Читать онлайн По кусочкам бесплатно

Пролог

История эта началась в селе под названием Озёрное, удобно расположившемся недалеко от одного провинциального города – Былинска. Население села – всего около трёх тысяч человек. Несмотря на такое маленькое число, для жителей здесь созданы замечательные условия. В Озёрном есть детский сад, школа и колледж, небольшие, но полные воспитанников. Сельский дом культуры по совместительству выполняет роль клуба. И магазинов вполне достаточно, чтобы найти всё необходимое. Хотя местные частенько ездят закупаться в город.

На особом счету в селе находятся мебельная мастерская и ферма по разведению лошадей. Но самое главное – здесь чудесной красоты места: глубокое озеро и живописные виды вокруг него; сады с фруктовыми деревьями и целым океаном цветов, широкие поля, засеянные и дикие. А с юга примыкает лес. Вообще, весь облик Озёрного располагает к размеренной счастливой жизни.

Глава 1

Озёрская школа – серое трёхэтажное здание со спортивной площадкой и двором. Ей больше пятидесяти лет, но выглядит она прилично, потому что её по возможности ремонтируют. Александр Анатольевич иногда подвозит Олю и Колю в школу на белой старенькой Ниве.

Машина подъехала к школьному крыльцу, на котором Колю уже ждали друзья. В отличие от Оли, он обзавёлся целой компанией приятелей, этому способствовало и то, что он был капитаном школьной баскетбольной команды. Парень попрощался с папой и, не дожидаясь сестры, вылез, а та осталась сидеть внутри.

– Что-то ты не горишь желанием бежать на занятия, – усмехнулся Александр Анатольевич.

– Мне надоело учиться… – вздохнула она в ответ.

– Не хочу учиться, хочу жениться?! – отец подмигнул ей в зеркало заднего вида. – Давай иди, а то на урок опоздаешь.

– Пока, пап! – Оля протянула руку и легонько хлопнула его по плечу. – Не забывай, ты обещал сегодня вернуться сразу после обеда.

– Не забуду, иди.

Девушка вылезла из машины и нехотя поднялась по ступенькам.

«Первый урок – биология, значит, можно будет порисовать, полетать в облаках и даже просто подремать», – размышляла она, медленно шагая по коридору. В кабинете было очень шумно, несмотря на то, что внутри находились уже вполне взрослые девятиклассники, впрочем, Оля к этому привыкла. Она как обычно заняла свою третью парту крайнего ряда, приготовила тетрадь с учебником и уставилась в окно.

Прозвенел звонок, ребята успокоились и расселись по своим местам. В класс вошла учительница биологии Ирина Петровна, а следом за ней какая-то незнакомая девушка. Её светло-русые волосы были собраны в тугой хвост, руки, вытянутые по швам, слегка прищипывали с боков строгую юбку, выдавая волнение. Она остановилась около учительского стола, без особого интереса оглядела класс, поправила воротник белой блузки.

– Ребята, познакомьтесь, – сказала биологичка, усаживаясь, – это ваша новая одноклассница. Её зовут Вершакова Карина. Думаю, вы пообщаетесь с ней на перемене, а пока, Кариночка, располагайся рядом с Олей, – она кивнула в сторону Чайкиной.

Девушка прошла по проходу и опустилась на единственное свободное место. Учительница начала лекцию, и класс сразу наполнился шёпотом, смешками и другим приглушённым шумом. Ирина Петровна внимания на него не обращала и говорила спокойно; она придерживалась мнения, что кто захочет, тот и так услышит её. Карина удивлённо повернулась к Оле:

– У вас всегда так?

– Что? – переспросила та, оторвавшись от своих мыслей.

– Биологичка ваша всегда такая?

– А, да, – усмехнулась Чайкина. – Ты откуда к нам?

– Я из Малых Глинок, – ответила девушка, чуть смутившись, – это деревня, она довольно далеко от Озёрного…

– О, ты переехала? – Оля решила узнать новенькую получше и смотрела на неё заинтересованно.

В их школу редко приходили новые ученики, чаще случалось, что детей по какой-то причине переводили из одного класса в параллельный, но Оля так или иначе знала всех «ашек», поэтому попавший к ним в прошлой четверти парень её внимания не привлёк. Другое дело – совсем посторонний человек, пусть даже потом он вольётся в компанию Красновой, в чём Чайкина почти не сомневалась.

– Ну да, мы напротив фермы поселились, – Вершаковой, казалось, тоже было любопытно.

Тут Ирина Петровна стала проверять домашнее задание, и им пришлось прервать свой разговор.

День пролетал на удивление быстро, Оля рассказала Карине про класс с его порядками, про село, немного про себя и свою семью. Также она узнала, что Карина живёт с мамой и папой, а ещё в Озёрном у них есть родственники, которые дружат с их новыми соседями; и помогали им с переездом в освободившуюся квартиру одноэтажного трёхквартирного дома.

Перед последним уроком Света ожидаемо попыталась переманить новую ученицу. Она перехватила Карину на выходе из кабинета, в котором Чайкину задержал учитель. Новенькая ушла вместе со всеми, и Оля решила, что на этом их общение официально окончено. Но она ошиблась. Когда Вершакова, вместо того, чтобы сесть возле недовольной Красновой, плюхнулась за Олину парту, та приподняла бровь. На вопрос «Ты чего?» Карина ответила простым «Да ну». Из школы девушки вышли вместе.

– Жаль, что нам не по пути, – вздохнула Карина, когда они спускались по ступенькам крыльца. Оля кивнула в ответ. – Ты не будешь ждать брата?

– У него на один урок меньше, так что он уже дома, да и вообще, мы обычно вместе не ходим.

– Ого, вот это халява у них. Ладно, до завтра, – Карина помахала рукой, и они разошлись в разные стороны.

Вернувшись домой, Оля сразу почуяла вкусный аромат, витающий в воздухе. Она бросила сумку у входа и побежала на кухню, где Анастасия Николаевна варила на обед борщ.

– Привет, мам! – воскликнула она, обняв женщину за плечи.

– Привет. А чего ты такая радостная? Пятёрку получила? – спросила та, досыпая соль в кастрюлю маленькими щепотками.

– Тройку. А радостная потому что у меня, кажется, появилась подруга.

Девушка на одном дыхании выдала маме всю информацию, которую успела узнать про Вершаковых.

– Всё с тобой понятно, троечница. А новая подруга – это здорово! – Анастасия Николаевна ласково потрепала дочь по голове. – Иди, мой руки, поможешь мне на стол накрыть.

Девушка поднялась в свою комнату, переоделась, подошла к письменному столу и совершенно неожиданно для себя увидела запечатанный конверт. Покрутив его в руках, она не обнаружила на нём ни адресов, ни индекса, конверт был чисто белый с обеих сторон.

