Читать онлайн Твоё милое чудовище бесплатно

Аннотация

– Кто здесь? – её голос дрожит.

– Ты ведь и так знаешь ответ, да? – усмехаюсь по-доброму, подхожу ближе и набиваю лёгкие её ароматом, наблюдая, как она почти истерично открывает рот.

– Что тебе нужно? – хрипит она, стоит мне сесть на край её кровати.

– Ответ очевиден, – растягиваю губы в улыбке. – Ты.

– Ни за что… – шипит змеёй, чем ещё больше поджигает во мне фитили.

Наклоняюсь, оказываясь у её лица в считаных сантиметрах, и не могу удержаться. Целую её в скулу, в то время как мои пальцы ведут по оголённой острой коленке вверх, а губы сами по себе смещаются ниже – к шее и ключицам.

Яра всхлипывает, предпринимает ещё попытку дёрнуться, но во мне закрываются какие-то неведомые створки и вместо того, чтобы быть с ней нежнее, я снимаю пистолет в своей руке с предохранителя.

– Ты хочешь позвать подругу, – не спрашиваю – утверждаю. – Проверим, что будет, если она зайдёт?

Она замирает на несколько секунд, но после мотает головой.

***

Однажды он предложил стать его. Я отказалась. У всего есть последствия.

Внимание! Данная книга предназначена исключительно для читателей старше 18 лет. В тексте присутствуют: нецензурная брань, сцены курения и распития алкоголя, а также психологического и физического насилия. Книга не имеет намерений оскорбить или задеть чьи-либо чувства, взгляды или убеждения. Все события, места, персонажи и диалоги являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми или ситуациями случайны. Произведение предназначено исключительно для развлекательного чтения.

Пролог

– Ты чудовище… – срывается с моих губ вместе со всхлипом.

Не уверена, что могу выдавить ещё хоть что-то, глядя на тело, что лежит рядом без признаков жизни. Ни дыхания, ни карих глаз, смотрящих с нежностью. Только белеющая кожа рук и зияющая дыра там, где должна быть его голова, которую я вижу даже при скудном освещении от фар. Я буду видеть её вечно. Закрывая глаза и глядя в зеркало. При каждом смехе и слезах. Моё личное напоминание, что это я во всём виновата…

Смотрю на него, кажется, вообще не моргая, а потому когда над моим ухом раздаётся тихий бархатный тембр – вздрагиваю.

– Ты ведь сама привела к этому. Помнишь ту ночь? Помнишь, как я просил тебя принадлежать только мне?

Горячие пальцы укладываются на мой подбородок, давят с силой, вынуждая смотреть в глаза разного цвета, а не на растекающуюся лужу крови. Шизик больше не улыбается своей милой улыбкой: теперь его лицо серьёзное, слегка наклонено вбок, отчего русые пряди чёлки аккуратно раскидываются по идеальным бровям. Он сидит на корточках напротив, в то время как я продолжаю сидеть коленями на сырой земле.

Но вот в чём забава: я не чувствую холода, который должен от неё исходить. Внутри пылает пламя. Скорбь, злость, страх. Всё смешалось в одну кучу, которая плавит меня. А он… вся его поза расслаблена, пистолет свободно свисает с пальца, пока руки упёрты локтями в колени.

– Спрошу ещё раз, Яра, – он всё ещё держит моё лицо свободной рукой, но теперь его пальцы гладят мою кожу. Собственнически, нежно, так, будто нет сомнений – я всё равно сделаю, как хочет он. – Ты готова принять моё предложение?

Сжимаю зубы до хруста и выплёвываю сквозь них:

– Да пошёл ты к чёрту.

Психопат усмехается, а затем улыбается своей фирменной улыбкой. Смотрит на меня ещё несколько секунд, будто сканирует мои мысли, но всё же встаёт, делая шаг назад. Ещё один. И ещё. А после разворачиваясь, уходит. И только я выдыхаю без его присутствия, как он появляется снова. С лопатой в руках.

– Что это? – голос в очередной раз срывается до хрипа.

Но тот лишь продолжает улыбаться, протягивая мне инструмент.

– Копай, – отвечает спокойно, и по его взгляду я понимаю – всё окончательно вышло из-под контроля.

Глава 1. Запомнить

Сокровище

– Мы должны отметить твой приезд так, чтобы запомнить его на всю жизнь! – хлопая в ладоши и подпрыгивая от нетерпения, практически верещит подруга.

А я сижу за столом и с улыбкой наблюдаю, как вместе с ней подпрыгивают белые кудри и голубые глаза светятся предвкушением. Ну реально, это не может не забавлять, будто из нас двоих она младше, а не я.

В целом, я-то не против куда-нибудь выйти, к тому же вернулась в родной город спустя пять лет и уже почти ничего не помню: хочется освежить память и голову, особенно перед началом учебного года. Хотя до неё ещё целых три месяца… Просто зная Риту – наша гулянка закончится на каком-то рейве, который мы потом действительно будем вспоминать всю жизнь и хорошо, если в нормальном смысле. А не как в мой последний день здесь – когда мне пятнадцать, ей восемнадцать и нас скручивают посреди дороги, потому что я несовершеннолетняя, а Ритка фак копу в лицо тыкала. Моя спина до сих пор помнит встречу со шнуром от зарядного устройства в руках моей матери.

– Без приключений только, ладно? – хмыкая, спрашиваю, делая ещё глоток чая.

– Ты всё ещё припоминаешь мне тот вечер? – наконец замирает и с грацией кошки усаживается напротив.

– Конечно, припоминаю! – возмущаюсь со смешком. – Я потом в самолёте летела, будто кол проглотила и не шевелилась толком, потому что жопа болела и спина кровоточила.

– А всё потому, что твоя мать сука, – сдувает прядь со лба, подпирая подбородок рукой.

– Не могу не согласиться, – усмехаюсь.

