Читать онлайн Кролик с часами бесплатно

Серия 1. Незначительные события

Всякие правдивые истории начинаются с мелких незначительных событий: с шутки про коров, например, или с часов, которые тебе передал друг отца, а твоя девушка забыла их забрать.

И эта трагичная правдивая история началась с незначительного банального события: со сломанной машины.

Было ранее декабрьское утро. Очень тёплое для сибирской зимы. Счастливая автолюбительница выезжала на своей машине из ворот СТО, что находилась на улице Плахотного. Белая тойота на мгновение остановилась – видите ли, нужно пристегнуться ремнём, – и за машиной кряхтя закрылись большие гаражные ворота. Автолюбительница – кстати, она была очень милой худой брюнеткой по имени Юля, – пристегнувшись ремнём, правой ногой надавила на педаль газа, но машина, вместо того чтобы поехать вперёд, вдруг резко дёрнулась и заглохла.

Юля нервно повернула ключ зажигания. В машине что-то щёлкнуло, но двигатель молчал. Юля раздула ноздри, скривила губы, а потом выбежала из машины и бросилась ко входу для клиентов слева от гаражных ворот. В квадратном помещении стоял старый диван, лежали на столике журналы и можно было попить горячего.

Ворвавшись словно Халк, Юля, психуя, пнула диван и побежала по длинному коридору, в конце которого дёрнула на себя дверь с табличкой «Директор» и быстро вошла. На неё уставился толстый лысый мужчина, похожий на Шрека.

– А-а, это опять вы, – протянул он.

– Машина сломалась! – выкрикнула Юля. – Третий раз уже! Я даже отъехать толком не успела.

– Давайте успокоимся и просто последуем за логикой, хотя я понимаю, что у вас с этим проблема…

– С чем проблема?

– Вот смотрите… – Шрек осмотрел свой стол, и на глаза ему попалась ручка. – К примеру, я куплю ручку, а потом принесу сломанную ручку обратно, скажу, мол, вы её такой мне продали. Продавец один раз мне поверит и поменяет. Я приду так снова, и он снова мне поменяет. Но на третий раз он меня пошлёт. Верно же?

– То есть вам продают сломанную ручку, а потом не хотят её менять. Вы сами понимаете, что говорите?

– Продавец… – Шрек тяжело вздохнул. – Он продал мне целую ручку, а я её сломал и принёс…

– Зачем вы ломаете ручку? – перебила Юля.

– Это пример.

– Пример чего?

– Ручка – это ваша машина.

– Так, значит, вы и сломали мою машину! Вы только что сами это сказали!

– Ручка – это пример, а я – это вы.

– Зачем вы мне мозга пудрите?

– Это вы мне мозга… того! – Он на мгновение замолчал и продолжил: – Ни у кого машина не ломается, а вы уже четвёртый раз здесь.

– Так, может, вы так чините.

– Нормально мы чиним, все довольны.

– Но я же не виновата, что она заглохла.

– Блин, слушайте… – Шрек скорчил гримасу. – Вы не видели, случайно, ворота гаража закрылись?

– Закрылись.

– Вот! Когда ворота закрылись, гарантия кончилась, всё! – И Шрек ударил ладошкой по столу.

– В смысле кончилась? Я и пяти метров не проехала.

– Не мои проблемы. Ворота закрылись. Для вас гарантия кончилась.

Юля, надув губы, посмотрела по сторонам. Знаете, она не любила материться, но сейчас очень хотела это дело полюбить, чтобы высказать всё, что думает об этом лысом чудовище.

– Я на вас в суд подам, – буркнула она и положила ключи от машины Шреку на стол. – Ремонтируйте.

– Я отказываюсь чинить вашу машину, – покачал он головой. – Вы не умеете водить. И заберите ваши ключи с моего стола.

Юля махнула рукой, и стаканчик с ручками полетел со стола на пол.

– Вы не знаете, с кем связались! – крикнула она.

– Идите отсюда!

