Читать онлайн Бойфренд моей падчерицы бесплатно
![Бойфренд моей падчерицы](/b/img/big/53951.jpg)
Пролог
месяц назад
Мягкие губы, вкус диких ягод и невероятно сладкий рот. Давно такие птички не попадали в мои силки, или же, если без красивых слов, то давно мне не доводилось лапать и целовать таких нежных юношей.
– Тебе восемнадцать-то есть? – со смешком спросил я, тиская упругую задницу.
– Девятнадцать, – обиженно отозвался он, чуть отворачиваясь и демонстрируя четкую линию подбородка. – Через два месяца. Может, тебе еще и паспорт показать?
– Показать, конечно, – согласился я, наклоняясь и оставляя яркий засос на бледной коже. – А если есть рекомендательные письма, то их тоже можешь продемонстрировать.
– Дурак, – возмутился он.
Не слишком убедительно. Я не поверил, да и времени терять не стал – вжал колено ему в пах, за что был награжден тихим стоном.
– Ты мне не хами, милый, – посоветовал я ему, поймав за подбородок и заставив посмотреть мне в глаза.
– А то что? – поднял он бровь.
В глазах такая адская смесь, что бывает только у молодых: тут и дикое желание, и презрение к моим манерам, и страх, и провокация.
– Ничего, – улыбнулся я. – Но ты же хочешь, чтобы я был нежным, правда? – уточнил я, положив ему руку на горло и мягко погладив пальцами.
Страха и желания в глазах теперь стало больше, а вот презрение совсем пропало. Вот и чудесно.
– Меня, кстати, Дима зовут, – пробормотал он.
– Очень кстати, милый, – усмехнулся я. – Постараюсь запомнить.
– А тебя?
Я рассмеялся и покачал головой. Он пока не понимал, но я уже порядком устал от знакомств. Уже почти три года, как каждую пятницу я прихожу в этот клуб. Да, у меня бывают командировки и отпуска, но все остальные недели заканчиваются здесь. Закрытый клуб для своих, где можно приятно провести время и не опасаться, что на следующее утро прочитаешь о себе в газетах парочку похабных заметок. Мужчины приходят сюда знакомиться с другими мужчинами, а женщины – с дамами. Кто-то ищет партнеров для Тематических сессий, а чьи-то предпочтения так и остались для меня загадкой. Да и я здесь не для того, чтобы поиграть в детектива. Сначала было волнительно, был азарт. Теперь же это все не увлекательней, чем выпить кофе на завтрак. Ладно, вру. Хороший секс всегда лучше хорошего кофе. С плохим все не так однозначно.
– А мое имя тебе не понадобится, – наконец, решил я. – Пойдем.
Я взял Диму за руку и повел в сторону комнат, где можно было уединиться, но на полпути встретил одного знакомого, которого не мог проигнорировать. Я отвлекся всего на полминуты, но Диме этого хватило чтобы сбежать. Он, что, совсем глупенький? Я недовольно поморщился и подошел к администратору.
– Что за новенький, с которым я пил? – без особых прелюдий поинтересовался я.
Девушка вымученно улыбнулась, и я понял, что с Димой тут с самого начала были какие-то проблемы.
– Извините, но я не знаю, – пробормотала она. – Дело в том, что он… что мы… в общем, он попал сюда случайно, – сконфуженно закончилась девушка с бейджиком, на котором было написано, что она Лера.
– Это как же так вышло, Лера? – вкрадчиво поинтересовался я.
– Извините, – пискнула она, и я понял, что надавлю еще чуть-чуть, и она спрячется под стойкой.
– Очень плохо, – подвел итог я, а затем вернулся в зал.
Я должен был забыть Диму сразу. Но, вопреки всякой логики, я его запомнил. Красивая сбежавшая сучка. “Встречу еще раз – не буду терять время на тупые разговоры, а сразу начну снимать штаны”, – решил я.
Однако тогда я и представить не мог при каких обстоятельствах состоится наша следующая встреча.
Глава 1
наши дни
Утро субботы было наше с Алисой время. Первый год после смерти моей жены и ее матери мы радовались встречам и возможности провести час-полтора вместе, но, честно говоря, уже давно завтраки превратились в муку. Тем не менее я не хотел уступать капризам Алисы, и вот итог нашего общего упрямства – еженедельные мучительные трапезы.
– Как дела в институте? – поинтересовался я, прекрасно зная, что любой, даже самый невинный вопрос, может привести к скандалу.
– А что? – огрызнулась Алиса.
– Ничего, – усмехнулся я. – Во-первых, отложи свой чертов телефон. Во-вторых, я плачу за твое обучение…
– Дух захватывает от твоего благородства, – тут же заявила хамка.
– И, наконец, ты никуда не поедешь, если ты не закроешь сессию.
– Ах это, – пробормотала Алиса и, к моему огромному удивлению, заткнулась.
Уговор был такой: Алиса вовремя сдает зачеты и получает хорошие оценки за экзамены, а взамен я выдаю ей два билета на горнолыжный курорт. Я тоже собирался ехать. Не то чтобы я планировал преследовать Алису и ее подружку и следить за каждым их шагом, но… Может быть, и планировал. Падчерица у меня была бедовой. Из одной поездки она приехала со сломаной ногой, в другой ее обокрали, но финальным аккордом была та история, когда мне пришлось бросать все дела и ехать вытаскивать Алису из отделения полиции. В общем, не так уж она была и виновата, но я решил, что с самостоятельными путешествиями лучше пока притормозить. В конце концов, ей было только восемнадцать. Целая жизнь впереди, чтобы творить непотребства. Лыжи нравились нам обоим, так что я полагал, что такой отдых – не худший вариант из возможных.
– Так что в институте? – вернулся я к тому, с чем мы начали. – И, черт побери, Алиса, телефон!
Она бросила на меня возмущенный взгляд, но все-таки смартфон отложила. Демонстративно.
– Вообще, все хорошо, – хмыкнула она. – Не переживай так.
– Алиса, – поднял я бровь.
Она знала этот тон. Нарываться было можно до определенного предела.
– Ладно, прости, – буркнула она и сдулась как шарик из которого выпустили воздух. – Серьезно. Все хорошо. Один зачет в понедельник, и один экзамен в среду – и все. Я молодец. Лучшая в группе, ты в курсе?
Я пожал плечами.
– Теперь в курсе.
Любой, кто узнавал, что Алиса учится на экономическом, считал, что это моих рук дело. Начиная от того, что я якобы кому-то дал на лапу, чтобы она поступила, и заканчивая тем, что девочка наверняка мечтала получить творческую профессию. Она и правда хорошо рисовала, но Алисино образование было полностью на ее совести. Впрочем, обычно я ничего не доказывал. Отлично, что все вокруг были уверены, что я мог заставить Алису делать именно то, что нужно мне. Потому что характером она явно пошла в матушку. Свою покойную жену за дурной нрав я любил. Что до Алисы, то тут я, пожалуй, предпочел бы кого-нибудь поспокойнее. Выбора, ясное дело, мне не предлагали.
Мы допили кофе и закончили с тостами. В начале недели к нам приезжала женщина, которая убирала дом и готовила на пять дней вперед, а вот по выходным мы справлялись сами. Моим коронным блюдом были бутерброды, от самых простых до самых извращенных вариантов, Алиса же могла пожарить яйца. Скажем так, обычно могла. За год она спалила две сковородки.
– Ты занят завтра? – вдруг спросила Алиса.
– А что?
– Хотела тебя кое с кем познакомить.
Я поморщился, даже не делая вид, будто мне интересно.
– Я занят, – заверил я Алису.
Она как-то по-особенному тяжело вздохнула, но спорить со мной не стала.
– И ты, конечно, собираешься на отдых один? – вдруг вернулась Алиса к теме, которую я считал закрытой.
– Мы это уже обсуждали.
– Прошло четыре года. Это ненормально, что ты до сих пор один.
– Ты должна бы радоваться, – усмехнулся я. – Типа разве это не приятно, что у меня никого нет после смерти твоей матери?
– Как же, – пробормотала Алиса, поднимаясь из-за стола. – Это подозрительно, – заметила она, собирая тарелки и сгружая их в раковину. – Не говоря о том, что ты бы… – слово “отстал” она проглотила, – меньше бы был погружен в мою жизнь, если бы занялся своей. Я серьезно. Не верю, что у тебя не было ни одной женщины с тех пор.
Вообще-то, женщин действительно не было.
– Где ты прячешь своих подружек?
– В загородном доме в подвале, – съязвил я.
– Не смешно. Ты знаешь, что близкие часто считают маньяков милыми людьми? Добрые соседи, любящие отцы…
– Ты думаешь, что меня кто-то считает милым человеком?
Алиса раздраженно провела рукой по своим коротким волосам.
– Вряд ли.
– Вот и славно, – подвел итог я. – Значит, никаких маньяков. Запусти посудомоечную машину, когда закончишь.
Продолжать разговор не хотелось, а вот курить – да. Так что я тоже встал из-за стола, быстро добрался до коридора, накинул пальто и вышел на веранду. День был солнечный и морозный. Хороший, в общем, денек, чтобы отправиться на работу и проторчать там с утра до вечера.
Глава 2
– Лиса, может, хватит? – тихо спросил я, но она лишь пожала плечами.
Мы сидели в баре с нашими сокурсниками. Ладно, более честно будет сказать, что мы сидели в баре с друзьями Алисы. До того, как я начал встречаться с Лисой, меня никто и никогда не приглашал на такие тусовки. Ведь по мне было видно, что я так не развлекаюсь. У меня не было ни денег, ни времени. Днем я учился, вечером подрабатывал, а ночью – снова учился. Счастливыми считались те дни, когда удавалось немного поспать. Я был тем самым парнем, у которого всегда можно списать. Которого можно попросить отметить свое присутствие на лекции, если попадется не слишком принципиальный препод. А еще, для тех кто шарит, я был тем, у кого по сходной цене можно было заказать рефераты, курсовые и контрольные работы.
– Отмечаем же, – сказала Лиса, заказывая еще один коктейль. – Первая закрытая сессия.