Ой, только не осуждайте. Я ненавижу своих предков, и, поверьте, это взаимно. Всё детство я жила у бабушки, а когда переехала к родителям, то постоянно ходила в синяках и вела себя, как забитая овца. Наверное, только знакомство с Ритой помогло мне немного стряхнуть с себя эту пыль уныния и жалости к себе. Ей тогда было лет шестнадцать, а я совсем ещё пигалица была. И в пятнадцать я к бабушке улетела не просто так: моя мать позвонила своей и сказала: “забирай эту тварь, или я утоплю её в реке”. И да, я это помню, как сейчас, потому что звонила она при мне.

Из-за чего она так – спросите вы? Отвечу: мои предки сильнее себя, любят только бутылку, в которой выше сорока градусов. Я, как вы понимаете, не бутылка.

– Пошли в “Подвал”? – закусывая нижнюю губу и быстро кивая, спрашивает Рита.

На лицо сама невинность – широкие глаза, пухлые щёки, губы бантиком. Короче, классическая “Кукла”. У неё и прозвище среди своих такое же. Правда, только совсем близкие знают, что эта Кукла с безумием в башке. Зато весело.

– Звучит так, словно ты меня хочешь связать на стуле и оставить умирать, – хохочу, глядя на неё.

– Не, – отмахивается. – Ты же сдачи можешь дать. Там просто очень круто! Не так давно открылся, а хозяин мой знакомый по универу. Близкий знакомый, – добавляет, хмуря брови. – Всё не могу привыкнуть, что окончила универ.

– Знакомый, значит, – улыбаюсь лукаво.

– Ну-у, чуть теснее, чем знакомый, – хихикает она.

Протяжно вздыхаю, решая её не пытать, и сразу же кошусь на чемоданы, которые так и не успела разобрать. Фак. Получается, я не успела приехать, а меня уже вытаскивают куда-то тусить.

В темпе допиваю чай, потому что Кукла загорелась идеей клуба и, естественно, ей свербит быстрее разобрать мои шмотки, чтобы найти для меня что-то подходящее. И ещё несколько часов у нас уходит на то, чтобы всё вытащить, разложить и развешать в шкафу, который Рита выделила специально для меня. Само собой, не обходится без пустой болтовни и воспоминаний о том, как весело было раньше.

– Теперь будет ещё круче: надзора-то у тебя больше нет; живём не с предками, а снимаем сами. Завтра ещё тебя на работу устроим, чтобы не сидела на моей шее и всё будет супер, – развалившись в кресле, тараторит подруга. – А ты за пять лет из утёнка в сучку превратилась, в курсе?

Усмехаюсь, качая головой, смотрю в зеркало на дверце шкафа. Да я и не была никогда утёнком, даже не изменилась практически: все те же длинные чёрные волосы, худощавая фигура и взгляд будто боюсь всех и каждого. Ну исключение – татуировки, которые появились на моём теле после восемнадцати лет, с разрешения бабушки, конечно. Даже она понимала, что шрамы, которые достались мне от мамы, меня не украшают.

– Кто-то из наших будет? – спрашиваю, вполоборота глядя на Риту.

– Феликс обещал прийти, – пожимает плечами. – Возможно, Мила.

– А остальные? – искренне удивляюсь.

Нет, я не ждала, что из-за моего приезда все бросят дела и побегут праздновать, просто… немного странно, потому что всякий раз, когда мы разговаривали с Риткой по телефону, я слышала от неё о том, что собирались все. А нас в компании человек десять. Было.

– Не многие хотят идти в “Подвал”, – всё также расслабленно отвечает и встаёт с кресла, подплывая к шкафу.

Молчит какое-то время, перебирая пальцами мои вещи на вешалках, но лицо такое, словно что-то хочет сказать, при этом сдерживается. Очень хочет.

– Ну, говори уже, – всё же выдаю смешок, останавливая её руку.

– Ну… клуб не славится, как беспорочный, – виновато улыбается, поворачиваясь ко мне. А после прослеживает взглядом за моей рукой. – О, вот это и надевай!

Тоже смотрю, чтобы понять, что там за “это”, и мне становится реально смешно, когда я понимаю, что держу в руке широкие, светло-розовые карго и максимально короткий топ такого же цвета.

– Интересный у тебя способ избавиться от меня, – смеясь говорю. – Сначала сказать, что в клубе происходит дичь, а потом одеть меня в самый откровенный топик.

Продолжаю хохотать, но всё же вытаскиваю шмот.

Через несколько часов мы уж мчим на такси. Я оглядываюсь по сторонам, подмечая новые здания, места и в целом то, как преобразился город. Даже печально, что я упустила это. Люблю Роверроуд, всегда любила несмотря на то, что люди в нём, в основном, не любили меня.

И клуб оказался шикарным! Высокое, современное здание, с панорамными окнами на первом этаже и широкими тонированными на втором. Всё подсвечено розовым и голубым неоном, а вокруг просто тьма народа.

– Я так понимаю, чтобы попасть туда, надо продать душу дьяволу? – скептически смотрю на длинную очередь.

– Не, – отмахивается Рита и походкой от бедра шагает мимо недовольных людей.

Я бы тоже была недовольна, если бы какая-то коротышка в чёрном платье, еле прикрывающем зад, шла напролом, да так, словно уверена на все двести, что ей можно. Только вот она подходит к вышибалам, а те по очереди приобнимают её за плечи, и они о чём-то переговариваются. Затем Рита поворачивается и машет рукой, зазывая меня.

Вскидываю брови, но всё же иду к ним. Не такой уверенной походкой, но во всяком случае стараюсь не показывать, что мне дико неудобно перед другими, стоящими в очереди.

– Лис в клубе, но не в духе, – улавливаю, когда подхожу, как один из секьюрити говорит, наклоняясь к Рите, а после бросает взгляд на меня. И взгляд этот… слишком липкий. – Привет, кошечка.

– Но-но, Марс, – шлёпает его по плечу Рита посмеиваясь. – Эта Малышка моя.

Он хмыкает, как и его дружок, ещё раз оглядывает меня с ног до головы, на что я просто закатываю глаза. Подруга увидев моё недовольство, цепляет меня за локоть и затаскивает внутрь.

– Да будет веселье, пупсик, – радостно говорит, перекрикивая музыку, как только мы заходим внутрь.

