Читать онлайн Игра СветоТени бесплатно
![](/images/no-book-w260-340.jpg)
I
Был странный пасмурный день. Юная девушка стояла посреди гостиной огромного мрачного дома, и не могла понять, что она здесь делает. Дом был по-настоящему велик, пожалуй, самый большой из всех, какие ей когда-либо приходилось видеть. В гостиной горели несколько свечей, но их огни с трудом разгоняли сгущающийся мрак. Хаотично расставленная массивная мебель, покрывающий все слой пыли и свисающая то тут, то там паутина наводили на мысль, что этой комнатой давно не пользовались.
– Дорогая, теперь ты будешь тут жить. Правда, прекрасный дом! Уверена, тебе здесь очень понравится, – мать оглядела дочь со всех сторон, как какой-то лежалый товар и стряхнула с плеч невидимые пылинки. – Господин Диврадж Репсимэ был так любезен, что согласился нанять тебя.
– Нанять в качестве кого? – строго спросила девушка, отстраняясь от матери и глядя на потупившего взор отца, нервно теребившего свою поношенную шляпу.
– В качестве кого? – удивленно переспросила мать. – Светлые небеса, да какая разница! Он готов предоставить тебе жилье и еду в обмен на работу по дому. Возможно, ты даже будешь получать какие-то деньги…
– Возможно?! – возмущенно перебила девушка. – Что значит «возможно»? Каковы условия моего пребывания в этом забытом Светом доме?!
– Тише, – злобно одернула ее мать. – Оглядись вокруг, этот дом лучшее, на что ты можешь теперь рассчитывать в своей жизни, Ия!
– Вот уж позволь с тобой не согласиться! – так же злобно прошипела в ответ девушка. – Папа, что все это значит? – она посмотрела на отца с надеждой, хотя знала, что помощи от него ждать не стоит.
– Дорогая моя, понимаешь… – начал было он, продолжая избегать ее взгляда, но тут же был прерван женой, которая явно начала терять терпение.
– Мы твои родители, и мы приняли решение, так что будь любезна, умерь свой гонор и смирись, бестолковая девчонка!
– Я совершеннолетняя и вправе сама решать…
– Вправе решать?! – мать недобро сверкнула глазами. – Нет у тебя никакого права! Хватит с нас твоих решений!
Она хотела еще что-то добавить, но тут в комнату вошел мужчина. У него были темные волосы до плеч, аккуратно подстриженные борода и усы и пронзительно-черные глаза. Одет он был дорого, но небрежно. По его внешнему виду не представлялось возможным определить сколько ему лет, сначала девушка решила, что немного за сорок, но тут же ей почудилось, что перед ней древний старик, скрывающийся под маской моложавого джентльмена, а в следующее мгновение он показался ей чуть старше нее. Она решила, что в этой иллюзии виновата игра света и тени – тусклые огоньки горящих свечей плясали на сквозняке.
– Итак, госпожа Дисиммиарт, полагаю, у вас было достаточно времени, чтобы проститься с дочерью? – голос вновь прибывшего был тихим, но в то же время заполнил все пространство вокруг. Складывалось ощущение, что он звучит прямо внутри головы.
– О, конечно, господин Репсимэ, – тон женщины тут же сделался угодливо-лебезящим.
– Тогда не смею Вас больше задерживать, – его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, но при этом мужчина выглядел так, что невозможно было и помыслить спорить с ним.
Женщина неловко поклонилась и, подхватив под руку совершенно потерявшегося мужа, быстро ретировалась за дверь, не проронив больше ни слова и оставив на полу одну потрепанную сумку, в которой помещался весь скарб ее дочери.
Девушка осталась наедине с хозяином этого мрачного жилища, с трудом подавляя охвативший ее страх.
Мужчина обратил на нее взор своих пронзительных черных глаз, и она с трудом смогла сдержать дрожь под этим пристальным взглядом. Он бесцеремонно разглядывал ее в полной тишине несколько мучительных минут.
Ия знала, что ей нечем особенно похвастать: она была среднего роста, худая, не обладала выдающимися формами, волосы были уложены кое-как и выбивались из прически непослушными прядями, поношенное и невзрачное платье, доставшееся после матери, сидело на ее фигуре мешковато. Но, несмотря на все это, в ее огромных зеленых глазах горел вызов, а острый подбородок был гордо вздернут вверх.
– Итак, – окончив осмотр, мужчина, наконец-то нарушил тишину, ставшую почти невыносимой, – Луп поможет вам выбрать себе комнату.
