Закон выжженной земли — читать онлайн

© Силлов Д., Оболенская Л., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Хронология романов о Снайпере

Хронология романов о Снайпере

СТАЛКЕР. Закон проклятого

СТАЛКЕР. Закон Зоны

СНАЙПЕР. Закон юга

СТАЛКЕР. Закон стрелка

СТАЛКЕР. Закон шрама

СНАЙПЕР. Закон Северо-Запада

СНАЙПЕР. Закон Севера

СНАЙПЕР. Закон МКАД

СНАЙПЕР. Закон Москвы

РОЗА МИРОВ. Закон дракона

СТАЛКЕР. Закон Шухарта

РОЗА МИРОВ. Побратим смерти

СНАЙПЕР. Закон Хармонта

СНАЙПЕР. Закон Петербурга

СНАЙПЕР. Закон Шереметьево

СТАЛКЕР. Закон «дегтярева»

СТАЛКЕР. Закон Призрака

СТАЛКЕР. Закон клыка

СТАЛКЕР. Закон долга

СТАЛКЕР. Закон свободы

СТАЛКЕР. Закон монолита

СНАЙПЕР. Закон столицы

СТАЛКЕР. Закон сталкера

СТАЛКЕР. Закон торговца

СТАЛКЕР. Закон крови

СТАЛКЕР. Закон Охотника

СТАЛКЕР. Закон Припяти

СТАЛКЕР. Закон якудзы

СТАЛКЕР. Закон лесника

СТАЛКЕР. Закон выживших

СТАЛКЕР. Закон бандита

СТАЛКЕР. Закон Черного сталкера

СТАЛКЕР. Закон Чернобыля

СТАЛКЕР. Закон мутанта

СНАЙПЕР. Закон войны

СТАЛКЕР. Закон затона

СНАЙПЕР. Закон меча

СНАЙПЕР. Закон Кремля

СТАЛКЕР. Закон «Бритвы»

СТАЛКЕР. Закон Фукусимы

СНАЙПЕР. Закон хабара

СТАЛКЕР. Закон кровососа

СТАЛКЕР. Закон Выброса

СТАЛКЕР. Закон контролера

СТАЛКЕР. Закон Арены

Зона счастья

СТАЛКЕР. Закон ученого

СТАЛКЕР. Закон Свалки

СТАЛКЕР. Закон вольных сталкеров

СНАЙПЕР. Закон выжженной земли

Авторы искренне благодарят:

Марию Сергееву, заведующую редакционно-издательской группой «Жанровая литература» издательства АСТ;

Алекса де Клемешье, писателя и редактора направления «Фантастика» редакционно-издательской группы «Жанровая литература» издательства АСТ;

Алексея Ионова, ведущего бренд-менеджера издательства АСТ;

Алексея «Мастера» Липатова, администратора тематических групп социальной сети «ВКонтакте»;

Олега «Фыф» Капитана, опытного сталкера-проводника по Чернобыльской зоне отчуждения, за ценные советы;

Павла Мороза, администратора сайта www.sillov.ru;

Елену Диденко, Татьяну Федорищеву, Нику Мельн, Виталия «Дальнобойщика» Павловского, Семена «Мрачного» Степанова, Сергея «Ион» Калинцева, Виталия «Винт» Лепестова, Андрея Гучкова, Владимира Николаева, Вадима Панкова, Сергея Настобурко, Ростислава Кукина, Алексея Егорова, Глеба Хапусова, Александра Елизарова, Алексея Загребельного, Татьяну «Джинни» Соколову, Дениса «Морфин» Пинчука, Алексея «Медведь» Медведева, Дмитрия «Шаман» Молева, писательницу Ольгу Крамер, а также всех друзей социальной сети «ВКонтакте», состоящих в группе https://vk.com/worldsillov, за помощь в развитии проектов «СНАЙПЕР», «ЗВЕЗДЫ ЛИРИЧЕСКОЙ ПРОЗЫ» и «ГЕРОИНЯ НЕ НАШЕГО ВРЕМЕНИ».

Глава 1

Он был красив.

Не той выпендрежно-вызывающей красотой современных смазливых мачо, что не вылезают из спортзала и в год тратят килограммы геля на свою прическу.