Басы долбят по ушам, но мне настолько нравится эта дымная обстановка, что сама не замечаю, как в движении начинаю танцевать.

– Да будет веселье! – вторю Рите и без сопротивления иду, куда поведут.

Глава 2. Дышать

Сокровище

Как только подходим к столику, замираю, словно вкопанная, потому что за ним уже сидят Феликс и… Марк. Первый наш общий друг, а второй друг и… да, мой бывший. Первая беспросветная любовь, тот, с кем “почти было”, но я так и сделала этот шаг.

Оба вскидывают головы, и если Феликс расплывается в довольной улыбке, от которой под его голубыми глазами тут же собираются мелкие морщинки, то Марк смотрит таким обжигающим взглядом, что я практически ощущаю его физически. Он не злой, но и не безразличный, как я ждала: в нём столько эмоций сразу, что это вгоняет меня в своеобразный транс.

– Привет, Малышка! – Фел поднимается и, огибая столик в один короткий шаг, оказывается рядом, сгребая меня в свои медвежьи объятия.

Да, по размерам он реально, как медведь: широкий, высокий и с плохой координацией, которую я заметила за те короткие движения, которые он сделал. Ничего, собственно, не изменилось.

– Привет, – посмеиваясь, пытаюсь обнять его в ответ, но в итоге просто цепляюсь пальцами за светлую футболку на спине, так и не сведя их вместе.

– Ты расти вообще планируешь? – наигранно возмущается Феликс, отстраняясь от меня и оглядывая с ног до головы.

– Даже если бы и хотела, то не получается, – отвечаю со смехом.

Он понимающе кивает и делает шаг в сторону, открывая мне Марка, который уже стоит за его спиной, убрав руки в карманы светлых джинс. Дыхание захватывает от его вида: он никогда не был таким амбалом, как тот же Фел, но его фигура… одного взгляда на неё хватало, чтобы органы превращались в кисель. И сейчас то же самое, а ещё в совокупности с высоким ростом и его пожирающим взглядом карих глаз…

– Привет, – говорит тихо, но так, что даже сквозь музыку я всё равно его слышу и делает шаг ближе.

Чуть склоняет голову вбок, улыбается краешком губ. Ждёт.

– Привет, – отвечаю с хрипом, хотя очень пытаюсь скрыть своё волнение.

Марк полностью сокращает расстояние между нами, тянется и в следующее мгновение обнимает меня, притягивая к себе.

В нос тут же ударяет такой родной и одновременно чужой аромат. Смыкаю руки на крепкой спине, ощущая, как его подбородок укладывается на мою макушку. В памяти зачем-то проносятся воспоминания нашего времяпрепровождения, и от этого становится ещё грустнее. Столько воды утекло, что как-то не по себе.

– Ну всё-всё, разлепитесь уже, – фыркает Рита, легонько расталкивая нас в разные стороны.

Отхожу, посмеиваясь, в то время как Марк хмыкает, но продолжает стоять на месте.

– Мила будет? – глядя на Феликса, спрашивает подруга.

– Написала, что будет, но позже.

Кукла кивает, задумчиво оглядывает танцпол, а затем поднимает глаза выше. Прослеживаю траекторию и замечаю, что на втором этаже расположены столики с диванами, но народа там в разы меньше.

Рита поджимает губы и уже с улыбкой на них возвращает внимание к нам.

– Ну что, выпьем за приезд?

Тут же машет официантке и даже не спросив ничего, делает заказ, пока Марк усаживает меня на диван рядом с собой. От ощущения его тела рядом по всей коже рассыпаются мурашки, а мне будто снова пятнадцать, так что я даже глаза на него поднять не могу и когда Марк, начиная разговаривать с Феликсом, закидывает руку на спинку, слегка касаясь пальцами моего плеча, едва заметно вздрагиваю. Для всех незаметно, но он точно это почувствовал.

– Я тоже по тебе скучал, – шепчет он, наклонившись к моему уху. Фак, я даже не заметила, как он это сделал!

Дальше всё как обычно: бокалы на столе, их содержимое заливается в нас так, будто в последний раз в жизни вышли куда-то из дома и разговоры. Очень много разговоров. В основном вопросы на тему того, как мне жилось с бабушкой, почему решила вернуться – помимо её смерти – и всё в таком духе.

Спустя час полностью расслабляюсь и сама забиваюсь под руку Марка, который одним своим движением будто стёр между нами пятилетнюю границу, но стоит мне поднять к нему лицо, чтобы, наконец, спросить, о его жизни, как “готовая” Рита встаёт с места.

– Я хочу танцевать, и ты, – тычет в меня пальцем, – идёшь со мной.

А я, в общем-то, и не против. Выныриваю из “укрытия” и лёгкой походкой иду за подругой. Только встав на ноги, понимаю, что выпила слишком много: пол под ногами словно растекается, из-за чего идти до неприличия трудно, но стоит нам добраться до танцпола, как тело само ловит ритм музыки. Словно выбирается кто-то, кто до этого сидел в тёмной клетке за семью замками, а сейчас, наконец, начинает дышать.

Только сейчас в полной мере осознаю, что за такой короткий промежуток времени я потеряла самого близкого человека и приехала обратно в лапы той, кого ненавижу. Да, я не собираюсь жить с матерью, но сам факт, что она может за час добраться от своей квартиры до моей – угнетает.

Угнетал. До этого момента. Теперь же каждая клетка моего организма тянется навстречу битам. Чувствую, как сзади пристраивается Рита, укладывая на мою талию руки, как тихо смеётся, когда я подыгрываю ей. Наслаждаюсь запахом дыма и яркими вспышками софитов. Не отказываю себе в удовольствии забыться всего на один вечер и позволяю алкоголю играть в моей крови свою собственную мелодию, пока не наступило завтра. А завтра я опять стану примерной девушкой, которая переводится в универ на втором курсе и устраивается на работу, чтобы за эти три месяца немного подкопить денег.

Касания на мне прекращаются, и я с большей энергией начинаю танцевать, даже когда играет медленный трек.

