Читать онлайн Реквием по иному миру бесплатно
![Реквием по иному миру](/b/img/big/84060.jpg)
Глава 1. Ценная бандероль
– Бортовая дата 13.09.2525-го года от рождества Христова. Капитан Патрик Риган. Несем дежурство близ экзо планеты Проксима Центавра. Трюмы загружены. Таможенные рейды проведены. Лежим в дрейфе, примерно в километре от рудника 1724, у ближайшего астероида. Запасы пополнены. Метеоритная активность малая, радиация в норме, команда здорова, корабль и все его системы исправны. Все, что можно починено, все, что нужно окрашено. Палуба сияет чистотой. Команда мается от безделья. Ждем приказ для отбытия к основному флоту. Конец записи.
Капитан перевернулся в кресле и посмотрел за спину.
– Записала? – обратился он к силуэту, стоящему поодаль в полумраке смотровой площадки.
– Да капитан. Как всегда, – ответил ему приятный женский голос.
– И, конечно, внесла поправки?
– Конечно, Капитан. Это официальный документ….
– Ох… Когда это кончится?! – воскликнул Риган, растекаясь по креслу, – Ждать уже сил нет. Утомил этот унылый пейзаж…. Разверни корабль! Хочу видеть звезды.
– Выполняю… – отозвалась она. Небо над прозрачным панорамным куполом дрогнуло, и огни старательской артели сменились живописной россыпью звезд.
– Чем занята команда?
– Часть команды, с вашего разрешения, пребывает в стазисе. Инженерный отсек соревнуется в точной калибровке ядер реакторов. Камбуз работает над очередным кулинарным шедевром. Лингвист развлекает оставшийся экипаж эльфийской культурой и фехтованием. Про тех, кто уединился тоже отчитаться?
– Нет. Лишнее. Их право. И как там у инженеров?
– Счет идет уже на атомы.
– Да ну! – оживился капитан.
– Я тоже рада. Не беспокойтесь. Перед стартом, я верну все, как было. Согласно техническому регламенту.
– Не сомневаюсь… – вздохнул он.
– На камбузе, когда эта вакханалия закончится, я тоже верну все в норму.
– Лингвиста ты тоже вернешь в норму?
– Боюсь, тут я бессильна, – она развела руками.
– Ага! – капитан довольно ухмыльнулся. – Малая толика свободы у нас еще есть. Хорошая физподготовка не бывает лишней. Главное, чтобы не пропускали вахты.
– Я прослежу за этим, капитан.
– Анна?
– Да?
– А ты сама-то, не хочешь с кем ни будь уединится?
– Я ваша, капитан. И только ваша. В уставе нет на этот счет ограничений…
Патрик Риган весело прихмыкнул, потянулся всем телом и легко встал с кресла.
– Дальнее обнаружение! – скомандовал он. – Сектор 12. Похоже, к нам гости.
Перед глазами Капитана возник панорамный экран с изображением движущегося объекта. Небольшое курьерское судно стремительно приближалось к кораблю. Оно только что вышло из подпространства, создав яркую реверсивную вспышку. Именно ее и заметил Риган.
– Почта? – удивился капитан. – Как интересно…
– Курьерский корабль малых размеров и малой дальности. Не имеет своих ускорителей. Разогнан принудительно.
– Давно я такого не видел. Билет в один конец, значит?
– Вероятно. Торможение не завершено. Судно не управляемо, движется по инерции. Издает автоматический сигнал «SOS». Мои действия?
– Все по уставу. Инерцию под контроль. Открыть док, принять на борт. Команда по кораблю: бригада медиков и спасателей в док. Неуправляемый челнок совершает аварийную стыковку. Приготовиться к экстренному маневру!
– Сделано, капитан.
Риган заложил руки за спину и выпрямился. На палубах корабля противно забрюзжал зуммер тревоги, хотя этого уже давно не требовалось. Информация среди экипажа распространялась мгновенно и адресно. Но, зуммер на судне есть, и он исправен. Почему бы и нет? Дежурные офицеры заняли свои посты, спасатели облачились в инженерные скафандры. Бригада заспанных медиков уже переминалась с ноги на ногу у аварийного шлюза.
Анна совершила разворот судна, и, балансируя маневровыми двигателями, точно синхронизировала скорость громадного «Толлау» и почтового шаттла. Почтовое судно, приторможенное силовым полем, плавно вошло в шлюз и уткнулось носом в причальную палубу. Конечно, можно было использовать аварийных дронов или демпферное поле, но Анна, чувствующая корабль интуитивно, по каким-то своим причинам поступила именно так.
Когда створки дока окончательно отделили шатл от внешнего космоса, маленькое судно плавно опустили на палубу. К счастью, никаких нештатных ситуаций вроде возгораний и задымлений не стряслось. Спасательная служба бережно вскрыла грузовой люк и проникла внутрь. Экипажем его оказался один единственный человек в глубоком стазисе. А грузом – несколько ящиков с провизией и медикаментами. Видимо на непредвиденный случай.
Стазис поле, а вернее поле нулевой фазы, явление автономное. Зацикленное само на себя. Оно не требует внешнего источника питания. Если объяснить совсем буквально, то оно, по сути, останавливает ход времени в определенном пространстве. Нарушая ткань пространства времени, оно как бы вырывает объект из действительности, в том состоянии, в каком он есть на данный момент. В отличие от анабиотических камер, ему не нужно никаких дополнительных средств поддержки жизнеобеспечения. И оно не оказывает пагубного влияния на здоровье живых существ. Единственный минус – стазис поле нельзя отключить самостоятельно. Только с помощью устройств таймеров или внешнего вмешательства. Если поле слабое, рассчитанное, например, на одного человека, бывает достаточно просто подкинуть что-либо внутрь контура. Масса объекта меняется, цикл нарушается, и поле рассеивается. Как и все гениальное, оно было открыто случайно, во время экспериментов с энергией вакуума. Сложность применения заключалась в том, чтобы привязать физическое тело, объятое полем к точке пространства, но убрать привязку ко времени. Так и возникла теория нулевой фазы. По сути, в этой фазе поле, как бы заранее, на ничтожную долю секунды совмещает пространство и время и тут же, как бы догоняет этот момент. Это происходит за счет постоянного движения пространства во вселенной. Поле остается привязанным к пространству, а время внутри него по факту не движется. Вернее, движется, но течение его равно чудовищно малой погрешности. На крупных судах стазис может охватывать весь объем или отдельные секции, или каюты. На малых же судах, и сверх малых, присутствуют переносные стазис камеры. Их отличие в том, что такой стазис можно прервать исключительно таймером, либо из вне, пользуясь консолью. Как правило, консоли фиксируют в своем интерфейсе жизненные показатели человека на момент погружения в стазис. Но не всегда. Именно поэтому, в экстренных ситуациях, их и транспортируют сразу в мед отсек, где есть специализированное медицинское оборудование на этот случай. Стандарты по флоту на этот счет крайне строгие.
Камеру с пассажиром шатла бережно извлекли, и транспортировали в мед отсек. Капитан прибыл на место практически сразу, в сопровождении Анны, конечно.
Когда отключили стазис, человек в форме офицера объединенного флота, ожил и встревожено огляделся.
– Капитан Риган? – тут же спросил он.
– Я Риган! – представился капитан.
– Иен Гайсин. С этого момента наблюдатель при вашей миссии.
– Миссии? – Удивился капитан. – Доставка топлива, вот наша текущая миссия. Это вы собираетесь наблюдать?
– Так точно. Топливо… – кивнул он. – Как бы сказать… в общем, все поменялось. Где мы можем поговорить наедине?
– Зал для брифингов…. – Риган повел бровью. – Может, для начала, придете в себя и отдохнете?
– На это еще будет время, капитан. Я в порядке.
– Ну ладно…. В таком случае, следуйте за мной, Иен.
Капитан развернулся и вышел из лазарета. Встревоженный гость, нелепо взмахнув рукой в знак приветствия, под слегка ошалелые взгляды команды, покинул стазис камеру, и шагнул следом за капитаном. Впрочем, из стазиса каждый выходит по-разному. Зависит от особенностей сознания человека. Но, обычно, человеку кажется, что прошла лишь секунда-другая.
Спустя какое-то время, озадаченный Капитан Риган и его нежданный гость расположились в зале для брифингов. Офицер Гайсин выглядел встревожено и заметно нервничал.
– Мы одни, – заметил капитан.
– А она? – Гайсин указал на Анну.
– Думаю, нет смысла скрывать что-то от нее. Все равно узнает.
– Да, да… вы правы. Просто на моем судне все несколько иначе. Перейдем к делу?
Гайсин достал из внутреннего кармана блок памяти и поместил на устройство ввода.
– Нам нужно попасть на Землю. Как можно скорее.
Риган кивнул, давая гостю возможность продолжить. В воздухе возник панорамный экран, на котором отобразилась Солнечная Система.
– Мы потеряли связь с землей! – объявил Иен.
– В каком именно смысле, потеряли?
– В самом что ни на есть прямом. На солнце была зафиксирована аномальная вспышка, волна от которой прокатилась по всей системе и рассеялась спустя многие миллионы километров. Не факт, что именно она явилась причиной, но очевидные совпадения на лицо. Связи нет. Как нет ее и с ближайшими колониями на Марсе, Луне, Юпитере, Уране и их лунах. Станции слежения не отвечают. Все, кроме автономных, которые находятся на расстоянии больше светового года.
– И, как давно? – осведомилась Анна.
– Несколько месяцев. Учитывая то время, что я провел в пути… примерно семь.
– Если не ошибаюсь, флот сейчас где-то в одном календарном годе пути от нас?
– Да. Примерно так, – Кивнул Гайсин. – Если учитывать максимальную скорость. Но на деле…
– Значит ли это, что вы двигались со скоростью, практически вдвое превышающей максимальную скорость Толлау?
– Так и есть.
– Это как же?! – оживился Риган.
– Если коротко, то мой шатл оснастили одноступенчатым ускорителем, и поместили на нос грузового корабля. Разогнали его в автоматическом режиме до субсветовой скорости, а потом, разогнали уже мой шаттл. Как вы догадались, все ресурсы моего судна ушли на торможение и выход из подпространства. Разумеется, грузовой корабль уничтожили. Распылили на атомы в целях безопасности.
– Хм… технически это возможно, – усомнился Риган. – Но масса обоих кораблей должна быть вывешена до грамма, а вектор движения идеально высчитан.
– Так и было, капитан. Набор предметов в трюме моего шаттла не случаен. Запуск производили при помощи синхронизированных гравитационных полей трех линкоров. С поправкой на текущие координатные изменения. Так вектор ускорения должен был быть идеальным.
– Такие затраты чтобы отправить одного человека?! Немыслимо! Да и опасно, к тому же.
– Рискованно… – согласилась Анна. – Вы могли отказаться. Сейчас мирное время и вас никто не осудит, Иен.
– Так точно. Отбор был справедливым. Я доброволец. Совесть совета останется чиста.
– И, что вас на это сподвигло, простите за прямоту? – поинтересовался Риган.
– Личные мотивы, капитан. Тут нет тайны. Я сразу вскрою карты, чтобы не было недопонимания. Дело в том, что на Земле у меня осталась жена. Ну, вы понимаете… была женой до того, как я вступил во флот. Для вас достаточно такого объяснения?
– Что ж… – Риган заерзал в кресле. – Весомый аргумент. Простите за бестактность.
Риган встал и подошел ближе к экрану, на котором циклично повторялось одно и то же: Солнце вспыхивало, и яркая волна, отделяясь от него, постепенно рассеивалась по солнечной системе.
– Подтвердите ваши полномочия, перед тем как мы продолжим разговор.
– Да, конечно. С минуты на минуту вам поступит приказ о моем назначении. Его отослали отдельно от первой директивы. По понятным причинам.
Риган вопросительно посмотрел на своего навигационного андроида, и Анна дала утвердительный ответ.
– Все верно, капитан. Серия кодированных импульсов, только что. Приказ получен. Мы переходим под командование Иена Гайсина с момента его появления на борту Толлау. Утверждено непосредственно советом флота.