Это была спокойная красота интеллигентного парня, выигравшего в генетическую лотерею. От природы ему достались карие глаза, аристократический нос, широкие плечи и взгляд, от которого у девушек должно было разливаться в районе сердца нечто приторно-сладкое, нежно перехватывающее дыхание…

Ну, я девушка к мужским чарам морально устойчивая – хотя, если честно, парень мне понравился. До этого мы целый месяц зависали в чате сайта знакомств, потом перешли в мессенджер – и вот сегодня сидим в приличном ресторане, куда он меня пригласил и где мы теперь совместно занимаемся взаимной нервотрепкой, которая называется первым свиданием.

Понятное дело, при первом знакомстве все стараются показаться лучше, чем есть на самом деле, и я не исключение. Принарядилась, сама накрасилась, что было отчасти непривычно, ибо уже несколько лет макияж на мою физиономию практически каждый день накладывают другие, специально обученные люди. Туфли надела вместо кроссовок – но тут проблем не было, их я носить умею с каблуками любой высоты и делаю это профессионально…

Но при этом я чувствовала себя немного не в своей тарелке, словно меня пригласили отыграть чужую роль, к которой я была совершенно не готова. Кто ж думал, что ненавязчивое общение в чате перерастет в настоящее свидание, причем не в кофейне за углом, а в недешевом ресторане.

– Ты что будешь? – спросил он, едва мы приземлились за столик. – Тут неплохие коктейли делают, кстати. Как насчет «Маргариты»?

– На твое усмотрение, – улыбнулась я, при этом подумав, что, наверно, надо было сказать что-то другое. Но что именно – фиг его знает.

В последние годы я общалась с противоположным полом исключительно в рабочем ключе, причем подкатывать ко мне никто не решался. Такую я себе репутацию заработала, поэтому служебный роман мне точно не светил. Но потом как-то мелькнула у меня мысль, что часики-то тикают, а у меня кроме работы, отнимающей вообще все мое время, больше ничего и нет. Ну и полезла я на сайт знакомств, в результате чего сейчас сижу в ресторане, не очень представляя, как полагается вести себя в таких случаях…

Официант принес коктейли и меню, где я ткнула пальцем в фотографию какого-то салата, – и потянулся разговор ни о чем… В чате беседа проходила как-то бодрее, но при этом мы обоюдно избегали разговоров о себе… Я не знала, чем занимается этот парень, а он, соответственно, не был в курсе насчет моей работы.

Мы перекинулись дежурными:

– Как доехала?

– Хорошо.

– Нравится тебе здесь?

– Да, тут просто замечательно!

И замолчали…

Похоже, он тоже давно ни с кем не встречался и банально не знал, о чем говорить. Хотя один вопрос у него все-таки назрел.

– Мы уже почти два месяца общаемся, но я о тебе ничего не знаю, – сказал он. – Расскажешь?

– Давай сначала ты расскажи про себя, ладно? – попросила я, неожиданно испугавшись. Кто его знает, как он отреагирует на информацию о моей работе? Тем более что его внешность и голос нравились мне все больше и больше, и мне уже не хотелось рисковать атмосферой этого вечера. Пусть она продлится еще какое-то время, а я пока послушаю, что говорит этот парень, посмакую минуты, когда можно почувствовать себя обычной молодой девушкой, которая может кому-то понравиться.

– Да, конечно, – проговорил он. – Я занимаюсь бизнесом. У меня несколько магазинов одежды и фабрика по пошиву обуви. Пойми правильно, я не писал об этом на сайте и не рассказывал в чатах. Не хочется, чтобы девушки западали на меня из-за денег.

– Я помню, – улыбнулась я. – Ты написал, что работаешь служащим в фирме, снимаешь квартиру и ездишь на арендованной машине.

– Ну, я, в общем-то, нигде не соврал, – улыбнулся он в ответ. – Директора фирмы тоже можно назвать служащим, квартиру я не покупаю, потому что постоянно в разъездах, а машины арендую разные, так как не люблю ездить на одной и той же. Ну, теперь твоя очередь рассказать о себе.

Я внутренне напряглась…

Нормальное мое состояние, кстати. Это секунду назад было ненормальное, расслабленное… А вот сейчас уже да, обычное. Как перед сложным трюком, который может закончиться очередным переломом. И хорошо, если конечности, а не шеи…

– Я каскадер, – проговорила я.

Мой собеседник как раз приложился к своему коктейлю – и, услышав мой ответ, закашлялся. Потом, прочистив горло, переспросил:

– Прости, кто?

