Читать онлайн Алень - благородное животное 6. Бегство бесплатно

По возвращении из Египта в голове у Галошина, как в юности, снова стала звучать музыка. Причем, это происходило даже в рабочее время, когда надо было производить покупателям расчет по их крышам. Вдруг откуда-то в мозг влетал тянучий вой бас-гитары, и Константин замирал в ступоре.

– Так сколько листов металлочерепицы нам понадобится? – теребила его за руку покупательница.

– И какой толщины лист лучше брать и с каким покрытием? – спрашивал Галошина ее муж.

Менеджер по продажам крыш возвращался к действительности, смотрел на компьютере получившуюся квадратуру крыши и количество листов. Потом он говорил заученные фразы о толщине цинка в покрытии металла и через сколько лет тот или другой лист начнет гнить. Иногда между фраз в голову все равно влетали аккорды.

– Константин, вы стали работать хуже, чем раньше, – делала ему замечания начальница. – Нет прежнего рвения, продажи падают. Вы не можете заинтересовать клиентов, они уходят от вас.

По утрам, когда Галошин рано просыпался и все в квартире еще спали, в его отдохнувшей голове начинали складываться стихи и накладываться на музыку. Он подрывался и бежал на кухню, искал ручку или карандаш, листочек бумаги, на котором можно было записать четверостишье, чтобы оно не исчезло как утреннее наваждение.

– Ты как слон бегаешь, не даешь утром поспать! – недовольно орала из спальни на мужа Елизавета.

Вернувшись из турпоездки, Галошина стала еще более злая и раздражительная. Сходив до гинеколога и сдав анализы, она узнала, что у нее не очень страшное, но все же ЗППП. Выйдя из кабинета, она была в ярости на того, кто бы мог ее наградить подобной болезнью. Всех своих фаворитов Лиза погнала проходить повторную диспансеризацию, но они оказались чистые. Ей оставалось обвинять только своих южных ухажеров. После такой неприятной новости женщина опять пыталась вспомнить, что же происходило с ней после пенной вечеринки и никак не могла.

– Повысить показатели! – орала она на вызванных в кабинет Муськина, Козлова и Зыкина. – Совсем без меня разленились! Кошка из дому – мыши в пляс?!

– У-у-у нас в этом месяце все прекрасно, лучше, чем в феврале, – пытался оправдаться главный экономист, который начал даже снова заикаться от крика начальницы.

– Что за оправдания, Зыкин, я сказала, что плохо, значит, плохо!

Остальные фавориты, имея более солидный жизненный опыт, стояли молча и не спорили.

– Совсем наша Клеопатра без секса озверела, – выйдя из кабинета, шепнул юрист на ухо Руслана.

– А что это она вдруг охладела? – также тихо спросил заместитель заведующей у Козлова. – Оргий, как ей раньше нравилось, больше не устраивает. Пашем как волы и никаких удовольствий.

– Да кто их, женщин, разберет. Ты с Зыкиным разговаривай осторожней, только о работе. Мне кажется, что он постукивает Лизке, а она сейчас злая, может и уволить под горячую руку.

Половину весны аудиторскую фирму лихорадило от бывшей не в настроении начальницы. Были уволены все молодые стажерки, заместитель и юрист получили выговоры, а главный экономист был вообще лишен квартальной премии. Только на майские праздники Галошина подобрела и объявила своим фаворитам, что они выезжают на корпоратив в загородный охотничий дом. Елизавета недавно сдала повторные анализы, которые показали, что она здорова.

Высшее руководство аудиторского филиала приехало в загородный домик вчетвером. Одеты все были по-походному: мужчины в спортивные костюмы, а Лиза в кожаные лосины и кожаную куртку-косуху. Домик представлял из себя большой сруб, к которому была пристроена баня. Внутри на стенах висели бутафорские мечи и щиты, а также настоящие луки и арбалеты.

– Сегодня я буду Дианой-амазонкой, – объявила Галошина, когда они зашли в домик. – Вы же будете зверюшками, на которых я буду охотиться.

– Какими такими зверюшками? – возмутился уже успевший приложиться к бутылке Козлов.

– Зайчиками, мишками, оленями, – насмешливо сказала начальница. – Вот ваши новые обличия, – вывалила она на стол из пакета маскарадные маски животных.

