Читать онлайн Случайная няня для сына отшельника бесплатно
Глава 1
— Ну же, моя Поняшка игривая, заводись! Давай.
Я уговариваю её уже минут десять, и с каждой новой попыткой надежда тает на глазах. Ласково глажу руль, словно это может её пристыдить или разжалобить.
— Заведёшься, и я тебе новое маслице куплю! И в этот раз нормальное, а не как прошлый раз на распродаже. Давай, Поняшечка.
Только, сколько бы я ни упрашивала, моя “итальяночка” стоит с гордым и неприступным видом, будто её вообще не касаются мои мольбы. В салоне холодно, фары погасли, и только слабый запах бензина напоминает о том, что ещё полчаса назад мы ехали и всё было хорошо.
Я откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза. Славик с работы сто раз мне говорил: «Меняй ты это ведро с болтами, пока оно тебя где-нибудь в чистом поле не оставило». И ведь как в воду глядел. Но разве я могла его послушать? Нет, конечно.
Во-первых, это моя первая машина. Я помню тот день, когда забрала её из салона — подержанную, но такую блестящую, такую мою. Мы столько пережили вместе: и первые самостоятельные поездки, и мои слёзы после тяжёлых дней, когда я просто сидела в ней и молчала, а она будто слушала. Как я могу вот так взять и предать её ради какой-то новенькой бездушной железки?
А во-вторых, Мальдивы. Эта мечта живёт во мне уже полтора года. Белый песок, бирюзовая вода, и я, загоревшая и счастливая, пью кокосовое молоко из ореха. Ради этого я откладывала каждую копейку. Ну, пыталась откладывать. Но жизнь — штука дорогая. То сапоги увижу — ну как пройдёшь мимо таких красивых, да ещё со скидкой? То кран потек, а сантехника сейчас стоит бешеных денег, вы просто не представляете! Вот и получается: ни Мальдив, ни новой машины, ни даже старой, которая отказывается заводиться.
— Поняшечка, слышишь? Я тебя ни на кого не променяю. Мы как-нибудь выкрутимся. Только заведись, пожалуйста. Я без тебя пропаду.
И вдруг в зеркале заднего вида мелькает свет. Настоящий, живой свет фар, разрезающий темноту. Сердце подпрыгивает и начинает колотиться где-то в горле.
Я вылетаю из машины, даже не подумав открыть дверь как следует. Ноги заплетаются, я падаю на колени, врезаюсь ладонями в холодную землю, но боли почти не чувствую. Вскакиваю, оббегаю свою “итальяночку” и начинаю махать руками как сумасшедшая, надеясь, что меня заметят, что этот водитель не проедет мимо.
“Крузак” притормаживает около меня. Водитель медленно опускает стекло.
Мужчина лет тридцати приспускает свои “рей бены”, а глаза у него ничего такие, красивые. Насыщенно карие, как любимый шоколад.
— Так и будем в гляделки играть? — голос звучит немного грубо, зато отрезвляюще.
И вправду, чего стою рот разинув?
— Ой, простите! — тараторю я, подлетая к окну так близко, что, наверное, он чувствует моё дыхание. — У меня машина сломалась, телефон разрядился в ноль, а здесь лес, и я не знаю, сколько ещё просижу, пока кто-нибудь проедет! А скоро ночь, холодно, и мне страшно одной, вы даже не представляете...
— Дыши, — обрывает он мой панический монолог коротко, но так спокойно, что я действительно делаю вдох.
Мужчина глушит мотор своего огромного джипа и выходит. И вот тут я понимаю, что “Крузак” ему не просто идёт — он создан для него. Высокий, плечи широкие, движения уверенные, без лишней суеты. Он подходит к моей бедной “итальяночке”, открывает капот и склоняется над мотором, копается там несколько минут, пока я стою рядом и пытаюсь заглянуть ему под локоть, будто это поможет.
— Ну что? — выдыхаю я с такой надеждой, будто он сейчас скажет, что всё в порядке.