– Каскадер, – повторила я. – Работаю на киностудии. С детства занималась легкой атлетикой, а также рукопашным и ножевым боем – папа был офицером спецназа, мечтал о сыне, ну и вот… По той же причине хорошо стреляю из разных видов оружия, много чего знаю о выживании, военной тактике и стратегии, еще в школе прошла несколько курсов подготовки для спецподразделений и телохранителей. Туда девчонок не берут, но у папы были друзья среди инструкторов. К тому же это все мне безумно нравилось. Потом папа погиб в одной из горячих точек, а я пошла работать каскадером. С моими навыками в этой профессии я оказалась очень востребованной. Так что со мной не страшно гулять по вечерам, но при этом, увы, готовлю я ужасно. Зато хорошо мою фрукты…

Последнее прозвучало, наверно, глупо. Но просто я наблюдала, как по мере моего рассказа меняется выражение лица моего собеседника, – и в конце попыталась шуткой развеять напряжение, которое, словно грозовая туча, все сильнее сгущалось над нашим столом.

Однако у меня ничего не вышло.

Молодой человек отложил в сторону трубочку, залпом осушил свой бокал, промокнул губы салфеткой, аккуратно положил ее на стол и произнес:

– Ты знаешь… Все, что ты рассказала, очень круто. Но я на сайте знакомств искал себе девушку для жизни, а не мужика в юбке. Так что, думаю, нам не нужно больше обоюдно отнимать друг у друга драгоценное время. Прости.

И ушел. А я осталась.

Наверно, в таких случаях принято плакать, но у меня даже мысли такой не возникло. Не мое это. Не умею.

Да и было бы о чем рыдать! Ну не получился очередной сложный жизненный трюк, к счастью, ничего не сломавший в моей душе. Жизнь продолжается. И, кстати, может, все и к лучшему, ибо если парень уходит из ресторана, не заплатив за свой коктейль, это уже говорит о многом.

– Ваш салат, – проговорил официант, ставя передо мной тарелку. – А молодой человек вышел? Он заказал кассуле по-тулузски, и я хотел сказать, что оно будет готово через пять минут.

– Молодой человек не вернется, – сказала я. – Не знаю, что такое кассуле, но несите его мне. Сто лет не была в ресторане, так хоть один вечер отдохну по-человечески.

Глава 2

Я накидалась в том ресторане. И не алкоголя, к которому равнодушна. Еды!

Есть за мной грешок – люблю вкусно покушать. Но из-за работы приходится, как говорит моя инструктор по фитнесу, «придерживать кишку». То есть сидеть на жесткой диете. У нас же все рассчитывается перед трюком, и вес каскадера в том числе…

А тут я несколько взбесилась.

Вот же сволочь… «Мужик в юбке», надо ж такое ляпнуть! Вот с расстройства и навернула я и свой салат, и его кассуле по-тулузски, на самом деле оказавшееся обычным рагу из утки и белой фасоли. И все это я потом еще порцией суши шлифанула под поллитровку кваса. Диета под названием «Привет, поджелудочная!». Ну и пофиг. Если я мужик, то и жрать должна соответствующе.

Домой я ехала как учили: соблюдая ПДД, но так, что при этом от моего «мерина» шарахались в стороны обочечники и прочие обгоняльщики по встречке. Да, я так умею, хоть и в юбке. Правда, подобное со мной случается очень редко. Под настроение. После походов в ресторан, например, будь он неладен…

Зайдя в свою однушку-студию, пусть небольшую, зато почти в центре города, я первым делом скинула туфли, швырнула на кресло блузку и стянула юбку. После чего приняла душ, докрасна растерлась бодряще-жестким полотенцем, накинула халатик и подошла к большому зеркалу. Покрутилась перед ним так, эдак, грудь вперед подала, волосы поправила…

Да не, пошел он лесом, ценитель ресторанный! Все в порядке со мной. Волосы – натуральный светло-русый блонд, при этом брови и ресницы чуть темнее, что для моей светлой масти однозначно в плюс. Обычно блондинки ненакрашенными выглядят как лабораторные мыши, а с моей физиономией можно и в магазин без макияжа выйти, и даже на работу. Впрочем, там всем на мою внешку давно пофиг, слишком давно работаем в одной команде…