Двигаюсь плавно, но внутри разгорается такой пожар, что хочется потушить его стаканом воды, однако мои планы прерывает подруга. Снова её руки на моих бёдрах, еле ощутимо ведут вверх, и только когда кожа соприкасается с кожей я понимаю – это не Кукла. Цепляюсь своими пальцами в мужские, пытаюсь скинуть их с себя, но они только плотнее прилегают к моему животу, вызывая волну мурашек и какое-то слишком обжигающего ощущение под ними.

– Если будешь послушной, я даже разрешу тебе дотронуться до меня в ответ, – рокочет бархатистый голос над ухом и вновь по коже расползается приятное раздражение. Но вместе с тем оно и до жути липкое, потому что в его тоне нет ни капли заигрывания, там чистая уверенность, приправленная усмешкой. Это злит меня.

Немного расслабляюсь, чтобы он сделал то же самое и когда это происходит, резко вырываюсь из его рук, разворачиваюсь, делая шаг назад, а моя ладонь… со звонким щелчком бьёт незнакомца по щеке.

Замираю, приоткрыв рот, наблюдаю. Он… будто вышел из-за какой-то сказки, но оказался в современном мире: каждая черта на его лице совершенна; острые скулы, на одной из которых теперь алеет пятно; пухлые губы растянуты в улыбке, вполне себе доброй. Грудь, обтянутая чёрной футболкой даже, не колышется от злости, да и весь он… милый. Так что мне в моменте становится стыдно. Но его глаза… один голубой, а другой зелёный… Они буквально притягивают к себе внимание, настолько, что сложно смотреть куда-то ещё, только вот вместе с тем, я понимаю, что этот взгляд не сулит мне ничего хорошего…

Глава 3. Охотиться

Лис

– Сделай всё чисто или можешь больше здесь не появляться, – припечатывает отец без эмоций, а после отворачивается к окну, будто потерял всякий интерес, и пейзаж его беспокоит куда больше кровного отпрыска.

Натягиваю на лицо улыбку и также без слов выхожу из кабинета. По-моему, не дышу всю дорогу до лифта, даже в холле. Только когда оказываюсь на свежем воздухе, позволяю углекислому газу из лёгких вылететь, но почти сразу достаю пачку сигарет и прикуривая, забиваю грудную клетку до отказа. Успокаиваю сам себя, прежде чем полетят головы. А они полетят.

Иду ровным шагом к машине, успевая выкурить сигарету полностью, и у самой тачки тушу бычок. Нажимаю метку, а после короткого “пилик” открываю дверь. Падаю на водительское сиденье, в этот же момент запускаю движок, чтобы кондиционером охладить салон. Блядское начало июня: даже вечером жарит так, что хочется снять с себя шкуру.

Беру смарт в руки, набираю “быстрый” в лице Демона. Он отвечает не сразу, чем ещё больше бесит меня.

– Слушаю, – наконец слышится его голос в трубке, но вместе с ним и музыка.

– Какого хера, Айко? – рычу в ответ.

– Я знал, что ты позвонишь, – на тяжёлом выдохе говорит он, а затем замолкает. Через короткое время затухает и музыка, видимо, зашёл в кабинет. – Доставка сорвалась.

– Спасибо, фак, я и так это понял, – посмеиваюсь над его очевидным вердиктом, но это больше нервное. – Вопрос в том, почему я узнаю об этом вместе с выговором от Босса, а не от тебя – куратора?

– Собирался набрать, но в “Подвале” случилось ЧП. Отвлекли.

Тру переносицу пальцами, а после ими же постукиваю по рулю, откидывая голову на спину сиденья. Это не новость, что там случается ЧП, в конце концов, многие знают, что в тех стенах позволено практически всё, но именно сейчас меня это дико раздражает.

– Там что?

– Какой-то придурок кинулся ножом на официантку.

– Убрал его?

– Да.

– Хорошо, – киваю сам себе. – Босс дал ещё доставку. Тонко намекнул, что в этот раз не потерпит косяков.

– Сам поедешь? – тут же спрашивает Демон.

– Наверное, – переключаю скорость, выезжаю с парковки и выжимаю педаль Порше в пол. – Завтра об этом подумаю.

– В клуб, – без лишних вопросов констатирует Айко.

– Да, – роняю. – Найди мне курьера, – добавляю и тут же отключаюсь.

“Подвал” – мой клуб. Однажды открыл его, чтобы было где залечь, пока цунами в лице бати не пройдёт, да так и оставил. Оказалось слишком приятно иметь свою Нору. Потом открыл стрип-клуб “по заказу”. Просто многие знакомые просили что-то максимально приватное, чтобы там не ошивалась всякая шваль, как в том же “Подвале”, ну а кто ещё может себе такое позволить, как не сын крыши города, да? А дальше меня понесло и теперь я на весь город известен не только как Лис, но и как “Продавец”. Только вот мой товар – это те, на кого встанет, как под виагрой.

К Норе подъезжаю с другого входа, паркую тачку под камерами и, открывая дверь ключ-картой, плыву к кабинету. В этом районе клуба достаточно тихо, но даже здесь слышится бит, который долбит в основном зале. И что самое охеренное – доступ в эту часть есть только у меня, Демона и нескольких менеджеров, на случай если мы будем очень нужны в самом клубе, а найти нас через трубу не представится возможным.

Айко уже сидит за столом в кабинете и тянет из бокала вискарь, каждые три секунды зачёсывая короткую чёрную чёлку назад, что-то усердно колупая в ноуте.

– Как батя?

– Зол, в ярости, пена у рта, – тяну уголок губ на один бок, падая на кожаный диван.

– Ничего нового.

– Ничего нового, – эхом повторяю, растекаясь по чёрной коже.

Ну, если быть честным, каждый звонок от отца для меня – лютый стресс, потому что он не звонит мне, чтобы узнать, как мои дела. Он набирает мой номер, только если мои люди дали косяка, и вот за это я ловлю полную панамку херов. Да, наши отношения вообще никогда не были “отец-сын”. В детстве это больше напоминало бракованный Шапито, где я – выдрессированный тигр, а отец – тот самый дрессировщик, который бьёт хлыстом просто за то, что я криво улыбнулся, но чем старше я становился, тем радикальнее всё менялось.

