряться среди людей, но не очень продолжительное. Он просто физически ощущал, как кольцо вокруг него сжимается.

И тут такая неожиданная лазейка! Счастливый случай, уникальное стечение обстоятельств… или, может быть, могучая рука судьбы?

– Приятель! – раздался рядом голос.

Фил вздрогнул, отвлёкся от своих мыслей и повернулся к говорившему. На секунду внутри всё замерло, но потом резко отпустило. Человек не был похож на одного из тех, кто за ним гоняется. Без формы, значит, не из силовых структур, которые все дружно сейчас его искали по всему космопорту: и служба безопасности, и охрана, и полиция… да и чёрт знает кто ещё. Но и на представителя местной мафии он тоже не походил. Те, конечно, форму не носили, однако некий дресс-код у них всё же был.

Этот мужик был больше похож на члена экипажа одного из космических кораблей. На нём было надето что-то отдалённо напоминающее форму пилотов “Коалиции”. Для частников никаких специальных правил и стандартов не существовало, но многие владельцы судов или капитаны предпочитали тоже одевать свои команды в форму… или хотя бы носить некие отличительные знаки, атрибуты или элементы одежды. И почти всегда в такой форме чувствовалось влияние стиля “Коалиции”. Они хоть и не специально, но являлись законодателями мод во всём, что касается космических полётов. Что, впрочем, было довольно естественно. Как никак самое большое количество кораблей и, следовательно, пилотов было именно у них.

– Да? – стараясь выглядеть спокойным и равнодушным, сказал Фил.

– Охрана сейчас прочёсывает эту зону с барами и ресторанами, они кого-то ищут. Проходя мимо, я слышал что-то про зелёную куртку. Наверное, это примета преступника. А на тебе как раз зелёная куртка! Ни в коем случае не хочу сказать, что ищут именно тебя, но зачем привлекать их внимание? Скорее всего, по этой примете они тебя задержат до выяснения личности. Пока приведут на пост, пока всё проверят, пока поймут, что ошиблись, ты имеешь все шансы опоздать на рейс, – сказал человек.

– Сними куртку! – сказал сидящий напротив Ноэль, так звали молодого капитана корабля, и ногой пихнул в сторону Фила свою, стоящую на полу, сумку, – засунь сюда. Я уже почти закончил!

– Спасибо! – сказал Фил участливому мужику, стаскивая с себя куртку, – опоздать на рейс было бы совсем некстати!

– Не за что! Удачи вам, ребят! – сказал мужик и ушёл к своему столику.

– Какой хороший человек! – усмехнулся Ноэль, продолжая вбивать данные Фила в специальную форму на планшете, – ещё одна минута и уходим!

Фил задумчиво проводил взглядом предупредившего его об опасности добряка. Тот наверняка догадался, что ищут именно его, и предупредил именно поэтому. А про опоздание на рейс приплёл, наверное, чтобы не стать соучастником.

Вопрос был в другом – зачем ему это было нужно?

Ответ напрашивался только один – наверное, существует некое братство, некое негласное соглашение между членами экипажей космических кораблей, по которому они по возможности помогают друг другу. А отмазать коллегу от “земных крыс”, так это, вероятно, вообще святое дело.

Сам Фил их коллегой пока что не был, но он сидел за одним столом с капитаном корабля, что, вероятно, включало его в это неофициальное братство.

А о том, что Ноэль капитан, свидетельствовала фуражка и висящая на его шее большая металлическая бляха. Такие бляхи были обязательным аксессуаром капитанов и заодно универсальным пропуском. Эта бляха и было сейчас для Фила единственным шансом вырваться на свободу.

Ноэль перехватил его провожающий мужика взгляд и усмехнулся.

– Это Рок! – сказал он.

– Что? – не понял Фил.

– Я говорю, это Рок, судьба! Чувствуешь её неумолимую волю? Пойдём, здесь есть выход для персонала, – сказал Ноэль, вставая из-за стола и подхватывая свою сумку.

Когда они проходили в узкую неприметную дверь за автоматом с сувенирной продукцией, Фил обернулся и увидел, как в заведение вваливается большая толпа людей в форме, которые тут же внимательно начинают рассматривать посетителей.

Потом Фил перехватил взгляд предупредившего его мужика. Тот ему едва заметно кивнул, после чего улыбнулся и подмигнул. Фил ответил ему благодарным кивком и исчез за дверью.

– Да, без вмешательства Рока здесь не обошлось! – пробормотал Фил, стараясь не отставать от быстро идущего впереди капитана.

Глава 2. Со служебки выдачи нет!

Кому-то покажется странным, что выйти из космопорта оказалось возможным так легко, но это только тем, кто совершенно не понимает, как здесь всё устроено.

Дело в том, что вся космическая инфраструктура никогда не находилась и не находится в юрисдикции колоний. Это совершенно отдельный мир со своими правилами, законами и силовыми структурами.

Если возникли вопросы к кому-то из сотрудников космической отрасли, то нужно обращаться в службу безопасности космопорта, писать заявление, ждать пока его рассмотрят и… скорее всего, ничего не добиться.

Конечно, какой-нибудь пилот, напившись и подравшись где-то в городе, будет арестован местными силовиками, и тогда начнутся межведомственные разборки и торговля. Но если он успеет добраться до служебной зоны космопорта, то всё! Можно считать, что он «спасён». Пока провернётся бюрократическая машина, он уже вполне может оказаться на другом конце галактики. Тогда ему нужно будет, если он вновь окажется на этой планете, просто не выходить за территорию служебной зоны. Хотя, по идее, даже выйти можно, главное – снова не влипнуть в историю, потому что если попадётся, то на него повесят всех существующих и несуществующих собак. И вот тогда ему уже никто не поможет.

"Со служебки выдачи нет!"

Это был неписаный закон, который свято соблюдали все сотрудники космопортов.

Пассажиров это, естественно, не касалось. Они не были сотрудниками, и впрягаться за них никто, разумеется, не будет.

Другое дело сотрудники, даже новоиспечённые. Ноэль не мог провести Фила на служебную территорию, чтобы оформить его документы там, система бы его не признала и сразу подала бы сигнал службе безопасности о несанкционированном проникновении. Что-то объяснять и уговаривать охрану бессмысленно! Они просто вышвыривают всех посторонних наружу… если они ничего не совершили. Потому что если совершили, то чужаки сами будут хотеть вырваться со служебки, потому что внутри наказание будет не в пример жёстче.

Именно поэтому, когда Фил переступил порог одного из неприметных служебных входов, прячущегося за автоматом с сувенирами, то оказался в другой юрисдикции. Местные силовики и бандиты не имели здесь никакой власти.

Но не надо думать, что это был рай на земле! Там были свои правила и законы, за нарушение которых карали строго и беспощадно. И никто снаружи это не контролировал. Человек мог просто исчезнуть для всего мира, и всё!

И где он на самом деле, никто и никогда не узнает. Может, работает на каком-нибудь торговом судне, обслуживающем периферию, а может, его труп болтается где-то в пустоте космоса.

Последнее, кстати, судя по слухам было не редкостью.

Но такая обособленность инфраструктуры космофлота, вовсе не означала, что там могут найти приют все желающие. Преступники и прочие асоциальные личности здесь были никому не нужны и с распростёртыми объятиями здесь таких не ждали. Наоборот, старались выявлять и не подпускать близко к территории космофлота. Проблемные люди и здесь начнут доставлять проблемы, а кому это надо?

Так что, если на планете у кого-то были проблемы, сбежать, используя инфраструктуру космофлота, было нелегко. Нужны были либо связи в этой структуре, либо большие деньги.

Но как оказалось, был и третий путь. Это можно назвать удачей, а можно судьбой! Сам Фил по прошествии времени склонялся всё же к судьбе. Слишком уж сильно и необратимо изменилась его жизнь вследствие цепочки произошедших событий, чтобы списывать такое на слепую удачу. Нет, здесь чувствовалась неумолимая рука провидения, как и сказал Ноэль.

Фил знал об этой системе далеко не всё, имел только общее представление, но его знаний хватало, чтобы понять: переступив порог, он оказался в относительной безопасности. Да, впереди маячил ворох других проблем, одной из которых было то, что его наняли на работу, в которой он полный ноль… и даже меньше! Да и сам процесс найма был, мягко говоря… мутным.

Но, как говорится, проблемы лучше решать по мере их поступления.

– Нервничаешь? – спросил вдруг Ноэль у Фила, выводя его из задумчивости.

– Нет, с чего бы? – попытался небрежно ответить тот, но получилось не очень.

– Ладно, не переживай! У всех случаются проблемы, – сказал Ноэль, – ты поможешь нам, мы поможем тебе, улетим с этой проклятой планеты, а там, разбежимся на все четыре стороны.

– Надеюсь, не в открытом космосе разбегаться будем? – на всякий случай спросил Фил.

– Нет! – усмехнулся Ноэль, – на какой-нибудь дружелюбной планете, в колонии с не очень строгими законами.

– Это радует! – попытался улыбнуться Фил, но вышло кривовато.