Я вздохнул. На мой взгляд, причин праздновать не было. Если уж без обиняков, то Алиса была в полной заднице, пока пару месяцев назад не подошла ко мне и не попросила помочь ей с учебой. С тех пор я учился за нее. Сначала за деньги, а с тех пор, как начались наши отношения – бесплатно. Иногда я думал, что Лиса решила затусить со мной лишь ради того, чтобы сэкономить. Такой расклад был маловероятным, но все равно подобные мысли веселили меня. Почему меня забавляло то, что любого бы расстроило? Черт его знает.
Всю жизнь я переживал, что пропускаю все веселье. Вечеринки одноклассников и дискотеки, посиделки в барах и роскошные гулянки состоятельных одногруппников. Только вот, когда Лиса начала меня везде таскать с собой, я выяснил, что совсем не любитель подобного отдыха. Сначала мне было скучно и неуютно. Потом я пил, и на несколько часов становилось веселее. Все люди начинали казаться классными и интересными, а затем я трезвел и начинало хотеться сбежать.
Выход был один – продолжать пить. Но больше я так не делал. Дело было в одной истории, что со мной случилась месяц назад. Я старался не думать о ней. Не вспомнить. В общем-то, я делал вид, что тогда ничего не произошло. Не было того клуба, куда меня занесло по ошибке. Глупый спор, не та дверь, похожие названия… Не было громкой музыки и чужих таких властных и сладких губ. Ничего не было.
Когда ты такой, как Лиса и ее друзья, то можешь выбирать, кем быть. Прилежным студентом или раздолбаем. Экономистом или художником. Примерным семьянином или геем. Но лично мне и так хватало проблем. Не думаю, что если бы я попытался кому-то объяснить, что имею в виду, то меня бы поняли. Кому какое дело, с кем я сплю и кого люблю? Да всем плевать на меня. Но была и обратная сторона медали. Если бы у меня была своя квартира, я бы мог приводить туда кого угодно. Дом родителей для такого подходил не особо. Если бы у меня была финансовая подушка безопасности, то в тот момент, когда на работе принялись бы обсуждать, что всех геев необходимо истребить, я бы мог защитить себя и, если бы все пошло не так, без угрызений совести написать заявление. Я мог бы врать о своей личной жизни, а мог бы сказать правду. Из мелких проблем, из глупостей, что не стоят выеденного яйца, вырастала проблема. Мне, пожалуй, нравились и парни, и девушки. Так к чему делать свою жизнь сложнее, чем она может быть? Зачем быть ненормальным, если можно быть самым обычным?
– Что-то мне плохо, – заявила Лиса, выдергивая меня из мрачных размышлений.
В любом случае я никогда больше не встречу того мужчину, так что все мои переживания были совершенно пустыми.
– Ага, – согласился я с Лисой. Конечно, ей было плохо. Каждый раз одно и то же. – И что делать будем?
– Дим, домой хочу, – захныкала она.
– Разве твой отец не убьет тебя, если ты заявишься домой прямо так?
– Возможно… – согласилась со мной Лиса. – Но с другой стороны, и не отец он мне вовсе!
В зависимости от настроения Лиса ее отчим был то любимым папочкой, то чужим мужиком, которые и упоминания не заслуживал.
– Так и что? – спросил я. – Вызвать такси?
– Ты мужчина или нет? – заныла Лиса. – Реши, как поступить.
– Давай я вызову тебе такси.
Лиса обдумывала этот вариант некоторое время, но потом отказалась от него.
– Нет.
– Я же мужчина.
– Нет! – повторила она. – Не хочу ехать одна в такси. Поехали вместе. Познакомлю тебя…
– Не лучший момент, Лис.
– Вызывай такси или я начну буянить.
Я тяжело вздохнул. Вообще, ни в коем случае нельзя делать так, как требуют террористы, но с Алисой было бесполезно спорить. Я вызвал машину, а когда та приехала, то загрузился вместе с Лисой на заднее сидение.
– Меня укачало, – сообщила она раньше, чем мы выехали с парковки.
Я постарался дышать глубже. В салоне пахло мерзким освежителем-елочкой.
Глава 3
Когда мы въехали на территорию коттеджного поселка, я понял, что и у понятия “жить с родителями” есть разные оттенки. Лично я жил со своей матерью, отцом и старшей сестрой в двухкомнатной квартире, где одна из комнат была проходной. Ленка в свои тридцать успела сбегать замуж и развестись, вернувшись обратно в родительский дом с котом, но, к моему счастью, без ребенка. Я имею в виду, что не успела она обзавестись ребенком, а не что Ленка его куда-то дела. Кстати, из-за своих формулировок я нередко попадал в неловкие ситуации.
И если Ленка была, считай, поздним ребенком, то я – очень поздним и, подозреваю, совершенно случайным.
Машина остановилась у дома, который вольготно расположился в самом конце улицы. Насколько я смог рассмотреть в темноте, этот дом был выполнен в стандартном для этого поселка дизайне. То есть, скорее всего, участок покупали уже с домом. Нейтральный светло-бежевый цвет стен, темная крыша и двор, засыпанный снегом. Мне стало любопытно, скрывался ли под сугробами сад, но спрашивать у Лисы сейчас было бесполезно.
– Приехали, – тихо сказал я ей и потряс за плечо.
За тот час, что мы ехали, мне дважды пришлось просить водителя остановиться – Алиса стояла на обочине и тяжело дышала, упершись ладонями в колени. Впрочем, в итоге все спиртное осталось у нее внутри. Стоило ли это считать жадность или выдержкой?
– Куда? – пробормотала Лиса.
– К тебе домой. Помнишь, ты требовала, чтобы я тебя отвез?
– Хм…
– Пойдем?
Мы с некоторым трудом выбрались из такси. Вернее я вылез без проблем и сразу почувствовал, что за городом холоднее и чище воздух, а потом почти минуту выковыривал Лису с насиженного места. Мне бы, наверное, стоило подхватить ее на руки или взвалить на плечо, или… В общем, сделать что-то, что сделал бы тот самый “настоящий мужчина” из фантазий всех девушек. Но я не был уверен, что идея хорошая. Как минимум потому что подозревал – одно резкое движение и моя единственная зимняя куртка будет нуждаться в химчистке. В прошлом году мать настояла на том, что это пустая трата средств и можно простирнуть пуховик и в стиральной машине. Вот и значок на бирке утверждает, что это отличная идея. В итоге я получил куртку, внутри которых был не пух, а парочка комков. Мы их пытались расцепить, взбить и распределить, но все безрезультатно – пришлось покупать новую одежду. Больше я на это не куплюсь.
– А ты почему со мной? – вдруг спросила Алиса.
– Потому что ты так захотела, – терпеливо напомнил я, с тоской глядя вслед уезжающему такси.
Кажется, я попал в ловушку. Снежная подмосковная ловушка.
– Отец не должен тебя видеть.
Что же, отчим снова стал отцом. Градус в крови Лисы упал, а градус лояльности – повысился.
– Как его зовут? – спросил я на тот случай, если нежелательная встреча все-таки состоится.
– Макс…
– Лис, сосредоточься! – возмутился я.
– Максим Константинович, – отмахнулась Алиса. – Но ты лучше все-таки не попадайся ему на глаза сегодня.
– Пошли, – буркнул я.
Спор был бессмысленным. Оставалось надеяться, что Максим Константинович еще не вернулся с работы. По крайней мере, в окнах свет не горел и все выглядело так, будто дом стоял пустым.
Когда мы подошли к воротам, калитка отщелкнула сама.
– Это еще что? – глупо спросил я.
– Метка.
– Что?! – я чувствовал себя так, будто Лиса резко решила перейти на иностранный язык, причем мне незнакомый.
– А… – она тяжело вздохнула. – В общем, система такая. У меня ключи в кармане. Подходишь – калитка открывается типа сама. Это чтобы было удобно заходить… с занятыми руками там…
– Ничего себе, – пробормотал я.
Это был буквально другой мир. Более чудесный, чем мой. Мы так быстро, как могли, прошли по тропинке и поднялись на крыльцо. Тут уже двери сами не открывались, и это почему-то меня расстроило. Пришлось повозиться с замком, и вот мы наконец-то оказались внутри. Первое, на что я обратил внимание, был запах. Внутри дома пахло чем-то таким сладким… Точнее, сам запах был вовсе не приторный, а скорее свежий и немного травянистый. Но у меня он почему-то ассоциировался с чем-то приятный. По спине пробежали мурашки. Я попытался вспомнить, кто пользовался этим парфюмом или…
– Вух, его нет дома, – отвлекла меня Алиса, и я тут же забыл, о чем думал.
– Точно?
– Недавно ушел, – заметил она. – Ключей от тачки нет. Видимо, приперся и свалил снова.
– Здорово, – согласился я, испытывая невнятное разочарование. – Пойдем к тебе?
Лиса кивнула, и мы поднялись на второй этаж. Ее комната была как с картинки. А матрас – мягкий-мягкий.
Глава 4
– Отвезите их в отель и проследите, чтобы рядом с их кроватями была минералка и аспирин на утро. Вот еще. Договоритесь с администрацией, чтобы им кофе принесли.
– Может, еще чтобы прямо в них влили эспрессо? – съязвила моя секретарша. – Будет сделано, Максим Константинович.
Я усмехнулся и кивнул, что можно было трактовать двояко: то ли просто как одобрение, то ли я и правда был не прочь, чтобы нашим потенциальным деловым партнерам насильно вливали кофе в глотку поутру.
Этот вечер ушел на то, чтобы провести деловую встречу в неформальной обстановке. Неплохой алкоголь, но не настолько хороший, чтобы разориться и только до тех пор, пока мужчины еще различали вкус, много жирных закусок, чтобы не сложилось впечатления, что их морили голодом, и красивые заказанные девочки. Одна из них и у меня на коленях посидела. Красивая, что и говорить. Да и заигрывала почти искренне, но все же меня это не интересовало. Дела отдельно, личная жизнь – отдельно. Не смешивать и не допускать, чтобы кто-то знал детали.