Внизу раздался хлопок входной двери, и Оля, подумав, что вернулся отец, оставила странную находку на столе и побежала встречать его. Но вместо Александра Анатольевича в прихожей был Коля. Парень повесил на крючок мокрую спортивную куртку и взлохматил влажные волосы, сразу завившиеся ещё сильнее.

– А, это ты… – протянула Оля разочарованно.

Брат с сестрой не особо ладили. Они никогда особо не ссорились, но всё их общение чаще всего сводилось к взаимным издёвкам и подколам.

– Да ты рада меня видеть! – ответил Коля с сарказмом.

– Я думала, ты дома, – девушка проигнорировала последнее замечание. – А чего ты мокрый?

– Глянь в окно, сестрёнка, там дождь. Мы с Максом только до площадки добрались, и пришлось разойтись, – парень вынул из кармана куртки смартфон и пошёл наверх.

Оля вспомнила о намерении брата поиграть в баскетбол после школы. Она не без удивления отдёрнула бежевую занавеску, чтобы увидеть капли воды, падающие с неба, а невдалеке и почти чёрную тучу, угрожающе ползущую к дому. Понаблюдав за резко изменившейся погодой ещё пару секунд, она направилась на кухню, где помогла маме с салатом и сервировкой.

Александр Анатольевич пришёл домой вскоре после Коли уже насквозь промокший, поэтому за обеденным столом собралась вся семья. Рассказывая о планах съездить в город на большой центральный рынок, Анастасия Николаевна вспомнила, что в почтовый ящик кинули квитанции, Оля спохватилась и поинтересовалась:

– А мне ничего не приходило?

– Ничего, а ты что-то ждёшь?

Родственники молча смотрели на девушку, ожидая ответа. Это смутило её, и она, решив пока не говорить про конверт, помотала головой:

– Да нет, просто спросила.

Оля быстро допила чай, сполоснула чашку и пошла к себе. Взяв на руки Морсика, пробравшегося в комнату следом за ней, она устроилась с котом и конвертом на кровати. Когда конверт был аккуратно вскрыт, из него выпало два маленьких листка бумаги с оборванными краями. С одного из них девушка прочитала: «Приветствую, Оля. Выполняй, пожалуйста, мои требования». Второй гласил: «Никогда никому нигде не рассказывай про это послание». Фразы были написаны какими-то странными чернилами – будто пером, а не ручкой – аккуратным, незнакомым почерком. Они показались ей бессмысленными, при этом листки стыковались друг с другом, словно были кусочками одного письма, но остальных в конверте не обнаружилось.

Она удивлённо посмотрела на Морсика, который поднял на неё свои жёлтые глаза и наклонил голову набок, показывая, что он тоже ничего не понимает. Перечитав записки ещё раз, девушка решила списать всё на глупую шутку брата. Тот, мало того что заставил кого-то писать такую ахинею, ещё и проигнорировал запрет заходить к ней в комнату во время её отсутствия; сложила листки обратно в конверт и сунула его в свою сумку, чтобы выбросить по дороге в школу.

Весь остаток дня Оля старательно избегала Коли, специально отсела подальше от него за ужином, не ответила на какой-то его вопрос, в общем, показывала, что обиделась. Возможно, он бы этого и не заметил, если бы она не нарушила заведённую ещё в детстве традицию желать друг другу спокойной ночи.

Когда девушка уже лежала в постели и читала книгу, брат постучался и заглянул к ней.

– Эй, ты чего дуешься весь вечер? – парень уселся на стул, который бесцеремонно подвинул к кровати.

Оля только сердито глянула на него, но ничего не ответила.

– Ты на меня обиделась? – не отставал он. – Интересно, за что?

– А нечего заваливаться в мою комнату без спроса! – не выдержала девушка. – Ещё и с шутками своими дурацкими.

Брат смотрел на неё озадаченно, и её посетила мысль, что конверт мог оставить кто-то другой. Но никто из родителей точно не стал бы этого делать.

– И как же я над тобой пошутил?

– Ты положил на мой стол… – Оля замешкалась. Она вспомнила предостережение в письме. Колю слишком правдоподобно сбило с толку её обвинение, значит, он ничего такого не делал, и рассказывать ему было нельзя. Парень ожидал продолжения, а решимость, с которой она начала говорить, покинула её.

– Что я положил на твой стол? – Коля двинулся чуть ближе к ней, его удивление сменилось подозрительностью.

Девушка колебалась пару секунд, но всё же сказала:

– Когда я вернулась из школы, я кое-что нашла, – она вылезла из-под одеяла и взяла свою сумку, – понятия не имею, кто его принёс, а главное, зачем.

Она подала конверт брату, и он сразу вынул листки. Пробежав взглядом по рукописным строкам, парень хмыкнул.

– Наверное, Макс подложил его, он же заходил за мной сегодня. И когда только успел…

Максим Михеев, закадычный друг Коли, приходился троюродным братом Свете и Стасу Красновым. Активный, очень общительный и даже несколько прилипчивый, Оле он всегда казался слишком шумным балбесом. Вообще Макс жил со своей мамой в Былинске, но вот уже около недели гостил здесь, в большом доме родственников, как делал, пожалуй, слишком часто. По слухам, этот рыжий чёрт доставлял немало проблем звёздному семейству, а теперь, похоже, решил докучать ещё и посторонним людям.

– Ему что, в школу ходить не нужно? – девушка скептически изогнула бровь.

– Ну, он всё время берёт какие-то справки, – Коля неопределённо пожал плечами. – Да и учителя уже привыкли к его постоянному отсутствию.

– Неплохо…

– Я попрошу его больше не пугать тебя, – парень усмехнулся, сложил листки и встал, поставив стул на место и бросив конверт на стол. – Спокойной ночи, сестрёнка.

– Уж попроси, – Оля снова взяла книгу. – Доброй ночи.

Глава 2

Утром ребята застали Александра Анатольевича собирающимся на работу. Он надевал куртку и искал ключи от машины, когда они спустились.

– Так, дети, кто видит брелок? – он остановился посреди прихожей и нахмурившись застёгивал молнию.

– Ну вот, – выдохнула Оля, – нам что, добираться пешком по болоту?

Ливень продолжался весь предыдущий вечер и половину ночи, поэтому дороги сплошь покрыли лужи.

– Не переломишься, – насмешливо бросил Коля, протягивая отцу ключи.

После того, как Александр Анатольевич ушёл, они позавтракали и вышли из дома вместе, но на полпути к школе Оля обогнала брата, который встретил своего одноклассника. Девушка не забыла выкинуть конверт, предварительно порвав его вместе с листками внутри.

