Читать онлайн Пятый квартал бесплатно

Глава 1.

10:00 по местному времени, Россия, Санкт-Петербург

Июль в этом году выдался особенно жарким. Даже в моей родной стране, в небольшом городе с населением в семьсот миллионов человек чувствовалось давление солнечных лучей, отчего пеклись даже голые монолитные стены многочисленных новостроек. В одной из таких располагалась моя небольшая однокомнатная квартира, на седьмом этаже, с видом на местный парк: в основном его составляли хвойные и широколиственные деревья, зато пробежка или прогулка в таком атмосферном месте по утрам виделась настоящей благодатью. Когда небо еще занимается первым светом, а нежные дождевые росинки украшают пробудившуюся под ногами траву, самое время включить на стриминговом сервисе плейлист любимых исполнителей и двинуться туда, куда ноги сами ведут: по истоптанным знакомым тропам.

Родилась я, к слову, совершенно в другом месте. Но это неважно, ведь в моей стране почти в каждом городе, даже в мегаполисе, можно найти частичку культурного колорита, веками создаваемого народом, прошедшим через сражения, войны, голод и нищету. Да, так можно сказать про любое государство, подумает мой случайный читатель, но я гордо ношу статус патриота не только из-за банального честолюбия.

Когда-то эти величественные леса, которые простираются от севера до самого юга, спасли жизнь нашим солдатам-соотечественникам, героически воевавших за Родину во Второй Мировой войне. В 1940-ые годы наша нация, после стольких лет жестокости и борьбы, наконец-то, освободилась от нападения фашистских войск, и даже спустя восемьдесят лет мы с почетом и сожалением вспоминаем то нелегкое время.

До сих пор люди помнят и войну с французами, которая поразила государство еще веком раннее, даже война с Османской империей иногда отзывается в чьих-то сердцах.

На крови и кладбище строилась Россия несмотря на то, что ее наследием мы обязаны и другим государствам, как европейским, так и некоторым восточным. Сегодня это целая экономическая и духовная держава, на стыке Запада и Востока, Азии и Севера. Безусловно, многие другие страны пользуются нашей поддержкой, как и мы зависим от экспорта и импортируем свои природные ресурсы, но даже в такой, казалось бы, продуманной, постоянно функционирующей цепи есть сбой. У России всегда были, есть и будут враги, но я больше беспокоилась в этот жаркий знойный июльский день не об этом.

На самом деле, дома, в родном городе, меня ждал один из моих недавних пациентов – Роберт. Крупный мужчина сорока лет, не женат и не имеет детей, занимает должность заместителя директора в одном из крупных филиалов знаменитого банка в России, клиентом которого, к слову, я сама уже давно являюсь. Роберт пришел ко мне на сеанс всего месяц назад, но уже поставил целый ряд целей, которых хотел бы достигнуть на терапии: избавиться от мании величия, желании все и всех контролировать, агрессивного поведения, склонности к манипуляции, неудач в личной жизни, тревожного состояния. С таким букетом проблем этот деловой, уже вполне состоятельный мужчина, который подъезжает к моему офису на черном кабриолете в сопровождении с охранником каждый раз, именно с таким типичным расстройством мужского эго он и заявился с порога. Да, как врач-психиатр, который с этого года ведет частную практику, я не могла не заметить, что у Роберта ярко-выраженное нарциссическое расстройство, однако в силу его воспитания оно пока не вышло за рамки критического. На сегодняшний день оно лишь создает ему некоторые сложности на работе и в общении с особами женского пола, например, недавно довольно хитрым методом (установив жучок-прослушку в столовой) Роберт выяснил, что его подчиненные за глаза называют своего начальника «мужчина с большой буквы, но с маленьким недостатком», или что его старшая сестра в детстве называла его «вонючкой-черномазиком» каждый раз, когда он не мог удержать позывы кишечника до заветной комнаты.

В старшей школе он, почему-то, решил, что обладает выдающимися способностями, хотя учителя этого никак не подтверждали, ставя средние оценки, но благодаря тому, что Роберт сам верил в свою исключительность, каким-то образом он умел распространять это на других и внушать им свою волю. Называть это явление «коллективным бессознательны» я бы все-таки не стала, но благодаря такой неистовой вере в себя он смог выиграть региональный конкурс стартапов и поступить на бюджет в один из самых престижных ВУЗов Европы.

Правда, из-за своего желания все контролировать, Роберт находился на грани отчисления уже с начала второго курса, но когда он встретил Лолиту – так называл ее мой пациент – то, с его слов, в жизни молодого юноши все перевернулось с ног на голову. Он довольно быстро смекнул, что его белокурая красавица-однокурсница из Швейцарии является предметом не только его влечения, поэтому перешел к решительным действиям: богатые ухаживания, разговоры по душам, знакомство с родителями. Казалось бы, так выглядело начало их совместной сказки, но ее отцу и матери сразу показалось, что с Робертом что-то не так. Пациент утверждал, что родители девушки отнеслись к нему с подозрением, отстранением, пренебрежением. Так ли было на самом деле? Эту версию мы могли бы услышать только от них самих, но для объективности лишь добавлю, что они являются крупными бизнесменами в ресторанной сфере. Можно допустить мысль, что завоевать расположение таких влиятельных людей было не просто.

Так или иначе, Лолита начала охладевать к Роберту, а тот – сходить с ума. Буквально. Он мог простоять под окнами ее дома двое суток, ездить за ней по пятам, чтобы знать, с кем она общается и нет ли у него серьезных конкурентов, купить билет в один и тот же самолет или даже откровенно разрыдаться на глазах у испуганной девушки. Как бы я не пыталась объяснить своему пациенту, что такие действия как минимум квалифицируются как преследование и вторжение в личную жизнь, что не понравится ни одному здравомыслящему и уважающему себя человеку, Роберт в таком поведении не видел ничего странного или криминального – все это объяснялось им, как порывы чувств, желание вернуть любовь, жертвенность.

Попытки объяснить мужчине, что сталкеринг и навязчивость – это негативные черты психологического портрета личности, были проигнорированы.

Когда Роберт все-таки окончил университет, то благодаря тому же обаянию и вере в свои идеи (не без помощи родителей и необходимых связей), он все-таки смог попасть на должность экономиста в банк. Спустя десять лет непрерывной работы (и Бог знает, какими методами) он все-таки смог добиться должности заместителя директора банка, и планирует стать ее полноправным руководителем в ближайшем будущем.

Зачем же он пришел ко мне? Думаю, мужчина никогда бы не спохватился до приема у психотерапевта (да и зачем такому человеку врач – он ведь считает, что это ему должны платить деньги за то, что он помогает людям стать лучшей версией себя), если бы не угроза увольнения и потеря статуса, денег и всего, к чему он успешно шел столько лет.

– Роберт, наш сеанс подходит к концу, поэтому предлагаю подвести его итоги, – непривычно для себя официальным голосом дежурно проговорила я, готовясь к психологическому анализу: – Вы должны понимать, что для успешной психотерапии Вам необходимо осознать прежде всего те свои качества личности, которые Вас тянут на дно, и которые помогают держаться на плаву и достигать успехов. Безусловно, в каждом из нас есть «кикиморы» – это, так называемые, вредные шаблоны поведения, запрограмированные мозгом, которые глубоко оседают в сознании и подсознании, и в последствии отражаются в поведении, действиях. Для того, чтобы избавиться от негативных паттернов и вредных привычек, необходимо перестроить свое восприятие и отношение к миру, а также к людям. Готовы ли Вы к таким переменам? Признаете ли Вы, что придется измениться?

Мужчина на минуту задумался, затем слабо кивнул, приготовившись внимательно слушать.

Я глубоко, но сдержано вздохнула, затем на секунду перевела взгляд на настенные часы и снова на своего пациента, смотря ему прямо в душу:

– Итак, благодаря нашим трем проведенным сеансам, я могу заключить, что у Вас имеется ярко выраженные нарциссическое и тревожное расстройства, а также слабо выраженная мания величия. Хочу Вас уверить, что мы здесь не для того, чтобы Вас оскорбить или критиковать, а лишь исключительно в целях помочь излечиться. Для этих целей мы обратились к Вашему детству и юности – чтобы понять, как Ваша психика подверглась атаке этих пагубных расстройств. Сейчас я вижу, что результатом такого поведения в зрелости стали неуместные и несправедливые насмешки Вашей старшей сестры, которые, вероятно, были вызваны ревностью к родителям. Со стороны отца Вы постоянно испытывали давление и череду завышенных ожиданий, как от единственного сына и наследника, со стороны матери – гиперопеку, спровоцированную страхом за Ваше здоровье, которое с детства было расшатанным. Вы ведь появились на свет с недугом, я правильно поняла?

– Да – плоскостопие, – приглушенным голосом согласился Роберт, нехотя вспоминая проблемы со здоровьем из прошлого.

– И с тех пор прошло уже больше тридцати лет. Вы абсолютно излечились от болезней, и Вы должны осознать, что теперь Вы – совершенно другая личность. Та, которая сделала себя таким, каким хотела всегда видеть. Для этого Вам не нужно одобрение отца, или комплименты от сестры, ведь Вы – независимы от своей семьи ни в финансовом, ни в правовом, ни тем более в психологическом отношении. Скажите, Вы до сих пор поддерживаете связь с семьей?

– Конечно, я часто навещаю родителей в нашем родном городе, как минимум три раза за последние полгода. С сестрой видимся реже: у нее своя жизнь, семья, карьера. К тому же, ей уже почти пятьдесят лет.

