Читать онлайн Мартовский кот и разведенка с прицепом бесплатно

Глава 1

Пролог

Богдан

– Я хочу замуж!

– И я.

– И я тоже! Подождите, не бросайте без меня.

Капец… Надо валить. Тут сборище безумных овуляшек, мечтающих надеть кольцо на палец и накинуть удавку на шею какому-нибудь несчастному.

Чур, не мне!

Выстроились в ряд, приготовились…

– Готовы? – спрашивает невеста, размахивая букетом. – Я бросаю!

А я ухожу.

Но, уже отойдя на приличное расстояние, оборачиваюсь.

Писец…

Свадебный букет летит прямо в меня. Не-е-ет! Только не это…

Дальше – все в слоу мо.

Я прыгаю в сторону. Букет за мной. Серьезно! Он изменил траекторию. Клянусь.

Но я просто так не дамся!

Я уворачиваюсь. Падаю. Отползаю…

Успеваю заметить, что народ вокруг ржет и снимает меня на видео.

В следующую секунду мне прилетает. Прямо в лицо.

– Да блин! Что за подстава?!

Он как будто специально за мной гнался, этот цветочный веник.

– Это мой букет! – вопит Настя.

Моя родная сестра, которая больше всех хотела поймать букет и надеть белое платье.

– Да забирай.

– Э, нет, Кошак. Ты поймал. Ты следующий замуж выходишь, – ржут пацаны.

– Какой нахрен замуж?

– Предрекаю: это будет бизнес-леди со стальными яйцами, – выдает Сашка Слон.

– Милфа с тремя детьми, как ты любишь, – подкалывает брательник Аркаша.

– А, может, дзюдоистка, – предполагает Ваня Гризли. – Нет! Сумоистка! Килограммов под двести. Возьмет тебя замуж.

– Заткнитесь все! – психую я. – Не было никакого букета, ясно? Букет у Насти!

И вообще. Я в эту хрень с букетом не верю. Мало ли что куда прилетело.

Женитьба в мои планы не входит.

* * *

– Молодой, красивый, позолоти ручку! Погадаю, всю правду скажу.

Прохожу мимо Сочинского морского вокзала, а тут она. Я такое только в кино видел! Цыганка в пестрой юбке, с седыми волосами и золотым зубом.

– Отстань, старая, – бурчу себе под нос.

И на всякий случай держусь подальше. Говорят, они загипнотизировать могут… Я не боюсь. Но мне как-то не по себе от этого темного пронзительного взгляда.

– Женишься на разведенке! С детьми. С двумя! – кричит мне вслед цыганка.

– Чего?

Замираю, как вкопанный. Я в гадания не верю. Но…

– Так и будет. Я вижу… – завывает она. – Они тебя папой будут звать.

– Ну-ка, быстро развидь! Я тебе ручку позолочу.

– Поздно. За тобой уже выехали…

Она зловеще хохочет.

А я трясу головой, чтобы стряхнуть наваждение.

Какая, нафиг, разведенка? Какая женитьба?

Вы что все, сговорились?

Надо валить отсюда. Из города Сочи, куда я приехал на свадьбу к друзьям. И где со мной творится такое…

Да, и на всякий случай надо быть осторожнее. Держаться подальше от разведенок. И от сумоисток…

Глава 1

Марта

Ненавижу 8 марта.

А еще 14 февраля, свой день рождения, Новый год… Хотя нет. Новый год – нормальный праздник. Семейный. Дети, родители, оливье и мандарины… С этим у меня все в порядке. В Новый год я не чувствую особого одиночества.

Во всяком случае, пока все не лягут спать, и я не останусь одна с ёлкой и телевизором. И с ощущением, что прямо сейчас кто-то живет яркую красивую жизнь. Кто-то, но не я…

Завтра 8 марта. Цветы я получу только от папы.

А сегодня подруга Полина затащила меня в клуб, на предпраздничную вечеринку в стиле девяностых.

И сейчас мне в глаза светит диско-шар, в уши долбит громкая музыка, а ноги сводит от неудобных туфель на шпильках.

– Милые дамы, следующая песня – исключительно для вас! – вопит диджей.

Колонки взрываются треком “Крошка моя, я по тебе скучаю…”

Полинка визжит и вприпрыжку бежит на танцпол. Я остаюсь одна у стойки с бокалом ярко-оранжевого коктейля.

Почему им всем так весело, а мне нет? Может, я мало выпила?

Допиваю коктейль.

– Повторите даме! – раздается рядом.

Мне улыбается симпатичный брюнет с массивной золотой цепью, и передо мной появляется новый бокал.

Он достает карту, откровенно пялясь в мое декольте.

– Спасибо, я сама заплачу.

– Феминистка? – морщится он.

– Ага.

– Ну и дура.

Он исчезает. Прекрасно! Минус один.

Вместо него возникает интеллигентный мальчик лет двадцати пяти, в очках и с аккуратной бородкой.

– Леди, вы прекрасны.

– Спасибо, – бормочу я.

– Увидел вас – и потерял голову. Вы как майская роза. Нежная, сладкая…

Боже… Как от этого избавиться?

Он наклоняется ближе.

– Дашь поцеловать свой цветочек?

Я сначала не понимаю, о чем он. А потом ка-ак понимаю…

– Отвали! – вырывается у меня.

И я отталкиваю его так резко, что он слетает с барного табурета.

Люди оборачиваются. Кто-то смеется. Мне жарко.

– Я ухожу, – говорю подруге, когда она возвращается с танцпола, разгоряченная и счастливая.

– Нет! – она подпрыгивает на месте, все еще во власти заводных ритмов. – Ты остаешься!

– Мне тут не нравится.

– Тут очень весело! Пойдем танцевать!

– Тут одни уроды.

– Неправда. Вон, смотри какой красавчик не сводит с тебя глаз.

Я смотрю.

И правда, красавчик. И знает об этом! Самоуверенная улыбка, нагло-оценивающий взгляд. Белая футболка, стильные джинсы, крутая косуха. Волосы небрежно взъерошены, но я уверена: он их долго и тщательно укладывал перед зеркалом.

Красавчик, да…

Я таких на дух не переношу.

Мужчины – зло.

От них одни неприятности. И дети. Двое. Рожденные в один день с разницей в двадцать минут.

У меня двойняшки, Ваня и Алена. И я воспитываю их одна.

Дети – это счастье…

Конечно, у меня много помощников. Родители очень выручают. И бывший муж… помогает с бизнесом. Спасибо ему за это.

Я бизнес-леди и одинокая мама. У меня нет времени ни на что.

Что я тут делаю вообще?

– Не будь слишком придирчивой, – втолковывает мне Полинка. – Ты же не мужа ищешь. Мы просто отдыхаем и развлекаемся.

Это точно. Мужа я не ищу.

Какой мужчина может вписаться в мою жизнь? Кому нужны чужие дети? Кто может полюбить их, как родных?

Это не работает. Я проверяла.

И больше не буду даже пытаться.

Мужчин нужно просто использовать. Для этого самого. Ну, вы поняли.

У меня этого не было так давно, что меня уже можно считать девственницей…

И, кажется, я ею и останусь. Потому что мне не нравится абсолютно никто.

А тот красавчик меня просто бесит.

Развалился на диване, пьет пиво, подмигивает девчонкам. И они ведутся на его дешевые заигрывания! Прямо сейчас он улыбается двум молоденьким красоткам в мини-юбках, и они плюхаются к нему на диван, прилипая с двух сторон.

Он им что-то говорит, они смеются, то и дело касаются его. Он закидывает руки им на плечи… Я отворачиваюсь, испытывая необъяснимое желание огреть его скалкой.

Что это такое со мной? При чем здесь скалка? Откуда она взялась в моей голове?

Не знаю.

Но чувствую: есть миллион причин, почему он меня так бесит.

Во-первых, он чем-то неуловимо похож на отца моих детей. А это для меня огромный развевающийся ред флаг.

Во-вторых…

“Тополиный пух, жара, июль…”

– А-а-а! – визжит Полинка.

И тянет меня на танцпол.

Я упираюсь. Она убегает, а я… Все. Я ухожу.

Хватит с меня всего этого.

Поеду домой, лягу спать. Ваня с Аленкой сегодня у родителей. Так что я просто высплюсь после тяжелой недели.

Крепкий сон часов до девяти утра, чашка кофе в тишине… Что может быть лучше?

Глава 2

Богдан

Кажется, пронесло.

С того декабря, когда я сначала поймал букет на свадьбе, как последний лох, а потом ко мне привязалась цыганка, прошло три месяца.

Я был предельно осторожен.

Если честно, я до сих пор на стреме. Хотя не представляю, кто и как может заставить меня жениться.

Я вольный Кот. Гуляю сам по себе. И собираюсь дальше гулять.

Сегодня вот вышел на охоту.

Давно не охотился… Но нюх не потерял. Хвост аж подрагивает от азарта и предвкушения.

Вечеринка накануне Восьмого марта – идеальное время и место.

Девчонки расслаблены, заведены, накачаны коктейлями и романтической музыкой, хотят любви и цветочков на праздник.

А тут я…

Любви у меня – полные штаны. Двадцать сантиметров чистыми, приправленные лютым голодом после воздержания.

Цветы и романтика – вообще не вопрос.

Я капец какой романтичный! Длинная красивая лапша на женские уши – моя специализация.

Профессионально очаровываю, соблазняю, и – очень качественно удовлетворяю. Всегда получаю самые высокие оценки.

“Вау, он огромный!”

“Котик, ты самый лучший!”

“Меня никто никогда так не е… любил…”

Осталось только выбрать, кому сегодня достанется все это счастье.

Блонда у стойки – точно нет.

Вообще не в моем вкусе. Слишком высокомерная. Ну чисто царица! Смотрит на всех, как на говно. Вокруг такой надо три дня на кривой козе скакать, а у меня настроения нет.

И возраст самый опасный. Лет двадцать семь – двадцать восемь. Может, даже тридцать, хрен поймешь. Выглядит идеально.

Топик у нее вообще… что-то весеннее, цветочное. С выпрыгивающими сиськами. Красиво, конечно, но пофиг. Что я, сисек не видел?

Возраст опасный! Не надо об этом забывать.

Такие либо хотят срочно замуж и детей. Либо у них уже есть маленькие дети. И нет мужа, раз одна в клубе.

Оба варианта – мимо.

Мне дети не нужны. Ни чужие, ни свои.

Но эта точно бездетная. Вообще не представляю её в роли мамы. Скорее, в роли доминантки в латексе и с плеткой.

Какой взгляд… От такого куры дохнут на лету и члены вянут в штанах.

Не у меня, конечно. Мой, наоборот, неадекватно на нее реагирует. Да голодный просто. Сейчас, найдем с ним девчонок посговорчивее, и отпустит.

О, к ней подсел какой-то чел. Угощает коктейлем.

Удачи тебе, чувак! Я прям болею за тебя.

Ну, мля!. Отшила.

Чувак отваливает, она сама платит за свой коктейль. И нервно качает ножкой в туфле на шпильке. На ней брюки, так что я вижу только тонкую щиколотку. Люблю такие: изящные, точеные. Редкость.

О, еще один парнишка подкатил к царице. Бедняга. Этот вообще без шансов. Размазала его, как прапор собачью какашку.

Слов не слышу, но по лицу все понятно.

Мля… Он аж с табурета упал. И уполз, как оплеванный.

Королева, хуле.

В этом клубе нет достойных.

Самоуверенная сучка. Такой только задрать юбку и жестко отодрать в туалете. Так, чтобы тушь растеклась и помада размазалась….

Волосы растрепаны. Ногти царапают мою спину, так что у меня вообще сносит крышу. Глаза закрыты. А искусанные в экстазе губы шепчут мое имя…

Так, стоп.

Что-то я внезапно замечтался, аж унесло.

На самом деле я к ней и близко не подойду.

Моя кошачья чуйка громко орет: от нее надо держаться подальше!

Зачем мне неприступная царица, если тут полно вполне доступных леди? Ледей… Лядей… как их там…

Вон, сами на колени прыгают. По две штуки за раз. И сразу на все готовы.

– Дамы, я вас покину.

Отрываю их от себя.

– Котик, ты куда?

Не отвечаю. Просто съебываюсь.

Я вольный кот. Ни перед кем не отчитываюсь.

Делаю, что хочу.

Хочу – и резко меняю свои решения. Решил держаться подальше от царицы, и – передумал.

У меня чисто спортивный интерес. Двоих передо мной она отшила. Но я-то опытный охотник. И не таких уламывал. Быстро и технично.

– Привет. Меня зовут Богдан и сегодня я буду вашим официантом.

Древний подкат. Банальный. Но рабочий. Практика показывает: чем проще, тем лучше. Особенно – с царицами.

Ставлю перед ней коктейль. Сажусь на барный табурет рядом.

Она рассматривает меня своим прокурорским взглядом.

Я стараюсь смотреть в глаза, а не в декольте.

– Ты красивый, – внезапно произносит Царица.

Вообще, это я должен был сказать!

– У тебя такие длинные ресницы, как будто нарощенные.

Что, бля?

Я от неожиданности чуть с табурета не упал.

– И губы пухлые, – одобрительно кивает она. – Контур очень хороший.

Какого хрена? Я что, телка, губы мои обсуждать?

– Волосы идеальные, – продолжает она. – Каким гелем укладываешь?

Зараза. Унижает тонко и изящно. Сейчас ещё помаду попросит!

А я что-то растерялся.

А я никогда не теряюсь с девчонками!

– Сколько я тебя должна за коктейль?

Она достает купюру из сумочки и кладет на барную стойку.

– Нисколько. Я угощаю.

Беру купюру и… засовываю ей в вырез декольте.

Мои пальцы касаются нежной теплой кожи… Разряд молнии. Ток в тысячу ампер по венам. Нас обоих шарахает так, что искры сыпятся в бокал с коктейлем.

Она замирает. На секунду. В глазах вспышка. Не смущения – ярости.

Резко отталкивает мою руку. Берет коктейль и… одним движением выплескивает его мне прямо в пах.

С-сука… мокро. И капец как унизительно.

Короткое замыкание роняет мой громоотвод.

Она встает и величественно удаляется.

Царица, мля!

А я сижу, как жалкий обоссанный котенок… и смотрю ей вслед…

Глава 3

Марта

Я косметолог. У меня профдеформация.

Я неприлично пристально разглядываю губы, веки, подбородки и носогубные складки. И кожу, конечно же. Кожа – это индикатор. Курит, пьёт, нервничает, спит лицом в подушку – всё видно.

У этого Котяры кожа идеальная. Плотная. Без расширенных пор. Тургор отличный!

А его губы… Некоторые мои клиентки убили бы за такие.

Четкий контур, хорошо выраженный «лук Купидона». Правильная проекция. Природный объем.

Клиентки приносят мне референсы с такими губами.

– Хочу вот так, доктор. Только чуть-чуть побольше.

И я делаю.

Добавляю 0,5 мл филлера по краю красной каймы, подчеркиваю колонны фильтрума, мягко вывожу проекцию в центре. Без утиного эффекта. Без «сосисок». Аккуратно, эстетично.

Котяре я бы я ничего добавлять не стала. Использовала бы как модель. Вот просто вырезала бы его губы и повесила на стену в своем кабинете!

Странное желание, согласна.

Но не более странное, чем то, что произошло со мной вчера, когда его наглые пальцы скользнули в мое декольте.

Он коснулся кожи – и в меня будто внутривенно вкололи адреналин. В голову ударил жар, по сосудам побежала огненная лава, пульс и давление подскочили…

У меня сто лет не было мужчины. В этом все дело.

Почему я мысленно называю его Котом?

Имени я не знаю. Но… есть в нем что-то кошачье. Что-то от вальяжного, уверенного в своей неотразимости, крайне озабоченного мартовского котяры.

Я облила его коктейлем и уехала домой.

Всю дорогу улыбалась. Ночью спала, как младенец.

Странно, но у меня такое ощущение, как будто я сделала что-то хорошее и общественно полезное.

Утром вспомнила его лицо – и рассмеялась, ещё лёжа под одеялом.

Ну и вид у него был! Глаза чуть не выпали из орбит. Все едва намечающиеся “гусиные лапки” расправились.

Потом, конечно, все обратно скукожилось. И зубами он скрежетал так, что я опасалась спазма челюстных мышц.