У школьного крыльца Олю уже ждала Карина. Она выглядела совсем иначе, была одета в узкие джинсы, ярко-розовую короткую куртку, на голове у неё были заплетены две объёмные французские косы. Массивные белые кроссовки и небольшой рюкзак идеально дополняли образ. В целом её стиль перекликался с Олиным, но Чайкина предпочитала более спокойную цветовую гамму, буквально обожала сумки через плечо и редко убирала свои длинные, до талии, волосы. Заметив подругу издалека, Оля подошла к ней с улыбкой:

– Ты Вершакову Карину случайно не видела? Это такая скромная девушка, одетая как монашка.

Карина фыркнула.

– Надо же было мне произвести впечатление примерной ученицы.

– А потом разрушить его? – спросила Чайкина весело.

– А потом дополнить его впечатлением человека с адекватным вкусом! – девушки дружно рассмеялись.

– Думаю, тебе это удалось, – одобрила Оля.

Переговариваясь между собой, они пришли в кабинет физики, где Карину встретили удивлённые взгляды одноклассников. А когда она сняла куртку и повесила её на спинку стула, от некоторых послышался ещё и восхищённый шёпот, потому что на ней был лёгкий свитер с вырезами на плечах, ничуть не вульгарный и ладно сидящий по фигуре. Карина спокойно приготовилась к уроку, поправила косы и села за парту, не обращая внимания на происходившее вокруг оживление. Оля только хмыкнула и последовала её примеру.

Со звонком на перемену кабинет сразу покинула Краснова с парой своих приятелей. Остальные ребята не придали этому значения, как и учитель, выписывающий на доску домашнее задание – к выходкам Светы все давно привыкли. Но Карина нахмурилась и покачала головой.

– И что эта зазнайка себе позволяет? – девушки вышли в коридор одними из последних и направились к лестнице.

– А вот и они, – громкий надменный голос заставил их замереть.

Света стояла на лестничной площадке. Эффектная блондинка, она сложила руки на груди и оглядывала их холодными голубыми глазами. Рядом с ней к стене прислонились Ира и Вера – наиболее частое её сопровождение, проход вниз загораживал Сёма, плотный коренастый парень, считающий себя её кавалером, на деле же выполняющий роль телохранителя. Краснова поднялась к девушкам и встала сбоку от Чайкиной. Та медленно выдохнула.

– Оля, а что же ты не рассказываешь новенькой, что ты привыкла быть сама по себе? – Света говорила спокойно, наблюдая за Кариной. – Тебе ведь в одиночестве гораздо лучше. Никто не обращает на тебя лишнего внимания…

Её спутники тоже подходили ближе и обступали их полукругом. Оля не поддалась на провокацию, она безразлично окинула компанию взглядом и ничего не ответила. Ей хотелось послушать, что ещё придёт на ум Красновой, но заговорила Вершакова:

– Знаешь, собирать свою армию и ополчаться на каждого несогласного может только трус, – Карина обошла Олю и остановилась прямо напротив Светы. – А у тебя, похоже, вообще паранойя, раз какая-то новая ученица вызывает в тебе столько беспокойства.

Хоть Света и старалась сохранять каменное лицо, буквально на секунду её эмоции выдали, что в словах Вершаковой есть доля правды. Оле было достаточно этой секунды. Сёма, Ира и Вера поглядывали на Краснову, ожидая каких-либо действий или распоряжений, но их не последовало. Чайкина заметила Стаса, поднимающегося к ним, Карина тем временем удовлетворённо улыбнулась:

– Мне искренне жаль тебя уже сейчас, но будет ещё больше жаль, если ты не отстанешь от нас, – улыбка исчезла с её лица.

Стас вмешался в разговор:

– А… что происходит? – он замер между Светой и Олей.

– Ничего, что касалось бы тебя, – ответила его сестра.

Она взяла под руку Иру и, бросив мрачный взгляд на Чайкину, пошла прочь. Звонок возвестил о начале следующего урока, Оля заверила Стаса, что всё в порядке, и девушки побежали на литературу.

На большой перемене, когда подруги вернулись из столовой, они заняли подоконник в боковом коридоре второго этажа. Ближайший кабинет прятался за поворотом, а окно выходило на солнечную сторону, поэтому тут было тихо и довольно уютно. Карина устроилась поудобнее и пригласила Олю с семьёй на новоселье:

– Мы собираем стол завтра вечером, – девушка смущённо опустила глаза, – уж прости, что поздно говорю, просто потом у папы будет много работы. Он у меня юрист, и у него как раз появились первые клиенты в Озёрном.

– Ничего, спасибо за приглашение, – Чайкина улыбнулась ей. – Я предупрежу своих.

– Мы правда будем ждать вас. Родители обрадовались, когда я сказала, что мы с тобой подружились, они хотели, чтобы я быстрее влилась в коллектив.

– Они заботятся о тебе, – Оле заранее нравились Вершаковы.

– Ну, они и сами не прочь познакомиться с местными жителями. Мы мало кого знаем здесь, кроме вас приглашены только Маловы, правда, Игорь и Света могут не успеть из-за дел в Былинске, но Серёжа придёт.

До урока осталось мало времени, девушки взяли вещи и потихоньку направились к нужному кабинету.

– Он – твой двоюродный брат? Это его родители помогали вам с переселением?

– Да. Кстати, Серёжа всего на год старше нас, так что ты, возможно, пересекалась с ним в школе…

Оля хотела ответить, что плохо знает десятиклассников, но окрик сзади помешал ей это сделать.

– Эй, вы в курсе, что затрудняете движение? – Коля поравнялся с ними.

Оля недовольно цокнула языком.

– Мы никому не мешали, а вот ты… – она несильно пихнула его локтем. – Карина, это Коля, – девушка повернулась к подруге и тут же обратно к брату. – Чего тебе надо?

– Значит, это ты разбила её оковы одиночества? – проигнорировав вопрос сестры, Коля спросил у Вершаковой.

Та наблюдала за ними с улыбкой и рассмеялась:

– Выходит, я.

Звонок заставил ребят прервать разговор и разойтись.

Оля снова шла домой в хорошем настроении, размышляя о том, что ей определённо нравятся события последних двух дней. Пусть не все одноклассники полностью игнорировали её, с некоторыми она по необходимости общалась, но чтобы делать это постоянно, не надоедая друг другу, такого давно не было.

«Хоть Краснова и предпринимает попытки увести Карину, той, похоже, всё равно. Интересно, почему Вершакова занимает мою сторону?» Девушка остановилась на перекрёстке, задумчиво пропуская прядь волос сквозь пальцы. «А хотя, какая разница? Мы легко находим общие темы, и нам весело вместе, так что всё правильно». Сигнал светофора сменился на зелёный, и Оля двинулась дальше, не подозревая, что её настроению было суждено так же быстро смениться на менее воодушевлённое.