– Не совсем так, – поправил Иен. – Я не капитан, я аналитик. Командование кораблем – это ваша задача, как и прежде. Во всем остальном мне развязаны руки.
– Хм… звучит пугающе, – заметил Риган. – Но как бы там ни было, мы в вашем распоряжении!
Иен немного расслабившись, крепко пожал предложенную ему руку.
– Так, значит наша цель – Земля?
– Так точно. Вы единственное подходящее судно, дрейфующее ближе всего к Солнечной системе.
– Да… именно эта близость будоражила умы фантастов прошлых столетий.
– Что вы имеете в виду, Риган? – не понял Иен.
– Да так, литературное наблюдение. Любите ретро фантастику 19-го, 20-го века? Читали?
– Нет. Не доводилось….
– Забавная литература. Не берите в голову, это я так, к слову, – дружелюбно пояснил Риган.
– Так, что дальше, капитан?
– Вы должны представиться и озвучить приказ флота в присутствии Капитана судна или его первого помощника. Для протокола, Иен. Бортовой интерфейс перед вами – он указал на Анну.
– Конечно…. Запись в судовой журнал! Иен Гайсин, полномочный офицер флота. Согласно решению высшего командования флота, приказываю капитану таможенного судна Толлау, Патрику Ригану, немедленно прекратить текущую миссию, и взять курс на Солнечную систему. Дата и время согласно бортовому исчислению.
– Принято, – кивнула Анна. – Начинаем подготовку к полету?
– Так точно, – вздохнул капитан. – Буди команду. Начинай предстартовые проверки. Что-то интересное намечается!
Гайсин глянул на него искоса, но промолчал. Капитану виднее.
– Иен? – почти ласково обратилась к нему Анна.
– Да?
– Хоть вы и провели весь путь в стазисе, все же, дорога была рискованной и не близкой. Я рекомендую вам отдохнуть хотя бы пару часов. А мы пока подготовим судно к отбытию. Ваше присутствие не обязательно.
– Вы правы. Я чувствую себя чертовски усталым. Э… еще один момент! Как я понял, штатный язык на корабле русский?
– Да. «Толлау» корабль проекта «Рубеж», его интерфейс унифицирован, как и на любом корабле флота, но, надписи, таблички и техническая документация все же на русском. Ведение протокола тоже. Так рациональнее. Но в быту, команда общается как им удобно – проинформировала Анна.
– Обычно это дикая смесь нескольких языков, – добавил Риган.
– Как и везде – устало усмехнулся Иен.
– Я так понимаю, личных вещей у вас с собой нет? – Осведомилась Анна.
– Да. Пожалуй, так. Стандартный комплект флота, ничего более.
– Тогда занимайте любую свободную каюту поближе к мостику. Вещи доставят позднее. Дежурный офицер в вашем распоряжении.
Отдав честь капитану судна, незваный гость развернулся на каблуках, и проследовал за поджидавшим его в сторонке офицером.
Быстро раздав необходимые приказания, Риган какое-то время сосредоточенно грыз заусенец на большом пальце левой руки. Анна, застыв в неестественно ровной позе, ненавязчиво наблюдала за этим процессом.
– Бред какой-то! Не находишь? – выпалил он раздраженно.
Анна лишь пожала на это плечами.
– Странное чувство, будто реальность, куда-то уходит, уступая место посредственному сюжету с глупой концовкой, да?
– Я доверяю вашему литературному чутью капитан.
– Кукла ты, механическая. На все-то ответ есть. Прими вахту. Пойду, вздремну часок. Зови, когда на камбузе со своими шедеврами закончат. От этих переживаний не есть, а прямо жрать хочется….
Глава 2. Дорога к дому
– Сегодня камбуз сотворил чудо! – заявил капитан Риган, едва закончив трапезу. – Давайте им поаплодируем! Давайте, давайте. Не стесняйтесь. Они заслужили.
По обеденному залу прокатилось эхо робких аплодисментов.
– Скромно…. Ну, хотя бы так. Видимо понравилось не всем.
Капитан встал, расправил плечи и долгим взглядом обвел членов своей команды. Собрались не все. Кто-то был на вахте, кто-то еще в стазисе. Но основная часть техников, медиков и офицеров все же не захотела пропустить отличный ужин. Риган битый час думал, как донести до команды то, что недавно узнал. И теперь был готов произнести речь. Без преувеличений.
Анна встала подле него и включила трансляцию по кораблю. Кивком головы она пригласила Ригана начинать.
– Соратники! – воскликнул капитан. – Я так долго думал, как сообщить вам эту радостную весть, что, кажется, сломал голову.
По залу пронесся тихий гогот. Экипаж замер.
– Короче, мы летим домой, на Землю. Прямо сейчас! А пока не созрели вопросы, на которые нет ответов, я вас покину. Брифинг для офицеров через час!
Речь капитана закончилась так же внезапно, как и началась. Пока люди соображали, что к чему, он действительно покинул зал через камбуз.
Анна одарила его укоризненным взглядом. На что Риган лаконично заметил:
– Краткость – сестра таланта!
– В таком случае, капитан, вы крайне талантливый человек и руководитель.
– А разве это не так? – возмутился он.
– Не смею в вас сомневаться, – отчеканила Анна.
Риган воздел указательный палец к небу и поспешил в рубку, где стало заметно оживленнее. Подготовка к старту шла полным ходом.
Анна семенила следом, попутно анализируя состояние модулей корабля, действия экипажа и еще с полторы сотни факторов первостепенной важности. Благодаря долгому пребыванию близ орбиты Проксима Центавра, экипаж и автоматические ремонтные системы привели судно в отличное состояние. Практически все основные и дублирующие системы были отревизированы. Груз таможенного конфиската систематизирован и закреплен должным образом. Оружейные системы настроены и пристреляны. Плиты внешнего покрытия корабля частично заменены на новые. В общем, создавалось впечатление, что «Толлау» действительно все это время готовился к дальнему походу.
Стазис поле, надо сказать, не единственное открытие человечества, сделанное в процессе изучения энергетических возмущений во вселенной. И в вакууме, в частности. Изучение темной материи дало понятие о гравитации. Изучение гравитации дало знание об инерции. Собственно, благодаря этим знаниям, слабые человеческие тела получили возможность перемещаться со скоростью куда большей, чем скорость света, избегая временного парадокса вселенной и разрушения клеточной структуры живых организмов. Говоря простым языком, путешествие в несколько месяцев на корабле, перечеркивая теорию относительности, практически ровнялось времени прошедшему на Земле. То есть, экипаж корабля заставал по возвращении свою семью живой и здоровой, а не расспрашивал о ней следующие поколения землян. Ни будь этих открытий, человечество еще долгое время барахталось бы в уютной песочнице солнечной системы. По сути своей, люди стали кочевниками, бороздя просторы вселенной в поисках ресурсов, пригодных для жизни планет, ну и, конечно, разумных существ. Хотя, последнее и было тщетным, кое какие следы пребывания чуждых цивилизаций периодически находились. То тут, то там…
Прошел час с последнего появления капитана на людях. Хоть обстановка на судне и казалась спокойной, вокруг велась интенсивная работа. Офицеры основных служб собрались в каюте для брифингов. По пути туда, Анна перехватила Иена в галерее, ведущей в жилые отсеки и проводила до места назначения.
Пока старшие офицеры подтягивались на брифинг, Иен ненавязчиво, но с интересом рассматривал внешние особенности строения Анны. Навигационные андроиды были еще не на всех судах, и существенно отличались друг от друга. В этом смысле Анна, пожалуй, олицетворяла собой шедевр штучного машиностроения.
Наконец, все собрались. Они дождались капитана у входа в отсек и вошли вместе.
Риган тут же уселся в свободное кресло, оставив Иена стоять. Тем самым, как бы передавая ему инициативу. Тем более, что он и так уже находился в центре внимания собравшихся.
– Господа офицеры… Мое имя Иен Гайсин. Как вы уже знаете, я прибыл пару часов назад. И теперь являюсь членом экипажа. Наша миссия, по сути, разведывательная, а курс мы держим в Солнечную систему. Прошу вас, представляйтесь, задавайте вопросы.
– Начальник службы безопасности Ингрэм, – смуглый, крепкий мужчина поднялся из-за стола. – Сэр, огласите цели и причины похода.
– Формально, я, вернее мы, летим туда с проверкой. «Толлау» ведь пограничное, таможенное судно, не так ли?
– Так сэр.
– Ну а неформально, наша задача, в первую очередь, разобраться в причинах сбоя связи основного флота с Землей. Если потребуется – произвести ремонтные работы. Если после этого связь с ближайшими колониями не восстановится, будем разбираться и с этим.
– Как долго нет связи?
– Вы кто?
– Служба связи и дальнего обнаружения, Фургаев Петр.
– Ясно, Петр.… – Иен сразу запоминал имена, и внешность тех, с кем предстоит работать. Личные дела он изучил заранее.
– Связи нет почти полгода, с некоторыми погрешностями. Колонии Солнечной системы тоже молчат. Хотя зонды в поясе Койпера фиксируют там активность. Работает иллюминация, происходят какие-то передвижения. На поверхности Земли и на темной стороне Луны тоже присутствуют огни.
Может так случиться, вернее, я надеюсь на это, что мы зря подняли панику. Основной флот в календарном годе пути от нас, и еще месяц плюсом – от Земли. Он постоянно удаляется. Информация, сами понимаете, доходит медленно. Далеко забрались.
– Ольга Чернова. Медслужба и научный корпус. Скажите Иен, а правда, что у вас жена на земле и вы вызвались добровольцем? А еще вами, по сути, выстрелили из пушки в подпространстве?
Иен слегка покраснел и перевел взгляд на капитана. Но тот лишь слегка пожал плечами.
– Да, Ольга. Боюсь, что это действительно так.
– В таком случае, раз вы теперь член нашей команды, будьте добры, навестить меня в мед отсеке в ближайшее время. Меня беспокоит ваше физическое и душевное состояние.
– Да, конечно. Непременно, – Иен раскраснелся еще больше.
Риган, встал с кресла, уступая свое место гостю. Он выдержал паузу и подытожил:
– Собственно, это вся известная нам информация, друзья мои. Есть определенные тонкости и уточнения, но на данный момент они не существенны. И, разумеется, я буду доводить до вашего сведения новые обстоятельства. А они обязательно возникнут, поверьте моему опыту. Что касается самого похода, то идти мы будем в три четверти максимального хода. Почему? А по двум причинам.
Первое: «Толлау» несет крупный груз, поэтому разгон и торможение, в целях экономии ресурсов и безопасности, будет плавным.
Второе: экипажу надлежит привести себя в хорошую физическую форму. Биопротекторы это здорово, но я хочу, чтобы вы кровь погоняли. Это приказ. Также отработать сценарии сопровождения и охраны наземных групп, и грузов. Тряхнете стариной. Я искренне разделяю мнение Иена по поводу ложной паники. Но! Все мы прошли через колониальные войны и знаем, что, если гадость может случиться – она случится. Я хочу, чтобы вы были готовы.
Если вопросов нет, предлагаю тем, кто только что вышел из стазиса поспать восемь часов и взяться за работу с новыми силами.
– Капитан? – Иен снова подал голос.
– Да?
– Еще одно: в поясе Койпера дрейфует резервная база флота. Проекта «Рубеж», как и ваше судно. Координаты я вам дам…. Необходимо наведаться туда по пути и забрать на борт модули с оборудованием и запасными частями для ретрансляторов.
– Значит, наведаемся, если надо. Еще какие-нибудь уточнения?
– Нет, капитан. Пока что это все.
– Хорошо. И да, раз я все еще капитан этого судна, у меня к вам есть ряд требований Иен.
– Каких? – гость немного растерялся от такого обращения.
– Вы пройдете подготовку вместе с командой. Сдадите нормативы обращения с оружием и амуницией.
– Но, я аналитик….
– Именно по этой причине, поймите правильно. Ваша бледность и нервозность вселяют в меня опасения. Кроме того, это повысит ваши шансы в непредвиденных ситуациях и даст возможность познакомиться с командой поближе.
– Есть капитан! – отрапортовал Гайсин.