Дальнейший осмотр показал, что фигура у меня ух! Не перекачанная, но в то же время упругая везде где надо. При этом спорт не убил мою уверенную «двоечку», ибо часто бывает, что у дев от него бюст становится близок по форме к корабельной доске, прямой и твердой, как совесть капитана дальнего плавания. Но то от спортивной фармакологии, которую я категорически не приемлю… Ну а давно заросшие шрамы почти незаметны, если не приглядываться…

Вот мордочка у меня слегка стервозная, это да… С легким прищуром, словно прикидываю, как лучше поступить с собеседником – сразу пристрелить или же дать помучиться, зарядив ногой в промежность. Но это, наверно, лечится. Есть же наверняка курсы какие-нибудь, где девушек вроде меня учат быть милыми няшками… Хотя бы на время, чтоб мужчины не сбегали от нас на первом свидании, теряя тапки…

– Точно, – сказала я своему отражению. – Как будет делать нефиг, так сразу на такие курсы и отправлюсь. А сейчас пора вздры́хнуть, ибо до подъема осталось всего четыре часа.

Завтра с раннего утра у нас на работе был в плане сложный трюк, требующий максимальной концентрации и внимательности. Потому мне следовало срочно отправляться в кровать. Что я и сделала, по старой привычке почти мгновенно заснув, ибо не люблю терять время попусту, лежа в кровати и думая про всякую фигню. Должен мозг спать – пусть спит, а не ерундой занимается…

Правда, примяв щекой подушку, я все-таки немного подумала. О том, что, может, в чем-то прав тот ресторанный невежа. Характер у меня, конечно, тот еще, и совершенно не обязательно тащить его с собой в личную жизнь, словно рюкзак со снаряжением. Можно попробовать его и на работе оставлять, а при общении с противоположным полом немного отпускать стальной внутренний стержень, который я выковала в себе за эти годы. И до поры до времени помалкивать про свою работу. А на вопросы, где трудиться изволю, отвечать «на киностудии». И все. Звучит солидно, загадочно, интересно и необычно.

– Отличный план! – промычала я в подушку, после чего со спокойной совестью заснула, не забыв поставить будильник в телефоне на такое время, в которое нормальные люди еще досматривают десятый сон, чтобы плавно и с удовольствием перейти к одиннадцатому…

…Мне показалось, что я только закрыла глаза, как мой телефон нежно замурлыкал, возвещая о том, что меня ждет новый прекрасный день.

– Мать твою смартфонную за провод… – простонала я, вылезая из-под одеяла. После чего походкой зомби прошла в ванную и минут десять истязала свое тело контрастным душем. Хорошее средство, чтобы быстро прийти в себя, расставшись с таким желанным сном до следующей ночи.

Закончив с экзекуцией, я вылезла из душевой кабины и прошлепала влажными ногами по холодному полу на кухню, добавляя себе тонизирующих ощущений. Мимоходом глянув в зеркало, пробормотала:

– Блин… Распухла портретом, как жертва абстинентного синдрома. Аж обидно… Кому скажи, что с поллитры кваса такой красоткой стала, не поверит же никто.

…Кружка кофе, горячего, как жерло Этны, и крепкого, как удушающий захват борца, довершила процесс возврата из царства Морфея в мир людей. Теперь я снова была готова превозмогать, свершать и поражать окружающих своим мастерством, в память о котором на моем теле осталось немало шрамов, а внутри него – сросшихся переломов. Но без них каскадеров просто не бывает, такая уж у нас профессия…

На студию я приехала минута в минуту, мысленно поставив себе плюс за пунктуальность. Правда, никто этого не оценил, ибо все слушали, как Антон, начальник нашей каскадерской группы, самозабвенно собачится с режиссером.

– Маша, пойми! – терпеливо вещал Антон. – Днище «гелика» мы, конечно, укрепили по максимуму, но он у нас далеко не мальчик. У него переворотов больше, чем выбитых зубов у всей нашей команды. Максимум, что он выдержит, это три, и то с натяжкой…

Режиссер Мария, обладательница огромных очков, визгливого голоса и стянутого на затылке резинкой куцего рыжего хвостика, слушать доводов Антона не желала.

– Мне нужно минимум пять! – верещала она. – «Гелик» несется на камеру, и нужно, чтобы он после взрыва, перевернувшись, пролетел над ней. Какие три переворота? Зритель даже не поймет, что произошло!

