Неделя

В вечерней тишине захолустного однушки, где пахнет дешевым одеколоном и одиночеством, старший лейтенант Коваль пил свою водку. У него не было ни жены, которая ждала бы к утру, ни детей, ни даже той смешной грядки, что называют дачей. Была служба, давящая на позвонки, и тоскливое эхо пустой комнаты.

Однажды на выезде нашелся журнал. Яркий глянец из мира моды, и из ниоткуда пришли три девушки — слишком тихие, и красивые чтобы быть настоящими. Коваль бросил пить. Продал телевизор и плеер, словно вещи могли стать платой за выход из бесконечного круга. В больнице пахло озоном и концом, где Алиса лежала в коме, а аппарат дышал за нее до тех пор, пока чья-то рука не нажала кнопку.

Говорят, теперь он — один из самых интересных случаев местного психиатра. Потому что есть вещи страшнее мертвых. Это живые, которые перестали быть собой.