Я бросил взгляд на часы. Было уже почти утро. Зимой и в пять еще темно кромешно. Говорят, что самые темные часы – перед рассветом. Если руководствоваться такой логикой, то стемнеть должно было еще больше, а потом уже небо начало бы сереть. Никогда не обращал достаточное внимание на подобные вещи.
На территорию нашего коттеджного поселка я заехал уже около шести. Было тихо так, будто все вымерли. Несмотря на то что с соседями я был знаком лишь шапочно, уверен, что они были живее всех живых. Тихо сопели в своих кроватях. Я свернул в конце главной улицы и еще сбросил скорость. Теперь оставалось проехать два дома наших соседей, и я окажусь на нашей территории. Мы с Алисой жили в крайнем доме поселка. Поначалу я все ждал, когда развернется новая стройка. Наш дом был из третьей очереди, так что мешало сделать четвертую и пятую? Однако то ли повлиял кризис, то ли не удалось отчего-то купить разрешение на вырубку леса, но четвертой очереди не случилось. Так и вышло, что у нас за забором был довольно глухой лес. Алиса эта ненавидела с самого начала, еще с тех пор, как была жива ее мать. Мне же нравилась такая близость к дикой природе. Впрочем, я бы никогда не отказался от всех удобств, что существовали в цивилизованном мире. Я точно был не из тех, кто мог круглый год таскать воду из колодца и питаться тем, что запас на зиму. Просто даже если ты фанат прогресса, зачем отказываться от небольшого островка природы в море урбанизации?
Когда я увидел, что по дороге прямо мне навстречу идет молодой человек, то сначала не поверил своим глазам. Кто мог бродить по поселку в этот час? Я притормозил и хотел уже открыть окно и поинтересоваться, все ли в порядке у парня, но тут зазвонил мой телефон.
– Да? – рявкнул я на секретаршу так, будто она провинилась.
– Простите, Максим Константинович, – залебезила Марина, – вы уже отдыхаете?
– Марина, давайте к делу.
Вопрос секретарши хоть и требовал моего участия, был всего лишь мелкой неурядицы. Однако, когда мы закончили, парень испарился с пустой дороги. От этого почему-то холодок пробежал по моей спине. Я все понимал. Я говорил по телефону почти десять минут. Конечно, он успел дойти до поворота и теперь его невозможно было разглядеть в темноте да за другими домами и заборами. Но все же его появление было настолько странным, а исчезновение – бесследным, что невольно хотелось задать себе вопрос: не придумал ли я его?
Впрочем, как только я заехал в гараж, и вышел в сад, мои брови невольно поползли вверх. От дома до калитки по чистому снегу тянулась цепочка следов. Отпечатки были от мужских ботинок, никакого намека на сапожки Алисы. Я поднял голову к нему и на мое лицо пустились пустые снежинки. К тому моменту, как Алиса проснется, мне даже предъявить ей будет нечего – всю дорожку заметет. Я снова достал телефон и сделал фотографию. Современная техника позволяла снимать и ночью, и тем, у кого руки росли из одного места.
Я не был совсем уж дураком. Я понимал, что у Алисы должен был быть парень. Но почему-то я не думал, что наше с ним знакомство будет вот таким – мы случайно столкнемся на дороге и даже не заговорим. Даже как выглядит он, я не знал – у парня на голове была шапка, а шарф был замотан так, что и глаз было не видно. Мерзлявый, значит.
Я дошел до крыльца, уничтожая следы незнакомца, поднялся на крыльцо и потянул носом. Если Алиса и приводила до этого своих пассий, от них никакого запаха не оставалось. Сейчас же я явственно ощущал чужой аромат. Странно, но факт. Странное ощущение от этой ночи поселилось в груди, но я лишь отмахнулся. Если каждой мысли придавать слишком много значения, то двигаться вперед станет невозможным. Погрязнешь в пустых страхах и тревогах.
Я поднялся к себе, быстро принял душ, забрался в кровать и крепко проспал почти до полудня. С Алисой мы встретились за завтраком.
– У тебя ночью был парень здесь? – спросил я у нее.
Алиса по утрам выглядела цветущей. Преимущества юности – встал с кровати и уже красавчик. После тридцати это становится сложнее. Что там после сорока, я особо думать не хотел.
– Никого не было, – не моргнув глазом соврала эта чертовка.
– Но я же видел, – хмыкнул я.
– Встретились? – почему-то испуганно спросила она.
– Ну, – хмыкнул я, – не познакомились. Он топал куда-то пешком. До дома хоть добрался или в лесу замерз?
Алиса отмахнулась.
– Я тебя познакомлю, хорошо?
– Ты меня познакомишь, потому что иначе – плохо, – прояснил я свою позицию на сей счет.
– Скоро.
– И пока этого не произойдет, больше никаких гостей в нашем доме, ясно?
Алиса нехотя кивнула. Однако, что мне нравилось в ее характере, если она не спорила, то, скорее всего, действительно была согласна и планировала выполнять мое указание.
***
три дня спустя
Алиса соизволила сообщить мне, что с нами едет вовсе не ее подруга, только тогда, когда мы уже стояли в зале ожидания.
– С тобой поедет твой парень? – рявкнул я как можно тише, но на нас все равно обернулись.
– Ага, – кивнула Алиса. – А что? Сколько можно брать с собой моих подружек? Они потом жалуются, что ты к ним пристаешь.
Я сжал зубы так крепко, что чуть не скрипнул ими. Во-первых, я не приставал к ее подружкам, во-вторых, очевидно, они лживые тупые курицы.
– Ты должна была нас познакомить!
– Так сейчас познакомлю! А вот и Димка. Эй, Дим, мы здесь!
Я планировал бросить на парня Алисы короткий взгляд, а затем продолжить выяснять отношения, но все пошло не по плану. Димка. Дима. Не самое редкое имя на земле, особенно уж в нашей стране-то. Но я смотрел на него и видел, что это тот самый сладкий мальчик, которого я зажимал в клубе месяц назад. Тот самый, о котором я так часто вспоминал. Я смотрел на Диму и почему-то думал, что он бывал в моем доме. Что мы чуть не столкнулись на дороге, но меня тогда отвлек звонок. Собрав всю силу воли в кулак, я перестал откровенно пялиться на парня.
– Меня, кстати, – усмехнулся я, – Максимом Константиновичем зовут.
На красивом лице отразилось удивление, а следом – почти паника. Черт его знает почему, но отчего-то происходящее доставляло мне почти наслаждение. Я не мог думать о том, что это парень Алисы. Зато вполне себе мог о том, что следующие две недели мы проведем в одном доме на горнолыжном курорте.
Глава 5
Я сопротивлялся до последнего. Во-первых, я всю жизнь проводил зимние каникулы дома. Знаю, старомодно, но у нас было принято собираться всей семьей за столом, есть традиционные салаты, – хотя в последнее время моя мать уже и начала заменять майонез сметаной и совершать прочие рокировки, которые были призваны сделать еду более полезной или хотя бы не такой убойной, – смотреть вместе пусть и не “Иронию судьбы”, но “Один дома”. Иногда после полуночи я или моя сестра уходили в свои компании, но все это уже после боя курантов. Во-вторых, был какой-то мерзкий привкус у того, чтобы отдыхать за счет своей девушки. Причем, если уж совсем откровенно, ехали мы даже не на деньги Алисы, которые я мог бы ей потом вернуть, а за счет ее отчима. Я пережил уговоры и крики, но на слезах сдался. Может быть, я был тряпкой. Даже наверняка. Понятия не имею, как остальным удавалось не поддаваться на подобные манипуляции.
Для поездки на горнолыжный курорт нужно было еще обзавестись специальной одеждой, так что до праздников я работал как проклятый. Стоило мне закрыть глаза, как перед глазами плясали чужие курсовые и контрольные. На последней неделе я еще и собирал подарочные коробки по ночам в магазине, что был расположен недалеко от дома. В итоге я купил подарки семье и друзьям, туалетную воду Алисе, спортивные штаны и куртку себе, а чемодан, про который вспомнил в последнюю минуту, взял у сестры.
Мы вылетали днем тридцать первого. Я был сонный, уставший и без гроша в кармане.
“Я на месте”, – написал я Алисе, когда прошел первые рамки. Естественно, она ничего не ответила. Лиса почему-то считала нормальным выключить и звук, и вибрацию на телефоне даже тогда, когда у нее была назначена какая-нибудь встреча. Я тяжело вздохнул и поплелся ее искать. Про отчима Лисы я старался не думать. Мы с ним так и не познакомились, и я был вовсе не уверен, что он будет в восторге от моего общества.
Наконец, я увидел свою девушку. На самом деле, я так и не привык называть Алису именно так. Моя подружка. Герлфренд. Так, вообще, кто-то говорил? Лиса окликнула меня, и я помахал ей в ответ.
Когда я подошел, Лиса коротко чмокнула меня в щеку, а затем я развернулся к ее отчиму, чтобы она могла нас познакомить. От одного взгляда на мужчину меня бросило в дрожь. Это был он. Стоял с совершенно равнодушным выражением лица. Смотрел на меня так, будто я был пустым местом. Я с облегчением подумал, что он меня не узнал. Мне почти удалось вдохнуть поглубже, как мужчина заговорил. Его голос… в животе свернулся жар. В первую секунду я не понял. Я даже хотел съязвить, что слово “кстати” тут совершенно неуместно. Да, порой, когда я нервничал, я ляпал что-то глупое и хамоватое. Сколько проблем я огреб из-за этого – не сосчитать. Но в следующее мгновение осознал, почему Максим… Максим Константинович представился именно так. Он просто повторил ту фразу, которую я сказал в клубе. А это значило, что каменное лицо было лишь маской. Отчим Алисы помнил меня и вовсе не собирался делать вид, что мы не знакомы. Мое лицо обдало жаром и, наверное, я покраснел. Чувствуя легкое головокружение, я опустился на одно из сидений в зале ожидания.
– Ты чего? – фыркнул Лиса. – Перенервничал? Мой отец тебя не съест.
Я прикусил губу, чтобы из меня не вырвался нервный смешок. Хотелось сказать, что он целовал меня пару месяцев назад так, будто был совсем не против сожрать.
– Просто устал, – слабо улыбнулся я. – Много работал.