– Прости, Маша, я не могу этого допустить, – покачал головой Антон. – Если я заряжу этот ветхий «гелик» на пять переворотов, возможна детонация топлива в двигателе и баке…

– Антон, заряжай на пять, – сказала я, подходя ближе. – И не тяни время. Нам надо сделать съемку на фоне рассвета, и если мы еще минут пятнадцать будем молоть языками, то все пойдет насмарку. И я тебе никогда не прощу, что зря проснулась в такую лютую рань.

Глава 3

– Карина, надеюсь, ты понимаешь, что делаешь? – Антон был серьезен как никогда.

– Понимаю, – кивнула я. – Но и ты должен понять: если сегодня у нас сгорит съемочный день, другого может не быть. Я пока ехала сюда, слушала по радио погоду. Завтра начнутся дожди, а это значит, что фильм может тупо накрыться. У студии и так финансирование на грани.

– Твоя жизнь мне дороже любого финансирования.

Я внимательно посмотрела на Антона.

Пару лет назад я думала, что у нас с ним может получиться. Ну, если не семья, то хотя бы затяжной роман, который в народе называется «живут вместе». Но потом, отодвинув в сторону гормоны и поразмыслив головой, а не другим местом, я поняла – не-а. Не выйдет у нас ничего. Это как жить со своей копией, только мужского пола. У обоих характеры, амбиции, свои взгляды на жизнь. Да мы ж поубиваем друг друга в первый же месяц совместной жизни! Ну и зачем оно надо?

А вот как коллега Антон был идеальным! Профессионал, прекрасно знающий свое дело. И я решила, что мне работа дороже непродолжительных отношений, которые точно ничем хорошим не закончатся.

– Понимаю, – усмехнулась я. – Но ты успокойся. Если помнишь, я сама этому «гелику» днище варила. Там сталь «трешка» – ну, ты в курсе. Взрывная волна размажется по площади металла, а движок с бензобаком Серега заизолировал идеально. Так что…

– Мне все равно тревожно. Предчувствие.

А вот это уже начало подбешивать.

– Антон, всё, – отрезала я. – Я не хочу лишиться работы из-за твоих необоснованных предчувствий. И дело даже не в работе, а в профессиональной репутации. Я готовила этот трюк, и я его сделаю!

– Знаю, когда ты в таком настроении, тебя не переубедить, – кивнул мой собеседник. – Что ж, тогда иди подмахни «осознание» – и вперед.

«Осознанием» у нас называли документ, который каскадер подписывал перед смертельно опасными трюками. Мол, понимаю, на что иду, в случае моих травм или гибели ни к кому претензий не имею, все сделала своими лапками.

Обычно при выполнении всякой стандартной ерунды, типа через огонь пройти или с третьего этажа упасть, на «осознание» забивали. Да и при серьезных трюках частенько тоже – когда знаешь, что на тебе страховки намотано как паутины на мухе, можно особенно не париться.

Но автопереворот – это другое.

Там к защитному костюму трос не привяжешь и в критический момент каскадера из машины не выдернешь. Разве что только он сам сумеет отстегнуться и выскочить, если машина загорится. И когда твой начальник посылает тебя подписывать «осознание», это значит, что присутствует неиллюзорный риск такого исхода.

Но мне уже было наплевать на все. Когда Карина Дубровина закусывает удила, с ней обычно никто не связывается – из тех, кто ее знает. А тем, кто с ней незнаком, лучше на пути у нее не становиться. Ибо последствия могут быть непредсказуемыми.

Я подошла к походному столику, на котором Антон заранее заготовил «осознание», аккуратно пристегнув к нему авторучку, – думаю, хотел дать мне последний шанс осознать, что я не права.

Но он точно не угадал!

Мне вчера дали характеристику, можно сказать, ярлык навесили: «мужик в юбке». Но не. Ошибся мой ресторанный кавалер. Еще не придумали определения, что я такое в состоянии решительности. На съемочной площадке от меня мужики без юбок в стороны шарахаются, когда я себя накрутила до состояния взведенной пружины. Причем это не нервяк, нет. Просто ледяная, до мелочей рассчитанная уверенность в собственных силах. Когда ты особенно остро осознаёшь каждое свое движение, ощущаешь, как, словно точно настроенные механизмы, работают мускулы и как глаза исправно, с потрясающей четкостью посылают в мозг сигналы об окружающей обстановке. И вот ты уже не человек, а запрограммированная машина, которая настроена только на одно – выполнить задачу максимально эффективно!