Это было и не удивительно, ведь последние дни прошли для него в состоянии сильного стресса, практически без сна и еды, зато с постоянным выбросом в кровь гормонов, отвечающих за выживание биологической особи. Вспоминая потом об этом периоде, Филу казалось, что он был под кайфом. Как будто обдолбан какими-то тяжёлыми веществами, хотя никогда ничего такого он принципиально не употреблял. Ему это было не нужно, у него были свои кайфы – Фил всем прочим прочим удовольствиям предпочитал секс! Впрочем, именно эта пагубная страсть и зависимость и привела его к тому положению, в котором он оказался.

– Сейчас будет ещё пара сложных моментов, – сказал Ноэль, уверенно шагая по широкому, хорошо освещённому коридору, – ты главное говори как можно меньше, без подробностей. Но и немого из себя не изображай. Старайся выглядеть естественно.

– Что за моменты? – напрягся Фил.

– Сначала нужно зайти в ПРКИ, а потом ещё краткий инструктаж перед выходом на взлётное поле, – сказал Ноэль, – и там, и там, очень зависит, на кого нарвёмся. Всё может пройти очень просто, или… в общем, будем надеяться, что нам повезёт.

– Что такое ПРКИ? – спросил Фил.

– «Профсоюз работников космической индустрии», – ответил Фил.

– У вас и профсоюз есть? – удивился Фил.

– Ну не то чтобы у нас… но есть. И пройти мимо него практически невозможно. Если хочешь посещать цивилизованные миры и развитые колонии, то приходится соблюдать бюрократические формальности. Конечно, если тебе это не нужно, можешь на всё забить, но со временем рискуешь оказаться в ситуации, что тебя не принимает ни один космопорт. А это очень ограничивает возможности, что нам совершенно не нужно, – сказал Ноэль.

– Нам? – Удивился Фил.

– Нам!– кивнул Ноэль, – ты теперь член экипажа и это налагает некоторую ответственность. Не только ты от нас зависишь, но и мы от тебя. Так что, чего бы ты там ни натворил, здесь постарайся вести себя нормально, без эксцессов!

– С чего ты взял… – собрался было начать оправдываться Фил, но Ноэль его перебил.

– Не стоит сейчас завираться, чтобы потом не пришлось брать слова назад, – сказал капитан, – мне плевать, почему тебя ищут и что такого ты сделал, что устроили облаву во всём космопорте. Просто больше ничего не выкидывай, ладно?

– Ладно! – сдался Фил, решив, что отпираться в самом деле глупо, – но это не криминал никакой. Скорее проблемы межличностных отношений.

– Ну да, ну да! – усмехнулся Ноэль, – и вообще тебя подставили!

– Именно! – воскликнул Фил, но Ноэль вскинул руку, призывая его замолчать.

– Мы пришли! – сказал капитан, указывая на крепкую деревянную дверь, на которой была прикручена скупая металлическая табличка с надписью «ПРОФСОЮЗ».

Ноэль взялся за ручку и толкнул дверь.

Все эти бюрократические кабинеты не менялись уже, наверное, столетиями. Да и что нового можно здесь придумать? Комната, стол, экран на столе и кресло за столом. Два шкафа: один побольше для работы, где стоят кейсы с базами данных, с которыми соседствуют обычные бумажные папки, которые пережили даже эру освоения космоса; второй шкаф для перекусов, в нём за стеклом стоят кружки, чайник, ваза с конфетами, ваза с печенюшками и много другой подобной ерунды.

Ну и, конечно, сама хозяйка кабинета. Здесь уже возможны варианты. Зачастую это довольно пышные дамы, но в этот раз за столом оказалась женщина средней комплекции и пожилого возраста. Что её особенно отличало от остальных, так это очень строгое, если не сказать злобное выражение лица.

А также пронзительный взгляд из-под очков. Очки? Кто сейчас вообще носит очки? Сейчас даже в самой захудалой клинике есть робот, делающий коррекцию зрения! Люди в очках сейчас встречаются крайне редко… ну разве что в солнцезащитных – этот аксессуар по-прежнему в ходу.

– Шапку в помещении снимать тебя не учили? – бросив на Фила короткий взгляд, резко сказала женщина.

Фил взглянул на Ноэля, и оказалось, что тот держит свою форменную фуражку в руках.

– Прошу прощения, – сказал Фил мягким голосом, – но я ношу шапку по медицинским показаниям. Меня угораздило подхватить грибок, и вид моего поражённого этой болезнью черепа вряд ли доставит удовольствие окружающим. К тому же шапка пропитана лечебным раствором, и врач мне запретил её снимать без крайней необходимости.

Женщина ещё раз взглянула на Фила, их взгляды встретились, и строгость в выражении её лица вдруг мягко перетекла в сочувствие.

– Бедный, – вдруг искренне сказала женщина, встала со своего места, подошла к Филу и провела ладонью ему по щеке, – надеюсь, это лечится?

Краем глаза Фил увидел, как от удивления медленно опускается челюсть у капитана корабля.

Глава 3. Капитан

– Что это было? – спросил Ноэль, когда они вышли из кабинета.

– Причина, по которой я в бегах, – решил честно признаться Фил, – у меня сложные отношения с женщинами.

– Сложные? – усмехнулся Ноэль, – а как по мне, куда уж проще! Я думал, она сейчас на тебя набросится, повалит на стол и трахнет прямо при там… мне даже выйти захотелось, чтобы не мешать, я еле сдержался! Что это за магия?

– Я очень люблю женщин, а они просто это чувствуют и отвечают мне взаимностью, – сказал Фил.

– Да ладно? – никак не хотел ему верить Ноэль, – а-а-а-а, я понял! – вдруг расплылся в улыбке капитан, – феромоны! Признайся честно, ты ведь набрызгался какой-то хренью?

– Да нет! – даже немного обиделся Фил, – если какие феромоны и есть, то исключительно органического происхождения. Хотя отчасти ты прав, в этот раз реакция была какая-то уж слишком преувеличенная… у бедняжки, наверное, просто очень много нерастраченной сексуальной энергии, даже помочь ей захотелось…

Фил вдруг остановился и с тоской посмотрел назад, на пустой коридор, по которому они сюда пришли.

– Совсем, что ли, обалдел? – возмутился капитан, – у нас нет на это времени!

– Да я знаю! – печально вздохнул Фил, и они пошли дальше, – просто грустно, когда женщины страдают без любви…

– Ты меня, конечно, извини, но тебе нужен хороший психиатр, – сказал Ноэль, – хотя, с другой стороны, бабник, это лучше, чем какой-нибудь маньяк-расчленитель!

– Ну ты и сравнил! – усмехнулся Фил, – у меня всё замешено на любви, а у тех, про кого ты сказал, на ненависти.

– Ну не скажи! – возразил Ноэль, – маньяки тоже могут любить расчленять своих жертв. Кстати, забыл спросить, у тебя что, в самом деле грибок? Это не заразно? Хорошо ещё, что у нас корабль не пассажирский, а то бы тебя отправили на медкомиссию и вот там бы ты и срезался.

– Да нет у меня никакого грибка! – улыбнулся Фил и натянул чёрную, обтягивающую голову шапку, ещё сильнее, так, что она закрыла уши.

– А зачем же тогда эта дурацкая шапка? – удивился Ноэль.

– У меня там особая примета, – сказал Фил, – не хочу, чтобы она на камеры попала.

– Здесь уже без разницы, – махнул рукой капитан, – впрочем, ты прав, бережёного бог бережёт! Не заразное и ладно! Потом покажешь свою примету.

Некоторое время они шли молча.

– Ты говорил, что ещё какой-то инструктаж будет? – вспомнил Фил.

– Да, – кивнул Ноэль, – но на самом деле это не инструктаж, конечно, никакой.

– В смысле? – не понял Фил.

– Это проверка, – пояснил Ноэль, – с тобой будет разговаривать офицер службы безопасности космопорта, выдающий себя за инструктора по технике безопасности. Будет объяснять, как себя нужно вести на взлётном поле, чтобы не сгореть под выхлопом из дюз взлетающего корабля. Все знают, что это проверка, но они почему-то упрямо продолжают сохранять эту легенду.

– Но про безопасность-то расскажут? А то не хочется сразу же погибнуть, только оказавшись на взлётном поле. Я просто там ещё ни разу не был, и вот то, что ты сказал про дюзы, прямо страшно прозвучало, – сказал Фил.

– Не волнуйся, расскажут! – улыбнулся капитан, – к тому же через взлётку поедем вместе. Но, да! Знать элементарные правила никому не помешает. Учти, там почти наверняка будет мужик, так что твои феромоны не подействуют.

– Да нет у меня никаких феромонов! – возмутился Фил.

– Естественные феромоны, – подмигнул ему Ноэль, их ведь ты не отрицаешь?

– А в чём сложность? – спросил Фил, – ну, там, на этом инструктаже?

– Скорее всего, ни в чём, – пожал плечами Ноэль, – но, говорю же, это лотерея. Зависит от того, на кого нарвёмся. Твоё прошлое роли не играет, документы я на тебя заполнил нормально, так что всё должно быть хорошо… но бывает, попадаются вредные говнюки, которым лишь бы проблемы людям создать.