– Усердно работать – это похвально, – нагло усмехнулся Максим Константинович. – Но и отдыхать нужно с чувством. Предлагаю перекусить вон там.
– Я не голоден, – помотал я головой.
– Ну что ты, Дима, я угощаю, – заверил Максим Константинович.
Не скажу, что мне стало сильно легче.
Можно было сбежать. Соврать Алисе, что у меня бабушка попала в больницу. Ба скончалась два года назад, обожала меня и, я уверен, простила бы мне некрасивую ложь. Да, в конце концов, можно было и не врать. Нет, конечно, про клуб я Лисе рассказывать не собирался, но мы могли поругаться и некрасиво расстаться прямо перед вылетом. Логично, что в такой ситуации я бы не поехал с ними ни на какой отдых. Но во мне вдруг взыграло упрямство. Я же решил жить нормально, не так ли? Убегу сейчас – и будут бегать постоянно. Максиму Константиновичу тоже совсем не с руки, чтобы та история всплыла. Да и, Дима, будь взрослым человеком – ничего не было. Мы не спали, не встречались. Один поцелуй по пьяне, – даже парочка поцелуев по пьяни, – точно не считаются. Только моя истерика и может придать им вес.
В кафе были конские цены, и я наотрез отказался брать что-либо. Три раза отказался, но Алиса и Максим Константинович продолжали настаивать. Только чтобы закончить этот ужасный разговор, я согласился на трюфельный торт.
– Сладкоежка? – поднял бровь Максим Константинович, и я снова покраснел.
Это была просто моя фантазия. Я сам придумал, будто в его интонациях было что-то неприличное, вот и все. А торт, кстати, был вкусным.
Перед посадкой Лиса убежала в уборную, а мы с Максимом Константиновичем остались наедине. Если не считать всех остальных людей, что ждали своей рейс.
– Максим Константинович, – начал я и выяснил, что скорее блею, чем говорю, – я хотел попросить… то есть, хотел прояснить… я имею в виду, давайте сделаем вид, что ничего не было?
Он молчал куда дольше, чем я ожидал.
– Что же, – хмыкнул Максим Константинович в итоге, – попробуй.
Мне захотелось побиться головой о ближайшую стену. Но я сдержался.
Глава 6
Его рука легла мне на бедро и медленно поползла вверх. Пальцы, сильные и горячие, обжигали даже через ткань брюк. Я распахнул глаза и уставился на Максима Константиновича с возмущением. Здесь была его дочь! Я повернул голову направо, но Алиса спала крепким сном, завалившись в сторону иллюминатора.
– Что вы делаете? – прошипел я. – Уберите лапы от меня.
– А то что? – спросил он, нагло улыбаясь. – Не вытерпишь и начнешь умолять оттрахать тебя прямо в самолете?
– Что вы такое говорите! Здесь же люди, – прошептал я, осматривая салон.
Все кресла вокруг были пустыми.
– Что происходит? – испуганно спросил я.
***
– Дима, еду принесли, – кто-то настойчиво, явно уже не первый раз, повторил над моим ухом.
Я открыл глаза. Сердце стучало как сумасшедшее. Надо мной склонился Максим Константинович. Ничего такого, как в моем сне, он, конечно, не делал. Я повернулся к Лисе – она и правда спала, но зато все остальные люди в салоне шумели, переговаривались и распаковывали обед.
– Алиса сказала, ее не будить, – поведал Максим Константинович и пожал плечами. – А тебя я решил покормить. Но ты крепко спал. Сон хороший видел?
Я предательски покраснел и невольно бросил взгляд на свой пах. Максим Константинович проследил за моим взглядом, а значит он тоже увидел… Какой позор. Стояло у меня так, будто я порноролики смотрел, а не дремал.
– Хороший, – усмехнулся Максим Константинович. – И что же? Дочь моя снилась? – уже с откровенной издевкой спросил он.
– Такие вопросы не задают воспитанные взрослые люди, – огрызнулся я. – Прекратите. Это не смешно и говорит прежде всего о вас не лучшим образом.
Максим Константинович покачал головой.
– Я бы поверил, Дима, в то, что ты искренне возмущен, но, пожалуй, не поверю.
Я уставился на него в ожидании, когда он закончит фразу, но мужчина замолчал и принялся открывать свой контейнер с едой.
– И это все? – переспросил я. – Вы бы поверили, но не поверите? Вы в этом предложение причину потеряли.
– Не нужно мне никаких причин, Дим, – хмыкнул он, а потом наклонился ближе к моему уху и закончил фразу: – чтобы не верить маленьким потаскушкам, которые по клубам клеят мужиков.
Он сказал это очень тихо. Так, что в гуле самолета его слов не могли разобрать ни другие пассажиры, ни Алиса, даже если бы она проснулась. Но я почему-то четко услышал каждое слово, и каждое было, как пощечина.
– Все не так, – только и промямлил я.
– А как? – с улыбкой спросил Максим Константинович, будто мы ведем светскую беседу.
– Я потом вам расскажу, если это правда важно, – вздохнул я. – Это длинная история. Но я могу вам поклясться, что все не так, как вы вообразили.
– Откладываешь рассказ, чтобы придумать более красивую легенду?
– Вовсе нет! – возмутился я так громко, что Лиса завозилась. – Нет, – повторил я тише.
– Вот молодежь пошла, – хмыкнул он. – Даже и спросить нельзя.
Я ковырял свой обед, который на вид был весьма неплох, но кусок в горло не лез. Дело в том, что я постепенно начинал понимать, как видит ситуацию сам Максим Константинович. Какой-то парень, который ходит по ночным клубам и клеит богатых мужиков, решил сменить амплуа и вместо богатого мужика склеил обеспеченную девочку. Будет ли Максим Константинович в таком случае считаться с нашими с Алисой отношениями? Определенно нет. Будет ли думать, что нам не нужно мешать? Тоже нет. Понятно было, что такого парня, каким он меня считал, нужно заставить держаться от своей дочери, хоть родной, хоть приемной, как можно дальше. А попутно, пожалуй, можно и развлечься.
Я с остервенением воткнул вилку в котлету, будто бы именно она была виновата во всех моих бедах. Потом повторил эту операцию с брокколи. Наконец, казнь рыбы и овощей закончилась – стюардесса прошла и собрала у всех мусор.
Алиса проснулась незадолго до того, как самолет начал снижаться, но сразу заметила, что я в дурном настроении.
– Что, с отцом моим поругался? – сочувственно спросила она. – Не обращай внимание, ему никто никогда не нравится. Такой уж он человек.
– Да нет, все хорошо, – соврал я и улыбнулся. – Отцам и не должны нравиться парни их дочерей. Таков закон.
Алиса рассмеялась над моей шуткой и успокоилась. Кажется, она искренне переживала за то, что мы будем ругаться нон-стоп и испортим ей весь отдых.
Но проблема моя была вовсе не в том, что я не нравился Максиму Константиновичу. Скорее уж в том, что я понравился ему слишком сильно.
Глава 7
Я наблюдал за Димой куда внимательнее, чем могло показаться на первый взгляд. Не пялился в упор, конечно, но сосредоточенно слушал все, что он говорил, и следил украдкой за выражением его лица. К счастью для меня, мимика у него была весьма выразительная. Вот он не одобрил Алису, а вот оказался слегка дезориентирован по прибытии, но сделал вид, что путешествия и перелеты для него плевое дело. А теперь он злился на Алису и боялся, что я вмешаюсь в их разговор. Я притворился, что проверяю сообщения в телефоне.
Мы прошли контроль, забрали багаж и вышли на парковку. Я вызвал такси через приложение, а когда машина подъехала, кивнул Алисе:
– Садись вперед. Тебя же укачивает.
Алиса бросила на меня недовольный взгляд, но все же плюхнулась рядом с водителем. Я знал, что на самом деле Алису не мутило в машине. По крайней мере, если в этом не был замешан алкоголь. Но все те годы, что мы были вместе с ее матерью, Алиса отказывалась садиться назад и устраивалась на переднем сидении рядом со мной. Полагаю, так выражалась ее ревность к матери, хотя мы никогда этого не обсуждали. Сейчас же она точно сочла мое поведение маленькой местью, но все-таки забралась вперед, решив в кои-то веки не спорить. Вообще, при Диме она вела себя на редкость хорошо и послушно. Интересно, почему?
– Сейчас мы приедет и разместимся в доме, – поведал я Диме, пока Алиса дулась на меня и слушала музыку в наушниках, – а потом отправимся в ресторан.
– Ресторан? – переспросил он таким голосом, будто я сказал, что собираюсь сдать его в лабиринт Минотавра без всякой нити от Ариадны. – З-зачем?
– Так Новый год же, помнишь? – усмехнулся я.
– Я слышал, что только мы… Что только у нас его так отмечают масштабно. В других странах Рождество же, нет?
– Но мы-то из своей страны, верно? – хмыкнул я. – К тому же все-таки отмечают. В любом случае будет весело. Расслабимся, посмотрим салют. Потанцуем.
– С кем потанцуем? – ошалело переспросил Дима.
– Вы с Алисой потанцуете, – улыбнулся я, довольный собой.
Оставив Диму в полуобморочном состоянии, – уж не знаю, что именно в моей речи привело к такому, – я погрузился в свои мысли. Плохо, что у меня не было подарка для Димы. Не то чтобы я стремился сделать ему приятно, скорее в данном случае даже наоборот. Смутить, напугать, соблазнить – определенно. Но не порадовать. Подошло бы что-то дорогое и двусмысленное, но у меня в чемодане валялась только безделушка для “подруги Алисы”. Кто же знал, что подруга Алисы окажется привлекательным парнем, которого я хочу затащить к себе в постель?
В коттедже, где мы остановились, было два этажа. На первом расположились две спальни, кухня, объединенная с большой гостиной, помещение со стиральными машинами и сушильным шкафом и небольшой сауной. Второй этаж был сильно меньше и представлял собой одну комнату без перегородок. Изначально я собирался поселиться именно там, но раз уж Алиса и Дима займут всего одну спальню, то я решил занять вторую.
Я успел сходить в душ и разложить вещи к тому моменту, когда в мою дверь робко постучали.