Он выпрямляется, вытирает руки о джинсы.
— Плохо дело. Сама ты никуда не поедешь. Только эвакуатор и сервис.
— Так вызовите! — я хлопаю глазами, не понимая проблемы. — У вас же телефон есть?
— Есть, — он смотрит на меня, и в этих шоколадных глазах мелькает какая-то тень. — Только я не могу с тобой здесь ждать. Мне домой нужно.
Пару секунд я перевариваю услышанное. А потом внутри всё сжимается.
— В смысле — не можете? — голос предательски дрожит. — А я? Вы меня тут оставите?
Он молчит. Просто смотрит на меня. А я вдруг отчётливо понимаю, как жалко, наверное, выгляжу: коленки в грязи, ладони в земле, волосы растрепались, а в глазах отчаяние и пять копеек страха.
— Слушай, — говорит он наконец, и в его голосе появляется что-то человеческое, — есть один вариант. Но он странный.
Мне плевать. Мне плевать на всё, если в этом варианте есть тепло и розетка для телефона.
— Я согласна. На любой. Даже на самый дурацкий.
Он усмехается, чуть заметно, одними уголками губ.
— Поехали ко мне. Машину на тросе дотащим, а завтра утром уже вызовем эвакуатор.
Я смотрю на него, потом на его огромную машину, потом на тёмный лес, который уже начинает давить со всех сторон. Страшно. Очень. Но оставаться здесь одной — ещё страшнее.
Мужчина вдруг с усмешкой добавляет:
— Я не маньяк, если что.
От его слов легче не становится, но за всё время, что я здесь стою, это единственная машина, которая тут проехала.
Поэтому выбор у меня невелик: ночь в лесу или логово незнакомца.
Кажется, я даже слышу, как где-то глубоко внутри включается тот самый тумблер, который отвечает за безрассудство.
— Поехали, — отвечаю, собрав всё мужество и отчаяние в кулак.
Глава 2
Не знаю, что я ожидала увидеть, но точно не современное произведение архитектуры прямо посреди леса. Большой двухэтажный дом из металла, камня и стекла, на котором лучи закатного солнца рисовали свой причудливый, но яркий и такой живой рисунок.
Вокруг облагороженная территория с красивым ландшафтным дизайном и необъятный простор. Нет ни заборов, ни даже живой изгороди. Пока я с немым восторгом крутила головой, продолжая крепко сжимать руль своей “итальяночки”, дверь дома открылась и наружу выбежал мальчик. В ярко-жёлтой футболке со смешным динозавром и в синих шортах.
Мой неожиданный спаситель открывает дверь своего монстра, спрыгивает на землю и ловит пацана.
— Ты почему раздетый выскочил?! — слышу его возмущение, когда выбираюсь из своей Поняшки.
Мальчишка, вместо того чтобы отвечать, смотрит на меня. С интересом, склонив голову набок.
— Пап, а это кто?
Мужчина бросает в мою сторону быстрый взгляд.
— Никто. Пошли, Митька, в дом.
Он с сыном на руках идёт домой, около самого входа останавливается. Оборачивается полубоком.
— Вы идёте?
И заходит в дом, не дожидаясь моего ответа.
Бирюк!
Ему про элементарную вежливость хоть что-то известно? Гостеприимство, в конце-то концов! Он даже не представился. И моего имени не спросил, вот и получается, что я “никто”.
“Не заводись, Аня! Он вообще мог не останавливаться, и ночевала бы ты сейчас в своей «итальяночке» посреди леса.”
Тяжело вздохнув, признаю правоту здравого смысла и, засунув всю гордость и неуместную обиду, иду к дому.
Захожу и тихо присвистываю.
Такое я видела только в фильмах.
— Не свисти, денег не будет, — говорит пацан, сложив руки на груди и рассматривая меня с важным видом. — Значит, ты Никто.
— Или просто Аня, — криво улыбаюсь.
— Я Митя.
Мальчишка подходит, протягивает руку, которую я тут же пожимаю.