Щенок, некровный наследник, ошибка спустившего, бастард, пятое колесо – это все мои имена, данные мне отцом и его ближайшим окружением ещё, когда я был ребёнком. Но вот я вырос, со временем научился улыбаться так, чтобы любой подтекал, а после всем этим гандонам доказал, что хоть я и бастард, однако всё равно достоин своего наследства.

– Нашёл его? – выплываю из собственных мыслей.

– В подвале, – кивает Айко.

Встаю с дивана, скидывая на него метку и смарт, а, после не говоря ни слова, выхожу из кабинета.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы знать, что Демон за моей спиной: всегда рядом, правая рука, тень, лучший друг и единственный, кому я могу доверить свою жизнь. А ещё он полностью оправдывает своё прозвище и если Айко реально захочет, никто даже не поймёт, что он рядом.

Подвал встречает сыростью и темнотой. Ненавижу эти два ощущения, но даже с этим научился мириться, потому что жить гораздо проще, когда умеешь адаптироваться.

Глазам требуется немного времени, чтобы привыкнуть к отсутствию освещения, но как только это происходит, слышится слабый щелчок, за которым загорается тусклая лампа на потолке, освещая под собой тело, связанное на стуле.

Парень. Совсем ещё молодой. И умрёт молодым, ведь я не прощаю.

– Быстро ты его нашёл, – проговариваю в задумчивости, оглядывая парнишку, что сидит, свесив голову, и опускаю взгляд к красной лужице под его ногами.

– Нашёл сразу же, как узнал про доставку, – отвечает Демон, а следом слышится всего один шаг. Это он ушёл в тень.

Я же подхожу ближе, и когда носки моих белых кроссовок оказываются в поле зрения курьера, он вскидывает голову. Лицо окрашено кровью, а взгляд не фокусируется, сколько бы он ни пытался.

– Воспользоваться успел? – спрашиваю спокойно.

– Лис? – выражение его лица меняется с растерянного на испуганный, как только он слышит мой голос. – Лис, я не виноват, – быстро-быстро тарахтит.

Завожу руку за спину, достаю из-за пояса джинс пистолет. Тихий щелчок предохранителя звучит, как приговор. А после прислоняю тёплый металл к его лбу.

– Я не это спросил, – устало выдыхаю. – Пользовался?

– Да, – дрожащим голосом отвечает парень.

Мне большего и не требуется: приглушённый звук выстрела разгоняет по венам кровь. Я привыкший лишать жизни и уж точно не один раз слышал, как звучит смерть, но эффект, который производит этот момент… он, сука, ни с чем не сравним.

Некогда живой человек растекается на стуле безвольным мешком, а я наблюдаю, как из его, и без того туманного взгляда, уходят последние крупицы жизни.

– Вызови наших, – бросаю тихо, проходя мимо друга. – Пусть подчистят.

– А остатки доставки?

– Это объедки, а они никому нахер не упёрлись.

– Какая ирония, – хмыкает Демон, когда мы выходим обратно в коридор. – Он сдох ради минутного удовольствия.

– Не он первый, не он последний, – отвечаю с усмешкой.

И ведь это, сука, правда. Лет десять я сам занимаюсь этой частью бизнеса отца, и за эти года, чуть ли не каждый третий, кто приходил работать, заканчивает так же, как этот парень. Всеми движет корысть, жадность и, как выразился Айко, минутное удовольствие. Каждый думает, что он умнее, быстрее и, самое главное, догадливее меня. Однако это ошибка. Я рос в окружении гиен, что представляют себя львами. Я знаю, как выглядит человек, способный предать. Знаю, но каждый грёбаный раз даю этим бедолагам возможность доказать мне, что я не прав. Только вот в конце концов мозги всё равно летят по стенке.

– Сегодня охота? – спрашивает Демон, когда мы заходим в кабинет, а после падает в кресло у стола и снова утыкается взглядом в экран ноута. – Ты ведь не только из-за курьера здесь.

– Да. Несколько девочек минусанулись, – прохожу к столу и, взяв ещё один бокал, наливаю себе из бутылки, которая всё также стоит открытая, усаживаясь в кресле напротив.

Повисает молчание.

Я, как обычно, задумываюсь о своём, а Айко что-то усердно ковыряет в компе.

– Не поверишь, кто здесь, – усмехаясь тянет друг, вырывая из белого шума в моей голове, а после поворачивает ноут ко мне.

На экране – камеры со входа. На них белым пятном плывёт светловолосая дева в коротком чёрном платье и виляя жопой. Я узнаю этот зад из тысячи тупо потому, что не один раз трахал его, в любых состояниях и позах.

– Кукла, – констатирую я. – И?

– Думаешь она здесь просто так? – хмыкает Айко. – Ты же её кинул.

– Чтобы кинуть, нужно что-то обещать, – усмехаюсь. – Пусть радуется, что не дёргает задницей в “Свити”, как все её предшественницы. Дай Марсу и Витале инфу, чтобы её не впускали, – бросаю с полуулыбкой, припоминая, как все, кто хотел со мной отношений, соглашались стать стриптизершами и шлюшками, лишь бы не переставать видеться совсем.

Он тут же берёт в руки рацию и передаёт ребятам на входе мои слова. А я отвожу взгляд, но вдруг замечаю, как вслед за Ритой плывёт другая фигура: изящная, хрупкая, обтянутая коротким светлым топом, но скрытая снизу из-за широких штанов; с чёрными, как смоль волосами, которые даже сквозь рябь камеры кажутся шелковистыми.

И тут всё тело прошибает разрядом электричества. Ощущения почти те же, как когда нажимаешь чёртов курок.

– Её надо к моим сокровищам, – киваю подбородком на экран.

– Дать отворот? – Айко вскидывает тёмную бровь.

– Да. Она нужна в мою коллекцию.