– Обычно в таком случае человек хочет денег, – заметил Фил.

– Именно! – улыбнулся Ноэль, – а ты я смотрю шаришь! Но со взятками здесь очень строго, и большинство с этим не связываются. Но есть бесстрашные… или скорее тупые!

– Или жадные! – добавил Фил.

– Или жадные! – согласился Ноэль, – которым лишний зол важнее карьеры. Но тут ещё от планеты зависит. Как у вас здесь принято я не знаю, недавно прилетел… и, надеюсь, через час улечу!

– Если меня будут спрашивать про ту работу, которую мне придётся делать на корабле, я могу… ошибиться и сказать что-то не так. Признаюсь честно, я не очень хорошо разбираюсь в технике… – неуверенно сказал Фил.

– Не очень хорошо разбираешься, значит, всё же разбираешься, только плохо? – лукаво взглянул на него капитан.

– Нет! – выдохнул Фил, – совсем не разбираюсь.

– Я знаю, – усмехнулся капитан.

– Знаешь? – удивился Фил, – зачем же ты меня взял на работу?

– Ну уж точно не для ремонта двигателя. Сам подумай, с чего бы мне в голову могла прийти мысль, будто ты в этом разбираешься? Ты ведь даже слов, из которых состоит название твоей должности, никогда не слышал, – улыбнулся капитан.

– По отдельности слышал…– неуверенно возразил Фил.

– Но вместе вряд ли понимаешь, что они означают, верно? – сказал Ноэль.

– В общих чертах, – неуверенно сказал Фил, – я, честно говоря, так и не понял, зачем ты меня нанял.

– Всё очень просто, – сказал капитан, – хоть администрация космопортов и смотрит сквозь пальцы на частные корабли и их экипажи, однако всё равно существует ряд правил, которые необходимо соблюдать. Например, численность экипажа должна соответствовать классу корабля. А нам сейчас как раз не хватает одного человека.

– Одного? – удивился Фил, – и из-за этого возникли проблемы?

– Ну да, – кивнул Ноэль, – по регламенту на нашем корабле вообще экипаж должен составлять восемь человек. Но есть минимальный порог, это трое. Если будет меньше, то просто не дадут разрешения на взлёт.

– Если минимум трое и вам не хватало одного человека, так что получается, вас в экипаже всего двое? – удивился Фил.

– Поздравляю, капитан очевидность, наконец-то до тебя дошло! – усмехнулся Ноэль.

– А как же вы сюда прилетели вдвоём? – удивился Фил.

– Ну почему вдвоём, втроём! Но третий член экипажа был, как и ты, фиктивный… почти… и с ним нам не повезло. Пьяница и драчун. И если на корабле нам удавалось держать его хоть в каких-то рамках, то, ступая на землю, он пускался во все тяжкие. То, что он плохо кончит, было понятно сразу. Вопрос был только в том, когда! И случилось это, по закону подлости, в самый неподходящий момент! Как раз тогда, когда нам срочно нужно улетать, – сказал Ноэль.

– А что именно случилось? – спросил Фил.

– Погиб в пьяной драке. Зарезали его. Почти сутки этого придурка искал и нашёл совсем недавно в морге, – сказал Ноэль, – вот тут-то и встал вопрос о третьем члене экипажа. Пошёл по барам и тут такая удача! Смотрю, парень в зелёной куртке мечется. Сразу видно, проблемы у человека! Вид потерянный, в глазах безысходность… невооружённым взглядом видно, что влип.

– Я уверенно уходил от преследования, – возразил Фил.

– Не уверенно и не уходил, – улыбнулся Ноэль, – если бы я тебя не заприметил, не взял в оборот и не увёл быстро вглубь космопорта, тебя бы уже через минуту повязали. Поверь, со стороны мне развитие ситуации было очень хорошо видно.

– Я всё контролировал, – попытался уверенно сказать Фил, а то сейчас в рассказе Ноэля он выглядел очень беспомощным.

– И снова нет! – сказал Ноэль, – ничего ты не контролировал. Но ты не обижайся, это ведь нормально!

– Что именно нормально? – удивился Фил.

– Растеряться, когда на тебя начинается облава, – сказал Ноэль, – твоя растерянность была одной из главных причин, почему я выбрал именно тебя.

– Поясни-ка! – Фил от удивления даже остановился.

– Это же очевидно! – развёл руками капитан, – брать на борт прожжённого опытного преступника опасно. Он вполне может захотеть подчинить нас себе и попытаться завладеть кораблём. Мы с простым пьяницей-то намучились…

– Другими словами, ты предложил мне работу, потому что я выглядел как лопух? – с ноткой обиды в голосе сказал Фил.

– Не как лопух, а как обычный, нормальный человек, оказавшийся в сложной ситуации, – сказал Ноэль, – для меня это был идеальный вариант. Как и для тебя! Я ведь прав?

– Да, – вынужден был согласиться Фил, – наверное, всё бы плохо закончилось, если бы мы не встретились…

– Честно говоря, я этот разговор хотел отложить на потом, чтобы не сглазить. А то ведь ещё ничего не закончилось. Вот покинем планету, тогда и наговоримся вдоволь! Если, конечно, захотим, – сказал Ноэль.

– Погоди! – вдруг пришла Филу в голову мысль, – а зачем такие сложности? Можно же было просто пойти на портовую биржу и нанять нормального члена экипажа, который разбирается в двигателях!

– Это как раз непросто, – покачал головой Ноэль, – во-первых, сначала пришлось бы перерыть гору резюме, чтобы отобрать кандидатов. Во-вторых, собеседования пришлось бы назначать только на завтра и позже… а я ведь говорил, что мы очень спешим? – Ноэль вопросительно взглянул на Фила, а тот утвердительно кивнул в ответ, – в-третьих, у нас открытая обязательная вакансия, это техник, а фактически он у нас уже есть, просто числится на другой должности, что тоже создаёт некую сложность…

– Какую именно? – не понял Фил.

– Нам в экипаже необходим техник, без него взлёт не разрешат. Но так как фактически это место занято, разумнее было бы взять человека другой специальности… но на должность техника, – сказал Ноэль, – а все хотят, чтобы профсоюз учитывал их профильную деятельность. Да, найти человека, который на такое согласится, возможно, но опять же, это время! Ну и в-четвёртых, и это, пожалуй, главное. Нанятому на бирже члену экипажа нужно будет платить, а нам нечем. Ты же понимаешь, что тебе платить мы не собираемся?

– Да? – удивлённо сказал Фил, – я об этом как-то не думал…

– Да! – сказал Ноэль, – ты будешь работать на нас совершенно бесплатно!

Глава 4. Инструктаж

– Совсем бесплатно? – вытаращил глаза на капитана Фил.

– Как быстро человек ко всему привыкает, да? – усмехнулся капитан, – вот сейчас он готов на всё, чтобы выжить, но как только опасность чуть отступила, не исчезла, а только отступила, как он тут же начинает торговаться, выбивая себе более выгодные условия!

– Да я не торгуюсь, – смутился Фил, поняв справедливость замечания капитана, – просто у меня с собой вообще ничего нет! Только то, что не мне надето. И денег совсем нет! Вот есть я, например, что буду?

– Ну за это не волнуйся, – сказал Ноэль, – голодом тебя морить мы не собираемся. Ну и на карманные расходы чего-нибудь, возможно, подкинем. Но на многое не рассчитывай. Нам и нечем платить, да и не за что, честно говоря. Для экипажа ведь ты, по сути, бесполезен… вернее, полезен, но ситуативно, только для того, чтобы нам разрешили взлёт. А как только окажемся в космосе, ты сразу превратишься в обузу. Без обид!

– Но вам ведь потом снова придётся где-то приземляться и взлетать, верно? – спросил Фил.

– Верно! – не стал отпираться капитан, – и я не говорил, что нам не нужны новые члены команды. Просто я сомневаюсь, что ты умеешь что-нибудь из того, что может пригодиться на корабле.

– А этот ваш алкоголик, он чем занимался? – спросил Фил.

– Он в электрике неплохо разбирался. Не сказать, что ахти какой специалист, но руки из нужного места растут… росли. Он нам большую часть проводки на корабле перебрал… жаль, что всю не успел… – с неподдельной грустью сказал капитан, – да тебе и самому без дела в космосе будет скучно. А скука порождает депрессию и угасание интереса к жизни…

– Мне кажется, мы не о том говорим! – вдруг спохватился Фил, – сначала выбраться нужно!

– Верно! – наставил на него указательный палец капитан, – сам поймал себя на этой же мысли! Мы, кстати, почти пришли!

Космопорт был огромным. Его территория по размерам соперничала с самыми большими городами планеты. И чем более развитой была колония, чем больше в ней были города, тем больше был и космопорт.

Это всегда была очень обширная и разнообразно застроенная территория. И, естественно, львиную её долю занимало взлётное поле. Или попросту «взлётка», как её называли все сотрудники порта и члены экипажей кораблей.