Идеальное завершение вечера…

Весь вечер мне невыносимо хотелось огреть скалкой этого нахала, но у меня получилось даже лучше!

Кстати, я сто лет не держала в руках эту самую скалку. Она у меня есть вообще? Была.

Как-то раз мы с мамой лепили на моей кухне пельмени.

Но я сама ни разу…

Вскакиваю.

У меня внезапный порыв: сделаю-ка я домашнюю пиццу. Скоро мои приедут, порадую их. Ваня с Аленкой обожают пиццу, но я редко им ее позволяю. Все-таки это не очень полезная еда.

Другое дело – домашняя. Они будут счастливы.

Что-то я по ним так соскучилась! Со вчерашнего утра не видела своих малышей.

Я чищу зубы, варю кофе. Инспектирую холодильник. Листаю рецепты в телефоне.

О. Сделаю мини-пиццы с сосисками. В форме цветочков с помидоркой посередине.

Это для детей. А для нас, взрослых – традиционную пиццу с креветками, они как раз нашлись в морозилке.

Замешиваю тесто. Мою, шинкую, натираю. С огромным удовольствием!

Вообще не понимаю, что на меня нашло. Честно, хозяйка я так себе. Готовлю детям самое простое.

Не потому что ленива, а потому что работаю не покладая шприца. И на готовку просто не остается сил.

Но сегодня в меня как будто вселилась богиня домостроя.

Увидела пятно на раковине – вымыла всю плитку на кухне. Из тостера выпали крошки – разобрала его и вычистила до блеска. Порывалась отодвинуть холодильник, но все же смогла себя остановить.

Мои уже едут. Будут дома минут через двадцать.

Пицца подходит.

Но за духовкой нужен глаз да глаз. Она живёт по своим законам. Сегодня 180 градусов – это 210. А завтра вообще “угадай температуру”.

Звонок в домофон.

О. Быстрее доехали. Ну да, сегодня праздник, дороги пустые. Папа, наверное, как всегда, ключ в машине забыл.

Бегу в прихожую, нажимаю на кнопку домофона. Открываю замок. Бегом возвращаюсь на кухню и достаю противень с детской пиццей.

Успела. Ничего не подгорело.

Ставлю в духовку второй, с креветками.

И тут… Я даже не слышу шагов. Просто чувствую: за спиной кто-то есть.

Это не мои. Мои входят шумно, с топотом, с гоготом, с криками: “Ма-а-ам!”

А это…

Я сама открыла дверь, даже не спросив, кто это!

Резко оборачиваюсь. Машинально прихватив со стола скалку.

И… замираю. В самом прямом смысле уронив челюсть.

В это невозможно поверить, но… Это он! Тот самый вчерашний Котяра из клуба.

На моей кухне. С огромным букетом цветов.

Мне же не мерещится? Это не глюк?

Сейчас проверим. Есть один научный способ проверки реальности объекта.

Я замахиваюсь скалкой…

Глава 4

Богдан

Не так уж и трудно было найти Царицу.

Она гордо удалилась из клуба, но подруга-то осталась. Накачать ее коктейлями и узнать адрес – дело техники. Я очарован, собираюсь заказать доставку букета на Восьмое марта – кто ж мне откажет.

И, главное, это чистая правда.

Вот букет. Вот я. Вот две упаковки презервативов оттопыривают карман…

Она даже не спрашивает, кто. Просто открывает дверь.

Ждет меня!

Подруга рассказала, сто пудов.

Поднимаюсь. Интуитивно толкаю дверь – открыто!

Воображение рисует горячие картинки – Царица уже ждет меня в спальне, в черном кружеве и чулках.

Возможно, в латексе. Возможно, с плеткой… Внезапно всплыло вчерашнее – образ доминантки.

Ну давай, детка, доминируй полностью.

Все равно плетку отберу. Отхлестаю тебя по попе. Нежно.

А потом свяжу руки за спиной и поставлю на колени…

Хвост бежит впереди меня. В спальню.

Но нос ведет на кухню…

Охренеть.

Я представлял ее в латексе и с плеткой.

А она в халате и со скалкой.

Домашний вариант горячей доминантки. Горячей, как пирожок. Или что она тут печет… Запах умопомрачительный.

Чем это пахнет, не пойму? Жареные сосиски? М-м-м…

У меня встал.

Еще вчера. И с тех пор вообще не хочет ложится! Я его и так, и эдак. И тех, и этих ему показывал.

А он такой: подайте мне Царицу, и все тут.

Ну и вот. Я здесь.

На ее кухне.

Вот уж не ожидал, что эта высокомерная секси-леди что-то стряпает.

И, судя по реакции, ждала она все же не меня…

Она замахивается скалкой.

Я опускаю букет на стол. Одной рукой перехватываю ее запястье, второй фиксирую ее талию, резко притягивая к себе.

От неожиданности она разжимает пальцы. Скалка выпадает из ее руки. Мне на ногу.

Больно, бля!

Но я терплю. Такой момент…

Ее горячее, нежное, трепещущее тело в моих руках. Травяной аромат ее волос и цветочный запах кожи ударяет в голову. Смешиваясь с умопомрачительным ароматом жареных сосисок…

Ее халатик распахивается. Под ним домашняя маечка, розовенькая, с бантиком. Милота-то какая… Капец заводит!

И майка. И то, что под ней.

Прижимая Царицу к себе за талию, нагло кладу на лапу на упругую “двойку”.

В ладонь врезается мгновенно затвердевший сосок.

С ее губ срывается хриплый стон. Она выгибается и подается мне навстречу.

– Оу. Так горячо? – шепчу я.

Она толкает меня ладонью в грудь. А сама обнимает за шею.

Вроде как говорит: отойди, не трогай меня. И, одновременно: да, Котик, не останавливайся, продолжай.

И я продолжаю. Сжимать, ласкать, пробираться ладонями под халатик и под маечку. Слушать ее быстрое дыхание и чувствовать, как она постепенно отпускает тормоза…

Впиваюсь губами в ее сочные сладкие губы. Надавливаю на затылок, проталкивая язык в рот. Он влажный. Горячий. Податливый.

Пиздец, как я хочу…

– А–ау! – взвизгиваю от внезапной боли.

Она впилась острыми ногтями в мой затылок!

Дикая штучка.

Укусила за шею, резко оттолкнула двумя ладонями и еще и ногой лягнула, едва не попав по самому хрупкому и дорогому.

– Уходи! – вопит она.

– Ты чего? – удивляюсь я.

– Как ты сюда попал? Зачем ты пришел? Немедленно уходи!

– Ты же хочешь меня, – уверенно констатирую я.

– Нет!

– А если проверю?

– Что? – растерянный взгляд.

Через секунду – понимание.

Через две – она поднимает скалку…

Лучше бы молчал. Молчание – золото.

Она реально бьет меня! Этой самой скалкой! И, я вижу, – кайфует от этого.

Извращенка!

Нравится ей меня лупить.

Я уворачиваюсь. Хватаю со стола что-то аппетитное, поджаристое. В форме цветочка.

– Это что? Жареные сосиски?

– У тебя сейчас будет жареная сосиска!

Она гонит меня скалкой до двери. Я уклоняюсь, успевая жевать.

– Вкусно!

– Я тебя не угощала!

– Ну как же. Ты же готовилась. Ждала меня.

Скалка приземляется ровно мне на хребтину.

Больно!

Вылетаю из квартиры. Дверь захлопывается.

Очевидно, что больше меня сюда сегодня не впустят…

Спускаюсь на лифте. Когда он открывается – передо мной оказывается мелкий пацанчик.

– Здорово.

Он протягивает мне ладошку. Я присаживаюсь и пожимаю ее.

– Я Ваня.

– А я Богдан.

– Будем знакомы, – важно кивает он.

И входит в лифт. За ним – пожилая женщина. Видимо, бабушка. Улыбается мне.

А пацан серьезный, капец.

Впервые вижу такого ребенка. У всех моих друзей дети – буйнопомешанные. Носятся, орут, обливают тебя компотом, вытирают об тебя липкие руки и пинают своими маленькими ножками.

А этот – нормальный пацан. Как взрослый, только размера xxs.

Впрочем, не до него сейчас. Двери лифта закрываются, и я мгновенно о нем забываю.

Выхожу из подъезда, улыбаясь.

Она меня хочет…

Глава 5

Марта

Я закрываю дверь на замок и прислоняюсь к стенке. Ноги подкашиваются, сердце колотится о грудную клетку, в теле лихорадочная дрожь.

На губах вкус его поцелуя… Прикрываю рот ладошкой. Как будто хочу его стереть. Или наоборот…

Да что со мной такое?

Хам! Нахал! Извращенец!

Мало я его отлупила. И слишком долго ждала, прежде чем начать. Слишком многое ему позволила…

На талии отпечаталась сильная горячая ладонь. А грудь пылает и ноет, изнывая от воспоминания о невыносимо-острых ощущениях.

У меня так давно этого всего не было…

Но это не значит, что я готова с первым встречным!

Возвращаюсь на кухню. В глаза бросается букет, занявший полстола. Огромный! Яркий. Наглый, как и тот, кто его принес.

Алые розы с белыми тюльпанами. Выглядит очень… царственно. Никогда раньше не встречала такого сочетания.

И такого хама!

Вот, оказывается, что нужно, чтобы получить от мужчины цветы на Восьмое марта. Отшить его, унизить, облить коктейлем и – уйти.

Готово. Ты незабываема.

Как он меня нашел?

Вошел без стука. Наглец!

Слышу, как дергается ручка двери. Нежели вернулся?

По телу проходит горячая волна. Вершинки груди вспыхивают, как подожженные конфорки.

Тороплюсь в прихожую. Дверь распахивается.

– Мама!

Ванюша…

– Привет!

Присаживаюсь, чтобы обнять его. И – потому что ноги все еще плохо держат.

– А где Аленка? – спрашиваю маму.

– Они с дедом в магазин пошли. Она выклянчила еще один подарок на Восьмое марта.

– А он, конечно же, поддался…

– Конечно.

Аленка из деда веревки вьет! Если с Ванюшей он еще может быть строгим, то с ней – никак. Стоит ей нахмурить носик и похлопать глазками – дед бежит выполнять любое ее желание.

– Ого! – раздается с кухни удивленный возглас мамы. – От кого такой шикарный букет?

– От одного… знакомого.

– Хороший знакомый… – задумчиво тянет она. – Как зовут?

Блин. А ведь я не знаю… Он засунул мне в рот свой наглый язык, и едва не совершил более интимное проникновение… а представиться забыл!

– Неважно. Это просто… Это ничего не значит.

– Алые розы – символ страсти, – произносит мама.

Она у меня особа романтичная. В отличие от меня.

– Глупости! – бурчу себе под нос.

– Давай поставим их в вазу.

В этот момент раздается звонок в домофон, мама идет открывать. А я немного переживаю: может, все же Котяра вернулся?

Но нет. Это папа. С традиционным букетом розовых тюльпанов и моим любимым тортом “Графские развалины”.

– С праздником, дочурка.

– Спасибо!

– Мам, смотри, что мне деда купил.

Аленка хвастается огромным киндером, который давно заприметила в магазине, но который я отказывалась ей покупать.

– Шоколад не ешь! Только маленький кусочек. Остальное – в холодильник.

– Там игрушка. Я хочу Машу и медведя!

Она разворачивает киндер.

– Ален, давай на кухне. На столе.

Мы все идем на кухню.

– А это еще что? – отец взирает на букет, который мама пытается втиснуть в самую большую вазу.

– У Марты завелся поклонник, – радостно сообщает мама.

Именно что завелся. Как таракан. Заполз в квартиру, не спросив разрешения.

– Кто такой? Как зовут? Чем занимается? Возраст? Образование? Дети есть?

– Пап!

– Я не хочу машинку! – ревет Аленка, раздербанившая киндер. – Я хочу медведя!

Бабушка ее успокаивает. Ваня пытается отжать машинку.

А папа гнет свою линию:

– Сейчас столько разных аферистов…

– Ну конечно. На меня же только аферист может повестись. Нормальным мужчинам я не интересна.

– Надо быть осторожнее, вот и все.

Буду! Больше на порог не пущу этого таракана. А, если проникнет – я его дихлофосом. А потом еще раз, контрольный, скалкой.

– Я хочу медведя! – ноет Аленка.

– Куплю я тебе медведя, – успокаивает ее дед. – Почему сразу не сказала? Зачем мы эту шоколадную байду покупали?

– Я хочу медведя из киндера!

– Женщины! – отец закатывает глаза. – Вечно вы все усложняете.

* * *

Папа открывает шампанское, наливает нам с мамой. Аленке, которая перестала реветь, дает стакан с лимонадом.

– Вы – мои красотки. За вас!

У нас семейное застолье.

Все хвалят мою пиццу. Дети, конечно, больше выковыривают сосиски, чем едят. Но им все нравится.

На подоконнике стоят два букета. И я вижу, что папа время от времени поглядывает в ту сторону. Его тюльпаны выглядят не так эффектно…

– Мне тут одного парня посоветовали, – задумчиво произносит он.

– Что за парня?

– Говорят, толковый менеджер и продажник. Зимой эскимосам снег продаст.

– Собираешься торговать снегом?

У моего отца серьезный кризис. Пятнадцать лет назад он вложил практически все средства в строительство небольшого торгово-офисного центра. И успешно сдавал в аренду помещения. Мы все жили на эти деньги. Если бы не это – не знаю, как бы я справилась, одна с двумя детьми.

Но с тех пор многое изменилось. В том же районе построили огромный ТЦ, с фудкортом, гипермаркетом и подземной парковкой. Потом – поменяли дорожную развязку, сделав подъезд неудобным. И большая часть арендаторов ушла.

В последние пару лет отец еле сводит концы с концами. Коммуналка, обслуживание и прочие расходы съедают большую часть прибыли.

Давно пора что-то менять! Но папа – человек старой закалки. Перемены даются ему с трудом.

– А кто посоветовал? – спрашиваю я.

– Варлам.

Варлама я знаю. Не то чтобы мы близко общаемся, но как-то познакомились на одном мероприятии. Он – очень уважаемый человек в нашем городе, и бизнесмен толковый.

– Варлам плохого не посоветует. Да и что тебе стоит попробовать… Хуже точно не будет.

– Попробую. Он ко мне завтра придет, этот Богдан. Посмотрим, что у него за идеи.

Глава 6

Богдан

Открываю глаза. Смотрю на часы – полдевятого. Сладко потягиваюсь. Валяюсь в кровати, листая телефон.

Две шкоды вернули, тойоту взяли, поступила заявка на минивэн со следующего понедельника. И – народ активно интересуется автокемперами после того, как я выложил несколько тестовых постов в соцсетях.

Многие мечтают о доме на колесах и о путешествии в таком формате. Но покупать дорого, да и нафиг он нужен. Взять в аренду – отличный вариант. Короче, надо приобрести для нашей компании. Пообщаюсь с соинвесторами, к лету оформим.

Я занимаюсь сдачей в аренду машин. Не только этим, но сейчас это приоритетное направление. И часть сегодняшней работы я сделал, еще лежа в кровати.

Эффективность уровня Бог!

Вчерашнее Восьмое марта прошло на чиле и расслабоне.

Первой я поздравил Царицу. Получил поцелуй и по хребтине скалкой.

Потом метнулся с цветами и подарками к своим. Мама была в восторге от необычных махровых тюльпанов, Настюха порадовалась пионам. И опять вспоминала свадебный букет… А я только забыл и расслабился!

Вечером я снова был в клубе. Чисто по приколу. Даже никого не подцепил, только налакался коктейлей. Вернулся домой, потупил в рилсы, и сладко уснул.

Мне нравится моя жизнь. Ни особых забот, ни серьезных проблем… Я просто кайфую. Как настоящий кот.

Интересно, что сейчас делает Царица? По-любому, еще не открыла свои прекрасные очи. Не пристало царственной особе вставать с петухами. И с голубями тоже.

По-любому, дрыхнет до обеда, потом ванна, чашечка кофе, фитнес-пилатес, массаж-спа.

Я бы ее помассировал… Все изгибы бы промял и все выпуклости погладил. А все нежные местечки сначала бы неспешно зацеловал, а потом бы та-ак засадил! Она бы у меня стонала, визжала и просила пощады…

Естественно, у меня стояк. Задолбал. Не реагирую.