– Понимаю. И все же, если для Вас и для них это важно, постарайтесь наладить Ваши отношения. Созванивайтесь или переписывайтесь чаще, забудьте старые обиды или претензии, воспринимайте их как своих самых дорогих и близких людей из детства и молодости. Делитесь переживаниями, не бойтесь быть неидеальным: будьте собой. Ваши родители примут Вас любым, и сестра тоже. Угрюмым, грустным, восторженным, счастливым. Поверьте, что когда Вы научитесь быть настоящим и искренним с родными, то у Вас получится построить отношения и с окружающими, и даже создать свою семью. Но прежде всего, Вам необходимо быть таким с самим собой. Ответьте мне, пожалуйста, на простой вопрос: Вы хотели бы создать свою семью? Жениться, обзавестись детьми?

– Да, думаю, я уже давно к этому готов…

– Замечательно. Видите: Вы уже ставите перед собой реальные, человеческие цели. Хотите ли Вы безграничной власти, эфемерных высот?

– Нет, не то, чтобы… – он заколебался, не так растолковав мои слова, – Скорее я бы хотел получить признание от своих подчиненных и руководства, добиться эффективных результатов на работе, четкого и грамотного исполнение обязанностей и вывести свою команду на новый предел.

– Очень мотивирующие и правильные слова. Только скажите, можно ли этого добиться, запрещая сотрудникам перекуры? Ограничивая их обед до 20 минут в день? Руганью и криками на рабочем месте? Задержкой заработной платы? Длительными командировками, лишением сотрудников премии за малейшие ошибки или опоздания на пять минут?

– Нет…Сомневаюсь. Скорее, это демотивация. Я лишь хотел добиться дисциплины.

– Возможно, Вы хотели добиться полного подчинения. Сложно признать тот факт, что наше подсознание иногда обманно трактует очевидные вещи как справедливость, выдавая деструктивное поведение как защиту или даже альтруизм.

– Вы правы…Как же паршиво смотреть на себя со стороны.

– Не стоит винить себя, Роберт. Вы ведь не такой ужасный руководитель, раз добились такой высокой должности. Вам важно лишь осознать свои сильные и слабые стороны, чтобы начать меняться в лучшую сторону. Пожалуйста, к следующему сеансу напишите на листке бумаге с правой стороны все то, что, по Вашему мнению, способствует неудачам в личной жизни и как это влияет на других людей. С левой стороны, пожалуйста, напишите о сильных чертах личности, которые создают прогресс в жизни и в окружении. А на отдельном листке прошу написать внешние факторы, которые влияют на самооценку и душевный баланс. На этом наш сегодняшний сеанс окончен, и, как и в прошлый раз, вот небольшой список препаратов для снятия тревожности: прошу принимать их дозированно, обязательно соблюдая диету – никакого алкоголя и сигарет в ближайший месяц. Понимаю, что это может быть тяжело, поэтому я всегда на связи, чтобы оказать поддержку: с 10:00 до 22:00.

–Анна, спасибо Вам большое, Вы – настоящий профессионал. Жена моего друга порекомендовала мне воспользоваться помощью психотерапевта, который помог ей вылечиться от ОКР, и теперь я понимаю, что пришел точно по адресу. Аж стало легче от такой фундаментальной беседы…

– Роберт, благодарю за такие теплые слова, – машинально ответила я, делая глоток апельсинового сока и испытывая легкое облегчение от того, что, наконец, он вот-вот покинет мой кабинет, а я смогу попасть домой к Джекилу – моему псу-лабрадору, – и все же помните, что Вы сами для себя являетесь исцелителем, а я – лишь ключ к Вашему осознанию и принятию себя и действительности. Именно так работает современная психотерапия. Кстати, я, кажется, поняла, о какой пациентке с ОКР Вы говорите…

Когда он протянул мне руку для прощания, я широко улыбнулась и поднялась с удобного кожаного черного кресла, чтобы проводить его до двери и заодно выйти прогуляться на свежий воздух.

– Вы не возражаете, если я переведу Вам деньги за несколько сеансов вперед?

– Как Вам удобно, Роберт: можете оплатить весь курс целиком, можете оплачивать за каждый сеанс отдельно, мы ведь обговаривали с Вами возможности оплаты с самой первой встречи, помните? Только хочу также напомнить, что я покидаю страну на полторы недели уже через пару дней – долгожданный отпуск необходим даже людям моей профессии. Я бы добавила «тем более людям моей профессии», но это уже будет лишним.

– Как, Вы уезжаете надолго? Мы же пропустим целых четыре сеанса, как я буду здесь без своего спасителя? Умирать от депрессии и тревожности?

– Ну, помирать Вам еще точно рановато, тем более что, как Вы упомянули, скоро сдача дедлайнов в банке, так что могу лишь пожелать Вам терпения и следования всем рекомендациям. Читайте литературу, общайтесь с близкими, больше отдыхайте и занимайтесь дыхательными практиками, гуляйте на природе, знакомьтесь с новыми людьми и интересными, симпатичными девушками…

– Спасибо, доктор. Кстати, Анна…

Перед выходом он все-таки задержался и неоднозначно на меня взглянул:

– Скажите, а Вы замужем?

Я сглотнула, испугавшись, что он сейчас позовет меня на свидание, но все-таки взяла себя в руки и ответила правду:

– Так получилось, что пока нет. И никогда там не была.

– Что ж, понятно…Понятно, ладно, до встречи!

Кажется, он ушел с еще большим воодушевлением, и мне оставалось лишь догадываться, чем оно было вызвано, и все-таки кабинет я покинула с необычайным облегчением от того, что как бы я не любила свою работу и помощь людям, все-таки о себе тоже нужно было подумать и, наконец, отправиться в долгожданное путешествие. Тем более, что оно должно было настигнуть меня в солнечной Испании…

Глава 2.

11:40 по местному времени, Испания, Барселона

– Всем пламенный «хола»! Сегодня, седьмого июля, мы, наконец-то, впервые за этот год летим в Мадрид – наша любимая «высокая» столица, по которой вы все так успели соскучиться. Да, признаю, после рождения первенца наша жизнь сильно изменилась: мы стали менее мобильны и больше озабочены домашними делами, но жизнь не стоит на месте, и наша маленькая компания – теперь уже из трех человек – двигается на встречу крупным делам. Вы ведь этого ждали?

– Андреас, выключи камеру, por favor*. Самолет сейчас взлетит…

– Да-да, любимая… А пока моя жена кормит маленького Матео перед часовым полетом от аэропорта Барселона – Эль-Прат до Мадридовского Мадрид-Барахас имени Адольфо Суареса, я вынужден пока прервать свой прямой репортаж из нашего шикарного рейса (а летим мы в этот раз бизнес-классом) на самолете от авиакомпании Iberia (кстати, они подают на борту апельсиновый сок, текилу и шницель с брокколи), и отправится досматривать второй сезон «Звезды футбола». Всем хороших выходных! Не забывайте подписываться и следить за последними новостями, а билеты, кстати, Вы всегда можете приобрести на официальном сайте авиакомпании, по промокоду «Андреас – плюс» – 5% скидка!

– Закончил?

Молодая девушка с крупно вьющимися черными волосами вопросительно взглянула на мужа в ожидании, что он переключит теперь свое внимание на нее и ребенка, и тот послушно завершил съемку, переводя телефон в «авиарежим».

– Извини, дорогая… – удовлетворенно принялся оправдываться тот, пристегивая ремень безопасности, после чего погладил годовалого сына по кудрявой макушке, – ты же знаешь, что без этой нативной рекламы наши спонсоры не оплатили бы нам перелет. Когда я говорил, что обеспечу нам лучшую жизнь, то говорил вполне серьезно.

– Да, конечно, я слышу это еще с окончания колледжа… Ты мечтал стать звездой футбола, но что-то пошло не так и пришлось зарабатывать блогерством?

– Пришлось? Ради всего святого, Люсия, ты так проклинаешь эту профессию, будто она совсем не приносит прибыль и пользу.

– И сколько у тебя уже подписчиков на канале? Твоя бабушка, мама, папа и кузина? Хотя, подожди, кажется, я забыла еще упомянуть крестную…

– Эй, мне казалось, что Вы прекрасно ладите.

– Да, она просто прелесть, иначе кто бы еще послал нам целую коробку зимней одежды для малыша прямиком из Греции?

– Ладно, Люсия, не начинай – твоему прекрасному личику совсем не идет спесивость.

Молодой мужчина нежно поцеловал жену в правую щеку и облокотился на спинку своего сидения, уставившись в открытый иллюминатор.

– Я лишь хочу, чтобы ты побыстрее повзрослел и поднялся, разве ты не хочешь того же? Ради Матео…

Андреас ничего не ответил, лишь молчаливо продолжал созерцать быстро сменяющиеся в окошке уличные виды: вот поднялся трап, через пару минут уже виднелся зеленый газон и асфальтированная взлетная полоса, а еще через минуты четыре самолет поспешно рассекал воздух благодаря умелому пилотажу капитана корабля. В воздухе показались первые капли дождя, не так далеко виднелась проснувшаяся Барселона, которая приветливо «махала рукой» покидающим ее туристам и жителям города.

– Смотри, Люсия, наш район где-то там остался позади… Как думаешь, твоя мама уже позвонила своей подруге в Севилью? Кстати, Матео неожиданно быстро уснул…

– Андреас, пожалуйста, подумай сейчас о предстоящей сделке. Тебе надо быть собранным, дружелюбным, ответственным и надежным исполнителем. Иначе заказчик решит, что ты просто очередной обалдуй-выпускник без определенных планов на жизнь, который перебирается любой высокооплачиваемой подработкой.