– И еще: в моей команде у каждого несколько специализаций. Это залог выживания корабля. Вы изучите несколько нейрокурсов за время полета, пройдете полное медицинское обследование, и будете нести вахту наравне со всеми. Вы согласны со мной?
– Да, капитан. Мои учетные специальности в личном деле. Оно уже в вашей базе.
– И последнее… – капитан обвел зал взглядом в поисках нужного лица.
– Видите вот этого рыжего? – он указал пальцем на крепкого молодого человека, сидящего за столом.
– И?
– Это наш лингвист, Саша Волков. Общайтесь с ним как можно меньше, иначе он забьет вам голову сказками про всяких эльфов орков, огров и прочую нечисть. Я не шучу. У меня и так половина команды вне вахты состязания на мечах устраивает. А в трюме у нас секция стрельбы из лука.
На этом брифинг, пожалуй, закончим. Стартуем по готовности… примерно через 12 часов. Если нет больше вопросов, предлагаю всем вернуться к своим обязанностям.
Риган дождался, пока члены команды организованно покинут помещение. А потом негромко и вкрадчиво спросил Гайсина:
– Иен, учитывая тот факт, что вероятная катастрофа имеет планетарный масштаб, в самой значимой для человечества системе, меня беспокоит один вопрос.
– На сколько широки мои полномочия?
– Да!
– Скажем так… в спорных ситуациях любое принятое мной, как сертифицированным аналитиком флота решение, будет считаться верным по умолчанию и не будет оспариваться советом флота.
Риган помрачнел.
– Вот и сбылись худшие ожидания. М-да. Остается надеяться только на одно.
– На что же?
– Что вы окажетесь глубоко порядочным человеком, Иен. Порядочнее меня, и любого из нас. Да и как иначе? Ведь другого бы не прислали. Я прав?
– Я понял вас, капитан, – Гайсин слегка побледнел. – Постараюсь оправдать ваши ожидания.
Риган многозначительно кивнул.
– Разрешите идти? – спросил Гайсин.
– Боюсь, теперь я должен спрашивать вашего разрешения.
Гайсин виновато улыбнулся, отдал честь и вышел.
– Ну, как тебе это, радость моя? – Капитан обратился к Анне.
– Время покажет, капитан, – она пожала плечами. – Но, мне кажется, при любом исходе нас будут считать героями!
– Думаешь? – Риган почесал бороду задумчиво.
– Не сомневаюсь!
– А, ну это все меняет! Пойду смахну пыль с парадного мундира и проделаю дырку для ордена. А ты проложи курс до пределов пояса Койпера, и доложи о готовности. Но не слишком торопись.
– Так точно Капитан!
– Вот и умница. Мне нужна связь с рудником. Выведи его директора на терминал в моей каюте, минут через десять….
Дойдя до своей каюты неторопливой походкой, Риган запер дверь. Поправив китель, и удобно расположившись в кресле, он на несколько мгновений прикрыл глаза. С минуты на минуту на связь выйдет глава старателей, которому нужно как-то объяснить, что происходит. Все же рудник 1742 официально считается портом временной приписки и правила должны быть соблюдены.
– Директор рудника 1742, Карл Цейснер на связи. Капитан?
Риган открыл глаза и поприветствовал не слишком свежее, но подтянутое отображение человека на парящем в пустоте экране.
– Здравствуйте, Карл. Простите что беспокою….
– Да какое там! Весь рудник уже на ушах. Когда отбываете?
– Ах, вы уже в курсе…?! Ну, так даже лучше.
– Мы давно в курсе, – признался Карл. – Еще с тех пор, как пришел запрос на тестовую связь с солнечной системой. И вспышку мы тоже зафиксировали, еще до вашего прибытия. Как вы считаете, что-то серьезное?
– Не знаю, – честно ответил Риган. – Прибыл офицер флота с приказом, и мы отбываем по готовности. Предполагается, что случился глобальный сбой сети из-за аномального выброса на солнце, и нам предстоит его устранить.
– Да уж, работка предстоит не простая.
– Точно. Выбросы и раньше случались, все же наш гигантский шарик не стабилен. Но таких последствий пока не было. Мы прибудем, заменим оборудование и выйдем на связь. Дай Бог, чтобы этим все и закончилось.
– Риган?
– Да, Карл?
– Мне приказ пришел максимально поспособствовать вашей миссии. Я понимаю, что вы отличные ребята и со всем справитесь, но….
– Да говори уже, в чем дело?
– У меня сын есть, Вилли. Он родился на руднике, вырос на руднике, и всю жизнь проведет на руднике. Он никогда не видел Землю, не дышал ее воздухом. Дитя космоса в общем.
– Грустно. Чем могу помочь я?
– Видишь ли, он отличный специалист как раз по системам связи, дальней и сверхдальней коммуникации. Парень энтузиаст, можно сказать, живет… дышит этим. Возьми его с собой, а?
– Прости, – Риган вздохнул. – Но мой экипаж укомплектован. Ты же знаешь… штатное расписание, устав и все такое.
– Знаю. А потому, руководствуясь последней директивой, связывающей меня по рукам и ногам, я обязан помочь тебе всеми силами.
– Так… удиви меня?
– Передаю под твое командование почти новое, специализированное инженерное судно, заточенное под ремонт спутников связи и сопутствующего оборудования. С высококлассным, опытным экипажем. Полностью укомплектованное и готовое к навигации. И по чистой случайности, судно отлично интегрировано к системам корабля класса «Толлау».
– И когда же то вы успели его «заточить» и «интегрировать»!?
– Было время, капитан.
– Подготовились, значит…. – Риган почесал ногтем переносицу, пытаясь выиграть немного времени на принятие решения и попутно скрыть свое раздражение. Если быть честным до конца, а именно этого принципа придерживался чаще всего капитан Риган, то специфика его судна, все же таможенная. И инженеры его, как выразился Карл – заточены под другое.
– Ну так как? – осведомился директор Цейснер.
– Ты ведь понимаешь, что вся наша эпопея может плохо кончиться, да?
– Я верю вам, Риган.
– Ладно, убедил… Восьмой док. Список экипажа и все формальности Анна уладит сама. Я отдам приказ.
– Спасибо, Риган. Как прибудут, – требуй контейнер с презентом.
– Презент – это хорошо…. Знаешь, директор, самое противное в том, что экипаж верит мне, а я не понимаю во что ввязываюсь.
– Ты хотя бы не прикован к одному месту, дружище… Инженерное судно уже вышло из дока, будет у вас с минуты на минуту. Через час мы очистим для вас коридор. Стартуйте по готовности. И счастливого пути!
– Понял вас. Конец связи.
Риган набрал в легкие побольше воздуха и отдал команду:
– Анна! Старшему офицеру, службе режима и инженерной службе приготовится к приему судна. Док №8. Продуть шлюзы, подать питание. Включить судно в реестр и общую сеть. Оформить экипаж и материальную часть как положено. Теперь они тоже в команде.
– Выполняю, капитан, – послышался тихий, но четкий ответ Анны по системе оповещения. – Судно, опознанное как «Горн» в пределах прямой видимости.
– Выведи на экран.
Риган бегло оглядел посудину, но не впечатлился. Корабль действительно был внешне в хорошем состоянии. Он даже мог быть новым, вернее, мало эксплуатировался. Но, в силуэте его явно читался старый добрый «огурец». Так прозвали этот тип вспомогательных кораблей на флоте за характерную, вытянутую, слегка горбатую форму. Он сам когда-то командовал подобным судном, но не долго. Когда начались войны в колониях, все в жизни перевернулось с ног на голову. Он молча следил за тем, как уверенно и осторожно «Горн» вплывает в шлюз кормового дока, отрабатывая маневровыми двигателями.
– Анна?
– Да, капитан?
– Давно хотел тебя спросить: ты ведь нейроадаптивный андроид. То есть чувствуешь весь наш корабль, так сказать, шкурой?
– Так и есть, капитан, – подтвердил голос из динамика.
– Мне, вдруг, стало интересно, с чисто познавательной точки зрения, а что ты ощущаешь, когда массивный, незнакомый корабль вторгается в твой кормовой шлюз?
– Я чувствую возросшую ответственность, капитан.
– Ну да, я так и думал….
– А еще, в голову приходит странный каламбур.
– Ага. Ну, не держи в себе…
– Шлюз то мой, капитан, а геморрой, простите, теперь ваш.
– Ха! Ну да, ну да, – Риган улыбнулся. – Юмор толстоват, но неплохо!
– Учусь у вас, сэр.
– Продолжай в том же духе. Я отправляюсь на мостик, доклад по готовности. Экипажу «Горна» оставаться на местах, готовиться к ускорению. Познакомимся позже, когда ляжем на курс. Устроим экскурсию нашим новым друзьям.
Подготовка к старту заняла не полных семь часов. Системы жизнеобеспечения и подавления инерции проверили дважды. Ядра реакторов, как и обещала Анна, вернулись к прежним настройкам, к явному недовольству технического персонала. Директор Цейснер очистил пространство вокруг корабля от хаотично снующих грузовых шаттлов. Два тяжелых буксира, отцепили магнитные тралы, оттащив «Толлау» на безопасное расстояние от рудников. Риган спокойно ожидал момента, когда суда вернутся на рейд у верфи.
Взглянув на голографический отчет по отсекам, светящийся зеленым цветом, он одобрительно кивнул и уселся в свой ложемент на мостике.
– Прошу вас, уважаемая, – обратился он к Анне.
Хотя этого и не требовалось, навигационный андроид тоже заняла свое место и напрямую соединилась с системами корабля посредством контактной группы, встроенной в ложемент.
– Отчет по судну дублирую. Готовность подтверждаю, – через пару секунд доложила она.
– Принял. Экипажу мест держаться, к несению боевой вахты приступить. Реактор на 30%, малый ход.
– Малый ход! – продублировала Анна.
– Курс к отметке один, ускорение две трети от номинального. Начать отчет.
– Есть капитан. Маршевый двигатель запущен. Скачек через пять… четыре… три… два…
Риган почувствовал легкое головокружение и слабую тошноту…. Огни рудника на экране кормового обзора дрогнули и моментально пропали из виду, а огоньки звезд слились в единый смазанный световой след.
Глава 3. Рутина
Раньше разгон корабля был не столь безопасным занятием. Неисправный ложемент мог привести к травмам, а то и к летальному исходу. То ли дело сейчас – выждал несколько секунд, и все. Риган зевнул и встал на ноги. Тошнота прошла, головокружение отступило.
– Отчет? – буднично запросил он.
– Запуск прошел штатно, судно легло на правильный курс. Погрешность минимальна, – доложила Анна.
– Чудненько! – усмехнулся Риган почесывая бороду.
– Можно покинуть ложемент? – с надеждой спросила она.
– Да, конечно. Запись в бортовой журнал?
– Сделано, капитан!
Риган еще несколько минут тревожно вглядывался в экраны, выдающие круговой обзор и статистику по основным системам. Анна с кислым видом ждала пока ему надоест. Необходимости в том не было, ибо она держала пульс на всех важных артериях, но Риган в некоторых моментах строго соблюдал устав.
Пробыв на мостике около часа, капитан сдал вахту первому помощнику. Члены экипажа, которые вышли из стазиса, как раз отдохнули, за отведенные им восемь часов и по одному выползали из кают в сторону камбуза. Перекусив вместе с командой, Капитан пригласил Гайсина на прогулку по кораблю.
– Простите, Иен, но я не нашел в вашем деле ни единого намека на звание. Это тоже секрет?
– Нет, капитан. Просто у аналитиков с недавнего времени званий нет. Но есть индекс эффективности.
– Ага… – удивился Риган. – Что-то новенькое. И, какой же, простите за прямоту ваш?
– 1.1.7.92, – озвучил Иен. – В нем заложено несколько параметров, и вычисляется он по сложной формуле. Но для простоты восприятия можно смотреть на последнюю цифру. Это процент положительной вероятности. Грубо говоря, оценка моей работы.
– Угу. А какой процент считается хорошим?
– Все, что больше пятидесяти – уже отличный результат, капитан. Ведь вероятность любого события, как вы знаете – 50%. Все что выше этой цифры хотя бы на единицу, считается отличным результатом. Главное тут статистика. Но это так, поверхностное объяснение.