Но под душем все же сбрасываю напряжение. Невозможно жить с долбящейся от каждой неосторожной мысли битой в штанах! Ходить мешает. А особенно – думать.

А в моей работе главное – мозг. Ну и выдающиеся социальные навыки.

Я же Кошак. Меня все любят, все чешут за ушком.

Мужики ржут с моих историй о кошачьих похождениях, женщины млеют от моей харизмы. Некоторые называют меня сладкоголосым соловьем, другие – пиздаболом. Кто-то говорит, что я влезу без мыла в любую жопу.

Лично я предпочитаю называть себя антикризисным менеджером.

Просто я умею соединять людей, которые без меня никогда бы не соединились. Я свожу продавцов с покупателями, производителей с реализаторами, поставщиков с заказчиками. У меня очень обширный круг знакомств. И – чуйка на людей.

Сегодня после обеда встречаюсь с неким Андреем Романовичем, владельцем коммерческой недвижимости, которая активно деградирует.

Он хотел назначить стрелку утром. Чуть ли не в восемь предлагал.

Да я восемь только один глаз открываю! Потом закрываю и сплю еще полчаса, пока не наступит приятное ощущение полной и окончательной бодрости.

Вот как сейчас.

Я бодр и полон надежд. Вечером метнусь к Царице. Написать не могу – адрес я знаю, а телефон нет.

Подруга сказала, что царицу зовут Марта. Я подумал, что она прикалывается. Восьмое марта, все дела.

Но с адресом она меня не кинула.

Может, имя тоже настоящее.

Марта… Царице идет.

* * *

Я приезжаю к торгово-офисному центру “Прометей”.

Капец… Название – сразу минус вайб. И вид у него тоже не лакшери. Стремно тут вообще все.

Иду сразу в кабинет владельца.

– Здравствуйте, Андрей Романович. Я Богдан.

– Будем знакомы, Богдан, – произносит он.

И пожимает мне руку.

А я сразу вспоминаю того мелкого пацанчика, с которым столкнулся вчера. Он точно так же произнес эту фразу. И протянул ладонь. Прикольный!

Я плюхаюсь в кресло, прошу заглянувшую секретаршу принести кофе, черный с сахаром, и выдаю предварительное саммари:

– Парковка у вас, конечно, дерьмовая, заезд неудобный и места мало. Локация капец какая неудачная. Дизайн устарел, а, впрочем, он и новый был не супер. Но главное – это ноль продвижения. Вы вообще нигде не представлены онлайн. И нейминг у вас, мягко скажем, неудачный.

Во время моей речи Романыч хмурится. Кривится. Сканирует меня недовольным взглядом. По глазам вижу, что мой прикид ему сильно не нравится. И не только прикид…

Он, видимо, ожидал увидеть серьезного представительного мэна на костюме и при галстуке. А я в джинсах и косухе. На чиле и расслабоне.

И это никогда не мешало мне работать!

Но он, походу, человек старой закалки. Думает, что галстук и серьезная будка – признак наличия мозга.

– Все сказал? – раздается внезапный рык. – До свидания!

Ну старикан жжет. Вот прям так сразу меня еще не выгоняли.

– Рано вы со мной прощаетесь. Я еще не рассказал, что со всем этим можно сделать.

Он делает нетерпеливый жест рукой, выпроваживая меня.

– Давай, до свидания.

Походу, я слишком резко зашел.

– Я вам бизнес-план на электронку в пдф скинул, – аккуратно даю заднюю.

Ну как план… Пока только наброски.

– Чего?

Ясно. Все очень запущено.

– Секунду.

Я возвращаюсь в приемную.

– Леночка… Вы же Леночка?

Я улыбаюсь ей. Она – мне. И радостно кивает.

– Я там документик кинул на вашу рабочую почту, распечатайте, пожалуйста, и вручите Андрею Романовичу.

– Хорошо…

Надо будет ему еще презентацию замутить. С картинками и графиками. Старперы и начальники это любят.

– Что там происходит? – рявкают из кабинета.

– Андрей Романович, я документы распечатываю… – лепечет Леночка.

– Кто распорядился?

Леночка испуганно таращится на меня.

– Я попросил, – произношу вполне миролюбиво. – Леночка просто не устояла перед моим обаянием, не вините ее.

Секретарша улыбается.

Андрей Романович рычит. Обиделся, что она слушается меня, а не его.

Я покидаю приемную, подмигнув ей на прощанье.

Походу, у нас тут классический начальник-самодур, сатрап и деспот.

Ой, да пофиг. Я и без него разберусь. На самом деле, он, скорее – помеха. Во всяком случае, на данном этапе.

Я обещал Варламу подкинуть идей и помочь старику. И я помогу.

* * *

Охренеть.

Она. Царица.

Стоит у входа в это самое здание, которое я только что со всех сторон, обежал, осмотрел и обнюхал.

Нетерпеливо постукивает пальчиками по своей сумочке.

Увидев меня, распахивает огромные серые глазищи. Я тоже в ахере!

– Ты… Ты меня преследуешь? – лепечет, нахмурив брови.

– Я? Это ты за мной всюду ходишь!

– Пф-ф-ф! – презрительно выдыхает она.

И морщит свой симпатичный носик.

– То есть мы опять случайно встретились, – констатирую я. – Прикинь, как судьба нас сводит. А она не дура…

Царица не слушает меня, просто отворачивается.

И тут рядом с ней появляется мужик. Холеный такой, в дорогом костюме и брендовых очках. Он как будто просто материализуется из воздуха!

Нет, наверное, он откуда-то пришел. Но в фокусе моего внимания была исключительно царственная особа, и я заметил его вот только что.

Он подходит. Царица берет его под руку.

– А это еще кто? – вырывается у меня.

– Муж.

Охренеть…

Глава 7

Марта

Трель будильника вероломно выдергивает меня из самого сладкого утреннего сна. Так хочется остаться под теплым одеялком и понежится… Но нельзя.

Шесть пятнадцать. Пора вставать, умываться, готовить завтрак, будить детей, собирать и отвозить в садик.

Но сначала – кофе.

Я специально ставлю будильник пораньше, чтобы спокойно выпить чашечку в тишине. Десять с половиной минут наедине с собой перед суматошным днем…

– Ален, вставай.

– Я встаю, – бормочет дочка.

– Ты лежишь.

– Я встаю! Просто очень медленно.

Ванюша уже чистит зубы, а наша принцесса все еще не может открыть глаза. И так каждое утро.

Я щекочу ей пяточки. Она хихикает и брыкается. Но зато проснулась!

Мы с Ваней уже сидим за столом, а Аленка все еще копается. Заглядываю в спальню.

– Это плохие колготки! – кривится она.

– Нормальные.

– Они меня не любят! Они колятся!

– Давай возьмем другие.

Аленка вздыхает, но соглашается. Под другие колготки приходится надеть другую юбочку. Эта, оказывается, не подходит. Аленка у меня та еще модница!

На столе стоит миска с морковью, нарезанной брусочками. Вообще, мои дети не едят морковь. Ни натертую, ни в салате, ни в форме красивых звездочек. Но мы недавно были в ресторане, и там в качестве комплимента принесли морковные брусочки с кунжутным соусом. Так они чуть не передрались!

Теперь я так же нарезаю морковь дома. С Ваней это работает. Аленку же такими трюками не проведешь.

– Если я буду есть много морковки, я буду видеть в темноте? – спрашивает сын.

– Конечно! – с энтузиазмом произношу я.

Врать детям нехорошо. А есть овощи – хорошо! Так что мне не стыдно.

Я уже опаздываю на работу, но все никак не могу припарковаться у детского сада. Все занято, машины подъезжают непрерывным потоком.

У многих за рулем папы, они притормаживают у ворот, мамы с детьми выскакивают из машин, и папы едут дальше.

У нас папы нет. А детей двое. Я не могу выбросить их на ходу!

Я остановилась чуть ли не за километр от сада. Тороплю детей – но получается только хуже. Аленка потеряла варежку в машине, приходится ее искать. Ваня уронил шарф на грязный асфальт и наступил на него.

– Стой! Не двигайся! – кричу я.

Рядом дорога, я ищу варежку, а он скачет, не может устоять на месте.

– Мам, ты чего такая злюка? – обиженно дуется он.

– Просто стой на месте.

Наорала на ребенка… Стыдно. До идеальной мамы мне очень далеко.

Все. Нашла варежку. Дала запасной шарф. Отвела. Села в машину. Выдохнула.

А мне уже сигналят сзади. Освобождай место!

* * *

В обед звонит бывший муж, Никита. И сообщает:

– Сегодня еду к твоему отцу.

– Он все еще хочет продать долю?

– Да. Но я ему это категорически не советую.

– Поехали вместе, – вздыхаю я.

В лучшие времена отец вложился в бизнес Никиты – он занимается поставками медицинского оборудования. И сейчас папа получает доход со своих вложений. Небольшой, но стабильный. А недавно у него возникла идея фикс продать долю и вложится в убыточный центр. Я боюсь, что это бесполезно. Он и дохода лишится, и центр реанимировать не сможет. Лучше бы он его продал!

Мы подъехали к папиному центру “Прометей”. Я уже вышла, а Никита все возится. Он ужасно медлительный! Всегда копается, а я его жду. Ждала.

И тут… Господи. А этот откуда взялся?

Мой новый знакомый, похожий на кота.

Удивлен, так же, как и я. Кажется, наша встреча реально случайна. Он что-то рассказывает про судьбу. А я смотрю, как к нам приближается Никита.

– Кто это? – спрашивает Кот.

– Муж.

Это надо было видеть! У Котика упала челюсть и хвост поник. В глазах – глобальное удивление и вселенское разочарование.

И – он отступает. Сработало.

А я боялась… А, впрочем, кем надо быть, чтобы приставать к замужней женщине на глазах супруга?

Похоже, Котяра все же не настолько наглый.

Сразу потерял ко мне интерес.

– Используешь меня как перцовый баллончик? – иронизирует Никита.

– Вроде того.

– Этот тип тебе точно не подходит.

– Я сама разберусь.

– Разбирайся, – усмехается он.

* * *

Никита отвозит меня обратно на работу. Я хмуро молчу. Отец такой упрямый! Не удалось его убедить.

– Приехали.

Я вздрагиваю. Задумалась, и не заметила…

– Можно я увижусь с Ваней и Аленкой? – неожиданно спрашивает мой бывший муж.

– Не стоит.

– Уверена?

– Да. Так лучше.

– Я соскучился.

– Никит, не надо…

Знаем уже, чем это заканчивается.

– Ладно. Давай, пока. Я постараюсь максимально тормозить процесс. Может, Андрей Романович еще передумает.

* * *

Вечером сижу, смотрю на букет. Белые тюльпаны и алые розы… Красиво.

А целуется этот Котяра вообще… Нагло!

Вспоминаю – и дрожь огненной волной проходит по телу, поджигая самые чувствительные точки. И разливаясь сладким томлением, от которого хочется тянуться и выгибаться…

Как давно у меня всего этого не было!

И не будет.

Он видел меня с мужем.

А, если бы увидел еще и двоих детей… Вообще бежал бы километра три, роняя тапки.

Он ищет легких развлечений, это очевидно.

А я не развлечение. У меня все сложно.

Хотя… Почему нет? – мелькает шальная мысль.

Необязательно же пускать мужчину в свою жизнь. Можно просто… развлечься. Для здоровья. И чтобы глаза сияли – как говорит Полинка.

Я же для этого и пошла в клуб. Для чего-то легкого и необременительного.

Да ну! Я так не могу. Я не такая.

А какая? Мама-лошадь, которая все тянет на себе и никогда по-настоящему не расслабляется?

Иногда так хочется побыть не лошадью, а легкомысленной веселой стрекозой. Хотя бы пару часов…

Глава 8

Богдан

Муж. Я в ахуе.

Не было никакого мужа! Не вела она себя, как замужняя. И кольца на пальце нет. И в клубе накануне Восьмого марта она тусовалась с подругой.

Но главное – у неё незамужний вайб. От неё несёт одиночеством и недотрахом. У меня на это мощная чуйка. И она еще никогда меня не подводила.

Может, этот её муж – импотент? – мелькает в голове.

Ага, давай, придумывай себе оправдания.

К замужним я не лезу.

Я кот, а не позорный шакал. Принципы у меня есть, что бы кто ни думал.

Замужние – табу. Мне хватает юных нимф и веселых разведенок. Для меня вообще нет проблемы снять телку на вечер.

Поэтому – просто выбрасываем Царицу из головы.

Пацан сказал – пацан сделал.

Четвертый день ее забываю. Голову есть чем занять – устраиваю мозговые штурмы по поводу стремного “Прометея”. Руки и ноги заняты беготней по этому же поводу. Осталось пристроить хвост…

А он, собака, грезит о Царице. В обход мозга и здравого смысла.

Какого хрена? Ничего в ней такого нет. Баба как баба. Ну, красивая. Так мы в России живем. У нас красивых баб – как снега зимой.

Мужики, конечно, сильно проигрывают. Поэтому я выгодно выделяюсь на их фоне. Спасибо маме и папе за прекрасные гены!

У меня вообще нет проблем с женщинами. Выбираю, кого хочу, от двадцати до сорока.

Ну ладно, не прям все мне дают. Но… не даст одна, даст другая.

Свет клином на этой цаце не сошелся.

Когда я завалился к ней Восьмого марта, она что-то стряпала. Какую-то фигню с сосисками в форме цветочков. Видно, для мужа.

Оригинальный он тип, если такое любит. Или, скорее, она особо готовить не умеет. Царица же.

Но почему в женский праздник готовила она, а не он отвел ее в ресторан?

Импотент, одно слово.

Были там вообще признаки присутствия мужа? В ее квартире.

Я не знаю. Я вообще по сторонам не смотрел. Все как в тумане. Спроси меня, какого цвета там стены – я отвечу, что у Царицы офигеть какие твердые и острые соски…

Бля.

Я ее забываю! А не вспоминаю.

Лучшее средство от женщины – другая женщина.

Но мне не до баб. Я работаю.

Романыч капец какой тугой оказался. Положил болт на все мои бизнес-планы и презентации. А я ведь ему даже видосик иишный замутил, на тему, как все будет красиво, если гребаный “Прометей” выберет специализацию и переименуется.

И, что характерно, чем больше он посылает меня на хер, тем сильнее я завожусь. Я уже вижу, как можно раскрутить это место.

Это будет феерично…

* * *

Суббота. Я в клубе. В том же самом.

Хотел пойти в другой, но как-то в последний момент ноги привели сюда. Или хвост… У которого мгновенно выработался условный рефлекс.

Говорю же, собака.

Все псы так себя ведут: однажды нашел смачную кость под деревом, потом целый год год его к этому дереву тянет. Ходит, нюхает, копает, на что-то надеется…

Я ни на что не надеюсь.

И – мои надежды внезапно сбываются.

Вхожу в клуб – и сразу вижу ее! А она – меня.

Наши взгляды встречаются, и на несколько долгих секунд мир замирает…

Меня местами парализует, местами, наоборот, приводит в полную боевую. Я не могу оторвать от нее взгляда… Гипноз восьмидесятого уровня!

Анаконда, мля.

Сразу иду к ней – не гаситься же по углам. И сразу же задаю вопрос, который сейчас волнует меня больше всего.

– Где муж?

Она небрежно пожимает плечами. Царственно поводит бровью.

Мол, не твое холопское дело вопросы задавать.

И – протягивает мне свой смартфон с открытой страницей телефонной книги.

– Что? – не понимаю я.

– Вбей свой номер.

Я, естественно, вбиваю. Я же под гипнозом.

– Позвоню когда-нибудь, – небрежно произносит она.

– Зачем?

Она закатывает глаза.

Согласен, тупо.

– Реально надо объяснять?

Она не дает мне сделать дозвон, сразу же отбирает телефон.

Теперь она знает мой номер, а я её нет.

Капец… Меня сняли, как телку.

Вернее, даже не сняли. Внесли в лист ожидания.

И я жду!

Уже три дня.

Дергаюсь от каждого звонка. Беру трубку со всех незнакомых номеров. Ломаю голову: почему не звонит, сама же номер попросила?

Вот, оказывается, как чувствуют себя девчонки, когда ты берешь у них телефончик.

А ведь я не всегда звонил. Иногда остывал, иногда находил другую. А иногда просто забывал.

Может, она забыла? Или я что-то неправильно вбил? Перепутал цифры.