Дом встретил её тишиной, которую нарушила только прибежавшая через пару секунд Лаки. Девушка почесала собаку за ухом и выпустила гулять. На этажерке в прихожей она нашла записку от мамы, что та ушла к подруге, и распоряжения насчёт обеда. У брата ещё минимум один урок, папа не собирался освобождаться с работы раньше, так что Оля решила устроить себе небольшой праздник в честь такого хорошего дня. Она наскоро помыла руки, поставила греться чайник, а потом пошла к себе переодеваться, походу придумывая, какой фильм посмотрит.

***

Сразу с порога комнаты Оля увидела конверты. В этот раз на столе их было два. Чайкина замерла, чувствуя, как по спине проходит холодок. «Наверное, мама заходила за чем-то и забыла квитанции, – она медленно пошла по направлению к ним. – Да, точно, дома ведь больше никого не было». Но конверты были закрытые и абсолютно чистые. Оля взяла один из них и стала открывать с нарастающей тревогой.

Она достала две записки, написанные тем же почерком, что и вчера, но их содержание отличалось. Первая из них была своего рода предупреждением: «Я понимаю твоё удивление и в этот раз прощу непослушание, но впредь выполняй все просьбы». Вторая же оказалась заданием: «Завтра навести лес на окраине села. Забери кое-что из-под третьей берёзы». Другой конверт, как и листки в нём, был копией вчерашнего, хотя что-то подсказывало Оле, что это вовсе не копия, а оригинал, целый и даже не помятый. Все бумажки складывались друг с другом, но оборванные края намекали, что их должно быть больше.

Девушка мотнула головой, отгоняя смутные мысли и опустилась на край кровати в растерянных чувствах; потом резко встала и осмотрела подоконник. Ничего необычного она не обнаружила, пластиковое окно было надёжно закрыто. Также Оля прошлась по всей остальной комнате: порылась в учебниках на книжной полке, заглянула в шкаф и под кровать, но ничего нового не нашла.

Ей очень захотелось порвать и выкинуть конверты, а лучше растоптать их, ещё она подумывала позвонить маме… На удивление, Оля не испытывала страха, но ей было просто необходимо, чтобы кто-нибудь объяснил ей, что происходит… Свист вскипевшего чайника, донёсшийся через распахнутую дверь, остановил это наваждение. Девушка раздражённо бросила конверты на прикроватную тумбу и спустилась вниз. Она больше не хотела никакого праздника, её чудесный день был испорчен.

На кухне Оле удалось наконец взять себя в руки, её негодование поутихло, она налила себе крепкого чая и села за стол, глубоко задумавшись. «Я уверена, что мама никогда не стала бы так разыгрывать меня, тем более, она не знала о нашем с Колей разговоре, выходит, у нас дома был посторонний. Посторонний, которому известно, что я рассказала брату про конверт, – она отпила чая и тут же сморщилась от его горечи. – Коля не любит соцсети да и лично с Максом вряд ли успел увидеться». Девушка взяла сахарницу с чайной ложкой, заключая для себя, что Максим тоже отпадает.

Внезапно она осознала, насколько глупы её размышления. «Неважно, кто принёс эти дурацкие конверты, важно, как он пробрался в дом!» Но потом и это показалось ей бессмысленным, ведь она поняла, о чём ей напомнило задание из нового конверта.

События восьмилетней давности всплывали в сознании потускневшими картинками. Она с братом и папой гуляла по окраине села, у озера, где начинается негустой перелесок. Они с Колей смеялись и кружили вокруг отца, иногда отбегая подальше. В один из таких забегов по берегу что-то блеснуло у Оли под ногами, привлекая к себе внимание. Она подняла стеклянный осколок необычного синего цвета. Когда она показала его папе, они стали считать берёзы, начиная от небольшой лужайки возле озера и под пятой сделали «секрет», положив в выкопанную ямку пару листков, красивый цветочек и какую-то Колину наклейку и накрыв всё это найденным стёклышком. «Вот откуда третья берёза, – Оле с трудом верилось, что об этом знал кто-то ещё. – Брат с папой и сами поди давно забыли про эту прогулку…»

К тому времени, когда вернулся Коля, Оля наконец переоделась, привела себя в порядок и решила, что выполнит странную просьбу в письме. Девушка понятия не имела, чего ей ожидать, но в глубине души надеялась получить логичное объяснение происходящему. Пока она мыла овощи для салата, Коля подошёл и выпил воды.

– Погода вроде нормальная, так что после обеда я ухожу, – он сполоснул стакан, потеснив сестру у раковины. – Сыграем наконец, а то скоро совсем разучимся.

– Что, команда снова в сборе? – Оле хотелось как-нибудь невзначай узнать, пересекался ли брат со своим другом.

– Ну, не вся, Сашка сильно подвернул ногу, а Макс, скорее всего, уже в городе. Жаловался вчера на своих родителей, мол, надоели звонить и слать сообщения с требованиями вернуться, – он усмехнулся и ушёл с кухни.

Девушка облегчённо выдохнула – похоже, её брат вовсе забыл о вчерашнем инциденте.

Когда Чайкины ужинали, Оля рассказала о приглашении Карины. Александр Анатольевич сразу оживился, выслушав дочь:

– Это Вершаковы что ли? – спросил он.

– Ты знаешь их? – удивилась она.

– Ну, да. Правда, лично только Валерия Георгиевича – папу твоей подруги. Он заказал шкаф у нас в мастерской.

Олю обрадовала эта новость.

– Так значит, мы пойдём к ним в гости?! – уточнила она с надеждой.

– Почему бы и нет, – пожал плечами отец.

– Надо придумать что-нибудь с подарком, – поддержала Анастасия Николаевна.

Коля, всё это время молчавший, с сомнением изогнул бровь. Оля заметила это и обратилась к нему:

– Только не говори, что тебе не нравится эта идея. Карина обещала, что там будет её двоюродный брат, может, ты найдёшь себе нового друга, ты же у нас общительный.

– Не слишком ли рано ты знакомишь свою избранницу с семьёй? – спросил он в привычной ему шутливой манере.

Сестра ткнула его костяшками пальцев под рёбра, Александр Анатольевич рассмеялся, а Анастасия Николаевна поспешила занять сторону дочери:

– Ничего не рано! Будет здорово, если мы поможем им освоиться в Озёрном.