– Для средних умов, вы хотели сказать? – подытожил Риган.
– Так точно… – слегка смутившись ответил Гайсин.
– Не стесняйтесь, я не тщеславен. Напротив, я рад, что нам прислали такого специалиста. Ваш индекс впечатляет!
– Спасибо, капитан. Если вам будет удобнее, то до реформы я служил в чине полковника.
Риган кивнул, приняв это к сведению.
Преодолев не слишком широкий шлюз, собеседники ступили на рифленый пол транспортной платформы. Дрогнув, открытая всем ветрам платформа мягко просела и набрала скорость. Вырулив в основной путепровод, она устремилась прямиком в корму Толлау. В холодном доке на том конце маршрута, покоясь на швартовочных захватах, их ожидал «огурец». Вернее судно под гордым названием «Горн». А также новые члены экипажа.
– Почему так холодно? – выдыхая пар спросил Иен.
– Ангар только снят с консервации. Стены прогреются до штатной температуры через два часа. Атмосферная смесь – еще через два, – пояснила Анна.
– Да уж, – вздрогнул Риган. – Так и простыть не долго. Поспешим на борт!
Грузовой мост развернувшись с душераздирающим скрипом, устремился к нижнему шлюзу «огурца» и отчетливо лязгнул замками, закрепившись в швартовочных гнездах. Почти сразу створка трюма отделилась от обшивки корабля и поползла вниз. Над проемом замаячили проблесковые маяки. Когда край аппарели уперся в платформу моста, Риган первым шагнул на борт.
– Капитан таможенного судна Толлау, Патрик Джеймс Риган, – представился он, отдав честь.
– Цейснер… Вилли, старший техник, – представился молодой человек лет двадцати пяти, шагнувший ему навстречу.
– Черт… я и забыл, что вы штатские!
Наморщив лоб Риган оглядел парня и его команду, больше похожую на банду, и протянул руку.
– Будем знакомы!
Обменявшись крепкими рукопожатиями, капитан представил своих сопровождающих и предложил Вилли показать свое судно. Парень охотно согласился.
Запах на борту «Горна» был, так сказать, специфический. Такой обычно стоит на стапелях, в плавильнях или сварочных цехах. Этот факт лишь подтверждал, что переделка и дооснащение судна закончились совсем недавно.
– А как давно на рудник поступило сообщение? – прямо спросил Риган.
– Две недели назад, капитан, – не юля ответил Вилли.
– И вы молчали?!
– Приказ флота. Секретная директива, – пожал тот плечами. – Сами понимаете…
Капитан недобро глянул в сторону Гайсина и продолжил осмотр.
– А чем снаряжен «Горн»? Я заметил орудийные башни и рейлинги в носовой части.
– Два рельсотрона адаптированы под горнорудные нужды. Корма, нос, днище и надстройка судна имеют скорострельные кинетические орудия для борьбы с метеоритами и дробления обломков. Есть гарпуны с тросами. Несколько подвижных излучателей… Силовое поле 9-го класса защиты, при необходимости повышается до 12-го.
– У «Толлау» 7-й класс, – озвучила Анна. – Зачем такое усиление?
– Специфика, – смущенно улыбнулся парень. – Иногда приходится взрывать породу внутри астероида.
– Но это опасно! – возмутилась она.
– Такая работа… – ровно ответил Вилли. – У нас, конечно, есть трудовое право, но есть и план добычи. Выкручиваемся как можем.
– И как давно вы выкручиваетесь? – поинтересовался Гайсин.
– С тринадцати лет. Но старший техник я только пятый год. Ну, на этом судне, я имею в виду.
– А у вас есть опыт дальней навигации? – вновь спросила Анна.
– Нет. Но мы прошли все необходимые нейрокурсы и сдали аттестацию.
– А есть на борту навигационный андроид?
Вилли переглянулся с командой и медленно покачал головой.
– Ясно… – вздохнула Анна. – Как капитан судна вы даете свое разрешение на внешнее управление интерфейсом?
Вилли перевел взгляд на Ригана.
– Просто кивни, и она будет лелеять твое судно как дитя в собственной утробе.
Аналогия получилась не очень удачной, но крайне выразительной. Вилли, решив, что альтернативы все равно нет, кивнул.
– Простите, – смутился он. – Просто мы впервые видим живьем навигационного андроида. Мы пытались создать нечто подобное, но ресурсы не позволяют. На руднике ведь по большей части топливо, да руда.
– Не беспокойтесь, юноша, я лишь проведу полную диагностику систем и настрою по техрегламенту. Если вы не против, конечно. Через час я предоставлю список вам на утверждение.
– Через час? – опешил Вилли. – Да, конечно.
– Скажите, Вилли, – понизил голос Риган. – А ваши орудийные системы можно вернуть в исходное состояние? Ну, вы понимаете… космос – это риски.
– Основной функционал исправен, дело только в настройках, – заверил Вилли.
– Это хорошо! Ведь Толлау, хоть и таможенное судно, но приписано к боевому флоту. Как, впрочем, и вы сейчас. Я понимаю, что вы, молодые люди прежде не служили в армии. Но на время экспедиции вам придется пройти курс молодого бойца, изучить устав и получить воинские звания. Такова цена.
Видя растерянность молодого экипажа, Гайсин вышел вперед.
– Не смущайтесь, он и меня заставил это сделать. Ребята вы крепкие, физподготовка пойдет только на пользу.
– Может быть у команды есть вопросы? – негромко подсказала Анна.
– Да, кстати! – оживился Риган. – У меня есть вопрос к команде: а где презент, обещанный директором?
– Он в трюме, капитан, – вздрогнул парень слева от Вилли. – Но нужен погрузчик.
– Погрузчик? Как интересно… Сейчас будет погрузчик!
Пока Иен Гайсин, уединившись в кают-компании излагал цель миссии и отвечал на вопросы команды, капитан Риган дежурил на нижней палубе. Когда прибыл погрузчик, оказалось, что презент, представлявший собой опечатанный контейнер, защищенный по пятому классу безопасности – весьма объемный. Он едва не касался потолка трюма, и проходил сквозь проем грузового люка с зазором всего в несколько миллиметров. Анну такой подарок весьма озадачил. Она давно задействовала все доступные сенсоры, но материал контейнера не позволял толком заглянуть внутрь.
– На! – усмехнулся Риган, срывая с контейнера табличку с описью содержимого.
Пробежав глазами список, Анна приподняла брови, выказывая свое удивление.
– В инженерный отсек, пожалуйста, – обратилась она к оператору погрузчика.
Кивнув, тот проворно поддел контейнер, развернул захват и двинулся к платформе, на которой сюда прибыл. Анна могла бы сделать это сама, в автоматическом режиме. Но, согласно доктрине флота, экипаж, не пребывающий в стазисе, должен принимать активное участие в жизни судна.
– При иных обстоятельствах, содержимое этого контейнера считалось бы контрабандой, капитан!
Тон ее был строгим и не одобрительным.
– Ну так… сама же сказала: обстоятельства! – Риган хитро сощурил глаз и усмехнулся.
Она смерила его сердитым взглядом, понимая, что опись и отчетность повиснут на ее шее.
– Если вам еще интересно, то состояние «Горна» действительно близко к идеальному, – сменив тему сообщила она.
Риган кивнул.
– Выделить экипажу каюты на борту?
– Разумеется. И приставь опытного инструктора на время обучения.
– Подгорный?
– Да, согласен. Пригласи его минут через двадцать.
По системе оповещения тотчас прозвучало сообщение, разорвав тишину дока. Сергею Подгорному предписывалось прибыть в кормовой док. Риган поморщился, но ничего не сказал. Использовать громкую связь повседневно, было его идеей. Это бодрило экипаж, и напоминало о дисциплине. После посещения дока, состоялся обед, и представление новых членов экипажа. Натуральная пища и разнообразие блюд удивили команду «Горна». На рудниках в ходу пищевые брикеты. После обеда офицер инструктор забрал Гайсина и ребят с собой.
Пользуясь моментом, Анна снова отправилась в кормовой док, чтобы лично залезть в самые укромные уголки «Горна», и определить разрыв между технологией верфей рудника, и собственными мощностями «Толлау». К этому делу она отнеслась с подозрительным энтузиазмом. Но Ригана это лишь повеселило.
Дни тянулись медленно. На всех судах флота сутки по умолчанию исчислялись 25-ю часами. Но в медицинской службе строго следили, чтобы экипаж спал не менее восьми часов в цикле. Питание и физические нагрузки назначались индивидуально при ежедневном обследовании. Проходило оно быстро, достаточно было лишь пройти мимо одного из множества физиосканеров. Но, все это носило рекомендательный характер. Ведь вкусная пища – один из мощных стимуляторов настроения. Однако, когда кончается натуральная органическая пища, на смену ей приходит синтезированная. К слову сказать, основными поставщиками органической пищи служили колонии, которые флот оставлял после себя на пригодных для этого планетах. Ну и матушка Земля, конечно же. После планетарной катастрофы ее превратили в аграрный рай. На данный момент «Толлау» мог похвастать полным трюмом натуральных продуктов, а также кое чем из контрабанды, изъятой в ходе предыдущей миссии.
Иен Гайсин оказался не так плох. Инструктор сразу отметил в отчете, что аналитик отлично подготовлен, но несколько страдает физическая сторона дела. Оно и понятно, искусственная гравитация ни чета Земной. Риган умышленно пошел на то, чтобы в тренировочном трюме и в обитаемой части «Толлау» она соответствовала планетарной. Да, неприятно, за то к прибытию все уже привыкнут. Экипажу «огурца» тоже присвоили звания, согласно распорядку и провели отдельную аттестацию. Теперь они официально являлись офицерами связи и были зачислены в инженерный корпус «Толлау». Оружие и военная экипировка вызывали у молодых людей живой интерес. В специально отведенном для этого трюме занималось сразу несколько групп, так что их состав периодически смешивали, чтобы добиться максимального слаживания и взаимосвязи.
На всем промежутке пути инженерные службы сканировали эфир. Но кроме естественного фона и отражённых аналоговых сигналов столетней давности ничего не попадалось. Риган заметно нервничал, получая от связистов суточный отчет. Шутка ли, от целой солнечной системы – и ничего!
– Капитан? – оторвал от мыслей вахтенный офицер, – В точке выхода все чисто.
– Далеко выйдем?
– Орбита Плутона, сэр, примерно в двух тысячах километров от места назначения, – доложил офицер.
– Хорошо. Курс прежний, торможение согласно расчетам.
Капитан огляделся, попутно понимая, что на мостике не хватает чего-то важного.
– А где…? – спросил он, недвусмысленно обрисовав в воздухе знакомый силуэт.
– Анна занимается осмотром «Горна», капитан.
– Ясно. Известите меня о начале торможения.
Вахтенный отдал честь и вернулся на рабочее место.
Риган буквально изнывал от скуки. Анна хотя бы пыталась симметрично отвечать на его относительно безобидные выходки. Ведь хамить капитану разрешалось только ей. Он хотел было съязвить вслух, зная, что она услышит все, что он скажет. Но достойной затравки как-то не нашлось, и Риган отказался от этой идеи. С Гайсином говорить особо было не о чем. Иен в свободное от тренировок время ходил хмурый и нелюдимый, уткнувшись в свой планшет. Писал чего-то, высчитывал… Вилли Цейснер был в этом плане поинтереснее, но парень от чего-то не стремился к общению с капитаном. Вообще его ребята старались держаться особняком. Что тоже можно понять… К концу пути Риган опустился до того, что стал наведываться в трюм к толкинистам для того, чтобы, убивая время пострелять из настоящего, сделанного вручную лука. Занятие оказалось столь увлекательным, что пару дней такой жизни и они бы точно втянули его в свою секту.
Облегчение пришло вместе с Анной. Поздоровавшись с экипажем, она доложила капитану:
– Мы в заданной точке. Разрешите начать торможение?
Риган кивнул и инстинктивно взялся за ближайший поручень.
– Торможение начнется через три… две… одну…
Оповещение продублировалось для экипажа по громкой связи. Скорее для порядка, потому как эта процедура давно перестала быть травматичной. Просто вызывала легкую дезориентацию. Каждый на корабле легко узнавал этот момент. Вот и Риган ощутил в теле едва заметную легкость.