Или она внезапно вспомнила, что у неё есть муж…

Импотент, по-любому. Раз она от него по клубам ходит.

Это пиздец!

Какого хрена я так парюсь и загоняюсь?

Ни одна девчонка такого со мной не делала…

Глава 9

Марта

Подруга Полинка покаялась – это она дала мой адрес наглому Котяре.

– Мартюш, прости. Я была пьяной, веселой и болтливой. А он сказал, что отправит тебе букет на Восьмое марта. Я подумала, тебе будет приятно.

Мне было приятно… В самых разных смыслах. А еще я тогда очень сильно разозлилась. И до сих пор постоянно о нем думаю. То злюсь, то смеюсь, то вдруг как будто окатит горячей волной при воспоминании о его наглых ласках…

Букет до сих пор стоит. Даже тюльпаны не завяли, хотя папины уже осыпались, и я их выбросила.

– Ладно, проехали, – вздыхаю я.

– Так что, он тебе совсем не понравился, этот Котяра?

– Почему ты его так называешь? – удивляюсь я.

– Его все так зовут.

– Кто – все?

– Да все. Это у него вроде как кличка такая. Кот, Котяра, Кошак.

Ясно. Значит, я правильно уловила его сущность. Или просто услышала, как его кто-то звал, и забыла об этом.

Я не знаю, какая сила повела меня снова в тот клуб.

Но в выходной родители забрали детей, а я почувствовала какую-то странную тоску. Раньше такого не было!

Оставшись одна, я драила квартиру, смотрела сериалы, испытывая чувство вины за безделье, изредка – ходила куда-нибудь с подругами. Но это все вдруг стало неинтересным…

Я пришла. Выпила апельсиноый фреш. Когда появился Кот, я просто взяла у него телефон.

Это, правда, было очень просто!

Я сто лет не знакомилась с мужчинами. Я вообще никогда не подходила к ним первая. Все это для меня непривычно, неловко и страшно.

Но только не с ним.

Его я не боюсь. Я как будто чувствую, что у меня над ним есть какая-то власть…

И, скрывать не буду – это очень приятное ощущение.

Телефон я у него взяла. Но не звоню. Не могу решиться.

Что я ему скажу?

“Мне нужен секс для здоровья, можешь помочь?”

Или: “У меня сто лет не было мужчины, но очень хочется”.

Это все очень стремно. И, даже если я скажу что-то совершенно другое, это все равно будет звучать так.

* * *

Я снова встречаюсь с папой. Мы обедаем, а я все думаю: как начать разговор о продаже доли в бизнесе Никиты? Как отговорить его от этого?

Мой отец ужасно упрям. Если ему что-то втемяшилось в голову, переубедить его почти невозможно. Но я все же надеюсь на это “почти”.

Погорив по телефону с кем-то из знакомых, он случайно нажимает не на ту кнопку и запускает видео. Я успеваю увидеть несколько кадров и мне становится интересно.

– Что это у тебя?

– А, так, ерунда.

– Покажи-ка.

Папа протягивает мне телефон. Я включаю видео с начала. Это очень красивая презентация торгового центра, где собраны все магазины для строительства и ремонта.

– Это что, твой “Прометей”? Кто это сделал?

– Один свистун, – презрительно кривится папа.

– Это же… очень хорошо!

– Ерунда.

– Это как минимум достойно внимания. Это тот менеджер, которого посоветовал Варлам?

– Да какой он менеджер? У него даже галстука нет! И где только Варлам его откопал…

– Зачем тебе его галстук?

– Придушить, как котенка. Достал он меня.

– Что он предлагает?

– Целый ворох разной ерунды. Все сразу и ничего конктретного. Прислал мне на почту какую-то фигню…

– Перешли мне.

– Да не разбираюсь я в этом! – раздраженно отмахивается отец.

– Дай.

Я забираю у него телефон, нахожу письмо от Богдана Васильева, и пересылаю файл себе. Открываю. И понимаю, почему папа так бесится. Там все представлено в развлекательной форме, с картинками и забавными подписями.

Сейчас многие так делают. Лично я восторге от такой подачи. Но мой серьезный отец, конечно же, не оценил.

– Во всяком случае, у него развита фантазия.

– Ага. Цирк уехал, клоун остался…

* * *

Прошло две недели с того момента, как я посетила клуб и получила номер телефона Котяры.

Все это время я была хорошей мамой, примерной хозяйкой и гипер ответственным работником. Я даже детей не отправляла к бабушке с дедушкой. В прошлые выходные мы с ними ездили в соседний город, где открылся новый крытый аквапарк.

Если честно, я там чуть с ума не сошла, разрываясь на две части и жалея, что не взяла с собой родителей

Я устала.

Я хочу отдохнуть. Сегодня вечер пятницы и дети снова у бабушки с дедушкой.

А я…. наконец, набираю его номер.

Вряд ли он возьмёт трубку. А если и возьмёт… Он сейчас точно не один. Разлекается по полной. Наверняка с целой стаей кошечек. Вечер пятницы!

Я слышу длинный гудок. И сразу выдох в трубку:

– Царица…

Как он меня назвал?

– Привет, – нейтрально произношу я.

– Ты где? – звучит возбужденный голос. – Я сейчас приеду.

Вот ещё! Не хватало таскать к себе домой разных непроверенных котов…

– Нет, – говорю я.

– Ты приедешь?

Вот нахал!

Я зависаю… И неожиданно для самой себя говорю:

– Да.

– Я дома, – раздается в трубке.

– Диктуй адрес.

Глава 10

Богдан

Да ладно. Неужели реально приедет? Не верю. Кидалово какое-то.

Две недели я ждал ее звонка. Уже почти забыл и забил… Ну ладно, не забыл. Как только взял трубку с незнакомого номера, сразу понял – она.

Приедет ко мне. От ее дома до меня примерно полчаса.

И тут я вдруг понимаю… У меня дома полный капец! Я вызвал клининг на завтра, потому что зарос грязью по самые уши.

Окидываю взглядом свою евродвушку. Пытаюсь посмотреть на это глазами Марты.

Да она с порога развернется, когда увидит коробки с огрызками пиццы, разбросанную одежду, грязные носки, живописно разложенные на диване, слой пыли на всех горизонтальных поверхностях и липкий пол.

Полчаса…

Я бегу на кухню, хватаю пакет, начинаю собирать туда коробки, объедки и пустые бутылки. Открываю шкаф-купе и запихиваю все вещи, не разбирая. Ношусь по квартире с тряпкой, вытирая пыль.

Стало значительно лучше. Но – пол! Жесть какой грязный. И как я докатился до такой жизни? Мама бы меня застыдила. Но она очень редко здесь бывает.

У меня есть минут пятнадцать. Я знаю, что самый быстрый способ вымыть пол – не шваброй, а ручками, ползая на коленках.

Я никогда так не делал, но мама очень рекламировала. Советовала в качестве кардио нагрузки и экономии на клининге.

Похоже, пришло время испытать…

Нахожу ведро, снимаю тряпку со швабры. Ползаю на карачках по квартире в турбо-режиме, пытаясь навести блеск и лоск. И все ради Царицы.

Ни одна женщина не ставила меня в такую позу!

Звонок сразу в дверь. Не в домофон. Может, это не она?

Соседка за солью, ага. Или сосед за дрелью.

Вроде еще рано.

Открываю. Весь в мыле. С тряпкой в зубах. То есть, в руках, но неважно.

Царица…

Застала меня в самом непрезентабельном виде.

– Привет. Очень рад тебя видеть.

Она смотрит на меня. На тряпку. Снова на меня. Улыбается…

– Заходи. Я тут это… решил прибраться к твоему приходу.

– А ты чистоплотный котик.

– Ага, я такой.

Она входит. Разувается.

– Садись на диван, я тут домою.

Ну а что делать? Позориться, так по полной.

К тому же ей это, похоже, нравится. Вид капец какой довольный.

Она сидит на диване. Я мою пол в прихожей, пытаясь выглядеть брутально. Чувствую спиной взгляд Царицы. Думаю: я опозорился или наоборот?

– Вот тут еще грязь осталась, – раздается с дивана.

Она указывает своим пальчиком на пол под журнальным столиком.

Су-у-ка…

Иду. Отодвигаю столик. Вытираю пол.

Вроде, все.

– Я в душ.

– Не торопись, – усмехается она.

– Я не в этом смысле.

– Ну тогда ладно. Я пока чай поставлю, можно?

– Тебе можно все.

Захожу в ванную.

Тут тоже капец… Быстро протираю раковину, поливаю моющим средством унитаз, тру зеркало, оно становится еще грязнее. Мля!

Там Марта. Ждет меня. А я тут горничной работаю…

Может, еще в переднике к ней выйти?

Она вообще теперь видит во мне мужика? Или я размазал весь свой тестостерон по мокрому полу?

Ни разу в жизни не был в такой ситуаци…

Выхожу из душа. Дефилирую мимо нее в одном полотенце, которое держится на честном слове и еще кое на чем.

Надо же восстановить репутацию. Похвастаться мне есть чем, даже не снимая полотенца. В зал хожу, бицуха имеется, пресс тоже в наличии.

Да… похоже, сработало. Она чуть ли не облизывается на мой пресс.

– Вау!

Она стоит у кухонного стола, возле закипающего чайника. Я подхожу ближе. Ее тонкие изящные пальчики скользят по моему животу. Я изо всех сил напрягаю мышцы, стараясь, чтобы появились кубики.

– Потрясающе… – выдыхает она.

Ради этого момента я и ходил в спортзал все последние годы!

– Но ты все же оденься.

– Уверена?

– Пока да.

Пока… это обнадеживает.

Кажется, ей нужны долгие прелюдии. Что ж, я готов. Я мастер прелюдий.

Иду в спальню, натягиваю штаны и майку. Возвращаюсь на кухню.

– У тебя мило, – произносит Царица, заваривая зеленый чай.

Она на моей кухне! Офигеть. Ведет себя, как хозяйка. Легко находит все нужное.

– Ты застала меня врасплох, – объясняю я ситуацию.

– Мне приятно, что ты так готовился…

– Выпьем чаю? У меня есть печеньки. Вроде свежие. А! Еще грушевое варенье.

– Сам варил?

– Мама.

Мы садимся за стол. Я стараюсь оказаться максимально близко к ней. Вообще, хотелось бы посадить ее к себе на колени. А лучше поставить…

– Расскажи о себе, – произносит она, зачерпываю ложечкой варенье.

– Я идеальный.

Она смеется.

– Идеальный котик…

– Ну да. Чистоплотный, к лотку приучен, мебель не деру. Деру только…

– Тс-с-с!

Она прикладывает палец к моим губам. Я провожу по нему языком. Медленно и чувственно.

Ее глаза распахиваются, ноздри вздрагивают, губы приоткрываются… Сладкие и пиздец какие манящие!

В воздухе искрит минимум на триста восемьдесят вольт. Я уже готов перейти в активное наступление, но она отодвигается от меня и берет в руки чашку чая. Горячего.

Ладно… Отложим наступление. Я знаю, как ловко она умеет выливать напитки на стратегически важные места.

– Сегодня прекрасная погода, правда?

Что? Погода? Я в недоумении смотрю в окно. Там серо и пасмурно. И так было весь день.

– Погода кайф, – киваю.

– Ты что больше любишь, лето или зиму?

Серьезно? Вот такой у нас будет диалог?

– Я люблю быть сверху. Но, если ты хочешь доминировать, возражать не буду.

Она опускает глаза в чашку. Смутилась? Не думаю.

Скорее, возбудилась. У нее лютый недотрах. Я это чувствую всеми своими кошачьими инстинктами.

Где-то на периферии сознания маячит мысль о муже. Но я запинываю ее в дальний угол.

– Пожалуй, мне пора, – внезапно произносит Царица.

– Что?

Я в ахуе.

– Ты сама приехала ко мне!

– Да, – кивает она. – Приехала попить чаю. Варенье, кстати, восхитительное. Передай маме мои комплименты.

И – она поднимается. Я вскакиваю следом.

Прижимаю ее к столу, целую в шейку, щекочу языком нежную мочку уха. Слышу ее быстрое дыхание и бешено бьющееся сердечко. Чувствую, как она сжимает бедра… В трусиках мокро. Я это знаю.

– Ты же меня хочешь, – шепчу ей на ушко.

– Да, – кивает она.

Призналась!

– Погнали, я лучший.

– Сначала справка.

– Чего?

– Из вендиспансера.

– Я чист!

– Мне нужны доказательства, что ты не лишайный и не блохастый.

Глава 11

Марта

Зачем я к нему поехала?

Я в шоке от себя. Мне вообще не свойственны такие вот импульсивные безумные поступки.

Стоя у двери подъезда, я тряслась от страха и неуверенности. И чуть не повернула назад. Но дверь неожиданно распахнулась, выпуская смеющуюся парочку.

И я вошла.

А там такое… Весь мой страх сразу испарился. Мужчина, моющий пол – это самое милое, что только может быть.

Мы выпили чаю. Поболтали. Я потрогала его пресс… И внезапно поняла, что означает выражение “писать кипятком”.

У меня от этого Котяры горячий кипяток по ногам!

И все же я ушла. И дело не только в справке. Хотя это тоже важно.

Мне нужно время. Еще немного времени, чтобы привыкнуть к нему. Я не могу вот так сразу. Даже если хочу…

* * *

– Как его зовут-то, Кошака этого? – спрашивает Полинка, когда мы встречаемся с ней на чашку кофе.

И тут до меня доходит: я не знаю!

Мы до сих пор не познакомились так, как это делают нормальные люди. Он зовет меня Царицей, я его – Котом.

А, собственно, почему бы и нет?

Для легкой недолгой интрижки это идеально.

Никаких имен. Никаких обязательств. Никаких планов и никакого будущего.

Только страсть и похоть…

– Ой, все! – произносит Полинка.

– Что? – я выныриваю из своих, становящихся все более жаркими, мыслей.

– Ты на него запала.

– С чего такие выводы?

– Сидишь, мечтательно улыбаешься, щечки порозовели, меня не слышишь… Я спрашиваю, где планируешь праздновать юбилей.

Тьфу. Все настроение испортила.

У меня скоро день рождения. Юбилей, чтоб его. Тридцать лет…

Да, я родилась в марте и мои оригинальные родители дали мне имя по названию месяца.

– А можно отменить день рождения? – вырывается у меня.

– Тебе можно все! – смеется Полинка.

Вот и Котик так говорил.

Скоро мне пойдет четвертый десяток! И это немножко страшно. И чуть-чуть грустно.

Может, у меня вообще кризис. Да скорее всего. У многих женщин такое бывает. Хочется затормозить время, успеть все, что не успела.

Кто-то приходит к косметологу и просит скинуть десять лет. А кто-то находит молодого горячего любовника, и зажигает.

Да, у меня кризис! Да, я хочу натворить глупостей!

Ну и кто мне запретит?

Я взрослая самостоятельная женщина. Хочу вести себя как дура – и буду!

* * *

С момента нашей встречи с Котом прошла почти неделя.

Он молчит. Не пишет и не звонит. Может, я его спугнула?

Он был такой милый с этой тряпкой… Это завело меня сильнее, чем его потрясающий пресс с кубиками. И его нежные чувственные пальцы. И умопомрачительные поцелуи у порога, когда я уходила…

Он назвал себя идеальным. И это правда. Он идеально подходит для моих целей. Привлекательный, харизматичный, невыносимо сексуальный… Опытный.

У него нет отбоя от девчонок. Они сами к нему на коленки прыгают, я видела.

И справок не просят. И не уходят после того, как сами приехали.

Ради чего ему заморачиваться с моими заскоками, если секс ему доступен в любой момент без всяких проблем?

У меня все не так.

Мне за последние два-три года ни один мужчина не понравился. А уж такой реакции у меня не было с тех самых пор, когда я потеряла голову с отцом моих малышей.

Вспоминаю тех двух шл… девушек, с которыми Кот обжимался в клубе – и сама не замечаю, как сжимаю кулаки. И зубы. И в желудке жжет, как от изжоги…

Я что, ревную?

Нет. Я просто не хочу лишаться запланированных удовольствий.

В моей жизни их так давно не было!

Наконец-то! Сообщение от контакта Котик. Во всплывающем окне вижу, что там фото. Еще одно. И еще. Что он там прислал? Надеюсь, не дикпик. Я к такому не готова.