Началась дуэль взглядов. Как в лучших вестернах, Юля и Шрек смотрели друг другу в глаза. И неудивительно, что Шрек победил в соревновании. У него было больше опыта.

Юля схватила ключи и вышла из его кабинета, громко хлопнув дверью.

В помещении для клиентов она бухнулась на диван и позвонила Паше.

Теперь пора познакомить вас с главным героем истории – молодым человеком средних лет.

Он сидел в небольшой комнате и обнимал гитару. Да-да, именно обнимал. И смотрел на толстую женщину, сидящую напротив. Она била по струнам и больше орала, чем пела:

И штаны мои в воду упали,

Мировые в полоску штаны!

А я знаю, ты придёшь,

Ты придёшь, вновь придёшь!..

Он следил за её руками, в основном за левой, которая меняла аккорды.

– Ну и песню ты выбрал, конечно, – проговорила женщина, перестав играть. – Можно было что-то и попроще.

– Вообще, я хотел «Аукцион» взять…

– «Аукцион»? – удивилась она. – Хочешь сказать, «Аукцион» проще?

– Ну а что?

Он выпрямился и стал бренчать.

– «Птица, я птица…» – пропел он.

– Не позорься, – остановила она его. – Их песни – это структурированный хаос. С первого взгляда белиберда, но, стоит поддаться настроению, войти в ритм песни, и получится, грубо говоря, медитация. Я бы рекомендовала взять для начала песню Остапа Бендера. Она самая простая. «Где среди пампасов бегают бизоны…» – напела она.

Он отрицательно мотнул головой.

– Ладно, – пожала плечами она и посмотрела на часы. – Оставляем «Штаны»?

– Да.

– Хорошо. На сегодня мы всё, приходи завтра. Я разберу песню на аккорды, и будем учить. К Новому году ты её точно сыграешь!

– Завтра не смогу, в командировку еду. Послезавтра, после обеда, вернусь.

– Давай так: как приедешь, мне позвони и договоримся о времени.

Он кивнул.

Наступил вечер. С неба сыпал мелкий снег. Город уже подготовили к празднованию Нового года, украсили мигающими разноцветными огнями.

Мороза не было, стояло непривычное для такого времени года тепло.

По нечищеным тротуарам шли люди, на дорогах буксовали машины. Паша, с футляром для гитары за спиной, вышел из подъезда многоэтажки, перешёл дорогу в неположенном месте и оказался в центре города. Здесь он пару раз свернул и вошёл в кафе.

Юля, отложив тонкую книгу, махнула ему рукой. Он направился к ней, поставил футляр на свободный стул, сел напротив.

– А поцеловать? – игриво спросила она.

Он шутливо скорчил лицо, встал, чмокнул её в губы и вернулся на место.

– Будешь есть? – спросила она.

– Нет, я только кофе. Ты же знаешь, перед поездками вечером я не ем.

– Ах, да, ты же завтра уезжаешь. Хотела бы я такую работу! Раз в месяц прокатился в другой город, а потом отдыхаешь. И платят больше, чем мне…

– На самом деле, я ещё и дома работаю.

– Паш… – Она что-то вспомнила, в её глазах блеснул огонёк. – А во сколько ты завтра уезжаешь?

– В семь утра.

– Так быстро забыл?

Паша насторожился: что же он мог забыть?

К ним подошла официантка. Они заказали два кофе и один салат.

– Что? – спросил он наконец, когда ушла официантка.

– Ты мне сегодня по телефону пообещал сходить завтра со мной в СТО.

– А, точно. Во сколько?

– В восемь тридцать.

– Пф… Ладно, сходим, – улыбнулся он. – Мне ехать в Омск часов семь-восемь, думаю, успею к девяти вечера попасть. Хорошо, сходим.

– Отлично, спасибо.

Официантка принесла заказ. Паша отхлебнул кофе. И только тут его взгляд упал на книгу, которую читала Юля.

– Что за книга?

– «Алиса в Стране чудес».

– «Алиса»? – недовольно буркнул он. – Тебе было мало её в кино?