Галошина была зла на всех мужчин мира за то, что ей пришлось сдавать унизительные анализы и глотать сильные антибиотики.

– А почему козла нет? – рассмеялся подвыпивший юрист. – Я согласен быть только козлом! Ме-е-е!

– Козлов, ты будешь сегодня свиньей, – нацепила Лиза на Степана маску хрюшки. – Ты, Зыкин – зайкой, – надела она маску на экономиста. – А ты, Муськин – оленем.

– Не хочу я быть оленем, – убрал голову Руслан.

– Ты будешь оленем, это приказ! – подняла голос Елизавета.

– Русик, приказы не обсуждаются, а исполняются, – заржал юрист. – Взял по-военному под козырек и крикнул: «есть быть оленем, ваше высокоблагородие».

– Я в армии не служил, – дал одеть на себя оленью маску заместитель Галошиной.

– Зря, там бы из тебя человека сделали, а не оленя, – не прекращал надсмехаться Козлов. – Вон Заикин превратился в заиньку-паиньку и будет сейчас капустку хрумкать.

– Козлов, не надо меня называть Заикиным, а то я тоже могу твою фамилию переделать.

– Хватит пререкаться, наливайте себе водки, а мне шампанское, – скомандовала Лиза. – Выпьем за наш выезд на природу.

Сотрудники аудиторского филиала уселись за дубовый стол и начали выпивать, закусывать и смеяться. Козлов сам себя назначил шутом, с сарказмом над всеми надсмехался и даже прошелся своими шутками по начальнице.

Галошина слушала его, улыбаясь, а потом сказала:

– Выходим в лес на охоту, мои ребята-зверята. Сейчас я на вас буду охотиться.

Она взяла со стены лук и колчан со стрелами.

– Поиграем, поиграем, – произнес Муськин.

– Побойтесь Бога, Елизавета Валерьевна, вы нас перебьете, – вновь засмеялся Степан. – У них же наконечники железные, – попробовал он пальцем стрелу. – Острые, между прочим, – показал юрист палец, на котором показалась капля крови.

– Так вас и надо такими стрелять.

– Это уже уголовка, Елизавета Валерьевна. Статья сто пять УК РФ, часть вторая – от восьми до двадцати, а может и на пожизненно вытянуть.

– Хорошо, пожалею вас, – отбросила Лиза колчан стрел с острыми наконечниками и взяла со стальными шариками.

– От таких тоже будет больно, если по башке попасть, – продолжал ерничать Козлов.

– Шапку одень! – прикрикнула на него женщина.

Коллеги отошли от домика в лес. Сквозь кроны деревьев, покрытые молоденькими листьями, сияло солнце, пели лесные птицы.

– И что нам делать? – спросил Муськин в смешной оленьей маске.

– Сбиваетесь в стадо и убегаете, – ответила новоявленная Диана. – Я считаю до пяти, не могу до десяти: раз, два, три, четыре, пять – я иду искать.

Лиза не закрывала глаза и отлично видела, в какую сторону убегают великовозрастные зверюшки. Она побежала вслед за ними, держа лук на изготовку в полунатянутом состоянии. Первого, кого она догнала, был пьяненький Козлов. Пытавшийся добавить ходу юрист зацепился ногой за ветку и упал на четвереньки. Первая пущенная начальницей стрела угодила ему в мягкое место.

– Копчик, копчик, мой копчик, – запричитал Козлов, хотя стрела попала ему в филейную часть. – Я убит, моя амазонка, – растянулся он на земле.

С Русланом пришлось повозиться: заместитель убегал перебежками, оглядывался, прятался за деревьями. Галошина шла за ним ускоренным шагом, и тут Муськин выпорхнул из-за дерева, как встревоженная куропатка, и бросился наутек. Первая стрела пролетела у него над головой, а вторая ударила между лопаток Руслана.

Мужчина упал, скорей всего, специально и простонал:

– Я умираю.

Охотница переступила через него и отправилась на поиски заиньки Зыкина. Экономиста нигде не было видно. Галошина шла по лесу вдоль неглубокого оврага и осматривалась по сторонам. Неожиданно выскочил прятавшийся за деревом Валентин, но он побежал не назад, не в сторону, а прямо на Елизавету. Женщина попыталась поднять лук, но экономист прыгнул на нее и обхватил за руки. Они не удержались на ногах и, упав, покатились, обнявшись, на дно оврага.