– Да! – крикнул я. – Это ты, Алиса? – спросил я почти уверенный, что это не она.
– Это я, – смущенно сказал Дима, открывая дверь. – Можно, Максим Константинович?
– Тебе всегда можно, – заверил я его.
– Мне нечего надеть.
– Сходи голый, – с невинным видом предложил я.
– Я могу сходить и так, – отрезал он, складывая руки на груди.
Я же никак не мог понять, какой у Димы характер. Большую часть времени он вел себя как размазня, но, вот же, иногда в самый неожиданный момент показывал зубки. Почему-то мне это нравилось, хотя должно было раздражать.
– Меня, – он подчеркнул голосом это слово, – ничего не смущает в старых джинсах и растянутой футболке. Это вам сидеть рядом со мной. Если устраивает, то не стану вас больше отвлекать.
Я держался до последнего, но все-таки рассмеялся над пафосностью этой речи.
– Постой, Дим, – фыркнул я. – Размер у нас разный, но давай все-таки посмотрим, что можно сделать.
Какое-то время мы перебирали брендовые шмотки в моем шкафу. Дима был вынужден стоять ко мне очень близко, и я чувствовал его запах. Мужской, но в тоже время мягкий, а не резкий. Хотелось притянуть его к себе и поцеловать. Вот к чему все это сопротивление? Ему же все понравилось тогда.
– Вот неплохая футболка, – сказал я, протягивая ему темно-зеленую, – и вот, – добавил я черную.
– Максим Константинович, – тихо спросил он, не глядя мне в глаза, – зачем вы так делаете? Я же с Алисой. Она вам не чужой человек. Вы сделаете ей больно, если получите свое. Просто представьте.
Конечно, определенный смысл в словах Димы был, спорить глупо.
– Что же, – вздохнул я, – тогда скажи мне, что любишь ее.
– Что?
– Скажи, что любишь Алису, и я от тебя отстану.
– Вот так просто?
– Да. Раз просто, то тем более скажи.
– Я… Я… – Дима наконец-то поднял на меня взгляд, а затем выдернул футболки из моих рук, и попятился к двери. – Не ваши дело, что я чувствую! – заявил он и вышел, громко хлопнув дверью.
Я уставился на полки так, будто там должен был появиться ответ на вопрос, откуда такой искренний мальчик, вообще, взялся. Искренний и дурной.
Глава 8
– Что ты подаришь моему отцу? – спросила Лиса, сидя на кровати и болтая ногой.
Я аж вздрогнул от этого вопроса. Во-первых, я сразу представил, что мне ответил бы Максим Константинович, если бы я поинтересовался его виш-листом. Во-вторых, дело в том, что у меня не было никакого подарка для отца Алисы, хотя я с самого начала знал, что едем мы вместе. Видимо, все мое смятение отразилось на лице, потому что Лиса недовольно передернула плечами.
– Дим, ты иногда ведешь себя так, будто тебя в диком лесу растили.
– Нет, в малогабаритной двушке, – огрызнулся я. – Что, по-твоему, я должен подарить ему? У твоего отца все есть.
Глупо было отрицать, что я злился оттого, что чувствовал себя виноватым. Скорее перед Алисой, чем перед Максимом Константиновичем. Между делом я задавался вопросом, стоит ли мне называть его по имени-отчеству. Спрашивать у него было опасно. Не сомневаюсь, что он был не против небольшой фамильярности. Но даже про себя я не мог сократить его имя до Максима или Макса. Это будто бы уменьшало дистанцию между нами, чего я совершенно не хотел.
– Лис, серьезно, – пробормотал я, садясь рядом с Алисой. – Какой подарок я мог бы сделать?
– Не знаю, – отмахнулась она. – Хоть тот же алкоголь.
– Вести с собой бутылку в чемодане только ради того, чтобы подарить?
Алиса вздохнула.
– Ладно, забей. Будет без подарка. От него не убудет.
Она повернулась ко мне, и я коротко поцеловал Лису в губы. Они уже были накрашены, и у меня во рту остался вкус помады. Не то чтобы неприятный, просто очень характерный.
Если у меня из одежды на выбор были джинсы с одной не моей футболкой или с другой, то Алиса с собой привезла кучу шмоток. Я даже не знаю, как она поместила их в один, пусть и весьма объемный, чемодан. Я смотрел, как она примеряет разные платья, и думал о вопросе Максима… Константиновича. Нет, все же придется мне звать его полным именем. Любил ли я его падчерицу? Мне всегда казалось, что если я и не был влюблен, как в романтических комедиях, то Алиса все же нравилась мне достаточно сильно. Она была красивой. По крайней мере, все так говорили. Хорошо пахла и порой рисовала что-то симпатичное на лице своей косметикой. По мне так не было большой разницы между накрашенной Лисой и Лисой без макияжа, но в эти дела я не лез. Ее характер был сложной темой. Она была той еще взбалмошной бунтаркой, но все-таки мне нравилось, что Алиса была решительно и смелой, могла решить за двоих. Никогда не сомневалась в том, чего хочет. Я думал, что любовь – это вещь, которая не появляется сразу. Нужно просто быть вместе и работать над этим, выбирать быть с кем-то и что-то еще такое писали об этом в интернете. Но когда вопрос прозвучал прямо и без всяких прелюдий, я растерялся, будто вытянул на экзамене не просто билет, который не учил, а билет, который вовсе был по другому предмету.
– О чем задумался? – улыбнулась Алиса, которая, кажется, выбрала платье, которое на ее взгляд подходило к случаю.
А еще, я не мог не заметить, она отвергла откровенно вечерние варианты в пользу более современного и простого фасона. Думаю, чтобы мы лучше смотрелись вместе.
– Лис, а ты любишь меня? – спросил я, осознавая, что это гадский, совершенно нечестный вопрос.
– Конечно, – заверила она меня, забираясь ко мне на колени и надавив на нос. – Иначе зачем бы я с тобой возилась? А ты?
Я малодушно покивал. Что же, соврать Алисе мне оказалось куда проще, чем ее отцу. Даже думать не хотелось, что это говорило обо мне. Впрочем, ответ лежал на поверхности.
Ресторан оказался не настолько шикарным и пугающим местом, как я уже успел себе вообразить. Здесь были большие и просторные залы, много света и живая музыка. Чуть освоившись, я смог разглядеть угол с игровыми автоматами, где уже зависали некоторые из гостей.
Мы сели за наш столик, и я с опаской опустил взгляд на столовые приборы. Однако никакой тысячи вилок и прочих сложностей не обнаружил, поэтому выдохнул с облегчением.
– Знаешь, Дима, – проникновенно начал Максим Константинович, и я поднял на него несчастный взгляд.
Ну что же он никак не мог от меня отстать-то!
– Ты первый парень Алисы, с которым она меня познакомила. Событие в некотором роде. Расскажи мне немного о себе. Вы вместе учитесь, верно?
Я кивнул, подавляя желание в панике начать оглядываться по сторонам. Нет, Дима, никто тебя тут не спасет. Люди даже не поймут, отчего тебя нужно спасать.
– Нравится ваша будущая профессия?
– Я… да… – выдал я.
Алиса посмотрела на меня озадаченно и слегка пнула под столом. Несмотря на то что институт я выбирал рационально, мне действительно нравилось учиться. Да и работу я надеялся найти с неплохой зарплатой. Обычно я говорил об учебе много и с удовольствием, но тут был не тот случай.
– Алиса сказала, что она стала лучшей на курсе. Правду сказала?
Я снова покивал. Китайский болванчик в ресторане отмечает Новый год да и только.
– А ты?
– У меня тоже все в порядке, – буркнул я, с ужасом осознавая, что наедине мне с Максимом Константиновичем общаться было куда проще.
Разговоры не были приятными, но зато были честными и откровенными. Делать непонятно какой вид, играть в социальные игры – это не было моей сильной стороной. Я мог бы сказать ему, что сделал все работы за Лису и написал все контрольные, если бы мы были одни. Здесь и сейчас, за этим столом, я мог только стараться как можно реже открывать рот, чтобы не сболтнуть лишнего.
– Не работаешь пока? – продолжил он допрос.
Работал я или нет? Стоило знать Максиму Константиновичу про мои подработки или лучше было промолчать? Какой ответ, вообще, он хотел услышать?
– Подрабатываю иногда, – выдавил я.
– Па, отстань от него, – вмешалась Алиса. – Что за допрос?
– Я должен знать, с кем моя дочь проводит время, – невозмутимо заявил он.
– Так узнаешь! – фыркнула Алиса. – Две недели впереди. А сейчас давайте решим, что мы будем есть. Дим, ты что будешь есть?
Аппетита у меня не было, так что блюда я выбирал не глядя. В итоге мне принесли один салат и два десерта. Максим Константинович не сказал ничего, но смотрел на меня так насмешливо, что я был готов провалиться под землю от стыда. А вечер ведь только начинался.
Глава 9
Я с интересом наблюдал за Димой, который приклеился к игровым автоматам. Сначала он их разглядывал так, будто они были оборудованием на инопланетном корабле. Потом довольно долго выяснял, как их можно использовать, и ходил обменивать деньги на жетоны. Мне было безумно интересно, на сколько же жетонов ему хватило скромной наличности, но если бы я подошел и спросил, то выдал бы свою слежку.
Я бросил короткий взгляд на танцпол. Алиса отжигала там одна. То есть, конечно, не глобально. Людей на площадке было достаточно, музыка была хорошей, да и атмосфера подходящей. Суть была в том, что Дима, который утверждал, что они пара, торчал максимально далеко от Алисы. Все же странные были у них отношения. Я все больше думал, что ему просто что-то нужно было от моей дочери. Он между тем неплохо устроился. Встречается с девочкой, которая учится лучше всех на курсе. Красива, состоятельна, имеет связи. Достаточно попросить, и Алиса или я могли бы найти Диме неплохую подработку, а потом и работу. Опять-таки поехал на отдых за мой счет. Стоило, конечно, еще выяснить, что сама Алиса в нем нашла, но этим я планировал заняться позже. Девушки ее возраста нередко западают на всяких придурков. Внутренний голос спросил у меня, западаю ли мужчины моего возраста на всяких придурков, и я тут же ему ответил, что, конечно, западают. Особенно если эти придурки моложе в два раза и у них такая привлекательная задница.