– Это все в прошлом, дорогая. Да, я веду блог, но все эти годы, проведенные в стенах факультета журналистики, не должны были пройти в пустую. Я не позволю… Спорт, карьера, съемки… Кто бы мог подумать, что спортивная журналистика станет делом всей моей жизни.

– Быть отцом – вот дело всей твоей жизни… – заботливо напомнила мужу стройная привлекательная девушка двадцати пяти лет, которую он взял в жены два года назад, сразу после окончания колледжа. Сейчас ему самому двадцать восемь, и жизненные амбиции смешивались с обязанностями о содержании семьи, с прелестями и трудностями женатой жизни, с новыми заботами и открывающимися перспективами. Жизнь как будто тянула одеяло на себя с двух концов: одна судьба хотела забрать его в свои силки и превратить в примерного семьянина, который к тридцати восьми годам уже поглаживал бы свой пивной животик и вырывал седеющие пряди из головы жены, а заодно подтирал слюни третьему ребенку, но с другой – слава, миллионы фанатов, сотни отснятых сюжетов, собственное шоу на федеральном канале…

– Хватит зевать, дорогой – сейчас стюардессы принесут обед.

– Кто бы мог подумать, что ты и сама недавно оставила работу воздушного бортпроводника? – не без усмешки заметил молодой человек, делая глоток воды, – Кто бы мог подумать, что, отучившись на учителя физики, ты пойдешь покорять небесные просторы?

– Не всегда наша жизнь идет по плану, как видишь… Я лишь хотела путешествовать по миру и зарабатывать хорошие деньги.

– Но потом ты стала матерью и сеньорой Венес. Ах, тебе так шла та красно-белая униформа, когда ты весила пятьдесят пять килограмм и твои роскошные локоны доходили до самих упругих ягодиц…

Молодой человек мечтательно облизнулся и прильнул губами к шее супруги, отчего та, видимо, немного растаяла, стянул маску строгости, и кокетливо захихикала, покрываясь свежим румянцем.

– Надеюсь, я уже говорил сегодня, как тебя люблю?

– Считай, что свою ежедневную дозу нежности я уже получила.

– Не говори так, милая: впереди целая ночь…

– Пойду выйду в туалет, присмотри пока за Матео.

Сеньора Венес поднялась с места, неуклюже обходя места пассажиров первого класса, поскольку всегда имела проблемы с вестибулярным аппаратом еще с детства.

– Ой, извините…

Она слегка толкнула меня своим телом и случайно наступила на носок туфель, но я сама вставала со своего кресла в этот момент, так что в таком тесном пространстве столкновение было неизбежно.

– Нет-нет, ничего страшного, проходите.

Она приветливо мне улыбнулась, и, будучи испанской по национальности и прожив в этой стране почти всю свою сознательную жизнь, ответила на весьма достойном английском:

– Я лишь хотела пройти к кабинке туалета, но сейчас уже думаю, чтобы попросить у кого-нибудь из проводников влажные салфетки или что-нибудь для маленького сына… Так что идите, наверное, Вы.

Я понимающе кивнула и протянула девушке свою пачку влажных салфеток, которые купила в аэропорту. Все равно пользуюсь только антибактериальными, затем снова продолжила также на английском:

– Это на случай, если у персонала не найдется провианта. Хотя мы летим бизнес-классом, все же передвигаться с маленькими детьми всегда бывает хлопотно. Никогда не знаешь, что в этот момент выпадет из рук малыша: игрушка или баночка с пюре…

– Точно, извините, у Вас тоже маленький ребенок? Меня зовут Люсия.

– Анна… – я пожала ей руку и поспешила освободить проход другому пассажиру, – Если честно, к своим тридцати годам еще не успела обзавестись детьми, но рано или поздно планирую, что это произойдет. Главное, чтобы не слишком поздно. А вообще я много изучала поведенческую психологию, начиная от момента рождения и заканчивая смертью мозга. Правда, до года малыши живут в основном на рефлексах и элементарных чувствах, и все же для каждого месяца соответствует свой период развития.

– Надо же, так Вы – психолог?

– Врач-психиатр, но сейчас специализируюсь на психотерапии.

– Как же я рада, что познакомилась с Вами, Анна… Позволю себе заметить, что Вы не из Испании – совсем не чувствуется акцент…

– Да, все верно, я родом из России. Приехала в вашу чудесную страну на летний отдых.

– В таком случае не хочу Вас загружать, но, может быть, все-таки обменяемся контактами, если Вы не против?

Я протянула девушке свою визитку на английском, ведь в моей практике за последние годы довольно часто случались подобные встречи. Почти каждый второй из них – мой потенциальный клиент. И дело вовсе не в том, что я выдающийся уникальный специалист – просто спрос на психиатров среди населения нашей планеты неумолимо растет с каждым днем.

– Спасибо, я обязательно сохраню Ваш номер. Может быть, встретимся еще как-нибудь в Мадриде. Теперь все-таки пора идти в туалет…

Пока она отлучилась, я присела обратно на сидение, в ожидании очереди, и уставилась на фотографию своего пса. Как же мне повезло, что близкая подруга согласилась приютить этого красавчика Джекила на время моего отпуска и позаботиться о нем. Конечно, я проспонсирую все затраты на его содержание, и все-таки эти животные обладают удивительной привязанностью к хозяину, особенно для них тяжко его долгое отсутствие. Возможно, когда-нибудь, какой-нибудь мужчина или мой собственный ребенок так же будет скучать по своей матери или жене, смотря на мою фотографию в телефоне. Пока мне позвонила только мама, несколько подруг и клиенты. Не хочется признавать, что все мои предыдущие отношения с мужским полом заканчивались прерыванием всякий контактов без возможности остаться друзьями. Неужели я лечу людей от низкой самооценки, завышенных ожиданий и неудачах на любовном фронте, но сама даже не даю шанса на свою прекрасную сказку? Или, пока не встретился подходящий принц?

– Андреас, представляешь, я познакомилась с психотерапевтом! – радостно воскликнула Люсия, возвращаясь обратно к мужу.

– Ага, очень интересно, – сонно ответил мужчина, вытаскивая из уха беруши.

– Брось, может, запишемся к ней на сеанс?

– Люсия, ты что, смеешься? У нас и так все в полном порядке. Зачем вмешивать в свою жизнь третье лицо, тем более, какого-то мозгоправа?

– Мне кажется, ты недооцениваешь силу психологической терапии. Может, ты мог бы спокойно провести сделку.

– Я и так спокоен, как удав. Осталось только сожрать кролика на ужин. Кстати, скоро нас будут кормить? Уже желудок ноет…

– Какой же ты безучастный…

Тем временем, самолет готовился совершить посадку в международном аэропорту Мадрида ровно через тридцать минут. Я уже планировала свой первый день отпуска, изучая карту местных достопримечательностей, коих было десятки, если не сотни, и обойти все музеи, театры, площади и гастропабы всего за две недели не представлялось возможным. Что ж, придется начать с основного и самого значимого: например, со знаменитого музея Прадо…

Только тогда я еще даже не подозревала, что эта поездка обернется для меня не только очередной работой, но и самым большим жизненным вызовом…

Глава 3.

15:25 по местному времени, Испания, Мадрид

– Дон Дарио, Вы только взгляните… Целая толпа из тысячи футбольных болельщиков и сотни влиятельных персон собрались сегодня здесь, на стадионе Сантьяго Бернабеу, чтобы стать свидетелями матча главной Европейской Лиги этого года, полуфинала чемпионов… Это же целое интернациональное безумие! Как думаете, кто выйдет в финал?

Мужчина в фирменном спортивной костюме переместил свой взор с арены, за которой наблюдал с вершины стеклянного купола только для «вип-персон», на одного из присутствующих, мужчину лет на десять старше его самого.

– Как сказать, Клэйтон… Вы, конечно, уверены, что именно Ваша команда доберется до заветного финала, завоюет кубок чемпионов Европы и звание лучшей команды года, что все Ваши многомиллиардные вложения окупятся втройне, а я останусь плакать возле пустого мокрого поля и ждать триумфального возвращения через десять лет. Но скажу так: мои ребята готовились еще со школьной скамьи, чтобы сейчас стоять перед этой искушенной толпой свистящих болельщиков, каждый из которых наизусть знает их имена, и именно поддержка и жажда зрелищ укрепляет в них боевой дух. Тысячи лет назад гладиаторы сражались на арене Коллизея, чтобы доказать народу, который вечно требует хлеба и зрелищ, что по природе мы – дикари, и наша цивилизация в XXI веке лишь немного усовершенствовала эту хищную игру. Хотите знать, сколько несчастных случаев произошло во время футбольных матчей за последние пару десятков лет? А за все время чемпионатов? Тренировок? Некоторые из моих мальчиков пережили несколько переломов и сотрясений, чтобы сегодня бороться за этот титул. Спросите, чего я ожидаю от финала? Ради Бога, чтобы никто не пострадал и обошлось без серьезных потерь.

Владелец крупнейшего клуба в Англии лишь неоднозначно ухмыльнулся на слова собеседника и подбросил монетку. Кажется, прошло больше минуты, пока она прилетела ему обратно на ладонь.