Не знаю, как обстоят дела в киностудиях за границей, но у нас защитное снаряжение каскадерам никто не предоставляет. Сам все покупаешь, на свои деньги и по своему выбору. И тут лучше не жаться, потому что в данном случае ты вкладываешься в свое здоровье, а зачастую – и в собственную жизнь.

Потому я и вложилась в защиту по максимуму! Взяла почти самую дорогую мотоциклетную, что встало мне в копеечку.

И ни разу не пожалела!

Спасала она меня не раз. Благодаря ей мой правый локоть однажды получил лишь сильный ушиб там, где, по идее, рука должна была превратиться в кашу из мяса и костяной крошки. Но налокотник из композитного пластика, сочетающего в себе прочность с поглощаемым уроном, выдержал страшный удар и даже не треснул. Так что свою «скорлупу» я любила как родную, и редко какой трюк обходился без нее.

Подписав «осознание», я переоделась в костюмерном вагончике, дотошно проверив еще раз свою защиту.

После этого я надела мотоциклетный шлем, вышла на площадку и направилась к автомобилю, который и правда повидал на своем веку немало. Его уже купили бэушным, правда, потом неслабо так отреставрировали и усилили везде, где можно. И переворачивался он не раз, и с обрыва падал, и в кирпичную стену вреза́лся. И каждый раз наши механики его успешно реанимировали до вполне рабочего состояния. Сейчас вот перед съемками вообще козырно постарались – если не приглядываться сильно, с десяти метров машина казалась прямо как новой.

Когда я села в «гелик» и начала пристегиваться, в кабину сунулся наш механик Серега, мастер на все руки и вообще золотой человек по жизни. Подозревала я, что наш кулибин в меня немного влюблен, больно уж умильно он порой поглядывал в мою сторону – ну, чисто кот, соскучившийся по сметане. Но подойти ко мне со своими симпатиями не решался…

И это правильно.

Я б на его месте к себе самой тоже не подошла. Чисто ради сохранения нервной системы и собственной самооценки. Ибо быть посланным далеко и, возможно, грубо никому не хочется. Хотя посылать Серегу у меня б язык не повернулся, но он-то об этом не знал…

Ну и не надо. Такую информацию лучше держать в секрете, ибо в любой работе служебные романы зачастую – зло. А в нашей – опасной, тревожной и нервной – и подавно.

– Ариш, короче, я все ремни в центральный нагрудный замок свел, – очень сильно стесняясь, проговорил Серега. – В случае чего бьешь по нему ладонью, и ты свободна. Но пока не ударила, ты на сиденье зафиксирована намертво… И да, подрыв будет дистанционный, тебе ничего делать не надо. Только давить газ в пол и ехать на камеру.

– Да знаю я все, Сереж, – усмехнулась я. – Я в тебе не сомневаюсь. Спасибо.

– Ну, это моя работа, – засмущался механик. И быстро свалил, стараясь скрыть это самое свое смущение. Ну и хорошо. В идеале вообще б девушку себе нашел и не маялся ерундой, заглядываясь на каскадершу. Которая мужик. В юбке…

– Блин, что ж, пожалуй, ты прав, мой несостоявшийся любовник, – проговорила я, поворачивая барашек, заменяющий в нашей рабочей машине ключ зажигания. – Только, думаю, вряд ли ты или кто-то из твоих знакомых мужиков повторит то, что сейчас сделаю я.

Автомобиль рыкнул, словно застоявшийся конь, – и рванул вперед, стремительно набирая скорость…

Глава 4

Люблю я этот адреналиновый шторм в себе, когда знаешь, что вот-вот под тобой прогремит взрыв, который может разнести тебя в клочья, если механики и пиротехники что-то просчитали неправильно. Но ты все равно давишь в пол педаль газа, напряженно глядя вперед сквозь прищуренные веки, и чувствуешь вкус крови на нижней прикушенной губе, и стук сердца, отдающий в виски, и кожу руля, что вот-вот загорится от жара твоих ладоней…

Кто-то называет нас сумасшедшими.

Наплевать!

Им никогда не понять нашего ликования, когда удается пролететь, проскочить, пробежать в миллиметре от смерти, ощутив у себя на щеке ее разочарованный вздох – мол, эх, опять она по кромке прошла и не ко мне в объятия упала… Ну извини, подруга, не сегодня. Как-нибудь позже…

Взрыв сотряс «гелик», крутанул его винтом, вжимая меня в кресло, – и тут же попытался оторвать от него. Но ремни держали крепко!