— Аня, которая Никто, а ты умеешь готовить?
Задумываюсь, ищу в таком простом вопросе подвох. Но какой подвох может быть от пятилетки? А судя по внешнему виду, пацану где-то пять, может, шесть лет.
— Умею.
— Тогда я хочу яблочный пирог.
Смотрит с вызовом, а в голосе требовательные нотки. Но не капризного ребёнка, а маленького босса, чьи решения не обсуждаются.
— Хорошо, но ты помогаешь! — и пока Митька не успел слиться, добавляю: — Я у тебя впервые, не знаю, где и что стоит. И, кстати, твои родители не будут против?
— У меня только папа, а ему опять позвонили по работе. Он в кабинете.
Митя хоть и пытается выглядеть нарочито весёлым, но грустные нотки, как и взгляд, брошенный вглубь дома, выдают его истинное настроение.
— Значит, решено, будем готовить пирог, пока твой папа занят делами.
Митька расцветает, кивает. Делает шаг ко мне, хватает за руку и тащит куда-то вглубь дома.
Мы проходим через огромную гостиную, где всё так стильно и продуманно, что невольно притормаживаю. Любуюсь. Не факт, что я ещё когда-нибудь такое в живую увижу. Только Митька даже на миг не ослабевает напора. На буксире продолжает тянуть вперёд, пока мы не заходим на кухню.
Белую, глянцевую… и стерильную, как операционный кабинет.
Ох, надеюсь, мне не влетит, что мы наведем здесь немного хаоса.
И во всей этой идеальности в глаза бросается холодильник. С разноцветными магнитами, которые на первый взгляд прикреплены хаотично, но если присмотреться внимательнее, то можно разглядеть рисунок.
— Это я украшал, — гордо сообщает Митька, проследив за моим взглядом.
Улыбаюсь и присаживаюсь на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.
— Красиво получилось. А где у вас продукты? Нам для пирога мука нужна, масло, сахар и, конечно же, яблоки. И, если хочешь, пожарим картошку с мясом. Тогда нам понадобятся картошка и мясо соответственно.
Митька деловито открывает нижний шкафчик.
— Мука тут. А мясо в холодильнике есть. К нам постоянно приезжает тётя Клава, и она готовит на несколько дней вперёд. Но сегодня её не было, заболела. И я весь день был один, потому что я уже большой!
— Ого! А хочешь, я научу тебя готовить пирог, чтобы в следующий раз ты и сам справился?
Митя задумывается, но ненадолго, а уже в следующую секунду в его глазах загорается предвкушающий огонь, он активно кивает.
— Хочу!
— Тогда погнали!
Мы достаём продукты. Я показываю, как чистить яблоки, и Митька старательно водит ножиком (я стою рядом и подстраховываю, конечно), вырезая сердцевинку.
— А почему твоя машина сломалась? — спрашивает он, вытирая испачканные соком руки о футболку.
— Эй, так не пойдёт! — я ловлю его ладошку. — Повара должны быть чистыми. Где у вас полотенца?
Митька показывает, я вытираю ему руки, и он тут же снова хватается за яблоко.
— Сломалась, потому что старенькая уже, — отвечаю я. — Но она хорошая, моя Поняшечка. Мы с ней много чего пережили.
— Поняшечка? — Митька прыскает со смеху. — Смешное название. Мою машинку зовут Бульдозер.
— Бульдозер? — теперь моя очередь удивляться.
— Ага, — Митя кивком показывает на детский квадроцикл, что стоит посреди идеального газона. — Он сильный и везде пройдёт.
Я смеюсь. И Митька смеётся вместе со мной, и в этом детском смехе есть что-то такое настоящее, что у меня на душе становится легко и тепло.
— А где твоя мама? — спрашиваю осторожно, замешивая тесто.
Митька пожимает плечами.
— Не знаю. Её нет. Папа говорит, что она уехала далеко, — Митя замолкает ненадолго и добавляет без особой грусти: — У меня только папа.