Глава 4. Наблюдать

Лис

Неспешным шагом плыву в вип-комнату на втором этаже главного зала. Это единственное огороженное помещение, и в него можно попасть только с ключ-картой. Випку с натяжкой можно назвать прям помещением: комната в двенадцать квадратов полностью из стекла, но тонированного так, что изнутри можно увидеть, что происходит на танцполе, а вот оттуда не разобрать, кто смотрит на тебя. Тёмный пол, тёмный потолок, диваны из белой кожи и тяжёлый стол из светлого дерева. Своеобразная клетка для тех, кого сюда приводят. Или, как однажды её назвал Демон – наблюдательный пункт.

Заходим вместе с Айко и пока он усаживается на один из диванов, я достаю из термошкафа бутылку виски, а после разливаю его в два ледяных бокала, один из которых протягиваю другу.

Стою, смотрю на зал, лихорадочно бегая глазами по силуэтам людей. Часть танцует, кто-то просто сидит или стоит у стойки, слишком часто обмениваясь рукопожатиями, но меня интересуют не все они. Только одна. Та, что пришла с Куклой. И спустя некоторое время у меня всё же получается выцепить её взглядом у столиков на возвышении. Их четверо: Рита, эта девушка, огромный – даже для немаленького меня – белобрысый бугай и ещё один тёмный чел с видом всемогущего великомученика. Понятия не имею, как отсюда вижу всё настолько чётко, но будто каждый раз, когда зрение цепляется за россыпь чёрных волос, все чувства в организме разом обостряются, вынуждая все системы работать на пределе.

Когда блондин обнимает моё Сокровище, я слегка напрягаюсь, однако отпускает также быстро, когда он поспешно делает шаг назад, но те касания, что происходят дальше, вынуждают пальцы на бокале сжаться сильнее, отчего я практически слышу хруст собственных костей.

– На шест или на продажу? – лениво спрашивает Айко, видимо, заметив мой повышенный интерес.

– На месте разберусь, – выталкиваю из себя, продолжая подобно коршуну наблюдать за компанией.

Смотрю, как они пьют, разговаривают, как она смеётся. В эти моменты кажется, что я слышу её мелодичный голос и от одного этого глюка в штанах чувствуется напряжение. Спустя время вижу, как брюнет закидывает руку на плечо моему Сокровищу и вот в этот момент готов повторить момент из подвала.

– Лис, ты норм? – снова слышится голос друга.

– Да, – цежу сквозь зубы.

– Ну тогда повторю вопрос: когда следующая доставка?

– Завтра, – не поворачиваясь к нему, отвечаю.

Не хочу пропустить ни единого её движения. Будто я одержим.

– Мне поехать?

– Нет, я сам, – киваю Айко в отражение.

Я определённо благодарен ему за то, что он всегда на поддержке. И это забавно, учитывая, что мы стали друзьями после драки. Совсем пацанами схлестнулись да так и продолжаем общаться.

На тот момент для меня было немыслимо, чтобы я начал дружить с пацаном из скид-роу, потому что хоть я и был «Никчёмным наследником», но всё же был. А Айко… его воспитывала улица и пара бездомных кошек, потому что мать – единственная кто реально о нём заботилась – умерла, а батя… про таких говорят, что лучше без него, чем с таким, как он.

А теперь… теперь его имя знают наравне с моим, и это точно не из-за того, что он мой помощник. Скорее из-за того, что немаленькую часть работы он берёт на себя. Как тот же клуб: я тут тупо есть, а он заведует всем и именно поэтому в собственниках мы оба.

– Демон, отрой информацию, кто те двое с Ритой и её подругой, – роняю, продолжая гипнотизировать собственническую руку на плече брюнетки.

А ведь я в своей голове представил десять способов, как отделить конечность от тела этого парня, а после ещё пять разных вариантов, куда её можно ему запихать.

– Парни? – в тоне Айко слышится удивление. – Меняем вектор?

– Нет. Мне просто нужна информация.

Он не отвечает, но я и так знаю, что Демон принял задачу в оборот. Не удивлюсь, если уже поставил перед айтишниками план на выполнение.

Наконец, взгляд улавливает движение. Не, его вокруг полно, но теперь происходит именно то, что мне было нужно: моё Сокровище выползает из-под руки этого придурка, и они вместе с Куклой идут на танцпол.

Танцует. Один трек, другой. Быстрый, медленный, сексуальный и чувственный. Двигается так, что под кожей растекается раскалённая лава. Ничего подобного я никогда не испытывал. Какие-то новые, абсолютно непонятные чувства, которые буквально толкают меня в её сторону.

И это я тоже делаю впервые. Покидаю пределы наблюдательного пункта. И хотя внутри всё рвёт и мечет оказаться ближе в эту же секунду, но я не тороплюсь. Неспешно выхожу, прохожу вдоль балкона, здороваясь со знакомыми людьми, спускаюсь. Также медленно почти плыву в её сторону, и мне даже плевать, окажется ли Кукла в этот момент рядом: взгляд, эмоции, всё моё нутро зацепилось за хрупкую фигуру и даже спустя такой путь не отпускает.

Оказываюсь очень близко. Настолько, что, протянув руку, могу её коснуться, но не делаю этого, продолжая впитывать в себя её движения, а вместе с ними любую мелочь. Цепляю глазами момент, как она ведёт руками вдоль своих рёбер и выше, будто ласкает себя; как поправляет волосы, перекидывая их на один бок; как плавно двигается все её тело под спокойную мелодию. Замечаю каплю пота на позвоночнике, которая медленно стекает ниже, под пояс штанов, и ловлю себя на мысли, что хочу исследовать тот же путь языком.

Всё же делаю шаг ближе. Укладываю руки на её бёдра, глубоко вдыхая сладкий аромат, и даже когда она напрягается, не перестаю дышать ей, только наклоняюсь ниже и практически у самого уха произношу:

– Если будешь послушной, я даже разрешу тебе дотронуться до меня в ответ.

Это звучит самодовольно, но я знаю, какой эффект произвожу. А ещё я реально не люблю, когда девушки меня трогают, но этой Крохе я позволю всё, если она хотя бы раз покажет больше, чем позволено в клубе.