Охватить взлётку взором было невозможно. Это гигантское каменное поле уходило далеко за горизонт. Размер был оправдан. Даже самые маленькие космические корабли, смотрящиеся на взлётке крохотными пятнышками, при ближайшем рассмотрении оказывались агрегатами размером с многоэтажный дом. А ведь были и средние корабли, и большие!

Конечно, не все корабли садились на планету: гигантские грузовые транспорты и пассажирские лайнеры оставались на орбите. Поток людей и товаров между ними и космопортом осуществляли челноки, коих в любом, уважающем себя порту, были сотни!

Взлётка делилась на зоны. Например, пассажирская примыкала к титаническому зданию космопорта, чтобы быстрее можно было перебрасывать людей туда и обратно. Ведь люди – это самый беспокойный и проблемный груз, проходящий через инфраструктуру порта. То ли дело ящики с оборудованием – лежат себе, есть не просят, ни на что не жалуются – красота!

Так думали все без исключения работники космопорта, по роду своей деятельности взаимодействующие с пассажирами.

Вернее, так они думали в обычные дни, сегодняшний же день был особенным! Сегодня был день большой облавы!

Такого местный космопорт не видел за всё время своего существования. Какие только гипотезы не строили в своих головах люди, ставшие свидетелями этого колоссального шмона. Хватали, проверяли и обыскивали всех без исключения, даже женщин и детей. Так что, вообще было непонятно, кого искали.

Версии происходящего были самые разные, одна чуднее другой. Кто-то говорил, что ловят какого-то супершпиона, похитившего некие государственные секреты; кто-то утверждал, будто дело в деньгах и ловят мошенника, полностью опустошившего счета колонии, были версии про убийство первых лиц планеты… только вот никак не могли понять, кого именно убили, потому что все вроде бы были живы. Было ещё множество более экзотичных версий, вроде сбежавшего из лаборатории результата генетических экспериментов…

Но никому даже в голову не могло прийти то, что случилось на самом деле. А если бы кто и озвучил такую версию, его бы просто подняли на смех.

Ведь на самом деле весь этот переполох, можно сказать, планетарного масштаба, был вызван тем, что один молодой человек вместо головы думал тем, что у него между ног. А говоря более образно – сорвал ягодку не на той полянке… несколько ягодок!

И пока капитан, взявший Фила в свой экипаж на космический корабль, вёл его по пустынным в это время служебным коридорам, им могло казаться, что снаружи всё уже закончилось, ведь сюда "отзвуки" облавы не долетали. Однако на самом деле ситуация только набирала обороты.

И первое тревожное предчувствие у них появилось, когда они вошли в кабинет для инструктажа.

Фил не знал, чего ожидать, ведь попал на инструктаж впервые. А вот Ноэль уже неоднократно бывал на подобных мероприятиях, поэтому когда вместо одного "инструктора" в кабинете оказалось сразу два человека, причём один из них… точнее, одна, была в форме офицера службы безопасности космопорта, сразу стало понятно, что пахнет жареным.

Одна из стен кабинета инструктажа представляла собой панорамное окно, выходящее на взлётку. Это было сделано не просто так. Такие кабинеты всегда располагались на верхних этажах и имели подобные окна, служащие одновременно и наглядным пособием. Можно было прямо пальцем тыкать на поле, объясняя, чего там делать можно, а чего нельзя.

Вот возле этого окна и стояла женщина в форме, заложив руки за спину и глядя на начинающийся восход. Солнце ещё не показалось над горизонтом, но уже должно было появиться с минуты на минуту.

В космопортах никогда не было ночи и дня, они жили в одном и том же ритме круглосуточно. Ну разве что сотрудники, чья деятельность была ни к чему не привязана, могли работать только днём. Например, всякие технические службы вроде электриков и сантехников. Но и у них всегда были дежурные смены на случай аварий. Так что на первый взгляд на служебной территории ночью людей было меньше, но это никак не сказывалось на работе космической гавани.

Все те, кто так или иначе был связан со стартами кораблей, с пассажиро и грузопотоками, с экипажами, все эти службы несли круглосуточную вахту в одинаковом ритме.

А на пассажирской территории так там вообще день и ночь различить было невозможно.

Кораблям нужно взлетать и садиться, экипажам нужно проходить всякие бюрократические процедуры, так что и профсоюз, и инструктаж и уж тем более служба безопасности работали посменно круглые сутки.

Фила рассвет немного удивил, он давно находился в космопорте, не видел окон и совершенно потерял счёт времени.

Сидящий за столом инструктор, или как сказал Ноэль, тоже офицер службы безопасности, только более мелкого ранга, обильно потел. По его лицу было понятно, что визит в эту скромную обитель, где он царь и бог, более старшего офицера, было событием стрессовым и сулящим неприятности.

Похоже, беднягу не посвятили в суть проблемы, и он боялся, что пришли по его душу. А скрывать ему, похоже, было что. Вот он и потел так обильно, как никогда в жизни до этого.

Ноэль и Фил поздоровались.

– Новый член команды на инструктаж, – сказал Ноэль, и хотя он старался держать себя в руках, в голосе чувствовалось некоторое волнение.

– Проходите! – инструктор махнул рукой на стул, стоящий перед его столом.

Ноэль подошёл к инструктору первым, снял с шеи свой капитанский медальон, приложил его к считывающему устройству и после чего вернул обратно на шею и сделал шаг назад.

– Мне подождать снаружи? – спросил Ноэль.

Он знал, что нужно снаружи, но уходить не хотел, опасаясь оставлять Фила одного в непонятной ситуации. Присутствие здесь офицера путало карты и не сулило ничего хорошего.

– Останься! – не поворачиваясь, сказала женщина, продолжая смотреть в окно.

Ноэль кивнул Филу, тот подошёл и уселся на стул для инструктажа.

– Так, так, так! – пробормотал инструктор, глядя в экран, – ага… ага… ага… – читал он там что-то… ну, или делал вид, что читает, – опыт нахождения на взлётном поле имеется? – спросил инструктор, периодически кося глаза на офицера.

– Нет! – честно признался Фил и увидел, как Ноэль ему едва заметно кивнул.

Да, врать сейчас было плохой стратегией. К тому же инструктаж проводится как раз для того, чтобы научить тех, кто не знает, как себя вести.

Как именно инструктор должен был оценивать его адекватность, Фил не знал. Возможно, были какие-то маркеры в поведении, которые опытный человек сразу видит и может опознать психа или злоумышленника. Наверняка не со стопроцентной вероятностью, но всё же. Раз эта процедура проводится, значит, смысл в ней есть! Кто-то должен своими глазами увидеть нового человека, оценить его и кивнуть, мол: «можешь выходить на взлётное поле»!

Женщина, наконец, повернулась и взглянула на Фила.

– Вообще-то, оставьте-ка нас наедине! – сказала она.

И всем было понятно, кто должен выйти, а кто остаться.

Фил судорожно сглотнул и приготовился к худшему. Когда Ноэль и инструктор вышли, каждый в свою дверь, женщина, продолжая смотреть пристально на Фила, сказала:

– Расскажешь, что ты такого натворил?

Глава 5. В интересах следствия

– Я? – попытался изобразить удивление Фил.

– Давай не будем играть в игры, это не принесёт никакой пользы, а навредить может, – сказала офицер службы безопасности, – сложилась очень странная и беспрецедентная ситуация. Нам нужно знать, почему это произошло, чтобы решить, что с этим делать. Поэтому предлагаю тебе рассказать всё как есть.

– Власти колонии надавили на космопорт? – сказал Фил, ещё не решив, стоит откровенничать или нет. Для этого хотелось понять расстановку сил.

– Попытались, – сказала офицер, – но успеха это, скорее всего, не принесёт. Но это не значит, что нет совсем никаких рычагов взаимодействия. Всегда есть вариант сделки. Мы им, а они нам.

– И что меня ждёт в худшем случае? – спросил Фил.

– Давай не будем опережать события, сначала мне нужно понять, что случилось и почему ты так важен. От этого будет зависеть результат. Если ты и в самом деле настолько опасен, как может показаться по поднятому переполоху, возможно, нам и самим будет лучше от тебя избавиться. В космосе проблемные люди тоже не нужны, – сказала офицер.

Голова у Фила просто раскалывалась от необходимости принять решение. Он никак не мог сделать выбор. Но потом выдохнул и попытался проанализировать сложившуюся ситуацию. Если его считают опасным преступником, то проблемы в самом деле могут быть очень серьёзными. Но если он расскажет всё как есть, а ведь ситуация довольно банальная, просто замешаны в ней оказались люди слишком высокого ранга… так вот, если он расскажет всё как есть, может быть, к нему не будут строги и позволят покинуть планету?

Остановившись на этом варианте, Фил выдохнул и сказал:

– Хорошо, я всё расскажу. Но, боюсь, вы будете разочарованы или мне не поверите, потому что на самом деле ситуация, можно сказать… дурацкая! Я сам не могу понять, как всё могло зайти так далеко.

– Ты рассказывай, а уж я решу, разочаровываться мне или, наоборот, – сказала офицер.

– Дело в том… – Фил почесал затылок, подыскивая слова, – дело в том, что я просто закрутил роман не с тем, с кем можно было это делать.