– Во-первых, то, что показали в кино, нельзя назвать «Алисой». Это даже и фильмом-то назвать нельзя.

– Это мюзикл, который по мюзиклу, который по мюзиклу, – засмеялся Паша.

– Да, – улыбнулась Юля. – Но книгу я купила по другому поводу.

– И по какому?

– Ты же знаешь, что я записалась на онлайн-курсы по киноведению?

Он кивнул.

– Так вот, на курсах мы разбирали фильм «Донни Дарко», эффект малобюджетного фильма, который стрельнул. В «Донни Дарко» был кролик, который символизировал смерть. И фишка в том, что этот кролик служит отсылкой к «Алисе». И сейчас ты точно упадёшь со стула. Готов?

Паша ещё раз кивнул и в шутку уцепился за стол руками.

– Существует теория, – продолжила Юля, – что Алиса самоубилась, а кролик с часами – это проводник человека из жизни в смерть. Кролик спешил не к Алисе, но она решила последовать за ним и умерла… частично. Как будто последовала не за своей смертью. Дальнейшие действия в книге после кролика – плод её воображения, пока она лежала в коме.

– Со стула я не упал. – Паша отпустил стол и усмехнулся: – По-моему, это всё туфта.

– Почему?

– Да потому. Притянули факты за уши, обосновали кое-как, и всё. Я сейчас тоже могу кучу всего притянуть и обосновать.

– Например? – Юля с интересом наклонилась.

– Пф! Ну-у… Например, фильм «Брат». Ты же заметила, что он там убивал только грешников. Он их наказывал. А нищих уважал… А самое начало? Данила идёт мимо женщины, которая в метафорическом смысле сбрасывает крылья. Она падший ангел, а эти ангелы обитают в аду. Получается, режиссёр нам сразу показал, что герой фильма попал в ад к грешникам.

– Слушай… – Она задумалась. – А ведь это очень интересно. Надо над этим подумать.

– Что тут интересного? – неожиданно громко возмутился Паша. Он испуганно посмотрел по сторонам и уже тише добавил: – Я это только что придумал.

– Но это не отменяет того, что мысль интересная.

– Это бред. Я просто к существующему факту притянул элементы религии.

– Ладно.

– То есть ты согласна, что это полный бред?

– Пусть будет так.

– А Алиса?

– Ты пойми, – начала Юля, – кролик с часами как олицетворение проводника между жизнью и смертью залетел в тренды.

– Ещё бы не залетел. Хочешь, скажу, почему залетел, а ты потом на своих курсах об этом расскажешь?

– Да, конечно.

– Загибай пальцы. Нормальное кино в кинотеатрах запретили, из половины сериалов вырезают сцены, которые могут, по их мнению, из нормального взрослого сделать ненормального. Да ещё вырезают-то как грубо! Сюжет не разберёшь от слова «совсем». Прикинь, из «Прослушки» вырезали всю линию грабителя. Да он же один из основных героев! Книги просто пропадают из продаж. Не удивлюсь, если у нас новая книга Дэна Брауна даже не появится. Или появится, но будет из одной страницы: «Профессор Лэнгдон прилетел», – и многоточие. И на этом фоне людям делать не хрен после работы, и они начинают копаться в старом: пересматривать, перечитывать. Вот и всё. Когда сотню раз перемалываешь старый сюжет, мозг автоматически ищет скрытые смыслы, потому что ему скучно «есть» одно и то же.

– Ну а что ты думаешь об этом салате? – Юля пододвинула к нему тарелку.

– В каком смысле?

– Одну идею, которая мне нравилась, ты уже испортил. Этот салат мне тоже нравится.

– Я тебе дома послезавтра вечером сделаю салат получше, – хмыкнул он.

– Ловлю на слове, – улыбнулась она.

Выйдя из кафе, они разошлись по домам. Дома Паша ещё пару раз попробовал сыграть на гитаре.