К тому же мне Дима никак навредить не мог. Я собирался развлечься, а не создавать семью и рожать детей. Не то чтобы Алиса высказывала желание стать молодой матерью, но не всегда этот процесс оказывался подконтрольным даже с современными средствами контрацепции.
Возможно, стоил поговрить с парнем прямо. Предложить ему оставить Алису в покое и переключиться на меня. А если он хотел получить какую-то личную выгоду, то мы с ним вполне могли бы договориться.
Я поморщился. Нет, покупать отношения вот так напрямую казалось каким-то беспомощным. Я был уверен, что смогу заинтересовать Диму и так, без агрессивных продаж. Нужно было просто чуть-чуть терпения и изобретательности.
Тем временем у юного игрока закончились жетоны. Ни один игровой автомат не соизволил выдать ему выигрыш. Я усмехнулся. В голове невольно пронеслась фантазия, где Дима крупно проигрывается и приходит ко мне с просьбой помочь выплатить долг. Во втором варианте фантазии Дима проигрывал лично мне. Думать об этом было приятно, однако я не считал, что Дима всерьез был склонен к азартным играм. Скорее впервые в жизни оказался в месте, где были игровые автоматы, и не удержался от того, чтобы попробовать. Даже если и понимал, что ничего не выиграть.
Я, наконец, отлип от колонны, рядом с которой стоял все это время, и подошел к Диме.
– Не повезло? – спросил я.
Он смущенно кивнул.
– Я не знал, что вы смотрите.
– Это потому что я стоял так, чтобы ты меня не видел, – хмыкнул я, заставив Диму еще больше покраснеть. – Закончились жетоны?
– Один остался, – признался он и продемонстрировал мне кругляшок, похожий на крупную монету. – Думал, может, оставить его себе на память об этой поездке.
– Интересный выбор сувенира, – поднял я бровь, а затем забрал жетон из его пальцев. От моего невольного прикосновения он вздрогнул. – Лучше еще раз попытать удачу. Только не здесь.
Я кивнул в сторону автомата, который очень давно не выдавал выигрыш. Дима пожал плечами. Он явно не следил за такими вещами, а играл бездумно. Мы подошли к однорукому бандиту, я опустил жетон и начал игру. Дима смотрел на все это как-то обреченно. Кажется, ему было жаль последнего жетона.
– Ну вот, опять ничего… – начал говорить он, а затем заткнулся на середине предложения. – Быть не может!
Экран показал выигрышную комбинацию, а в следующую секунду из автомата посыпали монеты. Их было так много, что в какой-то момент нам пришлось использовать мою футболку, которая была на Диме, чтобы их собрать.
– Я, что, выиграл? – ошалело спросил Дима, пока мы шли к кассе, чтобы обменять мелкие монеты на купюры.
– Вообще, – хмыкнул я, – выиграл я. Но, – я хлопнул Диму по плечу, хотя хотел по заднице, – оставь себе.
В следующий раз тем вечером мы встретились минут через двадцать. Я, Дима и Алиса снова собрались за одним столом. Как только пробили куранты и отгремел салют, Алиса достала из-под стола два ярких свертка. Видимо, наши подарки.
– Максим Константинович, – смущенно протянул Дима, – а у меня нет для вас подарка. Так неловко.
Ох, как же жаль было упущенного момента! Да уж, Дима сам был тем еще подарочком.
– Ничего страшного, – улыбнулся я. – У меня для тебя тоже. Я ведь до последнего был уверен, что Алиса возьмет с собой подружку. Да, Лиса?
Алиса только чуть пожала плечами. Раскаяния тут было не добиться.
– Так что мы поступим так, – улыбнулся я, – отправим завтра Алису на какие-нибудь спа-процедуры, а сами поедем в город. Познакомимся поближе и подберем друг другу подарки. Что скажешь, Дима?
Дима сказал, что это замечательное предложение. Думаю, он врал, глядя мне прямо в глаза.
Глава 10
Мы вернулись в коттедж к утру. Я посмотрел на экран мобильного телефона, но забыл время сразу, как отвел глаза. Пришлось проверить еще раз. Было 5:24. На улице стояла темень.
Алиса выглядела уставшей, но довольный.
– Твой отец не шутил? – спросил я у нее. – Насчет поездки завтра?
– Ты о чем? – спросила она, пытаясь расстегнуть платье. – Слушай, помоги мне.
Я подошел к Алисе и аккуратно потянул за язычок. Молния на боку послушно разъехалась. Лиса стянула платье через голову, оставаясь в одном белье и колготках, и повернулась ко мне.
– Я о том, что он сказал, что мы поедем покупать друг другу подарки.
Лиса дернула худым плечом.
– Ну, я не знаю, Дим. Скорее всего, он говорил серьезно. Знаешь, у него, вообще, с юмором так себе. Так или иначе, тебе лучше спросить у него. Завтра. А сейчас давай займемся чем-нибудь более интересным.
Алиса вставила на цыпочки и дотянулась до моих губ. Я стоял, как идиот, пока она пыталась меня поцеловать.
– Дим? – Лиса отстранилась и посмотрела на меня крайне озадаченно.
– Я не могу, – ответил я и вытер со своих губ ее помаду. – Слушай, твой отец за стеной и все будет слышно. Я просто не… серьезно.
Алиса фыркнула, а потом снова полезла ко мне, целуя и пытаясь залезть рукой ко мне в штаны. Я поймал ее ладонь и отстранил.
– Боже, – закатила Лиса глаза. – Ты, что, серьезно? Ты долбанутый в край, – заявила она. – Ладно. Иди к черту.
– Лис, прости, я…
– Отвали со своими извинениями.
Мне показалось, что в глазах у Алисы стояли слезы, но удостовериться я не успел. Она быстро выключила свет, а потом прямо в колготках залезла под одеяло. Возможно, мне стоило бы поговорить с ней, но проблема была в том, что я понятия не имел, что сказать.
Я через некоторое время тоже разделся и лег в кровать. Перевернулся на спину и уставился в потолок. Сон не шел.
Секс был не самой простой темой для меня. Я знаю, что у парней обычно все легко. Точнее, что единственная проблема мужчин может быть в том, что им не дают. Все остальное если и существует, то никогда не обсуждается. Еще иногда у мужчин не стоит, но это уже про тех, кому там за шестьдесят или после двадцати лет брака. В общем, я тут был ни при чем. Что до меня, то я просто никогда не интересовался сексом в достаточной степени. Так, как должен мужчина. Алиса была у меня первой и в этом смысле тоже. Мне было хорошо с ней, но не до звезд в глазах. Я бы вряд ли поехал через весь город, чтобы заняться с ней сексом, вот что я имею в виду. А еще то, что мне нравилось в постели с Алисой, кажется, тоже было неправильным. Я залипал на то, что она целуется уверенно и иногда почти грубо. Кажется, у нее был слишком большой опыт для ее возраста. Я никогда не спрашивал, потому что мне было и не интересно. Нравилось, что она могла сама проявлять инициативу, раздеваться и раздевать, ее уверенные движения… Я закусил губу. Мои мысли потекли куда-то не туда, когда речь зашла про уверенные движения.
Мне нужно было просто потерпеть. Да, отчиму Алисы удалось занять довольно много моих мыслей, но это не значило, что нужно было поддаваться этому. Я никогда не влюблялся всерьез. Всегда все проходило через неделю, а максимум через месяц. Подождать. Перетерпеть. Проигнорировать. И забыть как страшный сон.
Спал я плохо, но при этом ни разу не проснулся до конца, чтобы полностью осознать, где я и кто. В итоге мне удалось разлепить глаза только к часу дня. Алиса еще спала и, судя по ее сопению, будить ее не стоило.
Я с каким-то слишком уж тяжелым вздохом вылез из кровати и поставил ноги… нет, не на холодный пол, на мягкий ковер. Удивительно, насколько было приятнее жить так, с комфортом.
Я наспех натянул на себя джинсы и футболку, а затем вылез из спальни. Максим Константинович уже не спал, чтобы ему провалиться. Сидел перед камином, в котором, впрочем, не горел огонь и что-то смотрел на планшете. Мне показалось, что скорее читал книгу, но он слишком быстро погасил экран, чтобы я мог быть уверен.
– Встал? – спросил Максим Константинович и посмотрел на меня так внимательно, что я стал и сам себя осматривать.
На моей одежде пятно? Дыра? Мой взгляд опустился и к паху, и слово “встал” обрело дополнительное значение. Я покраснел.
– А вот этого, – усмехнулся он, – я не имел в виду. Но тебе, конечно, лучше знать.
– Я не… – пробормотал я, а потом понял, что он меня дразнит и оправдываться не только бесполезно, но еще и опасно. – Встал, – даже с некоторым вызовом бросил я.
Пусть думает что хочет.
– Тогда собирайся. Поедем в город.
– Я еще не завтракал!
– Поедим в городе.
– Алиса еще спит…
– Так и славно, – хмыкнул он. – Давай, Дима, хватит ломаться.
Я не мог с ним спорить. Начнешь возражать – польется потом издевок и шуточек на грани. А если еще и Лиса вмешается, я просто сгорю со стыда.
– Сейчас, – буркнул я. – Подождите десять минут.
Он только улыбнулся в ответ. Кажется, кое у кого здесь было отличное настроение.
Глава 11
Он привез меня в магазин одежды. Я мог бы и раньше догадаться, что этим все закончится. Дернул же меня черт обратиться к нему перед походом в ресторан! Больше никогда, больше никогда – вот что я повторял про себя. Только вот больше было и не надо. Сделанного Максиму Константиновичу хватило с головой.
– Вы хотите подарить мне штаны? – хотел спросить я насмешливо, но вышло как-то жалко.
– Трусы, – хмыкнул он.
– У меня есть! – огрызнулся я.
– Да? – с сомнением переспросил Максим Константинович. – А покажешь?
Только после этого я понял, что он надо мной издевается без всяких зазрений совести.