Божечки… Он бомбардирует меня справками! Какая милота.

ПЦР, микроскопия, посев на инфекции, анализ на антитела. Полный набор! Котик проверился тщательно и досконально. Он, и правда, чист.

Вот почему он не писал… Ждал, когда справки будут готовы.

А мог бы хотя бы “Привет” написать, – с внезапной обидой думаю я.

“Сегодня вечером”, – пишет он.

“Нет”, – отвечаю я.

“Я забронировал столик в ресторане”.

“Давай завтра”.

Завтра пятница, и я смогу отправить Ваню с Аленкой к родителями.

“Я до завтра не доживу”, – выдает мой нетерпеливый будущий любовник.

“Придется дожить”.

“Пришли нюдс. Может, тогда смогу как-то дотянуть.”

Нюдс? В смысле, обнаженное фото? У меня такого нет! Я приличная женщина.

“Не пришлешь ты – пришлю я”, – угрожает Кот.

“Не надо…”

“С нетерпением жду”, – пишет этот извращенец.

И я иду в ванную с телефоном.

Глава 12

Богдан

Охренеть.

Я вспотел, окаменел и чуть не загнулся от острого приступа тахикардии. Так завелся с пол-оборота, так разогнался с места до сотки, что пришлось идти в ванную и близко дружить с правой рукой.

Честно, я вообще не был уверен, что она пришлет. Но она это сделала.

Девчонки часто присылают мне нюдсы. Жопки, сиськи и надутые губки. Это всегда не полная обнаженка, а что-то эротично-загадочное, в красивом белье, в каких-то полупрозрачных тряпочках. Плюс выгодный ракурс, плюс освещение, плюс фильтры… Короче, полный тухляк. Жизни ноль, один фотошоп.

А здесь… Я через экран чувствую жизнь, страсть и напряжение.

Резкий изгиб поясницы. Тонкая талия. Бедра… Я умер от этих бедер!

Еще до того, как впился взглядом в полукружие груди. И чуть не забрызгал экран. Два раза.

Фото сделано со спины. В ванной.

На ней нет ничего. Никаких дурацких полупрозрачных тряпочек. Она обнажена и идеальна.

Одна рука закинута за голову. Во второй телефон. Она изогнулась, чтобы снять себя в зеркале…

Это можно выставлять в музее. Венера отдыхает и сгрызает ногти до локтей.

Это пиздец какое сексуальное произведение искусства! Ноль пошлости. Изысканно и утонченно.

Как сама Марта.

И… кто сказал, что на произведение искусства нельзя дрочить?

* * *

– Богданчик, что с тобой такое?

– Ничего.

Мама подходит, прикладывает ладонь к моему лбу. Как в детстве.

– Да я не больной! У меня и справка есть. Четыре штуки.

– Что? – удивленно переспрашивает она.

– Ничего. Шучу.

Маме эти справки точно показывать не стоит.

Я заскочил к родителям вместе с Аркашей, которого встретил в городе. Настя тоже здесь – у нее сейчас сложный период, с одной работы уволилась, другую пока не нашла. Так что вернулась к родокам под крылышко. Временно.

А мама и рада! Сегодня – особенно. Она любит, когда мы собираемся вместе. Правда, отец еще не вернулся с работы.

– Богдаш, ты чего котлетки не ешь?

– Я ем.

– Обычно ты их сметаешь на лету, пока я несу от сковородки до тарелки.

– Я не голодный.

Вернее, капец какой голодный. Но не в том смысле.

Вечером увижу Марту. Вот ее я сожру…

Понюхаю. Потрогаю. Оближу. Трахну.

Буду нежным. И диким. И утонченным. И… да я вообще не знаю, как это будет! Таких, как она, у меня никогда не было.

С такой надо как-то по-особенному… Как? Вообще без понятия.

Я что, боюсь облажаться?

Да ладно. Никогда не лажал. Ни разу в жизни. С самого первого раза и до последней девчонки, которая была у меня почти два месяца назад.

Таким голодным, как сейчас, я не был даже в шестнадцать, в период острого пубертатного стояка.

А таким неуверенным я не был, наверное, вообще никогда…

– Богдаш, может, тебе рыбки? Ты же любишь малосольную. Как настоящий кот.

– Почему он – Кот, а я нет? – спрашивает Аркаша.

Брат всегда завидовал моей дикой харизме и бешеной популярности у девчонок.

Я хер знает, что ему мешает делать все то же самое, что делаю я. Рожа у него практически идентична моей, с некоторыми нюансами. И все остальное тоже соответствует самым высоким золотым стандартам.

– Вся харизма в этой семье досталась мне, – не могу удержаться.

– Нахал! – качает головой мама. – Весь в отца.

– А я в кого? – обиженно произносит Аркаша.

– Ты взял все самое лучшее от меня и от папы.

– Я брутальнее, чем отец, – возражаю я. – У меня бицуха больше. И я выше.

– И что?

– И все. Я лучший.

Чем больше я сомневаюсь в себе, тем громче себя хвалю. У меня всегда так.

Если я вдруг запал на какую-то девчонку, а она не отвечает мне взаимностью… Что, конечно, бывало в моей жизни. Так вот, в такие моменты я всегда особо громко орал о том, какой я охуенный и сколько у меня было телок буквально прошлой ночью.

– Вы все у меня красивые, харизматичные и самые лучшие, – примиряюще произносит мама.

– Ага. Но я-то самый-самый. Ну согласись.

Мне прилетает полотенцем по шее. Я уворачиваюсь и ржу.

– Будем считать это признанием.

Мама закатывает глаза и в очередной раз произносит:

– Весь в отца!

– Так что, Богдаш, когда свадьба? – неожиданно подает голос до этой минуты молчавшая Настя.

– Чья? – не сразу понимаю я.

Что, опять кто-то тусовки собрался в загс?

– Твоя, – отвечает Настя.

– Никогда.

– Ты поймал букет, – обвиняюще произносит она.

Опять она об этом… Только забыл, только успокоился!

– Для тебя! – у меня есть прекрасная отмазка. – Я поймал букет для тебя.

– Так не работает, – качает головой она.

– А нахрена ты вообще его ловила? – спрашивает Аркаша. – Реально хочешь замуж?

– А почему нет? Замужем хорошо.

– Откуда инфа?

– Ну посмотри на маму с папой. Разве плохо? Или, например, Саша и его Лера. Ксюха с Кирюхой. Или Ариша с Сергеем. Или Маша…

Вот только не надо про Машу! Она вроде как моя бывшая. И ее муж Роман до сих пор при каждой встрече смотрит на меня так, как будто готов ноги выдернуть и спички вставить.

Я к этой Маше даже близко не подхожу! Мне ноги нужны. Я на них сегодня пойду на свидание с Царицей…

– Вся эта ловля букета – полный бред.

– Не бред, – качает головой Настя. – Я верю в эту примету. Соня с моего курса поймала букет и через два месяца вышла замуж. С Катькой было точно так же. И не только с ними…

– Фигня! – выдыхаю я.

– Никто из тех, кто был на той свадьбе, еще не женился и не вышел замуж. Потому что на очереди – ты!

Настя зловеще хохочет.

И на мгновение я слышу в ее голосе интонации той цыганки, которую встретил в Сочи.

Мне становится жутко. Аж холод по загривку и волосы дыбом.

И я вдруг думаю: а, может, ну его нафиг это свидание? Может, надо еще переждать?

Глава 13

Марта

– Может, не надо? – срывается с моих губ.

– Это еще почему? – спрашивает Полинка.

– Ну… зачем мне вся эта нервотрепка? Как будто на работе ее мало!

Я подошла к вопросу подготовки очень ответственно. Достала из дальних закоулков все свое сексуальное белье. Поняла, что у меня его почти нет и быстренько сгоняла в торговый центр, прикупила комплект с поясом и чулками.

Примерила. Испугалась излишней сексуальности. Сняла. Надела. Выбрала платье. Передумала. Надела другое. Накрасилась. Три раза поменяла прическу…

Да я на работе так не устаю!

– Какая еще нервотрепка? – удивляется моя подруга. – На свидания ходят, чтобы получать удовольствие. Тем более, если свидание с продолжением. Ты же так планируешь?

– Я не знаю…

– Не знает она! А справки тебе зачем?

– На всякий случай. Но это же не значит, что я должна…

– Конечно, не значит. Ты никому ничего не должна. Делай только то, что нравится. И чего хочется. А чего не хочется – не делай.

– А что, так можно?

– Так нужно! – смеется Полинка. – И не только на свидании. Вообще, по жизни.

Честно, я уже забыла, когда делала то, что хочу. Всегда что-то надо. Работа, дети, дом. Родители, мамина дача, папин “Прометей”. Я еще в спортзал умудряюсь ходить. И на курсы повышения квалификации ездить. И английский учу, периодически.

Кажется, моя проблема не в том, что я разучилась делать то, что хочу.

Я просто разучилась хотеть чего-то для себя!

Этот наглый, вальяжный, расслабленный Котяра впервые за долгое время разбудил во мне вполне конкретные желания…

Так почему бы их не исполнить?

Я взрослая свободная женщина. Я могу себе позволить… все.

– Просто расслабься и позволь ему себя соблазнить, – советует Полинка.

Мне нравится, как это звучит…

* * *

Я не захотела, чтобы он за мной заезжал. Чем больше между нами дистанция, тем лучше. Он – мой будущий любовник. И все. Никаких “отношений” между нами, естественно, не будет.

Вхожу в ресторан. Меня встречает приветливая девушка-хостесс.

– Вы – царица?

– Что? – в шоке переспрашиваю я.

– Мне вас описали.

– А как он же меня описал? – спрашиваю с любопытством.

– Говорит, умопомрачительная стройная блондинка. Особа благородных кровей: осанка, походка, взгляд – все царственно и аристократично.

– Я правда такая?

– Вы очень красивая, – улыбается хостес.

И провожает меня к столику.

Надо же, Котик сегодня в пиджаке. С футболкой и джинсами, что смотрится особенно стильно и небрежно-элегантно.

Он поднимается. Делает пару шагов мне навстречу.

– Вау… – выдыхает восторженно.

Как же это приятно! Когда на тебя смотрят с таким вот нескрываемым восхищением. И – с наглым похотливым желанием, прикрытым хорошими манерами.

Он целует мою руку. Отодвигает стул. Забирает у меня сумочку.

А у Котика прекрасное воспитание! Не ожидала.

– Шампанского? – предлагает он.

– С удовольствием.

Расслабляющие игривые пузырьки – то, что мне сейчас нужно.

Я очень стараюсь расслабиться самостоятельно, но не справляюсь. Внутри тугой комок пульсирующего напряжения.

Но это не только оно…

Мы пьем шампанское. Он засыпает меня комплиментами. И я не знаю, от чего пьянею больше – от веселящих пузырьков или от его плавящего взгляда.

– Мне нравится, как на тебя действует шампанское, – произносит мой спутник.

– А как оно на меня действует?

– Ты улыбаешься. И становишься чуть менее высокомерной.

– Ах, я высокомерная…

– Как и положено Царице.

Я смеюсь. Он накрывает мою руку своей ладонью. Я вздрагиваю. Легкое покалывание пробегает от кончиков пальцев по руке вверх, заполняя меня всю.

Он поглаживает мое запястье. Меня бросает то в жар, то в холод. А ведь это всего лишь его пальцы на моей руке…

В целом, у нас получается традиционное свидание. В самых лучших классических традициях. Ресторан, живая музыка, шампанское, комплименты…

Я все больше расслабляюсь и отпускаю контроль. Пусть все будет, как будет…

– У тебя нет кольца, – внезапно произносит Кот, сплетающий мои пальцы со своими.

– Ну как нет. Вот колечко.

Красивый изумрудик в платине на левой руке.

– Я про обручальное.

– Ах, это…

Я и забыла, что он видел меня с мужем. И не знает, что в моем паспорте давно стоит штамп о разводе.

– А почему тебя это волнует? – спрашиваю небрежно и легкомысленно.

– Ну, допустим, из мужской солидарности.

– Ну давай тогда не будем.

– Что не будем?

– Не будем делать ничего такого, чего не позволит твоя мужская солидарность.

– Это какая-то подстава… – хмурится он.

– Ты сам начал этот разговор.

Я вижу, что его это напрягает. Мой муж. Странно… Не думала, что у гулящего мартовского Кошака есть какие-то принципы.

Кажется, в нем сейчас происходит внутренняя борьба между мужской солидарностью и похотью. Интересно, что победит? Если первое, мне будет немного обидно.

Но наблюдать за его мучениями забавно. Прекрасное развлечение!

– Потанцуем?

– Давай.

Сто лет не танцевала. Тем более, медленные танцы. Да еще с таким горячим парнем. И – после шампанского.

Его ладонь уверенно ложится на мою талию. Он притягивает меня к себе и, красиво покачиваясь, вписывается в ритм танца.

Я касаюсь его грудью. Его рука сползает с моей талии на бедро.

Боже… как тут жарко!

– Твои бедра – произведение искусства, – шепчет он мне на ушко.

Какой изысканный комплимент… Котик сегодня удивляет меня хорошими манерами.

– Я пиздец как хочу раздвинуть их и засадить в тебя…

Я шокировано замираю, прекращая танцевать.

– Я что, это вслух сказал?

– Да.

– Капец… Поехали ко мне.

– А как же мужская солидарность?

– За тебя я готов гореть в аду.

Глава 14

Богдан

Муж – это даже хорошо.

Замужняя женщина не может выйти за меня замуж. Так что все эти дурацкие пророчества идут на хер.

Именно эта мысль успокоила меня после того как Настя нагнала жути.

Я не собираюсь жениться. Брачные оковы – это не для меня. Я свободный Котяра!

И Царица моей свободе не угрожает.

Она просто хочет наставить рога своему холеному мужу. И я с очень большим удовольствием ей в этом помогу.

* * *

– Поехали ко мне, – говорю я.

И добавляю убойную фразочку про ад.

Она кивает и опускает глаза.

Уф…

Все это время я боялся, что она в последний момент соскочит.

У женщин такое бывает. Некоторым из них вообще не нужен секс. Они просто хотят всей этой тухлой романтики, ухаживаний, комплиментов. Ресторанов, цветов и танцев. Желательно, с бубнами. В идеале – чтобы вокруг танцевал целый хоровод оленей.

Они хотят красивую прелюдию. А продолжение – не хотят.

По-моему, это максимально тупо. Это как долго и тщательно выпекать торт, украшать его кремом и розочками, а потом выбросить, даже не попробовав.

Бессмысленная трата ресурсов – вот что такое романтика без продолжения. Я такое осуждаю.

Но Марта не такая.

Мы с ней вместе сожрем этот тортик. Розочки оближем и размажем, крем на лицо…

Помогаю ей надеть пальто. Руки дрожат. Кажется, у нас обоих.

Она не с первого раза попадает в рукав.

Я не выдерживаю и, наклонившись, провожу языком по ее шейке.

Она вздрагивает. Я вжимаю ее спиной в себя. Хвост втыкается в упругую попку. Дурацкое пальто…

Моя рука шарит под ним и оказывается на ее груди. Идеальная двойка, специально созданная под размер моей ладони.

– Где твои хорошие манеры? – строго произносит Царица.

Бля… Почему это меня так заводит? Эта ее строгость, надменность и неприступность.

Прижать бы ее к стеночке. Задрать платье, закинуть ее ноги себе на талию и смотреть, как она кусает губы…

Хочу ее дико. Прямо сейчас.

До дома ехать минут сорок. Целая вечность!

Мы в такси. Я вызвал премиум, с максимальным расстоянием до водителя и возможностью уединиться.

Я уже задрал ее платье. Вижу кружевной край чулок.

Охренеть…

Кровь в венах вскипает.

В голове внезапная мысль: она для мужа тоже чулочки надевает? Или это исключительно для меня?

Похуй. Ее муж – это последнее, о чем я хочу сейчас думать.

Она пытается целомудренно опустить платье и лепечет:

– Что ты делаешь?

– То есть, непонятно?

– Боже… – выдыхает она. – Ну не здесь же!

– Не здесь мы займемся более серьезными вещами. А здесь мы просто немного пошалим…

Нащупываю резинку чулок. Продвигаюсь выше. Пиздец… Кожа шелковистая. Горячая. И – становится еще горячее под моими пальцами.