Тут откуда ни возьмись рядом с ним возник мальчонка лет семи, с густыми рыжими волосами, торчащими в разные стороны и похожими на воронье гнездо. Мальчик глянул на девушку, склонив голову набок, а затем, шмыгнув усеянным веснушками носом, сказал:
– Ну, пошли, покажу, какие комнаты еще не заняты, – и уже двинулся было к двери, но тут девушка, наконец, пришла в себя.
– Простите, может быть, вам покажется это странным, но я вообще не понимаю, что здесь происходит.
Мальчик замер на месте, скорчив недовольную гримасу. А мужчина, вновь устремив на нее свой пронзительный взгляд, спокойно ответил:
– Поверьте, юная леди, с этого дня странности станут неотъемлемой частью вашей жизни, – в его голосе отсутствовали интонации, что делало его завораживающим и пугающим одновременно.
– Что все это значит? Зачем я здесь? Что должна делать?
– А что бы вам хотелось?
– Мне?! – Ия растерялась. – Мне хотелось бы уйти.
– Неужели? – мужчина недоверчиво приподнял бровь. – И вам есть куда идти? Насколько я понял, родители не ждут вас дома. Друзей и жениха у вас нет, как и работы. Так куда вы пойдете?
Ия почувствовала, как ее щеки заливает румянец и опустила глаза на свои руки, сжатые в кулаки.
– Вы правы, мне некуда идти… Но я не могу остаться, не зная той роли, которую должна играть в этом доме.
– Если вам непременно нужно играть какую-то роль, выберете ее сами… Или можете просто быть собой. В любом случае выбор за вами, – с этими словами мужчина резко развернулся на каблуках своих роскошных туфель и покинул комнату.
Девушка в полной растерянности смотрела ему вслед.
– Ну, ты идешь или нет? – недовольно проворчал мальчик, о котором она уже успела забыть. – Можешь, конечно, выбрать себе эту комнату, но я бы не советовал, здесь даже днем темно как в подземелье.
Он взял с ближайшего стола свечу и направился к двери. Она подхватила свою сумку и поспешила за ним.
– Эм, прости, я забыла, как тебя…
– Луп.
– Да, точно, Луп, очень приятно. А меня зовут Ияоса, но можешь звать меня просто Ия.
– Заметано, Ия.
Они вышли из комнаты и в полной темноте, озаряемой лишь небольшой свечой, которую нес мальчик, направились к огромной винтовой лестнице, уходящей куда-то вверх в кромешную тьму. Девушка старалась не отставать от своего провожатого, который шел немного впереди, периодически шмыгая носом. Когда они начали подниматься по лестнице, ступеньки под их ногами жалобно заскрипели. Стараясь отвлечься от невольного сравнения скрипа ступеней со стонами, Ия решила нарушить молчание:
– Луп, а ты, значит, работаешь на господина Репсимэ?
Он обернулся и окинул ее недовольным взглядом.
– Я здесь живу.
Она замешкалась:
– Ты его родственник?
Мальчонка весело рассмеялся, и свеча в его руке запрыгала, отчего тени на стенах заплясали.
– Скажешь тоже! Меня так же, как и тебя, сдали мои родаки, как и всех остальных, я полагаю, хотя не могу утверждать наверняка.
– Остальных? – она не смогла скрыть своего изумления. – И много здесь «остальных»?
В этот момент Луп уже забрался на верхнюю ступеньку и нетерпеливо поджидал, когда она догонит его.
– Тит, Фирс и Фока, Юст, Орест и Элим, а теперь еще и ты.
Ия не могла скрыть изумления. И в тот момент, когда они двинулись от лестницы по длинному темному коридору, послышались хлопки закрываемых дверей.
– Вон все попрятались. Но ничего, скоро ты с ними познакомишься. Просто ты первая девчонка, которая здесь появилась, – он повел ее по коридору, указывая на двери. – Это комната Тита, напротив живет Юст, дальше Фирс и Фока – они братья, только не пугайся, когда увидишь их, они славные. Напротив них обитает Орест – он диковат, не освоился еще, наверное. Он появился здесь последним, не считая тебя. Там Элим – он почти не говорит, так что собеседник из него так себе. А это моя комната. Дальше все помещения свободны, можешь выбрать себе любое.
Он остановился и протянул ей свечу.
– Так сколько лет всем этим мальчикам? – спросила она вместо того, чтобы взять свечу и отпустить Лупа по своим делам.
Он вздохнул и, пожав плечами, ответил:
– Ну, от четырех до двенадцати. Где-то так. Орест самый младший, Юст самый старший, остальные посерединке, – он снова протянул ей свечу, на этот раз настойчивее.
Она взяла ее, но не спешила распрощаться со своим проводником.
– Вижу, что тебе не терпится отделаться от меня, но не мог бы ты ответить еще на несколько моих вопросов?