– Вы хитрый, но умный мужчина, сеньор Гарсиа. Вы боитесь, что Ваша команда может проиграть свои еще не отработанные миллионы, а Вы лишитесь прибыльного бизнеса. Конечно, футбол как спорт – этой стиль и образ жизни, это прежде всего душа: в него либо вкладываешь все и получаешь столько же, либо вообще не нужно заниматься нелюбимым делом. Безусловно, Вы посвятили всего себя этому виду спорта и добились невероятных результатов, но правила игры быстро меняются, а Ваши опытные хищники уже не молодеют. Вы говорите, Ваш младший сын сейчас тоже играет?

– Он еще только учиться, Клэйтон. Ему в октябре будет тринадцать, и даже если он показывает отличные результаты, это еще не значит, что я готов прямо сейчас вывести его на поле наравне с профессионалами. Я бы солгал, если бы сказал, что не делаю ставку в этой жизни на сыновей, но все мы знаем, как непостоянны человеческие амбиции. Сегодня он играет в футбол, а завтра – хочет путешествовать по миру, писать книгу, изобретать приложения для телефонов, жениться. Я и сам многого хотел в юности… Но только не мог подумать, что стану руководителем футбольного клуба.

– И все же, деньги надо зарабатывать потом и кровью. Уж Вы, Дон Дарио, как никто лучше знаете цену деньгам, не так ли? Решка – сегодня пьем портвейн.

– Давайте не будем считать урожай без посева – дождемся игры.

***

Мадрид в июле – это вовсе не среднестатистический город или очередная переоцененная Столица с завышенными ценами и карманниками на каждом углу, это целое культурное и финансовое море, в которое впадают несколько «крупных рек» поблизости. Мадрид – это театры, музеи, фестивали, экономические центры, гастрономическое разнообразие, колорит легенд и сказаний, история целого народа, литературная ярмарка, спортивное чудо света, пестрая рулетка диалектов, природный шик и экзотика лиц. Вместе с тем существовала и обратная, та самая «темная» сторона крупнейшего города Европы – мошенничество, политические протесты, мародёрство, вандализм, воровство, преступления против личности и человека, убийства, криминал, заговоры, контрабанда, отмывание денег, нелегальные поставки, торговля людьми… Целью моей поездки вовсе не было изучать этот сомнительный букет из статей уголовного кодекса, и все же я против воли опасалась быть втянута в жуткую историю. Не хочется признавать, но с момента совершеннолетия меня словно преследуют ситуации, к которым я на прямую не причастна, но оказываюсь втянута зловещим роком судьбы.

Например, на первом курсе медицинского университета мы с товарищами пошли выпить пару шотов в один местный бар Санкт-Петербурга – северной Столицы России, где я провела шесть лет своей сознательной жизни. На тот момент он едва открылся, но уже имел репутацию одного из самых посещаемых мест по версии сервиса «Яндекс». Примечательным еще и оказалось то, что по пятницам четвертой недели первого зимнего месяца там, как правило, собирались (простите мне здесь тавтологию) исключительно исключительные личности, такие как панки, скинхеды, рокеры, байкеры, наркоманы, алкоголики, еще какие-то субкультуры и просто отвязные ребята. Так получилось, что в ту пятницу наша копания оказалось «белой вороной» среди чернейших птиц.

«О, так вы, докторишки – людей спасаете, а сами-то за свою жизнь не боитесь?» – до сих пор помню фразу одного здорового байкера, который снимал «однушку» на Набережной реки Мойки. От него пахло перегаром сразу из всего возможного набора а-ля «кутежник регулярный»: «Мне вот интересно, почему врачи умирают от рака, туберкулеза, гангрены, СПИДА, Бог знает от чего еще? Неужели сами себя не лечите? Чехов, Павлов, Пирогов, Склифосовский, Роберт Кох, Распутин…»

«Распутин не был медиком, у него вообще образования не было, и умер он не свой смертью – был убит родственниками царя…» – прервал этот не имевший никакого смысла пьяный монолог мой товарищ, но собеседник настойчиво продолжал:

«Да какая разница, все равно, я говорю, странно, что Вы лечите других, сами о своем здоровье не особо-то и печетесь…»

По моим воспоминаниям, тогда в бар ворвались сотрудники ФСБ и Росгвардии, чтобы срочно эвакуировать собравшихся и задержать преступника, поскольку им поступил анонимный звонок, что в здании заложена бомба. Как выяснилось позже, кто-то просто пытался зло подшутить или прославиться с помощью самодельного «коктейля Молотова», которого хватило бы максимум на подрыв стекол в баре, но и этого могло быть достаточно, чтобы кого-нибудь ранить осколками. К счастью, бомбу обезвредили, а нас задержали, как и многих других присутствующий, чтобы допросить. Впечатление от сотрудничества с полицией у меня остались не самые теплые, как и от проведенного вечера.

Другой похожий случай произошел со мной в двадцать пять лет, когда мы с моей семьей отправились на прогулку в городской парк и стали свидетелями уличной драки между женщиной и напавшем на нее вором, пытавшимся вырвать сумку. Обстоятельство зашли так далеко, что моему отцу пришлось разнимать эту парочку и самому получить пару синяков, и вся эта история закончилась точно так же, как и предыдущая.

С тех пор прошло уже пять лет, но меня не покидает смутное чувство, что должно произойти что-то еще: все эти происшествия были только прелюдией к одному большому финалу, но пока я все это обдумывала и утопала в туманной дымке воспоминаний, Мадрид уже успел поглотить закат.

Глава 4.

Мадрид, 13:45 по местному времени

– Мария, можешь снять меня на фоне стадиона? Хочу запечатлеть момент, когда он еще такой пустой и тихий, но уже заряженный атмосферой гладиаторских игр…

– Только давай быстрее, а то Матео уже подает первые признаки голода…

С этими словами брюнетка собрала волосы в хвост и потуже затянула пояс на пиджаке, так как в этой местности в тени становилось прохладно. Ее муж, тем временем, уверенно стоял и ждал, пока включится камера, подбирая более выгодные позы для ракурса.

– Итак, как я и обещал, мы с Вами находимся в Мадриде – городе, в котором сегодня вечером состоится легендарное событие: футбольная команда «Торо Мадрид»* и Лондонский «Андеад»** столкнутся на этой арене в смертельной схватке, из которой победителем выйдет только один…

– «Смертельная схватка», Андреас, серьезно? Ты бы еще добавил «никто не выживет».

– Дорогая, так надо для накала страстей, это же репортажный жанр! А не какая-нибудь скучная аналитика или обзоры на «Панкейки», которые ты читаешь в своих женских блогах…

– Ладно, продолжаем.

– Да, «Торо Мадрид» известен своим званием мировых чемпионов, ведь они уже третий раз выходят в финал и из всех последних матчей команда выходила бесспорными чемпионами. Удастся ли им удержать победу и в этот раз? Покажет игра. Встретимся сегодня, в 18:00 – не пропустите прямую трансляцию на канале «Вива спорт», а с Вами был Андреас Венес – журналист и большой фанат футбола. Ждем всех, друзья! А я пока побежал за пивом «Ноа» – живым, светлым и сваренным только из качественного сусла, не упустите возможность обмочить усы и проникнуться игрой через любимый напиток в лучшей компании!

После того, как молодой человек услышал заветное «Стоп, снято!» от жены, то с облегчением вздохнул и гордился собой, что выдал все это без единой запинки с одного дубля.

– Мой профессионализм растет.

– Надеюсь, его оценят твои работодатели на сегодняшнем собеседовании.

Мария достала детское питание со вкусом цыпленка и овощей, полностью сосредоточившись на своем сыне, пока ее муж поправлял ворот спортивной олимпийки и готовился войти в здание центрального стадиона Мадрида, чтобы пройти собеседование перед матчем блестяще.

– Я буду скоро, милая, – пообещал Андреас, целуя девушку в губы, – По моим расчетам, переговоры займут не более часа. Подождешь меня здесь или прогуляешься и съешь чего-нибудь?

– Второй вариант звучит более привлекательно. Позвони, когда закончишь – мы с Матео будем поблизости.

На этом Мария повернула с коляской и сыном в сторону одного из столичных кафе, а Андреас с уверенностью двинулся вперед, минуя охрану стадиона, ведь там его уже ожидали директор и продюсеры телеканала «Вива спорт».

В полуденный час большое футбольное поле напоминало чистый холст, на котором уже начал работать художник и сделал первые мазки: сотрудники клининговой компании очищали территорию, обрабатывали поливальной машиной газон, приводили в порядок зрительские ряды, на которых должны были собраться тысяча болельщиков. Палатки фудкорта уже принялись располагаться по самым горячим местам, чтобы посетителям было удобно добираться за стаканчиком пива или газировки, и заказать сочный хот-дог или снеки.

Молодой журналист, пробираясь по ступенькам и минуя сидения сегодняшних звезд, уже подобрался к вип-ложе, где ожидал встретиться со своими работодателями.

В просторном зале с бильярдом и баром и вправду сидели четверо человек: трое мужчин и одна женщина, которая и являлась генеральным продюсером спортивных новостей, а в лице остальных двоих Андреас узнал генеральных директоров телеканала. Последний, самый старший из них – достопочтенный сеньор Дарио – владелец футбольного клуба и тренер «Торо Мадрид».

– Добрый день, сеньор Андреас, присаживайтесь, – первой обратила внимание на кандидата женщина с небесно-голубыми глазами и светлыми волнистыми волосами, одетая в джинсовый комбинезон. Она жестом указала ему на свободное кресло за круглым стеклянным столом, предложив заказать напиток.

– Добрый, сеньорита Елена, рад встрече, – любезно произнес молодой мужчина, заказывая холодный латте со льдом.