Я нежно, касаясь лишь кончиками, скольжу вверх. Медленно, но неумолимо приближаясь к центру вселенной.

Второй рукой беру ее за подбородок и притягиваю к себе для поцелуя. Ее поплывшие глаза сначала распахиваются, а потом закрываются.

Я сжимаю ее затылок, вдавливая в себя и не давая окончательно улететь.

Девочка в нирване….

Синхронно целую в сочные сладкие губы и нежно забираюсь под кружево трусиков.

Поцелуй – огонь, пожар, страсть и похоть.

Под трусиками, там, где все нежно и чувствительно – максимальная аккуратность.

Я знаю, что у девчонок от такого сносит крышу.

А мне это без проблем. Я амбидекстр. У меня одинаково хорошо работают оба полушария мозга. Я могу одной рукой делать одно, а второй – совсем другое. В другом темпе, с другой амплитудой.

– Ах! А-а-а… – горячо стонет Царица мне в ухо. – Не надо. Пожалуйста…

– Тебе же нравится.

– Я сейчас… я уже почти…

Охренеть. Она уже кончает.

Кто я такой, чтобы мешать этому волшебству?

– Не надо. Пожалуйста. Я не хочу здесь. Я не хочу так…

У Царицы есть принципы. И правила. Они, оказывается, не позволяют ей кончать в такси. Даже премиум класса.

Но мне плевать.

Я – повелитель ее оргазма. Я решаю, где, когда и сколько раз…

Я сам на диком взводе. Хвост в штанах завязался твердым тугим узлом. Капец как давит!

Как же хочется, наконец, выпустить его на свободу. И дать ей… Эти губы скоро будут на моем члене. Если доживу.

Где-то на периферии сознания снова возникает мысль о ее муже. О том, что он тоже давал…

У меня огненная изжога от этих мыслей.

Мужская солидарность? Нихрена подобного.

Я его убить готов. Утопить, как Муму.

Если только он не импотент. Если у него на полшестого – пусть живет.

Я немного увеличиваю интенсивность движений правой руки.

И через пару секунд моя невероятно чувствительная Царица начинает биться в оргазме.

– А-а-а! – оглушительно раздается прямо в мое ухо.

Похрен. Ради такого можно и оглохнуть.

Она обмякает в моих руках. Роняет голову на плечо. Глаза закрыты. Губы распахнуты.

Я обнимаю ее, она дрожит и что-то тихонько бормочет. Я пытаюсь прислушаться, но разбираю только: “бесподобно”.

Да, детка! Я такой. И это мы еще даже не начали по-настоящему.

Такси останавливается.

– Приехали, – говорю я.

Царица открывает ошалевшие глаза. Смотрит на меня. И внезапно выдает:

– Я поеду домой.

– Что?!

– Мне достаточно. Для начала…

Глава 15

Марта

– Что, даже чаю не попьешь?

– Чаю…

Облизываю пересохшие губы. Чувствую, как горло сводит от сухости. Очень хочется пить. И спать.

Бедра до сих пор дрожат. В животе остатки сладких спазмов. Все тело – как кисель. Я безвольная растекшаяся амеба.

Я больше ничего не хочу. Мне хватит до следующего месяца!

– Ты прикалываешься? До какого еще месяца?

Я что, вслух это сказала?

Это было… Боже!

Я так сопротивлялась, так старалась не поддаться его нежным умелым пальцам и жадным губам…

Это невозможно! Сопротивление было обречено с самого начала.

Он как будто знает все мои чувствительные точки и тайные кнопки, о которых я сама даже не подозревала.

Он подбирался к ним осторожно и медленно, дразня, отступая, снова приближаясь. Доводя меня до обморочного исступления.

Я оглохла и ослепла, я вообще исчезла. Осталась только оглушительная горячая пульсация… Скольжение пальцев… по влажной, раскаленной…

Еще… И еще…

Оглушительная тишина. Темнота и пустота. Как перед взрывом.

Еще одно движение, и… Резко вспыхнули все лампочки, взорвались фейерверки, полыхнуло пожаром, громом и молниями.

И вот я размазана по сиденью такси…

– Уважаемые пассажиры, у меня следующий заказ. Освободите машину, пожалуйста.

Это водитель.

– А вы не отвезете меня…

– К сожалению, не получится. Я уже принял заказ. Клиенты ждут.

– Пойдем, – Кот вытаскивает меня из машины. – Чаю попьем.

– Я…

Сама не знаю, что конкретно хочу сказать. Просто… можно я прилягу где-нибудь. А ты накроешь меня одеялком.

– Обязательно накрою.

Я что, опять это вслух сказала? Боже…

Мы в его квартире. Он усаживает меня на диван, обкладывает подушками и накрывает пледом.

– Ты что, никогда раньше не кончала? – в его голосе звучит нахальное самодовольство.

– Пф-ф-ф!

Я пытаюсь произнести это презрительно. Но получается жалко. Вот меня размазало…

Может, и кончала. Давно. Редко. Вообще не так!

Со времен развода, который произошел почти три года назад, у меня не было мужчины. И вибратора у меня нет. И с душем я не развлекаюсь.

Мне не до этого! Я либо очень сильно занята, либо устала и сплю.

Ну, может, иногда, перед сном, когда по телу вдруг начинают бродить эротические вибрации… Очень-очень редко! Я снимаю напряжение. Сама.

Но моим пальцам очень далеко до нежных, умелых, нереально чувственных…

– Твой чай.

Он ставит на журнальный столик большую дымящуюся кружку. Я беру ее…

– М-м-м! Горячо.

– Обожглась? Дай подую.

Он забирает у меня кружку, садится рядом, его губы приближаются к моим…

Опять?

Он еще даже не коснулся моих губ, а по коже уже поползли пушистые мурашки, которые становятся все горячее, разгоняются все быстрее…

Опять начинается. Я не могу… А он все равно меня целует.

И я даже не успеваю понять, как и когда он расстегнул мое платье. Оно сползает с плеч, демонстрируя кружевной черный лифчик.

– Подожди! Я пить хочу.

– Пей. Чай уже остыл.

Я пью. Он смотрит.

Никогда в жизни ни один мужчина не смотрел на меня таким голодным жаждущим взглядом!

На мне дымится расстегнутое, но еще не снятое платье.

Мои затвердевшие соски горят и ноют. В трусиках настоящий потоп. Вторая волна…

Я допиваю чай и ставлю кружку. Он встает и… просто поднимает меня, забрасывая к себе на плечо.

– Куда? – лепечу я.

Ощущая жадную горячую лапу на своей голой попе. Платье задралось…

– В берлогу. Трахать.

Он опускает меня на кровать, расстегивает свои джинсы, остается в боксерах, красноречиво вздыбившихся внушительным бугром.

Его футболка летит в сторону, пиджака на нем нет уже давно. Он почти голый, а я… мокрая настолько, что трусики хоть выжимай.

– Раздевайся, – хрипло командует он, внезапно избавляясь от последнего предмета одежды.

И натягивая презерватив.

– Ва-а-ау…

Вот это размер…

Мой рот сам собой распахивается, платье слетает, трусики тоже. На мне чулки и лифчик, а во мне уже почти…

Он сверху. Мои бедра раздвинуты. Я мокрая и скользкая.

Я снова пульсирую и сжимаюсь в сладких спазмах, хотя он еще не вошел… Но уже почти…

– А-а-ах!

Он резко заполняет меня, кажется, до самого горла. Я задыхаюсь, впиваюсь ногтями в его спину, кусаю его шею, прижимаюсь к нему, обхватив коленями мощный торс.

В глазах звезды.

В ушах белый шум и его голос.

– Какая ты узкая… Горячая… Сладкая… Моя девочка!

Да… твоя… твоя…

С моих губ срываются хриплые короткие стоны.

Он входит в меня глубоко и быстро… Еще быстрее, еще глубже…

Тишина… Темнота… Я отключаюсь…

Еще быстрее? Не-е-ет…

– А-а-а! А-а-а! – резкий крик в оглушительный тишине.

Это я кричу.

Это я умираю от накрывающих меня с головой, невыносимо сладких, острых и горячих волн…

Я сама – волна.

Я – кисель.

Я растекаюсь по кровати, чувствуя, как он обнимает меня, что-то шепчет на ухо, целует.

А я… то ли засыпаю, то ли теряю сознание…

Глава 16

Богдан

Просыпаюсь от того, что затекла рука. Потому что на ней всю ночь лежала голова моей Царицы…

Аккуратно высвобождаю онемевшую конечность. Сонная красотка переворачивается на живот, попкой кверху. Одеяло наполовину сползает, а я, не удержавшись, стаскиваю его полностью.

Вау! Какие у нас тут крутые трамплины!

Изгиб поясницы шикарен, аккуратная круглая попочка – вообще отвал башки. Р-р-р! Хочу откусить кусочек. Ну а бедра… я уже пел им серенады и готов бесконечно повторять на бис.

Мля. Вчера все пошло как-то не так…

Не то чтобы я прям облажался, но я собой недоволен. Все было слишком быстро и просто. В миссионерской позе.

Не получилось особо впечатлить и поразить Царицу.

Хотя при этом она кончала так, как будто ее сто лет никто не трахал… Чувствительная девочка. Шикарная!

А он точно импотент. Ее муж.

Мля. Опять он торчит в моей голове, как ржавый гвоздь!

Кольца нет, муж есть. И это для меня хорошо…

Вчера я, конечно, чуть жестко не обломался. А ведь она говорила: не надо в такси. Повелитель оргазмов, мля… Уже думал, что она уедет домой, а я снова буду близко дружить с правой рукой.

Но она немного повыделывалась и стала послушной. Так с ними и надо, с высокомерными царицами. На плечо, в пещеру и – трахать.

Мало! Я ее даже не распробовал…

И сейчас нежно, но возбуждающе, очерчиваю ее охеренные изгибы.

– М-м-м! – сонно и недовольно мычит она.

Я прохожусь кончиками пальцев по бедрам, проникаю между ними, раздвигаю…

– М-м-м! – еще более возмущенный писк.

Скидывает мою руку. Глаза не открывает.

– Хочу…

– Я тоже, детка! – наклоняюсь и целую нежную шейку возле ушка.

– Кофе… – слетает с ее губ.

Будет тебе кофе. И какао с чаем. Можно и ванну с шампанским. Но все – потом.

А сейчас…

Мои пальцы медленно, но неотвратимо пробираются в центр вселенной. Вчера она не смогла сопротивляться. А сегодня – сжимает бедра, поворачивается на бок, да еще и отпихивает меня коленкой.

– Кофе!

Ладно, ладно.

Понял, не дурак. Я тоже обычно, пока кофе не выпью – не человек, а дикий и злой камышовый кот.

Выползаю из-под одеяла. Иду на кухню. На пару со своим железным стояком.

Вдвоем идем, ага.

А в моей кровати лежит голенькая, сладкая, теплая девочка… И – не дает!

Варю кофе.

Подумав, достаю сковороду и яйца. Так, что тут у нас в холодильнике? Помидорки черри. Немного зелени. Сыр. Можно замутить омлет.

Я дома обычно только завтракаю, но делать это люблю со вкусом.

Царицу надо накормить. Я тоже с утра всегда злой, пока не поем и не накачаюсь кофеином.

– Ваше величество!

Провожу рядом с ее лицом чашкой с кофе. Аромат заполняет спальню.

Ее ноздри подрагивают. Глаза распахиваются.

– Кофе!

Она садится на кровати, прикрывшись одеялом.

– В душ пойдешь? – спрашиваю я.

Поставив кружку на тумбочку,

Она косится на мой член.

– А ты… оденешься?

– Нафига? Потом опять раздеваться.

– Потом?

– После завтрака. Я там омлет приготовил.

– Ты?

Ее глаза становятся еще больше.

– Все для тебя.

– Я сейчас… В душ. Зубы почистить бы…

– Я тебе дам щетку. У меня есть новая.

Да, я ко всему готов.

– Это даже лучше, чем секс, – произносит Царица, пробуя мой омлет и делая первый, самый блаженный, глоток кофе.

– А вот сейчас было обидно.

Она улыбается.

– Ты был бесподобен. Я очень… Я никогда…

Смущенно опускает глаза в кружку.

А у меня расправляются плечи, задирается нос и губы расплываются в самодовольной улыбке.

– Ты про вчера? – небрежно спрашиваю я.

– Да… – мечтательно выдыхает она.

И я вижу, что в ее глазах мелькают картинки-воспоминания.

– Мы еще даже не начали по-настоящему.

– Что?

– Пару раз в миссионерской – просто разминка. Я хотел продолжить, но ты так крепко спала…

– Давно так не высыпалась, – кивает она. – У тебя очень удобная кровать. И ты варишь хороший кофе.

Она делает еще один глоток и блаженно закатывает глаза.

– И омлет у тебя вкусный.

Что-то мне не нравится вектор ее похвал. Сейчас еще скажет, что у меня уютно и чисто.

Я хочу совсем других комплиментов! Хочу их заслужить. Но не выдерживаю, выдаю:

– А еще я трахаюсь, как бог.

Она улыбается и внезапно спрашивает:

– Как тебя зовут, кстати?

Глава 17

Марта

Он голый!

Просто небрежно повязал на пояс фартук, и все. Так и ходит по кухне, сверкая твердыми, как орех, ягодицами, и размахивая огромным, напряженным, увитым венами…

Да, он под фартуком. Но я успела разглядеть его во всех подробностях и…

Я не знаю, куда девать глаза! И поэтому делаю лицо кирпичом.

Честно – я смущена. Несмотря на все, что между нами было ночью.

А когда я смущаюсь, или боюсь, или чувствую себя неуверенно – я становлюсь очень высокомерной. Мне Полинка много раз об этом говорила. Мол, включила заносчивую суку – значит, в душе трясешься, как зайчишка.

Ну, примерно так…

Он нагло рекламирует себя, заявляя, что трахается, как бог. Я с этим более чем согласна. Но поощрять его самодовольство не планирую.

Зато я вдруг вспоминаю, что до сих пор не знаю…

– Как тебя зовут?

– Богдан.

– Очень приятно, Богдан.

Он протягивает мне руку. Ладно хоть, руку…

– А ты Марта.

– Да.

– Настоящее имя?

Я киваю.

– Родилась в марте.

– Правда? Какого числа?

– Тридцатого.

И лет мне будет тоже тридцать. А ему, наверное, двадцать пять. Молодой, горячий, наглый и бесконечно харизматичный..

Зачем я сказала ему, когда у меня день рождения? Между нами только секс! И никаких поздравлений я не жду. И не хочу.

Тем более, на этот дурацкий юбилей…

Мне пишет мама. Все хорошо, проснулись, завтракают, просятся гулять. Мама переживает, что во дворе грязно. Снег тает, каша, слякоть.

Я разрешаю немного прогуляться в резиновых сапожках с шерстяными носками. Комбезы придется стирать, ну и ладно. Зима заканчивается. Пора убирать теплую одежду. Прошлогодние курточки им, наверное, уже малы…

Передо мной сидит голый мужчина, а я думаю о детских курточках!

Что ж, такова мамская жизнь. Я и так на весь вечер и всю ночь выбросила из головы мамские заботы. Впервые за очень-очень долгое время. И это было прекрасно!

Богдану тоже кто-то пишет.

– Старый хрыч! – ворчит он.

Ловит мой вопросительный взгляд.

– Некоторые люди отрицают перемены и готовы терять деньги из-за своего упрямства…

Он убирает телефон.

Я оставляю чашку и поднимаюсь.

Он вскакивает следом. Прижимает меня к столу. Захватывает в плен своих рук и упирается своим…. фартуком.

Вообще, я собираюсь прямо сейчас уйти. Мне всего более чем достаточно. Но у него другие планы…

Подхватывает меня под попу и сажает на стол. Ведет рукой по бедру, задирая платье.

Боже… Нет.

Я невольно откидываюсь назад и попадаю рукой в тарелку.

– Тут грязная посуда.

– Пофиг! – шепчет он мне в губы.

Его горячее дыхание опаляет мою кожу, его руки скользят по моим бедрам, его глаза откровенно пожирают меня…

– Богдан! – очень строго произношу я.

– Что, моя сладкая девочка? – шепчет он, покрывая поцелуями мою шею.

И я едва не поддаюсь, но…

– Сначала вымой посуду.