И началось…

Первый переворот…

Второй…

Третий…

Каждый из них сопровождался ужасным ударом о землю, когда машина сотрясается, словно по ней долбанули гигантской кувалдой, – а после летит по воздуху, чтобы вновь со страшной силой рухнуть вниз…

Четвертый…

Кажется, что все внутренности вот-вот вылетят через горло, и тогда приходится глотком загонять их обратно. Потому за пару часов перед таким трюком запрещается пить и есть, чтобы внутренним гидроударом не разорвало желудок и кишечник. Но сколько же усилий требует этот глоток! В том числе – рассчитать паузу и глотнуть между ударами, чтобы случайно не подавиться собственным горлом…

Время растянулось…

Я понимала, что сейчас лечу над камерой… Дубль уже снят, и мне осталось лишь пережить пятый, завершающий удар, после чего «гелик» рухнет на бок, словно раненый носорог, и замрет. И побегут к нему пожарные, держа наготове огнетушители, но их наверняка обгонит Антон, который первый рванет дверцу машины, расстегнет страхующие ремни, вытащит меня наружу и заорет:

– Карина, ты сделала это!!!

…Но пятого удара не было.

Время не растянулось, а будто остановилось… И картина внутренностей автомобиля куда-то пропала, словно я провалилась в некий густой белый кисель без намека на тени или какое-то движение. Лишь далеко-далеко из мертвой тишины, окутавшей меня, доносились непонятные звуки…

Я прислушалась… И разобрала слова:

– Хлорелла – это род одноклеточных зеленых водорослей, – сквозь непроницаемый туман вещал женский голос. – Хлоропласты хлореллы содержат хлорофилл – зеленый пигмент, играющий ключевую роль в фотосинтезе.

«Что за бред? – пронеслось у меня в голове. – Какая, мать ее, хлорелла?»

А между тем голос продолжал, становясь все громче, насыщеннее… и неприятнее:

– Для запуска процесса фотосинтеза хлорелле требуются лишь вода, свет и диоксид углерода. При этом, если добавить немного минералов, она получит способность к размножению… Так, Эрина, ты что, заснула?

Послышался треск, словно сработал электрошокер, после чего я ощутила боль в плече – и, вынырнув из белого тумана беспамятства, открыла глаза…

Конечно, это была галлюцинация.

Посттравматический шок.

Наверно, не все хорошо прошло для меня с трюком, и сейчас я, валяясь в коме, вижу вокруг себя вот это все… Но разве при коме люди ощущают боль и одновременно онемение в плече, словно туда только что долбанули током? И могут ли быть при этом состоянии настолько реальные галлюцинации? Как визуальные, так и слуховые.

– Застегни комбинезон! – произнес очень неприятный женский голос над моей головой.

Было душно, воздух казался каким-то синтетическим, но я, еще не отойдя от шока, автоматически подчинилась…

После чего мой мозг, пока еще находящийся в состоянии шока, принялся переваривать то, что я видела перед собой.

Я сидела за столом, а точнее, за партой, ибо в учебных классах столы называются именно так. На парте лежала раскрытая книга с пожелтевшими страницами, на одной из которых была крупная надпись «Хлорелла», текст под ней и рисунок с зелеными пупырышками на черном фоне.

При этом на рисунок падала тень от фигуры, стоящей рядом с моей партой.

– Эрина, надеюсь, ты слышала, о чем я говорила? – спросила фигура. – И если да, расскажи, как и для чего используется хлорелла. В противном случае я буду вынуждена повторить наказание.

Я подняла глаза.

Рядом со мной стояла подтянутая дама лет сорока с водянистыми глазами и крашенными в ярко-рыжий цвет волосами, собранными в пучок на затылке. Одета дама была в обтягивающий комбинезон зеленого цвета, а в руке она сжимала самый настоящий электрошокер с двумя электродами на конце.

Помимо меня и дамы в большой комнате, очень похожей на учебный класс, находились еще девять парней и девушек возрастом около восемнадцати лет. На них были похожие комбинезоны, только серебристого цвета. Все присутствующие сейчас с интересом смотрели на меня, видимо, ожидая, когда я начну выдавать запрошенную информацию про хлореллу.