Глава 3

Плотный туман простирался по лесу, растекаясь, протягивая к ней призрачные руки. Два жёлтых огонька светились вдалеке, она чувствовала, что они ждут её. Девушка на миг обернулась назад, туда, где солнечные лучи растворялись в траве, запутывались в ветвях деревьев, делая всю зелень яркой и насыщенной. Ей хотелось остаться там; туман чащи и еле заметные тени в нём вызывали тревогу, но она шагнула вперёд, не сводя взгляда с огоньков, потом шагнула снова. Нервозность возрастала с каждым движением, туман чуть расступился, но лишь для того, чтобы окутать её с ног до головы…

Оля резко распахнула глаза и, едва придя в себя, подскочила на кровати от сигнала будильника. Снаружи еле слышно стучал по карнизу дождь, тучи укрывали село пушистым одеялом. Нехотя поднявшись с кровати, девушка медленно одевалась. «Может, пропустить первый урок? Мне нужно к озеру, но вечером мы идём в гости», – она изредка прогуливала уроки и не видела в этом ничего плохого. Правда, по доброй воле мотаться на улице в пасмурную погоду было для неё в новинку. «Папа не собирался подвозить нас с Колей, так что, видимо, это судьба», – вспоминая, с каким восторгом он рассказывал о специальной доставке нового декоративного материала, Оля аккуратно прочёсывала волосы. В обычной ситуации она оставила бы их распущенными, но, так как ей предстояло бродить по перелеску, она заплела косу. Конверты девушка с собой не взяла, только перечитала задание и сунула их между учебниками на книжной полке. Захватив приготовленную с вечера сумку, она ещё раз оглядела комнату и вышла.

По дому распространялся чудесный аромат выпечки, внизу была одна Анастасия Николаевна, стоявшая у плиты и смотревшая утреннюю передачу на маленьком кухонном телевизоре.

– Доброе утро, – она ловко перевернула блин, встряхнув сковороду, – наливай себе чаю.

– А где все? – вообще, Олю смутило только отсутствие брата.

– Папа минут пять назад уехал, а Коля спит.

Девушка сначала удивилась, а потом вспомнила:

– Ах да, ему же ко второму уроку.

Это могло несколько навредить Оле, она не хотела случайно попасться на глаза брату, столкнувшись с ним возле школы, но свои планы не изменила. В конце концов, Коля и сам не ангел, он тоже иногда прогуливает.

Дождь прекратился, но в воздухе висела пелена, было довольно туманно, и Оля неосознанно вспоминала сумрачный лес из своего сна. По дороге ей попадались редкие прохожие, в основном ученики, спешащие в школу. Село раскинулось вокруг площади, называемой «главной», на которую вела небольшая аллея с клумбами посередине и окружением из кустов. На краю площади красовалось нарядное здание местной администрации, с одной стороны от него располагалось Озёрское отделение загса, с другой – суд.

Основные социальные институты также были разбросаны недалеко от центра, в том числе поликлиника, полиция и школа, и, чтобы не светиться возле последней, Оля сразу спустилась на две улицы южнее от дома, так как участок Чайкиных лежал к востоку от главной площади, а озеро – на юго-западной окраине села. Получалось, что девушке надо было пересечь всю центральную часть.

К тому моменту, когда дома остались позади, Оля успела прочувствовать все недостатки плохой погоды: она замёрзла, уже не разбирая, трясёт ли её от холода или это нервная дрожь. Земля под ногами размякла и местами превратилась в грязь, так что идти приходилось осторожно, выбирая участки посуше.

Наконец добравшись до лужайки, девушка стала считать берёзы, совсем как в детстве: «Первая, – она подошла к высокому стройному дереву, – вторая… А вон и третья, – обойдя большую лужу на тропинке, она подлезла под ветки, аккуратно вступая в траву. – Что это?»

Под берёзой лежал небольшой свечной фонарь, явно старинный. Медный каркас с узорчатой закруглённой ручкой потемнел, стёкла утратили былую прозрачность, странные символы, украшающие основание, было почти не разобрать. Оля подняла его с земли и увидела под ним листок с надписью «Это тебе». Девушка осмотрелась, выискивая следы, но их не было. Она прикрыла листок мокрой травой и стала выбираться, заставляя себя сосредоточиться на обратной дороге, а не думать о происхождении фонаря.

«Чёрт, нужно куда-то его деть, я не могу взять его в школу», – замерев возле сильно разлившегося от дождей озера, она поставила свою находку рядом и стала рыться в сумке в поисках пакета. В итоге девушка решила вернуться к дому, чтобы оставить запакованный фонарь в теплице цветника, которая пока не использовалась, а после уроков забрать его оттуда.

Возвращалась Оля так быстро, как могла, потому что знала, во сколько примерно Коля уходит из дома, когда ему ко второму уроку, и решила провернуть свой замысел до его выхода. Возле коттеджа она замедлилась и пригнулась, чтобы изгородь скрыла её, затем несколько раз заглянула на участок, конечно, не обнаружив никого на улице. Открыв калитку, она быстро прошмыгнула в неё и, перебежав к стене, прошла за дом, на автомате сдерживая судорожное дыхание. Девушка проверила окна большой комнаты, выходящие в сад, зашла в теплицу и поставила пакет сразу у входа, задвинув его между грядкой и инструментами. Теперь ей оставалось только так же незаметно уйти.

Оля обогнула дом, радуясь своему успеху, но, едва она высунулась на площадку перед ним, входная дверь открылась, и ей пришлось буквально прыгнуть обратно за угол, прижавшись к стене. Дверь громко захлопнулась, и Чайкина услышала голос брата, который на крайне повышенных тонах разговаривал по телефону.

– Какого лешего она продолжает лезть ко мне?! Ещё и через тебя…

Оля очень редко заставала Колю настолько разозлённым – он буквально кричал в трубку:

– Это решение окончательное! Можешь так ей и передать.

Судя по звукам, парень прошёлся туда-обратно по крыльцу, слушая собеседника.

– Ты мне друг или где?! Попытайся вразумить свою взбалмошную родственницу, а то и вовсе плюнь на её бзики. Мы расстались, и это не изменится… Уж она этого точно не изменит.

Казалось, он поостыл, и теперь в его голосе сквозила усталость:

– Ладно, Макс, в общем, ты меня понял. Просто не бери всё это в голову.

Прощаясь с Михеевым, Коля открыл дверь и вернулся в дом.

Оля стояла, как вкопанная, переваривая подслушанную информацию, и звонок собственного телефона заставил её вздрогнуть. На экране светилось «Карина», но Оля сбросила вызов, оглядываясь. Убедившись, что вокруг тихо, девушка поспешно вышла за калитку и побежала.

***

– У меня были дела, прости, что я тебя не предупредила, – Оля встретила Карину с первого урока и сразу же увела подальше от класса. – И что сбросила твой звонок. Мне нельзя было шуметь, я… Я кое-что подслушала.

– Ты шпионила за кем-то без меня? – Карина наигранно расстроилась.

– Нет. Так вышло, – Чайкина хмыкнула от вида подруги. – Я не расскажу тебе, что узнала, если ты будешь дуться.

Вершакова мгновенно просияла и облокотилась об Олино плечо:

– Я вся внимание.