– Что? – недоумённо подняла брови офицер.

Похоже, она была готова услышать что угодно, кроме этого. Размах проводимой облавы и уникальный случай оказания давления на космопорт, никак не сочетались с услышанным. Масштаб событий был несопоставим!

Фил решил резать правду-матку без обиняков:

– В общем, я трахнул кое-кого не того… точнее, дочку кое-кого не того… точнее, трёх дочек трёх разных кое-кого не того…

– А ну-ка, расскажи мне всё подробно и в деталях, включая имена и фамилии! – офицер скрестила руки на груди, и в глазах у неё зажёгся неподдельный интерес.

Эта, немного скорректированная версия, звучала уже более убедительно.

Фил в очередной раз собрался с духом и рассказал всю историю максимально подробно. Он очень явно почувствовал, что именно откровенность и открытость – это единственное, что может помочь ему в сложившейся ситуации.

Офицер слушала с лёгкой полуулыбкой, иногда кивала, иногда задавала уточняющие вопросы. По её реакции Филу казалось, что она ему верит.

Женщина была опытным сотрудником и погоны носила не просто так. А потому знала, что жизнь зачастую бывает гораздо удивительнее всякого вымысла. И очень часто значительные события имеют минимальные последствия, сдуваясь по мере развития, и, наоборот, незначительные происшествия иногда раздуваются до невероятных масштабов, так, что никто уже даже не помнит, из-за чего это всё началось. А если кто-то и помнит, то просто не верит, что такая ерунда могла спровоцировать такой катаклизм.

Так было и в этот раз. И понятно, что для людей, вовлечённых в эту историю, проблема была серьёзной. И девочки могли себя чувствовать оскорблёнными, и их родители… но невероятный размах, который приобрели поиски ловеласа, был всё равно несопоставим с проблемой.

Наконец, Фил закончил, развёл руки в стороны и виновато опустил глаза. Единственное, что он постарался опустить в этом рассказе, так это подробности своего найма на работу Ноэлем. Ему не хотелось втягивать в это дело ещё и капитана, тем более он по-прежнему рассчитывал улететь вместе с ним. А насколько серьёзным проступком является наём фиктивного члена корабля, Фил понятия не имел.

Именно поэтому он постарался закончить свою историю на том, как оказался в порту, надеясь покинуть планету, и такой случай ему представился.

Когда он закончил, повисла пауза. Долгая пауза. Офицер смотрела на него с едва заметной блуждающей улыбкой и обдумывала услышанное.

– Конкуренция! – наконец совершенно неожиданно произнесла она.

– Конкуренция? – удивлённо переспросил Фил.

– Ну да, конкуренция! – кивнула офицер, – если бы ты остановился на одной "неправильной" девушке, проблем было бы меньше в сотни раз. Но когда ситуация вскрылась, между сильными мира сего началась конкуренция. Они не просто тебя ловят, они пытаются доказать друг другу, кто из них самый крутой. И их девочки уже тоже давно отошли на второй план. Поймать тебя, это уже дело принципа и престижа. Они настолько вошли в раж, кидая в топку этой облавы всё новые и новые ресурсы, что задействовали даже те рычаги давления, которые вообще никогда не использовались, вплоть до шантажа и угроз руководству космопорта, а в его лице и всей коалиции. Эти местные царьки просто потеряли берега.

– И что это значит? – затаив дыхание спросил Фил, и ему даже показалось, что сердце в этот момент перестало биться.

– Моё руководство допускало, что ситуация очень серьёзная и, возможно, есть вариант пойти им навстречу. Проблема была в том, что сильно на нас надавив, они сами уменьшили вероятность такого исхода. Наша попытка сотрудничества могла восприняться ими как «прогиб». Да не могла, а именно так и воспринялась бы, в этом можно не сомневаться. И при возникновении следующей проблемы, они наверняка снова попытаются надавить. В общем, это плохой прецедент. Но если проблема реально в том, что ты мне рассказал, а я, честно говоря, склонна тебе верить, то ни о каких сделках не может быть и речи. Более того, за такое поведение нужно будет наказать местных воротил. Впрочем, это уже совсем другая история, которая не касается ни меня, ни тебя, – сказала офицер, – этим будут заниматься те, кому это положено по рангу.

– Не касается меня? – с робкой надеждой ухватился за её слова Фил.

– Возможно, – неопределённо качнула головой офицер, – мне ещё не всё до конца понятно в этой истории. Требуется уточнить некоторые детали.

– Какие? – с готовностью отозвался Фил, ведь он и так уже практически всё выложил, и если остались какие-нибудь мелочи, то скрывать их нет никакого смысла.

– Главный вопрос лежит, как всегда, в самом корне ситуации. Как именно тебе удалось соблазнить трёх девушек местного высшего света, почему они на тебя повелись и закрутили роман с обычным парнем не из их круга? Пока что во всей твоей истории это самое слабое место, – сказала офицер.

– Так получилось, – смутился Фил и понял, что на этом самом моменте ситуация вполне может повернуться против него. Не потому, что он врал, а потому что не может объяснить, как именно ему удаётся соблазнять женщин, – у меня с женщинами вообще, сложные отношения… вернее, наоборот, обычно простые, но в этом и сложность.

Офицер всё это время стояла возле окна. Но сейчас она подошла поближе и остановилась напротив Фила.

– Любопытно, – сказала она, внимательно его разглядывая, – ты, безусловно, симпатичный молодой человек. Но в этом нет ничего уникального… правда, вот глаза! Редкий изумрудно-зелёный цвет… да, в них можно утонуть, но разве это повод, чтобы сразу прыгать к тебе в постель? – задумчиво сказала она.

– Думаю, здесь совокупность факторов, – внезапно охрипшим голосом сказал Фил, он почувствовал знакомое ощущение внизу живота и понял, что ситуация выходит из-под контроля. Ещё не вышла, но точка невозврата близка и женщина офицер, возможно, даже сама пока не понимает, чем всё это может кончиться… или понимает?

– И какие же ещё есть факторы? – не мигая глядя ему в глаза, сказала офицер.

– Я очень люблю женщин, – сказал Фил, ставшим низким, как всегда в такие моменты, голосом, – это на самом деле так. Обычно они это чувствуют.

– Почему ты говоришь они? – едва слышно произнесла офицер, и Фил вдруг понял, что она стоит уже совсем близко, – разве я не женщина?

– Если мы не остановимся сейчас, то уже вряд ли вообще остановимся! – прошептал Фил, почувствовав, что его подхватывает знакомая волна и он уже сам себе не принадлежит.

– Но ведь я же должна убедиться, что ты действительно тот, за кого себя выдаёшь? – прошептали её губы, которые внезапно оказались всего в нескольких сантиметрах от него.

– Ну, если это в интересах следствия… – прошептал Фил, поняв, что его руки лежат у неё на бёдрах, а пальцы, быстро перебирая, подтягивают вверх юбку.

– Конечно, в интересах следствия, а в чьих же ещё! – прошептала она, уже практически касаясь его губ, а потом они соприкоснулись, и больше никто и ничего говорить не мог.

Глава 6. Следственный эксперимент

Проверка способностей Фила шла уже не меньше часа, и он, надо сказать, заметно подустал, хотя и был весьма вынослив в этих делах. Офицер оказалась поистине ненасытной и очень темпераментной женщиной.

Всё время мысленно называя её про себя «офицер», Фил испытывал неловкость и постоянно порывался спросить, как её зовут, но так этого и не сделал, каждый раз чувствуя ещё большую неловкость от такого вопроса, чем от незнания имени.

Сразу надо было спрашивать, а теперь-то уж что…

Ритмично двигая бёдрами, Фил смотрел на раскинувшуюся перед ним панораму взлётного поля, уставленного кораблями. Офицер упиралась руками в стекло и, похоже, тоже любовалась видом.

Сначала Фил опасался, что их могут увидеть снаружи, хотя окно и было высоко, но офицер успокоила его, что с той стороны стёкла непрозрачные и через них ничего не видно. Так что, теперь они, кроме всего прочего, наслаждались невероятным видом.

А вид и в самом деле был невероятный.

Почувствовав изменения в состоянии женщины, которая, похоже, выходила на очередную финишную прямую, Фил сосредоточился, подловил момент и финишировал вместе с ней. В этом он был мастер и проделывал такое даже не задумываясь, настолько отработана была техника.

Офицер тоже это отметила, причём не в первый раз за прошедший сеанс.

– Профессионал! – сказала она, уперевшись в стекло лбом и восстанавливая дыхание.

– Опыт… – скромно сказал Фил.

– Нет, это не опыт, это отношение к делу! – сказала офицер, нетвёрдой походкой подошла к рабочему месту инструктора, уселась в кресло и положила ноги на угол стола, закинув одну на другую. Одеждой она пока что пренебрегла.

– Ну что я могу сказать, – произнесла она, заложив руки за голову и сцепив там ладони, отчего грудь приподнялась, – ты меня убедил. Говоря начистоту, сама не понимаю, как всё это произошло… ты не думай, что я во время допроса постоянно… первый раз со мной такое…

– Я не думаю, – перебил её Фил, – эту фразу я слышу чаще всего в жизни. Ну, что обычно такого не бывает, а здесь как будто что-то накатило… ну или нечто подобное. И я всегда в это верю! В этом и заключается мой талант, он же моё проклятие!