– Не дуйся, – хмыкнул он, заметив перемену в моем настроение. – Давай выберем для тебя хоть парочку вещей, в которых будет не стыдно в люди выйти.
– Мне не стыдно выходить куда-либо.
– Как скажешь, – хмыкнул Максим Константинович, а затем пошел вперед.
Мне пришлось поспешить за ним. Не знаю, что я думал обо всем этом. Я злился. Был раздражен на то, что он игнорирует мои слова. Все-то ему было смешно, везде-то нужно было меня поддеть. Но отчасти мне было приятно, что я нравился этому взрослому мужчине настолько, что ему хотелось сделать мне подарок. А уже оттого, что мне было лестно внимание подобного рода, накатывал и стыд.
– Максим Константинович… – начал я.
– Макс, – поправил он меня. – Когда мы одни, зови меня Макс.
– Не хочу! – возмутился я. – Максим Кон…
– Макс.
– Максим…
– Макс.
Я выругался. Вышло довольно грубо и грязно, и, подняв голову, я опять встретился с насмешливым взглядом. А глаза у него были, оказывается, не просто карие, а с едва заметными зелеными прожилками.
– Так что ты хотел сказать мне, Дима?
– Я забыл.
Самое ужасное в этой ситуации было то, что у меня и правда все вылетело из головы. Мне вдруг подумалось, что если бы он всегда был таким, то я бы не противился его предложениям так сильно.
Мы шли по полупустому магазину в тишине. Макс сам выбирал какие-то шмотки, прикладывал их ко мне и дальше или закидывал в корзину, или возвращал на вешалку. Цвет в основном был белый, серый и черный.
– Может быть, что-то синее? Голубое? – робко спросил я и тут же прикусил свой язык.
И что, пошутит грубо и гомофобно или сдержится? Но Макс будто бы и не думал отпускать никаких колкостей.
– Тебе не пойдет, – отмахнулся он. – Я лучше знаю.
– Откуда? Я думал, что вы в основном по тому, чтобы раздевать парней, а не одевать.
Макс рассмеялся.
– Хочешь узнать об этом больше?
– Нет, – быстро ответил я.
Слишком быстро, чтобы он мне поверил.
Через час мы оказались в зоне примерочных. Я никогда до этого дня не бывал в магазинах, где пространство с кабинками было бы обустроено настолько комфортно. Огромные примерочные с ярким освещением и зеркалами от пола до потолка. Тяжелые темные шторы из бархатистой ткани, которую хотелось гладить руками. Большая зона ожидания с плетеными креслами, подвешенными к потолку за крюки. Смотрелось грандиозно.
– Кажется, тебя можно по торговым центрам водить вместо музеев, – не оставил мой восторг без внимания Макс.
– Меня никуда водить не надо, – заверил я его, забирая корзину с одеждой. – И что теперь? Мне выбрать то, что мне нравится?
Он рассмеялся.
– Нет, Дима, – мягко сказал он. Тем же голосом, что я слышал от него в клубе. Умереть можно было. – Тебе выбрать то, что нравится мне. Для этого придется мерить и выходить сюда. Давай, начинай.
Отказать я не смог. Пришлось идти за штору, раздеваться, а потом влезать в новые вещи. Они все были до ужаса приятные. Натуральная ткань так льнула к коже, что не хотелось снимать. Первый раз я вышел из кабинки без всякой задней мысли, и тут же оказался буквально прожжен пристальным взглядом. Как так вышло, что выходил я показывать одежду, а чувствовал себя раз за разом все более голым?
Все закончилось тремя комплектами одежды: футболка и джинсы, рубашка и строгие брюки и штаны и верх, которым я затруднялся дать определение. Может быть, в них можно было пойти в клуб. К этому моменту я был настолько смущен, возбужден и устал, что просто согласился на все. Я думал, что верну потом часть суммы, если цена окажется непозволительно огромной. Однако Максу удалось оплатить все так, что я не услышал цифры, а затем вытащить, смять и выкинуть чек.
– В мусорку полезешь? – поинтересовался он.
Я не полез.
– Я тоже должен сделать вам подарок, – вздохнул я. – Давайте вы просто покажете мне, что купить? Лиса сказала, что алкоголь. Какой?
– Просто показать?
Я кивнул.
– И ты не будешь спорить?
Я нахмурился.
– С чего бы мне спорить?
– Даже не знаю. Но раз не будешь, то и чудненько. Пойдем. Кое-что есть в этом магазине.
Я пожал плечами и послушно поплелся за Максом. Мы спустились с первого этажа на подвальный, прошли по слабо освещенному коридору, а затем он распахнул передо мной одну из дверей, почему-то не прозрачных, как у других точек, и чуть ли не толкнул внутрь. Первые мгновения я ничего не видел, но затем привык к темноте.
– Выпустите меня отсюда, – тихо потребовал я у Макса. – Немедленно.
– Выбирай подарок.
– Это магазин для взрослых!
– Так и мы не дети, – заверил он меня.
Я стиснул зубы. Что он о себе, вообще, возомнил?!
Глава 12
Забавно было наблюдать за Диминым лицом, когда мы оказались в секс-шопе. Ну да, это была чистой воды провокация. И да, конечно, я заранее посмотрел, какие магазины есть в этом торговом центре. Не то чтобы я ожидал, что он с радостью кинется выбирать мне подарок, скорее просто хотел посмотреть на реакцию.
Какое-то время Дима пытался и вовсе сбежать из магазина, но мне все же удалось убедить его остаться и прогуляться между витрин.
– Это пойдет? – спросил он, указывая на большую корзину, в которой лежали сладости.
Леденцы и монпансье в форме члена, пряники, на которых глазурью были изображена вагины или же задницы. Целая коробка марципановых пирожных в форме сисек и прочие вариации на заданную тему.
– Я не ем сладкое, – усмехнулся я.
– Что не заметил, – пробормотал Дима, но от корзины отошел.
Забавный он все-таки был. Мог бы ведь послать меня, выбежать из магазина, хлопнув дверью, или вот взять шоколадные херы с ликером и презентовать, типа, подавись. Но почему-то не делал. Мне было искренне интересно узнать причину: боялся или ему тоже доставляли удовольствие эти игры?
Тем временем от сладкого мы перешли к острому. Дима залип напротив стены, где висели наручники, стеки и плетки. Причем были тут как и почти игрушечные штуки, вроде наручников, обитых розовым мехом, так и вполне серьезный стафф, которым я бы не рискнул кого-либо пристегивать, не проверив наличие ключей дважды.
– Я могу пристегнуть вас и так оставить до конца поездки? – спросил Дима, кивая в сторону крепкий металлических наручников.
– Нет.
– Точно? – сощурился он.
Я хмыкнул и снял со стенда коробку с кожаными браслетами, соединенными цепочкой.
– Попробуй, – посоветовал я ему. – Узнаешь, что будет.
Дима нервно передернул плечом. Да чего он, скажите на милость, боялся? Если бы я хотел сделать с ним что-то страшное, то уже давно бы сделал, а не таскал его по магазинам выбирать подарки.
– Это действительно кому-то нравится? – вдруг спросил у меня Дима, указывая на широкий и мягкий стек.
– Да, – согласился я. – То, во что тыкаешь ты, многим. Это не больно.
– И кто вас им бил? – тут же сориентировался Дима.
Я еле удержался от того, чтобы не ущипнуть его за задницу. Был бы поучительно, для него, и приятно, для меня, разом.
– Я проверил, – поведал я Диме, наклоняясь к его уху, – на своей руке, прежде чем прикладывать к чужой заднице. Надо же понимать, что делаешь?
– Да мне откуда знать, надо или нет, – буркнул он.
Я не стал развивать тему. Дело было в Алисе. У меня было просто множество вопросов к Диме и тому, как именно он трахается с девушками, но из-за того, что на текущий момент это были бы вопросы про Алису, я их держал при себе. Я не хотел знать, как Алиса занимается сексом. Более того, я не должен был этого знать, как и она ничего не знала про мою личную жизнь с ее матерью. Некоторые законы, даже если они не писаны, все же не стоило нарушать.
Мы перешли к витрине, где в верхней половине были аккуратно, я бы даже сказал со вкусом, были расставлены различные фалосы и предметы лишь отдаленно их напоминающие. Силикон, металл и стекло. На нижних же полках лежали коробочки с товаром.
– Я могу просто купить что-то здесь и отдать вам? – уточнил условия Дима.
– Нужно будет использовать, – не согласился я. – То, напротив чего ты стоишь, будем применять на тебе. Алисе скажем, что ты сделал подарок-впечатление.
Дима слегка покраснел, но в целом в полумраке магазина он смущался куда меньше, чем при свете дня.
– Алисе мы ничего не скажем! – возмутился Дима. – Вы забыли? Именно это вы мне и обещали. Поэтому я тут торчу с вами.
– Ах да, – с досадой отозвался я. Я и подумать не мог, что Диму так сильно пугало разоблачение. – Я помню, помню.
– Не подходит, – мотнул он головой, закончив разглядывать игрушки.
Здесь я тоже обзавелся одной из коробочек.
– Отвергая – предлагай. Знаешь такое? – улыбнулся я.
– Нет. Что это?
– Это из философии, – поведал я. – Но в настоящее время похищено коммерческими организациями. Если ты отказываешься от какого-либо варианта, то ты должен предложить свой в ответ.
– Хорошо, – согласился он. – Тогда туда.
Дима так побежал к тому шкафу, на который указал, будто он мог на него опоздать, как на поезд. Наконец, мы оказались напротив полок, что были уставлены яйцами для мастурбации.
– И как именно ты собираешься их использовать? – уточнил я.
– Понятия не имею, – заверил он. – Это же какая бесполезная фигня, нет?
– О… – протянул я и быстро прикусил себе язык. Похоже, Дима понятия не имел, как можно было применить эту игрушку. Что же, пусть так и остается. Вещь безобидная и даже отчасти бессмысленная, но для Димы самое оно. – Возможно. Это мой подарок? Бесполезная фигня, как ты изволил выразиться?
Дима кивнул, довольный собой. Я тихо фыркнул. Что говорить, я был доволен тоже.