– Вы принесли с собой материалы? – тут же поинтересовался один из генеральных директоров, серьезно глядя на потенциального ведущего шоу.

– Вы о моем портфолио? Да, все на этой флешке, сеньор Пауло, – Андреас протянул ему маленькое черное устройство в чехле, на что тот удовлетворительно кивнул, дав понять, что обязательно изучит видео на носителе.

– Как насчет Вашего последнего и текущего места работы? – задал важный вопрос второй генеральный директор, получив честный ответ журналиста:

– Что ж, год назад я работал над одним документальным проектом в Африке, после выпуска из университета, для канала National Geographic. Думаю, Вы слышали о программе «В мире животных»? Я был одним из ведущих выпуска, темой которого была миграция птиц. Выпуск собрал почти миллиард просмотров, что привело к рекордным рейтингам, но так как это был контрактный проект, мне заплатили неплохой гонорар, и сотрудничество мы не продолжили по объективным причинам. На тот момент мне важно было быть с семьей, чтобы чаще видеться с беременной женой, а в целом сейчас я успешно веду свой блог и канал в Интернете. В среднем видео набирают аудиторию в 30-100 тысяч человек, самые лучшие выпуски – миллион или два.

– Так Вы блогер-миллионик? – оживленно поинтересовался один из директоров, на что Елена ответила за журналиста:

– Да, причем тема выпусков Андреаса – это путешествия, репортажи с мест интересных событий, места съемок фильмов, иногда даже расследования и интервьюирования знаменитостей. Он и вправду хорош, особенно в жанре репортажей и интервью.

– Кстати, многие спонсоры сами выходят на меня с рекламой, – почувствовав поддержку продюсера, Андреас стал еще увереннее, – не хочу хвастаться, но я сотрудничал со многими известными мировыми брендами и компаниями. Например, Armani, а также Mercedes и несколько крупных маркетплейсов.

– Думаю, что дальнейшие вопросы уже не имеют никакого смысла, – почти очарованно заключил Пауло, почесав свою бороду, в которой уже виднелась седина, – мы готовы предложить Вам трудовой договор с окладом в 10 000 долларов на испытательном сроке в полгода, далее Ваш полугодовой доход составит сумму в два раза больше озвученной раннее, плюс премии и бонусы за особенный вклад в успех компании в виде денежной суммы и бесплатной медицинской страховки, билеты на любое спортивное светское мероприятие. Что скажите, сеньор Андреас? Готовы подписать договор и приступить к работе уже сегодня?

После этих слов внутри юного журналиста будто взорвался победный фейерверк, однако он попытался умело замаскировать свое очевидное согласие в виде опущенных глаз, но затем посмотрел на присутствующих с явным удовлетворением и одарил их улыбкой на 10 000 долларов во все свои два ряда белоснежных зубов, наконец, приготовился пожать руки мужчинам и даме:

– Сеньоры и сеньорита, спасибо за предложение – уверен, что я Вас не подведу, и это будет началом моей карьеры спортивного журналиста и нашего благоприятного, плодотворного сотрудничества.

– Да, сегодня планируется важный матч… – Не мог не упомянуть всем известный факт владелец «Торо Мадрид», пока молодой человек подписывал бумаги, – Мы все ждем этого события и надеемся, что парни покажут великолепную игру. Многие влиятельные люди будут присутствовать на матче, и многие из них сделали свои ставки. Тем не менее, Ваша задача – осветить это событие при любом его исходе так, чтобы «Торо Мадрид» не теряли своего лица в глазах болельщиков.

– Поверьте, сеньор Дарио, я знаю ваших ребят, как лучших из лучших, и все же моя задача – оставаться объективным. К тому же, зрителям важно видеть, что все под контролем, даже если «Торосы» проиграют, но мы все надеемся, конечно, что этого не произойдет. Я искренне верю в Ваш труд и талант видеть в людях чемпионов.

Кажется, бывший тренер повелся на эту соблазнительную лесть и немного успокоился перед игрой, хотя в его возрасте богатые и успешные люди мало на что ведутся, сталкиваясь с подвохом и предательством чуть ли не каждый день в бизнесе. И все же для него футбол был больше, чем просто способом заработка так же, как для Андреаса – журналистика, и на этом они и сходились во взглядах, что повышало градус взаимного доверия и уважения.

– Отлично, Ваша команда операторов и помощников уже ждут внизу, они как раз подъехали вовремя. У Вас есть час на обед, уж извините, что все происходит в такой спешке – нужно успеть подготовить оборудование и Вас к прямой трансляции, – начала с распорядка Елена, надевая очки и привставая с кресла, на что Андреас кивнул и предупредил, что ему нужно сделать пока звонок жене, и через час он будет готов снова встретиться внизу, у фудкорта.

¹

Notes

[

←1

]

«Торо Мадрид» – вымышленная автором испанская футбольная команда, как и ее состав

** «Андеад» – вымышленная автором английская футбольная команда

Глава 5.

16:50 по местному времени, Мадрид

В центральном офисе полиции было непривычно шумно. В этот четверг отдел по вопросам миграции успел принять пятнадцать обращений: кто-то потерял документы, кто-то, наконец-то, получает гражданство, другие – постоянную регистрацию, а парочке мигрантов из Индии вообще не удалось установить личность. В отделе по административным нарушениям сотрудникам правопорядка тоже некогда было скучать: группа подростков была поймана за вандализм. Сегодня Испания отмечает один из национальных праздников, и среди всеобщего шума, крепких напитков и мишуры старшеклассники в составе пяти человек попытались сначала ограбить один из шоурумов на северной улице, но потом, видимо, испугались и ограничились разбитыми витринами и мусором в лавке. На вопрос, на какую сумму рассчитывали школьники, парни честно ответили, что собирались только пошутить и сфотографироваться с манекенами, но возмещать убытки за испорченное имущество им теперь придется по-взрослому, точнее их родителям придет счет на оплату штрафа.

Только в убойном отделе весь день была тишина. Трое полицейских разбирали рапорт от начальства по нераскрытым недавним делам, одно из них – убийство пожилого иностранца, которое совершилось накануне перед праздником, в прошлую субботу. Прошла уже почти неделя с момента обращения свидетеля, однако пока у полиции в работе было всего двое подозреваемых, и у одного из них сегодня как раз подтвердилось алиби. Судя по отчету, темнокожий мужчина средних лет, имевший мотивы для убийства и знакомый с погибшим (он был его личным водителем) в момент совершения преступления находился, как бы иронично это не звучало, в соседнем магазине – он покупал сигареты своему работодателю по его же просьбе, и это зафиксировали камеры наблюдения. Подозрительным казался тот факт, что Джонатан Холмс – мигрант из Англии, собирался уволится из «рабства миллионера» буквально на следующий день, ведь бесконечные оскорбления и назойливые просьбы уже порядком сидели у Джонатана в печенках. Кстати, именно там был обнаружен яд в теле покойного, когда было сделано вскрытие. Крысиный яд – кто мог так безжалостно расправиться с бедным стариком?

– Ну что, амиго? Так и будем сидеть над бумажками или вызовем на допрос нашего единственного подозреваемого?

Мужчина поднял голову, отрываясь от писанины начальства, и окинул коллегу задумчивым взглядом. Он правда не знал, что ответить: его голова раскалывалась от принятых антибиотиков и двух стаканов виски, которые он выпил вечером перед сном, чтобы провалиться в глубокий сон и не слышать храпа сожителя по квартире в соседней комнате. Его нога ныла от неудачной игры в футбол с приятелями в прошлую пятницу, и хоть рентген не показал перелома, ощущалось это растяжение так, будто тысячи слонов прошлись по правой мышце его ноги. Собрав все последние силы в кулак и еще раз взглянув на часы, сотрудник убойного отдела подсчитал, что до конца работы осталось примерно полтора часа и что их надо как-то грамотно пробездельничать:

– Хоссе, помнишь тот мед с хвойной поляны, который передела мне твоя мама?

– Так, и что?

– Я уже третьи сутки втираю его в кожу на ноге – эффект, как от нашей сборной по футболу в полуфинале десять лет назад на Чемпионате мира.

– Может быть потому, что надо его в чай заваривать, мистер «красный диплом»? Чему Вас только на юрфаке Гарварда учили?

– Я, вообще-то, закончил Бостонский университет, но он тоже неплох…

– Ах, да, я же забыл, что тебе шестнадцать.

– Хоссе, тот факт, что я самый младший сотрудник отдела не означает, что я совсем неопытен и лишен амбиций.

– Тогда какого Муссолини мы сидим здесь уже третий час над этими бумажками и мусолим их с самого обеда? А дело еще не сдвинулось ни на шаг…

– Точно, спасибо, что напомнил про обед, дружище…

Третий участник разговора моментально оживился и достал из своего портфеля ланч-бокс, из которого торжественно извлек еще теплый тост на пшеничной чиабатте с лососем, помидором и яйцом – шум пищевой фольги и запах рыбы тут же заполонили комнату, отчего животы остальных сотрудников хором заурчали, и те завистливо вздохнули, глядя на то, с каким аппетитом и жадностью их товарищ по несчастью поедает единственную еду в пределах пятисот метров.

– Так, Винченсо, признавайся: что еще твоя жена положила в портфель сегодня утром?

– Да так…Облепиховый сок, салфетки, наушники, записную книжку…А вы, холостяки, и дальше стирайте свои вонючие футболки после пробежки вручную, потому что ваших гениальных мозгов все равно не хватит на то, чтобы додуматься, как включается стиральная машина.