– Мой брат встречался с Красновой, – Оля сама не верила своим словам, но продолжила, – и бросил её…

На большой перемене Оля ещё раз пересказала Карине разговор Коли с Максимом, и они попытались представить Краснову девушкой Олиного брата.

– Она симпатичная, ничего не скажешь, – Вершакова устроилась на подоконнике, который, похоже, становился их любимым местом в школе, – довольно высокая, фигуристая… Блондинка с голубыми глазами к тому же, – добавила, брезгливо сморщившись.

Оля усмехнулась, сняла сумку и зарылась в ней, ища телефон.

– Вот, значит, какие вкусы у твоего брата, – Карина поджала губы, как делала иногда, когда задумывалась. – Но у неё такой отвратительный характер. Неужели внешность компенсирует этот недостаток? – девушка вопросительно посмотрела на подругу, увлечённо копающуюся в смартфоне.

– Вряд ли, – бросила та. – Позвоню папе, напомню про новоселье, а то настроит рабочих планов по привычке.

– Видимо, поэтому он и порвал с ней.

– Возможно, – Оля пожала плечами.

С самим Колей они увиделись на следующей перемене – его класс шёл на физкультуру, которая всегда поднимала ему настроение. Однако, вместо весёлого и предвкушающего урок, Коля выглядел подавленным. Заметив их в потоке учеников, он помахал рукой, Оля хотела подойти к нему, но в начале коридора замаячила Светина компания, и он поспешно скрылся в раздевалке.

После школы Оля вернулась домой в приподнятом расположении духа – совсем скоро начнутся каникулы, и она сможет целыми днями смотреть сериал, который заприметила ещё пару месяцев назад, слушать музыку, валяясь на кровати; может даже прочтёт книгу или пройдёт какую-нибудь игру – у Коли их навалом. Размышляя над своими планами, девушка по привычке бросила сумку у входа и первым делом прошла на кухню.

На столе стоял небольшой хрустальный сервиз, упакованный в праздничную плёнку и перевязанный красной лентой. Он, конечно, предназначался Вершаковым. В комнате Анастасия Николаевна примеряла симпатичное цветастое платье, а Александр Анатольевич пытался завязать светлый галстук, который отлично подходил к его костюму.

– Да вы при полном параде! – воскликнула Оля, увидев их.

– На сколько вы там договорились? – оторвавшись от своего увлекательного занятия, спросил отец.

– На шесть, – ответила девушка, едва сдерживая смех, – слушай, пап, может тебе без галстука пойти?

– Очень смешно! – буркнул тот, рассматривая получившийся узел. – Ну, чего не умею – того не умею. Ты бы лучше помогла мне.

– Я тоже не умею!

– А вот пора учиться, замуж скоро выдавать будем, – он весело подмигнул ей.

К отцу подошла мама и, распутав узел, положила галстук на гладильную доску. В прихожей хлопнула входная дверь, через минуту к ним присоединился Коля, уже не такой расстроенный, скорее просто уставший.

Глава 4

Вечером Чайкины припарковались у дома Вершаковых. Александр Анатольевич вылез из машины и аккуратно забрал у Коли сервиз, Анастасия Николаевна прихватила коробку конфет, купленную по дороге. Одноэтажное здание с тремя крытыми террасами вместо крылец было отделано синим сайдингом; по перилам и колоннам, поддерживающим крыши террас, вился плющ с разрезными пятипалыми листьями.

Оля провела семью к нужной двери, они позвонили, и им сразу открыла невысокая миниатюрного телосложения женщина, на вид лет тридцати пяти. На ней было кремовое платье-футляр, светлые пшеничные волосы аккуратно переплелись в элегантной причёске. Она улыбнулась и поприветствовала их:

– Здравствуйте, вы как раз вовремя. Мы только что закончили накрывать на стол, – женщина отошла, пропуская их внутрь дома. – Я Майя Владимировна, мама Карины.

В прихожей их встретили высокий худой мужчина довольно грозного вида в строгом костюме с чёрными как смоль волосами и такими же аккуратно подстриженными усами; русоволосый парень, одетый менее официально, скромно замерший в дальнем углу, и Карина в пышном голубом платье длиной до колена. Она выступила вперёд и представила им своего отца и двоюродного брата.

– Добро пожаловать в наш дом, – Валерий Георгиевич пожал руку Александру Анатольевичу, который успел вручить сервиз хозяйке. – Спасибо, что пришли, – приветливая улыбка озарила его лицо, хоть взгляд тёмных глаз и остался острым.

Когда Чайкины сняли верхнюю одежду, обе семьи прошли в просторный зал с сервированным столом посередине, знакомясь и обмениваясь любезностями. Анастасия Николаевна поздравила Вершаковых с новосельем, а Майя Владимировна поблагодарила Чайкиных за подарок. Атмосфера складывалась довольно тёплая, и уют, царивший в доме, несмотря на недавний переезд, помогал в этом.

Пока взрослые устраивали экскурсию, ребята отделились и расположились на одном из диванов. Оля постоянно поправляла то складки на юбке своего светло-сиреневого платья, то локоны, выбивающиеся из причёски, потому что ей было непривычно. Она завистливо поглядывала на Карину, которая только подкрутила волосы и не испытывала никакого дискомфорта относительно наряда. Коля, заметивший недовольство сестры, улыбнулся, а Серёжа, казалось, старался лишний раз на гостью не смотреть.

– Серёж, это Оля и Коля, – представила Карина Чайкиных своему брату.

– Очень приятно, – отозвался тот.

Ребята поговорили о школе, а потом Коля стал рассказывать Серёже про свою баскетбольную команду. Девушки же обсуждали планы на предстоящие каникулы. Когда их отцы вернулись в зал, Майя Владимировна с помощью Анастасии Николаевны внесла закуски и горячее, все расселись и начался ужин. За столом разговоры о новом доме перетекли в разговоры о жизни в селе, потом о политике…

Вкусные угощения так же сменялись, и дело подошло к десерту и ароматному чаю с мелиссой. Коля с Серёжей продолжали находить общие темы, а вот девушки, перебрав свои, сначала слушали взрослых с интересом, но быстро заскучали. Майя Владимировна заметила это и отпустила их из-за стола. Едва Оля поблагодарила хозяев за ужин, Карина утащила её из зала.

– Наконец-то, – Вершакова легонько подтолкнула подругу в свою небольшую, зато очень обжитую комнату и закрыла дверь.

– Ты чего? – Оля огляделась и подошла к шкафу рассмотреть разнообразное содержимое через стеклянные дверцы.

– В общем… – Карина села на кровать и сложила ногу на ногу, о чём-то напряжённо размышляя. – Ты ведь в курсе, что по средам проводят дополнительные занятия по физике?

– Ну… Да? – Оля оглянулась на неё с недоумением.