***

Этим же вечером в третий подъезд многоквартирного дома по улице Есенина, пятнадцать, вошли двое: парень и девушка. Они подошли к лифту, парень нажал кнопку вызова.

– Я пойду пешком, – проговорила она.

– Почему?

– Потому что я тебя знаю. Зря только тебе рассказала! Мы в лифт сейчас зайдём, и ты сразу же нажмёшь на семь, потом на пять и на девять.

– Зачем мне это жать, если нам на десятый этаж?

– Не-не-не. Я пешком, а ты, если хочешь, езжай.

Она направилась к лестнице.

Двери лифта открылись. Парень немного постоял перед ними, потом тоже пошёл к лестнице.

– Ты же понимаешь, что это прикол? – проговорил он, догнав её.

– Вот и в лифте ты бы попытался вовсю это доказать. Да, возможно, это прикол, но я не хочу это проверять.

– Но если нажать семь, пять и девять, то не попадёшь в ад.

– Абсолютно все фильмы ужасов так и начинаются. Ты не попадёшь, а в итоге?

– Это же фильмы.

– Я не хочу испытывать судьбу!

– Ты ещё скажи, что нельзя перед сном упоминать чёрта.

– Это общепринятый факт.

– Ясно. – Помолчав, он добавил: – Но учти: телевизор, если мы его купим, я вниз не понесу, а повезу.

– Ты езжай, а я пешком пойду.

– Вот и в кого ты такая? Вроде образование высшее…

Наконец они поднялись на десятый этаж, там прошли по площадке и остановились у квартиры под номером пятьдесят.

Парень тут же схватил девушку за плечо.

– В «Мастере и Маргарите» была пятидесятая квартира, – заметил он.

– Я это ещё вчера поняла.

– И не боишься?

– А что дьявол забыл в нашей глухомани?

Она постучала. Дверь открыл худой высокий мужчина лет пятидесяти. Одет он был не очень опрятно: рваные штаны, грязная футболка; волосы торчат в разные стороны. И чтобы вы понимали, это ещё один главный герой нашей истории – Капитан.

– Вы за теликом? – спросил хозяин квартиры.

Оба гостя синхронно кивнули.

– Входите.

В коридоре двухкомнатной квартиры не было ничего, за исключением мужской куртки, валяющейся на полу, и ботинок. Просто голые стены и голый деревянный пол.

В комнате старый граммофон на полу крутил пластинку Вивальди. Рядом стояла грязная дачная конфорка и чайник. Возле стены была белая доска, на которой были написаны даты и города, а в центре висело нечёткое фото парня с футляром для гитары. Посередине комнаты – кресло, а рядом с балконной дверью – телевизор марки LG. Всё это освещала старая тусклая жёлтая лампочка, висящая на проводе.

– Вот он, – проговорил Капитан, показав пальцем на телевизор.

– А чек с датой покупки есть? – спросила девушка.

– Да, в коробке. Я его ещё в двадцать первом году покупал, до санкций.

– Это хорошо, – проговорил парень, – потому что сейчас такое говнище делают, а стоит оно… Вон, телевизор купили, «Салют». Виснет знаете как! Вообще ужас, ничего нельзя посмотреть.

– Да-а. Этот телик мы с женой выбирали. Я тогда ещё работал в полиции, капитаном был. Мы его купили, а на следующий день жену убили, и я толком его даже не включал. Где же пульт?

– Соболезнуем, – посочувствовала девушка.

Капитан нашёл пульт на подоконнике и включил телевизор.

– Мою жену убила эта гнида, – проговорил он, показывая на фото парня с футляром для гитары. – Я его прозвал Музыкантом. Знаете, почему?

– Не-а, – синхронно ответили гости.

– Потому что он свой пистолет прячет в футляре, как сраный Бандерас в фильме.

Гости переглянулись.

– За десять тысяч, правильно же? – уточнила девушка.

– Да. Десять, и забирайте.

– Хорошо, только… – Она вынула из внутреннего кармана куртки бумагу. – Распишитесь, что вы нам добровольно продаёте телевизор.