Выдавив из себя протяжный обреченный вздох, Луп неохотно кивнул:
– Ну, валяй, спрашивай.
– Так чем вы все здесь занимаетесь?
– Я же сказал – живем. Мы все здесь, потому что никому не нужны.
– Мне очень жаль.
– Жаль?! – изумленно воскликнул Луп. – Да это лучшее из того, что могло с нами случиться!
Она не знала, как на это реагировать. Мальчик, заметив ее замешательство, решил снизойти до объяснений.
– Ну вот возьми хотя бы Фирса и Фоку, родители с самого рождения считали их проклятыми, постоянно били их…. Хозяин хорошо заплатил за них. И теперь они живут здесь, и больше их никто пальцем не трогает.
Посчитав, что дал исчерпывающие объяснения, мальчонка побежал обратно по коридору к лестнице, вскочил на перила и покатился вниз в темноту.
Оставшись одна, девушка нерешительно огляделась. Все двери, которые они миновали, оставались закрытыми и, решив, что сейчас не самое лучшее время для знакомства с остальными жильцами, она попыталась посветить в противоположный конец коридора. Тот уходил вдаль, и по обеим его сторонам располагались двери, много дверей, казалось, что коридор тянется в бесконечную тьму.
«Конечно, это только кажется из-за темноты. Бесконечных коридоров не бывает» – заключила она решительно, однако так и не набралась духу проверить это. Вместо этого она толкнула первую попавшуюся дверь и осторожно заглянула внутрь.
Тусклый свет свечи выхватил из темноты большую кровать в центре комнаты. Осмелев, Ия переступила порог и начала осматриваться. Судя по всему, комнатой давно никто не пользовался, по углам валялся какой-то хлам, и все кругом было покрыто толстым слоем пыли. Кровать действительно была огромная и занимала почти все пустое пространство. У одной из стен обнаружился камин и рядом с ним охапка дров. Девушка решила, что ей не хочется бродить в потемках по странному пугающему дому, а потому эта комната вполне сгодиться, чтобы переночевать. А утром она сможет решить, что же делать дальше. Решив так, она уронила сумку на пол, подняв облако пыли, и подошла к камину. Присев на корточки, закинула в него несколько поленьев и попыталась разжечь огонь.
В этот момент дверь с шумом отворилась, и в комнату вбежал Луп.
От неожиданности девушка вздрогнула и уронила свечу прямо в камин, отчего та тут же потухла.
– Как же ты напугал меня, Луп! – воскликнула она.
– Прости, я просто хотел отдать тебе вот это.
Он протянул ей что-то, что по форме напоминало керосиновую лампу. В темноте было сложно что-то рассмотреть.
– Это лампа? – уточнила Ия, прежде чем принять из его рук странный предмет.
– Типа того, – уклончиво ответил мальчик.
– Что же, спасибо! Но мне теперь нечем ее зажечь, свеча, благодаря тебе потухла.
– Кто же знал, что ты такая трусиха, – усмехнулся малец, – я думал, взрослые не боятся темноты.
– Ну что ж, придется тебя разочаровать: взрослые так же трусливы, как и дети, просто лучше это скрывают, – с этими словами, она выхватила у него из рук лампу. – А теперь не подскажешь, где здесь можно раздобыть спички?
– Для этой лампы они не нужны. Там на корпусе есть колесико, покрути его.
Она нащупала на корпусе ребристое колесо и повернула его, не ожидая никакой реакции, решив, что мальчишка просто хочет ее разыграть.
– Только не слишком сильно, а то с непривычки глаза могут лоп… Ай!
Комната в один момент озарилась таким ярким светом, что они оба невольно зажмурились.
– Я же сказал, не слишком сильно! – завопил Луп.
Ия с закрытыми глазами вновь нашла колесико и крутанула его в обратную сторону. Свет тут же погас, и они снова оказались в полной темноте, если не считать скачущие перед глазами пятна.
– Что это было? – воскликнула ошарашенная девушка.
– Изгоняющая тень лампа. Так мы ее зовем, – мальчик вырвал у нее из рук упомянутый прибор и сам осторожно повернул колесико.
И тут же комната озарилась светом, который на этот раз был мягким и не выжигал глаза.
Ия потерла веки, пытаясь избавиться от ярких точек, вспыхивающих при каждом моргании.
– Что за проделки Тьмы?!
– Я же сказал, изгоняющая…
– Да это я поняла, – раздраженно перебила она, – откуда в этой маленькой лампе столько света?
Действительно, эта лампа внешне ничем не отличалась от обычной керосиновой, только свет, струящийся из нее и заполняющий даже самые отдаленные уголки комнаты был невероятно ярким.