– Я подумываю записаться на них, поэтому вернулась в школу, после того, как мы с тобой попрощались, – девушка сделала паузу. – Ну, я просто решила узнать побольше… – снова пауза.

– И? – не понимая, к чему она клонит, Чайкина нахмурилась. – Слушай, если у тебя есть новости, выкладывай уже.

– Оказывается, Краснова ходит на эти занятия. Она стояла в коридоре со своей подругой, Верой, кажется. Там были и другие ученики, они все ждали учительницу, но сейчас не об этом, – Оля устроилась напротив Карины в мягком кресле-мешке. – Я услышала часть разговора наших звёзд. Они явно говорили про Колю. Точнее, говорила Света, и очень возмущённо.

Оля вздёрнула бровь.

– Понятное дело, она злится, она же привыкла к толпе поклонников, увивающихся за ней, а он её бросил.

– Нет, послушай, всё куда серьёзнее, – Карина медленно вдохнула. – Она распылялась про незаконность Колиных действий, про ответственность, которую он должен нести, и про то, что найдёт способ заставить его это делать. При том её абсолютно не волновало, что другие ребята слышат её тираду, пока не пришла я. Она сразу притихла, только шепнула что-то Вере на ухо.

– Незаконные действия? Ответственность? Что это значит? – Олю ошарашили слова подруги. У неё сразу появилось нехорошее предположение.

– Лёль, ты уже не маленькая, – Карина смотрела на неё сочувственно, – твой брат с ней…

– Нет, – девушка мотнула головой. – Судя по поведению Светы, это для неё пустяк. Её слова слишком громкие для… простых постельных дел, не находишь?

– Может…

– К тому же Коля так расстраивается, когда видит её, и вообще в последнее время он изменился, – Оля аж поднялась с кресла и прошлась по комнате, – стал рассеянным, загруженным каким-то. Похоже, произошло что-то серьёзное. Уж если даже Макс подключился… При чём, судя по всему, на стороне Красновой, – она остановилась напротив Карины, обеспокоенно глядя на неё. – Что, если Света… От Коли…

Закончили мысль они хором:

– Залетела.

Оля опустилась обратно на мешок, приложив ладонь к губам.

– И что делать? Красновы запросто посадят его, ему в апреле исполнится восемнадцать…

– Ну, зачем ты так сразу? – Карина выглядела удручённой, но быстро взяла себя в руки. – Надо сначала убедиться в этом.

– Пока мы убеждаемся, будет уже поздно.

– Тогда стоит попытаться снова свести их. Именно этого хочет Света.

Оля прикрыла глаза и легонько помотала головой.

Свежий ветерок приятно холодил лицо, руки и ноги, обтянутые тонкими капроновыми колготками, куртка не давала замёрзнуть. Тишина вечернего села разбавлялась редкими звуками: по соседней улице проехала машина, недалеко залаяла собака, в северной роще закричала какая-то птица. Вид поля с тропинками и отдалённых построек фермы на фоне закатного неба дополнял умиротворённую картину.

Оля стояла на террасе, ловя звуки, и разглядывала причудливо сплетённый плющ. Мгновение назад воздух был прозрачным, но, когда она снова подняла глаза, увидела туман – лёгкий, ещё не густой, постепенно охватывающий ферму. Воспоминания о сне шевельнулись в памяти, и события утра навалились на Олю с новой силой. Она так и не забрала фонарь из теплицы – он вообще вылетел у неё из головы вместе с конвертами и предположениями, которые она строила относительно них.

Хотя сегодня все её логичные предположения разрушились окончательно. То, что происходило с ней, было немыслимо. «Никто не знал про берёзы, даже я вспомнила с трудом, никто не мог залезть в наш дом и подложить конверты… Никто не стал бы ради шутки тащить фонарь к озеру и прятать там, в конце концов! Надо быть психом, чтобы так шутить», – девушка сжала в руке стакан компота, с которым вышла.

Несмотря на непринуждённую обстановку в доме, она была не в силах отделаться от вороха проблем, маячивших на периферии сознания. Вершаковы включили музыку, Майя Владимировна достала настольную игру, все переговаривались и смеялись. Оля почти разобралась в правилах настолки, подыграла Коле, который беззаботно веселился со всеми, что не могло не радовать. Но её интуиция, обычно спящая, активировалась и не давала ей полностью отвлечься. Она сказала, что хочет подышать свежим воздухом, накинула куртку, взяла с собой стакан сока, и вот она здесь.

Туман стал плотнее, два подсвеченных окна фермы напоминали огоньки из её странного сна. «Что, если он был вещий?» – иногда ей снились такие, но очень редко. «Только при чём тут ферма… Может, прогуляться до неё?» – Оля уже двинулась в сторону уложенной камнями дорожки, но входная дверь открылась, заливая террасу музыкой, и заставив девушку замереть. Из дома медленно, будто нехотя, вышел Серёжа.

– Ты не замёрзла? – спросил он довольно застенчиво, встав рядом с моментально сникшей Олей.

– Нет, – ответила она хмуро.

Чайкина весь вечер замечала взгляды, украдкой брошенные в её сторону, хотя открыто Серёжа даже близко к ней не подходил. Из поведения парня можно было сделать лишь один вывод: она понравилась ему. «Чем дальше в лес…» – девушка судорожно повела плечами. Была надежда, что он никогда и не подойдёт – Оля не хотела впутываться в отношения, по крайней мере до окончания экзаменов, а Малов ей и вовсе не нравился. «Ну нет, – кисло подумала она, – теперь ещё отшивать брата лучшей подруги». Брат, тем временем, молчал и, казалось, пытался придумать, как завести разговор. Оля решила не утруждать его:

– А вообще, знаешь, прохладно что-то, – она забрала свой стакан и вернулась в дом.

Родители расселись на диване и оживлённо беседовали, а Коли и Карины в зале не было. Оля не хотела отвлекать взрослых от разговора, но следом зашёл Малов, и она всё-таки спросила:

– А где ребята?

– В комнате наверно, – ответила Майя Владимировна, повернувшись к ней с улыбкой, под дружный смех над чьей-то шуткой.

Девушка двинулась к двери, но не успела выйти в коридор, как в проходе появился её брат, а следом и подруга. Карина многозначительно глянула на Олю, кивнув в Серёжину сторону, но та лишь закатила глаза…

Часовая стрелка перевалила за девять вечера, и Чайкины засобирались домой.

– Завтра всем детям в школу, – говорила Анастасия Николаевна, пока обе семьи выходили в прихожую. – Вставать рано, а у некоторых, – она бросила лукавый взгляд на Олю, – с этим и так проблемы.

Валерий Георгиевич с полуулыбкой мотнул головой:

– Ой, вы бы знали…

Все дружно рассмеялись.

Одевшись, Чайкины, довольные и весёлые, поблагодарили таких же Вершаковых, попрощались и направились к машине.