Она резко, практически истерично, обхватывает мои руки своими тонкими пальчиками, чем заставляет меня немного усилить давление, чтобы не дать ей выбраться. Но это всего на секунду, потом её тело расслабляется и моё следом за ней. Настолько, что я сам не замечаю, как моё Сокровище вырывается из моих рук и, разворачиваясь, наотмашь хлещет по моей щеке ладонью.

Мне бы разозлиться да выбить из неё всю дурь, но я смотрю в её голубые, как два топаза, огромные глаза и весь остальной мир вокруг нас будто сужается до минимума.

На лице автоматически вырисовывается улыбка, чтобы она не испугалась. Хотя внутри бушует такой ураган эмоций, что если дать ему волю, то от клуба не останется ни следа.

Смотрю на её пухлые губы, раскрывшиеся в удивлении; на мягкие черты лица; успеваю разглядеть часть татуировки на руке, вместе с тем заметить, что под ней рубцы; осматриваю венку, которая бьётся на тонкой шее со скоростью тысяча ударов в минуту и не могу ничего сделать, даже шагнуть в её сторону, потому что вся моя энергия направлена на то, чтобы удержать себя на месте. Удержать и не сорваться в диком голоде к её шее.

– Даниил! – сквозь музыку слышится знакомый писк.

Это Рита. Она всегда издаёт этот, нервирующий звук, когда видит меня, и сейчас он как никогда бьёт по барабанным перепонкам, несмотря на громкую музыку.

– Прости, – говорит Сокровище едва слышно, так что мне приходится читать это по её пухлым губам.

А после разворачивается и уносится со скоростью света.

Кукла в растерянности смотрит вслед подруге, затем переводит дикий взгляд на меня, но всё же вымученно выдыхает и идёт туда, где скрылась чёрная голова.

Я так и стою, словно молния в темечко ударила, а в голове беспорядочно крутятся шестерёнки, наводя на одну-единственную мысль: я хочу её себе.

– Не хило она тебе всекла, – хмыкает непонятно откуда взявшийся Демон.

– Найди мне по ней данные к моему приезду, – провожу костяшками пальцев по пылающей щеке.

– Шест, продажа, утиль? – перечисляет друг.

– Нет. Она моя.

Глава 5. Бояться

Сокровище

– Рит, может, всё же расскажешь, откуда ты знаешь того парня? – спрашиваю в пятисотый раз за последние несколько дней, помешивая чай, сахар в котором уже давно растворился.

Кукла вымученно выдыхает, осознавая, что я не отстану и ещё больше бегать от ответа она не сможет. Падает на стул за столом напротив меня и наигранно дуя губы, бормочет.

– Это Даниил…

– Спасибо, кэп, – усмехаюсь, делая глоток обжигающего напитка. – Я это поняла ещё когда ты позвала его по имени.

– И чего он тебя не отпускает? – возмущается подруга.

– Да мне как-то всё равно на него, – пожимаю плечами. – Меня не отпускает тот факт, что ты о нём не рассказываешь. Это, знаешь ли, звоночек, – тихо посмеиваюсь.

Наблюдаю, как Рита нервно закусывает губу, о чём-то размышляя. Почти буквально вижу, как её разрывает желание мне всё рассказать, но при этом она сама себя тормозит. Вот это уже чертовски интересно!

– Ну, давай, говори уже, – подначиваю её, откусывая кусочек печенья.

– Это Даниил, и мы были любовниками, – на одном тяжёлом выдохе выпаливает она.

– Так а чего секретного-то?

– “Подвал” – его клуб, а он… – Кукла укладывает обе руки на столешницу, собирая пальцы в замок, и нервно заламывает их. – Он сын… верхушки мафии.

Издаю звук похожий на кряканье и начинаю кашлять, ощущая, что подавилась крошкой печенья.

– Гонишь? – давлю, вытирая выступившие слёзы, а когда вижу её тоскливый взгляд, направленный на меня, понимаю – не шутит. – Рит, ты больная? Ты как в это ввязалась?

– Я ведь говорила, что мы знакомы с универа, – бубнит себе под нос, вскакивая на ноги, и начинает порхать по кухне в притворной занятости.

– Ага, прям так и сказала: знакомый с универа. Просто, видимо, забыла уточнить, что он связан с криминалом, а ещё что ты спала с ним, – начинаю смеяться. – Вот это тебя занесло, конечно. Скажи ещё, что влюбилась.

– Ты просто не знаешь, какой он, – внезапно останавливается с пустой тарелкой в руках.

– А ты знаешь? – вскидываю бровь, вспоминая, что он даже не посмотрел на неё в клубе.

Рита в очередной раз поджимает губы и молча заканчивает пустую уборку. В общем-то, кажется, на этом мои полномочия заканчиваются, только вот есть одна вещь, которая мне сто процентов не даст покоя.

– Рит, ты бы перестала по нему слюни пускать, – роняю тихо, вставая с места. – Судя по его семейным связям, он плохой человек. Я бы даже сказала… опасный.

Подруга коротко улыбается, оставляя мою реплику без ответа, а я и не настаиваю. Только надеюсь, что у неё хватит ума последовать этому совету.

Конец того вечера прошёл довольно сносно, хотя и намного спокойнее, чем планировалось изначально. Как только я сбежала с танцпола, попросила ребят уехать, и мы свалили к нам в квартиру. Пили, разговаривали, смеялись.

Того парня я больше не вспоминала, если не считать попыток разговорить подругу, но в целом… плевать. Только периодически кажется, что он где-то из-за угла улыбается своей милейшей улыбкой, вынуждая вздрагивать.

Из кухни иду в комнату, чтобы собраться на собеседование. Ну, собеседованием это сложно назвать, ведь я хочу устроиться секретарём в какую-то контору по производству пластиковых статуэток. И кто их вообще покупает? В общем, неважно, мне просто нужна работа, а эта, вроде, одна из немногих попавших мне на глаза, где не нужно много ума и не требуется образование. По правде, я нашла две такие вакансии, в приоритет поставила эту.

– Ты на такси? – на пороге комнаты появляется Кукла, как раз когда я уже натягиваю белую рубашку.

– Марк отвезёт, – сама от своих слов растекаюсь лужицей.

– Вы снова вместе? – лукаво улыбается.