Теряюсь, не знаю, что ответить, поэтому просто решаю перевести тему:
— Папа у тебя хороший. Он меня спас сегодня. Не бросил в лесу одну.
— Да! Он у меня крутой, как настоящий супергерой! Такой же сильный и умный!
Не успеваем замесить тесто и залить яблоки, как Митька переключается на более важную тему:
— А картошку будем жарить? Хочу, чтоб было много мяса. Очень много!
— Будет тебе много, — улыбаюсь я. — Давай сначала пирог в духовку поставим, а потом за картошку возьмёмся. Договорились?
— Договорились!
Мы возимся на кухне, как старые друзья. Митька рассказывает про свои машинки, про садик, про то, что он не любит манную кашу, а любит — сюрприз! — макароны с сыром. Я рассказываю про свою “итальяночку”, про то, как училась водить и однажды чуть не въехала в столб.
Когда пирог отправляется в духовку, мы чистим картошку. Митька, конечно, больше начищает на пол, чем в миску, но я его не ругаю. В конце концов, уборка — дело наживное, а вот доверие ребёнка — штука хрупкая.
— А папа твой что любит? — спрашиваю, нарезая мясо.
Митька задумывается.
— Не знаю. Он всё ест, — потом оживляется: — Но он очень любит, когда я ему чай приношу. Сам. Сам завариваю!
— Серьёзно? — удивляюсь я. — Ты умеешь чай заваривать?
— Ага. Папа научил. Говорит, что настоящий мужик должен уметь сам о себе позаботиться. И о других тоже.
Я смотрю на этого пятилетнего малыша, который рассуждает как взрослый, и у меня снова щемит сердце.
— Значит, после ужина ты будешь заваривать чай для папы? — спрашиваю.
— И для тебя тоже, — великодушно сообщает Митька. — Ты же повар, тебя нельзя без чая оставлять.
Я смеюсь, и в этот момент на кухню заходит он.
— Пап! — Митька бросает картошку и летит к отцу. — Мы пирог делаем! Яблочный! И картошку с мясом! Аня готовит, а я помогаю!
Мужчина ловит сына, сажает на руку и смотрит на меня поверх его головы.
— Я смотрю, вы уже подружились.
В его голосе нет той грубости. Или мне кажется?
— Митька — отличный помощник, — улыбаюсь я. — Ужин будет через полчаса.
— Пахнет вкусно.
Я отворачиваюсь к плите, чтобы скрыть смущение, и начинаю активнее помешивать картошку. А Митька уже тащит отца смотреть на пирог через стекло духовки.
— Видишь, какой красивый! Это мы с Аней!
— Вижу, сынок. Молодцы. Давай, пока Аня занята жаркой, наведём порядок.
Только, противореча собственным же словам, мужчина не спешит отходить от меня. Стоит рядом. Его пристальный взгляд чувствую на своём виске, будто к нему дуло пистолета приставлено. От волнения мои действия становятся резкими.
— Ау-уч, — кистью касаюсь края сковородки.
Отец Мити тут же хватает меня за ладонь, подводит к раковине и подставляет ожог под прохладную воду.
— Аккуратнее надо быть.
— Я и была, но, когда на тебя так пялятся, сбивает с толку.
Тут же прикусываю язык, ругаю себя, что, скорее всего, сказала лишнего. Но вместо грубости мужчина отвечает мне мягким смехом.
— Кстати, я Глеб.
— Аня.
— Приятно познакомиться, Аня.
Да уж, такого в моей жизни ещё не было: сначала готовишь ужин, а потом узнаёшь имя, для кого стараешься.
***
Дорогие читатели, книга пишется в рамках литмоба «Чужих детей не бывает»
Приглашаю вас в новинку от моей коллеги.
“Миллиард проблем. Кара небесная”
Автор: Любовь Трофимова
Любимый предал меня, выбрав более достойную партию. Мне не привыкать, но… Потеряв веру в любовь, я выбрала свой путь к счастью.