– А ты ничего не используешь… противозаконного? – вдруг пристально посмотрела на него офицер.

– В каком смысле? – растерялся Фил и даже опустил голову, чтобы посмотреть на себя, что именно и где противозаконного у него может находиться.

А надо сказать, что он был по-прежнему абсолютно голым и стоял в таком виде посреди кабинета. Поскольку женщина не одевалась, хвататься за одежду первым ему было неловко, а что ещё можно было делать, он не знал. Так и стоял, как на медосмотре.

И хотя он чувствовал, что на этом "следственный эксперимент" завершён окончательно, полной уверенности в этом, конечно, не было. Офицер была неугомонной!

– Ну, может какая химия… или феромоны… я в этом не разбираюсь, но наверняка существуют какие-то средства, да? – продолжая пристально смотреть на Фила, спросила офицер.

– Странно, про феромоны меня за последнее время второй раз спрашивают, а раньше вообще такого не помню… – сказал удивлённо Фил.

– Так что ты ответил, когда тебя спросили в первый раз? – улыбнулась офицер, но глаза у неё по-прежнему были очень внимательными.

– То же что и сейчас скажу, – пожал плечами Фил, – если какие феромоны и есть, то только естественного происхождения. Может быть, организм у меня что-то такое выделяет… не знаю. Но могу вас уверить, что ничем искусственным я не пользуюсь, не пользовался и пользоваться не собираюсь. Мне и естественного хватает… – и, закончив фразу, Филсмутился.

– Да, с этим не поспоришь, естественного тебе хватает! – задумчиво сказала офицер, разглядывая его ниже пояса, – так, ладно, всё! – вдруг резко сказала она и встала с кресла, – одевайся!

Фил с нескрываемым облегчением ухватился за одежду, офицер тоже принялась приводить себя в порядок.

– Мы так и не познакомились, – слегка неуверенно сказал Фил, – как-то это неправильно…

– Нормально, – отмахнулась офицер, – я твоё имя знаю, а моё тебе знать необязательно. Даже лучше, если ты его знать не будешь. Повредить ты моей репутации вряд ли сможешь, но зачем создавать даже такую теоретическую возможность, верно?

– Я никогда не использую свои отношения с женщинами им во вред. И никогда никому ничего не рассказываю. Та история, из-за которой я здесь оказался, всплыла не по моей вине. Я бережно отношусь к тайне своих связей с женщинами. Для женщин репутация гораздо важнее, чем для мужчин, а испортить её очень легко. Я никогда так не поступаю… не поступал… до сегодняшнего дня. Вам-то я всё рассказал… – вдруг смутился Фил, поняв, что его слегка пафосная речь, споткнулась на ровном месте.

– Очень похвальная позиция, – улыбнулась офицер, застёгивая форменную рубашку, – а то, что ты мне рассказал, это ведь вопрос твоего выживания, ни больше ни меньше. И как ты справедливо заметил, каша была заварена не тобой. К тому же я тоже женщина и не побегу рассказывать об этом всем подряд. Узнают только те, кому необходимо знать. Отцы этих девочек сами виноваты. В конце концов, то, что случилось, это не преступление. Не было ни насилия, ни шантажа, ни обмана. Теперь я в этом абсолютно уверена, – сказала офицер и подмигнула Филу.

Фил к этому моменту был уже полностью одет. Он сделал это стремительно, потому что находиться голышом в служебном кабинете космопорта ему было неуютно. Его всё время не отпускала мысль, что кто-то может сюда войти. Но решения здесь принимал не он, и приходилось принимать участие в этом "следственном эксперименте" до самого конца.

– Ну да, – вздохнул Фил, – в последние дни многое шло наперекосяк. Многое было так, как быть не должно. Да и дальше тоже… – он устало махнул рукой.

– Да, твоя жизнь разрушена и прежней уже никогда не будет, – сказала офицер, стоя перед зеркалом, поправляя мельчайшие складки на одежде и приводя причёску в окончательный порядок. Ведь никому даже в голову не должно прийти по её виду, что она делала что-то кроме того, как просто стояла и разговаривала с подозреваемым. Всё должно быть безупречно!

Наконец, офицер закончила марафет и повернулась к Филу. Он стоял и терпеливо ждал её окончательный вердикт.

– Причёска у тебя, конечно, слишком приметная. В бегах с такой трудно спрятаться, – сказала офицер глядя на Фила и усмехнулась.

Он спохватился и начал озираться в поисках своей шапки. Она упала на пол рядом со стулом, и он её поэтому не заметил. Натянув шапку до самых ушей, он снова вытянулся по стойке смирно.

– Что дальше? – спросил он.

– Всё! – пожала плечами офицер, – я позволю тебе улететь, а руководство космопорта будет разбираться с местными зарвавшимися царьками.

– А как же ты объяснишь, что случилось? – удивился Фил, окидывая взглядом комнату, в которой они сегодня использовали практически все доступные поверхности.

– Моё слово имеет определённый вес, – сказала офицер, – я просто доложу ситуацию по существу. Думаю, зная, что именно нужно искать, убедиться в правдивости твоих слов из других источников труда не составит. Твоя личность здесь уже никакой роли не играет. Это будут уже разборки более высокого уровня.

– Спасибо! – сказал Фил.

– Это тебе спасибо! – многозначительно улыбнулась офицер, – но на планету тебе, конечно, лучше никогда не возвращаться. Можешь это себе позволить? Многое тебя здесь держит?

– Нет, – покачал головой Фил, – почти ничего. Имущества нажить не успел, родни нет, да и с друзьями тоже не ахти.

– А женщины? – хитро прищурилась офицер.

– Я обычно никогда не возвращаюсь, – сказал серьёзно Фил, – и ничего с этим не могу поделать.

– Ходок, значит! – усмехнулась офицер.

– Выходит, что так! – Фил развёл руками.

– Ну ладно! Так ведь тем проще! Найди новое место, начни другую жизнь! Как говорится, с чистого листа! – сказала офицер, – этому капитану, который тебя сюда привёл, ты доверяешь?

– Не знаю, – честно признался Фил, – мы только познакомились, но вроде бы нормальный парень. Он меня очень выручил… да и выбора никакого, честно говоря, нет.

– Это ты верно подметил, – кивнула офицер, – выбора у тебя нет! А для человека это самое мучительное, когда нет выбора. Мы любим, чтобы у нас всегда была хотя бы иллюзия свободы воли… ладно, чего это я? – махнула она рукой, – что-то потянуло на философию! Хотя это не удивительно после всего, что было. В нормальной обстановке сейчас нужно было бы поваляться в постели часок-другой, понежиться, поговорить… но нельзя! Всё, хватит мозолить мне глаза, уходи! – добродушно махнула она рукой.

Но Фил не ушёл! Наоборот, он подошёл к офицеру вплотную и сказал:

– Ты потрясающая! Я могу сейчас просто уйти, и всё, но не могу не сказать тебе то, что думаю. Ты фантастическая женщина, и мне очень жаль, что мы вряд ли когда-нибудь встретимся. Я видел тебя! Видел настоящую! Видел твою суть, и ты прекрасна! Никогда об этом не забывай! – голос у Фила снова стал низким и очень уверенным.

– Что ты делаешь? – медленно спросила офицер, – ты ведь понимаешь, что у меня могут появиться к тебе новые вопросы, я посчитаю прошедший следственный эксперимент недостаточно убедительным и могу захотеть его повторить?

– Я… начал было Фил, но офицер не дала ему продолжить.

– Уходи! – глубоко дыша сказала она, – быс-тре-е!

Фил быстро пошёл к двери, взялся за ручку и только собрался открыть, как офицер произнесла:

– Удачи тебе! Я рада, что мы встретились! И спасибо за то, что ты сказал.

Фил повернулся к ней, приложил руку к груди, а потом как будто послал ей своё сердце. После чего он, наконец, вышел.

И дело в том, что в этот момент Фил был абсолютно искренен. Впрочем, как и всегда!

Глава 7. Парковка

Ноэль сидел на полу, подпирая спиной стену. Как только дверь открылась, он тут же вскочил и бросился к Филу.

– Ну что? Тяжело пришлось? – спросил капитан, – я уж думал, что тебя там пытают! Всё в порядке?

– Нормально, – сказал Фил, думая, как объяснить своё длительное отсутствие, – я, конечно, не ожидал, что меня так плотно возьмут в оборот…

– Так что было-то? Расскажи! – спросил Ноэль.

– Служба безопасности знает, что это меня ищут, и хотела выяснить почему, – сказал Фил.

– Это я понял, – кивнул капитан, – так почему тебя так долго мучили?

– Ну, не то чтобы мучили… – слегка смутился Фил, – я решил пойти по пути полного «обнажения». В смысле, рассказал всё как есть!

– А она? – спросил капитан.