– Ой-ой, это сказал человек, который каждое утро вместе со «страстным поцелуем» получает смачное срыгивание от мальков на поглаженную рубашку?

– Что ты имеешь против моих детей, Хоссе? У самого дочь скоро поступать будет.

Неизвестно, чем бы закончился этот бессмысленный диалог из разряда «у кого больше», если бы в офис не постучала сотрудница из отдела по вопросам миграции и не обратилась к самому молодому сотруднику:

– Энрике, там майор спрашивает, когда вы трое закончите с отчетом: надо правки кое-какие внести…Кстати, ты мне должен за вчерашний лате, шоколадный.

– Да, Мария, можешь забирать отчет, мы уже достаточно изучили, – оживился после мужского потока нытья Энрике, чувствуя, как от него даже будто окна запотели в комнате, и чуть приподнялся, чтобы передать коллеге папку, – Я тебе скину на карту по номеру, ок? И с меня сегодня капучино после смены.

– Ты что, на свидание нарываешься? Лучше сначала закончи с этим делом, друг мой.

На этих не обнадёживающих словах, которые должны были звучать как подбадривание, женщина скрылась за дверями их офиса, а в комнате, тем временем, назрела новая тема для сплетен и обсуждений.

– Энрике, ты что, запал на нашу пантеру? А что, вполне неплохой себе вариант, кстати. Мария, работает в отделении уже третий год, в общем в полиции – десять лет, 37 годков, ни детей, ни мужа. Правда, ни дома, ни манер тоже, но зато какая стойкая женщина, ей Богу!

– Да-да, я с ней однажды на вызов выезжал, – подтвердил Винченсо после того, как дожевал свой сэндвич, – Она открыла огонь по подозрительному объекту, когда тот бежал в темноте после нападения на дороге и не захотел останавливаться после предупреждений. Какого же было наше удивление, когда после пяти выстрелов мы увидели перед собой бездыханное тело оленя. Зато ужин на весь отдел, пошутил тогда я!

– Да уж… – прокомментировал Хоссе, вновь обращаясь к Энрике и подвигаясь ближе на своем стуле, – зато будет, о чем поговорить дома.

– О работе? – саркастично переспросил Энрике, всплеснув руками, после чего покачал в ладонях свой наполовину остывший кофе с молоком и уверенно закончил, – Нет, никогда я не буду встречаться с коллегой – должны же у меня быть интересы и разговоры о чем-то, кроме убийств, насилий, ограблений…

– Зато она старше и опытнее тебя – есть, чему поучиться…

– Винченсо, эти шутки уже достали, неужели нельзя придумать что-то оригинальнее?

– Идет. Сегодня после работы направляемся в бар и там нас ждет много интересного. Согласны?

– Уговорил. Только у меня зарплата через неделю… – начал с неприятных новостей Хоссе, собирая вещи в рюкзак, – Возьмешь мне пару шотов в кредит? В следующий раз пирушка с меня.

– Да черт с ним, гуляем – живем один раз. А ты, Энрике, с нами?

– Честно говоря, мне еще надо над материалами по делу поработать…

– Работа не волк – в лес не убежит. Или ты сверхурочные берешь?

– Нет, это полностью моя инициатива. Двигаться по карьерной лестнице надо сейчас, пока я молод и здоров. Насчет последнего есть сомнения, и все же… Бар, так бар. Только надо сперва зайти к майору и отчитаться по делу…Подождите внизу – скоро буду.

***

Бар «Коррида» имел репутацию лучшего заведения по версии всех навигаторов среди туристов, и звание «самое злосчастное место» среди местного населения, потому что первые приходили туда исключительно весело провести время и попробовать качественных алкоголь за приемлемую цену, послушать живую музыку в исполнении испанской кавер-группы, оценить оригинальный дизайн и оживленную атмосферу бара, а последние посещали этот «гадюшник», как сами его и называли, исключительно в «деловых» целях. Собрать последние сплетни города, посмотреть футбол, прийти на тайное свидание, выяснить отношения. Все эти проделки часто заканчивались вызовом полиции, которая, к слову, и сама оказывалась за соседним столиком.

Именно поэтому компания из трех коллег по убойному отделу центральной полиции уверено заняла свои негласно забронированные места у барной стойки в половине девятого, сделав знакомый бармену заказ из трех шотов абсента для разогрева. Был добавлен комментарий следующего характера: «ни в коем случае не мешать с соком или другими напитками».

– Будем здравы, товарищи!

После такого тоста и добавить было нечего, и каждый из мужчин опустошил свою рюмку меньше, чем за минуту. Именно столько понадобилось им, чтобы алкоголь окончательно ударил в голову.

– Я клянусь, с каждым разом их абсент становится все чище и чище! Прям, как кокаин…

– Только не говори, Винченсо, с кем и где ты его пробовал, иначе нам придется тебя арестовать.

– Хоссе, друг мой, если мы начнем копаться в нижнем белье друг друга, то наговорим себе на пожизненное. Ты этого хочешь? Я – нет, поэтому давайте перейдем к футболу.

– Завтра матч с Англией, – тут же вставил Энрике, для которого футбол был нечто большим, чем просто видом спорта. Он и сам играл в школе, затем за сборную университета, да и сейчас иногда выходит на товарищеский матч с коллегами и бывшими однокурсниками, – Вы пойдете?

– У меня выходной, так что почему бы и нет. А ты, Винченсо?

– Завтра работаю. А вечером мы с Лейлой и детьми идем в парк развлечений, потому что Карло исполняется шесть лет.

– Здорово, вот она – женатая жизнь. Ни свободы, ни права голоса, ни заслуженного отдыха. Как же я рад, что в свои сорок два еще не успел так влипнуть.

– Рано радуешься, вот когда тебя это настигнет в пятьдесят, то уже не будет ни сил, ни желания на семейную жизнь. А ты, Энрике? Тебе всего тридцать один, и ты тоже собрался до конца жизни в «девках» ходить?

– Во-первых, я был женат, и у меня есть ребенок от первого брака.

– Да-да, мы все знаем эту печальную историю, по причине которой ты снимаешь квартиру с каким-то игроком в покер. Но не пора ли двигаться дальше? Вы были женаты всего два года, а свадьбу когда сыграли?

– В двадцать восемь.

– Получается, уже год, как ты живешь холостяком, в этой проклятой однушке в центре. Все ждешь, когда родители перепишут на тебя дом? – ухмыльнулся Хоссе с нотками зависти в голосе. Каждый на работе знал, что их младший сотрудник, притворяясь бедным и несчастным мальчиком с собакой и съемной квартирой, является сыном известных в Испании сомелье. Папа – американец, мама – испанка, и отучив единственного сына в престижном американском ВУЗе, они на этом посчитали, что на сегодняшний день их миссия окончена. Пока Энрике не заработает свой первый уставной капитал и не докажет, что готов к ответственности, ни о каком наследстве и речи быть не может. Зато его бывшую жену и свою внучку они щедро спонсируют каждый месяц.

– Я лишь хочу чистой и бескорыстной любви. Если ее не существует, то предпочту быть одиночкой до конца своих дней, иногда утоляя голод в бессмысленных и страстных ночах…

– Дааа…Тебе надо было поэтом становится. Чистой любви…Как этот абсент. Выпьем же за любовь!

В баре послышались синхронные чоканья шотами, но их все равно заглушала музыка диджея, тем временем в эту минуту в заведении стало на одного посетителя больше.

***

Я прошла мимо занятых столиков, которые ломились от кружек пива, виски, водки и паэльи. Если бы парочка местных официантов не порекомендовали мне это место, я бы в жизни не остановила свой выбор на сборище неотесанных футбольных сектантов. Сложно было назвать эту публику приличной, хоть я давно освободилась от шаблонов и клише, ведь после проведения терапии с разными клиентами: от боксеров до учителей музыки, начинаешь ломать все привычные стереотипы о людях разных профессий и классов, и все же мое сознание и весь жизненный опыт вторили, что ничем хорошим такие посиделки не кончатся.

– Сеньора, желаете чего-нибудь выпить? За нас счет, – прозвучало с соседнего столика от брутального накаченного мужчины в татуировках, на что я лишь улыбнулась и вежливо поблагодарила весельчака, но поспешила отказаться и пройти дальше, за барную стойку. Какая-то компания из трех мужчин распивала абсент прямо в чистом виде, но других свободных мест не было, поэтому я аккуратно присела рядом, желая остаться незамеченной, и заказала себе авторский коктейль «Дикий запад» из смеси водки, яблочного сока, колы и дольки апельсина. Что ж, этого на сегодня, пожалуй, и хватит.

– Хоссе, скажи, а ты не хотел бы подработать грумером? Моя соседка с третьего этажа уже месяц не может никого найти, а ее собака не дает нашей семье нормально выспаться утром.

– Я что, похож на любителя животных?

– Судя по твоей собачей преданности сериалу «Твин Пикс» и скорости гепарда до столовой во время обеда – вполне.

– Мне кажется, тебе нужен психотерапевт. Энрике, а ты как считаешь?

– Не знаю, я бы никогда не пошел на сеанс гипноза, магии, астрологии, карт таро, народной медицины или психотерапии – по-моему, это все одного поля ягоды. То есть шарлатаны.

Я краем уха услышала этот разговор и при любых других обстоятельствах просто бы промолчала и продолжила свой заслуженный отдых, но когда кто-то вот так говорит о моих коллегах и о моей профессии в целом, то мой природный характер, который всегда отстаивает справедливость и любит вступать в дискуссии, решил иначе:

– Извините, – обратилась я к мужчине, который тут же перевел на меня взгляд, а его друзья увлеченно принялись наблюдать за происходящим, – Я так понимаю, Вы имеете какой-то личный негативный опыт с психотерапевтами?