Глава 13
Когда мы вернулись в дом, Лисы на месте не было. На всякий случай я еще раз проверил свой телефон, но нет, никаких непрочитанных смс от Алисы там не было. Зато семья и друзья поздравляли с наступившим Новым годом. Я потратил минут десять, чтобы всем ответить, а потом высунул нос в гостиную. Не удивительно, что Максим был тут как тут. Что-то резал.
– Вы не знаете, куда пропала Алиса? – робко спросил я, подходя к нему.
– Ты спрашиваешь, потому что соскучился или потому что прикидываешь, чем мы могли бы заняться? – хмыкнул Макс, ссыпая нарезанные овощи в железную миску.
– Вы умеете готовить?
– Не то чтобы, – пожал он плечами. – Нет, не умею. Но резать могу. А ты?
– Я… – я растерялся. Кажется, чуть ли не впервые с момента нашего знакомства мы просто разговаривали. Никакого подтекста, никаких игр. Не показательный интерес к моим делам при Алисе, а самый обыкновенный вопрос, который люди задают друг другу, когда хотят познакомиться ближе. – Могу, если сказать мне, что именно.
– Вот как. Что же, – чуть поднял он бровь, – тогда вон там лежат помидоры. Порежь их пополам.
– Черри? – уточнил я еще до того, как увидел мелкие помидоры на веточке.
– Проницательно, – похвалил меня Макс. – Полагаю, что Алиса в городе. Развлекается. Я, как и говорил, организовал ей отдых. Массаж, что-то для волос, что-то для лица. Я не углублялся.
– Вам не стыдно? – спросил я, доставая вторую доску и нож.
Мы с Максимом теперь стояли очень близко. По моей инициативе.
– Мне? – он будто бы задумался. Даже залез в холодильник за горчичным соусом, прежде чем ответить. – Нет, – наконец, выдал он. – А тебе?
– Очень! – возмутился я, складывая помидоры к огурцам. – В основном за вас! А что это будет за салат?
– С тунцом, – улыбнулся Максим. – Стыдно – прекрати.
Я помотал головой, чувствуя, что сопротивляться становится все сложнее. Особенно в такие минуты, как сейчас, когда Максим не ведет себя как последний урод.
– Я ничего не делаю.
– Правда? – мягко переспросил Максим, а затем отложил нож и повернулся ко мне.
– Я буду защищаться, – заявил я, выставляя перед собой короткий, но острый нож для резки овощей.
Максим рассмеялся и аккуратно отвел мою руку в сторону.
– Не верю, – тихо сказал он и сделал шаг ко мне.
Весь мой мозг затуманило от его запаха. Слишком близко и соблазнительно. Колени стали ватными.
– Ты еще не знаешь, что ты в магазине навыбирал, – добавил он, притягивая меня к себе.
Что же, правильно Максим мне не верил. Ни защищаться, ни сопротивляться я не стал. Можно сказать, что сдался на милость победителям. Рот мой послушно приоткрылся, как только чужие губы прижались к моим. Все, на что меня хватило, это не отвечать на поцелуй и не подаваться вперед. Так я и стоял как истукан, наслаждаясь тем, как мой рот вдумчиво исследуют, как теплая и сильная рука лежит у меня на пояснице и как пол медленно начинает уплывать из-под ног.
Раздался звук открывающейся входной двери, и Максим тут же отпустил меня и сделал шаг назад.
– Помидоры, – с усмешкой напомнил он.
Я бросился резать овощи, которые, строго говоря, с ботанической точки зрения были ягодами, и тут же порезал до крови палец.
– Ауч… – зашипел я.
– Приветики, – протянула Алиса, заходя на кухню. – Что у вас тут происходит?
– Твой мальчик сейчас истечет кровью, – поведал Максим, кивая в мою сторону.
– Просто нож соскочил, – буркнул я и сунул руку под ледяную воду. – Как сходила на процедуры?
Алиса чуть пожала плечами. Кажется, она все еще была обижена на меня со вчера, но не решила, стоит ли демонстрировать это при отчиме.
– Все хорошо, – наконец, решила она. – Что-то я устала. Пойду к себе.
– Будешь с нами ужинать? – спросил Максим.
– Я поела в городе, – буркнула Алиса и быстро скрылась в нашей временной спальне.
Максим выдвинул один из ящиков и как фокусник достал оттуда аптечку. Потом сам выключил воду и вынул мою руку из раковины. От каждого его прикосновения по телу пробегала волна тепла. Максим заклеил мой порез пластырем и задумчиво посмотрел мне в глаза.
– Ты не говорил, что вы поссорились.
– Мы не ссорились, – огрызнулся я.
– Я знаю Алису, – возразил он.
– Вы ничего не знаете, – выдохнул я злее, чем планировал. Я даже толком не понял, откуда взялось это раздражение. – Не знаете меня, не знаете ее. Привыкли просто брать то, что вам нравится, не углубляясь.
Максим пожал плечами.
– А к чему я должен был привыкнуть, по твоему мнению, Дим? – сощурился он. – Подбирать на дороге всякое говно, которое никому больше не сдалось? Не надо мне рассказывать, как жить. Особенно используя шаблонные фразы из дешевых фильмов.
– Это мои собственные фразы! – возмутился я.
– Еще хуже, – отрезал он. – Иди к Алисе. Поговори с ней. Все равно здесь от тебя толку никакого.
С кухни я ушел с горящими щеками. От злости, от обиды, от воспоминаний про поцелуй. Все разом превратилось в какой-то адский коктейль.
Заходя в спальню, я подумал, что к концу подходил только первый день из двух недель.
Глава 14
Он бесстыже ходил в одежде, которую я ему выбрал и купил. Понимал ли Дима, как выглядит? Джинсы облегали его задницу плотно, но не безвкусно. Футболка просто ужасно шла. Ее мягкая ткань должна была приятно прилегать к телу. Я бы даже сказал, что ласково. Мои взгляды он замечал и каждый раз зло смотрел в ответ, а потом отворачивался. Меня эти заходы только веселили.
Первую половину дня мы катались на горных лыжах, теперь же вернулись в дом. У нас был не самый разнообразный, хотя и устраивающий меня, досуг. Лыжи, приготовление еды и прогулки. Дима и Алиса вчера вечером катались с горки, как дети, но я воздержался. Хотя должен признать, что горка была крутая.
– Снимите с плиты, как только закипит, – дал я указания по поводу картофеля в кастрюле и вышел с кухни.
Мне нужно было на всякий случай проверить почту. Однако стоило мне открыть ноутбук, как без всякого стука ко мне ворвался Дима, захлопнув за собой дверь.
– А я если бы я тут чем-то неприличным был занят? – усмехнулся я.
Дима уставился на меня так, будто не понимал, о чем я говорю. Потом на его лице появилось что-то среднее между смущением и отвращением.
– Избавьте от подробностей! – воскликнул он. – Хватит на меня смотреть! – потребовал Дима.
Я рассмеялся.
– Интересное требование, – оценил я. – Расскажи мне об этом больше. Куда еще мне не смотреть? На деревья можно или нет? А на валуны во дворе?
– Только на меня, – буркнул Дима. – Я буквально чувствую всем телом, как вы пялились.
– Ты льстишь мне, – заверил я.
– Что?..
Я захлопнул крышку ноутбука и поднялся из-за стола. В несколько шагов добрался до Димы и буквально заставил его вжаться спиной в дверь. Протянул руку и повернул задвижку.
– Что вы творите? – хрипло спросил он.
– Хочу сделать с тобой что-нибудь, что ты действительно почувствуешь всем телом, – улыбнулся я.
Больше подразнил его, чем был серьезен.
– Выпустите меня немедленно! – потребовал он, но, конечно, даже не предпринял попытку сбежать.
– Иначе кричать будешь? – поинтересовался я, а потом сделал еще полшага и мы оказались так близко, что я чувствовал, насколько он горячий. И, черт возьми, насколько возбужденный – тоже. – Не будешь же, – тихо выдохнул я ему на ухо. – Я мог бы сейчас медленно расстегнуть твою ширинку и залезть рукой в твои штаны. Трогать тебя так беспардонно, как захочу, а потом заставить тебя кончить. Или… – я почти касался губами нежной кожи за ухом, – и того больше. Сдернуть с тебя джинсы, развернуть к себе спиной и раздвинуть ягодицы. Ты бы ничего не сделал. Не стал бы орать, что тебя насилуют. Более того, какое же это насилие? Тебе бы очень-очень понравилось. Я прав, милый?
Я ожидал, что Дима начнет-таки орать и ругаться, был готов даже к тому, что примется вырываться. Второй мой вариант заключался в том, что он дотянется до моих губ и наконец-то поцелует меня сам. Но того, что произошло в реальности, я не ожидал. Дима резковато подался бедрами вперед, плотно вжался в меня и тихо проскулил. Я заглянул ему в глаза – одни зрачки да и только.
– Я же просил, – прошептал он, обтираясь об меня, – так не делать. Не смотрите… не смотри…
Мои пальцы быстро добрались до его ширинки и потянули за язычок вниз. Плана не было, я просто хотел прикоснуться к нему. Вдруг раздался крик, и мы с Димой оба вздрогнули.
– Дима! – орала Алиса. – Макс! Вы где? Картошка, что с ней делать дальше?
В первую секунду я почувствовал себя так, будто меня из ведра ледяной водой облили. Возбуждение не пропало, но будто бы притупилось. Затем я тихо фыркнул.
– Нужно идти, – сказал я Диме и отстранился. – А если бы ты так долго не ломался, то картошка бы не разлучила нас.
Дима показал мне средний палец, а затем быстро открыл дверь и смылся из моей комнаты. Возмутительно, конечно, но что поделать. После этой сцены я был уверен, что достаточно лишь немного постараться – и Дима свалится в мои руки, как перезревшее яблочко.
Я все-таки проверил почту, хотя и плохо видел текст мейлов. Закончив с работой, я вернулся на кухню.
– Дим, – тихо сказал я ему, когда мы раскладывали запеченное мясо по тарелкам. – У тебя ширинка расстегнута. После туалета, наверное, забыл, м?