– Не знаю, – отвечаю чистейшую правду. – Но пока мне и так хорошо.

Рита кивает, не переставая лукаво улыбаться, а я продолжаю приводить себя в божеский вид.

Ещё через полчаса я уже сижу на переднем сидении тойоты Марка у парадного входа в офис и безумно волнуюсь. Не могу понять почему, ведь это не первая моя работа, но отчего-то весь организм содрогается, стоит только подумать, что мне снова придётся взять на себя ответственность.

– Всё будет нормально, – тёплая мужская ладонь укладывается на моё колено, а большой палец едва ощутимо поглаживает кожу. – Ты справишься,

– добавляет уверенно.

Поправляю манжеты на рубашке, чтобы скрыть небольшую часть татуировки, и слабо киваю. Задерживаю взгляд на его руке, стараясь сфокусироваться только на ней.

– Да, ты прав, – давлю лёгкую улыбку, отрываю глаза и перевожу их на него. – Всё будет хорошо.

Марк медленно моргает, а после тянется, оставляя на моей щеке мягкий, горячий поцелуй.

– Жадина, – тихо посмеиваюсь.

– Выйдешь не безработной – будет больше, – хрипит, утыкаясь носом в мой висок, продолжая гладить мою ногу.

Надо отдать должное, на какое-то время это помогает забыться, утонуть в ощущении поддержки, но хватает меня ненадолго.

Снова киваю и, хватаясь за дверную ручку, выхожу на улицу. Смотрю на высокое здание, задрав голову, протяжно выдыхаю. Продолжаю теребить рукава, а вместе с ними и лямку сумки. Волнение не сходит.

Признаться честно – я дико боюсь контакта с незнакомыми людьми. Видимо, во мне это заложила матушка, когда каждое моё знакомство сопровождалось ремнём и дикими криками, словно я обнесла магазин. Для профилактики, так сказать, чтобы не появилось мыслей делать глупости. Помню, как жутко мне было идти в универ в другом городе… каждый день – испытание для нервов.

Но сейчас, как и тогда, у меня нет выбора. А потому, надо идти. В конце концов, что может пойти не так, да?

Глава 6. Поражаться

Сокровище

В светлом фойе я сижу одна, если не считать базовую блондинку, что стучит ноготками по клавиатуре и делает серьёзный вид. Она же, между прочим, попросила меня подождать пять минут… ровно полчаса назад. И от этого ожидания я нервничаю ещё больше, уже прикидывая в голове, что пора уходить.

Но все мои великие планы рушит звон рабочего телефона.

– Да, Вадим Андреевич… – отвечает блондинка, имени которой я не запомнила. – Да, конечно, сейчас, – важно кивает, кладёт трубку и уже мне говорит: – Можете проходить, вас ожидают.

Встаю с кресла, на котором сидела всё это время, гипнотизируя полупрозрачную дверь. Руки слегка трясутся, но в целом – жить можно. Первый шаг даётся сложно, а затем я всё же беру себя в руки и прежде чем зайти в кабинет поправляю невидимые складки на белой рубашке.

За столом сидит мужчина лет сорока. На его носу небрежно висят тонкие очки, а на висках виднеются проблески седины, однако он не одет, как показывают начальников во многих фильмах – нет строго костюма и галстука. Обычная рубашка-поло в клеточку. И все его внимание обращено в монитор ноутбука.

– Здравствуйте, – прочищая горло, подаю голос.

Он всё же отрывается от своего занятия, оглядывая меня с ног до головы. Взгляд заинтересованный. Даже слишком. Но не пошлый. И это меня воодушевляет.

– Меня зовут Ярослава, – начинаю тихо, проходя ближе к столу. – Учусь на экономическом, третий курс. Ну ещё не совсем учусь, но с сентября буду, – бормочу быстро.

– Любопытно, – хмыкает мужчина, не думая представляться. – Вы не подходите мне, Ярослава, – добивает коротко.

Я же не сразу понимаю, что он сказал, а когда до меня доходит, то так, и замираю, не дойдя до точки назначения. Хмурюсь. Злюсь. Негодую. В целом – бешусь. Но всё же спрашиваю:

– Могу я узнать почему?

– Мне нужен человек с опытом и без груза в виде обучения, – пожимает плечами.

– Но в объявлении сказано…

– Неважно, что сказано там, – перебивает меня достаточно жёстко. – Я вынес своё решение.

Не знаю, как объяснить, но в моменте органы вниз упали и давят на меня с титанической силой. Конечно, моя жизнь на этом не закончилась, только вот внутри клубится чувство, будто меня использовали и выбросили. Словно я зря столько времени переживала. И от этого я начинаю натурально закипать.

Понимаю, что надо валить, пока эмоции не взяли верх над разумом и, разворачиваясь на пятках, выхожу, напоследок громко хлопнув дверью. На блондинку даже не обращаю внимания, а вот стоит сесть в машину Марка, как меня прорывает.

– Вот же мудак! – шиплю змеёй, глядя перед собой.

– Собеседование провалилось? – боковым зрением вижу, как он кидает на меня настороженный взгляд.

– Даже больше, – фыркаю, откидываясь на спинку сидения. – Оно не началось.

– Ты успела сделать что-то, что ему не понравилось? – наклоняется ближе и теперь его лицо с задранной бровью, перед моим.

– Я не успела ничего, – смотрю на него, поджимая губы. – Только имя сказала.

– Может у него аллергия на Ярослав? – хмыкает.

– Вообще, не смешно, – хмурюсь. – Придётся ехать на второй адрес, но там меня не ждут.

– Будь наглее и смелее, Яра, – говорит тихо, а после мягко касается своими губами моих. – Говорят, это упрощает жизнь.

И вместе с этими словами отстраняется, возвращаясь к рулю. А я… пару раз моргаю, скидывая с себя наваждение, и всё же, делаю так, как сказал Марк: достаю из сумки телефон, открываю заметки и копирую оттуда номер, набираю его. Несколько гудков и вот на той стороне слышится мужской, практически убаюкивающий голос.

– Здравствуйте, – прочищая горло говорю. – Я звоню по поводу объявления на должность администратора.