– Пять часов до точки выхода, капитан.
– Наконец то! – облегченно вздохнул Риган.
– Приехали, – улыбнулась она сдержано. – Будут какие-то указания на этот счет?
– Нет. Просто помоги выбраться отсюда. Еще немного, и меня обрядят в рубище, и нарекут новым именем…
Анна взглянула на улыбающегося Волкова, и наигранно погрозив ему пальцем, увлекла капитана за собой.
Таможенное судно «Толлау» благополучно вышло в конечной точке подпространственного прыжка и беззвучно материализовалось вблизи Плутона. Солнце встречало своих блудных детей ослепительныо ярким светом. Выровняв положение маневровыми двигателями, судно легло в дрейф.
Глава 4. Двойник
По прибытии на место, Иен Гайсин был вызван на мостик. Он явился в боевом скафандре, прямиком с тренировки. Приветливо улыбнувшись, Анна пригласила его к развернутой карте системы.
– Что-то случилось? – спросил советник встревоженно.
– Мы прибыли по указанным вами координатам, – сообщил Риган. – Но базы здесь нет.
Гайсин с недоверием уставился на него, а потом и на карту. Изучив реальное и дополненное изображения, он побледнел. Резервной базы флота в пределах видимости действительно не наблюдалось.
– Я не мог ошибиться. Все данные, предоставленные напрямую канцелярией флота. «Алый ирис» должен дрейфовать на геостационарной орбите, согласно заданным координатам.
– Возможно судно сейчас в тени Плутона, – предположила Анна.
– Так быть не должно. Что дал расширенный поиск?
Анна на минуту зависла, выполняя анализ поступивших данных…
– Так… Эфир по-прежнему мертв. Но на темной стороне планеты с большой вероятностью находится искусственный объект по массе схожий с искомым. Точнее сказать не могу. Мне взять новый курс?
Риган кивнул.
– Пятнадцать минут до визуального контакта, капитан… – доложила Анна.
Громада Толлау, мягко развернулась в пространстве, и поблескивая маневровыми дюзами взяла курс на сближение с планетой. Набрав нужную скорость, судно вышло на максимально низкую орбиту. К облегчению Гайсина, Анна оказалась права. Огромная шестиконечная звезда парила нанизкой орбите, едва цепляя верхние слои разряженной атмосферы, от чего появлялся длинный призрачный шлейф. Судя по внешнему виду Алый ирис был мертв. Судно погрузилось во тьму, и не подавало ни единого признака жизни.
– Что скажешь? – обратился Риган к Анне.
– Странно, но я никак не могу наладить связь с «Ирисом». Он не отвечает даже на уровне сервисных команд. Все каналы связи либо заблокированы, либо не исправны, капитан. Положение судна не стабильно. Сближение опасно.
Риган задумчиво смотрел на экран. «Алый ирис», как и «Толлау» представлял собой универсальную многофункциональную конструкцию, состоящую из средних размеров корабля и множества стандартных модулей. Сам «Толлау» построенный по проекту «рубеж» изначально являлся боевым абордажным судном, в последствии дооснащенным и переоборудованным для нужд таможни. В зависимости от миссии, «Толлау» мог принимать разнообразные формации. Выполнять функции таможенного терминала со множеством досмотровых доков, служить складом материальных ценностей, пограничной заставой, грузовиком и даже верфью. Реже суда этого класса использовали как научную базу или основу для новой колонии. В походном положении командное судно швартовалось в центре формации, а внешняя форма «Толлау» зависела от количества и типов подконтрольных модулей. Нередко он походил на громадный, сияющий габаритными огнями, космический кирпич. Реже – многогранник или куб. Предпочтение всегда отдавалось вытянутой геометрии, ибо так меньше вероятность лобовых столкновений.
Алый ирис сейчас был развернут в формации «звезда». Модулей в его распоряжении было немного, но в центре чего-то явно не хватало. Вместо командного корабля в перекрестии модулей парил контейнер, закрепленный на стропах.
– Что делать будем? – Риган уныло оглядел Гайсина.
– Согласно уставу, капитан, – спокойно ответил Иен.
– Ты все слышала. Спасаем имущество флота, ищем экипаж.
– Принято, капитан! Отдаю команду по кораблю…. Разрешите использовать аварийные стропы?
– Уверена?
– Масса «Толлау» в разы превышает массу Ириса. Я его удержу, – уверенно заявила она.
– Разрешаю. Стропы товсь, маневровые на полную!
Прямоугольная туша «Толлау» изменила положение в пространстве и синхронизировала свое вращение с «Алым ирисом». Теперь станция и «Толлау» находились неподвижно относительно друг друга. Метр за метром сокращая дистанцию, Анна поймала момент и активировала стропы. Серия выстрелов, и широкие ленты устремились вперед под разными углами. Автоматические захваты отыскав аварийные гнезда сомкнулись один за другим. Ленты строп вздулись и затвердели, образуя меж двумя судами надежное трубчатое соединение.
– Готово. Приступаю к смене орбиты, – сообщила Анна.
Маневровые двигатели «Толлау» синхронно включились, плавно набирая мощность и «Алый ирис» нехотя сдвинулся с места.
– Тащи его на свет, – приказал капитан. – Там разберемся.
Минут через тридцать Анна вывела оба корабля в безопасный сектор и сообщила об этом капитану.
– Кого отправить на Ирис? – спросила она.
– Хм… А давай ка отправим туда Вилли!
– Может лучше дроны? – предложил Гайсин.
– Если прикажете… – Пожал плечами Риган. – Но я дал бы возможность молодежи проявить себя. Реальная ситуация, живой опыт. Включим в состав бывалых офицеров и группу досмотра. Получится отличная тренировка.
– Не возражаю…
Приказ капитана свалился как снег на голову. Вилли и его команда только что закончили учебный бой, и едва приняли душ. Работа в открытом космосе для старателя дело обычное, как и спасательные операции. Но рейд на мертвое судно в сопровождении вооруженной группы – это что-то новое. Получив стандартный инженерный скафандр, он тщательно проверил его и, кое как уняв бешено бьющееся сердце, вошел в шлюз. Там уже собрались члены досмотровой группы и пара инженеров «Толлау». Дождавшись отстающих, командир группы закрыл шлюз. Несколько секунд, и остатки воздуха вырвались в открытое межзвёздное пространство…
Алый Ирис не отвечал на внешние команды и не выходил на связь. Искать вход и проникать внутрь предстояло вручную. Прицепив карабин к ближайшей аварийной стропе, Вилли оттолкнулся ногами и вместе с группой заскользил в сторону «Ириса». Сразу сработали светофильтры в шлеме, теплый солнечный свет попал на лицо. Это было приятно и необычно, ведь рудник всегда находился в тени…
Двести метров почти свободного падения, и сработало автоматическое торможение. Ботинки скафандра надежно сцепились с поверхностью модуля.
– Вилли? – в шлем мягко проник приятный женский голос.
– Слушаю?
– Вслед за вами я отправила кабель с контактной группой. Будьте добры, пристройте его в ближайшее гнездо?
Он обернулся, и почти у самого лица обнаружил громоздкий набалдашник разъема, парящий на конце толстенного кабеля. Он схватил его перчаткой и потянул на себя. Кабель поддался.
– Есть найти внешнее гнездо, – спокойно ответил он.
Пока основная группа продвигалась к ближайшему шлюзу, Вилли, под присмотром двоих вооруженных людей осматривал поверхность модуля. На этой стороне дублирующих щитков должно было быть несколько. Но нужного формата – только один. Однако, крышка гнезда и контактная группа оказались повреждены. Вилли вскрыл корпус, но это ник чему не привело. Отключив разбитое гнездо от общей цепи он продолжил поиск. Пришлось отделиться от группы и потеряв визуальный контакт перейти на другую плоскость модуля. Несколько минут хождения по обшивке, и набалдашник плотно вошел в стандартные пазы. Повернув его по часовой стрелке, Вилли зафиксировал соединение.
– Готово! – проговорил он вслух. – Контактная группа на месте, что дальше?
– Спасибо, Вилли, – отозвался приятный голос. – Возвращайтесь к группе.
– Принято.
Через пару – тройку секунд на Ирис подали напряжение. На поверхности обшивке загорелись габаритные огни и подсветка номеров. Шлюз модуля тоже открылся. Первой вошла досмотровая группа. Убедившись в безопасности, бойцы разрешили войти остальным.
– Давление и качество атмосферы в норме. Гравитация отсутствует, – сообщил старший офицер. – Шлемы и перчатки не снимать. Системы не активировать. Обо всем подозрительном сообщать немедля!
Разделившись на три группы поисковый отряд приступил к осмотру. Модулей было всего тринадцать. Но объем модулей данного стандарта составлял один кубический километр, и представлял собой гигантский прямоугольник со скошенными гранями. К счастью, группе Вилли достались полупустые ангары, где нашлось несколько нужных контейнеров, да полуразобранный шаттл. Пометив груз маячками, он, как старший группы доложил о результатах. Оказалось, что его ребята закончили осмотр первыми, и на связь тотчас вышла Анна.
– Вилли? Не хочется признавать, но я не смогла взять контроль над важными системами. Ирис по-прежнему неуправляем. Вы сможете выявить причину или привлечь инженерный состав?
– Это не удивительно… – усмехнулся Вилли.
– Вы что-то нашли? – оживилась Анна.
– Ну, нашел – громко сказано. Тут все на виду. Щиты управления вскрыты, платы намеренно закорочены. К контактным группам наскоро приварены резервные кабели.
– Какие именно блоки?
– Управление маневровыми двигателями и кое какая периферия. Камеры внешнего обзора, датчики излучения, управление силовым щитом… Я, конечно, не гений, но источник проблемы стоит поискать в центральном модуле. Все кабели сходятся там.
В эфир вторгся капитан Риган:
– Остальные группы подтверждают ваши слова, Вилли. Следуйте к шлюзу и осмотрите центральный модуль.
– Приказ понял, выдвигаемся…
Отвечать по уставу и выполнять чужие команды было не слишком приятно. Но теперь приходилось это делать. Махнув друзьям рукой, Вилли отключил магнитные ботинки и оттолкнувшись ногами поплыл вниз, к самому дальнему шлюзу. Такие маневры не редко приходилось делать на прежней работе, так что падение в пропасть проходило штатно.
Падая в бездну плохо освещенного ангара, он старался ни о чем не думать. Было жутковато и крайне неуютно. Поэтому молодой техник сосредоточился на том, что происходило в данный момент. Преодолев уже изученное пространство, группа закрепилась на торцевой поверхности дальнего модуля. Переглянувшись с бойцами, техники набились в шлюз и открыли внешний люк.
Первое, что бросилось в глаза – это крепление центрального модуля. Если не считать толстых резервных кабелей в прочной оплетке, то он держался буквально на соплях. Стальные и полимерные тросы опутывали такелажные петли в хаотичном порядке, едва удерживая огромную массу на своем месте. Часть тросов поблескивая разорванными торцами свободно парила в пространстве.
Несколько секунд свободного полета, и его ботинки вновь коснулись обшивки. Не дожидаясь напарников, Вилли добрался до шлюза и потянул рукоять. Но ничего не случилось. Осмотрев поверхность люка, он с удивлением обнаружил, что тот наглухо заварен аккуратным швом по всему периметру. Следующий шлюз, как ни странно, тоже оказался заварен.
– Да они тут заварены! – в сердцах воскликнул Вилли.
– Я вижу, – отозвался Риган, наблюдавший, через камеру на шлеме.
– Может вскрыть?
– Ни в коем случае. Проверьте все шлюзы.
– А если и они заварены?
– Портить имущество флота без серьезной на то причины строжайше запрещено! – Риган напомнил статью устава.
– Есть проверить все шлюзы… – выдохнул Вилли.
Однако он и тут оказался прав: заварены были все доступные шлюзы. Остался только один, с дальнего торца модуля. Убив на бесполезную прогулку в открытом космосе около часа, Вилли выдохся. Вода во внутреннем резервуаре закончилась и утолить жажду теперь было нечем. Тихо выругавшись на чистом немецком языке, он повернулся к группе.