Примерно таким тоном я разговариваю с Ваней, когда он не хочет убирать игрушки. И смотрю на него примерно таким же суровым неумолимым взглядом.

“Сначала убери игрушки, потом я включу мультики”.

– Да, моя госпожа, – отзывается Котяра.

На него это тоже действует!

Он усмехается, но все же перекладывает посуду в раковину и включает воду.

А я вызываю такси в приложении, возвращаюсь в спальню, собираю разбросанные чулки и подвязки. Потом быстренько в прихожую, надеваю пальто, ботильоны – и выскальзываю за дверь.

От сквозняка она громко хлопает.

Упс…

Я жму на кнопку лифта. Он открывается одновременно с дверью квартиры Богдана.

– Эй, ты куда? – раздается разочарованный вопль.

Я захожу в лифт. Поворачиваюсь к нему лицом.

Он стоит на пороге. Все еще в фартуке на голое тело.

У меня перехватывает дыхание. Он прекрасен, как Аполлон!

– Я тебе позвоню, – говорю я.

И тут этот безбашенный Кошак… запрыгивает в лифт!

Голый! В тапках! Со стоящим членом, задравшим фартук!

Двери закрываются. Лифт начинает движение.

Я стою с открытым ртом и не могу вымолвить ни слова…

– Сбежать от меня решила?

Я лишь хлопаю ресницами.

– Мы еще не закончили.

Он впивается в мои губы, проталкивает язык в рот, от неожиданности я даже не сопротивляюсь, наоборот…

Мы целуемся, как безумные. Сердце стучит отбойным молотком, голова кружится, трусики хоть выжимай. Снова…

Лифт останавливается.

– Господи боже мой! – раздается женский возглас.

Представляю открывшуюся картину… Нет, ну задница у него на сто баллов!

Я просто прячусь за Котом.

Как стыдно-то!

Он жмет кнопку. Мы едем вверх. Я что, возвращаюсь?

Нет! Я просто спущусь по лестнице….

Глава 18

Марта

Мы выскакиваем из лифта. Вернее, я выскакиваю, как ошпаренная. А Кот степенно выходит, помахивая хвостом.

Все эти события даже не уронили его стояк! Вот это у человека выдержка и самообладание. Он, наверное, может на площади посреди толпы заняться сексом, и его ничто не смутит.

Я не такая.

Я собираюсь спуститься вниз по лестнице и уехать домой. С меня хватит экстрима.

Но он крепко держит меня за руку. И – нажимает ручку двери.

– Бля! Дверь захлопнулась.

– А ключи…

– Внутри.

Прекрасно! Ну что я могу сказать: сам виноват. Нечего было сигать в лифт в фартуке на голое тело. Без карманов.

У меня звякает телефон. Такси подъехало.

– Я, пожалуй, пойду.

– Иди, – кисло кивает Кот.

– Что будешь делать?

– Что-нибудь придумаю.

Я спускаюсь по лестнице.

А он стоит на лестничной клетке, голый, в чисто символическом фартуке. Там холодно, между прочим. На улице ноль. В подъезде, конечно, теплее, но не намного.

У него же даже телефона нет…

Нет, я так не могу!

Возвращаюсь. Застаю его у соседской двери. Ему никто не открыл. И второй сосед тоже.

И что-то под фартуком все стало как-то грустно. Хвостик съежился от холода. Бедный Котик…

Он оборачивается. Расплывается в улыбке. И… я наблюдаю, как фартук снова пытается принять горизонтальное положение. Несмотря на холод и драматичные обстоятельства!

Мне очень льстит такая реакция на меня…

– Запасные ключи где-нибудь есть?

– У родителей.

– А родители…

– До них примерно полчаса. На машине. Пешком голышом чуть дольше будет.

Он ухмыляется.

А я представляю, как он вышагивает по улице в этом своем фартуке, с голой мускулистой задницей… И не могу удержаться от смеха.

Да его быстро кто-нибудь подберет! Такого шикарного Котика многие захотят подобрать и обогреть.

Протягиваю ему телефон.

– Позвони.

Он чешет затылок.

– Мамин номер, вроде, помню…

Набирает. Неуверенно. Звонит. После длинных гудков раздается мужской голос.

– Не она.

Еще попытка. Снова не попал.

– Разве там не четверка? Блин. Надо учить номера наизусть!

Надо. Я лично помню номера своих родителей. И всем советую помнить.

– Поехали к тебе, – произносит Кот.

А я замечаю, что у него уже шерсть на теле встала дыбом от холода.

– У меня нет твоего ключа.

– Зато у тебя есть кровать и…

Он хмурится. Как будто вспомнил что-то неприятное. И я тоже вспомнила. Он же думает, что я замужем!

– Вызови мне такси, – просит Кот.

– Кто тебя такого возьмет?

Снимаю пальто. Оно у меня оверсайз, на мне сидит свободно даже с теплым свитером.

– Надевай.

– Не. Ты замерзнешь.

– В такси тепло.

– Уезжаешь? – в его голосе звучит разочарование.

– Поехали к твоим родителям. Возьмешь ключи, и обратно.

Он надевает мое пальто. Выглядит клоунски комично. Руки торчат из слишком коротких рукавов, на груди не сходится, из-под полы выглядывают волосатые мужские ноги в тапках.

– Как видок? – интересуется он.

– Лучше, чем голышом.

Мы спускаемся в лифте. Он еще и целоваться лезет! Вот озабоченный Котяра.

– Пьяных не беру! – выдает водитель, как только мы садимся в такси.

– Я трезвый. Могу дыхнуть.

Кошак дышит водителю в лицо.

– А чего такой…

– Просто на стиле.

Вот не может он удержаться! Высадят же сейчас.

Но нет. Водитель не только не высаживает нас, но и соглашается сменить адрес. После того, как я отменяю заказ и плачу ему наличными в двойном размере.

Пока мы едем, неугомонный Кот пытается гладить мои голые ноги и шептать на ухо всякие непристойности.

– И зачем только я во все это ввязалась! – бурчу сердито, отталкивая его лапы.

– Потому что я капец какой обаятельный. И трахаюсь, как бог.

Я закатываю глаза.

Такси заезжает в коттеджный поселок и останавливается у двухэтажного каменного дома с красивым забором.

Кот выбирается из машины и подает руку мне. Я отталкиваю ее.

– Я подожду тебя здесь. И давай быстрее!

– Выходи. Чаю попьем.

Ну нет.

В принципе, я свою миссию выполнила. Он у родительского дома. Даже если их нет, найдет способ проникнуть внутрь.

А я, пожалуй, поеду.

Только собираюсь сказать это водителю, как калитка распахивается. И я вижу приятную женщину, по возрасту и по внешности похожую на его маму.

– Богдан!

– Привет, мам.

– Ты…

Она разглядывает его потрясающий наряд. Сильно удивленной не выглядит, кстати. И обращается ко мне.

– Здравствуйте.

– Добрый день… – лепечу я.

Боже, это его мама! Я не собиралась с ней знакомиться. Я даже близко ничего такого не планировала.

– Что же ты не приглашаешь девушку в дом?

– Я приглашаю.

– Пойдемте, я как раз домашний тортик испекла, – радушно приглашает она. – Как знала! Что-то вчера вечером у меня появилось такое предчувствие, что нам понадобится тортик.

Я сама не понимаю, как выхожу из такси. Богдан отправляет водителя. Мы входим в калитку.

Зачем мне все это? Знакомство с родителями – это вообще не то, что я планировала!

Боже. На крыльцо выходит мужчина – просто вылитый Кот! Только лет на двадцать пять старше. Более внушительный, седой, в плечах пошире и ростом чуть ниже. Но так похож!

Особенно взгляд. И усмешка – при взгляде на сына

– О, Богдан, привет! – раздается женский голос. – Ты с дамой! Обалдеть.

В дверях появляется девушка. Наверное, его сестра.

А он голый! В моем пальто.

А я в платье без колготок. И все совершенно очевидно…

Я чувствую, что у меня пунцовые щеки. А уши просто пылают. Я не знаю, куда девать глаза…

Может, просто развернуться и убежать? – мелькает шальная мысль.

Глава 19

Марта

– Знакомьтесь, это Марта.

– Какое красивое имя! – восклицает его мама. – И вы очень красивая. Проходите скорее в дом! На улице холодно.

– Это мама с папой, это Настя, – знакомит нас Богдан.

– Константин Кириллович, – протягивает мне руку его отец.

– А я Вероника Андреевна, – его мама обнимает меня за плечи.

– Офигенный лук, – комментирует Настя, разглядывая мое пальто на своем брате.

– Модно, стильно, молодежно, – скалится он.

– Только не надо его снимать. Мне кажется, что под ним…

– Тебе не кажется, – отвечает Кот.

Мы входим в дом и он поднимается по лестнице на второй этаж. Наверное, за одеждой. И за ключом.

Когда уже можно будет уйти? Я на все это не подписывалась!

– Марта, а вы проходите, пожалуйста на кухню. Только тапочки наденьте, а то ноги замерзнут.

Да, я без колготок. У меня в сумочке чулки. Порванные вчера нетерпеливыми кошачьими лапами.

Как же я хочу сбежать!

Кот вон сбежал. Оставил меня одну со своими родственниками.

– Можно я руки помою?

– Конечно! Ванная справа по коридору.

Я закрываюсь в ванной. Смотрю в зеркало на свое лицо. Выгляжу ли я испуганной? Или опять на автомате включила высокомерную суку?

Хоть бы, хоть бы.

Очень не хочется быть жалкой.

Я отсюда не выйду! Пока он не оденется, не заберет ключ и не вызовет такси.

– Царица, открой!

Уже ломится в дверь. Я приоткрываю узкую щелочку, просто, чтобы спросить. Но он умудряется протиснуться внутрь. Не зря говорят: коты – это жидкость!

– Что ты устроил! – шиплю на него.

Кстати, он уже одет. В спортивные штаны, футболку и олимпийку.

– Что?

– Мы о таком не договаривались!

– А о чем мы договаривались?

– Что ты возьмешь ключ и мы вернемся.

– Я тоже хочу обратно в кроватку. С тобой.

Опять прижал меня к стеночке. Неужели он думает, что я буду здесь, в доме его родителей… Совсем охамел!

Отталкиваю его с такой силой, что он едва не ударяется головой о вешалки для полотенец.

– Зачем мы здесь?

– Я не планировал. Так вышло.

– Ты мог это остановить в самом начале!

– Ты плохо знаешь мою маму. Если она испекла для тебя тортик, ты от нее не уйдешь. Поэтому просто смирись, расслабься и получай удовольствие.

И он кладет свои наглые лапы на мою грудь! И мои соски, которые, кажется, отныне подчиняются не мне, радостно твердеют ему навстречу.

Я на секунду теряюсь и он успевает завладеть моими губами. Какая возмутительная беспардонность! И какая приятная…

Но ему мало поцелуя! Он лапает мою попу и лезет под платье.

– Прекрати! Они все поймут!

– А так-то они не догадались, что мы с тобой не ромашки вместе нюхаем…

– Пойдем отсюда!

– Пойдем. Чайник уже кипит.

Мы на кухне. Сидим за столом, мы с Богданом рядом. Его родители – напротив, сестра сбоку. Как будто какие-то смотрины.

Боже, как я вообще вляпалась в такое?

– Ну, рассказывай, – обращается к Богдану отец.

– Что?

– Как докатился до такой жизни.

– Дверь захлопнулась.

– И ты оказался снаружи без трусов.

– Так вышло.

Константин Кириллович поворачивается ко мне:

– Сбежала?

Я киваю. А что мне остается?

– Обидел?

– Да нет…

– Царицу просто так не обидишь. У нее есть скалка.

Вот ябедник! Бросаю на него разъяренный взгляд.

– Однажды она меня уже отлупила, – не унимается Кот.

– Скалкой? – хором восклицают родители Богдана.

Переглядываются и – хохочут.

– Наш человек!

А я изо всех сил пинаю Кота под столом.

– Оу! – взвизгивает он. – Больно!

– Что такое? – спрашивает Настя.

– Ничего.

– Похоже, у вас очень гармоничные садо-мазо отношения…

Боже… Можно я уже поеду домой?

– Богдаша еще ни одну девушку к нам не приводил, – задумчиво произносит Настя, ковыряя вилкой торт.

Необыкновенно вкусный, кстати.

– Я вообще случайно тут оказалась.

– И это счастливый случай! – подхватывает мама Богдана.

– Надо поменять замок, – ворчит он.

– Вы вообще не похожи на девушку Богдана, – внезапно выдает Настя.

Ну наконец-то здравая мысль! Конечно, не похожа. Я не его девушка!

– Настя имела в виду, что до вас у него были какие-то… вертихвостки, – произносит Вероника Андреевна. – А вы не такая.

Ага. Я вообще не такая!

– А можно на “ты”? – спрашивает Настя.

– Конечно!

– Ты понравилась маме. Я в шоке. Это впервые в истории.

А я думаю: интересно, что будет, если я скажу, что у меня двое детей?

Наверное, мама Богдана сразу перестанет подкладывать мне тортик. Вряд ли ей понравится, что ее сын привел в дом разведенку с детьми…

Глава 20

Богдан

– Торт – просто чудо, – произносит Царица.

– Ой, что вы. Я его на скорую руку вчера приготовила. Из того, что было в холодильнике, – скромничает мама.

А сама, наверное, часа три над ним убивалась. Хобби у нее такое. А папино хобби – восхищаться всем, что она делает.

– У меня редко получается такое рассыпчатое песочное тесто.

– Нужно брать ледяное сливочное масло. И замешивать очень быстро, чтобы оно не успело нагреться.

– Я замешивала в кухонном комбайне, чтобы не нагревать его руками, – кивает Марта.

Моя ты хозяюшка! Оказывается, она умеет готовить не только странную фигню с сосисками.

– Комбайн – это не то. В тесто нужно вкладывать душу, – поучает мама.

Что за бред!

– Согласна, – кивает Марта. – Я просто редко практикуюсь.

– А я вообще не люблю готовить, – влезает Настюха.

– А я люблю. Но времени катастрофически не хватает.

– Много работы?

– Да…

– А кем ты работаешь? – интересуется моя дотошная сестренка.

– Я врач-косметолог. У меня свой косметологический кабинет.

Ну вот я и узнал, чем занимается Царица. Косметолог… Я думал, она как минимум прокурорша.

Хотя, врач… Да!

В белом халатике на голое тело, в чулочках и белых подвязках…

Но только без шприца, пожалуйста! Я до смерти боюсь уколов.

– Ой, как классно! – радуется моя сестра. – А можно я к тебе приду? По-моему, мне пора вколоть ботокс.

Марта внимательно вглядывается в ее лицо.

– Я так не думаю.

– У меня вот тут морщина.

– Это естественная мимическая складка. Она тебя совсем не портит. Если поставить туда ботокс, лицо будет как маска. Тебе до ботокса еще лет десять.

– Вот и я то же самое говорю! – горячо поддерживает мама.

Которая явно симпатизирует Марте.

Ну да, Царица выглядит как приличная, умная, адекватная женщина. Даже без колготок. Даже рядом с неадекватным мной.

Какие у нее прохладные коленки… Замерзла? Надо срочно согреть!

Она ерзает на стуле, бросает на меня многозначительные взгляды и нетерпеливо поглядывает в свой телефон. Ей кто-то пишет.

Муж? Внезапно заметил, что жена не ночевала дома?

Утащить ее обратно к себе в берлогу, закрыть дверь и сломать замок. Вот чего я сейчас хочу больше всего на свете.

Ее трахнуть.

Его утопить, как Муму.

Пишет он ей…

Нахрен этого оленя.

Я ее сегодня так оттрахаю, что она забудет всех оленей, которые когда-либо были в ее жизни.

– Мне правда пора.

Марта поднимается.

– Очень жаль…

– Большое спасибо за тортик. Давно не ела такого вкусного.

Мы идем в прихожую.

– А ты ничего сказать не хочешь? – тычет меня в спину отец.

Я в душе не гребу, о чем он.

– Я больше не буду?

– Что не будешь? – смеется Настя.

– А что я должен сказать?

– Спасибо матери за торт.

– Спасибо, мамуль! – Целую ее в щечку. – Твой тортик самый ахуе… вкусный на свете. А варенье из вишни вообще заебательское.

– Не матерись!

– Не буду.

– И соблюдай субординацию, – подсказывает отец.

– Что опять не так?