Он на секунду задумался и когда понял, что я подслушивала их разговор, попытался сначала принять потерянный и обескураженный вид, прикинуться этаким простофилей, но все-таки, его мужское эго, кажется, взяло вверх, и он посчитал нужным объяснить свою категоричную позицию перед дамой:

– Понимаете, сеньора, я никогда не был у них на сеансе и не пришел бы, даже если бы платили мне. Ни в коем случае не хочу обесценить труд врачей и ученых, которые знают свое дело, тратят всю жизнь на изучение и лечение проблем с психикой, простой я считаю, что нет ничего, с чем я не смог бы справиться сам.

– Да, сеньора, понимаете, он у нас с «красным дипломом» из Гарварда…

– Бостонского университета, – едва слышно пробубнил Энрике, прервав встрявшего в разговор Хоссе, который уже откровенно строил мне глазки.

– Да-да, оттуда, так вот – они все там считают, что если получили блестящее образование, то автоматически всему обучены. И на работе он умничает точно так же, поверьте. А Вы, кстати, просто очаровательны. Могу я поинтересоваться, как Вас зовут?

– Анна, – решила представиться я, протягивая руку мужчине постарше, – могу я узнать, кем Вы работаете?

– Меня зовут Хоссе, а этот неверующий марсианин – Энрике, мой коллега и товарищ, а вот и Винченсио – но он женат, так что его имя Вы можете не запоминать. Мы не сильно Вас испугаем, сказав, что мы из полиции? Не переживайте, мы не при исполнении, и все-таки разговоры по душам никто не отменял. Слушаю Вас, сеньора. Вы не из Испании, верно? Выглядите, как туристка, хотя Ваш английский как музыка ангелов в этой темной бездне хохота и грубых пьяных возгласов.

– Спасибо. Да, Вы очень наблюдательны – я из России.

– Холодная и закрытая, но такая бесконечная и прекрасная… – романтично присоединился Винченсио, заказав себе что-то мясное, – Я бывал там пару раз. В Москве и Санкт-Петербурге. Скажите, что Вы оттуда.

– Да, я и вправду проживаю в северной Столице, хотя родом я из другого, тоже крупного города. Когда я спрашиваю иностранцев, что им больше всего запомнилось в России, ну или что они знают о нашей стране, то всегда слышу ответ вроде: «Эрмитаж, Третьяковская галерея, Петропавловский дворец, метро, Зимний дворец, баня, лес, водка, шапка-ушанка, матрешка» и прочий набор символов многовековой истории. И все-таки, Россия, это ведь нечто большее…Это и про самобытность, готовность всегда помочь и выслушать, это когда ты приезжаешь из маленького городка из какой-нибудь Удмуртии на юг и сразу находишь общий язык с местной продавщицей из супермаркета, потому что у вас, оказывается, столько общего. Мы всегда были открытой нацией, а в Советском союзе, так вообще многонациональным единой державой…Сейчас, конечно, все не так просто, но многие из ценностей прошлого до сих пор помогают нам выживать в этом безумном мире. У каждого есть скелеты в шкафу, а Вы патриот?

– Да… – молча выслушав мою тираду, произнес Хоссе, и почесал в области затылка, – Я абсолютно разделяю с Вами чувства патриотизма. Где бы я не был, меня необъяснимо тянет на Родину. Я приехал в Столицу из небольшого городка пятнадцать лет назад, и с тех пор только и думаю, чтобы посмотреть любимый испанский сериал, прогуляться по улочкам Мадрида и подарить розу какой-нибудь Эсмиральде.

Он был чуть менее красноречив, но все же, для полицейского такой ответ был вполне достойным. Затем собеседник, не сводя глаз с моей располагающей улыбки, обратился к Энрике:

– Амиго, а ты что скажешь? Любишь Родину? Хотя у него их две, он у нас полукровка.

– Не знаю насчет России – никогда там не был, – признался молодой мужчина, радуясь, что мы давно отошли от скользкой темы с психотерапевтами, – но Испания для меня всегда была и будет первым домом, второй – Америка. Хотя я не чувствую сильной привязанности к месту, не прочь и отправиться в путешествие.

– Наверное, Вас часто отправляют в командировки… – я не горела желанием вступать в диалог с этим типом, и вовсе не потому, что он был мне неприятен. Внешне он располагал к себе гораздо больше, чем все в этом баре, включая его друзей: молодой, кажется, мой ровесник, очень даже симпатичный, высокий – приблизительно метр восемьдесят пять, темноволосый, коротко подстриженный мужчина в приличной физической форме, темные миндалевидные глаза, здоровый оттенок кожи. Похоже, что он не курит и не пьет, или делает это редко. Пахнет одеколоном из букета древесных нот и мускуса: что-то домашнее и теплое. Одевается со вкусом, грамотная речь.

Только в нем самом будто не чувствовалось такой страсти и желания к жизни, к знакомству и разговору, как у его друга Хоссе, который хоть и был лет на десять старше, и все же от него веяло мощной мужской энергетикой, он прямо-таки располагал к себе и старался произвести впечатление на даму. Все слова словно автоматически вылетали изо рта полицейского-анархиста, и я хоть и пообещала себе, что я не на работе, и уже готова была забыть обо всем сказанном и продолжить отдых в компании веселого, но худощавого и неряшливого Хоссе, мне захотелось разгадать эту загадку в лице отстраненного Энрике.

– И все-таки откуда у Вас сложились такие стойкие убеждения о непринятии психотерапии? Неужели Вам никогда не хотелось разобраться в себе и своем психологическом состоянии?

– По-моему, я абсолютно нормален – пришлось пройти экспертизу по приеме на работу, хоть и не по своему желанию.

– А я вот, как специалист, могу откровенно сказать, что Ваш сарказм – это признак пассивной агрессии. То есть защитный механизм. Возможно, Вы приходите в этот бар каждый раз после работы или иногда по пятницам, чтобы выпустить пар. Потому что алкоголь – это способ расслабиться и забыться, снять напряжение. Возможно, у Вас напряженная работа, или Вы бежите от чего-то.

– Думаю, с психоанализом на сегодня достаточно, сеньора…

Но я уже тоже опустошила свой бокал с алкоголем и не собиралась так просто отступать. Меня понесло:

– Возможно, Вы осознаете, что на Вашу жизнь свалилась ответственность, которую Вы не хотите или не готовы принять. Возможно, в Вас говорят травмы прошлого, и они тяготят Вас. И еще Вы упорно пытаетесь игнорировать тот факт, что у Вас уже месяца три ни с кем не было интимной близости…

– Да что ты можешь знать обо мне? – вспылил Энрике, приподнимаясь со стула, от чего я даже вдавилась в свое сидение, а Хоссе и Винченсио принялись успокаивать друга:

– Энрике, амиго, остынь, святая Мария! Ты что, это же дама…

– Вот, видите – Вы агрессивны, а значит, мне удалось задеть Вас за живое.

– А как я должен отреагировать на то, что Вы практически назвали меня неудачником?

– Прошу заметить, это Вы сделали такой вывод, – я немного успокоилась, отпив воду из бутылки, – Но я, как психотерапевт, так же призываю Вас сейчас осмыслить мои слова не просто через призму мозга, а через призму Вашего подсознательного «я».

– А я и есть такой. Факты и логика – мои лучшие друзья. Только они имеют значение.

– А как же Ваши чувства…

– Я – мужчина. Вы – женщина, и Вы всегда воспринимаете все через призму эмоций.

– Вы – через призму своего эго. К тому же, Энрике, Вам не кажется, что это звучит немного по-шовинистски и эти взгляды уже устарели?

– Может быть, а может быть, тебе самой давно не хватает хорошего секса.

Хоссе и Винченсио переглянулись между собой и последний мудро изрек:

– Кажется, я предчувствую, чем закончится этот разговор. Кажется, мы тут лишние, пошли-ка…

Но Энрике первым покинул бар, буквально вылетев на улицу и закуривая сигарету, пока Хоссе поспешил сгладить этот крайне странный диалог и всю ситуацию:

– Извините, он всегда такой, даже на работе… Так Вы, значит, психолог?

Мужчина уже не слышал ни голосов друзей, ни дамы, случайно забредший в этот шумный пропитый паб, ни бьющей по ушам электронной музыки. Только огни неоновой вывески, отражавшиеся на экране его телефона, все еще напоминали ему о том, что физически он находится на одной из центральных улиц Мадрида и вдыхает никотиновый дым в легкие. Телефон назойливо завибрировал, и Энрике сначала взглянул на номер входящего вызова, который был забит в его контактах как «Вера», и с тревожным чувством ответил на звонок:

– Да, Вероника?

– Привет… – послышался беспокойный на другом конце голос молодой женщины, которая тут же перешла к вопросам, – Ты еще на работе?

– Нет, уже закончил.

– А где ты?

– Да я тут заходил…Впрочем, не важно. Ты давно перестала спрашивать меня о таких вещах, разве нет?

– Я позвонила потому, что у Карлы снова поднялась температура. Мы были у врача вчера, и он выписал несколько дорогих лекарств – у нее ангина. Можешь скинуть деньги?

– Стой-стой, ангина? Может, лучше вызвать скорую? Высокая температура? Как она себя чувствует?

– Все нормально, 38,7. Просто нужно купить антибиотики.

– Ты звонила моему отцу? Он отправит тебе, сколько нужно. Подожди, может, мне приехать?