– Ну, пошли что ли…
Если бы Вилли раньше унял свое раздражение и обратил внимание на кабели, то заметил бы, что лишь малая часть из них вставлена в гнезда. Остальные кабели тянулись прямо по обшивке туда, куда он сейчас шагал. Перевалив через грань модуля, Вилли отдышался. Потом переставил ноги и встал в полный рост. Вдали что-то зияло чернотой. Кажется, он нашел, что искал. Вилли, надеясь на лучшее, направился прямиком туда. Он наконец заметил, что кабели и провода, словно нити паутины сходятся в одно место.
Дойдя до проема, Вилли заглянул внутрь.
– Матерь божья!!! – вырвалось у него из груди.
– Что там!? – встрепенулся Риган.
– Сейчас… – волнуясь проговорил Вилли. – Одну минуту!
Он встал на колени держась за поручень, включил подсветку и опустил голову вниз, так, чтобы объектив камеры передал четкое изображение.
В открытой шлюзовой камере, на внутреннем ее люке лежал человек без скафандра. Вернее, так показалось сначала. Это определенно была женщина. Андроид похожий на Анну, но не такой совершенный. Рядом располагались наспех собранные распределительные коробки, из которых широкие жгуты системных колодок тянулись уже к ее телу. Всюду зияли вмятины и пробоины от мелких метеоритов и космического мусора. Зрелище было не из приятных.
Не дожидаясь разрешения, Вилли вынул провод из разъема за ее ухом и подключил туда свой коннектор. Набрав несколько текстовых команд на планшете, он с удивлением воскликнул:
– Да ладно… она жива!
В эфире какое-то время висела тишина. Остальные члены группы нависли над Вилли, напряженно следя за его действиями.
– Проверьте шлюз! – коротко потребовал Риган.
– Внутренний люк… тоже заварен, капитан.
– Ясно. Вот и причина. Вилли, извлеките ее черный ящик и сворачивайтесь.
– Как… оставить ее здесь?!
– Да. Осмотр закончен, приступаем к погрузке.
– Как же так… ее можно восстановить капитан!
– Исполняйте приказ Вилли. Встретимся на борту, – голос Ригана стал жёстче.
– Но… как же устав? – Вилли схватился за спасительную соломинку. – Она подлежит восстановлению капитан!
Риган оторвался от экрана и повернулся к Гайсину.
– Он прав, – улыбнулся советник.
– Ладно, Вилли… – Риган прокашлялся. – Забирай, если она тебе так нужна. Только быстро.
– Спасибо капитан! – Воскликнул парень на радостях. – Кстати, модули тоже можно реанимировать…
Риган открыл рот и застыл на полуслове. Анна тут же перехватила инициативу:
– Что вы предлагаете, Вилли? – спросила она вежливо.
– Да здесь просто все. Если перерубить кабели и заменить испорченные блоки целиком, то функционал будет восстановлен процентов на 80. Похоже все изначально делалось с этим расчетом. Тут у каждого щита управления кем-то закреплены резервные блоки.
– Вилли, это Гайсин, – прозвучало в шлеме. – Сколько вам нужно времени?
– Учитывая условия? Пару часов.
Риган отключил звук и задумался.
– Не обижайтесь капитан, но у этого юноши светлая голова. Сам не зная того он подсказал мне решение.
– И каково же оно?
– Мы восстановим модули и заберем с собой. Во-первых, это сэкономит кучу времени на перегрузку. Во-вторых, мы нашли не все контейнеры. Вероятно, они в среднем модуле. Вскроем его в трюме соблюдая предосторожность. Опять же, необходимо выяснить судьбу командного судна и экипажа. Хоть это и не входит в задачи нашей миссии напрямую но…
– Вы правы! – прервал его Риган. – Тут не о чем рассуждать. Нужно делать.
Включив звук, он кивнул Анне.
– Вилли? – своим приятным, спокойным голосом позвала она. – У вас есть разрешение от капитана. Отправьте тело андроида со второй группой и займитесь модулями.
– Принято! – взволнованно отозвался Вилли. – Но есть один момент.
– Слушаю?
– Мы все еще вращаемся. При перезапуске системы захваты могут открыться и модули разлетятся. Вероятность мала, но она есть…
– Поняла, – отозвалась Анна. – Я сообщу, когда угловая скорость будет близка к нулю.
Вызволить тело андроида из плена высоко технологичных проводников оказалось не так-то просто. Ее ноги и левая рука были намертво приварены к металлу изогнутыми стальными скобами. Используя штатный резак, Вилли очень осторожно прорезал швы, и с помощью товарищей отогнул скобы. Ноги стянули бандажными ремнями, а руки привязали к телу. В таком состоянии ценный груз передали второй группе.
– Капитан, разрешите обратиться? – Вилли снова вышел на связь.
– Разрешаю.
– Забыл спросить… а как быт с этим модулем? Вскрывать или нет?
– Ни в коем случае! Мы отбуксируем его в док принудительно.
– Понял, приступаем к ремонту.
Спустя примерно два часа работы, модули «Ириса» были перезапущены, и Анна подтвердила устойчивую связь с ними. К тому времени из ремонтного дока «Толлау» уже отчалил ремонтный буксир, и расправив захваты ожидал на небольшом удалении. Команда Вилли, получив добро капитана перерезала сначала кабели, а потом и стропы, удерживающие конструкцию. По велению Анны захваты восстановленных модулей разомкнулись, и они синхронно разошлись в стороны.
Дав малый ход, буксир с первого же захода попал в транспортировочные пазы. Дождавшись, когда исправные модули развернутся и стартуют к месту новой швартовки, команда буксира запустила двигатели. Через десять минут, Вилли и его команда уже въезжали в ремонтный док словно космические пираты верхом на своей добыче.
Глава 5. Допрос с пристрастием
Ситуация с «Алым ирисом» заставила Иена Гайсина внести правки в первоначальный план. Общим мнением командного состава было решено оставить «Толлау» в дрейфе еще на одни сутки. Доклад о случившемся решили не отправлять до выяснения обстоятельств. Ибо по словам Ригана, дальняя связь штука весьма затратная и отправлять два доклада слишком жирно будет. Найденного андроида подвергли необходимой обработке и доставили в мастерские. Анна рвалась туда больше всех, но Риган настрого запретил ей какие-либо контакты с находкой и ее программным обеспечением. Вилли, вызванный после непродолжительного отдыха, уже топтался у дверей с двумя увесистыми контейнерами на платформе.
– У вас еще будет время передохнуть! – с ходу заверил Риган.
– Не страшно, – улыбнулся тот. – Мы привычные.
– Вы точно сможете разобраться? – с волнением спросила Анна. – Мне, к сожалению, запретили…
– Все правильно, лучше с этим не спешить. Вы не беспокойтесь, я справлюсь, – заверил техник.
Одобрительно кивнув, Риган пригласил всех войти. Иен Гайсин пришел раньше и уже минут десять под присмотром офицеров охраны мерил шагами небольшое помещение. Механическое тело поместили в отдельный бокс с толстыми прозрачными стенами. Техники «Толлау» уже поверхностно очистили объект от загрязнений и надежно закрепили на специальном ложементе.
Обойдя объект несколько раз, Вилли придирчиво осмотрел его. Потом в дело пошли мелкие инструменты и скрученный из множества проводов кабель.
– Ну зачем же так грубо! – возмутилась Анна. – Есть же другие способы.
– Это ради безопасности, – пояснил Вилли. – Собрано грубо… но кто знает, что за сюрпризы она таит. Мой сканер может и не внушает доверия, но имеет собственный интерфейс и полностью блокирует любые нежелательные сигналы. Как, впрочем, и этот бокс…
Подключившись к системе объекта, Вилли запустил протокол проверки. Череда зеленых строк на его экране то и дело сменялась красными предупреждениями. Получив доступ к периферии механизма, Вилли заблокировал двигательные функции конечностей. Проверив все дважды, он подал питание на основное логическое ядро… Череда символов на экране подтвердила запуск системы. Спустя пару секунд голова объекта дернулась.
По экрану сканера пробежал звуковой ряд, и Вилли разблокировал речевой аппарат.
– Кто здесь? – испугано спросил женский голос.
Молодой инженер, получив согласие капитана представился:
– Меня зовут Вилли. Я техник, который обследует вас.
– Техник? – неуверенно повторила она. – Значит, я на борту какого-то судна?
– Верно.
– А модуль?! Что с моим модулем?
Вили отключил канал и взглянул на Ригана. Капитан лишь пожал плечами в ответ.
– Модуль в порядке, – успокоил Вилли. – Как… вы себя чувствуете?
– Признаться… ощущения отвратительные. Не могли бы вы все отключить?
– Что именно?
– Сенсорику. Все, что ниже шеи. А еще, я вас не вижу. Ведь мы не одни, верно?
Вилли выполнил ее просьбу. Откопав в контейнере небольшую камеру, он при помощи проводов подключил ее к сканеру и подвесил так, чтобы в кадр попал только он и ее ложемент.
Голос пропал на несколько минут. Вилли удостоверился, что камера работает и спросил:
– Вам хорошо видно?
– Да… более чем, – вздохнул голос.
– Кто вы? – наконец спросил он.
– ИНГА – Инновационный Навигационный Геологоразведочный Андроид.
Голос ее стал тише и на экране высветилось предупреждение.
– Пожалуйста, не пытайтесь отключиться. Я не дам этого сделать, – предупредил Вилли глядя на сканер.
– Зачем вам возиться с кучей хлама? Просто заберите черный ящик и дело с концом.
– Но у меня нет времени на анализ. Вы сказали геологоразведка?
– Вы об этом… Не обращайте внимание на слово «инновационный». Оно просто для связки, чтобы имя сложилось. Меня собрали из разбитого геозонда. Исключительно для разведки ископаемых и навигации в поясе Койпера. У меня внушительные познания в этой области. Десятки лет исследований, топография, динамика небесных тел, изыскания…. Здесь, под оболочкой то немногое, что уцелело после столкновения, с астероидом. Модель и серийные номера деталей, к сожалению, стерты инженерами команды.
– Ясно. Я тоже в некотором роде геолог, – поделился Вилли. – Старатель, на астероидах.
– Коллеги, значит?
Вилли кивнул.
– О чем вы хотите узнать в первую очередь, уважаемый коллега?
– Где ваш экипаж? – сразу спросил Вилли.
– Экипаж? – она тяжело вздохнула. – Экипаж, Вилли, там же где и корабль. Среди обломков в облаке астероидов.... Должно быть они уже на другой стороне системы. В моем модуле запечатано двадцать три стазис капсулы. Это все, кого мне удалось спасти. На момент последней проверки их показатели были стабильны.
Вилли покосился на стекло бокса. Риган что-то быстро диктовал на ухо Анне. Гайсин продолжал внимательно наблюдать.
– Как это случилось? – Вилли задал следующий вопрос.
– Вспышка на солнце… Аномальная, чудовищная, необъяснимая. Ни один прибор не обнаружил ее. Только визуальная фиксация, да странные помехи в эфире.
– Это она повредила системы?
– Нет, как ни странно. Никакого ущерба. Системы повредила я… – усмехнулась Инга.
– С какой целью? – осведомился Вилли, фиксируя в памяти сканера каждое ее слово.
– На седьмой день после вспышки стали происходить странные события. Объяснить логически я не могу, но экипаж стал меняться. Как внешне, так и внутренне. Люди сходили с ума, проявляли агрессию друг к другу. А потом и вовсе сбились в отряды и развязали вражду. Вскоре пролилась первая кровь…
– Это есть в записи?
– Да, видеоряд полный, в хорошем качестве. Битых файлов не много… Я пыталась принимать меры, блокировала переборки, цитировала устав флота по громкой связи, разговаривала с капитаном и командой. Но кончилось все тем, что меня лишили прав доступа и заперли в шаттле. Вскоре, одна из фракций, по-видимому, победила и «Алый Ирис» отстыковался от модулей.
– Куда вы направились?
– Если рассчитать переменные и сопоставить вектор движения судна, то вероятнее всего это Марс. Там самая крупная колония в солнечной системе.
– Причины гибели корабля вам известны? – осторожно спросил Вилли.