– Хвали тортик своей девушки.

– Она меня еще тортиком не кормила.

– А это пофиг. Главное, к скалке тебя уже приобщили.

– Я же говорила: ты же-е-енишься, – нашептывает мне в ухо Настя.

– Иди нафиг, – бурчу в ответ.

Она не знает всех обстоятельств. И не надо оно ей.

– Было очень приятно со всеми вами познакомиться, – произносит Царица, пока я подаю ей пальто.

– А нам-то как приятно…

– Обязательно приезжайте еще.

– На тебе пальто сидит гораздо лучше, – не может не вставить моя сеструха. – Классный фасон.

– Обязательно приедем, – киваю я родителям.

На самом деле, вряд ли.

Я вообще не планировал это знакомство. Но зато на некоторое время мама от меня отстанет с предъявами, что я тусуюсь с какими-то шлендрами. Марта-то приличная женщина.

А то, что замужем – так это пофиг…

– Ключ взял? – спрашивает Царица уже у калитки.

Хлопаю себя по лбу.

– Вылитый отец! – ворчит на меня мама. – Тоже такой. Пойдет в магазин за хлебом, придет с тремя пакетами всякой всячины, но без хлеба. Забыл!

– Ну у меня же есть ты, – отмазывается пахан. – Всегда позвонишь и напомнишь. Что бы я без тебя делал?

Он чмокает ее в щечку. Старперская романтика…

Лично я в такси жестко врываюсь в губы Царицы. Игнорирую сопротивление, хамски засовываю язык ей в рот. Показываю, кто тут альфа. И – засасываю ее нежную шейку. Да, будет отметина.

Я так хочу!

Хочу пометить ее. Пусть придет домой с засосом.

Такси внезапно останавливается. Оказывается, мы уже у моего дома.

– Выходи, – командует Царица. – Ты приехал.

– А ты?

– Я домой.

– Но…

Она прямо-таки выпихивает меня из машины! Чуть ли не пинком под зад, как нашкодившего кота.

И – сразу уезжает. К мужу, сто пудов.

С моим засосом на шее.

Глава 21

Богдан

– Говорят, ты жениться собрался.

Я так охреневаю, что даже ответить не могу. Стою, разинув рот, как какой-нибудь толстолобик, выброшенный из воды на сушу.

– На свадьбу-то позовешь?

– Зачем нас звать? Мы сами придем.

Мои друзья изгаляются по полной.

– А будет свадьба?

– Конечно! Он же букет поймал.

– Так он замуж должен выйти за сумоистку. А он жениться собрался.

– Кто собрался?! – наконец, хриплю я.

– Кто? Кто? Кошак в женском пальто!

И ржут, как кони. Хотя один из них Слон, а второй любит называть себя Ваня Гризли. А третий – мой родной брат Аркаша, который мог бы быть Котом, если бы я не забрал себе всю харизму.

Я подозреваю, он и есть источник всей этой подставы.

Хотя его на знаменательной встрече Марты с семьей не было, но зато там была Настюха. По-любому, она ему все и рассказала.

– Знакомство с родителями было, с голым задом за ней бегал – считай, готовый муж, – прикалывается Сашка Слон.

– Что, у вас с этой Мартой все серьезно? – спрашивает Аркаша.

– Да отвалите вы!

Серьезно…

Да у нас, по сути, ничего еще толком и не было.

Так, перепихнулись по-быстрому один раз. Царица даже еще не знает, насколько я охуенный!

Позавчера она выпихнула меня из такси и свалила, вчера весь день не отвечала на сообщения, а вечером коротко написала: “Занята. Будет время – напишу”. И все!

Она просто не дает мне возможности продемонстрировать все мои таланты.

И вообще не дает…

– Жаль, фоток нет, – произносит Сашка Слон.

Который, кстати, не очень давно женился и ждет пополнения. Довольный и счастливый. Странный он… Я не такой.

Я еще слишком маленький для женитьбы! Хотя нам обоим по двадцать шесть.

– Как нет? Есть фотки, – внезапно говорит Аркаша.

– Откуда?! – воплю я.

А он демонстрирует палевные кадры в своем телефоне.

Настюха, зараза! Сфоткала, а я и не заметил.

Вид сзади – натянутое на плечах пальто, пояс где-то под лопатками, волосатые ноги в тапках… Еще и в анфас есть, где видно фартук и мою ухмылку.

– Красавчик!

– Ему бы еще каблуки и помаду.

– И ты бы вдул?

Грубые мужские шутки…

– Иди жене вдуй, – бурчу я.

И получаю от Слона смачный подзатыльник.

– Без советов разберусь.

Не, ну справедливо, че. И правда, разберется. Я, кстати, тоже.

– Удали эту хрень! – ору на брата.

– Ой, ладно! Мы тебя каким только не видели. И с помадой, и зеленым, и голым на мотоцикле…

С помадой? А, да, было. Я ее сожрал. На спор. Пьяный.

А она оказалась стойкой. И держалась на моих губах чуть ли не сутки. Пока Настюха не оттерла каким-то там средством.

Зелёным тоже был. Это меня зелёнкой облили. Одна там… Обиделась, что я замутил с ее подругой.

А вот за то, что катался голым на байке – вообще не стыдно. А чего мне стыдиться? Меня природа не обделила. Я прекрасно сложен во всех местах.

Мама, правда, иногда говорит, что все мозги достались Аркаше… Фигня. Я не тупой. Я просто веселый. Особенно, когда выпью.

Но это все было давно. Я был молодой, горячий, безбашенный.

Я и сейчас такой! Дайте мне Царицу на пару ночей, и я докажу!

– А помнишь, он налысо побрился, – вдруг вспоминает Ванька.

– Кто, Кошак? Да ладно! Он же над своей шевелюрой капец как трясется.

– Перед армией, когда решил рэпером стать. Внезапно.

Да ниче я не решил. Просто прикалывался.

Машка тогда замуж вышла. А меня через несколько месяцев накрыло. Не из за неё, просто так совпало.

Экзистенциальный кризис.

Я люто гулял, положил хер на работу, на учёбу вообще забил. Меня отчислили. Почти сразу пришла повестка. И я подумал: я мужик или где? И пошел служить.

Аркашка уже потом, после вуза.

Это было жестко. Один, без брата, без друганов. Но я смог. Адаптировался к нагрузкам, вписался в коллектив. Выжил, короче.

С одной стороны – потерял год. С другой. – что-то про себя узнал и понял. Вроде как повзрослел.

Но это не точно…

Короче, как раз перед армией я побрился наголо. В парикмахерской, по приколу. А Сашка Слон, у которого мама – тату-мастер, нарисовал мне татуировки. На лице, как было модно среди рэперов. Временные, естественно.

И я поперся на Студенческую весну с бывшими однокурсниками, петь рэп. Мы там охеренно зажгли!

А потом я замутил с одной чикой.

Там было вообще без шансов. Хорошая правильная девочка, с косами, в очках, отличница и активистка, студентка меда. И я – отпетый хулиган и гопник.

Когда я к ней подкатил, она сморщила носик и отвернулась. Мол, с отбросами не общаюсь. А я капец как завелся!

И, короче, за вечер уломал ее полностью. Стихами, песнями под гитару и моим фирменным нахальством.

Кот я или не кот?

У нас все было. Один раз. Я и тогда не успел проявить себя во всей красе. И сейчас никак не получается… Бесит такое!

Я охуенный. Просто дайте мне шанс это продемонстрировать…

* * *

Я знаю адрес и телефон Марты, но это никак не помогает. Она вся такая занятая бизнес-леди, встречаться со мной ей некогда.

А у меня время есть. Так что я забиваю в поисковик: “Косметолог, косметический кабинет” плюс наш город – и нахожу ее.

Вообще изи!

И вот я уже в кофейне напротив, болтаю с администратором и официантками. Перевожу разговор на косметологию, говорю, что знаю Марту, которая тут работает. И с ее мужем тоже знаком.

– Муж? – удивляются девчонки. – У нее нет мужа.

– А я его видел.

– Разве что бывший. Они развелись два года назад. Но он иногда приезжает. Они вроде как дружат.

Бывший? Развелись? Дружат?

Я в ахуе.

Значит, мужа нет…

– Я слышала, с детьми он не общается, – обвиняющим тоном произносит одна из официанток.

– Что? Кто? С какими детьми?

Я давлюсь кофе и чуть не падаю со стула.

– У Марты двое детей. Ты не знал?

Пиздец.

Я еще от первой новости не отошел, а тут такое…

– Ну ничего, она красотка, найдет себе нормального мужика. Замуж еще выйдет.

– С двумя детьми? – сомневается вторая официантка.

– С двумя ангелочками, – улыбается первая.

Двойной пиздец!

Мужа нет, двое детей, хочет замуж… Во что я вляпался?

Надо бежать отсюда, роняя тапки!

Глава 22

Марта

Я выхожу с работы и тороплюсь к своей машине, припаркованной неподалеку от кофейни.

Время шестой час, надо быстрее в садик. Не хотелось бы, чтобы мои остались последними. А ехать примерно полчаса, с учетом вечерних пробок. Потом еще надо в магазин зайти…

Уже почти открыв машину, я поднимаю глаза и совершенно неожиданно встречаюсь взглядом… с Котом!

Он сидит в кофейне. У окна. Рядом – две официантки. Я вижу, что они ему улыбаются, что-то говорят. А у него лицо такое странное… Как будто испуганное.

Как будто он вообще не ожидал меня тут увидеть. А, увидев, испугался.

Да ну, ерунда. С чего ему меня бояться? И вряд ли он оказался случайно в кофейне напротив моего кабинета.

Как он меня нашел? Нахал…

Мы пару дней не виделись, и я не собиралась с ним встречаться до выходных. У меня просто нет такой возможности! Днем работа, вечером дети. Отвезу их к родителям только в субботу.

А вообще он, конечно, очень бесцеременной тип. Нашел меня, хотя я сказала, что сама позвоню, когда буду свободна. А в прошлый раз он вообще мне засос оставил! До сих пор пятнышко на шее. Как напоминание о нашей горячей ночи…

Вот и сейчас, вижу его, вспоминаю все, что было – и чувствую, как пульсирует где-то в животе. К лицу приливает жар, и губы непонятно с чего пересохли…

Облизываю их.

Стою, смотрю на него. Он – на меня.

Я, естественно, ожидаю, что он сейчас подскочит и побежит ко мне. Иначе зачем он здесь?

Но он не двигается. Просто смотрит…

Секунды тянутся. Он сидит. Я чувствую себя странно.

В чем дело? Это что, какая-то игра?

Мне не до игр! Меня дети ждут.

А он… идиота кусок!

Психую, резко открываю дверь, сажусь в машину и – уезжаю.

* * *

Я забрала детей. Весь вечер поглядывала на телефон. Но он молчал.

И на следующий день тоже!

До этого наглый Котяра не давал мне покоя. Звонил, писал, отправлял картинки и мемы, постоянно добивался встречи.

А теперь – тишина.

Что случилось? Он увидел меня возле работы и… что? Внезапно понял, что я ему не нравлюсь?

Знаю, что не нужно этого делать. Но не выдерживаю и пишу: “Привет”. На третий день его молчания.

Не отвечает. И не читает. Ладно…

Я не буду смотреть в телефон каждую минуту. Мне некогда. Я работаю. У меня клиентка прямо сейчас!

Я не заглядывала в мессенджер целый час. А когда заглянула, увидела, что мое сообщение прочитано. Но ответа нет!

Ладно…

Вообще, я была уверена, что он ответит в ту же секунду, как я напишу.

Но он отвечает только вечером: “Прости, я сейчас очень занят”.

Занят? Для меня? После всего, что было…

Да пошел он!

Все. На этом поставим точку. Большую и жирную.

Я еще могу допустить, что за мной будет бегать озабоченный молодой пацан. Но чтобы я за ним бегала… Чтобы я писала первая и получала отказ…

До такого я опускаться не собираюсь.

И все же, я немного надеялась, что он мне напишет позже. Когда освободится от своей чрезмерной занятости.

Я, конечно, не отвечу. Но…

Козел!

Он не написал. И не позвонил.

Что, все, завяли помидоры? Ну и пусть катится колбаской…

Если надо будет – я себе десять таких котов найду!

* * *

Иду по торговому центру. Сегодня суббота, я отправила детей к бабушке с дедушкой. А сама пошла посмотреть им весенние курточки. Больше же нечем заняться. Интрижки с молодым горячим любовником у меня больше нет.

Зашла в один магазин, во второй… все не то! Кому нужна детская куртка без капюшона? Или со светлыми манжетами? Или с какими-то нелепыми карманами?

Надо сделать перерыв, выпить кофе. А потом вернуться и заглянуть в оставшиеся детские магазины.

Спускаюсь на фудкорт, размышляю, не взять ли кусочек пиццы. Но кофе тут плохой. Может, лучше в кофейню? Стою у лестницы, думаю.

И тут вижу его… Он что, следит за мной? Наглый Кошак! Идет с бутылкой воды. Прямо на меня.

– Привет, – говорю первая.

Молчит. Смотрит как на пустое место.

Вообще, он сегодня еще более странный, чем в прошлый раз. Волосы, что ли, как-то иначе уложил. И взгляд какой-то неуверенный. И… что-то еще. Не такое.

Не понимаю, что именно, но что-то не так.

– Что, будешь делать вид, что мы не знакомы? – не выдерживаю я.

– Это не я, – отвечает он.

Что, блин?

Я не выдерживаю такой вопиющей наглости и – толкаю его в плечо. Хотя хочется огреть сумкой по голове.

– Не надо меня бить, – он делает шаг назад. – Я вам ничего плохого не сделал.

Нет, ну это вообще ни в какие ворота…

– Я тебя сейчас с лестницы сброшу!

– Мы даже не знакомы! – выдает он.

– Ну ты козлина…

– Я не Богдан!

А мне уже так надоели эти дурацкие игры, что я реально его сейчас толкну так, что он покатится вниз по лестнице.

– Я не Богдан. Я Аркадий. Могу доказать! Постойте! Я вам сейчас права покажу.

Он достает из нагрудного кармана права и тычет их мне в лицо.

И я зачем-то в них заглядываю. И читаю: Аркадий Константинович Васильев.

Это что вообще? Не просто дурацкая игра, а какая-то запредельная дичь…

– Я брат Богдана. Нас все время путают.

Я зависаю.

Аркадий Константинович… А отца Богдана зовут Константин. Неужели, правда…

Вглядываюсь внимательнее.

Да! Это не Кот!

Как я сразу не поняла… Он худее, у него другая прическа, и глаза… они светлее. А губы чуть тоньше. И подбородок более резко очерчен.

Да, он очень похож на Богдана, но разница все же есть. Просто я не ожидала…

– Вы что, близнецы?

– Почти. Мы тройняшки. Я, Настя и Богдан. А вы Марта? Настя про вас рассказывала…

Что?!

Тройняшки? Настя рассказывала… А почему мне никто ничего не сказал? Я же была у них дома. Видела Настю. И… Боже…

– Вот.

Аркадий показывает мне фото в своем телефоне. Все семейство. Мама, папа, Настя, Богдан и… его почти что двойник.

– Извини, – лепечу я.

– Ничего. Я привык. Мне не раз прилетало за Богана. А почему вы на него так злитесь? Хотя… нет. Не хочу знать. Приятно было познакомиться.

Он уходит.

А я стою, как громом пораженная.

Тройняшки…

Тройняшки?!

Богдан – носитель этого гена. У него может родиться тройня или двойня.

И у меня есть этот ген, раз получились Ваня с Аленкой.

А мы с ним… Боже… Это полный треш.

Мы, конечно, предохранялись, но… Ни один метод не дает стопроцентной гарантии!

Я не пью таблетки. Был только презерватив. Был? Да, конечно! Был.

В прошлый раз тоже был… Но это не помешало Ване с Аленкой появиться на свет.

Тройняшки… Это полный трындец!

Я же не… Так. Подождите. Где мой календарик? Открываю трясущимися руками приложение.

Мой цикл должен был начаться… вчера!

Это что же, задержка?

У меня холодеют ладони. Ноги подкашиваются. Перед глазами все плывет…

Тройня? Нет. Пожалуйста. Только не это.

Я не могла так вляпаться… Снова.

Надо срочно сделать тест!

Глава 23

Марта

Я покупаю тест прямо в аптеке торгового