– Не надо притворяться заботливым отцом, Энрике – слишком поздно. Ты можешь видеться с ней по определенным дням, мы же установили время провождения с ребенком при разводе…

– Вероника, пожалуйста, не веди себя так безрассудно. То, что я не живу с вами не говорит о том, что я плохой отец. Я люблю Карлу, ты же знаешь…

– Тогда приходи не раз в несколько месяцев на пару часов, а хоть раз своди ее в кафе или в театр, погуляй с ней в парке. Где ты был, когда я сидела с ней одна и меняла подгузники? Конечно – напивался в баре.

– Ладно, пока. Я отправлю нужную сумму.

С этими словами полицейский сбросил вызов и перевел со своего банковского счета пятьсот евро, чтобы хватило наверняка. В эту минуту из бара вышел Хоссе, тоже закуривая крепкие Winston.

– Я уж думал, ты уехал.

– Вероника звонила… – Не хотя признался коллега, допивая бутылку крафтового пива, которое успел приобрести в баре.

– Зря ты градус понижаешь, друг мой. По опыту говорю, хотя вещь огненная. Кстати, она уже нашла себе кого-нибудь или все так же с мамой живет?

– Не знаю…Не хочу об этом думать. Спроси у нее сам.

На этом их разговор был окончен, и оба товарища договорились встретиться завтра на футбольном матче, когда вызывали себе такси до дома. Винченсио тоже вскоре показался из дверей бара и отправился домой пешком, так как проживал всего в паре кварталов от местных заведений на центральной улице.

Я решила посидеть еще немного и вернуться в отель, чтобы завтра проснуться часам к 11:00, ведь на работу не нужно было вставать рано, и пройтись по улицам Мадрида, посетить музей Прадо, затем пообедать в ресторане Инклан Брутал Бар, который видела в рекомендациях в фейсбуке у знаменитой испанской актрисы, и сходить погулять в парке, чтобы позже закупиться на местном рынке для приготовления ужина по-испански. Вечером я планировала пойти в театр, но так как ни одной стоящей премьеры не увидела, то решила приобрести билеты на футбольный матч с Англией, так как все здесь, похоже, прибывали от него в бешеном восторге и ажиотаже. Коллективное бессознательное в моей голове говорило слиться с голосом толпы, но моя собственная интуиция кричала, что лучше завтра там не появляться. Будто должно было случиться что-то плохое. Я давно перестала подчиняться своему «внутреннему шимпанзе» и старалась опираться на логику, факты, трезвый ум, и все-таки шестое чувство в жизни еще ни разу меня не подводило…

Глава 6.

11:20 по местному времени, Мадрид

Высокий мужчина плотного телосложения в фирменном спортивном костюме, в волосах которого уже блестела седина под палящим мадридским солнцем, активно жестикулировал на поле. Если бы можно было впиться не когтями, а взглядом, то именно это он и делал – жадно следил за финальной тренировкой своей испанской сборной по футболу, ведь этот клуб был как его собственноручно выращенным питомником, так и золотыми несущими яйцами.

Дон Дарио вложил в этих спортсменов часть своей молодости, силы, боевой дух, энергию, веру, опыт, знания и навыки, не жалел времени и сил, чтобы сейчас, перед легендарным матчем против англичан, как и прочими, увидеть плоды нескольких десятков лет, которые, словно след от футбольных бутс на поле, протоптали и след в его жизни. Жаждал ли он победы своей команды? Миллионов долларов прибыли в случае выигрыша? Славы, подтверждения его заслуженного статуса великого тренера, прорыва в следующий турнир? Или же в глубине души он надеялся еще раз увидеть профессиональных футболистов в деле, вспомнить свою молодость и былые, угасшие чувства надежды на светлое будущее, когда тебе только за двадцать и впереди – вся жизнь, полная перспектив, надежд, игры в футбол, развития и любви? Может, он и вовсе собирался уйти в отставку, так как заслужил покой и бесценное время со своей семьей?

Каким бы не был исход матча – будущее предугадать невозможно, но мы в силах повлиять на его развитие по нашему сценарию, и до начала игры оставались считанные часы, поэтому Дон Дарио собрал весь свой грозный характер и последние силы в кулак, чтобы выжать сейчас из команды максимальные результаты, увидеть волю к победе в их глазах, дать мальцам вкусить мокрую дождевую траву, когда их лица будут падать на ее жесткое одеяло из грязи и земли, чтобы они были готовы к любым травмам и ходам.

Соперники тоже не отставали – на соседнем поле тренировалась английская сборная во главе со своим «вторым отцом», а он не собирался скармливать своих щенков пасти этих испанских волков. Каждый из них был уверен, что заслуживает победы. Но, как мы знаем, победитель всегда остается один. Кто из команд сможет принять победу, а кто – поражение? Игра есть игра, но, когда от нее зависит твоя текущая жизнь, ставки поднимаются слишком высоко…Это – мир спорта. Это – не место для соплей и жалости.

– Куда ты прешь, остолоп?! – не выдержал Дон Дарио, обращаясь к одному из игроков команды, хотя «обращаясь», пожалуй, слишком мягко сказано. Тут больше подойдут эпитеты: «закричал, набросился, обругал, воскликнул», – Ты что, ослеп? Не видишь, что он центральный нападающий, а тебе нужно к воротам двигаться, через левый фланг!

– Простите, сеньор…

– Кретин…Так, собрались еще раз все! Какая тактика в случае, если противник подает с ноги через все поле?

– Первый состав, голкипер бежит к нему, останавливает мяч и подает ближайшему принимающему, который ближе к воротам… – проговорил скороговоркой невысокий блондин с серьгой в ухе, пока остальные молча кивнули, но тренера такой ответ не совсем устроил:

– Погоди, ты хочешь мне сказать, что он побежит к воротам, а противник прорвет защиту? Кто стоит в центре, а кто – у ворот? Быстро!

– Тот, у кого к середине матча осталось больше сил, чтобы отбивать голы и пасовать! В центре – кто быстрее всех бегает!

– Пока держимся такого плана. Разберемся по ходу игры. Всем понятно?

– Да, сеньор Дарио!

– Молодцы. Продолжаем, не расслабляемся.

Тем временем, один из спонсоров сегодняшнего матча подошел к тренеру футбольной команды, чтобы понаблюдать за ходом тренировки. Дон Дарио не стал обращать на итальянца внимания, хотя и молча пожал ему руку, потому что их образ мышления слишком сильно различался: один мыслил цифрами и валютами, а другой – тактикой игры на поле и спортивными прогнозами. И хотя их цели и просчеты пересекались, особенно во время игры и ставок на спорт, но суть и задача были разными: один хотел больше заработать, получая удовольствие от собственной выгоды, а другой – получить удовольствие от процесса составления методики победы, самой игры и уж потом – подсчета выгоды.

– Дон Дарио, bonjorno! Come stai?*

– Ola, сеньор Сератти! Все хорошо, ребята в отличной форме. Есть все шансы на победу. Но загадывать ничего не буду.

– Конечно, сеньор Дарио, было бы ужасно горько проиграть в такой ясный солнечный день, столько сил и средств было вложено в эту команду, в сам матч…Не хочу нагнетать тучи, но я наблюдал за соперниками – эти ребята явно не ромашки на поле пришли собирать. Да и не забывайте, что сегодня семья Теодоров придет на матч. Кажется, ваш сын учился вместе с сеньоритой, молодой незамужней Николетой? Я слышал, она открыла свою линию одежды, уже начала сотрудничать с брендами…

– Сеньор Сератти, при всем уважении, мы в грязь лицом не ударим. Не перед Вами, не перед сегодняшними гостями.

– Охотно в это верю. Я лишь заглянул пожелать удачи, Дон Дарио, надеюсь, что она Вам не понадобится и Вы просто одержите победу, потому что Вы ее достойны.

– Грацияс!*

– Prego, amico.*

13:00 по местному времени, Мадрид

– Сеньор Энрике, снова решили прогуляться до кофейного аппарата? – с доброй усмешкой заметил охранник центрального полицейского участка, пока на его смартфоне загружался ролик с прыжком испанского спортсмена с трамплина по зимним видам спорта, Олимпиада 2000-ого года.

– Да, Антонио, сегодня уже третий американо за день… После вчерашней ночки нужно взбодриться.

– Ха-ха, понимаю, дело молодых. Кстати, Вас снова искала сеньорита Мария.

– Святая Мария, она по личному или деловому вопросу искала, не знаешь, Антонио?

– Вот тут не скажу, хотя судя по ее выражению лица, она была явно в игривом настроении…

Как трактовать слова охранника, Энрике даже думать не хотел, но если Мария действительно искала его по делу – значит, нужно опередить ее и скорее появится у майора. Кажется, хоть тот его и видит всего несколько раз за день, но стал замечать, что у полицейского явно синяки под глазами становятся больше с каждым новым днем. Заподозрит неладное и отправит в лучшем случае в неоплачиваемый отпуск, а в худшем…

Полицейский поспешил в кабинет начальника, захватив с собой рапорт, который они с коллегами изучали вчера перед походом в бар.

Когда Энрике оказался перед дверьми в кабинет, он собирался постучать, но увидел, что дверь была приоткрыта. Как правило, майор оставлял замок не запертым только в том случае, если отлучался в туалет, который был в паре метров от двери. Но Энрике только что был там после очередной кружки кофе, и кабинки были пусты. Значит, его вызвали по чрезвычайному делу, иначе он не стал бы так спешить, что даже забыл закрыть за собой дверь в кабинет.