– Нет, лишь предположения. Судить о том, что происходит на мостике сидя в шаттле, довольно сложно. Вероятно, капитан лишился рассудка. Или команда опять взбунтовалась… Так или иначе мы на полном ходу вошли в облако астероидов и судно получило критический ущерб. В итоге я очнулась в разбитом шаттле среди обломков «Алого Ириса».
– Это не тот ли шаттл, что мы нашли в грузовом модуле?
– Верно, Вилли. Тот самый… Я кое как восстановила его и смогла дотянуть обратно до основной формации. Ведь воздух мне не нужен. Правда, мой корпус не предназначен для космоса. Приходилось отогреваться в лучах солнца. Но прежде я попыталась вернуться на «Ирис» и провести спасательную операцию. Этот видеоряд тоже уцелел.
– Мы это обязательно проверим. Я только не могу понять, почему модуль заварен, и зачем было ломать системы?! Как связаны эти события?
– Мне пришлось. Ради экипажа. После возвращения, я пришвартовала шаттл в модуле и извлекла уцелевшие топливные ячейки. С их помощью стабилизировала формацию на прежней орбите. Энергии для маневрирования вполне хватало. Но потом, через длительный промежуток времени, снова пошли эти странные помехи. Как в первый раз. Я решила уйти на максимально низкую орбиту и спрятаться в тени Плутона.
– Помехи? Такие же как перед солнечной вспышкой?
– Да, они появились за неделю до первой вспышки. Вернее, стали четко различимы. Два месяца назад они появились снова. Сопоставив факты, я сменила орбиту и приложила все силы, чтобы защитить экипаж в стазисе. Для этого мне потребовались контейнеры высокого класса защиты… Ну а потом солнце вспыхнуло и пришла вторая волна. На этот раз интенсивность излучения была иной и часть систем вышло из строя.
– Вторая волна?! – недопонял Вилли.
Гайсин не выдержал и вошел в бокс.
– Как вторая волна?! Нам известно только об одной! Вы ничего не путаете?
– У меня есть и этот видеоряд. Вы тоже техник?
– Я аналитик. Гайсин моя фамилия. Прошу, продолжайте!
– Я в общем то закончила… Когда все кончилось, я смогла заменить основные блоки управления и предохранители. Потом заметила, что формация смещается с курса и теряет высоту.
– Как именно вы это сделали? – спросил Вилли.
– Я в прошлом астрозонд, если вы помните. Мне не составило труда просчитать последствия. Прав доступа меня лишили, центральный интерфейс погиб вместе с командным судном, так что я приняла единственное доступное решение.
– Запитать все органы управления на себя и принудительно корректировать орбиту?
– Верно! Переместив модуль в центр формации я закрепила его тем, что нашла и провела масштабную работу по коммутации систем. Потом зафиксировала свое тело в шлюзе, чтобы хоть как-то защититься от мелких частиц и излучения. Чувствительности зрительных сенсоров вполне хватало для того, чтобы замерять дистанцию до атмосферы…
– Но почему вы не отвечали на сигналы? Почему не включили аварийный маяк? – спросил Гайсин вкрадчиво.
– Взгляните на мое состояние. Вы без труда найдете мои детали в системах модулей. Последнюю энергию шаттла я израсходовала на разгон и раскручивание станции. Потом истощился мой собственный элемент… Я перешла в ждущий режим и отключила все кроме зрительных сенсоров и функций простейшей коммутации.
– Это все?
– В общих чертах. Это первое включение с того момента.
– Вилли, можно вас на минутку? – спросил Гайсин.
Вилли кивнул и, отключив Ингу от каналов восприятия, вышел из бокса.
– Вы верите ей? – сразу спросил он. – Вы ведь лично были там и все видели.
– Я техник, и прежде всего смотрю на алгоритмы. Но вы слышали, как она мыслит? Как излагает?
– Мы слышали, – заверил Риган. – Ваша оценка?
– Если исключить обстоятельства и нереальность ее рассказа, то с технической точки зрения подкопаться негде. Один человек такую работу провернуть бы не смог, но с ее ядром и уровнем самосознания это вполне реально. Я почти уверен, если провести поверхностную экспертизу модулей, то все подтвердится.
Анна стояла в сторонке, испытывая явное замешательство. Вилли попытался ей улыбнуться, но это не помогло.
– Капитан, нам нужно время на анализ! – заявил Гайсин. – Мы должны просмотреть видеоряд и классифицировать те помехи, о которых она говорила. Это жизненно важно для экипажа и судна.
– Не было печали… – Риган задумчиво почесал переносицу. – Предлагаю уйти в тень.
– И как можно быстрее! – поддержал Гайсин.
Анна подошла к прозрачной стене и спросила:
– Вилли… в ней есть что-то опасное для меня?
– Нет. Разве что риск короткого замыкания. Система повреждена, но стабильна. Я примерно представляю, что у нее за начинка. Память забита терабайтами данных, и, судя по формату это действительно геоданные, астронавигация и видеофайлы. В остальном… я не выявил аномалий.
– Вы слышали, капитан? – она одернула Ригана за рукав.
– Да. Но я все еще против! – уперся тот.
– Против чего? – не понял Гайсин.
– Она хочет использовать свое ядро, то бишь – ядро «Толлау» для расшифровки и анализа данных. Но как капитан я считаю, что это опасно.
– Капитан… – Гайсин взглянул на него в упор. – Боюсь, в наших обстоятельствах вероятность провала миссии больше, чем сопутствующие риски. У Анны ведь есть резервная копия?
– Это приказ?
– Это моя рекомендация как аналитика, капитан.
Риган сморщил лоб и поправил фуражку на голове.
– Вилли… мы мало знакомы, и я все еще не уверен, можно ли тебе доверять. Скажи, ты гарантируешь, что это безопасно?
– Всегда есть небольшая вероятность, сэр. Два крупных массива данных могут по-разному взаимодействовать между собой, – честно ответил техник. – Но ничего критичного не случится.
– Как долго?
– Дайте мне сутки, капитан?! – взмолилась Анна.
Риган, подумав, повернулся к охране и приказал:
– Так… Никого не впускать и не выпускать. Вот этому молодцу организуйте спальное место и паек на двое суток. В остальном – до особого распоряжения! Обо всем подозрительном доложить на мостик немедля!
– Разрешите передать полномочия инженерной службе? – спросила Анна.
– Подтверждаю. Навигационный андроид выходит из интерфейса. Инженерной службе вахту принять. Мостику: курс на орбиту по прежним координатам. Выполнять немедля. По прибытии лечь в дрейф.
Какое-то время спустя, чувства вернулись к Инге. Техник возился с ее коммуникационным разъемом.
– Вы решили меня отключить, надеюсь? – голос ее стал мягче.
– Нет, Инга, боюсь теперь нам предстоит сложная работа. Мне нужно проверить все, что вы сказали и провести подробный анализ.
– А кто с вами?
– Это Анна. Она наш навигационный андроид, – представил Вилли.
– Зачем она здесь?
– Анна поможет с анализом. Я подключу вас обеих к ядру корабля, чтобы ускорить процесс. Вы готовы?
– Как интересно…
– Что именно?
– Заглянуть в чужой разум.
– Хм… может быть. Но я предупреждаю вас на всякий случай: права доступа Анны временно отозваны. Вам будет доступна лишь логическая и вычислительная мощность ядра. Вы сможете общаться напрямую. Я буду здесь и прослежу за процессом.
– Я понимаю ваши опасения. Можете приступать…
– Хорошо.
Вилли снова отключил все каналы восприятия. Усадив Анну в кресло рядом со сканером, он с виноватым видом протянул ей потертый оптоволоконный шлейф. Оголив шею, Анна безропотно воткнула его в разъем. Она терпеть не могла провода, но понимала возможные риски.
– Так… – Вилли завис над сканером с дрожащей рукой. – Коммутация через три… две…
Анна вздрогнула, и ее совершенное искусственное тело обмякло. Вилли осторожно поправил ее голову, зафиксировал ремнем, и сложил руки на колени. Дикая пляска строк и символов на прозрачном экране подтвердила: процесс синхронизации начался.
Когда принесли походную кровать и два суточных рациона, Вилли расположился рядом со сканером и вскрыл паек. Спать ближайшие сутки ему не придется, так что первым делом он употребил энергетик. Паек, конечно, не столовская еда, но гораздо, гораздо лучше тех брикетов, что выдавали на руднике. Он поймал себя на мысли, что в боксе тепло и довольно уютно. Еда, постель, женщины, хоть и не настоящие… Тихо, никто не мешает. Собственно, и процесс то до боли знакомый. Примерно так же проходит диагностика систем «Горна». Ядро основного инженерного блока, синхронизация и так далее… Интерфейс «Горна» куда примитивнее, но с ним можно сносно говорить. Правда, не понятно, почему со стороны Анны к его кораблю возник такой интерес? Так или иначе, энергетик подействовал, и сонливость как рукой сняло. Вилли откинулся на подушку и сосредоточился на экране. Скорость обработки данных достигла максимальных значений.
Глава 6. Потускневшая жемчужина
Когда Анна снова пришла в движение, Вилли уже разобрал обшивку скелета Инги и приступил к детальному изучению повреждений. Небольшой подвижный дрон тщательно фиксировал его действия для отчета.
– Одну минуту! – предостерег Вилли и поспешил к сканеру. – Позвольте я сам?
Быстро открыв нужные протоколы, он бегло изучил состояние Анны, и лишь потом отключил от общей сети.
– Ну как? – спросил он устало.
Анна взглянула на останки дроида, закрепленные на каркасе и покачала головой.
– Все плохо?
– Не в этом дело. Я запросила доступ к архиву «Толлау» и сравнила его данные с результатом вашего осмотра.
– Так быстро? – удивился Вилли.
– Вы обратили внимание на ее внутреннюю архитектуру? Она отличается от моей.
– Все верно. Для зонда это нормально.
– Она не просто зонд Вилли! Она полноценное исследовательское судно, размерами сопоставимое с «Горном». Мне не удалось найти сведений конкретно об этом зонде. Но в архиве есть техническая документация по классу этих кораблей. Вы сильно удивитесь…
– Хм… интересно чем же? – Вилли уже был несколько взбудоражен, потому как ни разу не общался тет-а-тет с андроидом класса Анны.
– Я, по сути, лишь удобный интерфейс для общения с ядром «Толлау». Мои алгоритмы просты, кодировка понятна. Но она, сама по себе является судном, обладая ядром корабля, и ее кодировка и алгоритмы не поддаются расшифровке. Массив данных – да. Но личность и самосознание – нет!
– Все андроиды обучаемы… – усомнился Вилли.
– Не на таком уровне. Дело тут в назначении судна. Оно создано для дальней разведки и выхода за пределы любой связи. У такого судна нет возможности пользоваться информационными ресурсами флота. Оно «абсолютно» самообучаемо. Интеллект принимает решение используя исключительно фундаментальные знания, заложенные изначально, и собственный опыт. Это значительно повышает выживаемость зонда и его эффективность.
– Но разве такое допустимо? Свободная воля? Как же безопасность?
– Интеллект такого рода не предназначен для общения с людьми и ничем не ограничен. Этот зонд создан для очень дальнего космоса. Вы понимаете?
– Вы хотите сказать – билет в один конец? – уточнил Вилли.
– Верно. Разведал, передал, двинулся дальше. И так до бесконечности. Вилли, вы даже не представляете, какие научные данные она нам передала! Результаты исследования длинной в полторы сотни лет. Как вам такое? Если бы руководство флота знало, что такое судно дрейфует в пределах солнечной системы, сюда бы снарядили целую экспедицию!
– Ради вот этого? – Вилли недоверчиво ткнул пальцем в груду хлама, закрепленную на ремонтном каркасе. Анна кивнула и поднялась на ноги.
– Какого размера ядро на «Горне»? – спросила она вдруг.
– Стандартное. Вписывается в куб метр на метр…
– Ядро «Толлау» в разы больше. А теперь взгляните на это… – она склонилась над вскрытой грудью исполнительного механизма и указала на центральный процессор.
– Он поврежден, – пожал плечами Вилли. – Нарушена целостность.