Дома Оля разделась быстрее всех и сразу прошла к себе в комнату. Разбирательства с найденным антиквариатом были отложены на завтра, думы о странностях, происходящих с ней, девушка старалась гнать прочь, как и те, что касались проблем Коли; сегодня её ждала интересная книга, которую она выбрала по своему вкусу, независимо от школьной программы, и мягкая уютная постель.

Но подойдя к книжной полке и мимолётно бросив взгляд на подоконник, она так и замерла на месте. Там, за прозрачным тюлем, был ещё один белый конверт. Уже понимая, что в нём следующий кусочек «послания», Оля взяла его и открыла. «Завтра с девяти до одиннадцати вечера ищи что-то за семидесятым фонарём» – гласило задание.

Первое, что смутило девушку – это установленный промежуток времени поиска. В том задании таких рамок не было, здесь же ей придётся объясняться с родителями, почему она уходит поздно, да и в целом тёмное время суток, почти пустые улицы, опасно вообще-то. Второе – новая головоломка. «И откуда мне считать эти фонари? – раздумывала она, поудобнее устраивая подушку. – Вообще, наберётся ли в Озёрном семьдесят…» Почему-то ей сразу представились именно уличные фонари, которых в селе было не то чтобы очень много, они в основном находились в центре.

Оля открыла книгу на закладке, отыскала нужный момент, продолжила чтение. Даже перелистнула пару страниц. Но уже через несколько минут она остановилась, осознав, что просто на автомате пробегает по тексту взглядом, ничего не понимая, а её мысли по-прежнему заняты загадкой.

После безрезультатных попыток переключить внимание на сюжет, девушка недовольно отложила книгу. «Ладно, надо разобраться. С берёзами же вышло, – она расчесала пальцами прядь волос. – Кто и как у нас связан с… освещением улиц?» Вдруг её осенило: она вспомнила, как папа рассказывал, что помогал устанавливать новые фонарные столбы.

Он упоминал маленькие цифры, написанные снизу каждого из них, которые заинтересовали его. Рабочие объяснили ему, что они ничего не обозначают, просто производитель оставляет порядковые номера, чтобы ни один столб не потерялся на складе. «Скорее всего, среди этих чисел будет нужное мне. Осталось только найти его». Оля мысленно похвалила свою хорошую память, выключила лампу и легла. Она засыпала с надеждой, что странных снов сегодня не увидит.

Глава 5

– Слушай, а о чём вы говорили с Колей, ну, когда я была на террасе? – после первого урока подруги заняли свой подоконник и грели спины на тёплом весеннем солнце.

– Я узнала, что он любит игры, а у меня есть небольшая коллекция игровых журналов, – Карина смущённо улыбнулась. – Я показывала её ему.

– Хорошо, а то я боялась, что ты вытягивала из него какую-нибудь информацию, – Оля усмехнулась.

– А может, стоит попробовать? – Вершакова с сомнением поджала губы.

– Не-не, об этом и думать забудь. Он терпеть не может, когда лезут в его личные дела.

– Как же тогда ты собираешься сводить его с Красновой?

– Хмм… – Оля задумчиво наклонила голову. – Придётся постараться.

Весь день Чайкина не могла сфокусироваться на учёбе, она планировала, как наконец заберёт из теплицы пакет с находкой и пронесёт в свою комнату, как уйдёт из дома вечером. По дороге в школу она уже осмотрела несколько фонарных столбов, убедившись, что номера хорошо видно, а столбы расставлены по порядку. По крайней мере те, мимо которых она шла. Планировала, как поговорит с братом…

Подобное поведение не осталось незамеченным: на третьем уроке математичка напомнила ей, что, несмотря на предпоследний день учёбы в этой четверти, экзамены всё так же не за горами. Карине тоже надоело постоянно привлекать внимание девушки, поэтому после быстрого перекуса в столовой она нетерпеливо увела её в опустевший коридор.

– Прекрати грузиться, и давай вместе решим, что делать с Колей, – они сбавили шаг.

– У меня есть идея, но я сильно сомневаюсь в ней.

– Обсудим? – Карина взяла Олю под руку.

– Нет, прости, – та нахмурилась, – я, пожалуй, ещё подумаю.

– Ладно, – Вершакова кивнула, как бы смирившись с этим. – Тогда давай о Серёже. Он, кажется, влюбился в тебя.

– А, точно, я и забыла…

Чайкина мысленно добавила к списку своих проблем ещё одну. Она тяжело вздохнула и проговорила:

– Я не разделяю его чувств.

– Я заметила, – Карина снова кивнула. – Хочешь моё мнение? И правильно делаешь. Малов странный. Он жутко нерешительный, постоянно лепечет. Я лично вообще не понимаю, как с ним общаться. Хотя друзья у него есть.

Оля вздёрнула брови, удивлённо поворачиваясь к ней:

– Не слишком жёстко ты о двоюродном брате?

– Зато честно, – девушка улыбнулась. – Лучше отшей его, иначе привяжется.

После уроков на школьном крыльце подруг ждала необычная картина. С одной стороны собралась баскетбольная команда с Колей во главе, к ней присоединились Серёжа и Стас; с другой толпилась компания Красновой, сцепившаяся с несколькими «ашками». Оле не хотелось примыкать к друзьям брата, да и попадаться на глаза Свете тоже, поэтому она попрощалась с Кариной, которая сразу направилась к парням. Чайкина начала спускаться по лестнице, но восклицание Стаса не дало ей уйти:

– Оль, а ты куда?!

Мысленно ругая белобрысого пакостника, девушка подошла к ребятам и сердито покосилась на улыбчивого парня. Серёжа напротив неё заметно притих и намеренно отводил взгляд, это почему-то начало раздражать Олю. Чтобы отвлечься, она стала вслушиваться в оживлённую беседу.

– Ну, можно и сегодня, жаль только опять без Сашки, – обсуждали, по-видимому, тренировку.

– Да, я свободен.

– Давайте тогда вечером, часов в семь.

– Идёт. Собираемся в семь на площадке, – подытожил Коля. – Серёг, присоединяйся, если хочешь.

Пока Малов мямлил что-то в ответ, Оля успела полностью продумать свою вылазку. «Когда Коля уходит к семи – восьми вечера, возвращается домой он где-то в десять. Если я пойду с ним, а потом скажу, что хочу прогуляться, времени на поиски должно хватить!» Она сдержалась, чтобы не хлопнуть в ладоши от радости. «В нашем районе тридцатые номера на столбах, значит, пойду к ферме». Эта идея пришла совершенно спонтанно, но девушка нашла её толковой.

Чайкины направились домой, и Оля рассказала Коле, что хотела бы понаблюдать за тренировкой. Он с нескрываемым удивлением смотрел на неё пару секунд, но позволил присоединиться к нему.