Загадочный незнакомец готов помочь, но мне трудно понять, что он потребует взамен. Его сердце тоже ранено, а в его прошлом много тайн и интриг, несущих с в себе смертельную опасность.
Сомнениям места не осталось, когда я оказалась там, где не должна была, и услышала то, что изменит не только мою жизнь.
Глава 3
Просыпаюсь и не могу понять, где я. Незнакомая комната. Обстановка холодная, стильная, гостиничная. Серые стены, лакированная белая мебель, абстракция на картинах. Ну хоть не белый квадрат, и то хорошо!
Приподнимаюсь на локтях. Взгляд цепляется за фикус в углу — единственное яркое пятно в спальне. Снова падаю на кровать. Прикрываю глаза и тут же вижу кинохронику вчерашнего дня. Как ехала я на своей Поняшечке, весело подпевала радио и пританцовывала. Любовалась весенним солнцем и радовалась пению птиц. Как вдыхала аромат проснувшейся природы через приоткрытое окно, как радовалась жизни.
И в этот момент, в апогей моего счастья, Поняшка взбрыкнула и заглохла.
А дальше моя паника, мольбы, отчаяние и даже смирение, что ночь, а они до сих пор холодные, я проведу в заглохшей машине посреди леса.
Но судьба сжалилась надо мной, прислала мне спасителя.
Немного неприветливого, грубого, а ещё виновника моих бед! Да, виноват он косвенно и не знает об этом, только если бы я не поехала искать Княжева Глеба, который несколько лет назад исчез из поля зрения общества, то и не застряла бы в лесу.
Раньше и дня не проходило, чтобы в интернете или в газете не появилась новая статья про молодого миллиардера и главного похитителя женских сердец. Он никогда не скрывал своих похождений. Своих женщин, которых было не просто много, а ОЧЕНЬ много! Княжев мог прийти на благотворительный вечер с одной моделью, а уйти с другой.
Все с интересом следили за личной жизнью Глеба, делали ставки, с кем он появится в следующий раз, и всё резко оборвалось. Княжев просто-напросто пропал. Его бизнес процветал, но Глеба нигде не было видно. Ни на экономических форумах, ни на профессиональных выставках — везде выступал его зам. Про светскую жизнь тем более нечего говорить. А на днях прошёл слух, что Княжев осел в своём доме.
Мне, начинающей журналистке, доверили разузнать всю правду.
Так я и оказалась в том самом лесу, так меня и спас тот самый Княжев.
Я его не сразу узнала! Лишь в его доме, когда Глеб представился, все пазлы в моей голове сложились в единую картинку. И куда Княжев пропал пять лет назад, и где я оказалась.
Теперь мне надо придумать, как задержаться в этом доме. Разузнать побольше информации, чтобы написать громкую статью, тогда меня возьмут в штат на постоянную должность. А ещё редактор пообещал, что если справлюсь на отлично,то я не буду писать сплетни, а начну вести свою тревел-колонку.
Дверь в комнату приоткрывается, в узкую щель просовывается голова Митьки. Когда наши взгляды встречаются, на детском лице появляется улыбка.
— Ты проснулась! Вставай, мы с папой завтрак приготовили.
— Хорошо, сейчас.
Улыбаюсь, потягиваясь.
Кому скажешь, что мне завтрак готовит сам Княжев, — не поверят!
Встаю с кровати, иду сначала в ванную, быстро привожу себя в порядок, а потом спускаюсь на первый этаж. Следую на запах кофе. Настоящего, от которого сводит скулы, а на языке чувствуется фантомный вкус сладкой терпкости.
Запах кофе становится все сильнее, и, когда я захожу на кухню, картина, открывшаяся моим глазам, заставляет меня замереть на пороге.
Глеб стоит у огромной варочной панели в серой футболке, которая обтягивает его плечи так, что, кажется, вот-вот треснет по швам. На нём домашние штаны, и он совершенно точно только что из душа — волосы ещё влажные и слегка растрёпаны. Митя крутится рядом, пытаясь дотянуться до тарелок на верхней полке шкафчика.