– Вот! Те, кто собрал этот корпус, вероятно, думали так же. Нашли обломки зонда, поживились чем могли, приспособили для своих нужд. Но вам, юноша, это простительно. Вы талантливы, но еще слишком молоды. Сейчас технологии изготовления ядра куда проще и дешевле. Ведь прогресс не стоит на месте. Масса и размер ядра не так существенны, как раньше. А этот драгоценный камушек был изготовлен куда как интереснее. Вы когда-нибудь слышали об экстремальном сжатии?
– Не приходилось, – честно признал Вилли.
– Крайне опасный и дорогой процесс. На заре дальних странствий флоту и Земле были жизненно необходимы прорывные технологии и катастрофически не хватало ресурсов. Но приходилось работать с тем, что есть. Вот это неровное ядро было сплетено в стерильном орбитальном боксе из тончайших интегральных нитей. Частично его собирали вручную, отчего каждое подобное изделие является уникальным. До сжатия оно представляло собой весьма объемную аморфную структуру, помещенную в оболочку. Потом в дело вступала природная гравитация.
– Я не совсем понимаю…
– Оболочку медленно вводили в область аномальной гравитации, подвергая таким образом экстремальному сжатию. Отсюда и название. Сложность заключалась в том, чтобы сжать заготовку до нужной плотности, при этом не повредить и не потерять ее.
– Вы прям дикость какую-то рассказываете, – Вилли взглянул недоверчиво.
– Пожалуй… – улыбнулась она. – Потери сырья тогда были колоссальные. Из тысячи экземпляров возвращались лишь пара десятков. А полную отбраковку проходили и вовсе единицы. Тут уж не до эстетики. Однако, результаты такой методики впечатляли. Изготовленное ядро отличалось огромной прочностью, надежностью и производительностью.
– Уж не хотите ли вы сказать, что вот этот кривой камень сравним с ядром «Толлау»?
– Нет, что вы… Производительность нашего ядра всего на десять процентов больше.
– Вы… смеетесь надо мной?! – в голосе Вилли сквозила обида.
Анна уверенно покачала головой.
– Но ядро «Толлау» в тысячи раз крупнее и тяжелее! – техник уставился на нее ошалело.
– Ну да… – просто ответила она.
– Но позвольте! Куда же тогда девался его вес? При такой плотности материала…
– В этом весь парадокс, Вилли. Суммарная масса нитей была предельно мала, иначе терялась функциональность. Но масса конечного изделия оказалась значительно меньше. Понять причины этого явления и по сей день не удалось. Но вычислить соотношение величин и точную погрешность оказалось несложно. В последствии это открытие стало толчком к созданию искусственной гравитации.
– Я этого не знал. Вы уверены, что у меня есть доступ к такой информации?
– Это общедоступные энциклопедические знания, Вилли, – улыбнулась Анна – Название проекта тоже не секрет. Вы просто не интересовались.
Вилли уселся в кресло и призадумался.
– А делать то с ней теперь что?
– Сложно сказать, Вилли. Но при всей ценности использовать это устройство в системах «Толлау» мы не можем. Это связано с причиной крушения зонда и задачами его миссии.
– И… что тут не так?
– Ну, во-первых, зонд проделал огромный путь, и не должен был возвращаться обратно в Солнечную систему. А во-вторых, крушение его не было случайностью. Судно намерено разбилось о планетоид.
– Даже так? Вы намекаете, что зонд совершил самоубийство?!
– Я бы сказала, что сбой, вызванный долгим пребыванием в космосе, привел к фатальной ошибке. Причину ее я не смогла определить. И вряд ли смогла бы исправить, в виду конструктивных особенностей.
– Сто пятьдесят лет одиночества? С ума сходят и за меньший срок, – заметил Вилли.
– Сейчас капитан читает мой доклад у себя в каюте. Второй экземпляр у Гайсина. Я настоятельно рекомендовала восстановить данную единицу. Но решение остается за ними, Вилли.
– Вам ее жаль?
– Сложно сказать. Зависит от того, что вы вкладываете в это понятие. Спасение людей заслуживает хотя бы благодарности.
– Опять же, имущество флота….
– Нет. Она не является имуществом флота. Это частный проект, притом закрытый еще в прошлом веке. Формально, она то, на что похожа.
Вилли, предчувствуя реакцию Ригана, загрустил. Да, капитан ни слова не сказал о том, что он перечил ему в открытом эфире. Отец бы давно за такое наказал. Но сейчас, почему-то, казалось, что он обязательно отыграется на нем. Анна ушла в себя, решая какие-то сторонние задачи. До особого распоряжения бокс покидать было нельзя, так что, долго не думая, Вилли перебрался на походную кровать. Задачу свою он выполнил, можно было и поспать.
Проснулся он, услышав негромкий разговор. Приоткрыв глаз, он увидел капитана и Гайсина, склонившихся над разобранным торсом андроида. Анны рядом с ними не было. Резко вспомнив устав, Вилли подскочил и отдал честь.
– Ну вот, разбудили, – улыбнулся Гайсин.
– Иди сюда, раз проснулся, – подозвал Риган.
Вилли протер глаза и оправившись подошел ближе.
– Этот кривой камень и есть ее ядро?
– Так точно.
– Удивительно… – Иен постарался как можно ближе рассмотреть странный процессор. – Эта вещица побывала в черной дыре, пролетела половину вселенной и, напоследок, обзавелась свободным разумом.
– Меня в дрожь бросает от такого соседства, – признался Риган. – Что дальше, уважаемый аналитик?
– Давайте подведем итог. Данные, собранные зондом весьма ценны. Анна считает, что в них скрыты десятки научных открытий вселенского масштаба. Экипаж «Алого ириса» частично спасен. Имущество флота спасено, и контейнеры с грузом на борту. Судьба судна известна, обстоятельства гибели очевидны. Хотя причины до конца не ясны.
– Мы сделали все, что в наших силах?
– Да, капитан. Предлагаю отправить отчет с пакетом данных совету флота и продолжить миссию. Если сочтут нужным, то назначат комиссию и проведут свое расследование.
– Согласен с вами. Устав не нарушен, формальности соблюдены.
– А что будет с ней? – хмуро осведомился Вилли.
– У флота есть четкие стандарты, – Гайсин прошелся вдоль стены и развернулся на каблуках. – При всей уникальности и бесценности, в практическом плане – это ядро для нас бесполезно.
– Простите, но этот «камень» сделал для человечества больше, чем любой из нас, – возмутился техник.
– Мы и не спорим, – ответил Риган. – Просто констатируем факт.
– Тебе, как начинающему специалисту, интересно это устройство? – спросил Гайсин.
– Оно мне очень интересно, сэр.
– Ну так и забери его себе. Данные мы скопировали, доказательную базу для расследования извлекли… Я не против.
– А если я ее восстановлю, то могу использовать по назначению? – осторожно спросил Вилли.
– Хочешь заиметь собственного навигационного андроида на борту «Горна»?
– Хочу! Ее навыки будут полезны в горном деле. А навигация в поле астероидов это вообще мечта.
– Я только «за», – сразу же заявил Риган. – Согласно морскому праву, кто первый встал – того и тапки. В смысле… кто нашел, тот и владеет. Тем более что бывший хозяин свои права не заявит.
– То есть и руднику польза будет, и репутация флота не пострадает. Я правильно вас понял?
Иен не переставал удивляться практичности капитана.
– Вы согласны? – Иен повернулся к взволнованному технику.
– Так точно… согласен!
– Решено! Анна, с этого момента, согласно морскому праву незарегистрированные детали передаются капитану судна «Горн» для использования по своему усмотрению. Капитан Патрик Джеймс Риган, дата и подпись.
– Сделано, капитан, – послышался мягкий голос из ретранслятора.
– Однако… – Риган осмотрелся. – На вашем месте я бы не стал восстанавливать этот хлам. У вас есть ядро, есть мастерские «Толлау».
– Вы предлагаете создать нечто новое? – с недоверием спросил Вилли.
– Вот именно, что создать! Вы видели Анну? Произведение технического искусства! Это вам не промышленный дизайн.
– Знаете, Вилли, – решил поддержать Гайсин. – А капитан прав. Если уж делать, то в полный рост. Ситуация нестандартная, и может получиться серьезный исследовательский проект полезный флоту. Это я как аналитик говорю.
– Проект? – Вилли прочувствовал, как подрагивают его пальцы.
– Яне сомневаюсь, вам это по силам. Если возникнут трудности – привлеките Анну. Она ответит на любой вопрос в любое время.
Вилли только и смог, что кивнуть головой, да отдать честь. Дыхание попросту перехватило.
Отдав честь в ответ, довольный Риган снял с бокса охрану и отправился на мостик. Гайсин, крепко пожав парню руку, ушел следом за капитаном. Вилли подпрыгнул на радостях, едва себя сдерживая. В его руки каким-то немыслимым образом попало сокровище, если не сказать – реликвия. Гайсин оказал доверие, а капитан и вовсе оказался отличным мужиком!
Хотелось начать прямо сейчас, сердце разрывалось от радости волнения. Но Вилли решил не спешить. Для начала нужно было поспать. Ведь с наскоку можно было все испортить. Потратив тридцать минут на то, чтобы успокоиться, он собрал свои пожитки. Кровать ему похоже оставили, паек тоже пригодится. Сложив оборудование на небольшую грузовую платформу, парень бережно отделил ядро Инги от разбитого корпуса, и взвесил в руке. На ощупь оно было очень плотным, но не тяжелым. Сунув ценный груз во внутренний карман, Вилли разобрал и все остальное. Ссыпав останки андроида в мусорный контейнер, он забрал его с собой.
Час спустя, научные данные, скопированные из памяти зонда в едином пакете с результатами расследования и аналитическим заключением Анны, были сжаты до формата микроимпульса. «Толлау» сменил свое местоположение и значительно удалился от орбиты Плутона. В расчетной точке он снова лег в дрейф. Капсула с передатчиком стартовала из носового торпедного аппарата и тотчас перешла на субсветовую скорость.
– Сообщение отправлено, капсула ускорителя благополучно самоуничтожилась, – доложила Анна.
Риган повернулся к Гайсину, стоявшему рядом, и спросил:
– Иен, по званию вы ниже, чем я. По полномочиям – выше, верно?
Гайсин кивнул.
– Называть вас полковником, у меня как-то язык не поворачивается. По имени – вроде как нарушение субординации. Вы не против, если при подчиненных я буду именовать вас «Советник»?
– Почему бы и нет? Тем более что при штабе флота я занимал именно эту должность.
– Ну вот! – Риган заулыбался. – Прям гора с плеч…
– Капитан? – прервала его Анна. – Есть доклад службы связи, желаете заслушать?
– Выводи.
Анна вывела на экран встревоженное лицо старшего офицера связи.
– Капитан! Есть контакт с информационной базой. Но пока только косвенный.
– Это как?
– На уровне сервисных частот. Мы получили множественные цикличные запросы спутников и зондов разного класса. У нас есть перечень, координаты и отчеты о состояниях. Вывести статистику по солнечной системе?
– Давай.
Экран с офицером сместился в сторону и уменьшился. В рубке померк свет и развернулась масштабная трёхмерная проекция солнечной системы. Небесные тела были представлены схематично, главными на карте были синие, зеленые и красные маркеры. Ниже тем же цветом выводилась статистика в цифрах.
– Так… это уже что-то. Получается, что мы имеем лишь треть зарегистрированных объектов, исправна из которых только малая часть?
– Так точно Капитан! Красным цветом обозначены расчётные координаты объектов, сигналы от которых не поступают.
– Есть связь с колониями?
– Частично, капитан, и тоже на уровне сервисных серверов.
– Станция дальней связи у нас ведь на марсе? – уточнил Риган.
– Так точно, – подтвердил офицер связи. – Доклад закончил.
Риган взмахнул рукой, и изображение пропало.
– Ну что, советник, каковы наши действия?
– Марс пока в приоритете. Нам нужно туда, – постановил Гайсин.
– Ясно, – кивнул Риган. – Команда по кораблю: курс на Марс. Досмотровым группам номер один и два подготовиться к планетарному десанту. Шаттл в пятом доке подготовить к вылету!