У меня отличная память, и я помнила из курса школьной ботаники, что эта уникальная водоросль умеет производить кислород, очищать сточные воды, а также теоретически может использоваться в пищу, так как более чем наполовину состоит из растительного белка. Но делиться той информацией под угрозой получить разряд током я не собиралась. Тем более что мы еще не разобрались, с какой это радости меня первым разрядом наградили. И, поскольку я даже внутри своей комы никому не позволю так с собой обращаться, я попыталась встать из-за парты.

– Сидеть! – взвизгнула зеленая дама, попытавшись схватить меня за плечо и водворить обратно на стул.

А вот это уже не лезло ни в какие ворота!

Перехватив кисть дамы двумя руками, я крутанула ее от себя, при этом одновременно соскользнув со стула. И когда госпожа с шокером, согнувшись от боли, легла лицом на раскрытый учебник, я завела ей руку за спину, отобрала электрический прибор, бросила его на пол и совершенно спокойно проговорила:

– Сударыня, если вы еще раз попробуете ткнуть в меня этой штукой, я засуну ее вам в то место, куда никогда не заглядывает солнце.

Глава 5

Видимо, дама не была обучена хорошим манерам и вежливой беседе предпочитала насилие. Она зарычала от ярости, дернулась и попыталась ударить меня каблуком по стопе.

Ногу я, разумеется, убрала, так как удар этот очень болезненный: что по пальцам попадет каблук, что по подъему стопы – будет одинаково тоскливо. Ну а зеленую даму пришлось проучить, довернув ей кисть до болевого порога, отчего она завизжала так, будто ее резали.

Понимаю.

Это весьма драматично, когда тебе выкручивают запястье, словно мокрое белье. Но не я первая начала конфликт, и когда меня пытаются бить, реагирую соответственно.

Рядом со мной раздались аплодисменты.

Я бросила взгляд влево и увидела сидящую за соседней партой темноволосую девчушку, улыбающуюся так искренне, словно ей на день рождения подарили мечту всей ее жизни. Да уж, похоже, зеленая дама достала тут всех – и сразу же у меня на душе стало тепло и благостно, как бывает всегда, когда я сделаю хорошее дело.

Но долго купаться в лучах заслуженной славы у меня не получилось, так как в класс, среагировав на визгливый вопль, ворвались двое крепких мужчин в таких же зеленых комбезах, как у агрессивной дамы, и с аналогичными электрошокерами в руках, которые весьма впечатляюще посверкивали небольшими трескучими молниями. Причем, судя по лицам мужчин, намерения насчет меня у них были самые что ни на есть агрессивные.

Объективно женщине в реальной драке с двумя мужиками ловить нечего. В основном наша сестра от природы слабее среднестатистического самца, который и эволюцией, и самой природой запрограммирован на боевые действия. Причем мужики это знают и к женщинам в этом плане относятся снисходительно – мол, ну что она может? Возьму за волосы, дам леща, вот она и сникла, почувствовав настоящую силу…

И тут, они, конечно, ошибаются.

Потому что встречаются порой лица слабого женского пола, которых работа обязывает два раза в неделю по вечерам брать уроки неспортивного рукопашного боя, какой преподают далеко не всем и не везде. Это заслуга Антона, кстати. Он нашу каскадерскую команду тренировал частным образом у отставного майора спецназа, которые, как известно, бывшими не бывают. А этот во время службы еще и сам натаскивал своих бойцов на всякие лютые приемы, о каких гражданским людям знать не положено. В кино такое снималось довольно редко, а вот для жизни порой было просто необходимо.

Как сейчас, например.

Электрошокер первого мужика затрещал, сверкнув молнией, – и я тут же получила тычок в живот этим жутким инструментом. Ну, это мужик, наверно, так подумал, что получила, судя по его серьезно-самодовольной физиономии.

Но он ошибся.

Я быстро убрала свою талию с линии его атаки, пропустив электрошокер мимо себя, и когда нападающий провалился вперед вместе со своим ударом, схватила его оружие двумя руками – и просто резко повернула его на сто восемьдесят градусов.

В результате этого нехитрого приема мужик сам насадился животом на собственную молнию. Раздался приглушенный треск, зеленого дядю неслабо тряхнуло – и он рухнул на пол, суча ногами. Ничего страшного, выживет. Если б заряд в шокере был мощностью примерно как настоящая молния, поверженный мною нападающий нижними конечностями сейчас не дрыгал, а просто вытянулся и банально умер. А так жить будет и, может, даже выводы сделает насчет того, нужно ли в девушек эдакими жуткими механизмами тыкать или ну его на фиг на всякий случай.