— Пап, ну, пап, я сам хочу!
— Я помню, что ты хочешь сам, — спокойно говорит Глеб. — Но тарелки — это моя зона ответственности. Твоя — раскладывать приборы. Договорились?
Митя вздыхает с видом человека, которому приходится идти на невыгодные уступки, но всё же кивает и топает к столу с вилками и ложками в руках.
Я стою в проёме и чувствую себя немного лишней. И одновременно странно своей. Будто я не случайная ночная гостья, а часть этого утра. Семьи.
— Доброе утро, — наконец подаю голос.
Оба оборачиваются. Митя тут же бросает приборы и бежит ко мне.
— Аня! Смотри, что мы сделали! Папа омлет пожарил! Сам! Ты ешь омлет с помидорами? Аня, а ты знаешь, что помидоры — это ягода? Прикольно, да?
— Да! Огурец тоже, а в лимоне больше сахара, чем в клубнике.
— Но он же кислый!
— Вот так мы узнаём, что вся наша жизнь — обман, — выносит вердикт Глеб. — Садитесь за стол, юные ботаники.
— Пап, но ты же меня никогда не обманываешь?
— Не обманываю.
— Значит, и мою просьбу выполнишь? — спрашивает Митя, стреляя в меня глазами.
— Сразу после завтрака, — обещает Глеб, чем заставляет меня заёрзать на стуле, мучаясь от любопытства. — А теперь ешь.
Митька тут же отламывает от омлета кусок, закидывает в рот, открывает его, чтобы что-то сказать, но под строгим взглядом отца закрывает обратно и начинает активно жевать.
И лишь в перерывах Митя скачет с темы на тему:
— Ань, я тебе ещё робота своего не показал.
— Ань, а у тебя когда-нибудь собака была?
И ещё десяток “Ань” и вопросов следом.
— Мить, убирай со стола, — говорит Глеб, когда заканчиваем с завтраком, — а мы с Аней пойдём поговорим в кабинет.
— Ла-адно, — тяжело вздыхает мальчик, но тут же воодушевлённо напоминает: — Пап, ты обещал!
Я, кажется, сейчас с ума сойду, если не узнаю, что же такого Глеб пообещал своему сыну!
***
Дорогие читатели, книга пишется в рамках литмоба «Чужих детей не бывает»
Приглашаю вас в новинку от моей коллеги.
«Папа напрокат. Шанс на счастье»
Автор: Марья Гриневская
Семь лет они были просто соседями. Она — отчаянно добрая и вечно лезет не в свои дела. Он — майор полиции и отец-одиночка, который разрывается между службой и сыном. У них нет общих планов, тайн, надежд. Пока однажды она не решается на отчаянный шаг. "Женись на мне, Кириллов" - Звучит, как сделка, но детская улыбка легко разрушит любые преграды, даже в сердце того, кто давно разучился любить.
Глава 4
Кабинет Глеба оказывается таким же, как и всё в этом доме: стильным, холодным и очень дорогим. Тяжелая деревянная столешница, кожаное кресло, несколько мониторов на столе и полное отсутствие лишних деталей. Только рамка с фотографией Митьки на краю стола напоминает, что здесь живёт человек, а не машина для зарабатывания денег.
— Присаживайся, — Глеб кивает на стул напротив, а сам обходит стол и садится в кресло, откидываясь на спинку.
Я сажусь и чувствую себя нашкодившей школьницей на аудиенции у директора. Руки сами тянутся сложиться на коленях, спина выпрямляется. Глеб смотрит на меня с каким-то новым выражением. И мне становится страшно, что он узнал, кто я и зачем ехала по той дороге, где мы встретились.
— Как рука? — спрашивает он, и от неожиданности я моргаю.
— Что?
— Рука. Ты вчера обожглась.
— А... нормально. Всё прошло. Ерунда.
Глеб кивает, но в его взгляде мелькает что-то... одобрительное? Или мне кажется?
— Я вызвал эвакуатор. Твою машину заберут сегодня, отвезут в сервис.