– Осталась довольна, – сказал Фил, – но ты не волнуйся, всё, что касается тебя и найма на корабль, я постарался не затрагивать. Старался давать больше фактуры о себе. Решил ничего не скрывать, раз уж меня взяли за… – Фил кашлянул, – за горло…

– Блин, больше часа! – покачал головой капитан, – не каждый такое выдержит!

– Ну, у меня просто есть некоторый опыт, – пожал плечами Фил.

– Ты мне не говори! Я знаю, как офицеры службы безопасности умеют брать за яйца! – на этих словах Ноэля Фил вздрогнул, а капитан продолжил, – и то, что это была женщина, не должно вводить в заблуждение! Женщины ещё опаснее! С мужиком могло бы быть проще!

– Не думаю! – брезгливо передёрнул плечами Фил, – вообще-то, я наоборот считаю, что мне повезло, что прислали женщину! Мы сумели найти общий язык!

– А-а-а-а-а, точно! – вдруг, пристально на него глядя, улыбнулся Фил, – ты же у нас этот, как его…

– Ловелас? – подсказал Фил.

– Да, бабник! – хохотнул Ноэль, – так что да, в твоём случае, может быть, и повезло! Ну так что, вопрос закрыт?

– Да, можем идти, – сказал Фил, и с грустью посмотрел на кабинет. Он всегда испытывал щемящее чувство при расставании с женщинами, но и оставаться никогда не умел. Это мучительное, но в то же время сладостное противоречие постоянно его терзало. Грусть расставания и следующее за ней ожидание новой встречи. Так, он и прыгал всю жизнь с одного цветка на другой, как шмель, стараясь опылять самые красивые, но не брезгуя и невзрачными.

– Ну так идём быстрее, пока к нам ещё какие-нибудь вопросы не появились! – сказал Ноэль, увлекая Фила по коридору.

– Только вот, – остановился Фил, – инструктаж-то со мной так и не провели!

– Да шут с ним, с инструктажем, – махнул рукой капитан, – я тебе сам всё объясню. К тому же ты ведь не один через взлётку поедешь!

Они быстро зашагали по коридору.

– Как ты здесь ориентируешься? – вдруг сказал Фил после того, как они миновали очередной перекрёсток, – я вот вообще не понимаю, где нахожусь, уже давно потерял чувство направления. Часто здесь бывал, да?

– Я здесь впервые, – сказал Ноэль, – но, чтобы такие как мы, не блуждали часами по километрам коридоров космопортов, везде есть стандартная навигация. Ты, возможно, её даже не замечаешь, а я ориентируюсь по ней уже просто на автопилоте. Разноцветные полоски на полу, символы на перекрёстках, буквы и цифры на стенах. Сразу кажется, что всё сложно и непонятно, но надо сказать, что разобраться в этом несложно. Любой дурак сможет. Когда понимаешь логику обозначений, то всё становится легко и просто. Ошибиться, конечно, всё равно можно, но обычно я хорошо понимаю, куда иду. Вот сейчас через минуту мы дойдём до лифтового холла.

И Ноэль оказался прав. Вскоре они остановились перед длинной вереницей лифтов. И людей здесь было значительно больше, чем во всех других местах. Как-никак внутренняя транспортная инфраструктура, вертикальная транспортная артерия.

Чтобы не привлекать к себе внимания, ребята замолчали и стали со скучающим видом ждать лифт, так же как и все остальные. Хотя скучно им, конечно же, не было. У каждого был тянущийся сзади шлейф проблем, который делал скуку сейчас просто невозможной.

Фил не знал толком, почему торопится Ноэль, но у того тоже были очень серьёзные причины стараться как можно быстрее покинуть планету. И сейчас, когда они, можно сказать, находились на финишной прямой, капитаном овладело возбуждение оттого, что скоро они сумеют вырваться отсюда и всё останется в прошлом.

Лифт принёс их на подземную парковку, где стоял личный транспорт членов экипажей кораблей. Многие предпочитали пользоваться своими челноками, как назывался этот вид техники, предназначенный для перемещения исключительно по взлёткам разных планет. Но в порту был и казённый парк, где можно было за небольшую денюжку нанять извозчика.

У Ноэля был свой челнок. Что-то вроде левитирующего байка… двух байков. Агрегат был похож на байк-катамаран. Спаренный аппарат на четверых человек и с кузовом позади.

Когда они подходили, в кузов сразу полетела сумка Ноэля, а сам он ловко запрыгнул на место водителя.

– Садись на второй! – кивнул он Филу.

Тот, видя оживление, овладевшее капитаном, постарался сделать это как можно быстрее, но так же ловко, как у Ноэля, у него не получилось. Вскарабкаться на покачивающийся в воздухе байк без привычки оказалось не так-то и легко, пусть и высота была небольшой.

Не успели они занять места, как из-за соседнего массивного челнока вышло двое крепких ребят со стаканами кофе из автомата, какие были расставлены по всему космопорту, включая парковки. На стаканах были изображены стартующие космические корабли.

– Оп-па! – удивлённо сказал один из парней, увидев сидящих на байке Ноэля и Фила, – говорил же тебе, нельзя двоим уходить!

– Да ладно тебе, успели же! – раздражённо сказал второй, видимо, потому что первый был прав.

– И куда же это вы успели, парни? – спросил улыбаясь Ноэль, но Фил почувствовал в его голосе напряжение. Похоже, ситуация складывалась не очень хорошая.

– Перехватить тебя, – сказал первый парень, – чтобы ты не улетел ненароком, не закончив здесь все дела.

– Я все дела закончил, – сказал Ноэль, – а вы кто, вообще, такие?

– Этого тебе знать не обязательно! – сказал второй.

– Согласен, – усмехнулся Ноэль, – мне вообще на это плевать. Так что, парни, отойдите с дороги, мы торопимся.

Незнакомцы переглянулись, поняв, что разговор заходит куда-то не туда.

– А кто сказал, что тебе можно куда-то ехать? – удивился первый.

– А кто мне может запретить? – спросил Ноэль, облокачиваясь на вилку руля.

– Мы! – сказал один из парней.

– Да? И как же вы будете меня останавливать, если я наплюю на ваши запреты? А я наплюю, можете не сомневаться, – сказал Ноэль.

– Есть способы, – усмехнулся первый, погладив при этом свободной рукой свою куртку сбоку, что как бы намекало на скрытое оружие или что-то подобное.

– Серьёзно? Прямо здесь? На парковке космопорта? – усмехнулся Ноэль, – вам что, надоела жизнь и свобода?

– Ты за нас не переживай, – сказал второй, – о себе лучше думай! Есть проблема, и её нужно решать. Так что, пойдём с нами… а твой приятель может проваливать, он нам не нужен.

– Ты сказал "проваливай" в мой адрес, говна кусок? – медленно произнёс Фил, положив руки на переднюю панель байка.

К нему удивлённо повернулись все, включая Ноэля, но капитан тут же взял себя в руки и сделал вид, что ничего странного не происходит.

– Чё? – поперхнулся кофе первый парень, который как раз в этот момент решил отхлебнуть из своего стакана.

– Гранатомёт через плечо! – всё так же медленно и весомо произнёс Фил, – я вот сейчас только об одном думаю, мне сначала договориться со службой безопасности, а потом вас выпотрошить, или сначала выпотрошить, а потом договориться?

– Чё? – снова повторил первый, таращась на Фила.

– Как же я не люблю дебилов! – сказал Фил, приподнимаясь в седле.

– Погоди, не надо, – схватил его за руку Ноэль, – мы же только что замяли прошлую твою… неприятность.

Капитан не знал, насколько серьёзно сейчас говорит Фил, но решил ему на всякий случай подыграть.

– Наоборот, хорошо! – повернулся к нему Фил, – и эти два трупа в ту же историю запишем по горячим следам, пока ещё дело не закрыли! Она на это легко согласится!

Парни растерянно стояли со стаканами кофе в руках и выглядели чем далее, тем более глупо.

– Давай хотя бы без трупов! – сказал Ноэль, – так, увечья, членовредительство… но без убийств.

– Не люблю увечья, – поморщился Фил, – покалеченный потом может захотеть отомстить. А так, нет человека, и нет проблемы. Люблю, когда за спиной всё чисто!

– Мы просто на работе! – вдруг неожиданно сказал первый парень, сдав все позиции, – нам сказали привести тебя для разговора к боссу!

– Мой вам совет! – сказал Ноэль, – скажите ему, что вы ждали меня, но из-за того, что долго тёрлись на одном месте, вами заинтересовалась служба безопасности. Вас увели на проверку, а когда вы вернулись, моего челнока уже не было.

– Нас всё равно накажут, причины боссу неинтересны, ему нужен результат, – сказал второй.

– Но это же всё равно лучше, чем ваши кишки, разбросанные по парковке! – сквозь зубы процедил Фил, и его изумрудные глаза как будто даже стали светиться.

Парни попятились в сторону, и как только пространство для проезда освободилось, Ноэль крутанул ручку, байк сорвался с места, и они помчались между рядами разнокалиберных челноков.

Пока они не скрылись за поворотом, Фил сверкающими от ярости глазами смотрел через плечо на ошарашенных ребят.

Когда они выскочили на открытое пространство взлётки и помчались по отрисованным на ней линиям разметки, Ноэль спросил:

– Ты сейчас играл, или я должен ещё что-то о тебе узнать?

– Играл, – спокойно сказал Фил.

– Хорошо! – расплылся в улыбке Ноэль, – тогда, думаю, что мы подружимся!

Глава 8. Корабль

Ноэль уверенно мчался по взлётке.

Ехали они быстро, но строго по правилам. Капитану было совсем ни к чему находить новые проблемы на ровном месте. Скорость челнока была ограничена программным методом, при всём желании разогнать его быстрее было невозможно, компьютер космопорта задавал ограничения в режиме онлайн, на разных участках пути разные. А вот управлял байком Ноэль вручную и, видимо, получал от этого удовольствие. Однако за линии разметки нигде не вываливался и правила соблюдал безукоризненно.

Пару раз они проехали мимо громадных взлетающих кораблей, и Филу казалось, что сейчас их испепелит выхлопом из дюз. Но это была иллюзия, здесь всё было точно рассчитано, и корабли находились на достаточном расстоянии от путевых артерий взлётки.

Транспорта по этим самым артериям сновало туда-сюда великое множество. От небольших байков вроде того, что у них, до громадных грузовых фур и пятиэтажных автобусов, перевозящих пассажиров.

– Далеко нам ещё? – прокричал Фил, стараясь перекрыть окружающий их шум. Как только они отъехали от здания космопорта, так вокруг начался просто звуковой ад. Грохот, лязг, шум двигателей, рёв взлетающих кораблей… из окна кабинета инструктажа картинка выглядела более спокойной и мирной. Всё движение воспринимало мелкой муравьиной суетой. И вот теперь они сами были муравьями, среди исполинских агрегатов.

– Да! – ответил Ноэль, – наш размер и статус не позволяет располагаться так близко. Мы на отшибе, но это и лучше.

– Почему? – крикнул Фил.

– Спокойнее, да и от внимательных глаз подальше, – ответил Ноэль, поворачивая на перекрёстке возле огромного грузового челнока, с выстроившейся к нему вереницей грузовиков.

Даже с приличной скоростью, их путь занял более получаса. Фил обернулся и с удивлением обнаружил, что здание космопорта уже скрылось за горизонтом. Возможно, если бы не было множество заслоняющих обзор кораблей, его бы ещё было видно, но всё равно они уехали очень далеко.

Здесь уже и шума было поменьше, и корабли были не такие большие вокруг, однако конца и края взлётки по-прежнему видно не было. Поле было поистине бесконечным.

Впрочем, оно и понятно. На этой планете космодром был всего один, новый строить всё никак не могли собраться, поэтому старый постоянно расширяли и расширяли.

Инфраструктура была, конечно, гигантская, и здесь человек особенно явственно ощущал, какой он маленький и беззащитный. Даже в космосе, когда сидишь в уютной каюте, это не так ощущается. А здесь, среди всего этого нагромождения огромных аппаратов, суеты и шума, собственная ничтожность ощущалась особенно остро.

Наконец, они прибыли на место.

– М-да уж! – протянул Фил, глядя на открывшуюся его взору картину.

– Ты о чём? О месте или о корабле? – заинтересовался Ноэль.

– Обо всём сразу, – усмехнулся Фил, – я сначала подумал, что это место крушения. Как будто кто-то неудачно приземлился! Когда ты сюда свернул, я, мягко говоря, удивился.

– Всё не так плохо, как выглядит! – пожал плечами Ноэль, – не суди по обёртке.

Вообще-то, удивляться было чему! Здесь, похоже, в самом деле произошло крушение. Только не сейчас, а уже давно. Только вот починить искорёженную поверхность взлётного поля руки у администрации, видимо, так и не дошли. Место было похоже на воронку от взрыва, по краям от которой топорщились бетонные плиты, как ледяные торосы.

И вот среди этого нагромождения стоял на опорах космический корабль, который выглядел ненамного лучше.

– Теперь я окончательно убедился, что платить вы мне не будете! – сказал Фил.

– А что, до этого были сомнения? – удивился Ноэль, – ты думал, что я шучу, что ли?

– Да нет, это я так! – вздохнул Фил, – а лететь на нём не опасно?

– Слушай, я думаю, что тебе опасно оставаться здесь, не привередничай. И лучше не говори ничего плохого о корабле при нашем технике. Можешь отхватить, а я за тебя заступаться не буду. Нормальный аппарат, мы ему жизнью обязаны… а теперь и ты тоже. Внешний вид вообще не главное. Будут деньги, мы, естественно, вложимся и подправим ему «лицо». Но пока что и так сойдёт. Главное, что летает! – сказал Ноэль.

Корабль был по меркам окружающей обстановки небольшим, но всё равно, это был аппарат для межзвёздных перелётов и потому размерами превосходил средний пятиэтажный дом. Всё, как говорится, относительно.

Внешний вид у корабля тоже был сильно устаревший. Фил не был знатоком, но даже его знаний хватало, чтобы понять, перед ними стоит едва ли не музейный экспонат. Очень древняя модель. Об этом свидетельствовало хотя бы то, что корпус был "самолётного" типа. Он походил на атмосферный самолёт, дизайн которых сильно не менялся уже тысячелетия. И это было логично, ведь законы аэродинамики тоже не менялись.

Технологии, которые использовались космическими кораблями, в "атмосферниках" не применялись, потому что это было неоправданно дорого. Так что, человек из далёкого прошлого, если вдруг смог попасть в настоящее, удивился бы, насколько самолёты сохранили и внешний вид, и внутреннее устройство. Единственное существенное отличие было в том, что у современных атмосферников отсутствовало шасси. Ограниченная левитация, технология, которая позволила отказаться от колеса практически на всех видах транспорта, применялась и здесь. Так что самолёты стояли на опорах в момент посадки и высадки пассажиров. В остальном же внешних отличий было мало.

Корабль Ноэля, конечно, был не совсем таким. Он был длинненьким, толстеньким, с коротенькими крыльями и небольшим хвостовым оперением. На концах крыльев находились дополнительные маневровые двигатели, как и на хвосте.

На корпусе было навешано много каких-то непонятных устройств и агрегатов, очевидно, не предусмотренных изначальной конструкцией. Большинство из них было искорёжено, некоторые даже пережили пожар.

Да и весь корпус был во многих местах помят и закопчён. Где-то торчали отошедшие куски обшивки, и пока Фил рассматривал корабль, от него что-то отвалилось и с металлическим лязгом грохнулось на землю.

– Это нормально? – повернулся к Ноэлю Фил.

Тот упрямо жал на кнопки пульта, видимо, желая опустить рампу, чтобы загнать байк внутрь, но ничего не происходило.

– На скорость не влияет! – отмахнулся капитан.

Наконец, что-то захрустело, вздрогнуло, и в хвосте самолёта часть корпуса начала опускаться вниз.

– Заработало! – улыбнулся Фил.

– Пульт зарядить просто надо, – слегка смутился Ноэль.

Как бы он ни пытался делать вид, будто всё в порядке, некую неловкость за корабль всё равно испытывал. Когда никого нет, всё может восприниматься привычно. Но когда рядом появляется новый человек, то волей-неволей приходится смотреть на всё и его глазами. И тогда все недостатки вылезают наружу и воспринимаются более остро.

В общем, на месте давнишнего крушения, этот корабль смотрелся очень органично. Как родной!

– А почему вам такое плохое место выделили? – не удержался и спросил Фил, пока Ноэль маневрировал между торчащими обломками плит, подъезжая к рампе.

– За стоянку нужно платить. Это место самое дешёвое, – сказал Ноэль, – а какая разница, где корабль стоит на опорах? Главное, чтобы приземлиться можно было! Я же тебе говорил, что с финансами у нас проблема, так что, экономим на чём можем. Да и зачем платить больше, если можно заплатить меньше?

– Ну так-то и не поспоришь! – сказал Фил, – но выглядит, конечно… опасно!

– Ты всё равно уже в деле! – сказал Ноэль, – так что поменьше скепсиса! Если совсем не понравится, при первой же возможности уйдёшь, как и договаривались. Найдём ещё кого-нибудь, это не проблема, если есть время. Сейчас именно со временем у нас беда.

– Я заметил, – усмехнулся Фил, – и не только со временем!

– Да, – сказал Ноэль, – не только! Взяли стрёмный заказ, немного влипли. Потом расскажу, если интересно будет. В общем, не ты один хочешь смыться отсюда поскорее.

Они въехали внутрь корабля. Трюм, где они оказались, был удивительно большим. Удивительно, это, если сравнивать с размерами корабля. Похоже, эту "малышку" использовали как грузовик. Хотя изначально это было что-то разведывательно-экспедиционное. Хотя о тех временах здесь уже ничего не напоминало.

Рампа за их спиной начала медленно и со скрежетом подниматься.

– Чтобы загнать байк, каждый раз приходится распахивать нутро корабля? – удивился Фил.

– Нет, – сказал Ноэль, – для него под брюхом есть спусковое устройство… лифт, короче. Но он заклинил, не работает.

– Как бы и эта штука