— Спасибо, — выдыхаю я с облегчением. — Я заплачу, конечно, сколько скажете.
— Потом разберёмся, — отмахивается, как от какой-то незначительной ерунды. — Я хочу сделать тебе предложение.
Я замираю. Сердце пропускает удар, потом ещё один. Какое предложение? В голову лезут самые дурацкие мысли. От варианта, что он захочет меня отвезти в город, до требования расплатиться с ним. Натурой. Щёки начинают предательски розоветь.
— Какое? — мой голос звучит хрипловато, и я откашливаюсь.
Взгляд стыдливо прячу. Глеб замечает моё смущение, догадывается о моих глупых мыслях, и в уголках его губ появляется намёк на усмешку.
— Предлагаю задержаться у нас. Для начала на месяц.
— В смысле? — я даже подаюсь вперёд, не веря своим ушам.
— В прямом. Ты понравилась Митьке. Он к тебе сразу прилип. Я не помню, когда видел его последний раз таким оживлённым.
Это предложение — самый настоящий подарок судьбы! Так у меня появится шикарная возможность собрать информацию о Глебе и написать эксклюзивную статью. Я смогу собрать такую информацию, о которой другие журналисты и мечтать не могут. Любой журналист на моём месте без раздумий бы согласился!
А я…
Я сомневаюсь.
— Я никогда не имела дел с детьми.
— Анна, я нанимал для Митьки лучших нянек, даже привозил гувернанток из-за границы, но только у вас получилось с ним найти общий язык.
Я слушаю его слова, а в голове бешено крутятся шестеренки. С одной стороны, это шанс. Шанс, который выпадает раз в жизни. Я смогу не просто написать статью, я смогу написать правду. Узнать, почему Княжев, светский лев и плейбой, превратился в затворника, воспитывающего сына в лесу. Моя карьера после такого материала взлетит к небесам.
С другой стороны... Митька. Его доверчивые глаза, когда он учился чистить яблоки, его серьезное: «Настоящий мужик должен уметь сам о себе позаботиться». Если он узнает, что я здесь не просто так... Я даже мысленно не могу закончить эту фразу.
— Я... — начинаю я и замолкаю, потому что Глеб смотрит на меня пристально, изучающе.
— Сколько, Анна? Назови любую сумму, ради которой ты готова остаться в нашем доме. Миллион, полтора? — Глеб подаётся вперёд, смотрит пристально в глаза. — Какая твоя цена, Анна?
Его слова звучат как звонкая пощечина. Отрезвляют. Заставляют вспомнить, что я здесь оказалась не просто так.
— Я останусь, — говорю твёрдо, заглушив совесть. — Вы оплачиваете мне ремонт машины и путёвку на Мальдивы.
Глеб усмехается. Разочарованно. Отчего я тут же жалею о своём порывистом решении.
“Аня, думай о статье. Ты в первую очередь журналистка!”
Слабо, но получается отрезвить себя. Поэтому, когда мужчина протягивает руку для закрепления сделки, я вкладываю свою ладонь не раздумывая. Так правильно. Я журналистка, и здесь я по делу.
*** Дорогие читатели, книга пишется в рамках литмоба «Чужих детей не бывает»
Приглашаю вас в новинку от моей коллеги. Осколки фальшивого Рая Автор: Лана Блэр
Дамир. Я привык держать все под контролем, но мой мир рухнул в одночасье. Я запер себя в стенах холодного дома, решив, что мое сердце мертво, пока в нем не поселилась она — та, кто нарушила все мои правила.
Инесса. Я пришла, чтобы спасти маленькую девочку от одиночества, но не заметила, как сама стала частью этой семьи. Я полюбила чужого ребенка как своего и отдала сердце мужчине, чья броня казалась непробиваемой.
Между ними непреодолимое притяжение и сотни преград. Им предстоит разрушить фасад идеального прошлого и собрать новую жизнь из осколков фальшивого Рая, доказав всем, что настоящая любовь не знает границ.
